Алекс Громов
Советское – Лучшее! Спорт, наука, мода, города и природа

Серия «Открывая СССР»

В настоящем издании в качестве иллюстрированных цитат к текстовому материалу используются фоторепродукции произведений искусства, находящихся в общественном достоянии.

Соавтор – Ольга Шатохина

©Алекс Громов, 2025

© ООО Издательство АСТ, 2025

В СССР были русский язык, гигантские просторы России, которая оставалась всегда в нашем представлении Родиной, было огромное пространство культуры. Во времена СССР существовало положение о советском народе как об исторически сложившейся общности. И я убеждена, что советский народ, общность советских людей, безусловно, состоялись. И он, этот народ, вовсе не канул в Лету.

Великий русский мыслитель Александр Зиновьев отмечал, что в нашей советской истории был открыт особый тип социальной эволюции. Отличный от всего того, что было, и того, что есть. В этом смысле это был великий социальный эксперимент, и он оказал огромное влияние на все человечество, и вся эволюция человечества шла и идет под влиянием этого образца… На Западе позаимствовали из советского опыта гигантское количество достижений, и они вошли в плоть и кровь человечества.

Именно поэтому осознание положительных сторон советского опыта приобретает для нашего народа и наших современников во всем мире особое значение.

Ольга Зиновьева,

президент Биографического института Александра Зиновьева,

сопредседатель Зиновьевского клуба МИА «Россия сегодня»,

почетный президент Международного общества «Россия – Германия»

Советский Союз для наших современников предстает одновременно и частью реальности, и экзотической легендарной далекой страной. Повседневные вещи становятся артефактами, свидетельствами существования мира, где небывалое вдруг оказалось возможным.

В раннем СССР появлялись не только проекты фантастических летающих городов и грандиозного Дворца Советов, но и небольшие дома, рассчитанные на то, чтобы использовать каждый луч естественного освещения и поместить в минимальную кубатуру максимум полезных функций. Речь шла не только о поистине вселенском величии, но и о соразмерности человеку.

Черты этого мира сохранились и в нашей сегодняшней жизни, их больше, чем может показаться на первый взгляд. Ведь в эпоху позднего СССР сложились многие советские бренды, которые знакомы с детства нескольким поколениям людей и продолжают оставаться востребованными.

Арти Д. Александер, исследователь

Покорение далей

Создание и развитие Советского Союза проходило под знаком покорения далеких краев, воздуха, космоса, подземелья. Новые пути и природные богатства должны служить трудовому народу, а радиоволны – связать обширные пространства в единое целое.

Мы – Эдисоны невиданных взлетов, энергий и светов.

Владимир Маяковский

Я верю, друзья, караваны ракет
Помчат нас вперед от звезды до звезды.

Владимир Войнович, текст песни «14 минут до старта»

«В мильон ушей влезают слова по антенне!»

Современный мир просто невозможно себе представить без радиосвязи, поскольку именно с помощью радиоволн осуществляется не только радиовещание, но и телетрансляция, а также общаются между собой миллионы радиолюбителей.

В первые годы СССР радио имело особое значение. Чтобы по-настоящему объединить страну, пережившую тяжелые испытания Первой мировой и Гражданской войны, дать всем людям чувство сопричастности к грандиозным переменам и великим делам, совершающимся в столице, радио было необходимо. Потому что мало кому удавалось доехать из отдаленных уголков страны до Красной площади, лично услышать речи лидеров и торжественную музыку, под которую шли красноармейцы на параде и трудящиеся на демонстрации. Новости до таких далеких мест тоже доходили не сразу – ведь газеты приходилось везти туда, где и дорог не было. В деревню Курейка на берегу Енисея, где до революции отбывал ссылку сам Сталин, почта приходила 7–8 раз в год! Таких деревень было много. И далеко не сразу советская власть смогла принципиально улучшить их транспортную доступность.

Украинская ССР. Апрель 1943 г. Житель украинского села слушает передачу из Москвы по радиоприемнику, принесенному партизанами.

В издании «Народное хозяйство СССР. Экономико-статистический журнал» (№ 7–8, 1932) приводились следующие данные по этим вопросам: «…В 1931 г. уже 49,9 % всех совхозов и МТС имели ежедневную почтовую связь, 48,2 % – 4 раза в пятидневку и реже, чем четыре раза в неделю, – только 1,9 %. В том же году впервые была организована доставка писем и газет колхозникам во время полевых работ на поля. Понятно, что такое улучшение обслуживания почтовой связью сельских местностей вызвало сильный рост числа сельских письмоносцев: за 4 года (с 1927 по 1931) число их увеличилось почти в шесть с половиной раз».

Но радио позволяло транслировать важные события в прямом эфире. Выпуски новостей доносили до слушателей актуальную информацию и увлекательные рассказы обо всем на свете.

Атлантида… Он услышал про нее из черного диска репродуктора, что стоял на отцовском столе рядом с пепельницей из резного мыльного камня, купленной в двадцатые шальные годы для красоты жизни. Гошка всегда слушал радио, уткнувшись носом в черную картонную ночь репродуктора, и все передачи были для него ночные.

Михаил Анчаров. Этот синий апрель…

19 марта 1922 года в Москве на Шаболовке сдана в эксплуатацию радиопередающая башня. Ее строительство началось в революционный 1919 год, когда любая производственная неприятность могла стоить строителям жизни. Так, автор проекта башни инженер Владимир Шухов после одной из аварий на строительстве был обвинен в саботаже и вредительстве и приговорен к смертной казни, впрочем, с отсрочкой приговора до завершения строительства. После успешного пуска радиобашни в эксплуатацию и начала радиотрансляции (к радости членов Совнаркома) приговор Шухову был пересмотрен и отменен. На башне был установлен сорокаваттный радиопередатчик. А через десять с небольшим лет с башни начались и первые телетрансляции.

Проект «гиперболоидной башни» Владимира Шухова

Владимир Шухов, прославленный отечественный инженер и изобретатель, создал сотни уникальных конструкций как в строительстве, так и нефтяном деле. Именно по его проекту был построен первый в Российской империи трубопровод, а спустя несколько месяцев и разработана паровая форсунка для сжигания нефти, и крекинг-процесс. Шухов разработал проекты строительства множества огромных клепаных железных барж.

Шуховская башня во время строительства

Другим уникальным изобретением Шухова были гиперболические железные башни. Он много работал над важными конструкциями в московских зданиях: ажурные перекрытия ГУМа, ЦУМа, Петровского пассажа, гостиницы «Метрополь», Киевского вокзала, Музея изобразительных искусств, завода «Динамо», трамвайного депо… Шухов впервые представил синтез архитектуры и инженерии, когда оптимальность конструкции задает оригинальность ее облика.

Построенная им в 1919–1922 годах радиобашня на Шаболовке (называемая Шуховской) до сих пор считается одним из высших достижений отечественного инженерного искусства. Тогда этот район столицы был тихой одноэтажной окраиной, а радио – свежим свидетельством технического прогресса и самым актуальным средством массовой информации. Необыкновенная футуристическая конструкция из ажурного металла, взметнувшаяся к небесам среди старых домиков, была призвана зримо символизировать революционное обновление мира.

В его архитектурных объектах можно проследить большую взаимосвязь с объектами живой природы. Сетчатые и мембранные поверхности и оболочки – это кости, кожа, листья, крылья насекомых, сетчатка глаза и многое другое. Их прочность, эластичность и, главное, функциональность были точно подмечены им, теоретически обоснованы и применены на практике. «Конструктор должен уметь смотреть и наблюдать за окружающим. Это развивает пространственное мышление. Замеченная в окружающем даже мелочь может дать толчок к появлению новой идеи», – говорил Владимир Григорьевич.

Шухов. Формула архитектуры /

сост. М. Акопян, Е. Власова

17 сентября 1922 года в Москве впервые прошел радиоконцерт. Он открылся словами, ставшими традиционными: «Слушайте! Говорит Москва!» В программу первого радиоконцерта были включены: романс в исполнении Надежды Обуховой, выступления артистов Большого академического театра Василия Качалова и Антонины Неждановой. Они транслировались из Центральной радиотелефонной станции имени Коминтерна на Шаболовке. Нельзя сказать, что первый радиоконцерт произвел фурор в народных массах, и дело было не в качестве исполнения, а в том, что радиоприемники пока были далеко не в каждом доме.

В советской практике получил широкое распространение коллективный прием: громкоговорители устанавливаются в клубах, школах, на бульварах, площадях и улицах, в садах. Это коллективное использование приемной точки, естественно, значительно повышает полезный эффект советской радиоприемной сети в отличие от капиталистических стран, где практика радиоприема знает лишь индивидуальное или семейное использование радиоприемника. Кроме этого, советское радиовещание самым резким образом отличается от капиталистического своим содержанием. Вместо засилья фокстротных номеров в СССР часы вещания в большой степени заполняются массово-политическим вещанием: лекциями заочного образования, трансляцией партийных, профессиональных съездов и конференций, радиоперекличками, живой газетой и художественным вещанием.

Народное хозяйство СССР. Экономико-статистический журнал (№ 7–8, 1932)

Даже газетные статьи в раннем СССР передавали по радио – диктовали для печати в других городах, например, передовицу «Правды». Это называлось техническим вещанием и однажды сыграло ключевую роль в судьбе диктора Юрия Левитана.

Звезда советского радио Юрий Левитан

Его история была наглядной иллюстрацией к тому, как могут сбываться мечты. Сын портного из Владимира, он семнадцатилетним юношей приехал в Москву в 1931 году. Надеялся поступить в кинотехникум, но у будущего знаменитого диктора оказалось ярко выраженное провинциальное произношение и плохая дикция. Приемная комиссия отказала ему наотрез. Левитан не отчаялся и, увидев объявление, что во Всесоюзный комитет по радиовещанию при Народном комиссариате почт и телеграфов СССР требуются дикторы, отправился туда. Смог устроиться только уборщиком.

На радио обратили внимание, что, несмотря на речевые проблемы, у Левитана хороший голос. Он несколько месяцев упорно тренировался, исправляя свое произношение. Сначала стал стажером, потом штатным диктором. И в январе 1934 года во время той самой ночной технической трансляции Левитана услышал Сталин, работавший в это время над своим докладом к XVII съезду ВКП(б). Вождю понравился его голос. Было дано распоряжение, чтобы именно этот диктор зачитывал по радио доклад Сталина на съезде. И Юрий Левитан на долгие годы стал официальным радиоголосом Страны Советов: «Внимание! Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза».

За 15 лет пролетарской диктатуры радиовещание сделало большие успехи. Построен и введен в эксплуатацию ряд радиопередатчиков, по мощности занимающих первое место среди мировых радиостанций. Большая часть областей и национальных республик имеет свои вещательные радиостанции.

Таким образом, уже за последние 3 года число вещательных радиостанций возросло почти в 3 раза, мощности их за то же время в 7,5 раза, к концу же текущего года с вводом в эксплуатацию рекордных по мощности станций это возрастание сравнительно с 1929 г. будет более чем в 13 раз.

Народное хозяйство СССР. Экономико-статистический журнал (№ 7–8, 1932)

В честь радио был учрежден регулярный праздник – День радио. Он отмечался начиная с 1945 года, когда советское правительство по инициативе Сталина приняло решение о торжественном праздновании пятидесятилетия изобретения радио Александром Поповым. На самом деле дата 7 мая является датой не изобретения радио, а его первой публичной демонстрации, поскольку именно 7 мая 1895 года Попов сделал доклад на заседании Русского физико-химического общества и осуществил первый (или один из первых) сеанс радиосвязи.

Радиоприемник Александра Попова

По мере того как радиоприемники появлялись в каждой семье, увеличивалась и обратная связь. И в 1952 году Всесоюзное радио уже получало от 9 до 28 тысяч слушательских писем в месяц. Больше всего посланий приходило в редакции детского и музыкального вещания. Еще советские радиослушатели очень любили передачи, посвященные вопросам науки и техники, практическим советам по сельскому хозяйству. А вот классическую музыку и оперные арии, несмотря на высокий уровень исполнения, многие находили слишком серьезными для повседневного прослушивания.

«Мы просим Вас хоть немного уважать простой народ, – писал радиослушатель из Краснодара. – Ведь радио имеет весь народ Советского Союза и большинство простонародья, которое в симфонии очень мало разбирается, а большинство и совсем ее не понимает. Просим Вас больше передавать простых, хороших песен, постановок из драмтеатра, советы врачам, агрономам. А то без конца “Иван Сусанин” да “Иван Сусанин” – больше нечего слушать». Идею «облегчения» музыкального репертуара поддерживали многие слушатели. «Копаться в мозгах, напрягать себя, думать, что и как хотел высказать композитор тех времен. Поймите! То было время переживаний, а теперь пришел с работы – хочется услышать прекрасную музыку наших композиторов. (…) Меньше увлекайтесь Обуховой. Давайте Бунчикова, Нечаева и других. Нам нужен отдых, веселые, радостные песни нашего хорошего времени», – так выступал радиослушатель из города Жданова».

Е.Ю. Зубкова. Послевоенное советское общество: политика и повседневность. 1945–1953

Чтобы радиоволны могли действительно объединять людей, следовало обеспечить народ приемниками. 28 июля 1924 года в газетах было опубликовано Постановление Совета народных комиссаров «О частных приемных радиостанциях», не только разрешающее пользование радиоприемниками для населения, но и предусматривающее их промышленный выпуск. Тем же постановлением легализовалась деятельность радиолюбителей. Они получили право самостоятельно делать и приемники, и передатчики, а также выходить в эфир. Для этого требовалось зарегистрироваться в почтовом отделении и вносить ежемесячную абонентскую плату. Уполномоченные Наркомата почт и телеграфов имели право проверять аппаратуру, находящуюся у частных лиц.

Можно было даже открыть частную коммерческую радиостанцию.

В целях более широкого использования населением радиосвязи для хозяйственных, научных и культурных потребностей, содействия развитию радиопромышленности и насаждения радиотехнических знаний в стране, Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет:

Предоставить частным организациям и лицам, на основах настоящего Постановления, право устройства и эксплуатации приемных радиостанций.

<…>

Частные радиостанции могут принимать материал, передаваемый отправительными радиостанциями специально для частных приемных радиостанций в порядке широковещания: специальную широковещательную информацию, речи, доклады, концерты, учебную программу знаками Морзе, метеорологические бюллетени и сигналы времени. Воспрещается записывать и распространять работу, производимую радиостанциями Союза ССР в порядке двухстороннего обмена, передачи циркулярных распоряжений и информации для прессы, передаваемой по схемам определенных адресатов. Воспрещается записывать и распространять работу иностранных радиостанций, в том числе и широковещательных.

Постановление «О частных приемных радиостанциях». 28 июля 1924 года

Термин «радиовещание» был предложен Имантом Фрейманом, одним из основоположников отечественной радиотехники и радиолюбительского движения. Им был написан в 1924 году первый в мире учебник по радиотехнике.

Почтовая карточка в честь юбилея Иманта Фреймана (фрагмент)

Первый в СССР любительский передатчик соорудил Федор Лбов из Нижнего Новгорода. Он впервые вышел в эфир 15 января 1925 года. В тот момент еще не было никаких постановлений, регулирующих радиолюбительство. Поэтому Федор Лбов просто спросил согласия у местного органа власти. И сам изобрел себе позывной – R1FL («Россия, первая, Федор Лбов»). Первая передача под этим позывным была принята в Месопотамии, то есть на территории современного Ирака. Приемника у Лбова и его напарника Петрова не было, о том, насколько удачным оказался очередной выход в эфир, они узнавали в лучшем случае из телеграмм, а то и из публикаций в прессе.

Когда вышло упомянутое выше постановление Совнаркома, Лбов стал первым, кто получил разрешение на свой передатчик и официальный позывной O1PA.

Первый в СССР официальный радиолюбитель Федор Лбов

Вслед за ним были зарегистрированы радиолюбители Пекин из Москвы (позывной O2PA), Давыдов из Харькова (O3PA), Куприянов из Ленинграда (O4PA).

В апреле 1927 года при Обществе друзей радио СССР появилась Центральная секция коротких волн (ЦСКВ) – объединение радиолюбителей. Секция издавала специальный журнал «RA-QSO-RK», он выходил как приложение к журналу «Радио всем». Осенью 1927 года состоялись первые всесоюзные соревнования по радиосвязи на коротких волнах. Участвовали радиолюбители из Ленинграда, Москвы, Нижнего Новгорода, Омска и Томска.

После катастрофы дирижабля «Италия» во время полярной экспедиции генерала Нобиле в 1928 году сигнал о помощи первым принял советский радиолюбитель Николай Шмидт.

Во время войны радиолюбительство было ограничено, но в 1946 году это движение снова развернулось. Первым тогда получил разрешение знаменитый полярник и радист Эрнст Кренкель.

Он был первым и среди тех, кто в 1927 году использовал радиосвязь в Арктике. А 12 января 1930 года Кренкель установил мировой рекорд дальности радиосвязи. Будучи на арктической полярной станции Бухта Тихая на острове Гукера (архипелаг Земля Франца-Иосифа), он связался с антарктической базой Литл-Америка первой экспедиции Бэрда, находившейся на шельфовом леднике Росса.

«Будем переселяться в снежный дом»

В 1930-е гг. освоение Арктики стало одной из важнейших задач СССР, продолжая еще дореволюционные исследования и органично сочетая как романтику первооткрывателей и первопроходцев, так и научные – а позже производственные и военные – аспекты.

В начале марта 1939 года Политбюро утвердило проект постановления СНК СССР, разрешающего Герою Советского Союза комбригу В.К. Коккинаки и штурману майору М.Х. Гордиенко беспосадочный перелет по линии Москва – Тронхейм, Норвегия – Рейкьявик, Исландия – мыс Фаруел, Гренландия – Батл-харбор, Ньюфаундленд (ныне Канада) – Нью-Йорк. Для полета избрали самолет ЦКБ-30 («Москва») конструкции С. В. Ильюшина.

Полярник Отто Шмидт и летчики

29 апреля 1939 года, на следующий день после старта, в газете «Правда» было сказано следующее, с подчеркиванием значения перелета для последующего возможного выполнения боевых задач: «В военной обстановке отсутствие самолетов, способных совершать дальние полеты, грозит успеху военной операции, ибо промежуточные посадки, как известно, возможны на своей территории, но отнюдь не на территории врага. Весь мир и все наши соседи убедились, что тихоокеанские рубежи советской земли не так отделены от сердца страны… Любому спокойному либо неспокойному соседу стало ясно, что если советский самолет в состоянии пролететь много тысяч километров без посадки на своей территории, то, отправившись с какого-нибудь аэродрома близ границы, он сможет довольно далеко залететь и на вражескую территорию».

Тем самым ВВС СССР стали срочно осваивать так называемый Западный маршрут – воздушную трассу к берегам Великобритании и США, могущую при необходимости хотя бы частично заменить традиционную морскую, начинавшуюся в Мурманске и Архангельске.

В интервью газете «Правда» летчик В. К. Коккинаки сказал: «Я лично считаю, что в будущем регулярное воздушное сообщение между Западной Европой, в том числе европейской территорией СССР, и Америкой будет пролегать именно через Атлантический океан. Избранный нами вариант маршрута является для этой цели наиболее удобным. Значительная часть трассы проходит над землей, где легко построить аэропорты и устроить коммерческие аэродромы. В Центральной Арктике это невозможно».

Следует заметить, что по трассе, первопроходцами которой стали Коккинаки и Гордиенко, полеты проходят и в наши дни.

Руководитель первой полярной дрейфующей станции «Северный полюс» Иван Папанин

19 февраля 1938 года завершила свою исследовательскую деятельность первая в истории дрейфующая станция «Северный полюс-1». Она была организована 21 мая 1937 года, когда самолеты полярной воздушной экспедиции Академии наук СССР высадили прямо на лед в районе Северного полюса группу ученых – гидролога Петра Ширшова, геофизика-астронома Евгения Федорова, радиста Эрнста Кренкеля. Возглавлял экспедицию Иван Папанин.

Прославленный отечественный исследователь Арктики Иван Дмитриевич Папанин родился в Севастополе в семье моряка. После окончания четырех классов школы стал сам зарабатывать себе на жизнь, в двадцать лет начал службу на военном флоте. Позже занимался диверсиями против белогвардейцев, служил секретарем Реввоенсовета Черноморского флота. В двадцать восемь лет получил направление в Москву – комиссаром в Наркомате морских дел, затем – в Наркомате почт, позже окончил высшие курсы связистов. Руководил полярной станцией на мысе Челюскин.

Встреча папанинцев в Москве

«…В этот час мы покидаем льдину на координатах 70 градусов 54 минуты нордовой, 19 градусов 48 минут вестовой и пройдя за 274 суток дрейфа свыше 2500 км. Наша радиостанция первая сообщила весть о покорении Северного полюса, обеспечила надежную связь с Родиной и этой телеграммой заканчивает свою работу».

За время работы дрейфующая станция проделала путь в две тысячи километров, а размеры льдины, на которой она размещалась, сократились с более чем десяти квадратных километров до нескольких сот метров. 19 февраля полярников приняли на борт ледоколы «Таймыр» и «Мурман». По возвращении участники экспедиции и полярные летчики получили звание Героев Советского Союза.

Через несколько месяцев Папанин был назначен начальником Главсевморпути, руководил созданием ледоколов. Во время Великой Отечественной войны контролировал движение судов на северных трассах. Выйдя в отставку с поста начальника Главсевморпути, был назначен руководителем отдела морских экспедиционных работ Академии наук.

Кстати, самолеты для доставки экспедиции Папанина были де-юре арендованы организаторами экспедиции у советского правительства. Но вопрос об оплате аренды был официально снят, поскольку фильм «На Северном полюсе», снятый М. Трояновским, демонстрировался не только в СССР, но и во многих других странах. Документальная лента оказалась очень прибыльной, сполна окупив все расходы.

Ледокол «Арктика»

На протяжении всей советской истории освоению Арктики уделялось особое внимание. 17 августа 1977 года, когда по московскому времени было четыре часа утра, советский атомный ледокол «Арктика» стал первым кораблем за всю историю морских путешествий, который достиг Северного полюса. Эта экспедиция стартовала за восемь дней до того, как капитан Юрий Кучиев вывел ледокол из Мурманского порта и взял курс мимо северного берега Новой Земли к полюсу. На борту была большая группа ученых разных специальностей, ведших наблюдения. Кроме научных целей и намерения установить рекорд экспедиция имела также задачу проверить выносливость атомохода в экстремальных условиях. На подступах к полюсу «Арктика» легко преодолела трехметровый лед. Достижение заветной точки было отмечено установкой там мачты с флагом Советского Союза и погружением в воду специальной памятной плиты.

«Нам разум дал стальные руки-крылья»

Эпоха раннего СССР совпала со временем бурного развития авиации во всем мире. Для первого в мире государства рабочих и крестьян покорение воздушного пространства было и фактором выживания (военная авиация), и вопросом международного престижа.

11 марта 1935 года было принято постановление ЦК ВЛКСМ и Центрального совета Осоавиахима о создании Центрального аэроклуба СССР. Для него было построено здание напротив также недавно созданного Тушинского аэродрома. На центральном балконе аэроклуба в дни авиационных парадов стояли руководители СССР во главе со Сталиным.

Подходы к Тушинскому аэродрому на почтовой марке

Обязательной частью подобных парадов были прыжки с парашютом. Парашют, изобретенный более ста лет назад отечественным ученым-самоучкой Глебом Котельниковым, был запатентован еще в 1911 году и в дальнейшем неоднократно усовершенствован. В 1926 году изобретатель передал все права на свои модели правительству СССР, и через три года было принято решение об обязательном снабжении ими самолетов и дирижаблей. А 26 июля 1930 года состоялось и знаменательное для парашютистов событие – под Воронежем группа летчиков впервые совершила серию прыжков с парашютом с самолетов. Этот день считается первым днем массового развития парашютизма в нашей стране.

26 июня 1935 года в Советском Союзе состоялся первый полет стратостата «СССР-1-бис». Стратостат является аэростатом, предназначенным для подъема на высоту, превышающую одиннадцать километров. Такой воздушный шар с герметичной гондолой был придуман в начале 1930-х годов швейцарским инженером Огюстом Пикаром. Перед тем два запуска советских стратостатов закончились трагически. Так, 30 января 1934 года из московского предместья Кунцево взлетел «Осоавиахим-1», экипаж состоял из трех человек – П. Ф. Федосеенко, А. Б. Васенко, И. Д. Усыскина. Этот первый в мире зимний полет обернулся тем, что связь с пилотами в середине дня пропала, а потом под Саранском была найдена искореженная гондола с мертвыми телами: спуск из-за сброса газа происходил слишком быстро, и гондола оторвалась от шара.

Гондола стратостата «СССР-1»

Во время полета «СССР-1-бис» (экипаж: К. Я. Зилле, Ю. Г. Прилуцкий, А. Б. Вериго) также обнаружилось повреждение оболочки. Однако экипажу удалось благополучно спуститься до тропосферы, после чего два пилота покинули стратостат на парашютах, а Зилле успешно посадил воздухоплавательный агрегат.

Но не только мужчины блистали в роли рекордсменов. Это было время, когда усомниться в том, что самая суровая техника способна покориться женщине, было просто неприличным. Ведь одним из постулатов советской пропаганды было и то, что революция сделала женщину полноправной участницей всех событий в стране.

Валентина Степановна Гризодубова появилась на свет 10 мая 1909 года в Харькове в семье авиаконструктора. В двадцать лет она закончила обучение в аэроклубе, стала летчиком-инструктором в прославленной авиашколе в Туле. После этого она летала в составе агит-эскадрильи им. Максима Горького, а в двадцать семь лет сдала экзамен на военного летчика. В следующем году она сумела установить во время полетов пять мировых авиационных рекордов высоты, скорости и дальности. В 1938 году летчица прославилась на весь Советский Союз, совершив беспосадочный перелет из Москвы на Дальний Восток. Это был новый мировой женский рекорд дальности полета. За это и другие достижения Гризодубова первой из советских женщин была удостоена звания Героя Советского Союза.

Плакат, посвященный советским авиационным рекордам

12 июля 1937 года начался беспосадочный перелет летчиков М.М. Громова, А.Б. Юмашева, С.А. Данилина по маршруту Москва – Сан-Джасинто (США) через Северный полюс. Этому экипажу удалось превзойти легендарный мировой рекорд, совершенный в июне 1937 года в ходе беспосадочного перелета Москва – Северный полюс – Ванкувер на самолете АНТ-25 под командованием Валерия Чкалова. Достаточно сравнить протяженность перелетов: чкаловского (9130 км, из которых 8504 км – по прямой) и под командованием М. Громова (10 148 км).

Перелет М. М. Громова, А. Б. Юмашева, С. А. Данилина занял почти трое суток (если быть более точным – 62 часа 17 минут). Прошло время, и среди тех, кто по достоинству оценил перелет-подвиг наших летчиков, оказался и маршал Жуков, который сказал: «Кто не помнит полетов М. Громова, В. Чкалова, В. Коккинаки? Они совершались на отечественных самолетах. В 1937 году наши летчики установили около 30 международных рекордов на дальность, высоту и скорость полета». После этого перелета Сталин с надеждой и гордостью заявил: «Все мировые рекорды должны быть советскими».

3 января 1934 года сотрудниками Центральной радиолаборатории в Ленинграде был осуществлен первый успешный эксперимент по обнаружению самолета с помощью радиолокации. Инициатором развития этого направления был военный инженер Михаил Лобанов, пришедший в 1932 году на службу в Главное артиллерийское управление. Он был одним из первых ученых, кто оценил превосходство радиолокационного метода слежения над визуальными и акустическими средствами. Первые пригодные для практического использования радиолокационные станции, засекавшие самолет противника, если он оказывался между передатчиком и приемником радиоволн, появились в 1938 году. В последующие десять лет при участии Лобанова были разработаны и приняты на вооружение десять радиолокационных станций.

Парк на месте Центрального аэродрома в Москве. Фото А. Б. Громова

Авиапарады в Тушино были во второй половине 1930-х годов одним из любимых зрелищ москвичей. В день воздушного праздника публика собиралась рано утром, чтобы занять удобные места у края аэродрома. Все надеялись не только полюбоваться фигурами высшего пилотажа в исполнении храбрых летчиков, но и воочию увидеть на открытом балконе Сталина в белой парадной форме.

Большинство зрителей шли в Тушино пешком вдоль Волоколамского шоссе, а преграду в виде канала имени Москвы многие преодолевали прямо по автомобильным туннелям. Остальные поднимались по насыпи и переходили канал по понтонным мостам, которые специально устанавливались накануне парадов, чтобы избежать давки в туннелях.

Но Тушинский аэродром, где проходили учебные и демонстрационные полеты, был не единственным в столице СССР. Воздушными воротами Москвы был Центральный аэродром на Ходынском поле. Именно здесь приземлялись рейсовые самолеты регулярных гражданских линий. В те времена станция «Аэропорт» московского метро полностью соответствовала своему названию, находясь неподалеку от Центрального аэродрома.

Процедурный корпус санатория Главсевморпути в Братцево.

Фото А. Б. Громова

На правом берегу Химкинского водохранилища, напротив Северного речного вокзала находился аэродром «Захарково», иначе – Аэродром полярной авиации, аэродром МАГОН (Московская авиагруппа особого назначения). Большинство самолетов, задействованных в Арктике, осенью в конце сезона перелетали на зимовку в Москву. Аэродром полярной авиации был уникален тем, что имел специальный пандус для гидросамолетов.

Именно в Захарково происходила подготовка, упаковка и погрузка на самолеты снаряжения и припасов для полярных экспедиций. Неподалеку в усадьбе Братцево был обустроен и дом отдыха Главсевморпути.

К удивлению всего личного состава гражданской авиации, несмотря на очень жесткие погодные условия, экипажи «Полярки» считали своим долгом приводить машины в пункты назначения с точностью до минуты, причем на трассах, где полеты длились по несколько суток. Такой вот был своеобразный «кодекс чести», которому мы следовали.

Евгений Кравченко, Василий Карпий. С Антарктидой – только на «Вы»: Записки летчика Полярной авиации

Поскольку аэродром в Захарково был грунтовый, то в слякотное межсезонье использовать его становилось затруднительно. Тогда самолеты перебазировались на аэродром Военно-морских сил в Измайлово.

Легче воздуха

Но кроме самолетов перспективным видом воздушного транспорта в раннем СССР, как и во всем мире, считались дирижабли. 2 июля 1900 года в Швейцарии впервые поднялся в воздух дирижабль на жестком каркасе, сконструированный графом Фердинандом фон Цеппелином. Экспериментальный образец носил название LZ 1, что означало Luftschiff Zeppelin, и был весьма внушителен по размерам – более ста метров в длину. Для перемещения его в воздухе служили два двигателя, сохранение баланса достигалось благодаря перемещению балласта между двумя гондолами воздушного судна.

Почтовая марка СССР, 1934 год.

Дирижабль «Правда»

От воздушных шаров и мягких дирижаблей летающий корабль Цеппелина отличало то, что размеры и форма наполненной газом оболочки были неизменными. Впоследствии каркасные дирижабли получили нарицательное имя «цеппелины». А тогда, в день первого полета, детище Цеппелина (который лично пилотировал его) продержалось в воздухе восемнадцать минут, пролетев шесть километров, и упало в Боденское озеро. Но при этом дирижабль требовал лишь небольшого ремонта.

…Весь двор, все дворы вдруг заголосили, закричали ребячьими голосами, и из-за школы-новостройки, над плоской крышей ее, вдруг начало выдвигаться огромное тело, оно росло, тупорылое, лезло в небо серебряной тушей, и наконец над Семеновской, над Благушей, над дворами, медленно, как во сне, поплыл дирижабль.

Михаил Анчаров. Этот синий апрель…

В честь создателя жестких дирижаблей был назван и знаменитый пассажирский дирижабль LZ 127 «Граф Цеппелин», сооруженный в Германии в 1928 году. Он летал не только вокруг света (с посадками во Фридрихсхафене, Токио и Лос-Анджелесе), но и над советской Арктикой. Он обладал принципиально новой топливной системой – его двигатели работали преимущественно на светильном газе, который до распространения электрического освещения применялся в уличных фонарях и домашних газовых рожках. Бензин служил лишь резервным горючим. Это позволяло не загружать воздушный корабль тяжелым запасом топлива. Поэтому он мог преодолевать большие расстояния.

10 сентября 1930 года дирижабль «Граф Цеппелин» впервые прибыл в Москву. А в конце июля следующего года совершил упомянутый выше полет над советской Арктикой. Состоялся обмен почтой с советским ледоколом «Малыгин» в бухте Тихой (архипелаг Земля Франца-Иосифа). Для этого дирижабль совершил посадку на воду. Известна даже почтовая марка, на которой изображен «Граф Цеппелин» на фоне полярной природы и советского ледокола.

Дирижабль «Граф Цеппелин» на американской почтовой марке

Сама экспедиция, стартовавшая из Ленинграда, была вполне официальной. В городе на Неве немецким участникам во главе с Гуго Эккенером организовали парадную встречу с оркестрами и приветственными речами. Предстоящий полет широко освещался в советской печати. Дирижабль прошел в Ленинграде предполетную подготовку и переоборудование.

В полете принимали участие и советские ученые. Рудольф Самойлович, возглавлявший в 1928 году экспедицию на ледоколе «Красин» по спасению Умберто Нобиле и его спутников (их дирижабль «Италия» потерпел катастрофу во льдах). Изобретатель метеорологического радиозонда Павел Молчанов. Инженер Федор Ассберг – в 1935 году он на правах уполномоченного «Дирижаблестроя» будет руководить установкой в Свердловске 40-метровой причальной мачты для дирижаблей, первой в СССР и самой высокой в Европе. Летел на борту «Графа Цеппелина» и радист Эрнст Кренкель, будущий знаменитый полярник-папанинец.

Гуго Эккенер проложил маршрут через Баренцево море к Земле Франца-Иосифа, дальше через Северную Землю на полуостров Таймыр, а потом к Новой Земле, откуда планировалось лечь на обратный курс в Берлин. И это было одобрено советским руководством. Места, над которыми Эккенер намеревался вести свой дирижабль, были тогда крайне труднодоступными и почти безлюдными.

Вполне возможно, что советское правительство усмотрело в поддержке экспедиции Эккенера возможность разведать эти суровые края, имея в виду последующее их освоение. Маршрут был согласован и выверен по времени, контроль за соблюдением трассы и хронометража возложен на ОГПУ.

Немецкие исследователи, среди которых, как потом выяснилось, были разведчики отнюдь не только полезных ископаемых и неизвестных островов, проделали подробную съемку местности с борта дирижабля. Причем специальная аппаратура для фотосъемки была смонтирована именно в Ленинграде. Рудольф Самойлович утверждал потом, что эта экспедиция принесла множество ценных сведений, для сбора которых при передвижении по воде понадобилось бы несколько лет.

Дирижабль заходит на посадку

После возвращения аэронавтов в Берлин под эгидой Международного общества по исследованию Арктики был опубликован подробный иллюстрированный отчет об экспедиции. В момент старта «Графа Цеппелина» будущее дирижаблей как воздушного транспорта выглядело крайне оптимистично. Казалось, освоение атмосферы с помощью аппаратов легче воздуха идет полным ходом.

Но эти надежды рухнули в 1937 году вместе с еще одним знаменитым цеппелином, носившим имя «Гинденбург» в честь немецкого президента Пауля фон Гинденбурга. Размерами он был сравним с «Титаником» – 245 метров в длину. Весь мир восхищался этим чудом аэронавтики, новаторскими идеями конструкторов, грузоподъемностью самого дирижабля и роскошью его кают.

Увы, надежда эксцентричного графа Цеппелина, прославившегося мечтами о межконтинентальных авиагигантах, пересекающих океаны, не сбылась. Во время очередного рейса в США великий цеппелин сгорел в считаные минуты при неудачной посадке.

Ледокол «Красин» идет по Северному морскому пути. Фото С. Н. Струнникова

Это случилось на военной базе в Лейкхерсте неподалеку от Нью-Йорка. Перед катастрофой дирижабль пролетел над Нью-Йорком, чтобы пассажиры, которых на борту было 36, могли полюбоваться городом. Командир воздушного судна Макс Прусс даже подвел «Гинденбург» как можно ближе к смотровой площадке небоскреба «Эмпайр-стейт-билдинг», где в ожидании удивительного зрелища – небесного корабля длиной в 245 метров – толпились многочисленные зрители и журналисты.

Репортеры поджидали дирижабль и на месте посадки, поэтому катастрофа случилась практически в прямом эфире. Внезапно в кормовой части вспыхнуло пламя. Через несколько секунд дирижабль рухнул на землю уже в виде массы горящих обломков. Из находившихся на борту 97 человек, пассажиров и экипажа, спаслись 62 человека. Наиболее распространенной версией крушения считается воздействие статического электричества.

На этом история серьезного дирижаблестроения в мире – и в СССР тоже – практически закончилась.

Но пока дирижабли были перспективным видом транспорта, их неоднократно пытались использовать для далеких путешествий. Итальянский генерал Умберто Нобиле вместе с известным полярным исследователем Руалем Амундсеном смог достичь на дирижабле Северного полюса в 1926 году. В мае 1928 года Нобиле решил повторить полет. Отчасти потому, что по поводу предыдущего шли споры, кому принадлежит главное достижение, Нобиле или Амундсену. Теперь на новом дирижабле «Италия» ему удалось пролететь над искомой точкой, сбросив туда итальянский флаг и деревянный крест, освященный папой римским. Но на обратном пути дирижабль постигла катастрофа, в которой некоторые участники погибли, а остальные месяц с лишним провели на льду, пытаясь выжить. Несколько человек были унесены неуправляемым дирижаблем и пропали без вести.

Призыв о помощи от потерпевших крушение услышал радиолюбитель Николай Шмидт на севере СССР и сообщил в официальные инстанции. Были направлены два ледокола, но один зажало льдом в Баренцевом море. Второй ледокол – «Красин» – 12 июля 1928 года подошел к лагерю на льдине, где ждали помощи последние уцелевшие участники экспедиции. Чуть раньше в тот же день были подобраны двое пытавшихся достичь цивилизованных мест своим ходом.

«Над срубами антенны, сидят у телевизора…»

Телевидение, как и радио, впервые появилось в Российской империи. Первый в истории патент на технологию электрической передачи изображения был выдан Борису Розингу, профессору Санкт-Петербургского технологического университета.

Борис Розинг окончил в 1891 году физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета и получил предложение остаться в альма-матер, чтобы вскоре занять должность профессора. Был видным преподавателем в нескольких учебных заведениях и инициатором формирования системы высшего образования для женщин.

Борис Грабовский, создатель «телефота»

Как физик-экспериментатор сконструировал механизм воспроизведения телевизионного изображения, реализовав систему развертки изображения в передатчике и электронно-лучевую трубку в приемнике. В 1907 году он получил российский патент на изобретение, которое значилось в документах как «Способ электрической передачи изображений на расстояние». Успешный опыт состоялся 9 мая 1911 года. Первая телепередача представляла собой демонстрацию светлых полосок на темном фоне. Розинг применил электронно-лучевую трубку для воспроизведения этой картинки, а для передачи – устройство механической развертки. Но в тот момент удавалось передать только неподвижное изображение.

Первый успешный опыт передачи движущейся картинки состоялся уже в СССР. 26 июля 1928 года в Ташкенте на базе трамвайного треста изобретатели Борис Грабовский и Иван Белянский представили устройство, которое они назвали «радиотелефот». Первым героем телепередачи таким образом стал Белянский, чье изображение было передано при демонстрации изобретения. А первой в мире «телевизионной дивой» при следующем показе – супруга Грабовского. Специальная комиссия, присутствовавшая при опытах, составила протокол, где было зафиксировано, что эксперимент прошел успешно и на передаваемых изображениях можно было распознать лица, несмотря на помехи и пока еще невысокое качество изображения. По основным принципам действия «радиотелефот» был близок к современным телевизионным технологиям.

Заявочное свидетельство на аппарат Грабовского

Борис Розинг проявил большой интерес к опытам Грабовского, тем более что в «радиотелефоте» был использован принцип катодной развертки, ранее предложенный Розингом. Еще в 1925 году Грабовский по совету Розинга подал заявку на патент своей телевизионной системы и в 1928 году получил патент. Добиться финансирования дальнейших опытов в тот момент не удалось. Борис Грабовский жил в городе Фрунзе, окончил там физико-математический факультет Киргизского государственного университета. Продолжал изобретательскую деятельность – подал 50 заявочных свидетельств и получил 12 патентов, имел почетное звание заслуженного изобретателя.

Другой ученик Бориса Розинга – живший в США Владимир Зворыкин – в 1931 году представил аппарат, названный им «иконоскоп». Новинкой заинтересовался президент корпорации Radio Corporation of America, тоже выходец из Российской империи Давид Сарнов. Он позаботился о щедром финансировании экспериментов Зворыкина, а потом и о создании телевизионной сети.

Телевизор «Ленинград Т-2». 1954

Но параллельно со Зворыкиным над передающей электронно-лучевой трубкой («иконоскопом») работал советский инженер Семен Катаев. Его заявка на изобретение была подана на 19 дней раньше. 30 апреля 1933 года Катаев получил авторское свидетельство. В дальнейшем Семен Катаев всю свою жизнь посвятил развитию и совершенствованию телевидения. В 1936 году он провел несколько месяцев в США, где встречался со Зворыкиным и подарил тому свою новую книгу об электронно-лучевых трубках. В 1940 году под редакцией Катаева вышла книга «Основы телевидения». Им была основана кафедра телевидения в Московском институте связи, на которой сам Семен Катаев проработал полвека. Ему принадлежит идея использовать для телевещания спутники.

Экспериментальное телевещание в СССР началось в Ленинграде 1 сентября 1938 года. Там был создан Опытный ленинградский телецентр и изготовлено двадцать телевизоров ВРК (что означало «Всесоюзный радиокомитет»). Несколько из них использовались в студии как мониторы, а остальные были распределены по Домам культуры и рабочим клубам для коллективных просмотров. Передачи велись дважды в неделю.

10 марта 1939 года начались регулярные трансляции советского телевидения из Москвы. Они осуществлялись через передатчики Шуховской башни (до 1967 года у ее подножия размещалась штаб-квартира Гостелерадио СССР). Первой передачей был документальный фильм об открытии XVIII съезда ВКП(б). До этого почти год продолжались трансляции, в том числе и художественных фильмов. Первоначально трансляция передач велась четыре раза в неделю и длилась по два часа каждая. Особо стоит отметить, что и количество телевизионных приемников (телевизоров ТК-1) в то время было невелико и составляло в столице порядка ста штук. Они тоже использовались для коллективных просмотров.

Первый массовый советский телевизор «КВН-49» появился в 1949 году. Через несколько лет после этого начались опыты по внедрению цветного телевидения. Работы в таком направлении инженеры разных стран вели давно. Еще 13 августа 1928 года в Лондоне была передана в эфир первая в истории программа цветного телевидения. Причем передача по методике, разработанной Джоном Бэрдом, была произведена с помощью оборудования радиостанции.

В СССР тестировались разные системы и стандарты цветного телевидения. В итоге в 1967 году был принят французский стандарт SECAM, который действует и в наши дни. Первая передача по этой системе была посвящена 50-летию Октябрьской революции.

А в 1972 году в СССР уже начались исследования в области цифрового телевидения.

Советский телевизор «Электрон».

Фото А. Б. Громова

11 августа 1973 года в СССР по Центральному телевидению была впервые показана первая серия «Семнадцати мгновений весны». Режиссером «Мгновений» была Татьяна Лиознова. Литературной основой для создания сериала стал роман Юлиана Семенова. В главной роли советского разведчика Исаева, работавшего в Третьем рейхе по документам Макса Отто фон Штирлица, снялся Вячеслав Тихонов. Роль шефа гестапо Мюллера исполнил Леонид Броневой. Кроме того, в сериале снялись Олег Табаков, Юрий Визбор, Ростислав Плятт, Евгений Евстигнеев…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.