Анна Безбрежная
Королева лунного света

Кто прячется в твоих тенях? Друг или враг?

Мы с тобой охотники или добыча?

Нам предстоит сыграть в жестокую игру.

Игру на выживание.

У нас нет выбора: или мы, или они.

© Анна Безбрежная, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1
Похищение

– Отпустите меня! Слышите? Выпустите меня отсюда! – отчаянно кричала я, вцепившись в решетку, что отделяла от свободы.

Паника и страх перед неизвестностью поглотили меня, накрыли удушающей волной, срывая дыхание и отправляя сердце вскачь.

Как я здесь оказалась? Что происходит?

Меня куда-то увозила крытая повозка по лесной дороге.

– Эй! – еще отчаянней завопила я.

За окном показался мужик на лошади. Огромный, в кожаных доспехах, с двуручным мечом за спиной. Небритое лицо было прорезано застарелым кривым шрамом, пересекающим щеку и глаз. Его губы расплылись в оскале, но с них не слетело ни звука. Лишь масляный взгляд скользил по моему лицу. Мужик не отводил от меня темных глаз и ни слова не говорил. От него несло таким мраком, что становилось жутко. Я громко сглотнула и забилась в дальний угол повозки, пытаясь скрыться в тени. Вся сжалась и вцепилась в потертый край кожаного сиденья. Мужик, что меня пленил, хмыкнул и отъехал от окна. Всего похитителей было несколько. Такие же суровые и мощные воины с глазами, полными льда и безучастности к чужому горю.

О Триединый, что происходит? Как я оказалась в карете с решетками? Одна. В лесной глуши, окруженная грозными мужиками, по виду напоминающими наемников.

Судорожно сжимая руки, стала вспоминать произошедшее. Совсем недавно я очнулась, лежа на шершавом потрепанном сиденье кареты. Голова дико болела, и в носу все еще стоял удушающий запах, который затмил мой разум, опустив его на дно тьмы. Меня схватил в переулке очень высокий и сильный мужчина, зажал мне рот и нос зловонной тряпкой.

Зачем я им? Куда меня везут? Паника все больше окутывала меня, и неугомонные мысли скакали, словно испуганные зайцы. Мне нужно было привести их в порядок и попытаться проанализировать ситуацию. Я стала глубоко вдыхать и выдыхать, как учила мама, когда мне снился страшный сон и она прибегала ко мне, чтобы успокоить.

Так, Ноа, дыши, думай и вспоминай.

Я шла после школы, где подрабатывала после смерти мамы. Она покинула меня почти год назад, и я осталась одна в этом мире. Мое сердце разом опустело, и хотя люди вокруг твердили, что со временем станет легче, это оказалось ложью. Я всхлипнула, вспоминая боль от утраты, все такую же яркую.

Мы с мамой жили в небольшом городке Риал на юге нашей страны Анцем, в уютном одноэтажном домике с красной черепичной крышей и флюгером в виде лошадки. В саду мама выращивала красивые цветы, нежные, как дыхание теплого ветра, и яркие, словно леденцы.

Я оканчивала школу, в которой мама преподавала литературу, словесность и этикет. И вот в один самый страшный для меня день ее не стало. Думали, легкая простуда, но она переросла в удушающий кашель, мама начала постепенно угасать, и ее жизнь оборвалась.

Полная глухота к миру и отчаяние захлестнули с головой. Я не могла выйти из дома и даже приготовить себе поесть. Одиночество отравляло мой организм и выпивало все краски жизни. Я тонула в горе и тоске по самому любимому человеку на свете.

Директор школы, где я училась, и мамина подруга приходили ко мне, приносили еду и пытались со мной говорить. Жизнь шла дальше, и я понимала, что надо вставать и что-то делать. Тогда директор школы пригласил меня работать у них на подхвате после уроков, и там я и осталась, когда через пару месяцев окончила ее. Я протирала полки в библиотеке, мыла полы, выставляла лабораторные склянки в классе химии, чистила парты и помогала рисовать плакаты.

Через месяц, в конце лета, я собиралась ехать в один из крупных городов Анцема – Баску, чтобы поступить в колледж на звездочета. Но очутилась в этой повозке с наглухо закрытыми дверьми и решетками на окнах, в окружении грозных мужчин с бандитской внешностью.

Полуденное солнце, достигнув зенита на небосводе, озаряло своим светом густой лес. Воздух наполнялся ароматами разнотравья и хвои, смешиваясь с запахом моего страха. Он, казалось, пропитал все вокруг.

Птицы будто смеялись надо мной, радостно пели: «Смотри, мы свободны улететь куда хотим!» А я мучилась от ужаса и вопросов: «Зачем я им понадобилась, и куда меня везут?»

Я предприняла еще пару попыток позвать своих похитителей, но получила лишь молчание в ответ. Между собой они перекидывались скупыми фразами. Я насчитала пятерых наемников.

Привычно потерев правое запястье, чтобы проверить, на месте ли широкий кожаный браслет, я похолодела. Браслета не было! Прежде он прикрывал три звезды, образующие треугольник Проклятой.

Я ахнула и схватилась за сердце, думала, оно сейчас выпрыгнет из груди. Они меня нашли! Меня убьют! Как и сотни человек до меня, отмеченных знаком Сейны и отверженных обществом.

Я всполошилась, не зная, что делать. Значит, меня везут на казнь! Слезы выступили на глазах, и я сжалась, тихонечко подвывая.

Карета внезапно остановилась, скрежетнули колеса.

– Вылезай! – грубо бросил мне мужик с рассеченным шрамом лицом, открывая дверь повозки, у которой не было ручки внутри.

Я забилась в дальний угол, пытаясь прочитать по его лицу свою участь. Что меня ждет? Казнь? Насилие? Рабство? Предположения одно страшнее другого. Похитители могли и не знать, что я проклятая: вдруг браслет случайно упал с руки, а не они сдернули. Тогда меня ждут последние два варианта. Юных небогатых девушек, сирот, как я, часто крадут для продажи в публичные дома, для коллекций каких-нибудь извращенцев или еще куда.

Я знала, что красива. Мои длинные белые волосы отливали серебром. Прозрачные светло-голубые глаза всегда привлекали внимание, а еще я хрупкая и невысокая. Преступники могли выследить меня и украсть из-за внешности. Или другой вариант – они охотники на отмеченных знаком Сейны.

Проклятых рождалось все меньше и меньше в последние десятилетия. Нас почти всех истребили. Сейна – древняя и первозданная Богиня луны, что отмечала своих детей магией. Я не знаю, почему подобных мне считают проклятыми и убивают, это погребено под пластом веков. Мама лишь рассказывала, что магия Сейны велика и опасна. Однажды ее признали незаконной и приняли указ убивать всех, рожденных под знаком Луны. Мне очень сильно не повезло в этой жизни – я получила отметку Сейны. Меня бы тоже убили, но мама тщательно скрывала мой секрет, с рождения оберегая и пряча знак Луны на моем запястье под разными лентами и браслетами.

Я с детства слышала, что самое для меня страшное – открыть и показать знак другим людям. Это сулило мне конец. И вот сейчас они сняли мой браслет! У меня затряслась нижняя губа, и я обняла себя в попытке защититься.

– Долго я буду ждать? – резко произнес мужик.

Я будто прилипла к сиденью. Тогда наемник силой вытащил меня из повозки, и я чуть было не упала, зацепившись за подножку. Мужик со мной не церемонился, грубо поднял и потянул к полянке, где наемники, похоже, остановились на привал. Они разводили костер, привязывали лошадей и вытаскивали припасы из сумок.

– Грэн, посади ее сюда, – указал на старое потертое покрывало высокий наемник с грязными сальными волосами и сломанным носом. Тряпка была расстелена под раскидистым деревом.

– Садись сюда и не вздумай бежать! – приказал Грэн и зло зыркнул на меня.

Я села и поджала под себя ноги, с ужасом думая о своей участи. Мне надо бежать! Наемники быстро развели огонь, повесили на него котелок с водой, в который бросили куски копченого мяса, пару картофелин и соль.

Я мрачно подумала, что они сейчас пообедают, а меня на десерт оставили. Ведь не факт, что везут на казнь. Они могут просто продать меня в рабство, а извращенцам без разницы, проклята я или нет.

Зубы стучали от страха. Я попыталась незаметно отползти за дерево, а там быстро встать и побежать со всех ног в чащу. Но как только я шевелилась, кто-то из наемников сразу же бросал на меня грозный взгляд, показывая, что за мной беспрерывно наблюдают.

В пряном воздухе летнего леса появился еще один яркий аромат – наваристого супа. Наемники разлили себе по плошкам приготовленное, а одну тарелку Грэн принес мне, поставил на плед и дал чистую ложку, достав ее из тряпицы. Бросил рядом пару кусков черного хлеба. Я не притронулась ни к чему. Неизвестность и страх сдавили желудок, и есть не хотелось. Мне бы в горло кусок не пролез.

Когда наемники все съели, протянули мне фляжку с водой, но я и к ней не притронулась.

– Зря, – просто сказал Грэн, – еще долго ехать.

Я отвернулась, посмотрев на ярких юрких бабочек, беззаботно порхающих с цветка на цветок, и тяжело вздохнула. Значит, везут меня куда-то далеко. Но куда?

Дорога выматывала монотонностью, напряженностью и бесконечным страхом, заполонившим нутро. Я не знала, как сбежать. Искала разные способы, но под строгим взглядом мужчин все мои попытки пресекались.

Лес редел, и все больше тропинок встречались с нашей. Вскоре показался широкий тракт, где все чаще попадались крестьяне, ехавшие на открытых повозках, груженных шкурами, мешками с зерном и утварью на продажу. Я несколько раз хваталась за решетки, надеясь попросить о помощи, но похитители чутко следили за мной. Они пригрозили мне расправой, если высунусь и закричу.

На ночлег мы останавливались на опушках леса, разбивая стоянку. Меня кормили кашей, супом, черствым хлебом и сыром. Я ела неохотно, но надежда сбежать горела ярким факелом в ночи, помогая верить в лучшее.

В кусты по нужде меня водили под острым взором, не отходя далеко, и мои щеки пылали от унижения. На ночь крепко связывали, от чего руки болели и затекали. Я пыталась уползти, но всегда был наемник, дежуривший у костра, зорко за мной следивший. В холодные ночи я дрожала от озноба, и меня накрывали курткой одного из них, от нее пахло потом и табаком.

Вскоре путешествие закончилось показавшимся вдали городом. Мы влились в огромный шумный бурлящий поток из наездников, повозок и бредущих людей, которым ни до кого не было дела. А в это время в повозке от страха умирала юная девушка.

Мне как-то мама рассказывала, что в крупных городах одиночество чувствуется острее. Ты один среди сотен, и тебе никто не хочет помочь. В такие моменты из ее прекрасных голубых глаз стекали прозрачные слезинки. Она раньше жила в огромном городе, но никогда не рассказывала, как оказалась в Риале.

Впереди я заметила величественный замок. Его фасад был выполнен из светлого камня, украшенного резными узорами и барельефами. Вход в него охраняли две массивные башни. На вершине каждой из них развевался флаг с гербом. И тут я увидела эмблему – Дом Гроз. Один из правящих Домов нашей страны. Значит, город, куда я прибыла, – Баска. Именно сюда я и собиралась ехать поступать в колледж.

Вот ты, Ноа, и попала, куда стремилась.

Глава 2
Воссоединение

Карета остановилась прямо перед замком. Я выглянула из зарешеченного окна, ничего не понимая. Меня что, привезли в резиденцию главы Дома Гроз? Зачем?

Грубо схватив за руку, наемник вытащил меня из повозки. Передо мной простирался широкий двор, покрытый отполированным булыжником. Над главным входом висел огромный герб с изображением ярко-синей молнии в черном круге.

Газоны возле замка выглядели удивительно красивыми и ухоженными. Они были покрыты мягкой зеленой травой, которая создавала ощущение свежести и чистоты. Легкий теплый ветерок раскачивал кроны высоких деревьев. Яркие солнечные лучи освещали клумбы с цветами разных оттенков, которые наполняли воздух приятным ароматом.

Вход охраняли воины в черной форме с красными лампасами на брюках и нашивками в виде эмблемы Дома Гроз. Грэн отпустил меня, и я остановилась, затравленно оглядываясь и поправляя свое изрядно помявшееся в дороге платье. И вдруг я почувствовала пристальный взгляд, обернулась и увидела группу мужчин. Больше всех выделялся статью молодой высокий парень с широкими плечами, атлетической фигурой, густыми темными волосами и ярко-синими глазами. Он пристально смотрел на меня. Нет, не на меня… На мое запястье с тремя звездами знака Сейны! Я нервно одернула рукав платья, и глаза молодого человека тут же впились в мое лицо.

– Наконец-то вы приехали! – неожиданно раздался голос. К нам шел какой-то мужчина, судя по форме, воин, средних лет, с короткой стрижкой и массивным подбородком. – Как доехали? Все хорошо? – заинтересованно оглядывая меня, спросил он.

Я опешила, словно меня сюда в гости пригласили и как ни в чем не бывало интересуются, как я доехала.

– Командор Веснер, все хорошо, проблем не было, – отчеканил наемник Грэн.

– Отлично, отлично, – пробормотал командор, осматривая меня с ног до головы. Потом он достал из кармана форменных брюк пухлый кошелек, звякнувший монетами, и бросил его Грэну.

– Пройдемте, мы вас заждались, – обратился ко мне Веснер, чуть улыбнувшись, отчего его глаза теплей не стали.

А мне так и хотелось спросить: «И кто меня тут заждался?» Но я побоялась.

Командор Веснер осторожно положил руку мне на спину и повел ко входу в замок, где нас ожидали две девушки, по виду служанки, в белых чепцах, серых платьях и белых же фартуках.

– Девушки, отведите нашу гостью в покои, что ей приготовили, – приказал Веснер служанкам.

Покои? Да что происходит? Меня что, ждали в замке самого Правителя Дома Гроз? Я заозиралась и только было открыла рот спросить командора, что происходит, как он нетерпеливо проговорил:

– Все потом, потом.

Девушки указали мне рукой вперед, и пришлось следовать за ними.

Лихорадочные мысли о цели моего пребывания в замке метались, как птицы во время грозы и шторма, так же нервно и беспорядочно. По пути я отмечала роскошное и величественное убранство замка. Высокие потолки, украшенные лепниной и позолотой, создавали ощущение простора. Витражные окна пропускали много света, наполняя помещения теплыми красками. Стены украшали дорогие гобелены с изображениями пейзажей и охотничьих сцен. Пол покрывал белый мрамор с серыми тонкими прожилками, и отзвук шагов отлетал от стен и терялся в высоких сводах.

Если бы меня хотели убить, то, наверное, отправили бы не в покои, а куда-нибудь в тюрьму. Тогда что я тут делаю? Правитель Дома Гроз решил пополнить свой гарем? Не слишком ли много чести тащить через полстраны меня, небогатую и незнатную, для его любовных утех? Точно дело не в этом.

Вскоре меня ввели в огромные покои, достойные самого главы Дома. Через большие окна падал теплый свет на паркет орехового оттенка. Диван и кресла расположились по центру комнаты, обитые голубой тканью с узором из мелких белых цветочков. Изогнутые ножки мебели утопали в белом ковре с длинным ворсом. На круглом чайном столике стояла изящная ваза с фруктами.

– Госпожа, это ваши покои. Мы принесем вам еду, – поклонилась мне служанка, светловолосая девушка с круглым лицом и носом-кнопкой.

– Зачем меня сюда привезли? – спросила я жалобным голосом. Подумала, может, получится уговорить их помочь мне бежать.

– Госпожа, нам велено только вам прислуживать, и мы ничего не знаем, правда, – быстро заговорила вторая девушка, с черными волосами, заплетенными в косу, и карими большими глазами на узком лице.

– Пожалуйста! Я должна отсюда выбраться! – Я отчаянно схватила ее за руку.

– Извините нас, мы пойдем. – Служанка осторожно высвободилась из моего захвата, и обе девушки быстро удалились.

Я думала, меня запрут, но звука проворачивающегося в замке ключа не было! Я постояла пару минут, ожидая, вдруг служанки опомнятся и вернутся запереть меня, но никто не приходил. И тогда я осторожно на цыпочках подошла к двери и выглянула в коридор. На меня уставились две пары глаз высоких и крупных охранников. Я тут же закрыла дверь.

Подбежала к окну, разглядывая парк, где по гравийным белым дорожкам ходили стражи. Красиво одетые дамы сидели на резных скамейках под раскидистыми деревьями, которые защищали их белоснежную кожу от жалящих лучей летнего солнца. Дамы о чем-то весело щебетали и мелодично смеялись. Точно не получится незаметно при них вылезти из окна на связанных между собой простынях. Я прошла в спальню, но окна из нее выходили на все тот же живописный зеленый парк.

И что мне делать? Я металась по комнатам, лишь на миг заглянула в ванную, поразившись ее просторностью и богатым убранством, сиянием белого мрамора и позолоты.

Я кусала губы, заламывала руки, грызла ногти и пыталась придумать объяснение моего пребывания здесь.

После получаса, проведенного в роскошной темнице, в дверь постучали, и вошел мужчина лет сорока в темных брюках и синем сюртуке, отделанном серебряными узорами. Он нес небольшой чемоданчик. На его худощавое лицо падали светлые пряди волос, а полные губы были плотно сжаты. За ним в комнату проследовали двое охранников. Я попятилась в ужасе и схватилась за спинку стула.

– Госпожа Ноа, разрешите представиться – я главный маг Дома Гроз – Эскер Билво. Вам не нужно ничего бояться, – мягким голосом заговорил он.

Он знает мое имя?!

– Присядьте вот сюда, пожалуйста. – Он отодвинул для меня стул. Я осторожно на него покосилась и нерешительно подошла. Села, выпрямив спину и сцепив пальцы рук.

– Госпожа Ноа, позвольте проверить вас магически. Это не больно, уверяю вас, – успокаивающе говорил со мной Билво.

Маг достал из чемоданчика длинную палочку, похожую на прутик, и принялся махать ею перед моим лицом. Я сначала следила за ней, а потом у меня закружилась голова, и я уставилась в стену, обшитую деревянными панелями.

– Вот так! – Вокруг меня что-то заискрило и несколько раз вспыхнуло малиновым, а потом серебристым цветом.

Я зажмурилась от яркого света. Магом я не была, и меня всегда завораживала волшебная сила. Я переживала, что родилась без дара, ведь мама была отличным бытовым и водным магом. Она твердила, чтобы я не расстраивалась, ведь магия не самое важное в жизни. Но я так не думала и многое бы отдала, чтобы владеть самой силой жизни и природы. Обладай я хоть маленьким уровнем этой силы – была бы воистину счастливой!

– Отлично, моя дорогая, – улыбнулся мне Билво. – Теперь отдыхайте.

И он удалился с довольным видом вместе с охранниками.

И что он узнал? А ведь внимательно смотрел на мои звезды на запястье, даже потер их пальцем, проверяя, не краска ли это. Ага, конечно, делать мне нечего – рисовать на себе знак проклятья.

Только было я встала и собралась идти в ванную попить воды из-под крана, так как графин не обнаружила в комнате, как вбежали девушки-служанки. Одну скрывал ворох платьев, а другая несла большой поднос с едой.

– Госпожа Ноа, вы желаете сначала поесть или принять ванну? – ставя на столик поднос, спросила курносая девушка.

Я скрестила руки на груди и враждебно уставилась на служанок.

– Я хочу, чтобы мне кто-нибудь пояснил, что я тут делаю!

– Извините, этого мы не можем знать. Нас только попросили помочь привести вас в порядок и отвести к главе Дома Гроз. Он вам все объяснит.

Я поджала губы. Значит, все-таки Правитель Дома напрямую замешан в моем похищении. У меня даже нет предположений, зачем ему бедная проклятая девушка с окраины страны.

– Госпожа, извините, но у нас приказ привести вас в порядок, – более настойчиво произнесла брюнетка.

Да уж, к главе Дома вести девушку в поношенном и грязном с дороги платье нельзя. Вдруг я испорчу его величеству аппетит!

Я пожевала нижнюю губу и отправилась в ванную. Все равно вымыться очень хотелось. Казалось, пыль всех дорог покрыла меня с ног до головы.

Курносая служанка побежала вперед и запорхнула в ванную первая. Я стояла и ждала, пока она наберет горячей воды, опрокинет в нее бутылек молочной пены с ароматом карамели. Дальше я от услуг Линды, как ее звали, отказалась. Я никакая им не госпожа, сама вымоюсь. И лучше сделать это побыстрее, чтобы встретиться с тем, к кому меня привезли, и узнать, зачем он меня похитил.

Я быстро намылилась, смывая пыль и грязь, не стала сильно отмокать и вылезла из ванны. Закутавшись в полотенце, вышла. Линда и Мокки уже ждали меня, разложив несколько платьев на шелковом лиловом покрывале кровати. Я нахмурилась.

– Госпожа Ноа, мы вам поможем одеться и сделать прическу.

Я понимала, что без этого никак, но меня пугали яркие наряды из дорогой ткани с искусной вышивкой. Они явно достойны дам высокого положения, но не меня.

Я тяжело вздохнула и подошла ближе, разглядывая облако шелка и органзы. Будто меня на бал готовили. Я взяла в руки самое неяркое платье, если такое возможно в этой феерии красок. Легкое, бежевого цвета, с длинными прозрачными рукавами, заканчивающимися манжетами, с неглубоким вырезом на груди, украшенным цветами, и длинной юбкой до пола. И белье мне тоже принесли, тончайшее и нежное. Белые панталончики и бюстье, чулки и несколько туфель на выбор разных размеров.

Облачившись в невесомый струящийся шелк, который хорошо подчеркивал мою тонкую фигуру, я села в кресло перед зеркалом, так как мне не разрешили идти с просто распущенными волосами. Их заплели в косу и уложили вокруг головы, закрепив заколками с белыми цветами.

Я сильно нервничала, пока ждала, когда служанки закончат со мной. Сжимала пальцы и кусала губы. Есть я категорически отказалась, только выпила залпом полчашки зеленого чая и сказала, чтобы меня отвели к Правителю.

Сейчас я и узнаю свою судьбу. И что мне она преподнесет?

Руки вспотели, а сердце холодело от неизвестности и страха перед будущим. Пока я шла по коридорам, считала шаги, словно до плахи. Линда довела меня до конца прохода и остановилась перед двустворчатыми дверьми, украшенными золотыми узорами. Служанка постучала и открыла створку. Я вошла на деревянных ногах в огромный зал, видимо, для приема гостей. Паркет с геометрическим рисунком, парчовые золотые шторы и никакой мебели, кроме стоящих в центре двух кресел на помосте. На одном из них восседал, иначе и не скажешь, мужчина лет пятидесяти, с черными волосами, волевым подбородком, карими глазами, излучающими силу. Широкие плечи облегал черный сюртук, под который была надета белоснежная рубашка. Рядом с ним стоял молодой мужчина, около тридцати лет. Орлиный нос и хищный взгляд черных глаз вызывали желание тут же отвести взор. Он был очень похож на мужчину в кресле – и цветом волос, и чертами лица.

– Ноа! – громко произнес Правитель Дома Гроз – Арак Дорган. А рядом с ним, похоже, его сын – Ваид Дорган. И почему-то они меня знали.

– Наконец-то я тебя нашел! – Арак Дорган встал, демонстрируя высокий рост.

Я настороженно наблюдала, как он с радостным выражением лица идет ко мне. Правитель заключил меня в объятия. Я же стояла, не шелохнувшись, словно приросла к полу. От Арака исходил тяжелый амбровый аромат парфюма.

– Ты не представляешь, Ноа, как долго я тебя искал! Моя дочь… – Его глаза потеплели, и он жадно всматривался в мое лицо.

У меня отвисла челюсть, а брови взметнулись вверх. Это что, шутка такая? Какая дочь? Мама сказала, что мой отец погиб!

– Ваид! Твоя сестра наконец-то здесь! – торжественно возвестил довольный правитель.

Ваид Дорган подошел ближе и криво мне улыбнулся, что-то в его взгляде настораживало. Он, в отличие от Арака Доргана, явно не очень был рад меня видеть.

– Я тебе должен так много рассказать! Твоя мать и моя жена Шарлотта убежала от меня, когда ты только родилась. Исчезла в неизвестном направлении. Я долго искал вас, но тщетно. И только недавно нашел и узнал, что моя возлюбленная Шарлотта умерла, оставив мою дочь одну. Как же хорошо, что я вовремя тебя нашел, пока ты не пошла по миру!

Правитель вещал, по-моему, полный бред. Может, он меня с кем-то перепутал? Или сошел с ума? Хотя мою маму и правда звали Шарлотта.

Я сомневалась.

– Но мама не говорила, что вы мой отец.

– Конечно! Как она это скажет, если она тебя украла у меня! Оставила отца без его маленькой девочки и убежала с моим военачальником, к которому внезапно воспылала страстью. Я думал, она меня любит! У нас был счастливый брак!

Я почувствовала, как сердце прихватило, и задышала, точно рыба, выброшенная на песок. Моя мама сбежала из правящего Дома? От мужа Правителя? Она мне так мало рассказывала об отце, вернее, о том, кого я им считала, говорила, что ей больно вспоминать о нем. И якобы он умер, когда я была совсем маленькой.

– Вы действительно мой отец? – Я подозрительно на него посмотрела: на ярко выраженный восторг на его лице и горящие глаза.

– Да, несомненно! И мой придворный маг только что это подтвердил окончательно. Не сомневайся – ты моя родная дочь! – торжественно оповестил он.

Я перевела взгляд с нежданно-негаданно приобретенного отца на Ваида, его лицо казалось непроницаемым.

– Не знаю… – покачала я головой, не верилось мне в такое счастье. Я была в принципе недоверчивой. Что-то больно мягко стелет Арак.

– Все будет теперь хорошо! Ты снова дома! Мы с тобой обязательно все обсудим, и ты расскажешь о своей жизни и маме. Мы снова стали одной семьей. – Правитель Дома Гроз вдруг обнял меня, прижимая к груди. – Мне так жаль, что твоя мама умерла, – тише проговорил он.

Видимо, ему уже рассказали о моей жизни, раз уж меня отыскали. Наверняка многое Арак и сам знает.

– Я так бы хотел встретиться и поговорить с моей женой Шарлоттой, несмотря на то что она сделала. – Правитель горестно поджал губы. – Но не печалься, моя дорогая, теперь ты под моей защитой и больше не сирота. У тебя есть семья, брат. Теперь все будет хорошо.

– Надеюсь, – тихо выдавила я. Мне до сих пор казалось все неправдой или сном.

– Не сомневайся даже. А теперь, Ноа, иди отдыхай, вечером поужинаем и поговорим обо всем. А завтра устроим прием в твою честь! Приедут главы правящих Домов приветствовать мою найденную дочь!

Я не знала, что и сказать. Все это так ошеломило! Но почему же мама мне лгала? Ведь я бы точно хотела знать, что я – дочь правящего Дома! Это же изменило бы всю мою жизнь! Деньги, хорошее образование, много всяких возможностей!

– До встречи на ужине, Ноа. Я очень рад, что ты снова с нами, – улыбнулся Арак. – Добро пожаловать домой.

Глава 3
Знакомство

Уплетая десерт из груши, покрытой золотистой хрустящей корочкой из карамели, я завершала обед, что принесли в мои покои служанки. Наевшись до отвала, откинулась на спинку дивана и поджала под себя ноги. Если подумать, у нас в доме не было портрета якобы моего отца, которого мама называла Мелон. Она лишь иногда упоминала, как его зовут и что он умер, когда я была совсем маленькой и поэтому его не помню. Когда я приставала к ней с расспросами об отце, она ничего не говорила, только что не хочет об этом вспоминать и бередить старые раны. Хотя я не видела, чтобы она лила слезы, называя его имя, и только сейчас мне это показалось странным.

В моих воспоминаниях есть только я и мама. Наш маленький сад за домом, утопающий в зелени и цветах. Пышные розы, что наполняли воздух нежным ароматом. Мы с мамой наряжали кукол и заплетали им косички. Она шила для моих игрушек великолепные платья. Вкусные обеды и ужины, улыбки и объятия. Время солнца и любви всегда сопровождало меня в детстве.

Когда я стала старше, пришли подозрения, что, может, я ребенок от случайной связи, поэтому перестала мучить маму вопросами. О себе и своем прошлом она тоже почти ничего не рассказывала, только то, что она из семьи со средним достатком, ее родители умерли, оставив ей немного денег, на которые она и купила дом, а других родственников у нас нет.

Так что слова новоиспеченного отца о маме, воспылавшей вдруг любовью к какому-то мужчине и сбежавшей из дома с младенцем на руках, – полный бред. Этому я точно не верю. Но зачем мне врет глава Дома Гроз? И братец мой старший, от другой жены отца, не слишком мне рад, это уж точно.

Я решила ко всему и всем присмотреться. Чутье мне подсказывало, что многое вокруг меня ложь, в том числе и моя жизнь, как оказалось.

Комфортно в этом замке не было, наоборот, будто лежишь на колючем шерстяном одеяле: плохо, колется, а выхода нет. Пару часов назад я узнала о своем богатом родителе и что мне, похоже, не придется больше заботиться о своем пропитании. Но так просто принять факт, что я часть Правящей семьи Анцема? Совершенно не укладывается в голове.

И почему, если я – Дочь Дома Гроз, меня везли в замок как пленницу? И не воины, а наемники? Почему наемники мне ничего не сказали, не успокоили? Я ведь от страха за свою жизнь чуть не умерла, пока ехала сюда! А оказывается, к папочке!

Хотя… Если бы за мной явились военные, я бы точно подумала, что меня собираются убить как проклятую со знаком Сейны. И может, Правитель Дома Гроз хотел мне сам все рассказать? Ведь логично же, что ни военным, ни тем более наемникам я бы не поверила. Так что, вероятно, так и надо было, и зря я злюсь? По дороге же меня никто не насиловал, не бил, кормили даже.

Побродив по выделенным мне комнатам, потрогала изящные бронзовые статуэтки девушек, лошадей и диковинных животных, посидела в разных креслах. Покои были обставлены с роскошью и изяществом. Стены комнат завешаны гобеленами, изображающими сцены из мифов и легенд. Пол устилал толстый ковер с замысловатым узором. Массивная мебель из ценных пород дерева украшена искусной резьбой и инкрустацией драгоценными камнями. Над камином, облицованным белым мрамором, висело большое зеркало в золотистой узорной оправе. В каждой комнате люстры, заполненные светляками, которые маг мог зажигать сам, или их зажигали специальным заклинанием обычные люди.

В спальне стояла большая кровать с бархатным темно-красным балдахином, застеленная роскошным шелковым покрывалом, а рядом с ней – небольшой столик для чтения. А еще шкаф возле стены и секретер со множеством ящичков, заглянув в которые, я ничего не нашла.

Я открыла окно, чтобы впустить в спальню легкий свежий воздух, насыщенный ароматами лета. Меня стало клонить в сон, и я сняла платье, оставшись лишь в одном белье. Прилегла на кровать и проспала до вечера.

Перед ужином меня разбудила Линда. Я села в кровати, сгорбившись, голова болела, и идти никуда не хотелось. Отец у меня никаких родственных чувств не вызвал, но надо как-то вливаться в новую жизнь.

Со вздохом встала и поплелась умываться. В зеркале отражалась бледная я, кожа, казалось, стала еще белее, глаза ввалились и потускнели. Я умылась холодной водой, чтобы щеки хоть немного разрумянились. Попыталась себе улыбнуться, но получила лишь жалкую тень улыбки.

Мне сказали, что надо готовиться к ужину. Волосы я не дала убрать в прическу, оставила их свободно струящимися по спине. Их цвет мама называла лунным серебром.

Я привычно потерла свое запястье, без кожаного браслета чувствуя себя голой. Покрутилась, соображая, чем бы мне спрятать знак Сейны, и нашла белую ленту. Хоть рукава у платья и длинные, но надо перестраховаться. Обернула шелк несколько раз вокруг запястья и сделала красивый бантик. Линда настороженно поглядывала на мой знак Проклятой, наверное, боялась. Мой отец и брат о нем знали, но приняли в семью и, похоже, не собираются меня казнить, так что остальным придется помалкивать.

* * *

Я шла по длинным коридорам замка Правящего Дома Гроз, стараясь держать спину прямой и не показывать свои беспокойство и страх. Пыталась вести себя так, будто я просто ненадолго покидала отчий дом и вернулась к привычному укладу.

На стенах висели картины с чьими-то портретами, возможно даже, моих предков. Строгие надменные лица взирали на меня будто с неодобрением, и я от них отвернулась. Слуги замка были одеты в красивые ливреи и вели себя достойно, проявляя ко всем уважение. В одном из залов я увидела на потолке фрески с изображением яркого летнего неба и плывущих по нему безмятежных облаков. Мне нравились легкость и воздушность дома отца. Много света и чистоты, изящества и благородства. Надеюсь, и мой отец такой же.

Наконец-то я дошла до помпезной обеденной залы. Деревянный паркет из темного дерева покрывал огромное помещение. Окна прятались за золотистыми портьерами. Посередине стоял стол, уставленный различными яствами, а к нему были придвинуты стулья с высокими резными спинками.

– Дочь моя! – Улыбаясь и протянув ко мне руки, из-за стола поднялся отец.

Я его не знала, и мне было непривычно такое обращение. Я себя чувствовала некомфортно. Арак Дорган подошел, чмокнул меня в макушку и, приобнимая, повел за стол. Ваид кивнул с легкой полуулыбкой, хотя его холодные глаза выдавали безразличие ко мне. Брат облачился в шикарный темно-синий сюртук и белоснежную рубашку с сапфировой булавкой в шейном платке. А рядом с ним сидела девушка лет двадцати пяти, очень красивая блондинка с густыми блестящими волосами медово-солнечного оттенка, большими глазами, сверкающими изумрудным цветом. Вырез ее кроваво-красного платья демонстрировал грудь. Она встала меня поприветствовать, вот только радости на ее лице я не увидела. Лишь вымученную улыбку. Она мне сразу же не понравилась. Я ей холодно кивнула.

– Пойдем, дорогая Ноа, сядешь рядом со мной, – радушно проговорил Арак.

Отец сел во главе стола, справа мой брат Ваид, рядом с ним девушка со взором змеи, а слева устроилась я.

– Это Квирида, – представил мне девушку отец. Вот так просто. Без всяких титулов и пояснений, кто она. И я поняла – она его любовница и, раз сидит рядом с самим Правителем Дома Гроз, явно каким-то образом потеснила всех конкуренток, надеющихся быть возле могущественного господина.

Думаю, Квирида, как и все охотницы за деньгами и властью, претендует стать очередной женой Арака. А раз моя мать мертва, то теперь путь к его кошельку и официальному титулу Правительницы Дома открыт.

Ну что же, у правителей Домов всегда были любовницы, я слышала, что и для женатых это считалось чуть ли не нормой. Может, моя мать и сбежала потому, что устала терпеть его измены? Я подозрительно уставилась на отца, пытаясь разгадать истинную причину маминого побега со мной на руках.

Стол был заставлен разнообразными блюдами, каждое из которых выглядело произведением искусства. Здесь были и жареные поросята, фаршированные яблоками и орехами, и запеченные фазаны, украшенные перьями и ягодами, и множество других деликатесов. Также на столе стояли кувшины с вином и графины с фруктовыми соками.

Рот наполнялся слюной от запаха и вида мясных блюд. Ждала своего часа запеченная оленина с хрустящей корочкой, фаршированная грибами и овощами. Жареные перепела возвышались горкой на большом блюде. Тушеные в молоке кролики и фазаны, украшенные настоящими перьями, думаю, стоили бедным поварам многих часов, потраченных на их приготовление. Все блюда были украшены цветами. В воздухе царили восхитительные ароматы, исходившие от блюд. Все это великолепие создавало атмосферу праздника и роскоши.

Я сидела с прямой спиной, правильно расположив локти, и спокойно вкушала деликатесы. Я знала правила этикета и могла с легкостью их соблюдать. Мама моему воспитанию, достойному благородной девицы, уделяла много времени. Она учила меня так, будто мне завтра идти на светский прием. Мама запрещала мне использовать в речи бранные и просторечные выражения, и сама она всегда ела грациозно, сидя с прямой спиной, будто родилась в высокородной семье. Внезапно меня пронзила мысль: а кто она на самом деле была? Ведь глава Дома не мог жениться на простолюдинке. Аристократы всегда женились только на аристократках. Надо все выспросить!

Между фазаном и порцией салата с тунцом отец, видимо, решил, что пора приступать к расспросам.

– Ноа, расскажи нам о себе. Как ты жила?

Я прочистила горло и заговорила:

– Мы жили в маленьком городке на юге Анцема – Риале. Мама работала в школе учителем этикета и литературы. Я этим летом окончила школу и собиралась ехать поступать в колледж, причем к вам сюда – в Баску.

Я сжала вилку, и голос дрогнул. Воспоминания о смерти мамы всегда проходились внутри болезненной волной и отдавались острой болью в сердце.

– Дорогая, расскажи, как она умерла? – задал вопрос отец, участливо глядя на меня.

– Мама заболела, врачи думали, что обычная простуда, но пошли осложнения, и она быстро скончалась, – тихо договорила я и опустила взгляд, уставившись на скатерть, белоснежную, как наша жизнь, когда мы только приходим на этот свет. А потом разные пятна начинают ее разрисовывать. Черные – беды, красные – утраты, желтые – радость и счастье. Пока наконец наша скатерть жизни не станет холстом, цвета которого выбрала сама судьба.

– Очень жаль, Ноа, что я встретил тебя так поздно, – сдавленным голосом проговорил Арак.

Есть мне перехотелось, и я положила вилку и нож на тарелку.

Отец сделал знак слуге, и мне подлили вина. Я к нему не притронулась, не любила горячительные напитки. Брат молча ел, и он выпил уже несколько бокалов рубиновой жидкости. Квирида ела медленно, скорее просто ковыряясь в пище, и бросала на меня настороженные взгляды, будто ожидая подвоха.

– Ноа, а какой ты магией обладаешь? – перевел Арак разговор, но опять неудачно попал. Тема магии для меня тоже была болезненная.

– У меня нет магии, – тихо ответила я и посмотрела на его реакцию.

Брови Арака поползли вверх, а взгляд он непроизвольно перевел на мое запястье, обмотанное шелковой лентой. Да, я знаю, что это странно. Последователей Сейны убивали как раз за сильную необычную магию. Но в моем случае что-то сломалось. Я так ее ждала! Я так жаждала!

В нашем мире много магов и волшебства. Я так хотела обладать этой силой! Но ничего не выходило. Я очень расстраивалась, и мама говорила, что, может, магия проснется у меня лет в восемь, как и у многих. У самых сильных она проявлялась лет с двух, а то и раньше. Я все расспрашивала маму, когда же получу магию. Она каждый год говорила мне подождать еще. Чем слабее маг, тем позже появится его способность. Я становилась все старше, и в шестнадцать лет уже перестала спрашивать, но ждать и надеяться – нет.

Потом я решила узнать о магии луны и своих звездах на запястье в надежде хотя бы приблизиться к разгадке, почему убивали отмеченных Сейной, и стать ближе к магии. Поэтому я и собиралась учиться на звездочета. Сейчас мне семнадцать, и у меня есть еще шанс, что после совершеннолетия волшебство проявится, хоть чуть-чуть. Тогда я буду самым счастливым человеком на свете.

– А у вас какая магия? – спросила я отца и брата.

Отец чуть улыбнулся и поднял руку, крутанул указательным пальцем и создал вихрь, направил его к вазе с цветами, и воздушный поток, словно пальцами, ухватил розовый нежный пион и поднес мне. Я с восхищением смотрела на чудо, приняв дар. Арак – маг воздуха! Это здорово! А вдруг у меня что-то подобное проявится?

Негромко свистнул Ваид, и вдруг за его спиной сгустился Сумрак. Разом потемнело, словно ночь наступила, пахнуло какой-то затхлостью и сыростью, и тут из мрака за его спиной выскочили два огромных черных поджарых добермана! Я испугалась и прижала руки к замершему сердцу. Я почему-то очень боялась собак, хотя они меня ни разу не кусали.

Ваид самодовольно улыбнулся, и два стража тьмы сели по обе его стороны.

– Это что?.. – спросила хрипло я.

– Ваид – некромант, – пояснил Глава Дома Гроз, с гордостью глядя на сына.

А у меня неприятно сжалось все внутри. Интересно, а обо мне отец когда-нибудь будет с такой же гордостью отзываться?

– Они откуда? Собаки мертвые? – спросила я, глядя с подозрением на псов Сумрака.

Вроде бы некромантам должны служить умертвия, скелеты со свисающей кусками кожей, пустыми глазницами и мерзким запахом тлена, а не собаки.

– Они из Серой пустоши, – довольно растянул губы в улыбке брат.

– О-о, – только и сумела произнести я.

Тогда Ваид очень сильный маг! Уметь входить в Серую пустошь, которая за гранью нашего мира, но еще не тот свет, – это огромный дар.

«Повезло ему», – с завистью подумала я.

– А у меня дар природный, могу цветы выращивать за пару минут, – встряла любовница отца, но никто на нее и внимания не обратил.

«Садовод ерундовый», – с неприязнью подумала я.

Дальше разговор шел на отстраненные темы. Еще задавали вопросы о моей жизни, но никаких сильных потрясений, кроме маминой болезни, у меня не было. Моя жизнь до этого была уютной.

За окном стало темнеть. Вечер выпускал прохладу, развеивая серый туман по ветру, накрывая им, словно покрывалом, улицы, заставляя людей предвкушать заслуженный отдых.

– Ну что же, я вынужден вас покинуть, дела. – Отец встал из-за стола, и за ним тут же вскочила Квирида. – Ноа, завтра званый обед, будь готова.

– Да, конечно, – кивнула я, утомленная длительным днем, который словно провернул меня через жернова быстро сменявшихся событий.

Арак Дорган широкой уверенной походкой двинулся к выходу, а за ним проследовала Квирида, демонстрируя высокий вырез кровавого платья, оголяющего стройную длинную ногу до бедра. Квирида вроде бы гордо шла за отцом, но смотрелась как шавка, бегущая за хозяином.

Я заметила, что за мной наблюдает Ваид. Он отодвинулся от стола и сидел, закинув ногу на ногу. Собаки грозно смотрели на меня черными немигающими глазами. Они внушали безотчетный страх, холод прошелся по моему телу.

Брат молчал, а я нервничала, не зная, что сказать новоявленному родственнику, но и Ваид не спешил рассеять неловкую паузу.

– А твоя мама… – начала было я и тут же осеклась, не надо было все-таки поднимать этот вопрос.

Но Ваид ответил. С неохотой и спустя какое-то время молчания.

– Моя мать – Марионна, первая жена Арака. Она умерла, когда я был маленький. Потом уже, после череды таких, как Квирида, – сквозь зубы произнес он ее имя, – появилась Шарлотта и стала второй женой Арака.

– Ты помнишь мою маму? – спросила я, подавшись вперед.

– Конечно, она была доброй, – грустно произнес он.

– А это правда, что она… ну… Убежала из замка? – Не стала спрашивать, с кем.

Ваид молчал, словно раздумывал, что стоит сказать мне, а что нет. Спустя несколько долгих секунд он произнес наконец:

– Она ушла с тобой, когда ты только родилась. Я тебя помню, такую сморщенную и красную. И как-то вдруг Дом забурлил, отец бегал, на всех кричал и ломал мебель. Ты исчезла вместе с Шарлоттой.

– И что было дальше?

– Поиски, – пожал он плечами.

– С кем она сбежала? – Мне надоели его короткие ответы без подробностей, которые я так жаждала услышать.

– Тебе же отец сказал, – вдруг резко выпалил Ваид.

– Но… – начала было я, раздумывая, как выспросить про этого, по моему мнению, мифического командора Арака.

– Иди спать, Ноа. Прошлое есть прошлое. Иногда не стоит его ворошить, иначе оно придет и сметет все в твоей жизни.

«О чем это он? Хотя успею еще расспросить его, впереди много времени», – решила я.

– Доброй ночи, Ваид. – Постаралась тепло улыбнуться брату, решив налаживать отношения с ним и отцом. Ведь у меня теперь есть настоящая семья, и все обязательно будет хорошо.

– Спокойных снов, – ответил он отстраненно, разглядывая огонь в камине, который бросал на его лицо зловещие блики.

Глава 4
Крушение

В распахнутое окно врывался теплый ветер, колыша невесомые занавески, и приносил ароматы летних цветов, что украшали многочисленные клумбы в парке замка. В тени вековых деревьев, среди пышных кустов тянулись ухоженные дорожки, выложенные из разноцветных камней, стояли изящные скамейки. В воздухе витал сладкий аромат роз, жасмина и лилий, наполняя его свежестью и чистотой. Огромные дубы, клены и тополя, словно стражи, охраняли парк от внешнего мира. Их могучие стволы и пышные кроны создавали укрытие от палящего солнца, а нежный шелест листьев убаюкивал слух. На фоне изумрудной зелени, словно драгоценности, сверкали фонтаны, украшенные скульптурами прекрасных дев.

Я очень любила природу, пение птиц, стрекот сверчков и часто ходила в лес с подружками и мамой. Мне нравился парк замка, надо обязательно походить везде, осмотреться. И мне нравилось, что мой отец оказался богатым и аж Правителем Дома. И еще грело сердце, что я больше не сирота. И отныне не придется думать, где искать деньги для пропитания, а еще для меня открыты двери самых лучших учебных заведений страны! Я теперь смогу не только колледж окончить, но и академию какую-нибудь! А еще… У меня аж дыхание перехватило от внезапно возникшей мысли… Может, отец найдет наставника, который пробудит во мне магию? Вдруг она все же у меня есть?

С радостным трепетом и предвкушением великолепного будущего я окинула взглядом огромный гардероб, который служанки заполнили яркими красивыми платьями. Погладила невероятно нежный шелк и кружева нарядов. Внезапно я задумалась: «А как они все так точно подобрали, не сняв с меня ни единой мерки?» И опять в груди неприятно кольнуло от этой мысли. Ведь они точно знали и мой размер одежды, и многое другое, похоже. За мной явно следили еще до моего приезда сюда, раз купили все заранее. И вопрос только в том, как давно они за мной наблюдали? И когда отец вообще узнал о моем местопребывании?

Я пожевала губу в задумчивости и села в кресло, барабаня пальцами по деревянным отполированным подлокотникам, таким же гладким и ровным, как и вся жизнь в замке правящей семьи.

Утром я думала, что меня пригласят на общий завтрак, но то ли не захотели, то ли не принято у них три раза в день трапезничать всей семьей. А я ведь с утра надела платье, сама причесалась и стала в нетерпении ждать, но меня никто так и не позвал. Служанки было пытались возразить, что они должны мне помогать одеваться и делать прически, но я в их услугах не нуждалась. Еще не привыкла к такой жизни.

Я поискала на столике перед трюмо какие-нибудь украшения, мне нужен был браслет для скрытия знака Сейны, однако ничего подходящего не было. Зато поставили баночки с румянами и блеском для губ, но краситься я не любила. И плевать, что у меня светлые брови и ресницы, и так сойдет. И без косметики я очень нравилась парням, даже встречалась с несколькими, но мама была против, говорила, что я еще слишком юна, и гулять по вечерам с мальчиками не разрешала. В этом вопросе она была строгой, так что мне приходилось не заводить длительные отношения, пара встреч, и все, потому что дальше парни хотели большего, но я не могла им этого дать, воспитание не позволяло. Я не была легкомысленной, как мои подруги.

«Выйти бы по дворцу прогуляться», – подумала я, но меня охватило волнение, пока сидела и размышляла, что делать, если встречу кого-то по дороге. И что говорить, как себя вести, вроде же теперь статус у меня другой. В итоге от долгих размышлений глаза стали слипаться, и я уснула.

– Госпожа Ноа! Госпожа Ноа! Просыпайтесь! Надо готовиться к званому обеду! – тараторила Линда возле уха, пока я отходила ото сна.

– Сейчас, подожди, встаю, – потянулась я: от неудобной диванной подушки затекла шея. А еще пить хотелось, и я жадно осушила стакан воды.

– Госпожа Ноа, идите в ванную освежиться, – суетилась Линда.

Я умылась и надела белое платье с серебряной вышивкой, длинное и облегающее, открывающее ложбинку на груди и подчеркивающее тонкую талию. На запястье повязала серебристую шелковую ленту. Не думаю, что отец захочет афишировать мою метку.

А вообще, как он собирается решить эту проблему с проклятьем? Ведь не убьют же меня теперь? Я ведь Дочь Дома Гроз! Может, он решил ото всех скрывать сей факт до конца моей жизни?

– Правители Домов уже приехали! – благоговейно сообщила Линда, убирая наверх мои волосы, заплетенные в несколько кос, и закалывая их вместе серебряными заколками с бриллиантами.

У меня сердце забилось, как у трусливого зайчишки. Я ужасно боялась этой встречи. Как вдруг получилось, что теперь я буду представлена всем Правителям Анцема? Я решительно не успевала за быстрым развитием событий!

Я ведь только в школьных учебниках читала про глав нашей страны. В Анцеме правил совет из пяти Домов. Дом Гроз – Глава Арак Дорган и, как оказалось, мой отец. Ходили слухи, что Дом Гроз был назван так, потому что раньше, до объединения в одну страну, Дорганы были самыми грозными и воинственными соседями других Домов. Дом Горных волков – Правитель Галлен Киллиан, его владения находились на севере нашей страны, населенном свирепыми горными волками.

Дом Мечей – его Глава Тибера Рокуда, мастер Мечей, под крылом которого взращивали самых сильных воинов Анцема. Дом Бури – Правитель Ройс Оффе, его земли простирались возле моря Шулепэ, где бури частые гости. Дом Тишины – Правитель Армунд Имотто, ему принадлежали обширные леса, долины озер и равнин. Название Дому Тишины дали из-за густых чащоб, непроходимых и малообитаемых. Странные то были леса, заповедные и волшебные, и какие только легенды о них не ходили.

И какое же волнение я испытывала от того, что скоро увижу глав всех Домов! Зубы от страха едва не стучали. Хотела даже было попросить капли для успокоения, но не решилась – вдруг везде разнесут слух, что я истеричка и нервная особа.

Подходя к залу, где собрались Правители нашей страны, я сделала пару глубоких вдохов и выдохов, а на лицо натянула легкую улыбку. Ну что сказать, устояла, не тряслась, как заяц, расправила плечи и вошла.

Главы Анцема уже сидели за овальным столом. И нет, к моему удивлению, это был не званый обед, что сразу же бросилось в глаза. Стол оказался почти пустой, на нем стояли только графины с белым и красным вином, фрукты и легкие закуски.

– Заходи, Ноа, – встал при виде меня Повелитель Дома Гроз, и я направилась к нему, держа спину прямой.

Справа от Арака Доргана сидел Ваид с непроницаемым лицом. А пустой стул слева, видимо, предназначался мне. Я подошла к отцу и развернулась лицом к гостям.

Возле Ваида расположился молодой мужчина с темными вьющимися волосами до плеч, прямым носом и ярко-голубыми, словно лед горных озер, глазами, которыми он впился в меня. Я его узнала! Это он стоял на улице, когда меня привезли к замку, и он заметил мой знак проклятой.

Дальше сидел Правитель Дома Бури – Ройс Оффе, высокий и солидный мужчина в возрасте, с ярко-рыжими непослушными кудрями, ниспадающими до плеч, полными губами и широким носом. Ройс Оффе был такой, как и на картинках в учебниках, – мятежный и неспокойный, точно море в его владениях.

Глава Дома Тишины – Армунд Имотто, беловолосый мужчина с узким лицом, тонкими губами и нежными, словно незнающими никакой работы руками, казался очень интеллигентным и утонченным. Правителей других Домов за столом не было. А парень с глазами цвета льда тогда кто?

«Он очень красивый». – Украдкой я бросила на него еще один взгляд.

– Позвольте представить вам мою дочь. Ноа Дорган – младшая наследница Дома Гроз. Законная дочь от моей жены Шарлотты, – торжественно представил меня отец, взяв за плечи и широко улыбаясь.

Все взгляды впились в меня, и повисла долгая тишина. У Правителя Дома Бури дернулась рыжая густая бровь. Армунд Имотто окинул меня взором с ног до головы. А голубоглазый мужчина подался вперед, вперившись мне в глаза. Я смутилась, захотелось спрятаться от их пристального внимания, но отец держал меня за плечи, не давая отступить.

– Арак, но твоя жена Шарлотта умерла много лет назад, – вопросительно уставился Огненный Ройс Оффо на моего отца.

– Она не умерла, я был вынужден так всем сказать. Тяжелые времена, враги… – сделал многозначительную паузу мой отец, глядя в глаза соправителям. – Шарлотта жила в отдалении от меня и растила мою дочь. Я скрывал их.

«Что? Что он такое говорит?» – неверующе посмотрела на него. Арак знал про нас? Он всегда знал про меня? Я решительно ничего не понимала. Голова раскалилась, мысли забурлили, словно пузырьки закипающей воды.

– А могилы? – нахмурился Армунд.

«О… у меня есть могила? – про себя произнесла по слогам я. – Что происходит?»

– Могилы Ноа и Шарлотты пусты, – как ни в чем не бывало сообщил Арак.

А у меня ноги подкосились. Отец усадил меня на стул, и я вцепилась в край столешницы. Только шок и воспитание не позволили мне тут же накинуться на Арака с расспросами и воплями. Я даже не знала, что все считали нас с мамой умершими! Да как так-то? Мне стало жарко, щеки запылали. Захотелось убежать отсюда и в то же время закричать, чтобы мне все объяснили.

«У меня есть могила?!» – Почему-то это больше всего выбивало из колеи.

– Теперь я готов представить всем свою дочь. – Отец сел во главе стола.

– А что, времена изменились, и у нас в Анцеме отныне все спокойно? – раздался голос парня с удивительными глазами.

– Морион, ты теперь Глава Дома Мечей, и нам всем надо идти дальше, – начал было Арак, но Морион его перебил, вскочив.

– Теперь я Глава Дома Мечей, потому что ты убил моего отца!

Я с ужасом посмотрела на Арака. Куда я попала? Что я тут делаю? Все, хочу уйти отсюда, подальше от этих подковерных игр. Убежать из замка сейчас же! Но ноги не держали, и я не смогла встать.

– Твой отец умер не от моей руки, ты же знаешь, Морион, – совершенно спокойным тоном произнес Арак, не моргнув и глазом на такое серьезное обвинение.

– Морион, нет доказательств, – проговорил едва слышно глава Дома Тишины.

– Я знаю это точно. – Глаза Мориона пылали гневом, и синий колдовской огонь загорелся в их глубине. – А то, что ты напал на мой отряд, который не пересекал твоих владений, тоже будешь отрицать?

– Да, Арак, мы поэтому здесь и собрались, – начал говорить Армунд, сцепив пальцы перед собой. – Ты перешел черту. У нас же договор о ненападении Домов друг на друга.

– Мы одна страна, Арак! – хмуро выпалил Огненный Ройс.

– Случилось недопонимание, мои воины подумали, что это вторжение в мои земли, – абсолютно невозмутимо ответил Арак. На его лице даже и тени не проскользнуло.

– Вторжение? – сузив глаза, с угрозой произнес Морион. – Это был отряд из двадцати человек, ехавший по делам, а не армия. Как это можно было посчитать вторжением? Твои воины напали и убили их просто так!

– Арак, это беспечно, – покачал головой Армунд. – Ты тычешь в медведя палкой. Мы давно уже объединили наши территории и согласились править наравне. Но ты все время дразнишь нас и проверяешь границы дозволенного. А теперь убил целый отряд Дома Мечей! Ты что, хочешь поссорить наши Дома и развязать гражданскую войну внутри страны? Уж не желаешь ли ты стать единоличным правителем Анцема? У нас давно вызывают сомнения твои действия, Арак.

Я сидела ни жива ни мертва. Война? Нападение? Убийство главы Дома? Это что за мрак? Все, я решила – сбегу отсюда. Не сдались мне их власть и богатство. Лучше быть подальше от таких гнилых людей! Стащу у отца немного денег, и поминай меня как звали. Растворюсь на просторах страны.

– Арак, пора подтвердить пакт о ненападении между нашими Домами, – сверкнул ярко-зелеными глазами Огненный Ройс.

– И ты должен заплатить за то, что убил моих людей, – с ненавистью произнес Морион.

– Арак, нам нужны гарантии твоего мирного настроя. – Армунд казался самым миролюбивым из всех правителей.

– Хорошо, я готов их дать, – кивнул мой отец.

– Если договор тебя уже не сдерживает… – покачал головой Правитель Дома Бури. – Ты же понимаешь, к чему это может привести?

– Конечно, и я готов дать зарок. Вернее залог, что больше не нападу на Дом Мечей. – Арак сделал торжественную паузу, обведя всех взглядом и остановив его на Морионе. Затем встал.

– Я пожертвую самым ценным, что у меня есть. Сокровищем, которое я прятал от всех бурь и невзгод, – моей любимой дочерью Ноа.

У меня глаза округлились и отвисла челюсть. Видимо, я ослышалась. Что? Что он хочет сделать?

– Да, дорогие мои друзья, в залог моей дружбы и заверения о ненападении я отдаю мою дочь Ноа Мориону Рокуда, Правителю Дома Мечей.

Должно быть, я сплю? Я даже тряхнула головой. Да такого не может быть! Я же не вещь! Меня нельзя так просто взять и отдать!

Я вскочила, приготовившись возмущаться.

– Ноа, дорогая, прости, – положил руку мне на плечо Арак и с силой надавил, я почти упала обратно на стул. Он больно сжал мое плечо, в его лживом взгляде плескалось напускное сожаление.

Ублюдок! Сволочь! Он мне не отец! Это все был цирк! Он расчетливо меня использовал! Приволок к себе, уже зная, что отдаст меня в залог мира!

– Ты что, предлагаешь мне ее в жены? – недоверчиво вздернул черную бровь Правитель Дома Мечей.

– Конечно! Когда мы породнимся, то… – начал Арак.

– Ты думаешь, я тебе прощу смерть моего отца? Смерть моих людей? – прошипел с угрозой Морион. – Браком не решить наших проблем, Арак.

– Морион, – начал тактично Правитель Дома Тишины. – Может, и стоит рассмотреть брак с Ноа для благополучия и примирения с Домом Гроз? Это было бы всему Анцему на руку.

– Я не… – начала было я говорить, готовясь высказать все, что об этом думаю. Но Арак сильно сжал мое плечо, так, что от боли я сморщилась. И, глядя на Мориона, он молвил:

– Ты породнишься с самым сильным Домом Анцема, Морион. Подумай.

Правитель Дома Мечей молча сверлил взглядом Арака.

– Но я… – снова попыталась возразить и посмотрела в поисках поддержки на Ваида, но он уставился на свои руки, сцепленные перед ним.

– Морион, – начал Армунд Имотто.

– Хорошо, я подумаю. Но я забираю ее себе, – откинув голову назад, Морион с вызовом посмотрел на Арака.

«Что? Что он только что сказал?» – смятение охватило меня.

– Договорились! – Отец улыбнулся и протянул ему руку. Морион поколебался, но все же пожал ее.

Я вырвалась и выбежала из комнаты, не понимая, куда направляюсь. Думала лишь об одном: «Быстрее отсюда! Подальше от гнусного и лживого отца, который приволок меня в столицу, вытащил из могилы, чтобы отдать какому-то мужчине в качестве заложницы!»

Да это что такое? Так нельзя поступать с людьми! С родной дочерью!

Коридор и лестницы перед глазами расплывались, словно цветная мозаика, проступили горькие соленые слезы. Я чуть не упала, выбегая из-за угла, и схватилась за вазу на постаменте, разбив ее.

Быстрее отсюда! Сбегу! Спрячусь!

Теперь ясно, почему мама сбежала от Арака. Я не вещь! Ему на меня наплевать!

Подбежав к выходу из замка, я с размаху врезалась в закрывшуюся прямо перед моим носом дверь. Два воина держали руки на ней.

– Отойдите! – выкрикнула я.

– Извините, госпожа, приказано вас не выпускать из замка, – холодным тоном произнес охранник.

Я зарычала и бросилась искать другой выход. Арак все знал заранее! И что я попытаюсь сбежать – тоже!

В итоге ни на кухне, ни в других помещениях мне не дали выйти из дома. Воины силой заволокли меня в мои покои и закрыли дверь на замок.

Я разбила в комнате все, что смогла, осколки усыпали пол, словно смерч прошел. Я металась по покоям и швыряла в стены вазы, переворачивала стулья, рвала подушки и шторы. Меня душила глухая ярость. Она выбралась из меня огненным драконом и затмила сознание пламенем ненависти.

Я лучше умру, но не дам сделать из себя заложницу! Нет! Я поговорю с Араком, попытаюсь его убедить, чтобы он меня не отдавал! Загорелась во мне надежда и тут же погасла – холодный лед его сердца не растопить. Рассудок Арака извращен, и ему чужда доброта. Не тешь себя глупой надеждой, Ноа! Арак – чудовище. Что же делать?

Я подумала было попытаться вылезти через окно, однако увидела охрану и внизу. Наверное, Арак продумал и такой вариант моего побега.

До ночи, черной и безлунной, словно скорбный погребальный саван, накрывшей город, я металась, кричала, плакала и ругалась до хрипоты и сорванного голоса. А потом наступила пустота, охватила разом и увлекла куда-то в глубь отчаяния, в болото мутной реальности, которая засосала меня целиком, не оставляя надежды. Я свалилась возле перевернутого кресла и съежилась, поджимая колени. Начала раскачиваться, напевая себе колыбельную, что пела мне в детстве мама.

Когда чернота за окном слилась с темнотой внутри меня и в комнате, я услышала звук проворачиваемого ключа в двери. Зашел Арак.

Глава 5
Заложница

Правитель Дома Гроз произнес короткое заклинание, и зажглись светляки под потолком. Я медленно встала с пола, где сидела, привалившись спиной к креслу, и сжала кулаки.

– Ноа, сейчас ты не понимаешь моего решения, но так будет лучше, поверь, – начал отец спокойным голосом.

– Для кого лучше? Для тебя? Отдать меня, как вещь? – Я сделала шаг вперед и повысила голос.

Меня переполняла такая злость, что я мечтала разодрать его лицо ногтями до крови, до костей. Пальцы скрючились, в груди тлела ярость. Я бы накинулась на него, но понимала, что меня просто отшвырнут, как котенка.

– Не начинай, – скривился он, будто перед ним капризничал ребенок. – Ты – Дочь правящей семьи, тебя все равно бы ждал брак по расчету. Какая разница, кто будет твой муж? А Морион – Правитель Дома Мечей, хорошая партия…

Я его перебила:

– Я не собираюсь выходить замуж по твоей прихоти! Тем более что ты отдаешь меня, как вещь! В залог мира!

– Морион рано или поздно поймет, что ему лучше заключить союз со мной. Это выгодно нашим Домам. Он просто молодой очень, горячий, недавно только править начал. Но со временем все будет как надо.

Конечно, Морион горячий! Ведь мой папочка убил его отца! Какой же Арак лицемер! Сволочь!

– Я не твоя вещь, чтобы меня отдавать просто так! Я не согласна! – зашипела я, а волны возмущения поднимались вместе с приближающейся бурей злости у меня внутри.

– Ноа, ты должна думать о Доме Гроз, в тебе течет кровь многих поколений Правителей! – пытался убедить меня Арак, но безуспешно. Он лишь добавлял мне ярости. Слова, произнесенные тем, кто не считается со мной, – пусты и бесплодны.

– Зачем мне думать о том, кого я знать не знаю? Да я тебя только на днях увидела впервые! Ты вообще о чем? – Сейчас в моих венах текла лишь злость, а лицо пылало от гнева. – И, кстати, ты давно знаешь, где мы жили с мамой?

Арак молчал, что-то обдумывая, и спустя какое-то время ответил:

– Когда Шарлотта сбежала с тобой малюткой, я сперва потерял ее из виду. А потом, спустя год, нашел вас.

Я опешила.

– И ты почти всю мою жизнь знал про меня? О-о-о, – ткнула я в него пальцем. Это было уже слишком, и я покачала головой. – Ты меня, как вещь, приволок, только когда понадобилось мной пожертвовать! Да ты урод полный! – истерично завизжала я. – Ты не отец, ты сволочь!

– Выражения подбирай, когда со мной разговариваешь! – Лицо Арака мгновенно ожесточилось. Мне кажется, это и есть он настоящий – жестокий, хладнокровный мерзавец.

– А с чего бы вдруг мне уважать того, кому на меня наплевать? Ты мне никто! Слышишь? Никто! – повторила я по слогам, проклиная судьбу и папашу. – Лучше бы мама со мной сбежала в другую страну и я никогда бы не узнала, что у меня есть такой подлый отец!

– Шарлотта бы никуда от меня не делась. Я лишь держал ее на длинном поводке. Никто бы ее не отпустил, – усмехнулся Арак издевательски.

Он назвал мою маму собакой на поводке? Я яростно зарычала и стала метаться по комнате, покосилась на статуэтку, довольно тяжелую на вид – всадник на лошади сидел со шпагой наголо и грозно смотрел на своего невидимого врага, ей можно было и убить.

– Я теперь понимаю, почему она тебя бросила, ты просто сволочь! – не решилась все же бросить в Арака бронзового воина, вместо этого била словами.

– Все, ты мне надоела, невоспитанная грубая девчонка! Сиди под замком, тебе все равно никуда не деться. Будет так, как я сказал! Завтра утром уедешь в Дом Мечей.

И он резко вышел из комнаты, хлопнув гневно дверью. А я все же швырнула статуэтку ему вслед, да так, что на дереве осталась вмятина.

Да как же это так! Как меня угораздило родиться в такой ужасной семье? Нет, мама у меня хорошая, а вот отец! Да лучше бы моим отцом оказался рыбак какой-нибудь! И он вряд ли бы меня так просто отдал какому-то мужику, которого я видела первый раз в жизни!

«А что будет со мной делать Морион? – От этой мысли сердце похолодело, и я перестала метаться. – Я стану его рабыней? И он будет творить со мной все, что захочет?» Я с ужасом вздохнула поглубже, и мне показалось, я тону и не могу выбраться из бурного моря. Меня уносил все дальше и дальше шторм, который погубит мою жизнь. А если Морион меня на цепь в подвал посадит? Лишь для того, чтобы отомстить Араку за смерть своего отца? У меня ноги подкосились, и я упала в кресло, потерев грудь, в которой заныло сердце.

Нет, Морион же понимает, что я – Дочь Правящего Дома. Не должен он со мной так дурно поступить. Я же не просто дворовая девка!

«Нет», – помотала головой. И я не сдамся! Сбегу от него, и меня никто никогда не найдет. Ноа, не отчаивайся!

Когда мне было плохо, я обычно не ревела, а била. Все подряд, что видела. И даже как-то девочку, обидевшую меня в детстве, отлупила куклой по голове. Я не сдамся никогда! Буду выгрызать у судьбы-злодейки свою жизнь!

Я подергала ручку двери, хотела попытаться под каким-нибудь предлогом выйти и попробовать сбежать. Думала уговорить служанок, но ужин принесли охранники.

Прошла тяжелая ночь отчаяния, боли и черного тумана-страха, что заполнял меня изнутри, поглощая без остатка. Боль от предательства и от жалости к себе – все, из чего я сейчас состояла.

Наступившим утром небо оказалось затянуто мрачными серыми тучами, которые давили на землю своей тяжестью. Солнце едва пробивалось сквозь плотную завесу серой мглы, и его слабые лучи заполняли комнату тусклым светом. Это было утро, которое вызывало тоску и уныние, и казалось, что ничто уже не сможет изменить его мрачную атмосферу.

На меня из зеркала смотрела бледная девушка с темными кругами под глазами, в которых угас беспечный свет. Я не хотела двигаться и мрачно наблюдала за служанками, которые принесли мне поднос с едой. Линда и Мокки споро собирали в чемоданы мои платья и обувь. Будто бы я просто отправлялась в приятное путешествие. Но это была не моя настоящая комната, не мои вещи, здесь все чужое, будто я с разбегу влетела в другую жизнь. И мне казалось, что я просто не на своем месте. Меня перепутали с какой-то другой девушкой и заставляли прожить ее жизнь. Я задыхалась и хотела выбраться отсюда.

И наряды эти… Пыль в глаза Мориону, чтобы он увидел, что я долгожданная обласканная отцом любимая дочь. Словно я была тут не всего два дня, а годы.

Я отвернулась к окну, рассматривая облака, похожие на клубы дыма, висевшие низко над землей. Через полуоткрытое окно комнату заполнил холодный и влажный воздух. И вдруг на горизонте появилась тонкая полоска света, как надежда, в которую верит даже умирающий от тяжелой болезни человек. Ярко-красная линия начала расширяться, и вскоре солнце уже наполовину выглянуло из-за горизонта. Его лучи осветили верхушки деревьев и крыши домов. Но этот свет был каким-то мрачным и тусклым, как будто солнце было не в силах пробиться сквозь густой туман. Постепенно становилось светлее, но восход не вызывал радость и надежду. Он лишь подчеркивал мрачность и безысходность всего происходящего.

– Госпожа Ноа, ваше платье готово, – тихо проговорила Линда, подойдя ко мне. Мне даже послышались нотки сочувствия в ее голосе.

Я не смотрела на нее, лишь думала, что вот так разом вдруг может закончиться все счастье. А если у нас, у каждого, есть своя отмеренная доля удачи? Вдруг моя уже исчерпалась, и я больше никогда не увижу радугу жизни? Что, если я теперь буду навеки погружена во мрак?

Служанка пыталась снова меня дозваться. Ладно, я же решила сбежать при удобном случае. Надо заставить себя встать, иначе придет злобный отец и заставит одеться.

На безучастную меня натянули платье цвета свежей весенней зелени, словно издевательский намек на праздник жизни, который пройдет теперь без меня. Многочисленные блестки покрывали все снизу доверху, будто на бал еду. Я грустно хмыкнула. И под белы рученьки меня повели к выходу из замка. Я будто во сне пребывала, краткий миг надежды на лучшую судьбу озарил на пару дней, потом обрушил все и свалил меня камнем в бездну.

На ступенях ждали Арак и Ваид. Рядом с ними Квирида с широким оскалом крокодила. Я скривилась и отвернулась. У крыльца стояла карета и отряд из десяти воинов с эмблемой Дома Мечей на форме. Морион смотрел прямо на меня, коричневая кожаная куртка облегала его крепкие плечи и бугрящиеся мышцы рук. Он широко и уверенно расставил ноги, обутые в длинные черные сапоги. Правитель Дома Мечей постукивал рукоятью хлыста о свою ладонь. И мне это показалось угрозой, отчего в горле сразу же пересохло.

– О, дочь моя, как мне жаль с тобой расставаться! – Ко мне подошел Арак и сжал за плечи.

Надо же, как он умеет играть! Даже выглядит печальным.

– Как же я буду скучать! Но надеюсь, Правитель Морион позволит увидеть вскоре мою единственную дочурку! – И этот лицемер попытался меня обнять и прижать к себе.

Я тихо прошипела:

– Убери от меня руки. – На что ублюдок не обратил никакого внимания и чмокнул меня в макушку, а когда отстранился, стер невидимую слезу, которой и в помине не было. Актер погорелого театра в нем умер.

– Нам пора, – произнес жестко Глава Дома Мечей.

– Морион, – опять завел свою песнь соловья мой папаша. – Ноа – самое дорогое, что у меня есть, и я надеюсь на твое благородство.

– Не сомневайся, – таким тоном произнес Морион, что у меня сердце в пятки ушло и я задрожала от страха за свою судьбу.

– Ноа, – тронул меня за плечо Ваид, я взглянула на него снизу вверх, они с отцом были очень высокие. Его глаза остались холодны, как и у Арака. – Мне очень жаль.

– Всего хорошего! – пропела змея Квирида. Я зло зыркнула на нее.

Ваид – лицемер проклятый. Такой же, как папаша. Ему точно не жаль, я была уверена в этом. Я ничего не сказала и, гордо подняв голову, направилась вниз. Села в карету и отвернулась от мнимой родни и лжедома.

* * *

По дороге, извивающейся среди густых лесов и холмов, медленно двигалась карета. Обитые железом колеса тяжело скрипели на ухабах, заставляя меня вздрагивать и хвататься за сиденье. Хорошо хоть тут было не душно и в окно проникали лучи света, слышался шум ветра, шелест деревьев и громкие крики птиц.

Мы ехали через лес, где высокие деревья с густыми кронами тянули свои ветви к небу, словно пытаясь напитаться лучами яркого солнца. Иногда среди стволов мелькали тени мелких животных, но разглядеть их было невозможно.

Мне нравились ароматы леса: запах влажной земли, прелых листьев, коры, цветов и ягод. Особенно ярко они проявлялись после дождя, когда воздух становился более влажным и насыщенным. У травы всегда особенный запах – смесь свежести, зелени и легкой сладости, создающий ощущение свободы, которой у меня не было.

Мы направлялись в земли Дома Мечей. Я настороженно прислушивалась к разговору Мориона и его воинов, что ехали впереди. Все пыталась уловить, вдруг он что-то скажет о моей участи и дальнейшей судьбе.

Я притомилась, меня укачало, и я уныло наблюдала за пейзажем за окном. Вдруг карета остановилась, и в нее забрался Морион. Я от испуга отпрянула и вжалась в спинку сиденья. Его удивительные глаза цвета льда смотрели пронзительно, в них отражались сила и твердый характер. Темные волосы обрамляли скульптурные скулы и волевой подбородок. Правильные черты и красиво очерченные чуть полноватые губы ему добавляли красоты. Морион наклонился, рассматривая мое лицо.

– Не бойся меня, я не причиню тебе вреда, – произнес Правитель глубоким бархатным голосом.

– О да, я в заложниках вроде как, и мне нечего опасаться? – съязвила я.

– Тебе будет лучше у меня, поверь.

– Мне будет лучше подальше от всех вас, – дерзко выпалила я. – Отпустите меня!

– Не могу.

Я зло прищурила глаза. Внезапно Морион схватил меня за руку, я было дернулась, но его хватка была сильнее. Я испугалась и попыталась вырваться, он молча наблюдал за моими потугами. А потом Морион стал медленно развязывать шелковую ленту на моем запястье, обнажая знак Сейны – три проклятые звезды. Я испуганно замерла. И что он думает об этой метке? Как это отразится на мне?

Морион большим пальцем медленно погладил звезды, отчего у меня пошли мурашки по коже.

– Вот с этим тебе нигде нет жизни, Ноа.

Я закусила нижнюю губу, не зная, что сказать. Это угроза? Значит, и у него мне с этим знаком будет непросто?

– Сколько тебе лет? – резко переменил он тему.

– Семнадцать, – выдавила я.

– Когда у тебя день рождения? – продолжил он допрос.

– Скоро будет. Через пару недель.

Зачем ему это все знать?

– Ты родилась в полное лунное затмение?

– Да, – тихо пробормотала я.

– Тем более тебе лучше быть у меня, – выдал он странную фразу.

– Почему? – удивилась я.

– Узнаешь скоро.

И все, больше Морион ничего мне не сказал, и всю дорогу до Дома Мечей он ехал верхом, оставив меня в мучительных размышлениях, сомнениях, страхах и полной неопределенности моей дальнейшей судьбы.

Глава 6
Неизвестность

Замок Мориона Рокуды стоял на вершине холма, окруженного пышным зеленым лесом. Его высокие белые стены были украшены изящными узорами и орнаментами. Величественные башни замка устремлялись в небо, словно пытаясь достичь облаков и стать частью их белоснежной стаи. Вокруг замка раскинулся прекрасный сад с благоухающими цветами и тенистыми аллеями. Главный вход в замок представлял собой массивную арку, украшенную золотистыми узорами и большими дверями с эмблемой скрещенных мечей. Она же виднелась на флагах, реющих над замком.

Мориона встретили два суровых мужчины в кожаных доспехах, с которыми он что-то обсуждал, пока я страдала от жары в карете, обмахиваясь рукой. Правитель указал слуге в красной ливрее на карету и что-то ему приказал. Тот открыл мне дверь, и я наконец-то смогла выбраться наружу. Пятая точка болела, и кости, казалось, превратились в желе во время поездки.

Я молча, сжав зубы, проследовала за слугой, гадая, посадят ли меня в подвал на цепь. Вроде как я заложница. Слуги за мной тащили несколько чемоданов, будто я и правда аристократическая фифа, думающая только о нарядах. Ага, конечно, теперь меня богатством не проймешь. Мне нужны в жизни счастье и спокойствие. И что-то подсказывало, исходя из недавних событий, что не видать мне счастья, будучи Дочерью правящей семьи.

Интерьеры замка поражали великолепием и яркостью. Стены покрывали шелковые обои с золотыми узорами. Изящные статуи притаились в нишах, вазы с живыми цветами стояли на постаментах и наполняли воздух сладкими ароматами. В интерьерах использовались дорогие породы деревьев, множество изысканных деталей создавали картину роскоши и богатства. Перед огромным камином, украшенным мрамором, примостились роскошные диваны и кресла, обитые бархатом.

К моему облегчению меня отвели не в темницу, а на второй этаж, в комнату в самом конце длинного коридора, увешанного оружием и картинами со сценами баталий.

«Интересно, а мама Мориона где? Она здесь?» – вдруг заинтересовалась я. Когда в доме есть женщина, он сразу оживает, в нем комфортно и спокойно. Женскую руку выдают ажурная отделка, красивые узоры на вещах и мебели, изящные статуэтки и легкие ароматы.

Мои покои состояли из двух комнат: зала и спальни. И почти можно было назвать отдельной комнатой ванную. Бежевые с золотом ковры покрывали полы, персиковые шторы были подобраны в тон шелковым обоям. Деревянная мебель из орехового дерева с кремовой обивкой создавала уют.

Я ходила по комнатам, оглядывая, как я надеялась, временное пристанище, пока служанки забивали платьями мой гардероб. Подошла к окну и увидела высокий забор, огораживающий огромную территорию замка. По дорожкам ходила охрана, и ее было довольно много. Я поморщилась, легко сбежать не удастся.

И только было я решила пойти в ванную, как в комнату, предварительно постучав, вошла высокая девушка лет двадцати с карими глазами и черными блестящими волосами, заплетенными в косу.

– Госпожа Ноа, я теперь ваша служанка, – поклонилась она. – Меня зовут Рейна, и я к вашим услугам.

– Спасибо, Рейна, мне твои услуги не нужны, – довольно грубо отрезала я.

Она глупо хлопнула ресницами.

– Я сама со всем справлюсь, – чуть мягче добавила я. Она тут ни при чем, это я злюсь на ситуацию, которая сделала меня заложницей.

– Госпожа… – начала было служанка.

– Иди, я сама справлюсь.

– Через час Правитель ждет вас на обед, – сообщила Рейна.

Я кивнула. Когда девушка вышла, стала думать, могу ли я отказать Мориону и не прийти? Или я теперь должна подчиняться всем его требованиям? Я совершенно не хотела его злить. Вдруг он будет со мной грубо разговаривать и жестоко себя вести после таких выкрутасов? Я ведь не знаю Мориона и на что он способен. Надо присмотреться, а потом думать, какую позицию занять.

Покусав нижнюю губу, я решила освежиться после дороги, утомительной и нудной. А потом снять пыльное платье и сменить на что-то очень скромное, незачем привлекать к себе лишнее мужское внимание. Потому что мое беззащитное положение способно разжечь разные желания у Мориона, ведь ему все может быть дозволено по праву сильнейшего.

Я вздохнула, сетуя на свою судьбу, и подошла к гардеробу. Отыскала вроде бы скромное ситцевое платье цвета безоблачного летнего неба, волосы заплела в косу, на руку повязала шелковую белую ленточку.

Ровно через час меня сопроводили в обеденный зал на первом этаже. Солнце врывалось в комнату вместе с трелями птиц и ароматом пионов, играло зайчиками на светлых стенах и искрилось на гранях хрустальных бокалов. На большом дубовом столе блестели серебряные приборы, его поверхность была уставлена изысканными блюдами.

Во главе стола сидел Морион – он переоделся в белую рубашку и темно-синий жилет. Волосы спадали на глаза, чуть уставшие, но лучистые и притягательные. Слева от него сидел мужчина лет под сорок с грубыми чертами лица, жестким взглядом темных глаз и широким лбом, прочерченным морщинами, которые прибавляли ему возраста.

При моем появлении он внимательно на меня посмотрел, оценивая больше не как женщину, а как угрозу. От его взгляда я поежилась. Справа от Мориона сидел мужчина лет шестидесяти, с удлиненным лицом, карими глазами, смотревшими добродушно, и белоснежными седыми волосами, спадающими ниже плеч.

А возле седого мужчины расположилась девушка около тридцати лет с длинными волосами цвета бушующего лесного пожара. Тонкие черные брови на овальном лице были вздернуты – то ли от природы, то ли от надменного выражения. Она смотрела на меня нагло, и ее одежда была не по этикету слишком откровенной: зеленая рубашка расстегнута настолько, что показывала грудь почти на грани приличия, а ноги обтягивали кожаные брюки. «Любовница Мориона?» – мелькнула у меня первая мысль. Слишком развязная девица.

– Ноа, проходи, – не вставая, произнес Правитель Дома Мечей и указал на свободный стул возле сурового мужчины. Когда я осторожно присела, на всех посматривая с опаской, Морион решил меня представить.

– Знакомьтесь – Ноа Дорган, Дочь Дома Гроз, наша гостья.

Я почти заскрипела зубами. Во-первых, я не Дорган, мама дала мне фамилию Софикос, хотя, я так понимаю, она была выдумана. Но я не хотела иметь с Дорганами ничего общего! Во-вторых, я не гостья, как он меня представил, а заложница.

– Ноа, это Котон Ингиллан. – Правитель указал на мужчину с цепким взглядом. – Командор моей армии. А это – Ривейн Хилано, выдающийся волшебник нашего времени и мой главный маг, – представил он пожилого мужчину, и тот тепло мне улыбнулся, отчего и мое сердце немного согрелось, холод страха и неизвестности почти отступил. Вдруг кто-то в этом доме будет на моей стороне?

– А это Цера Варн, – улыбнулся Морион, глядя на красноволосую девушку, на что та ослепительно ему улыбнулась. – Она глава отряда специального назначения.

Ого! У меня брови поползли вверх, что это значит? Что за отряд такой? И она не его невеста, я так понимаю. Ага, значит, любовница!

Морион приступил к трапезе, отрезал кусочек от сочного стейка и макнул в клюквенный соус, запивая все красным вином. Цера уминала, иначе и не скажешь, рулет из спаржи и красной рыбы, сдобренной лимоном, сок которого стекал по ее губам, когда она его надкусывала.

Котон ел просто, по-мужицки, он явно привык бывать в походах и вкушать пищу, приготовленную на костре. В его тарелке находилось интересное на вид блюдо: круглый картофель, обернутый пластинками бекона и запеченный до аппетитной золотистой корочки.

Ладно, морить себя голодом я не буду, тем более что Морион тоже не собирается это делать. Попробовала ножку, как оказалось, утиную, и удивилась ноткам апельсина, которым она была приправлена. С малиновым прохладительным напитком съела еще нежнейшие рулетики с грибами.

– И надолго вы к нам, госпожа Ноа? – невинным тоном спросила Цера Варн. Я поперхнулась и враждебно посмотрела на нее. Знает же, дрянь, что я тут не по своей воле нахожусь. Поиздеваться решила? Я взглянула на Мориона, думала, он что-то ответит, но Правитель, видимо, решил не лезть в игры девочек и спокойно уплетал блины с сыром.

– Нет, завтра уже уезжаю, – со змеиной улыбкой выдала я.

– О, так ненадолго? Может, задержитесь? Посмотрите на наши коллекции лотосов? – издевательски улыбаясь, проговорила Цера.

– Я подумаю, – также осклабилась я.

– Ноа успеет все посмотреть, она остается на более долгий срок, – сказал Морион и бросил салфетку на стол.

– Будем рады вам, Ноа, – это произнес уже Ривейн Хилано. И только у него тон был теплый.

А я не рада. Я просто хочу сбежать отсюда далеко-далеко, чтобы меня никто не нашел.

Глава 7
Прошлое

Наверное, я разучилась спать. Со всеми тревогами и волнениями, опасностями и страхом я просто умру от недостатка сна. В первую ночь в Доме Мечей я не могла заснуть.

Вечер опустился на землю, окутывая все нежным шелковистым покрывалом. Солнце медленно катилось к горизонту, окрашивая облака во все оттенки розового и золотого. Воздух был наполнен ароматом цветов и травы, а легкий ветерок приносил прохладу после жаркого дня.

На небе уже начали появляться первые звезды, мерцающие, как маленькие бриллианты на темном бархате. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь пением сверчков и шелестом листьев на деревьях.

Показалась луна, и в комнату проникло скупое серебристое сияние.

Свет луны всегда меня притягивал, манил, не давая покоя. Думаю, так проявлялось наследие Сейны. Я часто задумывалась: «Ну что мне дал этот знак? Насколько же я опасна для мира, что меня надо убить?» Нет у меня никакой магии, и может, это вообще вранье, что отмеченные знаком Сейны опасны! А если все уже давно кануло в небытие, а нас убивают и боятся по привычке? Я не знаю подобных себе проклятых, но мне кажется, что магия Сейны давно умерла в этой жизни вслед за обреченными людьми, отмеченными ее знаком. Я привычно потерла руку с тремя звездами, которые могли в одну секунду разрушить мою жизнь.

Но прямо сейчас ее разбили отец и мужчина с глазами цвета льда высокогорных озер. Вдруг раздался громкий стук в дверь, напугав меня. Я замерла, думая, что делать и зачем ко мне кто-то пришел так поздно. Стук повторился, и я осторожно подошла к двери. Если захотят, все равно ее выбьют, потому что замок на ней легкий, так что пришлось открыть.

Это был Морион. Его расстегнутая наполовину рубашка демонстрировала крепкий торс и мускулистую грудь. Повелитель молча шагнул в комнату, заставляя меня отступить от испуга. Морион самоуверенной походкой прошел в мои покои и остановился посередине, разглядывая меня, сжавшуюся и гадающую, пришел ли он воспользоваться своей беззащитной заложницей? А если он будет меня насиловать? Я посмотрела на так и не закрывшуюся дверь. Может, сбежать? Повелитель очень высок и силен, за пару секунд меня догонит.

– Присядь, нам надо поговорить, – низким бархатным голосом проговорил он.

На дрожащих ногах я прошла к дивану и села, выпрямилась, положив руки на колени, словно прилежная ученица, хотя это просто не давало моим ладоням слишком уж явно дрожать.

Морион прошелся по мне взглядом и остановился на ногах. Внезапно до меня дошло, что на мне было надето! В моем гардеробе, казалось, вовсе отсутствовало скромное нижнее белье, которое бы прятало от посторонних глаз обнаженное тело. Поэтому короткая бежевая кружевная сорочка до середины бедра, видневшаяся из-под прозрачного халатика, открывала мои ноги выше колена.

И кто мне это все выбирал? Надеюсь, не отец. Меня аж затошнило от такой мысли. Я судорожно попыталась натянуть полы халата на колени, но не получилось, только чуть грудь не оголила. В горле пересохло от взгляда Мориона, в нем загорелось искорками чисто мужское любопытство. Я покусала нижнюю губу, раздумывая, не убежать ли мне переодеться в платье? Но мне не дали этого сделать, потому что Правитель Дома Мечей сел рядом.

– Ноа, ты пока этого не понимаешь, но тебе лучше быть у меня.

О! Как мой отец заговорил! И все-то они знают лучше меня, и где мне быть тоже! Только самое лучшее место – подальше от них!

Я враждебно на него посмотрела.

– Скоро начнутся события, в которых я обеспечу твою безопасность.

– О чем вы? Что должно случиться? – Морион меня порядком напугал этими словами. Что, будет война между ним и Араком?

– Ты сама скоро увидишь.

Так и не удостоилась я объяснений.

– Господин… Повелитель, пожалуйста, я не хочу быть в центре ваших разборок с Араком, просто отпустите меня, и я уйду, – взмолилась, надеясь его разжалобить.

– Тебе не будет лучше у отца. В свете наступающих событий ты можешь и не… Пострадать.

Ого! Он хотел сказать не выжить! У меня челюсть отвисла. А потом я чуть осипшим от страха голосом проговорила:

– Я просто уйду. К отцу не вернусь, затеряюсь в этой стране или в другой. И вы все обо мне забудете. – Я подалась вперед, заглядывая в глаза Мориона в надежде найти в них понимание и жалость ко мне.

– Ни я, ни твой отец тебя не забудут. Тебя найдут. И лучше бы это был не Арак.

– Почему? Что вы о нем знаете?

Морион что-то обдумывал, откинувшись на спинку дивана. Он явно просчитывал, говорить мне правду или нет. Но для меня это было жизненно важно!

– Арак – очень жестокий человек, ничего и никого не прощающий и не забывающий. Сын его, Ваид, вырос точной копией отца. И даже хорошо, что твоя мать сбежала. Она тебя уберегла.

– От чего? – подалась я еще ближе, стараясь не упустить ни слова.

Морион взял мою руку, которая утонула в его огромной ладони, и задумчиво погладил большим пальцем запястье с тремя звездами Сейны.

– От смерти тебя спасла мама.

Что? Я отшатнулась от него, вырвав руку. Мысли заметались в голове, словно черви, над которыми сняли пласт сырой земли, а сердце неприятно заныло в предчувствии дальнейших слов.

– Мне все рассказал мой отец – Тибера Рокуда. Правитель, до недавнего времени, Дома Мечей. Арак жесток, и для него власть важнее всего, даже семьи. Все правители Анцема знают, что он хочет стать единовластным королем. Мы видим его попытки плести интриги против всех сразу. Он пытается расшатать наши сложившиеся устои. Устраивает стычки среди Домов. Арак хочет развязать гражданскую войну, сталкивая правящие Дома. Но пока его держат в узде главы и армии, что у нас есть. Просто так отстранить кого-то от власти непросто. Раньше мы представляли собой разрозненные маленькие королевства, но сотню лет назад объединились в государство Анцем. Дворы стали Домами, и нам пришлось это сделать, потому что угроза от соседей, особенно Либры, была существенная. Когда мы объединились, стало проще обороняться, и мы подавили нападки других стран. Но твой отец чрезмерно амбициозен и решил подмять под себя все Дома Анцема и стать единоправным королем. И твоя мать сбежала с тобой, только родившейся, потому что отец твой хотел тебя убить.

– Что? – Я нахмурилась, пытаясь осознать услышанное. – Убить… – Попробовала на вкус такое страшное слово.

Морион недовольно поджал губы и кивнул.

– Такому, как Арак, не нужна дочь, помеченная проклятьем. Ему нужны неопороченные ничем дети, которые достойно продолжат его род. Ты была черным пятном на его репутации. Он бы тебя спокойно убил и заставил твою мать родить другого ребенка. Шарлотта спасла тебя от смерти, сбежав от жестокого мужа. Твоя мать подстроила все так, будто вы погибли всем отрядом в горах, когда перебирались через мост в каменном ущелье. Но Арак знал, похоже, что вы живы. Он предъявил всем ваши тела, подставные, как выяснилось теперь, и провел похороны. Он соблюдал траур, как положено, год и казался безутешным.

О да! Я видела, как он умеет играть! Жалкий лицемер! Урод! Скотина! Ярость переполняла меня, бурлила в венах, готовая выплеснуться наружу. Я сжала до боли кулаки, протыкая кожу ногтями.

– Значит, мама точно не сбежала с командором, как сказал мне Арак?

Морион покачал головой.

– У твоего отца был сонм любовниц. И Арак даже после свадьбы не особо скрывал их наличие. Шарлотта просто устала от него, его измен, грубого обращения с ней. Он вечно шел напролом. И, похоже, Арак всегда знал, где вы живете с матерью. Он дальновидный, отпустил вас и стал ждать, как разыграть при удобном случае эти карты.

Мы не карты! Мы с мамой не играли! Я так злилась на Арака, что готова была убить его. Огонь ненависти пылал в венах, окрашивая мир в багряный цвет.

– Арак знал, что ты можешь ему когда-нибудь понадобиться, и пересмотрел свое мнение о твоей смерти, остыл и стал строить планы. Ну и вот ты сейчас ему и понадобилась. – Морион прямо посмотрел на меня.

А я что? Вы все губите мою жизнь! Я отвернулась и уставилась в стену. Сердце билось о грудную клетку быстро-быстро, и пульс стучал в ушах. Мне было уже достаточно той правды, что разрушила меня. Я обняла себя за плечи и согнулась, мне хотелось закричать в полный голос, чтобы выплеснуть всю черноту, которой замарал меня Арак.

– После смерти моего отца грозила разразиться война между Домами. Но Главы не хотят ее. Вот твой отец и выкрутился, отдал самое дорогое – тебя в залог мира между нами. А скорее не дорогое, а самое ненужное.

Слова Мориона ранили, впиваясь в сердце острыми иглами, от которых кровь стекала и заполняла нутро.

«Ненужное» – какое же это слово страшное, когда выражает отношение родителя к своему ребенку. Губительное… Мне стало душно, не хватало воздуха. Я резко вскочила и подошла к окну, уставившись невидящим взором в небо.

Арак – чудовище! Я никогда в жизни не хочу его больше видеть! Мама… Ты спасла мою жизнь и ушла, я совсем одна. Попала в водоворот дворцовых интриг и стала разменной монетой.

Тяжелая рука легла на плечо.

– Ноа, ты должна еще знать, я не думаю, что твое пребывание здесь – гарантия мира… – Его слова сгустились вокруг меня, будто изначальная тьма вышла из глубин Бездны и стала душить.

Я понимала, что не нужна Араку, он легко меня и сейчас убьет, раз хотел это сделать с малюткой.

– А нельзя его как-то остановить? – повернулась я к Мориону. – Нельзя его сместить с трона Дома Гроз?

Это был бы залог моей безопасности!

Морион подумал и ответил:

– Власть в каждом Доме Анцема переходит только к наследникам. Войной можно было бы Арака убрать, но другие Дома не хотят ее развязывать.

– А вы? А вы можете ее начать? Он же убил вашего отца! – воскликнула я. Мне кажется, это хорошая была бы месть моему отцу.

– Я точно знаю, что он убийца, но пока не могу доказать это, чтобы судить твоего отца.

– Не называйте его моим отцом! – закричала я. – Никогда! Он мне никто!

Слезы потекли от злости из моих глаз. Я пыталась взять себя в руки. Не время сейчас их лить, потом… когда останусь одна…

– Ноа, ты здесь в безопасности. Я не дам Араку причинить тебе вред. Ничего у него не получится. – И Морион нежно прикоснулся к моей щеке, вытирая горькие капли.

– Но до вашего отца же он добрался… – всхлипнула я.

– Тибера был в отъезде, и якобы в дороге случился несчастный случай, от которого он погиб. Отец ехал по нашей территории с небольшим отрядом охраны. Но я знаю, что к этому причастен Арак. Только он точил зуб на Дом Мечей, потому что у нас территория более обширная, чем у него, и воинов больше. И у них был давний конфликт с моим отцом. Так что он поступил верно – устраняй сначала самого сильного врага.

О, то есть власть оправдывает все? Мне никогда этого не понять. «Надо же, как меня угораздило попасть под этот политический молот», – горестно вздохнула я.

Морион стоял совсем близко, я ощущала жар его тела, аромат свежести и леса, его силу и мощь.

– Я не хочу в этом участвовать, – всхлипнула я. – Отпустите меня, пожалуйста.

– Я не могу, – жестко произнес он.

Я вскинула на него глаза, лед обжег меня. Темница у Арака… Темница тут…

– Уйдите, пожалуйста, оставьте меня, – взмолилась я.

Он постоял еще пару секунд, молча разглядывая меня, а потом вышел, оставив в горе и осознании того, что проклятие точно меня настигло. Все было хорошо, пока не пришел Арак и не сломал мне судьбу. Вернее, он ее разрушил одним лишь неприятием и намерением убить меня сразу же после рождения.

Глава 8
Ожидание

– Ты их нашел? – услышала я вопрос Мориона, когда зашла в обеденный зал на завтрак. Правитель Дома Мечей и его помощники уже сидели за столом.

– Да, Морион. Близнецы: мальчик и девочка восьми лет. Они были в плохом состоянии, голодные, – отвечал ему командор Котон Ингиллан. – Но теперь все в порядке. Они здесь, и я их разместил вместе с другим детьми.

«Это про что они?» – навострила я уши, но мужчины замолчали, когда я зашла.

– Доброе утро, Повелитель, – легко склонила голову, разглядывая блеск глаз Мориона, что зажегся при виде меня. Он ответил мне легкой улыбкой.

– Доброе, Дочь Дома Гроз, – поприветствовал меня Ривейн Хилано. Он щедро намазывал булочку маслом.

Котон и Цера промолчали. То ли сами по себе были невежливы, то ли меня невзлюбили. А может, просто показывали, что я здесь никто – заложница. Цера так вообще зло сверкала на меня ярко-зелеными глазами.

«Когда я ей на хвост успела наступить?»

Я положила себе на тарелку тарталетки с утиным паштетом и отпила чай из изящной фарфоровой чашечки. А потом украдкой посмотрела на Мориона и решилась спросить:

– Повелитель, могу ли я выходить из замка? Я хотела бы погулять в парке.

– Да, Ноа, конечно, – буднично сказал он, словно я поинтересовалась, что будет на обед.

А для меня прогулки были очень важны – так я разузнаю длину своего поводка. Я склонила голову в знак благодарности.

– Все равно дальше забора не уйдешь, – криво усмехнулась Цера.

Вот обязательно надо ей было подчеркнуть мое положение в Доме? Она все время теперь будет меня подначивать?

– Котон, пойдем, ты мне нужен по делу, – быстро допил кофе Морион и встал со стула. Он сегодня был в рубашке антрацитового цвета и черных брюках. – Ривейн, ты мне тоже понадобишься, – бросил он своему магу.

Тот живо встал и направился к выходу за Правителем и командором.

Тишина повисла в обеденной зале. Я не смотрела на Церу, просто игнорировала ее. И спокойно уминала салат из нежных морских гребешков. Но ее внимательный взгляд чувствовала кожей, он неприятно покалывал, будто на мне был шерстяной свитер грубой вязки.

– Ну что, понравился наш Правитель? – вдруг задала вопрос Цера.

Я подняла на нее удивленный взгляд. Рыжая наглая девица сидела, откинувшись на спинку стула и положив ногу на ногу, а в руках крутила острый длинный нож. И нет, не столовый, а охотничий или боевой. Я гулко сглотнула – его зазубренное лезвие могло быстро и мучительно убить.

И до меня вдруг дошло, что Цера спрашивает про Мориона не как про Правителя, а именно как про мужчину. Она говорила словно ревнивая женщина.

Так… У нас тут любовница Мориона объявилась и предъявляет права на него. А сам-то Правитель знает, что у него такая ревнивая поклонница?

Отвечать я ей не собиралась, лишь ядовито кинула:

– А тебе никуда по делам не надо?

– Не-а, – ухмыльнулась она, демонстрируя ровные белые зубы.

– Тебя что, за мной приставили приглядывать? – вдруг пронзила нехорошая мысль.

Да мы же с ней поубиваем друг друга! Не знаю, как Морион ее вообще взял к себе!

– Нет, но присматривать за тобой все равно буду, – ухмыльнулась она, а ее глаза злобно блестели.

Я раздраженно бросила на стол салфетку и встала. Если у нее нет дел, то у меня их много. Я задрала нос и вышла из зала.

* * *

Я бродила по дворцу и разглядывала дорогое убранство, картины, статуэтки, пытаясь понять, натуральные ли камни в них вставлены или золотой ли у нимфы венок. В общем, искала я что стянуть, потому что, когда убегу, мне будут нужны деньги для того, чтобы скрыться. А бежать я собралась в соседнюю страну, а лучше за море. Пусть сами тут разбираются и воюют.

Я решила потихоньку красть драгоценные вещи. У них их тут так много, не обеднеют и не заметят. Главное, определить, ценны ли они, и важно еще, чтобы они были небольшие, мне с собой какую-нибудь драгоценную лошадь не унести. И тут я увидела жабку, которая призывно на меня сверкала глазками-изумрудами.

«А что это у нас тут такая красивая лягушка делает? Такая миленькая, прямо так и просится ко мне в карман!» Я воровато огляделась, но никого не приметила. Закрыла дверь музыкальной залы и взяла в руки жабу, ногтем стала выковыривать ей глаза. Спустя минут пять у меня получилось. Взвесив на руке маленькие изумруды, я быстро положила их в карман и, гордая собой, пошла в комнату прятать украденное добро. Статуэтку я повернула задом к комнате и поставила ее за часы.

Эх, жалко, что Арак не подарил мне украшений, как бы они сейчас пригодились!

Спрятав в сорочку первую свою добычу, засунула ее в нижнее белье. Я подумала, что в нем рыться служанки не будут. Грязное белье складывалось в корзину в ванной. Да и никто не станет думать, что Дочь Дома Гроз воровка.

А теперь я собиралась обследовать окрестности замка и строить планы, как мне отсюда выбраться с честно награбленным.

* * *

Великолепный сад замка Мориона поражал воображение. Здесь, на южной земле Анцема, согретой теплыми лучами солнца, раскинулись пышные деревья, создавая зеленый навес. Под их ветвями скрывались ухоженные дорожки, выложенные из гладких камней. Воздух, напоенный ароматами цветов и свежей зелени, хотелось вдыхать с наслаждением. Сквозь густой покров листвы пробивались солнечные лучи, наполняя сад теплым золотистым светом, они скользили по идеально подстриженным газонам, играли на глянцевых поверхностях изящных скамеек. Тропинки змеились по всему парку. Посреди сада возвышался сверкающий, словно бриллиант, фонтан.

Вокруг замка располагался высокий каменный забор, с виду неприступный, что меня сильно опечалило. Прогуливаясь между пышными кустами роз, яркие бутоны которых наполняли воздух нежным ароматом, я приметила прямо у высокой каменной стены могучий дуб. Его ветви, словно руки великана, простирались над землей, и казалось, под ним может укрыться от дождя человек десять.

В принципе, ночью перелезть можно, с дуба, например, прыгнуть на забор, а там как-то попытаться спуститься на другую сторону. Но, судя по всему, охрана была круглосуточная.

Я задумчиво рассматривала воинов, что ходили по дорожке вдоль замка и зыркали вокруг. И мне показалось, даже на меня недобро косились. Видимо, их предупредили, что могу сбежать. Я поджала губы и решила пройтись еще. И внезапно наткнулась на такое зрелище, что замерла, не в силах отвести глаза. На открытой площадке Морион сражался на мечах против четверых крепких воинов! Рубашка на Правителе была расстегнута до середины груди, открывая крепкие мускулы и гладкую кожу, поцелованную солнцем.

Его руки покрывали рельефные мышцы, что бугрились при быстрых и смертоносных движениях. Капельки пота окропили мужественное и жесткое лицо Мориона. Он исполнял танец смерти, а воины продолжали нападать на него. Но правитель Дома Мечей не зря носил титул Мастера Мечей, ему не было равных. Отточенные движения не давали передохнуть противнику, который превосходил его в численности. И вот один за другим воины отступали под натиском Правителя и были вскоре повержены.

На площадке, где проходил бой, послышались одобрительные хлопки и смех. Мориону подали полотенце, и он промокнул лоб. Служанка поднесла стакан воды, который Правитель залпом выпил.

Вот это зрелище! Неожиданный свист возле уха прервал мое восхищение. Я изумленно хлопнула глазами, неверяще смотря на клинок, который впился в ствол дерева в паре сантиметров от моего носа! Я резко отшатнулась и посмотрела вбок. Цера! Рыжая гадина стояла неподалеку и нагло ухмылялась, будто это так весело – кидать ножи в людей! А если бы она мне нос отрезала? Я сжала кулаки и пошла к ней.

– Ты что делаешь? А если бы ты меня убила? Или покалечила? – закричала я.

Она еще шире улыбнулась.

– Если бы хотела, то покалечила, – хохотнула она.

Ах ты ж тварь!

– Что тебе от меня надо? – вызверилась я.

– Ничего, – пожала она плечами как ни в чем не бывало.

Я не умела драться, как Морион, да даже хоть как-то. Иначе бы бросилась на мерзкую девицу. Цера меня унизила. Она дала понять, что может меня убить.

– Не смей так больше делать! – прошипела я.

– А иначе что? – приподняла она издевательски тонкую бровь.

Я откинула голову назад и произнесла:

– Ты пожалеешь.

– Смотри, как бы ты не пожалела, – бросила презрительно Цера и ушла.

Она жутко ревновала ко мне Мориона. А с чего бы вдруг? Мы с ним только встретились, и я у него в заложниках. Почему она решила, что я угроза? Или дело в чем-то другом?

Я смотрела вслед удаляющейся Цере и придумывала ей разные казни.

– Ноа… – Мои волосы качнуло теплое дыхание, скользнувшее по шее. Морион. Он неслышно подошел сзади, или я так была занята, придумывая планы мести для Церы.

Правитель надел кожаную куртку и застегнул рубашку, волосы чуть растрепались и ниспадали небрежной волной до плеч.

– Правитель, вы очень хорошо деретесь на мечах, – искренне произнесла я, глядя в льдистые глаза.

– Много тренировок, – улыбнулся он тепло. – Давай пройдемся.

И Морион двинулся по дорожке вглубь сада. Я устремилась за ним, поправив выбившуюся прядку из прически. Мы шли молча, и я ждала, что он первый начнет разговор.

Щебетанье птиц наполняло воздух переливчатыми трелями, их голоса смешивались в гармоничную мелодию, создавая атмосферу безмятежности и покоя. Листва тихонько шелестела от легкого ветра. Над пестрыми цветами разносился монотонный гул шмеля, и трепетали воздушные создания-бабочки, беззаботные и счастливые.

– О чем думаешь, Ноа? – задал вопрос Морион.

Я ответила, не смотря на него:

– Хочу иметь крылья и улететь отсюда. Далеко-далеко…

– Послушай. – Морион повернул мою голову к себе, взяв за подборок двумя пальцами. – Ты – Дочь Дома Гроз. В тебе течет кровь многих Правителей. Ты должна понимать, что такое не всем дано.

Я раздраженно мотнула головой, высвобождаясь из его рук.

– Я прекрасно жила до всего этого и так и собиралась провести жизнь, если бы не вы все.

– А вот с этим ты бы тоже провела хорошо жизнь? – Морион взял мою руку и снял шелковую ленту, обнажая знак Сейны.

– Я бы скрывала. И вообще, я не понимаю, почему нас убивают, если во мне нет никому угрозы? Где моя магия, которая якобы очень сильная?

Морион поглаживал большим пальцем мое запястье и пристально смотрел, нависая тяжелой глыбой надо мной.

– Ты слышишь ее? – тихо спросил он.

– Кого? – но я уже поняла, о чем он, – зов Сейны. Раздающийся в ночи, будто шепот ветра или шелест листьев.

– Словно ветер шепчет что-то, но не могу разобрать… – тихо проговорила я.

– Ты не спишь в полнолуние…

– Не могу, – покачала я головой. – Что-то не дает покоя. Пытается говорить со мной, но я не понимаю. И от этого мне плохо.

– Ночь – твое время. – Морион наклонился ко мне близко-близко, почти касаясь губ.

– Да… – выдохнула я и посмотрела на его четко очерченные чувственные губы.

– Ты ее сможешь услышать. Сейна тебя рано или поздно разбудит. – Он улыбнулся и провел рукой по моей щеке, легко лаская и поглаживая. – Сейна тебя наградила своей красотой, наполнила твои волосы серебром, а глаза… Они как отражение ее света.

В его глазах зажглись звезды, они были нереально яркими и горели колдовским огнем. Он смотрел будто прямо в душу. Я смутилась.

– Ноа, ты обладаешь властью и можешь сделать многое для таких, как ты. Спасти жизни и перевернуть представление об отмеченных Сейной.

Этими словами он удивил меня. Ему-то какое дело до проклятых?

– Но как? Какая власть у меня? Я в ваших руках, Повелитель. А мой отец просто, как игрушку, меня отдал! – Мне стало так горестно, что ком к горлу подступил и последние слова сорвались с губ сипло, оставив на языке неприятный осадок.

Я часто думала, неужели нельзя спасти подобных мне? Ну почему за нас никто не заступался?

– Не думай, что ты ничего не можешь. И никогда не забывай, в твоих венах течет кровь Правителей. И с тобой одна из самых сильных Богинь этого мира.

Он ушел и оставил меня с вопросами. А я подумала, неужели девушка, проклятая и отданная в заложницы отцом своему врагу, вообще может быть счастливой?

Глава 9
Семья

В библиотеку я забрела в поисках, чего бы дорогостоящего украсть, и еще за ответами, как выбраться из замка незаметно.

Высокие потолки украшали фрески с божествами мудрости и музами. Огромные витражные окна пропускали свет, который играл на стенах всеми цветами радуги. Стеллажи с книгами создавали собой темные коридоры. Тома на них были аккуратно расставлены и содержали вековой кладезь знаний. В центре стоял большой дубовый стол, на котором лежали рукописи. Воздух в библиотеке был наполнен ароматом старой бумаги и кожи, что создавало особую атмосферу. Здесь было тихо и спокойно.

Что бы позаимствовать для моих грандиозных планов разбогатеть за чужой счет, я не нашла. Зато, походив между полками, обнаружила много книг о стратегии войны, ведении боя и решила, что на войне же есть шпионы и в книгах должно быть написано о том, как незаметно перелезать через стены замков противников.

Я открыла книгу под названием «Искусство войны» и увлеченно стала читать.

– Ноа. – В комнату внезапно зашел Морион.

За завтраком я его не видела, только Котона и Церу, которая упорно не желала со мной здороваться.

– К тебе приехал твой дядя.

Я удивленно на него воззрилась.

– Кто приехал?

– Твой дядя, – просто сказал он.

– Но… У меня нет дяди! – всплеснула я руками.

Морион покосился на название книги, которую я читала. Пришлось тут же спрятать ее за спиной.

– Пора тебе узнать правду о себе, Ноа, – серьезно произнес Морион.

* * *

– У тебя есть дядя, он – Правитель Дома Горных волков – Галлен Киллиан. А твоя мать – Старшая дочь Дома Горных волков, – пояснил правитель.

Мне казалось, я в какую-то сказку попала. Только не очень веселую. И сколько еще от меня скрывают? Уж не внучка ли я какого-нибудь императора соседней страны?

– Идем, он ждет, – поторопил меня Морион.

* * *

Я настороженно смотрела на мужчину, что широко мне улыбался, когда я вошла в зал. Высокий рост, около сорока лет. Очень хорошо и богато одет. Белоснежные волосы ниспадали до плеч, лицо выглядело резковатым, на нем выделялись голубые глубокие глаза и мощный подбородок.

– О, моя дорогая племянница, – раскрыл он широко руки и двинулся на опешившую меня.

Обниматься с незнакомым мужчиной не хотелось, но ничего не поделаешь, вроде как родня. Он заключил меня в крепкие объятия, а мои руки остались висеть плетьми вдоль тела.

– Как же ты похожа на мою сестру! – Галлен Киллиан взял меня за плечи, внимательно разглядывая. – Если бы я только знал, что вы обе живы! Если бы наш отец только знал! – начал причитать он и, взяв меня за руку, усадил рядом с собой на диван.

– Вы правда мой дядя? – уставилась на него я.

– Конечно! Шарлотта мне родная сестра. И я тебя не успел увидеть малюткой, а так хотел! И как же отец горевал, узнав, что вы с мамой погибли по пути к нам домой, в родовой замок Горных волков. – На его лице отразилась печаль, отчего глаза потемнели до цвета сапфира.

– Но где же вы были все это время? Почему скрывались? – погладил дядя мою руку. Я постаралась не отодвинуться от него.

– Э-э. – Я не знала, что сказать. Правду? Про то, что мама меня спасала от смерти? Что отец хотел меня убить, потому что я ношу знак Сейны?

И почему Галлен сказал, что мы ехали в замок Горных волков?

– Недавно выяснилось, что Шарлотта влюбилась в командора Арака и сбежала с ним и Ноа, – спас меня Морион.

Галлен как-то недружелюбно посмотрел на него, но, когда перевел взгляд на меня, снова расплылся в улыбке. Он был очень похож на маму – такой же золотистый цвет волос, глаза небесно-голубые, прямой нос, только черты лица грубее и рост намного выше.

– Шарлотта умерла? – скорбно поджал губы Галлен.

Я кивнула в ответ.

– Да, год назад. – И в сердце вновь закровоточила рана, которая никогда не заживет. Матерей не забывают, мы их кусочек сердца, а они наш.

Галлен замолчал на некоторое время, сжимая мою руку. Его взгляд блуждал по полу, покрытому ковром цвета солнца.

– Ноа, а командор где? Мы все думали, что вы погибли, когда ехали к нам в замок. Нам же предъявили даже ваши могилы…

От последнего мне стало тошно. Любому бы, наверное, стало, ведь знать, что у тебя есть могила, – это страшно.

Врать придется и дальше, если уж рассказали ему сказку. И такой же версии придерживался Арак, потому что ему надо было как-то объяснить, где его жена пропадала семнадцать лет. Пусть даже история о том, что она сбежала с другим мужчиной, стала уроном для репутации Арака.

– Он умер, – сказала я, делая скорбный вид.

– Давно?

– Я была совсем маленькой и не помню его.

– Но после его смерти Шарлотта могла вернуться к Араку или к нам! Почему она этого не сделала? – нахмурился Галлен.

В разговор вступил Морион.

– Ты же знаешь, Галлен, твой отец Корос вернул бы Шарлотту обратно Араку! Бывший Правитель Дома Горных волков придерживался старых взглядов, что семья – это навсегда и жена должна терпеть все выходки мужа. Но Арак бы ее не принял после измены.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.