Антон Семенов
Признание

Я просыпаюсь и понимаю, что это был очередной сон. Снова снились кошмары, подушка впитала мой пот и была мокрой. Голова болит от выпитой перед сном бутылки виски. Момент, и я уже не помню, что видел во сне, хотя это уже и неважно.

Встаю медленно на ноги и вижу спящего пса в гостиной: Альф свернулся клубком, держа в лапках старую обмусоленную кость. Этот мохнатый «подарок» достался мне от бывшей жены после развода. Морда пса ужасная и смешная одновременно, приобретения Анны всегда были странными. Я даже не знал, что бывают собаки такой породы, как аффенпинчер. Бывшая жена полжизни работала в модельном агентстве, она всегда была красавицей. Так часто говорил ее босс и уже нынешний муж.

К ногам подбегает мой страшный пес, жалобно смотрит в глаза и лапкой пытается дотянуться до колена. Альф терпеть меня не мог, но за последние полгода мы нашли общий язык. Гуляет он где хочет, а мне остается только кормить и поить его. Первое время я выгонял его из дома, но он всегда возвращался под утро домой, грязный и уставший. Он вечно гадил мне в обувь и воровал тапки. Помню и другие выходки, но в последнее время Альф, на удивление, ведет себя хорошо. Пару недель назад я мог умереть во сне, захлебнувшись собственной рвотой, чем не очень горжусь. Но пес не дал мне так легко уйти из жизни, разбудив лаем. Возможно, он понял, что теперь у него остался только я. Собака спасла жизнь. Могла Анна чувствовать такой исход событий? Возможно!

Я спал в одежде: затасканные синие джинсы, серая мятая футболка и коричневая рубашка в клетку. Я слегка зачесываю сальные волосы назад, кидаю собаке в миску пару кусков мяса и впопыхах сую ноги в ботинки, задевая головой ловец снов, что висит в дверном проеме спальни.

На столе у окна беру связку ключей и почти пустую пачку сигарет. Выходя на улицу, захлопываю за собой дверь и жадно закуриваю. Сажусь в свою ауди девяносто шестого года выпуска и еду в сторону магазина.

После развода я переехал подальше от моей жены, в Кармел, или Кармел-бай-те-Си, – город в округе Монтерей, штат Калифорния. Население здесь не достигает и четырех тысяч человек, все друг друга знают. Но я редко бываю на улице, моя работа заключается в написании книг, хотя я уже пару лет не могу выпустить ничего достойного. В дневное время здесь обычно немного народу. Мужчины и женщины далеко за тридцать, редко вижу здесь детей. Молодежь бежит из таких мест, а кто задерживается, остается навсегда. Сегодня, видимо, какой-то праздник, город украшен ленточками, и такое чувство, что все жители выползли на улицу. Черт, надеюсь, магазины работают. Пришлось припарковать машину и дальше идти пешком, слишком тесно на дорогах, и движение в центре перекрыто. На улице душно, я медленно иду, пристально всматриваясь в витрины. Везде висят таблички «закрыто». Попытки обратиться за помощью к местным жителям не увенчиваются успехом, никто не может помочь, все спешат на праздник. Похоже, открытый магазин нужен только мне. Брожу примерно полчаса и нахожу в подворотне бар. Для меня это как мираж в пустыне. Захожу в прохладное помещение с блеклым освещением. Контингент – ребята в кожаных куртках. Они пристальными взглядами провожают меня, пока я иду к барной стойке.

– Добро пожаловать в наш скромный бар, чего плеснуть?

Я бросил взгляд на бейджик:

– Том, будь добр, пачку «Мальборо», двойной виски и лед.

Через секунду я уже курю первую сигарету из новой пачки и наслаждаюсь прохладным напитком, ведя с барменом заурядный разговор.

Я провел в баре около пяти часов и был не в том состоянии, чтобы сесть за руль. Бармен предлагал вызвать такси, но я отказался, соврав, что переночую в ближайшем отеле. Оставив Тому чаевые и засунув кошелек в задний карман брюк, я покинул заведение. Где там мои ключи? Я решил, что вполне смогу доехать сам. Я чувствовал себя заторможенным и сонным, но праздник уже прошел и город заметно опустел. А вот и машина. Осознание, что я пьян чуть сильнее, чем казалось, пришло тогда, когда я только с третьего раза попал ключом в дверной замок.

Неожиданно меня толкнули сзади, я ударился о кузов машины и ощутил болезненные удары. Меня били ногами. Я закрыл лицо руками и медленно сполз на землю. Когда я совсем перестал сопротивляться, ублюдки обокрали меня, забрав Ролексы, бумажник и золотое кольцо, которое я так и не снял после развода. Воры побежали в разные стороны, у одного из них выпал ствол. Я посмотрел в сторону обернувшегося парня и четко увидел его лицо. Бандит застыл, словно не понимая, бежать дальше или вернуться за оружием. Пистолет находился буквально в пяти метрах от меня, преимущество было на моей стороне. Адреналин ударил в кровь, и я подорвался, несмотря на дикую боль в бедре и ребрах, бежал так быстро, как мог. Вор тоже бежал в мою сторону, но я успел схватить ствол первым и сразу нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. На улице словно остановилось время, и я сразу пришел в чувство. Грабитель лежал бездыханный в луже крови. До последнего не хотелось верить, но это был не сон и даже не сценарий книги, это был гребаный мертвец, а я – его убийца.

Открыв багажник и оглядываясь по сторонам, я пытался поднять труп и загрузить его в багажник. Дело было сделано, я достал с заднего сиденья машины бутылку с водой и тряпку, умыл лицо и снял грязную рубашку. Остальную воду вылил на асфальт и сел за руль машины. Вытирая пот с лица, заметил, что руки у меня все еще в крови. В глазах резко потемнело, и я отключился.

Я очнулся дома с компрессом на голове и торсе.

– Доброе утро, ковбой! – раздался звонкий женский голос.

Напротив окна в гостиной сидела молоденькая девушка.

– Ты кто, что ты тут делаешь?

– Так и думала. Ты совсем ничего не помнишь, Уилл?

– Последнее, что я помню, было то, как я закинул в бага… Боже! Только не это…

– Я видела, как на тебя напали вчера, и не знала, чем помочь. Собиралась звать копов, но поняла, что от этого станет только хуже, как только услышала выстрел. Пришлось помочь тебе попасть домой, когда ты отрубился. Я знаю, это трудно, но ты можешь довериться мне.

– Кто ты?

– Меня зовут Мона. Ты не против, если я возьму твою тачку и съезжу в город? Мой байк остался там, как понимаешь. Куплю тебе еды, здесь абсолютно пустой холодильник.

– Да, валяй, сдавай меня полиции.

– Если бы мне это было нужно, ты бы уже сидел за решеткой. – Мона вышла из дома, громко хлопнув дверью.

Что ей нужно? Зачем она помогает мне? Мона, если это ее настоящее имя, свидетель, и возможно, не единственный. Что делать дальше?

Вскоре машина завелась, и звук колес, катившихся по грунту, постепенно отдалился.

Я повернул голову на раздавшийся шорох: Альф облизывал какую-то блестящую штуковину. Прищуриваясь, я приподнялся на локте и заметил вчерашний пистолет в лапах собаки. Забыв обо всем на секунду, резко встал и забрал ствол. Покрутил его в руке и ничего не нашел лучше, чем бросить в ящик кухонного стола. Разберусь с этим позже.

Мысли галопом проносились в голове. Что делать дальше? Бросить все и бежать? Но как? Машины в тот момент у меня не было.

В какое дерьмо я вляпался! Так, без паники. Нужно собрать вещи, дождаться тачку и сделать ноги. План был готов. Я начал собирать самое необходимое. Поднялся на второй этаж. Ничего не забыл? Ноутбук, принтер, целая гора набросков – нужно ли мне это?

Если я буду в розыске, буду всю жизнь бегать от полиции? Я так не смогу. Какой там срок за самооборону? Может, я зря бегу? А вдруг все хорошо и никто больше не видел того, что было вчера? Так можно сойти с ума. Надо решить, куда деть труп.

Раздался резкий звук тормозных колодок, видимо, Мона уже приехала. Я приоткрыл на втором этаже штору и посмотрел во двор. Сердце забилось в три раза сильнее. Это была полицейская машина, из которой вышел шериф и направился в сторону дома. Несколько громких ударов кулаком в дверь меня сильно взбодрили.

В голове, словно на электронном табло, одна надпись в рамочке: «Мне конец». Я медленно спустился по лестнице и случайно наступил Альфу на лапку. Бедняга подпрыгнул на полметра и заскулил.

– Прости, – произношу я и этим выдаю свое присутствие копу за дверью. Вот она, та тонкая грань, что разделит мою жизнь на до и после.

– Уильям, это шериф Тони Сельдо, у меня будет пара вопросов к тебе.

Нахожу мятую рубашку и набрасываю на побитое тело, впопыхах застегивая пуговицы. Открываю дверь, здороваюсь и смотрю на ствол в кобуре.

– Чем могу помочь, шериф?

– Вчера пропал молодой паренек, – протягивает маленькую затасканную фотографию из кошелька, – это мой племянник Билли. Половина наших парней искала по всему городу и ничего. Не представляю, где он может быть.

Хоть на фотографии он и был чуть младше, чем в жизни, но я узнал парня. С фото на меня смотрел тот самый вор, которого я вчера, будучи невменяемым от алкоголя и дикой боли, лишил жизни. К лицу прилила кровь, и сердце забилось в десять раз быстрее.

– Нет, увы, я бы запомнил, – с трудом произнес я, ощущая, как холодный пот стекает по телу.

– А тебя вчера видели в баре. Все так же пьешь без выходных?

– Не хочу потерять навык. Если увижу парня с фото, сразу сообщу в участок.

– Что ж, поеду. Далеко же ты от города забрался.

– Люблю быть один, когда пишу новое произведение.

– Как называется?

– Пока что работаю над этим.

– Буду ждать книгу с автографом.

– Конечно, без проблем.

– Хорошего дня, Уилл.

– И вам, шериф Сельдо.

– Просто Тони.

Пока я провожал взглядом шерифа, медленно садившегося в машину, на горизонте появилась Мона на моей ауди. Черт ее дери!

– Я думал, Уильям, ты теперь один! – Шериф не спешил уезжать.

– А это так, ничего серьезного.

Мона поравнялась с машиной Тони.

– Добрый день, шериф! – перекрикивая музыку в салоне, закричала она.

– Мона? Что ты тут делаешь?

Девушка убавила звук магнитолы:

– Папочка, все хорошо, это мой новый парень, Уилл. А ты что здесь делаешь?

В глаза Тони было страшно смотреть, он явно не был рад такой новости.

– Ничего серьезного, говоришь?

Мона захлопнула дверь тачки и подошла к отцу, нежно чмокнула его в щеку.

– Мы познакомились совсем недавно. И вообще, не так ты должен узнавать о моих бойфрендах. Поговорим об этом позже, тебе наверняка нужно на работу!

– И то верно! А где твой байк?

– Остался в городе, Уилл не хочет, чтобы я разбилась, ведь так, милый?

– Конечно, – с натянутой улыбкой отвечаю я.

– Лучше скажи, пап, как там дела с Билли?

– Пока тихо. Тебя сегодня ждать дома?

– Пап, я и так достаточно задержалась здесь, мой отпуск не вечный! Но я встретила настоящего писателя и хотела бы пообщаться с ним подольше.

– Понимаю, но ты ведь еще ко мне заедешь?

– Конечно, я побуду в городе какое-то время.

Тони обнял дочь и что-то прошептал ей на ухо. Напоследок еще раз кивнул мне. Наконец он сел в полицейскую машину и скрылся. Мои ноги подкосились, и я сел на капот.

– Уилл, ты не хочешь мне помочь? Эй, ты в порядке?

– А? Да, все хорошо. Пытаюсь просто понять, что тут вообще, черт возьми, происходит. Насчет бойфренда ты же пошутила, правда? И… Ты же знаешь, куда пропал Билли?

Мона не ответила, лишь взглядом указала на машину.

Я посмотрел на помятую дверь своей измученной ауди, потом бросил короткий взгляд на багажник.

– Он все еще внутри?

Но Мона, будто не слыша этого, шла в сторону дома. Не оборачиваясь на меня, она крикнула:

– Открывай смелее, тебя ждет сюрприз!

Я нехотя нажал кнопку открытия багажника, сработал механизм.

Меня пробрал холод, казалось, этот момент продлится вечность… Но каково же было мое удивление, когда внутри багажника оказалась лишь пара бумажных пакетов с продуктами! Я даже подумал, не подводит ли меня зрение?

– Куда ты дела труп? – ворвавшись в дом, я бросил пакеты на кухонный стол.

– Не волнуйся, его никто не найдет.

– Почему ты не можешь ответить мне? Это, по-твоему, шутки?

– Знаешь, мне было не до шуток, когда я избавлялась от трупа! Все-таки это мой двоюродный брат. Хоть мы с ним и были не в ладах.

– И какого черта твой братец с дружками избили и ограбили меня?

– А чего ты хотел? Приехал в город и размахивал своим бумажником направо и налево. Билли был славным малым, до тех пор пока не попал в плохую компанию. Я долго пыталась помочь выбраться ему из этого дерьма, но он только отдалился. Я предупреждала, что до добра это не доведет, и, к сожалению, оказалась права.

– Ты следила за ним? Как ты оказалась рядом?

Мона ушла от ответа.

– Ты не виноват в том, что случилось. И поскольку теперь я тоже замешана в этом, будем разбираться вместе.

– Какое-то безумие! Убил парня, впутал его сестру в убийство…

– Уилл?

– Спасибо, черт бы тебя побрал! – резко выкрикнул я.

– Тебе нужно успокоиться!

– Покой мне только снится. Ты понимаешь, что вообще происходит? Я стал убийцей, я убийца! Скажи мне, что это все сон.

– Тело не найдут, а это значит, что об этом знаем лишь мы с тобой! Соберись и будь мужиком!

Мона дала мне смачную пощечину и сразу после этого поцеловала в губы.

– Ну что, ковбой, ты еще спишь?

Я на долю секунды потерялся. Мое сердце словно подожгли.

– Что ты?

– Я лишь помогаю тебе.

– Зачем тебе это?

Мона достала из внутреннего кармана косухи флягу и сделала пару глотков.

– Держи, тебе это сейчас нужнее.

Я выхватил алкоголь и жадно отхлебнул. Но это меня не успокоило.

– Нас посадят, определенно, нас посадят! Или меня пристрелит твой папаша. Я лично за второй вариант.

– Ого, какие красочные перспективы! Тебе что, не хватает встряски?

– Этого достаточно! Меня трясет до сих пор от твоего поцелуя… Или пощечины! Или от всего вместе.

– Это хорошо, значит, ты можешь думать о чем-то еще, кроме трупа из багажника.

– И все-таки, где труп? Мертвые не убегают из долбанной машины!

– Согласна.

– И? Как ты вообще можешь быть такой спокойной? У вас в городе это что, нормальное явление?

– Вообще, я давно не живу здесь, ничего не могу сказать. Но будет интересно, если ты об этом напишешь!

– Чистосердечное признание в убийстве?

– Отличное название для твоей новой книги!

– Какая, к черту, книга, о чем ты говоришь?

– Я читала вчера твои занудные работы, и знаешь, вообще никаких эмоций. Возможно, если ты будешь писать о том, что происходит с тобой на самом деле, то получится что-то стоящее?

– Спасибо за критику, но моя голова забита сейчас другой проблемой.

– И как же ты будешь ее решать?

– Мне нужно еще выпить!

– Это твой единственный выход?

– Что ты имеешь в виду?

– Когда алкоголь приводил тебя к чему-то хорошему?

– Эм… – я задумался.

– Когда ты последний раз ел?

– Кажется, вчера.

– Что это было, чипсы и арахис? У тебя в доме повсюду пустые упаковки

– Мне это никак не мешало жить.

– Ладно, поехали, мне нужно развеяться, а когда вернемся, накормлю тебя нормальной едой, я как раз купила продуктов.

– Куда мы поедем? Думаешь, нам стоит покидать дом?

– Доверься мне, Уилл. Все будет хорошо, и не забывай, теперь я твой напарник.

– Мне бы твой оптимизм и отца шерифа полиции.

– Нет, с таким отцом ты бы не смог ужиться. Ты слишком мягкий.

– Очень смешно.

Мона села за руль и, глядя в карманное зеркальце, подвела губы темно-красным цветом, напомнившим мне кровь. Она дождалась, пока я с недовольным видом усядусь рядом, и тронулась.

– Какую музыку ты любишь, Уилл?

– Сейчас это важно?

– С каких пор ты делаешь только то, что важно?

Она включила радио и, остановившись на одной из станций, начала подпевать:

– Если ты хочешь получить то, что видишь, ты в конце концов получишь это. Ты можешь взять все, что захочешь, но лучше не отнимай это у меня! В джунглях. Милости просим в джунгли! Смотри, как они поставят тебя. (на-на-на-на-на) На колени, на колени. Хочу посмотреть, как ты истечешь кровью. И когда ты достигнешь высоты, ты никогда не захочешь возвращаться. Впитай глубже, впитай глубже, впитай глубже! Ты знаешь, где оказалась. Ты в джунглях, детка, и ты умрешь!

– У тебя талант, ты никогда не хотела петь со сцены?

– Буду считать, что это комплимент!

Всю дальнейшую поездку мы обсуждали музыкальные пластинки группы «Стволы и Розы». На некоторое время я позволил себе забыться и не думать обо всем, что меня волновало. Но один вопрос не давал мне покоя.

– Мона, расскажи мне, что было после того, как я погрузил его в багажник… Как ты… Откуда ты знаешь мое имя и адрес? Ты прости, я был в отключке и ни черта не помню.

– Ну вот, а так все хорошо начиналось! Я расскажу тебе, и мы закроем эту тему на сегодняшний вечер. Я нашла в кармане Билли твои вещи, среди них было водительское. Все просто. – Мона прибавила громкость, когда заиграл очередной рок, нажала на газ, качая головой в такт музыке.

Мы вернулись домой ближе к вечеру. Мона рассказывала о своем детстве в этом городе, а я внимательно слушал, поедая пасту с сосисками. Домашняя еда грела душу и тело, как давно я не испытывал подобного…

– Спасибо тебе, Мона, это было очень вкусно! И спасибо за все, что ты для меня делаешь.

– Будешь должен, ковбой!

– А тебе не пора уходить?

– Да ты без комплексов, я смотрю. За окном такой ливень, а ты хочешь меня выставить за дверь?

– Нет, что ты, я просто спросил.

Мона нарезала кусок мяса на маленькие кубики и положила их в собачью миску.

– Как его зовут?

– Альф.

Мона потискала пса и опустила его к миске.

– Кушай, Альф.

Раньше я не замечал, как ему не хватало этих объятий. Альф казался таким счастливым в этот момент.

– Я пойду приму душ, если ты, конечно, не против.

– Конечно, иди.

– Пойдешь со мной?

Я подавился чаем.

– Спасибо, пока не хочется.

– Ну, смотри, тебе бы не помешал горячий душ!

Мона небрежно швырнула на диван свою кожаную куртку и стала медленно подниматься на второй этаж.

– Уилл, если тебе не сложно, принеси мою сумку из машины.

– Хорошо.

Я закурил сигарету, взял зонтик и выбежал на улицу. Машина была открыта. С заднего сиденья я забрал сумку и вернулся в дом.

– У тебя что в сумке, кирпичи? – крикнул я, забросив сумку на стол.

– Я тебя не слышу, Уилл! Тут шумно! – прокричала в ответ Мона.

Любопытство не давало мне покоя, двумя пальцами правой руки я потянул за бегунок молнии и оглядел содержимое сумки. С удивлением я увидел пистолет, какую-то одежду, разные женские штучки, а на самом дне лежала моя первая успешная книга. Я услышал, как наверху захлопнулась дверь, сумка словно выскользнула из рук и упала. Мона уже спускалась по лестнице, когда я быстро застегнул молнию. Еле успел…

Мона стояла полностью голая и протягивала мне руку. Я не мог оторвать взгляд от ее тела, жадно изучал каждый изгиб.

– Чего ты тут встал, как статуя?

– Прости, вот, – я отвернулся, протягивая сумку.

Мона улыбнулась и, забрав свои вещи, поднялась наверх. Что это было? Обычно в этом доме голым ходил только Альф. Образ обнаженной Моны стоял у меня перед глазами… Я думал: «А девушка явно без комплексов. Она, наверное, следит за своим телом и питанием. Не то что я. Надо бы узнать ее получше. И что в ее сумке делает моя книга? Неужели она любит мое творчество? Надо позже спросить об этом».

Моя новая подруга спустилась в роскошном красном платье.

– Вау, по какому случаю ты так шикарно выглядишь?

– Женщина должна всегда иметь с собой хотя бы один красивый наряд. А ты почему еще не переоделся?

– Для чего? Что ты хочешь предложить?

– Своди меня в ресторан, думаю, я заслужила пару бокалов вина.

– Я никуда не хожу!

– Значит, твои походы по барам и заправкам не считаются?

– Ну, это другое.

– Оденься поприличней, я буду ждать в машине, – сказала Мона и вышла из дома, закрывая за собой дверь.

Пришлось достать из шкафа свой старенький костюм. На мое удивление, я влез в него. Волосы зализал назад и вышел на улицу. При виде меня Мона начала сигналить и свистеть из окна машины, чем ошарашила меня.

– Эй, красавчик, садись, подвезу.

– Можно не так эмоционально встречать меня, пожалуйста?

– Ладно, а ты не будь таким занудой.

– Мне кажется, я медленно схожу с ума.

– Ты должен выйти из зоны комфорта, ты же погряз в своем личном мирке! Я помогу тебе. И, кстати, попробуй шутить. Иначе ты точно поедешь кукухой.

– Мона. Ты же понимаешь в какой ситуации я… мы оказались?

– Все будет прекрасно.

Она включила радио погромче и надавила на газ. Мы просто катались и смотрели по сторонам. Казалось, что так все легко, если ты просто пассажир в машине. Спустя час мы добрались до красивого ресторана на берегу океана. Запахи изысканной кухни и шум волн, я словно заново начал дышать. Казалось, каждая минута шла здесь чуть иначе – медленнее, становилась ценнее. Мона припарковалась, мы вышли. Я закурил сигарету, которую тут же выхватила Мона, сделала три глубокие затяжки и вернула сигарету обратно. Вкус помады на губах был сладок и напомнил о бывшей жене. Не хватало еще думать о ней.

– Уилл, все хорошо?

– Приемлемо. Если не считать, что я убил человека.

– Сейчас закажем тебе твое любимое лекарство. Двойной со льдом?

Откуда она знала, что мне нравится? Эта девушка была для меня загадкой. Я надеялся найти ответы на все свои вопросы.

– Нет, я буду вино.

– Значит, ты сегодня непредсказуемый?

– Все возможно.

– Да, ты меня удивляешь. Кто же ты?

– Все тот же Уилл, что и раньше.

– Ты в этом уверен?

– Уже не так сильно, как вчера.

Мы выбрали самый обычный столик на открытой террасе. Заказали бутылку сухого белого вина, сырную тарелку и разные закуски. Мона говорила на обычные темы, словно ничего особенного в жизни не приключилось. С каждым бокалом вина мы становились все открытее. Смех и брызги из бокалов разлетались от нашего столика. На небольшую сцену вышли три музыканта. Вечер становился сказочным. Последний раз я общался с противоположный полом в баре, объясняя даме, какой виски лучше. Но это был другой случай, Мона со всеми своими странностями и загадочностью нравилась мне все больше и больше. Может, жизнь не случайно преподнесла мне знакомство с ней? Кто знает, чем все это обернется.

Утро следующего дня. Я проснулся и почувствовал, что на кровати лежу не один. Повернулся и понял, что это не Альф. Он обычно спал в гостиной. Рядом лежала голая Мона, слегка прикрытая одеялом. Что вчера было, сколько мы выпили и как добрались обратно? Я осмотрел комнату, наши вещи были разбросаны по полу, рядом с кроватью – недопитая бутылка вина и открытая пачка презервативов. Я заметил свет от включенного экрана ноутбука. Я что, начал писать? Я тихонько встал, взял ноутбук и, чтобы не будить Мону, решил спуститься на первый этаж. Закурил сигарету и выпил таблетку аспирина. Маленькими шагами добрел до дивана и уселся читать.

Я написал за ночь двадцать восемь страниц? Ничего придуманного тут не было. Наша история с Моной была описана от знакомства до постельной сцены. Очень похоже на чистосердечное признание и оправдание убийства, которые мы поощрили в конце сексом. Все это мне очень не нравилось, но я решил не удалять текст. Даже скажу больше, мне было интересно, чем закончится эта книга, ведь я писал всегда о ком-то, кого не знаю. А тут, выходит, что эта книга больше нужна мне, чем любому читателю. Забавно, что теперь любое случайное событие из моей жизни будет изложено на бумаге или в интернете.

Мона проснулась. Со второго этажа донеслись скрип и шаги. Я определенно был рад этому утру, у меня было хорошее настроение. Стоило приготовить кофе для моей новой подруги. Или кто мы теперь друг для друга? Надо будет уточнить этот вопрос чуть позже, а пока я насыпал кофе в турку и включил газовую плиту. Мона, одетая в повседневную одежду, быстро спустилась по лестнице, взяла в руки куртку.

– Мне пора бежать, позже увидимся.

– Куда ты? А как же кофе?

– Я не пью кофе!

Она ушла, села в машину и завела двигатель. Странная, как и всегда. Наверно, она поехала в магазин или к своему отцу. Но тут в окно прилетел камень, я вскочил и заметил, что к нему была привязана записка. На клочке мятой бумаги был написал ее номер телефона и подпись: «позвони, когда соскучишься». Я не привык к такому общению. На такие переписки мне окон в доме не хватит. Но этот новый роман однозначно оживил меня. Кофе тем временем был готов. Я сел на диван и насладился бодрящим напитком. Потом решил привести себя в чувства и отправился в душ. На трезвую голову думалось легче, но от этого не было проще осознавать пережитое. Предаваясь приятным мыслям о Моне, я услышал какой-то посторонний шум в доме. Наверное, показалось. Но тут раздался резкий звук тупого удара, как будто упал на пол нож или похожий на него предмет. Я выключил воду, набросил халат и пошел посмотреть, что происходит. Неужели Мона так быстро вернулась? Спускаясь по лестнице, я увидел открытую дверь и небольшой беспорядок на кухне.

– Кто здесь?

В ответ тишина. Я бросился к ящику, в который убрал пистолет, рывком открыл его и увидел… записку. Взяв в руки лист бумаги, я смутился. Словно в кино, в записке все слова будто вырезаны из журналов и газет. Разноцветные буквы складывались в следующее: «Я знаю, что ты убил Билли! Мое молчание будет стоить двадцать тысяч долларов. Иначе пакет с уликами отправится прямиком в отдел полиции. У тебя есть время до девяти утра. Оставь деньги в мусорном контейнере, это рядом с местом твоего преступления. Любая твоя оплошность будет на твоей совести».

Я нервно закурил, выронив из пачки несколько сигарет.

– Твою мать!

Нащупал в кармане телефон: нужно позвонить Моне! Наверняка она тоже не готова к такому исходу событий – у нас есть свидетели.

– Да где же этот гребаный мобильник?

В голове крутились слова: ствол, отпечатки пальцев, тюрьма.

– Вот он!

Хватаю телефон и набираю номер Моны.

– Абонент недоступен.

– Сука, сука…

Я швырнул телефон в стену и в отчаянии бросился на диван. Мозг вскипал от напряжения: «Деньги, деньги, где достать такую сумму? Какие шансы, что шантаж не будет продолжаться и дальше? Надо валить! А как же Мона?» Я поднялся по лестнице и начал собирать вещи. Открыл шкаф, комод и быстро распихал одежду по пакетам и сумкам. Через некоторое время я спустился вниз и понял, что машины нет. Я достал из верхнего шкафчика бутылку виски, оставленную для исключительного случая. Налил целый стакан и трясущейся рукой поднес его ко рту. Сделал пару глотков и заметил свет фар, падающих на мой дом. Кто-то подошел к двери и резко ее толкнул.

– Мог бы и встретить! Смотри, сегодня у нас будет курочка с картошкой.

– Зачем так пугать?

– Уилл, ты помылся… И напился? Времени зря не теряешь!

– Присядь, мне нужно тебе кое-что сказать.

– Ты хочешь меня бросить?

– Что? Нет! Вот, смотри, – я передаю ей помятую записку от шантажиста.

Мона молча читает и смотрит мне в глаза, пожимая плечами.

– Ладно.

– Ладно? И это все, что ты можешь мне сказать?

– Я больше люблю рукописи.

– Тебе весело, да?

– А почему тут валяются твои вещи, собрался переезжать?

– Я собираюсь уехать!

– Куда же мы помчимся, мой ковбой?

– Не важно, на север, на юг. Мне осточертел этот город.

– Ты всю жизнь собираешься бегать от проблем или пора начать их решать?

– А что ты предлагаешь, пойти сдаться копам?

– Зачем же, есть выход.

– Я слушаю тебя в оба уха.

– Нужно заплатить и дело в шляпе.

– У меня в кармане такой суммы нет, извини.

– Значит, я одолжу.

– Что?! Ха-ха-ха! Ты, верно, спятила. Откуда такие деньги?

– Уилл, это просто бумажки, я серьезно.

– Не смешно!

– Поверь мне, в казино я спускала за ночь куда больше.

– И что будет дальше?

– Вот мы и узнаем!

– Я буду должен тебе по гроб жизни.

– Сводишь меня пару раз в ресторан, этого вполне будет достаточно.

– Выгодное предложение.

– Еще бы.

После разговора мне стало легче. Мы живы и на свободе. Мона обняла меня и поцеловала в щеку.

– Мы вместе, а остальное это так, мелочи.

Мона скинула на пол куртку, ехидно улыбнулась, взяла меня за руку и потащила за собой на второй этаж.

– Я хочу повторить вчерашнюю ночь! Нам есть еще над чем работать.

– Ты о нашей книге?

– Ха-ха-ха, Уилл, я не об этом.

Мона вцепилась в мои губы. Мы целовали друг друга, одновременно сближались и отдалялись. Наши тела переплетались и сливались воедино. Мы были как одно целое. Страсть и нежность, как первый глоток вина. Незабываемо и неповторимо. Капли пота стекали по нашим телам, время замирало, и мы не хотели заканчивать это сладкое безумие. Смена поз усиливала наши ощущения, и биение сердец становилось все громче. Пульс ускорялся, легкие стоны… и мы поставили точку в превосходном сексе. Мона лежала рядом с довольной улыбкой.

– Вот об этом я хотела тебе напомнить! Уилл, ты сможешь передать это в своей книге?

– Честно говоря… Не уверен!

Мона встала с кровати и отправилась в душ.

– Пойдешь со мной?

– Я хочу полежать, может, позже.

– Ладно, отдыхай!

Из ванной еле слышно доносилась мелодия, которую напевала Мона, но из-за шума воды я не очень разбирал. Я выкурил сигарету, после чего, крепко заснул. Меня разбудил звук машины под окном. Я встал и подошел к окну, Мона опять куда-то уезжала. Может, отправилась за деньгами? Слегка болела голова, но это часто случалось после употребления алкоголя. Меня не заботил завтрашний день и утро в особенности. Больше вызывало интерес, откуда у Моны такие деньги? Кем она работает? Стоило спросить раньше. Сейчас в голове всплыли картинки о походе в горы, хотя я никогда в них не ходил. Может, попробовать как-нибудь? Палатка под звездным небом, костер, вкусная и горячая еда. По фотографиям людей, которые так отдыхали, всегда было видно, насколько им хорошо. Так ли оно на самом деле, надо проверить. Но в другой раз. Я спустился на первый этаж, достал ноутбук и продолжил работу над книгой, пытаясь передать все точь-в-точь как было. Около двух часов я писал, добавляя даже больше подробностей, чем следует. Глядя в экран ноутбука, я чувствовал себя словно на сеансе у психотерапевта. Я выговаривался, иногда оправдывал свои действия и внутри себя находил ответы на многие вопросы. Может, это какой-то самообман, но мне становилось гораздо спокойнее.

Мне пришлось воевать с потоком своих мыслей о завтрашнем дне. Я хотел, чтобы все закончилось. Возможно ли вернуться к обычной жизни? Как скажется на мне новый статус убийцы? Многие герои книг сходят с ума и теряют свою личность. Что меня ждет? Как-то давно, еще молодым, я беседовал с ветераном боевых действий. Я видел в его глазах пустоту, боль и понимал, насколько тяжело ему жить. Даже спустя года он так и не смог оправиться от пережитых событий. При этом он не убил ни единого человека, а наоборот, спасал жизни, перевозя раненых в госпиталь. Ему не было важно, какого цвета кожа или какой веры были люди. Он говорил:

– У всех есть лишь одна жизнь, а отнимать ее никто не имеет права.

Тогда для меня эти слова не играли большой роли, но сейчас все было иначе.

Ко мне подбежал Альф, обнюхал и поспешил к своей миске. Я подумал, что стоит его покормить, закрыл крышку ноутбука и пошел к холодильнику. У меня разбежались глаза, Мона накупила столько продуктов! Обычно в моем холодильнике были яйца, молоко, бекон и пара бутылок виски и пива. А тут целое ассорти из разных видов овощей, фруктов и мяса. Все вокруг меняется, даже такие мелочи, как еда. Сегодня мне не хотелось пить алкоголь. Я достал стейк и нарезал его на маленькие кусочки, после чего положил их в миску. Альф мгновенно накинулся на свежее мясо, издавая смешные звуки, от чавканья до урчания, похожего на жеваные слова. На улице уже темнело и начинался дождь. В доме становилось прохладно. Дрова заканчивались, и мне пришлось идти в гараж. Он стоял отдельно от дома. Я выгрузил у печи уже промокшую охапку и закинул пару поленьев в камин. Альф лежал у дивана, свернувшись в клубок, пряча свой нос хвостом. Я проголодался. Не помню, когда в последний раз готовил какое-нибудь блюдо, не считая горелой яичницы с беконом. Подготовил противень, открыл холодильник и достал из него все необходимое. Выложив на железный лист курицу, вокруг нее положил помытый картофель и добавил приправы, соль и перец. Все обильно смазал маслом и полил сливками сверху. Закинул все в духовой шкаф и включил на двести градусов. Теперь оставалось лишь ждать. Надеюсь, ничего не забыл.

Спустя сорок минут Альф крутился на кухне и вынюхивал, откуда исходит такой аромат. Я достал ужин и проверил курицу на готовность, сделав в ней несколько разрезов. Картошка была больше похожа на сморщенные угольки. Всегда знал, что готовка – это не мое. Несмотря на это, я все равно приступил к трапезе. Альф забрался под стол и жалобно посматривал на меня. Пришлось угостить его теплым куском куриной ножки и смотреть, как он набросился на нее. Тут неожиданно вошла Мона .

– Не слышал, как ты подъехала.

– Оставила машину чуть ниже. Чем это у тебя тут так пахнет? Ты не говорил, что умеешь готовить.

– Сомнительно, но есть можно.

– Положи и мне, только немного!

– Хорошо, надеюсь, твой желудок выдержит мою стряпню.

– И не таким меня кормили, поверь. Как-то раз я ела жареных тараканов.

– Не порти аппетит!

– Ха-ха-ха, хорошо.

Я положил в тарелку еду, и мы ужинали вместе. Разговор за столом был как раз о еде, мы обсуждали самые вкусные блюда, которые когда-либо пробовали. Потом, конечно, перешли на самые мерзкие. По логике Моны, мой рацион из чипсов и арахиса с алкоголем был хуже, чем ее тараканы. Мы смеялись, непринужденно болтали, но неожиданно Мона задумалась.

– Уилл, я понимаю, что тебя беспокоит сейчас, – сказала она совсем другим тоном.

Мона достала из карманов деньги и бросила их на стол.

– Мне имеет смысл спрашивать, где ты их взяла?

– Об этом не стоит париться!

– Я обязан тебе по гроб жизни!

– Да, да, да. Успокойся, завтра закинем их в мусорный бак и забудем эту историю.

– Ты всегда так легко относишься к сложным ситуациям? Что значит закинем? Я заварил эту кашу и мне ее и расхлебывать.

– Жизнь – это безумно интересная игра. Такое событие я не смогу пропустить, и это не обсуждается!

– Но это опасно…

Мона перебивает меня:

– Уилл, ты уже должен понять, что эта история теперь наша.

– Ладно.

– Вот и отлично!

– Я объелся, теперь можно и прилечь.

– У меня на тебя были другие планы! Тебе что, сорок лет?

– Бери меньше, что ты опять придумала?

– Пусть для тебя это останется интригой, а то из дома не вытащить совсем.

– Значит, поход в ресторан точно отменяется, мы сытые.

– Все равно не отгадаешь, поехали, прокатимся.

– Хорошо.

Я встал и пошел одеваться, пока Мона продолжала доедать курицу. Быстро надел единственный приличный костюм и, закурив сигаретку, спустился по лестнице.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.