Елена Фили
Черные гейзеры Квартерона

Глава 1. Неизвестный объект

Было холодно. Низкое серое небо, казалось, почти лежало на макушках чудных деревьев с косматыми ветками, закрученными в тугие спирали. Или это были не деревья? Джокер сверился с прибором, показал товарищам большой палец, а потом отстегнул и откинул гермошлем. Помедлив, сделал вдох, ухмыльнулся и снова показал большой палец. Дышалось легко, значит, прибор не врал, и ученые были правы. Воздух на Земле и здесь, на Квартероне, по составу был схожим. Правда, слишком холодным.

Зонд «Премьер», уже три года путешествующий по галактике Млечный путь, недавно наткнулся на эту планету. После открытия ее нарекли Квартероном. Почему? Надо спросить у ученых. Кажется, был такой древний бог. Или нет? Данные, переданные зондом, переполошили весь научный мир. Гравитация, атмосфера, характер поверхности – все напоминало Землю. На снимках просматривался океан, правда, один, но очень, очень большой. Он занимал почти половину Квартерона. Зато леса, горы, реки и степи доказывали схожесть с Землей. Коэффициент совпадения 0,91, кажется, – так сказал представитель заказчика, старый друг Джокера, который время от времени подбрасывал его команде неплохие заказы. Планета была ненамного моложе Земли, а значит, времени на развитие жизни было предостаточно. Не элементарных микробов, а кое-что поинтереснее ожидали найти здесь ученые. Заказчик сулил большие деньги за доказательства, что на Квартероне есть разумная жизнь. Правительство объединенных конгломератов Земли еще только планировало экспедицию: изыскивались средства, подбирался экипаж, – но у заказчика были свои цели. Он приказал привезти любое живое существо, а в случае, если живым существом будет абориген, команду Джокера ожидала огромная премия.

Еще на корабле, рассматривая на стенде навигаторской кабины голограмму местности, Джокер обнаружил в низине между холмами два десятка хижин и довольно потер руки. Премия сама неслась к ним навстречу со скоростью космического шаттла.

Посадочная капсула бесшумно зависла над выбранным местом в сером пористом мареве. Вслед за Джокером два других астронавта вышли на поверхность, встали рядом, откинули гермошлемы и огляделись.

– Деревня на юго-востоке, вон за тем холмом из камней. И давайте быстрее. Небо странно низкое, вдруг пойдет какой-нибудь кислотный дождь, и тогда нам хана. Никакие деньги не стоят смерти.

– А я один вижу туземцев? Девка и пацан копошатся у камней. – Вик, один из двух членов команды, которых Джокер взял с собой на планету, показывал рукой в сторону от выбранного маршрута.

Джокер посмотрел туда, куда показывал Вик, и предчувствие удачи горячей волной подкатило к горлу. И не надо никуда тащиться, опасаясь всего, что может произойти на неизвестной планете. Его команда каперов¹, сплоченная вот такими вылазками, авантюрными приключениями и опасностями, которые подстерегали «солдат удачи» на чужих планетах, конечно, не подведет. Главное, вернуться домой тем же составом, что и на старте. Джокер, несмотря на длинный список выполненных непростых полулегальных операций и боевой опыт, тяжело относился к потерям. Каждый член команды был им лично выпестован и подготовлен. Чтобы точно знать, что за спиной есть надежный тыл.

Приблизив к глазам оптический прицел дальномера, Джокер оценил будущую цель. Девушка была похожа на земную, только жившую в далекие времена, таких он видел еще на виртуальных картинках, всплывающих во время чтения школьных учебников. Гибкая, в грубом слегка приталенном платье до колен, из-под которого виднелись сильные и, несмотря на холод, босые ноги. И лысая. Только платье и обычные для женщин выпуклости доказывали, что перед ним аборигенка, а не абориген. Мальчишка был одет в штаны и коричневую куртку со шнуровкой вместо застежки. Тоже лысый. И тоже босой. Они рвали растения и относили в корзинку, которая стояла между камней.

– Берем обоих. Вдруг с девкой что случится, пацан пригодится на запчасти. Усыпить сразу, чтобы нас не видели. Только подготовимся. Скафандры снимаем, надо к нашим туземцам подползти незаметно. Вик и я стреляем усыпляющими патронами одновременно. Я – в пацана. Потом забираем тела, и бегом назад, в капсулу.

Втроем, оставив скафандры у приметного места, они ползком пересекли местность с низкой порослью диковинных серо-желтых кустов и затаились. Впереди была открытая поляна овальной формы. Поляна небольшая, но пройти ее так, чтобы аборигены их не заметили, не представлялось возможным. Прикинув расстояние, Джокер рассчитал время. На штурм и захват должно хватить около трех минут. Туземцы ничего не успеют предпринять. Решившись, он подал знак товарищам и первым выскочил на поляну.

И тотчас почувствовал, как под ногами напружинилась и завибрировала земля. Внезапно по всей поляне ввысь взметнулись маслянисто-черные фонтаны, запахло серой, противный визжащий звук ударил в уши. Брызгами гейзера Джокеру обожгло бок. Страшная боль ввинтилась в мозг мыслью о том, что зря он поторопился, и еще одной: о том, что ему предстоит умереть на этой планете. Он попытался сделать шаг назад, не удержался, покачнулся и снова почувствовал ожог, а потом еще один. Что-то кричал Вик, но Джокер уже не слушал. Падая, он почувствовал спиной удар о жесткую поверхность чужой планеты, увидел над собой серое низкое небо, странные фиолетовые глаза, а потом все исчезло.

***

Вера выложила инструменты в бокс для дезинфекции, нажала кнопку «Обработка», установила таймер и поплелась на крошечную кухню – выпить кофе и немного отдохнуть.

Ночная смена выдалась неожиданно напряженной. Работники космической таможни и пограничники вдруг решили организовать совместный рейд и устроили облаву на нелегальных звездных старателей. Те, пользуясь незарегистрированными, то есть незаконными, червоточинами, доставляли на Землю на небольших частных космолетах запрещенные товары с других планет. Видимо, улов рейда был впечатляющим, если даже в небольшую лабораторию, где Вера подрабатывала по ночам после учебы в академии, привезли гору изъятых предметов для вскрытия, опознавания, анализа и составления отчетов. Вера еще в начале смены просмотрела список, выданный начальником лаборатории лично для нее: пять животных, три растения, один неизвестный объект.

Неизвестный объект Вера оставила на конец смены, предчувствуя, что с ним будет больше всего проблем. Классифицировать животных было не трудно. Вера училась в академии генетики и биологии, заканчивала второй курс, а классификацию известных живых существ Млечного пути знала наизусть примерно с пяти лет. Именно с этого возраста мама, ученый биолог-генетик, начала брать Веру с собой в экспедиции.

Если с животными проблем не возникло, то с растениями пришлось повозиться. Поэтому сейчас Вере требовался отдых. Она выпила чашку кофе из автомата, встроенного в стену кухни, села на подоконник, поджав ноги, и прислонилась спиной, гудевшей от долгого стояния у лабораторного стола, к прохладной стенке. Перед глазами мелькали строки классификатора растений, перечень запрещенных к ввозу пищевых приправ, рисунки корешков, цветков и листьев. Вера прикрыла веки и неожиданно для себя задремала.

Проснулась Вера от испуга. Она прислушалась, попытавшись понять, отчего так колотится сердце. И снова испугалась. Из «мертвецкой», так работники лаборатории называли холодный склад, куда участники рейда поместили образцы для вскрытия и описания, донесся отчаянный стук. Вера тихо опустила ноги с подоконника и сделала в сторону склада несколько осторожных шагов. Стук затих. Вера остановилась, не решаясь сдвинуться с места. Она пригладила вздыбившиеся на затылке от ужаса волосы, одернула вспотевшими ладошками халат, вспоминая, где лежит видайзер, и прикидывая, успеет ли она добежать до него и вызвать помощь. На втором и третьем этажах сегодня ночью тоже работали – из-за внепланового погранично-таможенного рейда.

Постояв, Вера крадучись двинулась в сторону «мертвецкой». Подошла к двери и приложила ухо. Тишина. Никто больше не стучал, и Вера немного успокоилась. Может, это не отсюда стучали, а наоборот, с верхних этажей? Может, приглашали таким способом чаю попить, или чего покрепче? Вера знала, что на втором сегодня работал Сан Васич, самый старый работник лаборатории. Его вызывали в экстренных случаях, никто лучше него не владел автоматом для вскрытия, который был совсем древним и без конца ломался. Приходилось доделывать руками. Список предметов для изучения и отчета для погранично-таможенной службы у Сан Васича на сегодняшнюю смену Вера тоже видела и поразилась величине этого списка. Сан Васич был легендой у студентов-генетиков в академии. Мама его хорошо знала. И именно по просьбе мамы он устроил Веру сюда работать. Легенда-легендой, но мало кто предполагал, что бывший знаменитый ученый, а сейчас простой лаборант Александр Васильевич Ланин, по прозвищу Сан Васич, крепко выпивал. Вера знала и даже пару раз прикрывала его от начальства.

Вспомнив про Сан Васича, который вполне мог устроить такой грохот, Вера окончательно успокоилась и смело распахнула дверь в «мертвецкую». На первый взгляд все было как в начале смены: плоские прозрачные коробки с растениями, объемные непрозрачные с животными (все приготовлено для утренней смены) и один белый пластиковый бокс, длинный и широкий, задвинутый в угол, с тем самым «неизвестным объектом», который Вера оставила на конец работы.

От вновь раздавшегося стука Вера присела, машинально прикрыв руками голову. Потом решительно выпрямилась, отругав себя за трусость. Все-таки она будущий ученый, и совсем недавно побывала в плену у бандитов на чужой планете Кинас, где ей пришлось спасать друга-амфибию со дна реки, стрелять парализующими иголками во врага и в итоге улететь домой на захваченном в бою шаттле.²

Стук раздавался из бокса с неизвестным объектом. Вера даже вздохнула облегченно. Просто «объект» оказался жив, вот и все. Напутали что-то бравые пограничники, не разобравшись в пылу боя со старателями, что незнакомая по виду особь оказалась живой, только без сознания. Сейчас Вера разберется, а утром вместе с другими лаборантами они будут смеяться над этой историей.

Вооружившись на всякий случай малым секционным ножом для отделения мышц, – мало ли, вдруг животное агрессивное, да еще испуганное тем, что проснулось внезапно в темноте – Вера подошла к боксу и прислушалась. Тишина. Вера, ухмыльнувшись и представляя, как завтра будет расписывать это происшествие в красках своим товарищам, тихо постучала: три коротких, два длинных. И почувствовала, как по спине от страха пробежала ледяная струйка. Потому что такой же стук: три коротких, два длинных, – раздался в ответ почти мгновенно. Внутри что, разумное существо?! Вот гады эти старатели! Торопясь и громко уговаривая потерпеть неизвестно кого, а может, и себя, Вера сверилась с инструкцией, которая была выбита на пластинке возле замка бокса, набрала код, крышка щелкнула и приподнялась. И ничего не произошло. Никто не выпрыгнул и не издал ни звука.

Вера покрепче сжала нож и резким движением откинула крышку. На мгновение она замерла, пораженная увиденным, а затем принялась с ожесточением перерезать ножом веревки на руках и ногах лежащей внутри девушки. Та смотрела на нее, не мигая, и молчала. На груди, со стороны сердца, зияла дыра в платье, вымазанная чем-то черным. Но едва Вера разрезала последний узел, как незнакомка словно взлетела из ящика, кинулась на Веру, повалила на пол, выхватила нож и приставила к горлу. Вера с ужасом смотрела в страшные фиолетовые глаза. Черная радужка постепенно растекалась по фиолетовой склере, вскоре незнакомка смотрела на Веру уже абсолютно черными глазами, и Вера, не выдержав, зажмурилась. Вся жизнь пронеслась у нее перед глазами, Вера теперь точно знала, что люди, говоря такие слова, не врут.

Мама, Кот, Вадим и почему-то шаманка Шуя³, с которыми Вера мысленно прощалась, вдруг стали таять в памяти, расплываться туманной дымкой. А вместо них воображение заняли отчетливые картинки чужой планеты: деревья с косматыми ветками, скрученными в тугие спирали, серо-желтые кусты и черно-масляные гейзеры, бьющие из земли в небо.

Вера перестала жмуриться и с удивлением уставилась в фиолетовые глаза. Черной пленки уже не было.

– Ты телепат?!

Смешно. Веру заинтриговало не то, что девушка была лысая, не ее странные шестипалые руки и ноги, не фиолетовые глаза с черной радужкой. Не то, что в боксе она лежала связанной, хотя это как раз объяснить было легче всего. Вон как она прыгнула на Веру и даже чуть не убила. Скорее всего, она сопротивлялась пленению до последнего. Платье из грубого холста все подранное. А вот то, что незнакомка – телепат, Веру поразило. О таком она только читала. Даже мама с ее опытом экспедиций по разным планетам ни разу не рассказывала, что встречала телепата.

– Хочешь есть?

Вера постаралась отчетливо представить в уме стакан воды и кусок хлеба. И сама себя отругала. И это будущий биолог! Ничего нельзя предлагать, пока не определишь, что едят на другой планете и как у жителей устроено пищеварение. Кстати, что же это за планета? Как спросить?

В голове вдруг возникла картинка невысокой горы и льющегося с нее водопада. Незнакомка хотела пить.

– Сейчас!

Вера налила из крана воды в одноразовый стаканчик, но девушка наклонилась к крану и долго пила из ладоней, с удивлением наблюдая, что вода начинает литься, когда к крану подставляешь руки, и тотчас перестает, когда убираешь.

Потом Вера и незнакомка общались, сидя друг напротив друга. Вера увидела мальчика, с такими же фиолетовыми глазами, деревню, хижину и простую обстановку внутри. А потом в голове предстала картина пленения. Астронавт с ожогами, которому незнакомка с мальчиком пытались помочь, выстрелы и темнота. Астронавт, как поняла Вера, умер. Его лицо со шрамом, зигзагом пересекающим бровь, было белым и неподвижным. Зрачки закатились. Все указывало на смерть. Других астронавтов, тех, что стреляли, Вера разглядела плохо. Или девушка разглядела плохо и не смогла передать подробную картинку.

Несколько раз Вера пыталась разузнать про судьбу мальчика, но девушка только пожимала плечами и, тихо воя, начинала раскачиваться из стороны в сторону. Значит, сама не знала и очень переживала. Что же делать? Завтра с утра могут нагрянуть пограничники и забрать ее. И не факт, что попадет девушка в добрые руки. Скорее всего, ее телепатические способности заинтересуют ученых, а может, и спецслужбы, что в общем-то неплохо. Уже не плен у неизвестных старателей. Кормить будут и о здоровье заботиться. Вот только мальчик…

Вера не заметила, что незнакомка внимательно смотрит ей в лицо, словно читает мысли. На том месте, где Вера подумала о мальчике, девушка вдруг бросилась к ней, обняла и опустилась на колени.

– Ты что? Встань сейчас же!

Вера схватила девушку, попыталась оторвать от себя, но та замотала отрицательно головой и снова завыла. Вера опустилась на пол рядом с незнакомой и протянула к ней руки ладонями вверх. Такой жест доверия Вера узнала от мамы, он всегда помогал в разговорах с аборигенами. Так показывают, когда не знают языка, вот, мол, мои руки без оружия, мне можно верить.

– Найдем мы твоего… брата… Если это брат. А может, и сын, – поправила Вера сама себя. – А пока тебя нужно спрятать. И переодеть.

В лаборатории спрятать было легче всего. А утром их заберет Кот, у него есть свое авто, отвезет их домой к Вере. Мама не будет против, еще бы! Телепат в доме! Можно изучать, не зная отдыха. Только ее надо подготовить. А там будет видно.

Через десять минут перед Верой стоял лаборант в белом халате, просторных штанах, шапочке, очках и маске. И босой. Незнакомка ни в какую не давала надеть на ноги обувь. Вера перепробовала все, что нашлось в шкафах сотрудников. Даже чьи-то домашние теплые шлепанцы. Ничего не получилось. Тогда Вера натянула бахилы собственного операционного костюма незнакомке прямо на босые ноги. Если не приглядываться, то сойдет.

– Надо как-то тебя назвать, милая. Я Вера.

Вера ткнула себя пальцем себе в грудь, а потом ткнула пальцем в грудь незнакомку. И сделала вопросительное лицо. И ничего не произошло. М-да. Тупик. Вера тряхнула головой и снова показала на себя.

– Я Вера, а ты… будешь… Тмина.

Вера сама не понимала, как у нее вырвалось такое странное имя. Наверное, это последствие ее ночных описаний растений из списка и штудирования приправ из классификатора. Зира или тмин, такую приправу добывали в горах, а незнакомка показывала свою деревню, и вокруг были горы. Вообще-то, холмы, но это сейчас не важно.

– Тмина! Точно!

Вера вспомнила школьную историю и то, что в египетской мифологии Зира была богиней ночи и звезд, и окончательно успокоилась. Нормальное имя. Со значением. Она натянула на лицо маску и скомандовала:

– Пошли!

Теперь предстояло подменить боксы и подправить список, выданный начальником. Подменить боксы можно было у Сан Васича. У него наверняка все боксы и коробки разбросаны и перепутаны. Когда Сан Васич работал, то вокруг царил хаос, зато отчеты о вскрытиях и анализах были такими, что ими зачитывались все, даже начальник.

Вера поднялась по лестнице на второй этаж, осторожно заглянула в помещение, где творил Сан Васич, и удовлетворенно кивнула. Его не было на месте. Наверняка отдыхает, вливая в себя какой-нибудь допинг с градусом.

Вера поманила Тмину, показала ей, где стоять, чтобы была на виду, а сама кинулась к коробкам, и в самом деле в беспорядке набросанным в углу комнаты. Она хотела найти что-то, похожее на белый бокс, в котором привезли Тмину, поменять его со своим, а в базе данных лаборатории переделать номера. Но похожий бокс никак не находился. Что ж, придется идти в подвал, где лежит остальная партия образцов для проверки, и искать там.

Послышался шум, и Вера выскочила из угла с коробками, готовясь прятать Тмину. И застыла. Сан Васич стоял посреди комнаты и ошарашенно переводил взгляд с Веры на Тмину и обратно. Вера с запозданием поняла, как они похожи. Сама она спрятала свои волосы под шапочку и, наверное, со стороны тоже выглядела лысой. А опустить глаза, посмотреть на ноги, бедный старик не догадался. Вместо этого он всхлипнул и без сил опустился на ближайший стул.

– Белочка…

Вера бросилась к Сан Васичу, заслонила собой так и стоявшую неподвижно Тмину и принялась гладить старика по лицу.

– Сан Васич, это я, Вера.

Тот изучающе посмотрел на нее и сообщил:

– Тебя двое.

Вера принюхалась. Ну точно, старик пил. И теперь думает, что у него глюки.

– Вы что, пили на работе?

Вера решила отвлечь Сан Васича от мыслей о глюках. Тот сразу встрепенулся и забормотал:

– Бывший студент, работает в таможне, вчера привозил образцы для отчета. Угостил конфискатом. Немного, всего три бутылки.

Сан Васич оглядел Веру, потрогал ее за халат и облегченно вздохнул:

– Показалось.

– Сан Васич, помогите, а? – затараторила Вера. – У меня из бокса экземпляр пропал, может, выпал при транспортировке. Я его проверку на конец смены оставила, подхожу, а бокс пустой. А он из списка пограничников, написано: «Неизвестный объект».

Вера все также нависала над Сан Васичем, загораживая от него Тмину и лихорадочно соображая, как подать той знак спрятаться.

И тут услышала за спиной шаги. Тмина решила помочь. Она подошла и встала рядом с Верой.

Сан Васич, снова увидев двух Вер, всхлипнул, обмяк и отключился. Вера испугалась, что он потерял сознание, и стала вспоминать, где в лаборатории лежат лекарства и медикаменты, но внезапно комнату сотряс оглушительный храп. Ну, отлично. Утром он решит, что ему все приснилось.

Вдвоем с Тминой они уложили Сан Васича на кушетку, и Вера принялась копаться в лабораторном компьютере. Нашла! Такой же белый бокс ждал обработки в подвале, начальник пока не распределили его по лаборантам. Вера заменила номера. Теперь получалось, что ей достался бокс с маркировкой «Ширококрылая птица, №212 в конфискованной партии №5». А пустой теперь бокс №162 просто перестал существовать.

Закончив отчет по уже подванивающей дохлой птице, Вера посмотрела на покорно сидящую рядом Тмину, потом за окно, где ночь уже превратилась в утренние сумерки, устало потянулась и включила личный видайзер.

– Кот? Мне нужна твоя помощь. Нужно, чтобы ты подъехал к моей лаборатории незаметно. Мы выйдем с черного хода. И, пожалуйста, ничему не удивляйся.

Глава 2. Никаких проблем

Незнакомое звездное небо крутилось в голове, словно воспоминание или картинка из космического блокбастера. Красивая картинка. Звезды то закрывались летящими серыми облаками, то ярко сияли, подсвеченные огромной луной. Не земной Луной, конечно, а каким-то другим спутником. Ведь это было небо над чужой планетой.

Вера моргнула, и видение исчезло.

– Ну что, получилось?

Тмина со смесью ужаса и восторга в фиолетовых глазах смотрела на голографический экран посредине гостиной Вериного дома.

Утром Вера, выходя под руку с Тминой из лаборатории, волновалась, как друзья отнесутся к инопланетянке. Кот, увидев Тмину в одежде лаборанта, лишь пожал плечами, пошутив, что вот он амфибия, и никто не изумляется. А Вадим взглянул на Тмину лишь мельком – в Космической академии с ним учились курсанты с разных планет.

Сейчас Вадим, которого Кот взял с собой выяснить, что за проблемы у Веры на работе, пытался найти планету Тмины на виртуальной проекции Млечного пути. Та вспоминала расположение звезд на небе над ее деревней, и картинка отображалась в головах у Вадима, Веры и Кота одновременно. Вадим запустил программу распознавания, и теперь они ждали результат. Мамы дома не было, она оставила записку Вере, что уехала на очередное совещание по комплектованию экспедиции на недавно открытую планету. Вера никак не могла запомнить ее название.

– Квартерон! Ребята, это Квартерон!

Вера и Кот вскочили, и неверяще уставились на голограмму.

– Надо сравнить со снимками зонда «Премьер» в сетях, совсем недавно выкладывали.

– Да вот же, смотрите! – Вадим нетерпеливым жестом совместил две карты: снимок из сети и схему, составленную по переданным воспоминаниям Тмины.

Масштаб не совпадал, но огромный спутник, закрывающий полнеба, и разного размера и цвета звезды очень даже совпадали.

Тмина подошла и тронула рукой голографическое небо, ее пальцы проткнули картинку насквозь, и Тмина испуганно отдернула руку. Потом решилась и, не касаясь, ласково провела ладонью рядом с серым диском спутника. И тепло улыбнулась Вадиму.

– А как эта… Тмина… оказалась у тебя в лаборатории? – спросил Кот.

– Нигде не сообщали, что Квартерон – обитаемый, – добавил Вадим.

Оба переглянулись.

– Ее и брата похитили с планеты какие-то контрабандисты. Их корабль был задержан на Земле во время облавы погранично-таможенным отрядом. Как и несколько других транспортов. По лабораториям раскидали грузы для оценки и классификации. В том числе с корабля контрабандистов. Тмина под воздействием чего-то усыпляющего в боксе с надписью: «Неизвестный объект» попала к нам. Ко мне. Начальник распределил ее в мою смену.

– А брат где?

– Не знаю. – Вера постаралась, чтобы ее голос звучал как можно тверже. – Нам нужно его найти. А потом Тмину и брата передать властям. И нужно успеть, пока длится неразбериха, а то потом официальные поиски могут затянуться. А если контрабандисты вернутся за братом и сестрой? Захотят оставить себе… С такими способностями… Что-то придумают, заплатят кому надо. Как-то же они улетели на Квартерон, хотя разрешения не могло быть выдано до того, как там побывает официальная экспедиция с Земли.

Кот и Вадим опять переглянулись.

– Как? Как мы найдем неизвестно кого неизвестно где?

– Я все продумала. Это не так уж и сложно. Нужно поехать в таможенный офис и попросить дежурного найти в базе данных название корабля, с которого в нашу лабораторию отправили груз в белом боксе с маркировкой «неизвестный объект, №162 в конфискованной партии №5». А потом найти лаборатории, куда отправили другие грузы с этого корабля. Вряд ли боксов на корабле с Квартерона было много. А потом…

– А потом нас арестуют, вызовут на допрос и сурово спросят, где груз номер сто шестьдесят два? С какой стати таможенник будет выдавать нам информацию? У меня и так проблемы, Вера, если еще и арест будет, связанный с похищением живого существа с другой планеты, меня вытурят из академии. – Вадим выключил голограмму, возле которой стояла Тмина, и отвернулся к окну.

– Что за проблемы? Ты мне ничего не говорил.

– У нас проблемы. – Кот подошел к Вадиму и положил ему руку на плечо. – Мы не хотели тебе говорить. Пытались сами разобраться. Папа дал мне шаттл, я попросил Вадима слетать за животными для нового аттракциона в нашем парке. А на обратном пути мы попали в облаву погранцов и таможенников, как и твои контрабандисты. Мы везли из Красной Саламандры игуану, которая меняет цвет при разной освещенности. А она оказалась вымирающим видом. И документы продавец нам подсунул фальшивые. Мы теперь под надзором, пока нашего продавца не найдут и не закончат разбирательство. Хорошо хоть шаттл отдали. Места на штрафстоянке не хватило.

– Что вам грозит?

– Мне в любом случае на год запретят полеты за пределы Земли, а Вадиму, если повезет, административное нарушение выпишут, а в деканате заставят отработать за прогул и самоволку.

– А если не повезет?

– Отправят Вадиму в деканат протокол задержания за ввоз запрещенного животного. И тогда его карьера будущего капитана межгалактических перелетов будет под большим вопросом. Характеристика-то подмочена. Кстати, твоя кварта заснула.

Вера окинула взглядом Тмину, съежившуюся на пледе, растянутом на полу, и, ухмыльнувшись, повернулась к друзьям.

– Наши цели совпадают! Вам нужно уладить дела в таможне, а нам… – Вера махнула рукой в сторону спящей Тмины. – Нам нужна та же самая таможня, чтобы узнать, куда отправили ее брата.

– Ну-ка, ну-ка, поделись, что ты напридумывала? Вижу, глаза горят. Если что-то незаконное, я пас.

– Вадим, ты хочешь быть капитаном межгалактических кораблей?

– Конечно.

– А на что ты готов пойти ради своих планов?

– Ну, точно, незаконное, – вздохнул Вадим. – Давай уже, излагай, что нужно.

Троица сгрудилась вокруг стола, на котором Вера азартно что-то чертила. Кот, слушая Веру, время от времени кивал головой согласно, а Вадим, наоборот, мотал отрицательно. Вера шепотом, чтобы не разбудить Тмину, ругалась и начинала рисовать пальцем на столе сначала, но убедить Вадима оказалось не просто. Он горячечно шептал в ответ, что все, что Вера придумала, невозможно, что их повяжут, и тогда не отделаешься отработкой и даже тем, что выгонят из академии. Вера, отчаявшись найти новые аргументы, с размаху села на стул, и ее взгляд упал на спящую Тмину.

– Вот! – Вера торжествующе показала рукой на гостью. – Она нам поможет! Ради брата. Только надо объяснить, что именно от нее требуется.

И она снова азартно зашептала. Вадим и Кот тоже посмотрели на Тмину, потом друг на друга, и заулыбались. План из невозможного превращался во вполне себе реальный. Хоть и авантюрный.

***

– Мам! Это Тмина. Она у нас поживет некоторое время? Не хочу врать, но всего рассказать не могу. И я дала ей свою одежду.

– Еще раз. Не тараторь.

Мама устало опустилась на стул в прихожей. Вера подскочила и принялась стаскивать с маминых ног ботинки, заменяя их домашними тапочками. Махнула рукой – подала знак, и в прихожую зашла Тмина. В Верином платье и босиком.

– Мама. Вот. Это Тмина. Она не с Земли. Поживет у нас.

Мама встала и приветливо улыбнулась Тмине. Потом повернулась к Вере.

– Она сбежала от семьи? И ты ее спасаешь, да? Пойдемте на кухню, закажем что-нибудь поесть. И обсудим все. Я кошмарно устала.

– Я заказала еду, мам, и кофе сейчас тебе сделаю!

Вера метнулась на кухню, чтобы не встречаться с внимательными мамиными глазами.

Мама вошла на кухню следом за Верой и цепко посмотрела на разложенные на столе приборы, тарелки и кастрюлю с похлебкой.

– Мы делаем что-то противозаконное?

Мамино «мы» было почти согласием, и Вера на минуту благодарно прижалась к родному плечу.

– Мам, садись. Я правда не могу тебе всего рассказать. Это не только моя тайна. Зато ты можешь с Тминой пообщаться. Если пообещаешь не расспрашивать ее о планете, с которой она… прилетела.

– Да? И о чем я буду общаться? Мне как раз интересны особенности живых организмов на планетах.

– Так вот и исследуй Тмину. Мам, она – телепат!

Ложка, которой мама ела похлебку, звякнула о тарелку.

– Откуда у нас телепаты? По классификации известных живых существ…

– Мама! Я знаю эту классификацию не хуже тебя. Не думай об этом. А просто попробуй. Это… Это так необычно… Смотри!

Вера на минуту вышла из кухни. Потом зашла.

– Мам, кого ты видишь?

– Тебя.

– А сейчас?

Перед Вериной мамой стояла Тмина, а довольная Верина мордаха выглядывала из гостиной.

– То есть Тмина может не только общаться с помощью телепатии, но и внушать? Мысли? Картинки? Внешность? Вера! Немедленно объясни мне, что все это значит!

– Ну вот. А я думала, ты будешь рада.

Вера зашла на кухню, а Тмина, наоборот, вышла.

– Мы укрываем у себя дома разумное существо с неизвестной планеты, которое фактически обладает оружием в виде внушения. Вера! – возвысила голос мама. – Что происходит?

Верина мама вдруг поднесла руки к вискам и замолчала. Вера поняла, что сейчас Тмина ей рассказывает с помощью картинок, что с нею произошло, про брата и про то, как Вера вытащила ее из лаборатории.

– Мам. Мы просто найдем ее братика. Он может погибнуть. А потом обоих предъявим официально властям. Так, чтобы их видели в сетях. Чтобы не забрали на опыты. Такой план.

– Мы – это кто?

– Я, Кот и Вадим. И Тмина.

– Какая помощь вам нужна?

– Пусть Тмина поживет у нас. Больше ничего. Пока. Сварить тебе кофе?

– Пусть живет, конечно. Ты мне расскажешь, что вы придумали?

– Нет, мам, прости. Тогда ты будешь соучастницей.

– У тебя могут быть из-за нее неприятности?

– Не из-за нее. Не больше десяти человек на Земле знают о том, что она жива, и всего четверым известно, что Тмина со мной. Но нам нужна информация о том, где искать ее брата. Неприятностей можно ждать с этой стороны.

– Если вы во что-нибудь вляпаетесь, обещай, что сообщишь. Я подключу Вагара. Он известный адвокат. Мы что-нибудь придумаем. И да. От кофе не откажусь.

Некоторое время Вера и Верина мама пили кофе и молчали, думая каждый о своем. В гостиной, куда ушла Тмина, тоже было тихо.

– А что Тмина ест? Что вообще едят у них на планете? Как устроено у нее пищеварение, ты все это уже выяснила?

Вера прижала руки к пылающему лицу. А ведь с утра, с того момента, как Вера накормила Тмину раскрошенным в воде хлебом, они обе ничего не ели. Вера, нахомячившись на смене бутербродами, не хотела, а вот Тмина?

– Мам, я не знаю. Я давала ей воду и хлеб. Вроде нормально прошло.

– Сколько часов назад?

В Вериной маме проснулся ученый, и Вера перевела дух. Теперь все будет хорошо.

***

Вера стояла рядом с Тминой перед зеркалом и довольно кивала головой. План не должен дать осечки. Все подготовлено. Два часа назад Вадим прислал на видайзер файл со снимками и описанием командного состава Космотаможни. Из списка Вадим и Кот выбрали четверых участников будущей операции. Сейчас на Веру из зеркала смотрели две Веры. Совершенно одинаковые. Только сама Вера кивала, а Тмина, внушая Вере картинку, была неподвижна. Значит, и образы космотаможенников Тмине удастся внушить безошибочно.

– Ну что, вперед, к приключениям? Аэроавто Кота подъехало.

Вера схватила Тмину за большой палец и потащила за собой. Они вышли из дома и медленно двинулись по дорожке к вышедшим из авто Коту и Вадиму. Не доходя трех метров, молча остановились.

– Ты их различаешь? – Вадим наклонил голову, пытаясь найти зацепку. Вера решила устроить им проверку. Не хотелось попасться.

– Конечно, – самоуверенно бросил Кот. – Вот Вера!

Он схватил одну из Вер за руку и… Раздался хохот. В руке Кота оказалась шестипалая ладошка Тмины.

– Должно получиться, но я все еще не уверен. Какая-то авантюра, прямо, – перестав смеяться, проговорил Вадим.

– Боишься, так прямо и скажи. – Кот сел на водительское место, провел ладонью по приборной доске, нажимая нужные символы, двигатель тихо загудел, двери сомкнулись, авто неслышно тронулось с места.

– Не боюсь, но опасаюсь. Тебе-то что, просто выдворят с Земли, а я буду водить местные сухогрузы до конца жизни без права восстановления.

– Мама сказала, что попросит Вагара нам помочь, если мы вляпаемся.

– Ты рассказала все матери? А я отцу и брату ничего… Если попадемся, пусть она моим тоже сообщит.

– Меня вытурят из Космической академии и из общежития.

– Да перестань скулить! Остался бы дома.

– Не ссорьтесь. Повторим план.

Вера раздала каждому четыре снимка.

– А голоса? Тоже будут похожи? – Вадим смял свой снимок и сунул в карман.

– Ну, это же внушение. Значит, мозг и звук под изображение подстроит.

– А камеры? Камеру не обмануть.

Вера ткнула в плечо Кота, сидящего перед ней.

– Ты говорил, что проблем не будет.

– Я говорил, что у меня есть идея, как камеры вывести из строя.

– Всего лишь идея? – Вадим дернулся на своем сиденье.

Аэроавто резко затормозило. Со стороны Вадима отъехала дверь.

– Выходи. Я лучше один с девчонками буду, чем без конца выслушивать твое нытье. Надежнее получится.

– Я что, хуже девчонки? – взвился Вадим.

Все молчали. Вадим съежился.

– Я больше не буду, извините, ребята. Просто перенервничал немного. Так, какая, говоришь, идея?

Дверь встала на место, авто немного проехало по автостраде и взмыло вверх.

– Я просмотрел информацию по конструкции здания. Ту, что есть в свободном доступе. Начальник таможни месяц назад давал интервью умному журналу о том, что они повсюду установили нейроморфные камеры. Их, мол, трудно обмануть, не то, что обычные нейросеточные. Нейроморфные более защищены от встраивания «отравленных данных», в их ПО нельзя поместить вредоносных ботов, которые будут делать то, что нужно злоумышленнику. Бла-бла-бла.

– И что?

– Нейроморфные! – многозначительно повторил Кот. – То есть основанные на работе человеческого мозга.

– И что?

– А я – не человек.

– Ты хочешь воздействовать ультразвуком амфибии, чтобы вывести «человеческие» камеры из строя?

– На человека воздействовать запрещено. А про камеры нигде нет упоминаний о запрете.

– А мы? Я помню, как ты на Кинасе своим свистом вышиб дух из здорового бандита и его собак, – поежившись, сказал Вадим.

– Вы побудете в авто. Я все сделаю, когда рядом никого не будет, и вернусь за вами.

– Перед входом в здание тоже не забудь отключить камеры. Их там, наверное, несколько. – Вера заботливо поправила задравшийся воротник куртки Кота.

Она откинулась на сиденье и начала в который раз перебирать детали плана. Вроде все учли. Номер кабинета, где сидел дежурный и куда поступали отчеты из лабораторий после рейда, нашли. На повестке, присланной сегодня Коту, как совладельцу шаттла и участнику правонарушения, значился именно этот кабинет: триста четырнадцатый. Значит, все данные по задержанным шаттлам и космогрузовикам стекаются в компьютер в этом кабинете. Согласно повестке, Коту следовало явиться завтра в десять «для рассмотрения дела и определения наказания». Вадим повестку не получил и, наверное, поэтому психовал. Боялся, что документ уже попал в деканат. И завтра его вызовут не для «рассмотрения», а сразу для «наказания».

Триста четырнадцатый кабинет находился на третьем этаже. На плане здания друзья его нашли быстро. Туда можно было попасть на лифтах, их было четыре: два пассажирских и два грузовых, или по лестнице. Выбрали лестницу. Медленнее, зато меньше вероятность встретить кого-то из работников ночной смены, изумленных внезапным появлением в такой час четырех офицеров таможни, включая заместителя начальника. В него предстояло превратиться Вадиму. А Кот должен был предстать перед дежурным в образе помощника и секретаря заместителя начальника. Вадим и Кот пройдут везде первыми, а Вера и Тмина будут держаться позади. Младшими офицерами, тоже видоизмененными внушением.

Вера покосилась на Тмину. Как-то непривычно было, что она всегда молчит. Та смотрела в окно на проплывающий внизу ночной город. Вера не видела выражения ее лица и гадала, нравится ей здесь или нет? Наверное, ей странно. Интересно, есть ли города на Квартероне? Или там только деревни и хижины? Вера не утерпела и потрогала Тмину за руку. Та резко обернулась. Черные пряди парика взметнулись и вновь легли на плечи. Парик Тмине купили по совету мамы. А на ноги, после длительных попыток, Тмина согласилась надеть старые экспедиционные Верины мокасины. Очень легкие, разношенные и мягкие. Если бы не шесть пальцев на руках и фиолетовая склера с черной радужкой глаз, Тмину в Вериной одежде можно было издалека принять за земную девушку. Впрочем, цветные склеры и на Земле вошли в моду. Красящее вещество стоило баснословно дорого, его завозили с планеты, где жили гриподы – существа, больше похожие на птиц, – а это было на самом краю Млечного пути. Но модниц это не останавливало.

…Внушительное здание космотаможни сверху оказалось похожим на букву «Ш». К главному зданию, вытянутому вдоль аллеи с посадками вечнозеленых кустарников-буксов, светящихся ночью зелеными каплями листочков, примыкали три других здания. Они были похожи на казармы. Ровные девятиэтажные прямоугольники без архитектурных излишеств: только окна, которые в этот час ночи почти все были темными.

Аэроавто, облетев по широкой дуге владения космотаможни, приземлилось на огромной парковке в жилом квартале, метрах в пятистах от монументального забора.

– Кто-нибудь знал, что вокруг таможни есть забор?

Кот выглядел встревоженным.

– Нет, конечно.

Вера тоже расстроилась. Неприятно, когда, казалось, до мелочей продуманный план, в самом начале дает осечку.

– Что будем делать?

– Ничего не меняется. Я пойду, посмотрю, что с камерами, и поищу лазейку в заборе.

Кот выскользнул из авто и исчез в темноте.

Тмина повернулась к Вере и вопросительно изогнула бровь.

– Что она говорит?

Вадим нервно барабанил костяшками пальцев по дверце авто.

– Говорит, что ее раздражает этот стук, – Вера покосилась на руку Вадима.

– Нет, ну правда? Как ты с ней общаешься?

– Я представляю в голове, что хочу сделать. Или что должна сделать она. Хочу сказать, что это довольно трудно. Нужна привычка и…

Дверь авто со стороны водителя распахнулась.

– Никаких дыр в заборе нет, только узкие щели, – сообщил, запыхавшись, Кот, – но я нашел недалеко калитку. Камера прямо над ней. С той стороны недалеко будка, горит свет, внутри один человек. Наверное, охранник. Новый план такой. Идем вместе. Я вырубаю камеру, а вам придется потерпеть, если уши заболят. Не думаю, что нужен мощный звуковой удар. А потом… Может Тмина как-то повлиять, чтобы охранник нам открыл калитку? Тогда мы сможем пройти.

– Сейчас спрошу.

Вера взяла Тмину за руку, будто такой контакт мог лучше помочь, и в голове возникла череда картинок. Вот Кот, Вадим, Вера и Тмина подходят к забору, вот Тмина выходит вперед, а ей навстречу из будки выходит… Тут Вера приостановила полет фантазии. Как выглядит охранник? Подумала и нарисовала в воображении свою будущую личность, одного из четверых, чьи снимки раздала в начале поездки, а лицо смазала, будто потерла пальцем сырую краску. Дальше дело пошло быстрее. Тмина в мыслях Веры протягивала к таможеннику руки, и тот тоже тянулся к ней, потом отпирал калитку и… Вера опять остановила поток. А что дальше-то? Они… Они…

Внезапно в голове Веры один за другим стали возникать кадры, как будто из фильма: таможенник и Тмина стоят рядом, а через калитку на территорию проходят Вера, Кот и Вадим. Спустя время таможенник и Тмина тоже оказываются внутри. И таможенник идет в будку и ложится спать. А калитка остается приоткрытой.

Вера хлопнула себя по голове ладонью. Идиотка! Про обратный путь и не подумала! Сейчас бы внушила Тмине, что калитку нужно закрыть. Она одобрительно улыбнулась Тмине, потом повернулась к Коту и Вадиму, напряженно следившим за молчаливым диалогом девушек.

– Все будет отлично. Тмина нам поможет. Пошли.

Когда перед друзьями открылась калитка, Вера увидела худенького паренька в форме пограничника, а не таможенника, и с тревогой оглянулась на Тмину. Та, не отрываясь, смотрела на свою жертву. Пограничник сделал неуверенный шаг к Тмине, затем второй. Вера с изумлением увидела, как он остановился, закрыл глаза и, улыбаясь, стал раскачиваться, наклоняясь, словно маятник, в разные стороны. Сильнее. Сильнее. Еще сильнее.

– Давай быстрее, пока прохожих нет! Что, ни разу не видела кобру в трансе? – прошипел прямо в ухо Кот. – Нам еще надо посмотреть, вырубил я камеру или нет.

Втроем они заскочили в будку, и Кот торжествующе показал на светящийся прозрачный экран компьютера. Тмины и пограничника там не было. Никого не было. Серое пятно.

– Возвращаются! Сматываемся! – Вадим за руки вытащил наружу Веру и Кота и с размаху, прячась, кинулся в траву.

– Вставай, – прозвучал насмешливый голос Кота. Он стоял над лежащим Вадимом и ухмылялся.

– Парень все еще в трансе.

Вадим быстро поднялся и, как ни в чем не бывало, принялся отряхивать одежду, искоса наблюдая, как жертва Тмины с закрытыми глазами и с широкой улыбкой медленно заходит в будку и запирает за собой дверь.

– Интересно, что она ему внушила? Так улыбается!

– Правда хочешь знать? – недобро посмотрела на Кота Вера.

– Нет, просто спросил.

Вера подошла к Тмине и внимательно посмотрела в фиолетовые глаза. В правом уголке глаз плескалась чернота. Видно, нелегко дался ей этот поединок. Хватит ли сил до конца дела? Ведь сейчас им предстояло главное действие – превратиться в подставных офицеров таможни.

До входной двери главного здания друзья добрались без приключений. Камеры над входом и в приемной Кот сломал мгновенно. Вера только нахмурилась на секунду, ощутив резкое и болезненное давление в ушах. Она покосилась на Тмину, как та реагирует? Но Тмина снова, как и у калитки, даже не дернулась, будто ничего не почувствовала.

В приемной молоденький офицер, увидев замначальника таможни, быстро вскочил и отдал честь.

– Выключить все камеры на лестнице, в коридоре третьего этажа и в кабинете триста четырнадцать, никому не сообщать о нашем визите, – не останавливаясь, буркнул Вадим, и Вера восхитилась таким правдоподобным перевоплощением. Вот что значит попал в привычную среду. Насмотрелся в своей Космической академии. Дежурный крикнул:

– Есть!

И кинулся водить пальцами на прозрачной стене рядом со столом. На стене отображалась схема всего здания с кабинетами и коридорами. Схема была похожа на кровеносную систему диковинного существа. Казалось, она живая и пульсирует.

В коридоре третьего этажа Кот с Вадимом внезапно развеселились и принялись толкать друг друга. Вера решила, что так они сбрасывают напряжение. Она сама до дрожи в коленях боялась пройти мимо дежурного, все казалось, что вот сейчас он крикнет: «Вы кто такие? Назад!», но ничего не произошло. За дверью Вера до боли сжала руку идущей рядом Тмины – поблагодарила.

Кот и Вадим дурачились, смеялись, а потом Вадим чуть сильнее толкнул Кота, и тот спиной влетел в незапертый кабинет. Быстро выскочил и отвесил подзатыльник Вадиму.

– Хватит! – рассердилась Вера. – Почти дошли. Сосредоточьтесь.

Они остановились перед дверью триста четырнадцатого кабинета, не решаясь войти. Из-под двери просачивался свет, значит, дежурный офицер был на месте. Вера вдруг поняла, что не продумала, как именно они доберутся до сведений в компьютере. Было ясно только, что они «зайдут и найдут». А что сделают с дежурным? А вдруг у него пароль для входа в базу данных? Тмина поможет? Вера оглянулась на Тмину и увидела, что у той чернота залила уже половину глаз. Что это значит?

– Да что вы стоите? Вперед!

Кот решительно толкнул дверь, Вадим шагнул через порог, следом прошли остальные.

Дежурный вскочил. Он был совсем не похож на того, которого они видели в приемной. Тот был худой и совсем юный, а этот примерно лет тридцати, накачанный, с коротким ежиком и подбритыми висками. И с таким цепким, пронизывающим взглядом, что Вера непроизвольно поежилась. Ей показалось, что он как-то уж очень внимательно вглядывается именно в нее, Веру. Она что, проявляется? Вера опять оглянулась на Тмину и ужаснулась. Ее глаза были почти полностью черными.

– Мне нужны дела, которые будут рассматриваться завтра с утра. Немедленно! – Услышала Вера и успокоилась на время, видя, как дежурный торопливо водит пальцами по вертикальной интерактивной панораме экрана. Сами бы они ни за что не нашли в этом нагромождении цветных файлов-кубиков нужную информацию.

– Удалить везде информацию о делах, которые назначены к разбирательству с девяти до одиннадцати! Выполнять!

Дежурный удивленно оглянулся и вдруг замер, моргнул, потряс головой, словно ему что-то показалось, потом вернулся к панораме и вывел несколько кубиков-файлов в значок пиктограммы-мусорной корзины в нижнем углу экрана.

– Найдите информацию по транспортам, задержанным позавчера во время облавы на старателей. Меня интересует груз, отправленный в лабораторию, – Вадим отбарабанил без запинки длинное название Вериной лаборатории, при репетиции она заставила его повторить название раз десять, – в пятой партии под номером сто шестьдесят два. Название транспорта, приписка, кто командир. Откуда прибыл.

Дежурный снова начал водить пальцем по экрану, вытаскивая откуда-то из пустоты и выставляя в ряд красного цвета треугольники. И вдруг мешком повалился со стула. Вера услышала такой же звук падения за спиной и поняла, что у Тмины кончились силы. Вот что означала чернота в глазах! Понимая, что вот-вот отключится, та усыпила дежурного. И сама потеряла сознание.

– Что случилось? – Кот подскочил к Вере и Тмине, а Вадим, хладнокровно отодвинув лежащего на полу дежурного, сел на его место и стал открывать выведенные на экран красные треугольники. Методично, один за другим.

– Уложите офицера вон на тот диванчик. Им положены два часа сна во время ночных дежурств, – не отрываясь от экрана, проговорил Вадим.

– А как мы выйдем отсюда? Тмина без сознания! – запаниковала Вера. – Мы теперь – это мы, а не таможенники!

– Я свистну, дежурный в приемной на время отключится, мы проскочим мимо, за дверь, и бегом к калитке. Камеры же не работают. Нас никто не засечет. Вадим, ты скоро?

– Нашел, запоминайте. Шаттл называется «Могучий хомяк», принадлежит частной компании. Названия нет, только номер. Тут пометка: капер Правительства объединенных конгломераций Земли.

Вадим присвистнул.

– Вот это да!

– Про груз что?

– Ну вот, сто шестьдесят второй бокс в Верину лабораторию ушел – и еще пятьдесят шесть наименований туда же. И все.

– Как все?

Вера подскочила к столу и неверяще уставилась на экран.

– Ее брата у нас не было. Бокс должен быть большим. А я нашла всего два больших бокса: с Тминой и воняющей птицей. И в подвале все проверила. Остальные образцы – мелкие животные и растения. Ну, вот же!

– Где?

– Вот! Бокс «Запчасти». По размерам как раз подходящий. Куда его отправили?

– Сейчас. – Рука Вадима двигалась по экрану, смахивая в сторону ненужные кубики, и вдруг остановилась.

– На утилизацию. Порт Красных бурь. Это на Марсе. Там находится большой могильник космического хлама.

– Что?!

Теперь и Кот, оставив Тмину лежать на полу, вскочил и встал рядом с Верой и Вадимом.

– Наверное, все живые образцы вместе с растениями отправили для изучения и разбирательства, а всякий хлам и железки на утилизацию, чтобы облегчить себе задачу. А на том боксе было написано: «Запчасти».

– Даже не заглянули? – недоверчиво спросила Вера.

– Может, груз лежал где-то вместе с мусором. На кораблях есть такие помещения. Отработанные детали, мешки с отходами для утилизации. В космос запрещено выбрасывать мусор.

– Но ведь если он живой, ему нужно дышать, пить-есть. Температура должна быть комфортная.

– Если живой – да. Но столько дней в запертом боксе…

Друзья в страхе оглянулись на Тмину, так и лежащую без сознания.

– Ищи, где сейчас грузовик, который повез этот бокс вместе с другим мусором на Марс! – Вера решительно стукнула маленьким кулачком по столу. – Нужно найти брата Тмины. Хотя бы его тело. А потом наказать тех, кто с ним это сделал. А Тмине пока лучше ничего не говорить.

Внезапно на столе спящего офицера загорелся красным видайзер, через несколько секунд комнату огласила мелодия вызова.

Друзья в страхе оглянулись на спящего.

– Бежим!

Вадим взвалил на плечо Тмину, Кот схватил за руку Веру. Не глядя по сторонам, они выскочили из дверей и побежали к лестнице так быстро, как могли.

В триста четырнадцатом кабинете мелодия поиграла немного и стихла. Офицер продолжал спать.

Глава 3. Рой

Рой слишком поздно сложил в уме два и два: новость в сетях о крупном улове совместного рейса таможенников и пограничников и исчезновение «Могучего хомяка». Сначала он не беспокоился о долгом отсутствии связи. Во-первых, Джокер мог знать о готовящейся облаве и возвращался в режиме полного молчания. Во-вторых, у «Хомяка» могли быть и другие заказы, тоже важные. Хотя что могло быть важнее того заказа, который Рой отдал Джокеру перед отлетом? Опасного, но очень хорошо оплачиваемого? Чиновник сулил золотые горы. И Рою, как посреднику, полагался немалый процент. Правда, последняя радиограмма с борта «Хомяка» Роя немного насторожила. Вик сообщал, что они возвращаются и что возникли сложности, но заказ выполнен. Обычно Рой общался только с Джокером. Почему тот не вышел на связь сам? Какие могли возникнуть сложности? Рой обрадовал заказчика сообщением об удачном рейсе и возвращении «Хомяка» и занялся другими делами.

Прошло три дня, но больше сообщений не поступало, и тогда Рой забеспокоился всерьез. Раскинул поисковую сеть, пообщался с разными знакомыми служивыми, которых за время своей деятельности завел немало: у всех бывали проблемы, а Рой умел их решать. Плюс связи в верхах Правительства объединенных конгломератов Земли. Плюс боевое прошлое в Корпусе космических спасателей, а там связи уже совсем в других кругах. В общем, сеть он раскинул сразу широко, по всей Солнечной системе. Ответы пришли сразу. И Рой удивился своей тупости. «Могучий хомяк» попал в облаву. Значит, на хозяина и на груз завели дело, а шаттл поставили на штрафстоянку. И нужно лететь выручать друга и свои деньги. Раз «заказ выполнен», как сообщил Вик, значит, абориген с Квартерона на борту. Джокер не дурак, он, конечно, спрятал груз, на корабле полно потайных мест. Но если «Хомяк» стоит под охраной, а экипаж арестован и дожидается разбирательства, тогда спрятанный на борту живой с Квартерона в опасности. Ему ведь нужны воздух, вода, еда и комфортная температура.

Рой снова раскинул сеть, теперь уже конкретную, касающуюся штрафстоянки и тех, кто ее охраняет. Попался старый знакомый, вместе с которым они пятнадцать лет назад освобождали можжевеловые джунгли планеты Валь Салид от плюющихся кислотой ящеров. Знакомый был тогда серьезно ранен, и после экспедиции их пути разошлись. Но известно, что ничто так не сближает, как пережитые вместе испытания. И Рой без колебаний вылетел на своем флаере в район штрафстоянки.

«Могучий хомяк» выделялся из череды старательских шаттлов своим корпусом, оснащенным техническими новинками, и широкоформатным панорамным окном капитанской рубки. Казалось, что это не простая рабочая лошадка, а столичный щеголь, случайно попавший в захолустное общество потрепанных жизнью провинциальных красоток. Рой знал, как Джокер любил «Хомяка». Для него расставание даже на несколько дней было трагедией. И поэтому странно, что после приземления здесь, на штрафстоянке, он не попытался как-то выручить корабль. Связей у Джокера было не меньше, а то и больше, чем у Роя. Правда, все они касались только полулегального бизнеса Джокера.

«Корабль пригнали пограничники, – так рассказал старый знакомый, охраняющий стоянку, – экипаж сбежал на посадочной капсуле». Погони не было, потому что погранцы не сразу это поняли. «Хомяк» висел на орбите на автопилоте, и когда группа зашла на борт, преследовать было поздно. На вопрос о грузе знакомый порылся в базе данных и сообщил, что все, что нашли, отправили в лабораторию. Дальше следовало длинное название.

– А что-то необычное было? Предмет или живое?

– Живое… Нашли мертвую девку, связанную по рукам и ногам, с ножом в сердце. По виду – не человеческая девка-то. Но у этих старателей свои вкусы. Видно, брали с собой в рейс для развлечения, а как бежать, так и не нужна стала. Или раньше, может, подрались пьяные, не поделили ее и схватились за ножи. Потому и сбежали. Такие дела.

– Убийство?! И никаких последствий?

– Сначала нужно определить, с какой планеты девка была. Потом законы той планеты узнать. Что там за убийство полагается. Так сказали погранцы. А пока написали на боксе: «Неизвестный объект» – и в лабораторию отправили. Если там определят, что за планета, значит, дело возбудят. А вообще пограничники пытались труп полиции сбагрить, но не получилось. Те ответили, что нужно определить, чья юрисдикция. В общем, наделал Джокер делов. Увидишь его, передай, чтобы прятался лучше. Будешь борт осматривать?

Рой отказался, пробормотав, что торопится.

– А куда все протоколы передали, которые во время облавы составили?

– В космотаможню, там разбираться будут.

– А конкретнее не знаешь?

– Сейчас.

Охранник снова сверился с базой.

– Космотаможня, кабинет триста четырнадцатый.

Рой кивнул, запоминая, и, прощаясь, протянул руку.

– Вот тебе мой личный номер, звони на видайзер, если проблемы будут. Спасибо тебе. Выручил.

Взлетев на флаере, Рой сделал прощальный круг над «Хомяком» и решил, что если у Джокера шаттл заберут, сам его выкупит. Попросит чиновника, чтобы продали по-тихому, а не выставляли на торги, как обычно поступали с конфискованными кораблями. Но это все потом. Сейчас нужно найти труп с Квартерона и постараться уничтожить его. Еще необходимо подчистить базу данных по облаве в таможне. Если нет тела и протокола задержания и осмотра, значит, нет дела. Можно будет сослаться на неразбериху во время облавы. И этим нужно заняться срочно. Ведь если Джокера объявят в розыск и поймают, и выяснится, что «неизвестный объект» с ножом в сердце был с Квартерона, то Джокер молчать не будет. За свободу расскажет, и кто заказ подкинул, и кому абориген был нужен. Имени заказчика не назовет, потому что не знает. Но понять, что его вытащат из кучи дерьма, в которое он попал, не те, так эти, Джокеру мозгов хватит. Урод! Такие деньги мимо пролетели! Версию про развлечения команды с «инопланетной девкой» Рой сразу отбросил. И про пьяную драку с ножами тоже. Скорее всего, ее убили, потому что взять с собой в капсулу не могли, а оставлять такого свидетеля пограничникам было глупо. В любом случае, заказ не выполнен. А если заказ не выполнен, то нужно возвращать аванс. Экипаж сбежал, значит, долг повиснет на нем, Рое. Нужно найти Джокера с командой. Пусть платят сами. Их просчет.

Через два часа Рой сидел в кабинете начальника лаборатории с длинным названием. Документы, предъявленные Роем: жетон представителя Правительства для особых поручений и разрешение на изъятие присланного три дня назад груза под номером сто шестьдесят два впечатлили начальника. Разрешение было фальшивым, просто Рой знал слабости одного полицейского, а тот имел доступ к официальным бланкам.

Начальник лаборатории ругался в видайзер, раздавал приказы, сотрудники носились в поисках, время шло, но бокса, проходящего по документам как «Неизвестный объект», никто не нашел. Рой чувствовал, что с грузом что-то произошло. Причем именно в лаборатории. По документам выходило, как сообщил бледнеющий на глазах начальник, что бокс в лабораторию прибыл, но проверку не проходил и в остатках на складе не значился.

– Кому вы давали распоряжения на проверку? – закинув ногу на ногу, холодно поинтересовался Рой.

– Мои сотрудники работали в три смены. Мы все успели за два дня, и результаты сегодня отправили в таможню по указанному адресу.

– Мне нужен список лаборантов, которые делали отчеты по грузам. Немедленно. И я хотел бы побеседовать с каждым из них. Дело очень серьезное, – подпустил суровости в голос Рой. – Найдите мне место, где я могу допросить их без свидетелей.

Начальник ахнул, услышав «допросить», и засуетился. Через пятнадцать минут Рой сидел в комнате, по виду – склад, и пахло здесь химикатами. Ему расчистили стол, заваленный банками, ящичками, пластиковыми блокнотами и всякой мелочью, и принесли два стула. Рой установил стулья так, чтобы допрашиваемый не мог смотреть никуда, а только Рою в лицо, а еще включил все освещение – хотел видеть малейшую реакцию сотрудников. И приступил к опросу, вызывая лаборантов по списку, выданному начальником.

К концу рабочего дня он устал так, что хотелось упасть прямо на пол и заснуть. Но никто ничего полезного ему не сообщил. Смешной старик Сан Васич, на которого ссылались сотрудники, как на пьющего, и поэтому часто путающего отчеты, виновато лепетал что-то про три бутылки конфиската и «белочку». Но как раз у него в описаниях образцов царил идеальный порядок, и Рой старика с сожалением отпустил. Наконец в списке осталась только одна фамилия. Студентка по имени Вера, работающая по ночам. Она еще не пришла, хотя начальник ее вызвал. Рой, чтобы прогнать сон, вышел через черный ход покурить. Он облокотился на перила и с наслаждением затянулся третьей сигаретой за день. Рой бросал курить. Импланты, вставленные вместо легких, начали сбоить, и врачи сказали, что будет нужна еще одна операция. Уже четвертая.

Рой выпустил вверх колечко дыма, посмотрел, как, исчезая, оно плыло по воздуху, и затушил недокуренную сигарету. Сейчас ему не нужны внезапные сбои в плане. Нужно быть готовым к любым неожиданностям и действовать быстро. Искусственные легкие не должны подвести.

Хрупкая девушка в брюках и куртке, с темно-пепельными волосами до плеч, быстро шла, почти бежала по улице, направляясь к крыльцу, где стоял Рой. Добежав до Роя, она хотела проскочить мимо, но внезапно остановилась.

– Это вы из Правительства? У меня только закончились занятия в академии, и я увидела сообщения на видайзере от начальника и Сан Васича. А что случилось?

В карих глазах лаборантки плескалось беспокойство, руки сжимались на видайзере, оставляя влажные следы, и Рой сделал стойку, как охотничья легавая, почуявшая след. Он подумал, что проблем не будет. Молодую лаборантку он расколет на счет «раз».

Через час измученный Рой понял, что ничего от нее не добьется. Сотрудники лаборатории, спросив разрешения, ушли по домам. В лаборатории остались только начальник и Сан Васич. Оба терпеливо ждали конца «беседы».

– Груз сто шестьдесят два, – в который раз начал Рой, надеясь, что лаборантка дрогнет и выдаст себя неосторожным словом или жестом, – заявленный в списке, как неизвестный объект. Я скажу начистоту: в боксе с этим номером лежал труп неопознанной инопланетянки с ножом в сердце, груз исчез из вашей лаборатории. Вы работали ночью вместе с Сан Васичем, он говорил мне о каких-то глюках. Вы видели что-нибудь? Может, в лабораторию проникли неизвестные? Они вас запугали? Вы можете рассказать мне, я сумею вам помочь.

Он внимательно следил за ее тоже уставшим лицом, казавшимся серым при таком освещении, и вдруг поймал быстрый изумленный взгляд, когда он произнес слова «труп» и «нож». Девушка сразу опустила ресницы, прикрыв блеснувшие глаза, но Рой успел взгляд заметить. Он сразу зевнул и посмотрел на стрелки часов на своем видайзере. Мол, пора заканчивать. Девушка расслабилась и монотонно ответила, в который раз повторяя одну и ту же фразу:

– Мне ничего неизвестно. Никто никуда не проникал. А Сан Васич просто старый, но очень опытный и очень умный. Я не знаю ни про какие глюки.

– Можете идти. – Рой встал и сложил в рюкзак диктофон и видайзер. – Расследование здесь закончено. Видимо, груз по ошибке отправили в другую лабораторию.

Он подождал вопросов, эта Вера была просто обязана спросить про труп, не зря же он ее заподозрил. И дождался.

– Вы сказали, труп с ножом в сердце? Если бы кто-то из наших такое увидел, то мы бы об этом знали. Все. И начальник тоже. Странно, что труп отправили в лабораторию, а не в полицию. Правда, странно?

Она мило вопросительно улыбнулась Рою, явно ожидая рассказа. «Попалась!» Рой тоже скупо растянул губы и развел руками, мол, ничего не могу сказать, служебная тайна.

Чуть опущенные уголки рта означали разочарование, и Рой похвалил не раз выручавшую его чуйку. Теперь главное – не упустить след и не выдать себя.

– Вы можете идти на рабочее место, а я закончу дела с начальником. Но если что-то вспомните, ну вдруг… – Он взял видайзер Веры, лежавший на столе, открыл «Контакты» и ввел свой номер. – Позвоните мне.

Рой продолжал цепко следить за реакцией лаборантки. Когда он схватил видайзер, она дернулась, и маленькие кулачки сжались, как будто она собралась драться. Точно, что-то скрывает. Но Рою было неинтересно содержимое памяти видайзера, он просто мгновенно прикрепил на его корпус с задней стороны прозрачную капельку – передатчик мобильного навигатора. А приемник был встроен в его собственный видайзер. Он будет следить за лаборанткой. И ответит на вопросы, которые его мучали весь этот час. Зачем ей понадобился труп инопланетянки? И как она, такая хрупкая, смогла его отсюда незаметно вытащить?

Успокоив начальника лаборатории и смешного старика Сан Васича, который почему-то решил, что виноват в пропаже именно он, Рой вышел из здания и двинулся на флаерную стоянку. Подозреваемая будет всю ночь работать, так что можно отлучиться. Рой на ходу достал из потайного кармашка рюкзака блистер с пилюлями и проглотил одну. Такого допинга хватит на сутки. Некогда спать. Нужно посетить таможню и попробовать изъять протокол на Джокера и его шаттл. Как он это сделает, Рой пока не думал. Придется ориентироваться на ходу.

Чтобы пройти в главное здание космотаможни, пришлось предъявлять удостоверение личности – встроенный в запястье чип, хотя дежурный офицер был знакомым, и Рой изумился. Что за строгости вдруг? За последний год у него были дела в таможне раз пять-шесть, но всегда обходилось без проверок.

С дежурным Рой работал в прошлом году, когда в первый конгломерат прилетала делегация из Марсо-Юпитерианского астероидного пояса для переговоров с Правительством по созданию объединенного офиса банков Солнечной системы. Тот филиал был самым большим, поэтому решили вести переговоры в столице конгломерата. Члены делегации привезли подарки, и чтобы не возникло проблем, Рой неофициально присутствовал при досмотре.

– Что происходит? Почему такие сложности, чтобы зайти в здание?

– Если твои дела терпят, лучше приходи через неделю, – оглядываясь на дверь, прошептал дежурный. – Ночью совершено нападение на таможню. Уничтожены видеокамеры, а из базы данных исчезли несколько дел.

– Каких именно дел? – насторожился Рой. – Мне нужны протоколы, которые прислали пограничники по результатам облавы. Срочно.

– Вот из этой партии дела и пропали. – Дежурный развел руками, мол, помочь не могу. – Приказ пропускать посетителей только по личному разрешению начальника.

Пришлось Рою второй раз за день предъявлять жетон представителя Правительства для особых поручений.

После доклада по внутренней линии дежурный разблокировал дверь, и Рой с облегчением выдохнул. Медленно поднимаясь по лестнице, он решал, как заставить офицера в триста четырнадцатом кабинете выдать ему протокол на «Хомяка» и Джокера. Ничего не придумывалось. Варианты были, но все они не проходили из-за введенного режима повышенной безопасности. Вздохнув, Рой остановился в пролете между вторым и третьим этажами, где не было камер, и набрал на видайзере засекреченный паролем номер заказчика.

– Есть проблема, – понизив голос, проговорил Рой в приемник видайзера. – Исполнитель попал в облаву, нужно разрешение на доступ к протоколам и изъятие в связи с внешней угрозой. Или в связи с внутренней безопасностью. Как быстрее.

– Что с грузом?

– Экипаж вместе с грузом сбежал, оставив корабль на орбите. Ищу, – немного изменил информацию Рой.

Груз погиб, но заказчику можно узнать об этом позже.

– Через пять минут.

Заказчик отключился. Рой, ожидая ответа, привалился к стене и посмотрел навигатор, где мигала зеленая звездочка, обозначенная буквами «ВЛ» – «Вера лаборантка». На карте звездочка светилась в лаборатории, значит, ВЛ работала.

– Вы кто?! Что вы здесь стоите?

Рой поднял голову. По лестничному пролету спускался замначальника космотаможни. Злой и какой-то… потрепанный, что ли. Рой видел его много раз: властным, гневным, недовольным. Но никогда – помятым или потрепанным. Рой недолюбливал замначальника за то, что тот был несгибаемым «законником», не понимал и не принимал полумер, для него существовали два понятия: законно и незаконно. Недолюбливал, но уважал. Не каждый сможет всю жизнь не прогибаться под обстоятельства. Сам Рой прогибался, и еще как. И не видел в этом ничего постыдного. Ему даже нравилось, что он может найти решение там, где такие вот «законники» пасовали.

– Кто вас пропустил? – продолжал наступать замначальника.

Тренькнул сигнал входящего сообщения, и Рой облегченно вздохнул. Он разблокировал экран видайзера и предъявил, даже не читая.

Замначальника пробежал глазами текст и с подозрением уставился на Роя.

– Что за внутреннее расследование? Это касается вчерашнего происшествия?

– Это касается облавы совместного отряда пограничников и таможенников. К ним в сети попали представители банды, которую давно преследует служба безопасности Правительства. Больше ничего сказать не могу.

Рой демонстративно обошел по большой дуге задумавшегося замначальника и продолжил подниматься по лестнице. Ровные ступеньки монотонно появлялись и исчезали под ногами, навевая разные мысли. Подумать было о чем. Например, о совпадении. Дежурный сказал, что пропали дела, заведенные на старателей, попавших в облаву. Но дело «Хомяка» не украли, значит, вчерашнее нападение было не из-за Джокера и его задания, а это просто отлично. Никто ничего пока не знает. Возможно, кто-то еще пытается выкрутиться. Но нападение и взлом камер – это серьезное преступление. На неорганизованных старателей, которых Рой повидал немало, не похоже. И при чем тут замначальника? Есть начальник, он и отвечает перед вышестоящим руководством за любые события в подразделении. А замначальника выглядел так, будто его только что уволили.

В триста четырнадцатом кабинете Рой узнал все, слушая болтовню сидящего за компьютером офицера, тоже, как оказалось, служившего в Корпусе космических спасателей, только в другое время, и которому, похоже, не терпелось обсудить события, произошедшие вчера. Он рассказал и про нападение, и про то, как ночной дежурный, проснувшись утром, обнаружил, что дела, предназначенные к разбору с девяти до одиннадцати, исчезли из базы и вообще из памяти всех компьютеров, в том числе на штрафстоянке. А в архивное хранилище информацию еще не передали.

– А как смогли отключить камеры? Нужен приказ.

– Так в том-то и дело. Ночной дежурный охранник клянется, что в начале его смены зашли четверо с улицы, впереди замначальника и его помощник-секретарь. На остальных внимания не обратил. И замначальника отдал приказ отключить камеры на лестнице, в коридоре третьего этажа и в этом кабинете. Но его слова никто подтвердить не может. Камера в приемной, как оказалось, была взломана. И на входе в здание. И у калитки. Там они и зашли. У калитки в будке охранник тоже спал, ничего не помнит.

Рой присвистнул. Однако!

– Вообще никаких зацепок? А что говорят заместитель и помощник?

– У зама подтвержденного алиби на вечер и всю ночь нет. Он пока отстранен от службы. А помощник дома с детьми и женой был.

Рой непонимающе уставился на офицера.

– Как это? А кто тогда был в приемной?

Тот развел руками.

– Разбираются. Тебе какой протокол нужен?

– Сейчас.

Рой сделал вид, что просматривает на видайзере файлы.

– Вот. Борт «Могучий хомяк».

– Информацию по «Могучему хомяку» вчерашние гости последней просматривали, файл с его делом на экране висел.

– Что?!

Да кто же это был? Ну не Джокер же. Он не способен продумать и выполнить такую операцию. Кому понадобилась информация о грузе с Квартерона? Дьявол!

– Какие еще зацепки нашли?

Офицер отвел глаза, и Рой, понимающе кивнув, положил на колени офицера билет на двоих на посещение Мемориала покорителям космоса. Мемориал открылся недавно, и сразу стал знаменитым. Билетов не достать. Там были не только голографические ожившие фигуры знаменитых астронавтов и панорамные стереофильмы об их путешествиях, но и павильоны с имитацией природы других планет с андроидами в виде аборигенов.

Офицер сглотнул и молча вывел на экран запись с камеры из соседнего с триста четырнадцатым кабинета. Изображение было смазанным, как будто человек влетел в помещение спиной вперед на большой скорости, как от удара, и быстро выскочил. Ни лица, ни возраста, ни примет разглядеть не удалось. Кроме одной. Не человек это был. Амфибия. На спине под тканью куртки четко просматривался поднятый гребень.

– Все.

Офицер быстро спрятал билет и убрал с экрана запись.

– Я протокол с «Хомяка» тебе переслал. Что еще нужно?

– Удали дело, и из памяти тоже. Файл с приказом я тебе сейчас скину.

Выйдя из здания космотаможни, Рой задумчиво побрел к флаеру. Он ничего не понимал. Кто мог такое сотворить? Спецслужбы? А зачем? Ну зачем такие сложности? Достаточно приказа, вот как сейчас провернул Рой, и все. Значит, не спецслужбы. Может, злоумышленникам нужен был именно «Хомяк» и его груз? А остальные дела просто стерли, чтобы напустить туману? Или наоборот. Им нужно было одно из дел, а файл с «Хомяком» просто подвернулся под руку? Замести следы? И насчет помощника-секретаря дежурный что-то напутал. Раз у того железное алиби.

Так и не придумав ничего, Рой посвятил весь день слежке за лаборанткой. Та сходила на занятия в академию, потом была дома, а вечером направилась в парк аттракционов «Водяной». И сейчас Рой, стоя в тени огромного дерева, смотрел, как она общалась с симпатичным парнем, у которого за ушами угадывались паротиды⁴, а куртка на спине время от времени вздымалась от поднимавшегося гребня. Амфибии тоже воевали в Корпусе спасателей. И часто именно от их действий зависела жизнь остальных. Ультразвук действовал не на всех врагов, но на кого действовал, тех было жалко даже Рою.

Как там офицер из триста четырнадцатого говорил? В приемную вошли четверо? Похоже, что двоих Рой только что нашел. Значит, он был прав. Им нужна была информация по рейсу Джокера и инопланетянке. А остальные дела исчезли для отвода глаз. Теперь бы понять, зачем им труп инопланетянки и при чем здесь замначальника таможни. Лаборантка что-то сердито выговаривала амфибии, а тот легко улыбался. Рой выругал свою интуицию, которая так его повела. Надо было не навигатор устанавливать на видайзер лаборантке, а «уши леопарда». Было в его арсенале такое устройство. По виду – тоже маленькая прозрачная капелька, только с радиусом действия больше двух километров.

Двое, казалось, не замечали грохота музыки и что вокруг носятся дети, а у бассейнов с морскими животными слышен смех и визг. Амфибия погладил лаборантку по руке и вдруг поцеловал в щеку. Засмеялся, увернувшись от тычка в бок, и убежал. А Вера вдруг повернула голову в сторону дерева, за которым стоял Рой, и нахмурилась, будто и впрямь могла его увидеть. Рой снова выругался. Закатное солнце вышло из-за туч и теперь светило ему прямо в лицо сквозь густые ветки. Лаборантка не могла его разглядеть, Рой был уверен в этом. Но ощущение, что за ним внимательно наблюдают, не пропадало. Он переступил с ноги на ногу, достал сигареты и закурил. Лаборантка ушла, а Рой так и остался стоять за деревом, размышляя, что здесь, в парке аттракционов с огромной территорией и богатым ландшафтом, спрятать труп хоть человека, хоть инопланетянина, легче всего.

***

На огромном панорамном экране на фоне черного неба, будто живой спрут, пульсировала звездная спираль Млечного пути. Возле некоторых звезд висели схематичные кораблики.

Рой стоял в центре огромного зала офиса космических спасателей и смотрел на кораблики с непонятным ему самому чувством. То ли с грустью, что когда-то и он был частью этой жизни, и кто-то смотрел за корабликом, где Рой летел или высаживался на планету. И все было просто: впереди враг, позади верные товарищи, он делает правое дело, и по-другому быть не может. То ли с благодушной радостью, что сейчас он сам себе хозяин, и его пути-дороги не зависят от чьих-то приказов.

– Привет, бродяга! Какими судьбами?

Рой обернулся и увидел бессменного начальника связи Корпуса космических спасателей, прозванного за певучий голос Сопрано. О прозвище тот знал и отзывался. Поседевший, улыбающийся, он шел навстречу Рою и протягивал руку для приветствия. Рой с удовольствием ее пожал.

– Надо незаметно подключиться к личному компьютеру курсанта Космической академии.

– Кому надо?

– Мне лично. Ребята что-то незаконное затевают. У меня инопланетный труп исчез.

– Тебе приключений на одно место не хватило, пока ты в Корпусе работал?

Сопрано махнул рукой, приглашая следовать за ним, и Рой ответил, глядя ему в спину:

– Кто хлебнул адреналина, тот навсегда отравился, сам знаешь.

– Видел кого-нибудь из наших стариков?

– Власа-кислотника позавчера на таможенной штрафстоянке встретил.

– А, это тот, которого с Валь Салида привезли, всего кислотой обожженного? Чем занимается?

– Работает охранником.

– Он тогда по здоровью уволился, помню. А ты еще лет пять летал в горячие точки.

– Заработал на домик у океана, открыл круглый счет в одном банке Марсо-Юпитерианского пояса, тогда и ушел.

– Семья, дети?

Сопрано толкнул дверь, и в лицо кинулся шум работающих связистов: шорох клавиш, бормотание позывных, стрекотание печатающих донесения машин.

– Нет.

Какая семья при его работе? Поболтали и хватит.

– Вот тебе специалист.

Сопрано остановился перед лопоухим пареньком, сидящим за столом, над которым висели несколько работающих голографических мониторов разных размеров.

– Неофициальное задание. Отчет не нужен. Сделаешь то, что он просит, – распорядился Сопрано. Паренек, не отрывая взгляда от мониторов, кивнул.

Через пять минут Рой листал личные страницы курсанта Космической академии Вадима Перелетова. Фамилия сразу насторожила Роя. Перелетов, да еще будущий навигатор, притом круглый отличник, сдавший досрочно экзамен на пилота шаттлов и сухогрузов. Парень что, пробирочник из «Родимых гнезд»?

Рой пролистнул табели успеваемости и добрался до данных биографии. Ну, точно. Почти родственник. «Родимые гнезда» – так называлась Федерация генетики и репродукции, которая занималась регулированием рождаемости на планете Земля. Пятьдесят лет назад вышел закон о регулировании рождаемости, о создании Федерации и медицинского банка, куда каждый гражданин планеты от двадцати до тридцати должен был сдать половые клетки для донорства. В сети клиник, принадлежащих Федерации, производили искусственное оплодотворение. Получившихся зародышей исследовали и немного изменяли их геном, чтобы в будущем пробирочники могли устроиться на работу и приносить пользу родному конгломерату. По принципу измененного генома всех распределяли по приютам, так называемым гнездам. И присваивали фамилии «птенцам» тоже по названиям гнезд. Перелетное гнездо готовило пилотов, навигаторов, механиков для космических кораблей. Этому Вадиму повезло. Ему в геном добавили быстродействие и реакцию, что важно для полетов. А вот Рою не повезло. После обследования у него нашли отклонение в легких и отправили в Северное гнездо. Хотя сложно сказать, не повезло или повезло. Ему поставили искусственные легкие, провели, когда он вырос, еще две операции и хотели отправить работать на астероидные шахты Марсо-Юпитерианского пояса – добывать ювелирные металлы. Шахтеры там часто умирали от болезней легких. Рою вовремя подвернулась реклама службы спасателей в космических войсках. Там легкие, снабженные особыми фильтрами и работающие, даже если кислорода было минимум, тоже годились. Поэтому он и выжил на Валь Салиде. Его легкие выдержали выжженный кислотой воздух. Правда потребовалась операция. Третья.

Кстати, у всех, вылетевших из «Родимых гнезд», в подмышечной впадине присутствовала татуировка в виде куаркода: после смерти полагалось возвращать тело в родное гнездо. Переработка, запчасти и все такое. Все-таки пробирочники – люди конгломерата. В смысле, принадлежат конгломерату, их породившему, и духом, и телом. Интересно, друзья Вадима о тату знают?

Вадима, друга Веры и парня-амфибии со смешным именем Кот, Рой вычислил сразу. Он подключился к Вериному видайзеру и скачал звонки за последний месяц. Ничего выдающегося: мама, лаборатория, доставка еды, вызов аэротакси, Кот и… Вадим. А еще Рой увидел подписанное начальником лаборатории заявление на отпуск за свой счет «по личным обстоятельствам». И у Вадима в деканате Рою тоже сообщили, что тот в отпуске по «личным обстоятельствам», что и заставило Роя поторопиться с вскрытием компьютера будущего пилота-навигатора. Хотя, почему будущего? Вот его удостоверение – может водить в пределах малого круга Солнечной системы частные шаттлы и промышленные сухогрузы. А у семьи Кота, как выяснил Рой, есть как раз частный шаттл. И оформлена доверенность на право вождения на имя Перелетова Вадима. Можно предположить, что друзья куда-то собираются. А вот куда? Роя заинтересовало содержимое одной из страниц на компьютере Вадима. Ух ты. Три билета на посещение Марсианского тура. И маршрут, проложенный через несколько червоточин к одному из трех космопортов Марса: к порту Красных бурь.

На Марсе было три космопорта: один принимал корабли с ближних планет Солнечной системы и с Марсо-Юпитерианского астероидного пояса, где располагались Межпланетная банковская ассоциация и несколько ветвей ювелирных шахт. Второй порт был центральным. Продукты тепличного марсианского хозяйства славились на Земле, где почти не осталось экологически чистых мест. Теплицы располагались рядом с домами жителей: работников теплиц и шахтеров с ювелирных астероидных ветвей. Все они жили и работали под огромным куполом, внутри которого поддерживался искусственный климат. Третий космопорт делился на две части и использовался для приемки космического мусора и для туристов-экстремалов. Все три космопорта были связаны местными рейсами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Каперы (историч.) – частные лица, которые с разрешения верховной власти воюющего государства использовали вооруженное судно с целью захвата торговых кораблей неприятеля. Во время, описанное в романе, каперами стали называть старателей, добытчиков ценностей, которые с ведома властей могли выполнять различные, в том числе боевые, операции на других планетах.

Вернуться

2

Описывается содержание первой книги цикла – «Подарок Андромеды».

Вернуться

3

Персонаж из книги «Подарок Андромеды».

Вернуться

4

Паротиды – скопление кожных желез в околоушной области у амфибий.

Вернуться