Перекати-поле
Алексей Голубенко

Дизайнер обложки Ирина Копаченко

© Алексей Голубенко, 2024

© Ирина Копаченко, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0065-1205-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БЕЗ СОМНЕНИЙ

Нет сомнений
В моем избирательстве,
Вашем.
Моем воображаемом счастье,
Вашем.
Без тщеславия и сухих кресел,
Без горшков слез и памперсов,
Под джинсами,
Под сердцами,
Хочется другого.
Надоело реветь душой,
Кривить мозгами,
Терзать внутренними мозолями.
Надоело.
Без сомнений.
Забудьте хоть на минуту
О телевизоре,
О еде,
О своей сраной машине,
О детях,
О зарплате,
О доме за городом.
Забудьте об этом хоть на минуту,
И что у вас осталось?
Ничего. Или есть ещё что-то?
Вот это что-то и должно вырасти,
Должно вырваться на свободу,
Наружу,
Слиться с океаном
Жизни,
Сердца,
Желаний.
Тогда мы перевернем мир,
Посадим цветы,
Поцелуем детей,
Перестанем охотиться.
Это всё будет тогда.
Без сомнений…

БУДЬТЕ

Будьте расслабленными,
Когда ходите, лежите и спите.
Будьте успешными
В своей личной успешности.
Будьте свободны,
Поднимая кружку с пивом к губам.
Будьте просты,
Когда едите, пьете и одеваетесь.
Будьте спрашивающими,
Когда видите, что что-то не так.
Будьте горящими,
Словно Александрийский маяк.
Будьте красивы без диет,
Спортзалов,
Причесок,
Должностей.
Будьте читающими.
Будьте ищущими.
Будьте живыми.

В БУДУЩЕМ ЛУЧШЕ

В 16 лет я не думал так много,
Я много читал.
Сейчас же больше думаю.
Вот нахрен всё это было нужно,
Тогда,
В 16 лет.
И тогда, в 30.
И тогда, в 45.
И тогда, в 60, если они ещё будут.
Даже если их и не будет,
Всё равно – в будущем лучше.

ВАМПИРЫ

Этот условный сигнал
Пахнул кровью,
Заревом заката,
Ночью,
Развлечениями,
Оргиями,
Музыкой.
Укус как возрождение,
Как объединение,
Как союз.
Как лучшее орудие убийства,
Приводящее в семью.
Вино твоего тела
Имеет красный цвет,
Так почему существуют отбросы?
Где здесь ответы,
Чтобы надеяться на смерть?
Борьба,
Эпидемия,
И снова рождение.
Авторская подпись.
Смертельный поцелуй,
Пустынный пляж в песке тягучем.
Мы вместе будем навсегда,
Отныне и навек.
Вот, выпей эликсир,
Любовь моя!
Он даст тебе свободу.
Вздымая грудь,
Прекрасные глаза как ночь,
И бедра платье обнимает.
Вот выпит эликсир,
Он был от вечной жизни этой
Земной,
Мясной,
Развеянной луною.
Мы стали вновь людьми,
Как раньше,
Чтобы умереть.
Всё в вальсе кружится вокруг
И пляж, и море, и луна,
И наши страстные тела,
Теперь уж за руки держась,
Отправятся
В тот путь далекий,
Откуда нет возврата.
И будет с нами лишь свобода,
Полет из мира тех вампиров
Мы совершили.
Бумажный змей вдруг стал
Драконом
Яростной любви.
И беспощадным на земле нет места,
Так пойте песнь!
Так пойте песнь!
Не быть вампиром,
Вот блаженство!
Не быть совсем,
Вот наш ответ!

ВЕСНА

А вообще,
Весна всегда наступала неожиданно:
Ждешь, ждешь ее,
А выходя из дому,
Идя по этой каше слякоти подтаявшего снега
И грязи,
Думаешь и мечтаешь о ней
Наиболее сильно.
Представляешь себе, как наконец-то
Всё растает,
Покажется долгожданный сухой асфальт,
Сначала редкими просветами,
А затем и вовсе обнажится
Под лучами солнца;
Набухнут душистые почки,
Затем распустятся листья,
И будет стоять такой запах,
Что выходя из затхлого подъезда
Своего дома
Он ударит тебе в ноздри.
И будет в этом духе
Вся
Весна.
Во всей ее появившейся
Красе,
Свежести
Проснувшейся природы,
Порывах теплого ветерка,
Обдувающего волосы на голове
(а ты уже, наконец, без головного убора!),
Дыхания земли,
Сквозь которую пробивается
Зеленеющая травка,
Чириканья птиц,
И сильного желания пойти гулять,
Неважно куда.
И ты звонишь кому-нибудь,
Кто-бы составил тебе компанию.
И забываешь, наконец-то,
Что совсем недавно только
Была зима и холод,
И что тебе снова надо
Искать работу.

ВЕЧНОЕ СЕГОДНЯ

Пашни распахали
Да посадили семя
Потом излишки собирали
Но голодные всё время

Рубахи износили
Дырки на заплаты
Водка да могила
Наши рыцарские латы

Руки онемели
Мысли все устали
Мозги заплесневели
Как же вы достали

Надежды молодых
Спрятали в палаты
С котомкой на плечах
Забрали во солдаты

Советом облепили
Как та злая сводня
Годы золотые
Вечное сегодня

Калачи на блюде
Всё теплее смеху
Посмеются люди
Над собою сверху

ВНЕ ПЛАНА

Люди
Собрались все однажды
И договорились о том,
Как всё должно быть
И какими все должны быть.
И чтобы никто, ни в коем случае,
Не выбивался из этого плана.
Будем все одинаковые,
Будем все жить одинаково
И будем счастливы.
Но есть одна проблема.
Когда вы все договаривались,
Меня среди вас не было.
Тра-ля-ля

ВОПРОСНИК

Можно ли не участвовать в войне
Если не хочешь убивать?
Можно ли заниматься в жизни тем, чем хочется,
И не умереть с голоду?
Можно ли на завтрак есть яичницу с сыром,
Если не в восторге от черной икры?
Можно ли ходить пешком,
Если равнодушен к автомобилям?
Можно ли жить там, где хочешь
И не быть выгнанным?
Можно ли иметь крышу над головой,
Чтобы не жить на улице?
Можно ли иметь ответственность
За действия умалишенных?
Можно ли вставать утром, когда проснешься,
А не когда звучит гудок галеры?
Можно ли назвать этот мир добрым,
Если миллионы умирают на улице от голода?
Можно ли жить с радостью,
Если вокруг ее почти нет?
Можно ли думать о том, о чем хочешь,
А не о том, о чем думает большинство?
Можно ли вообще научить всех людей думать?
Можно ли бросать мусор в мусорку,
А не в клумбу с цветами?
Можно ли не уничтожать деревья,
Чтобы построить очередной торговый центр?
Можно ли считать этот мир прекрасным,
Если возникают такие вопросы?

ВОСПОМИНАНИЕ

Я видел Гавану,
Видел ее улицы и улочки,
Вдыхал ее воздух носоглоткой,
Пил взгляды ее сточных канав,
Невероятной зелени вокруг,
Красивых людей,
Обшарпанных домов
И тех ее машин, что западают в душу.
Тех самых.
Я обнимался с призраком Хемингуэя
Во «Флоридите»,
И та певичка
Истерзала мне сердце своими песнями.
И терзает до сих пор.
Дорога к океану, сквозь сок
Тех пальм.
И океан,
Обнимающий,
Огромный,
Пеной в ноги и внутрь меня
Проник навсегда…
А потом дорога домой.
Перелёт,
12 часов…
А потом прошли дни,
Недели,
Месяцы,
Года…
Я пережил
Два десятка работ,
И кучу времен года.
Сменил
Ворох привычек,
И не одну тысячу носков…
И вот я как-то купил себе пойла,
Раскошелился на недорогую сигару,
Наполнил стакан.
Отхлебнул.
Потом раскурил сигару, набрал полные щёки,
Пыхнул в пространство.
Откинулся на спинку стула.
Закрыл глаза.
Я видел Гавану…

ВСЁ ВПЕРЕДИ

Старик
В оранжевом плаще
Сел в
Большую Лодку,
И
Полный искренней
Радости
И
Счастья,
молвил:
– И когда вам станет грустно,
Независимо от того,
Сколько вам лет,
Всегда знайте,
Что все Прекрасное еще впереди…

ВСЕ ЗВУКИ ДРУГИЕ

Бездомная собака
Виляла хвостом,
Гавкала на прохожих.
И почему
Это называется словом
«Гавкать»?
– Ауаф! Ауаф! —
Проауафил
Пес-мокрый нос-дашь пожрать-могу другом стать.

ВСЕ РАВНЫ И ВСЁ РАВНО

Задохнуться и не брать
Обосраться и не жить
Мне карьера не нужна
Дайте просто всё равно
Дольше будем уставать
Развели меня на долг
Это место не моё
Греет спину пылесос
Все тарелки залились
Радость полные штаны
Можно медом дорожить
Жизни точно потекли
Буря мне никак не ждет
Фикус колет подлецо
Шорты больше не нужны
Голым буду всё равно

ВСТРЕЧА. ПЬЯНКА

Бесконечностью
Взрывалось все вокруг,
Кусками разлетаясь
В разные стороны.
Шматки затухшего мяса
Сырых будней
Будоражили взор
И память.
Луна маленькая,
А ночь тогда была глубокая,
Как погружение.
Вверх или вниз?
Ха-ха, держите меня крепче
И наливайте повыше.
Будем.
Быть добру.
Запахи промозглого вечера
Осели мурашками по рукам,
От локтя к запястью.
Те три доски, из которых лавка,
Совсем темны,
На них бутылка и сухарики.
Пластмассовых стаканчиков два.
И нас двое.
Молчим,
Разговариваем мало
И пьем.
До утра не дотянуть,
Это точно.
Жрать охота очень.
Деньги уже кончились.
Разлили
И продолжили…
Жить?

ВЧЕРА И ДАВНО

Давно всё это было.
Вчера.
Этот велосипед,
Палки вместо шпаг,
Листья вместо денег.
Футбол на школьном дворе,
Пиво у подъезда на посошок,
Песни в темноте, в сигаретном дыму.
Разговоры о девушках.
Задумчивость мечты.
Пакет с учебниками,
Оценки по всем предметам.
Изгнание из рая одиночества.
Мультфильмы по выходным,
Одни джинсы на все времена года.
Рука в руке,
Первый поцелуй,
Запах женской шеи,
Первое внезапное похмелье.
Радости от мороженого.
Да, давно всё это было.
Давно прошли эти пейзажи.
Давно…

ГЛАЗА НА ПЛОЩАДИ

Как статуя Давида смотрит отрешенно,
Как в одном взгляде миллион взглядов,
Холодно, как зима без конца.
И эта отрешенность порабощает,
И манит.
Привлекательность отрешённости.
Величайшая ценность этого мира.
Безмолвие как судьба.
Оставили в покое это безумство
И боль,
Выросли до необъятных размеров
Мыльного пузыря.
А когда он лопнет,
То накроет всех.
И будут плеваться мыльными слюнями
Всю оставшуюся жизнь.
Это комедия ужасов,
Так думал я, пока ждал вечера
30 мая 2023 года.
Бесконечность камня среди площади,
Глаза Давида,
Глаза жизни.
Что-то зарождалось во мне.
За окном было солнце, тепло,
Моя кошка просит жрать,
А я будто стоял на площади.
Как камень,
Как миллион взглядов.
И было тревожно,
Но я больше не боялся.

ГЛОТОК СВОБОДЫ

Я забил на бриться в рассвете
Я стал скоблить раз в неделю
Я стал жрать попроще в ладонях
Картошка, макароны, водица
Глоток свободы
Глоток свободы
Я перестал пожимать руки
Я выключил свой телефон
Я не вышел сегодня на работу
А пошел бродить по степи
Глоток свободы
Глоток свободы
Я начал всем улыбаться людям
Я уничтожил внутри себя «Яндекс»
Я уронил в своё сердце смиренье
Да растворился взахлеб сам собою
Глоток свободы
Глоток свободы

ГОЛОС

Я голос пьяных телефонных кнопок,
Поворота к родному подъезду,
Дворовых деревянных скамеек,
Дешевого пива в магазине,
Мозолей на ладонях,
Работяг с забытыми судьбами,
Парней на остановках
В ожидании последнего троллейбуса,
Щетины несбывшихся надежд,
Пустых от недогона карманов,
И слёз в подушку скрытого мужского одиночества.
Я буду революцией дождя под капюшоном,
Сырых ботинок,
И местью за нас всех словом,
Что сжигает калёным железом
Несправедливость
И лбы наших работодателей.
Я буду этим голосом…

ГОРОДСКАЯ ПОГУЛКА

Пшы-шш, пшы-шш.
Я за ручку сковородку,
Яичница шипит, жарится.
Пшы-шш, пшы-шш.
Ух, пахнет.
Сыром посыпаю, размазывается он, пышет духом,
Как и утро,
Как и солнце за окном.
На майку капля масла отлетела,
Пальцем смазал, да об штаны домашние,
Плохая привычка,
А к полотенцу тянуться,
Вон в метре на стене у мойки висит, на крючке.
Готово, ставлю на доску, всю в полосах от ножа,
Крышку снял,
Паром ппых-дыхнуло-пахнет жарко,
Вкусно.
Ем, ем, ем.
Поел, да к мойке,
Там со средством моющим, пеной по кистям,
Да запах,
А потом чисто, а потом в шкаф, что повыше, над мойкой.
В комнату,
Налево, сел на диван,
Носок раз, носок два,
Джинсы, ремень застегнул, майку домашнюю скинул.
Пятнышко от масла осталось,
Ничего, отстирается.
Потом рубашку с коротким рукавом,
Потом в прихожую.
Наклонился, обулся, распрямился,
Может в зеркало?
А, ну его к чёрту.
Открыл дверь и на площадку,
Потом по ступенькам, потом из подъезда.
А там утро и лето.
Лето и солнце.
Лето, солнце и новый день.
Лето, солнце, новый день и я пошел за пивом.
Месяц не пил спиртного, а тут пошёл за бутылкой пива.
Ну, вот и купил её.
Одинокую, запотевшую от холодильника,
Прохлада в руке приятная.
Ага, в руке прохлада,
А в душе теплота, да радость дурацкая.
От бутылки пива.
Сел на лавочку, во дворе, не в своём.
Да всё равно где.
Открыл, глотнул.
Будто ритуал исполнил.
Оказалось, вкуснее, чем каждый день литрами хлестать.
Через горло внутрь, холодненькое ручьем пошло,
Остановился.
Хорошо.
Отрыжка, потом ещё глотнул.
Нет, надо было две брать,
Ведь есть ещё немножко денег, как раз на вторую хватит.
Допил,
Поставил тихо рядом с лавкой,
Урны поблизости нет,
А кто-нибудь подберёт, да сдаст её, пустую.
Для другого в неё пиво нальют,
Для другого прохладу в руку,
Да радость внутрь,
Для другого уже,
Не для меня.
Вряд ли та же попадется.
Я встаю и иду за второй.
Потом домой не пошёл, а приятелю позвонил.
Пока ждал его, а ждал со скукой,
Всё стоял и переминался с ноги на ногу,
Так вот, пока ждал, то и второе пиво булькнул,
Да вообще отлично стало,
Хорошо и легче.
А вон и приятель чешет, улыбается, рукой машет,
Потом подошёл,
Поздоровались, да в сторону центра пошли.
Хорошо, что у него деньги есть сегодня,
Хорошо.
Идем, болтаем,
Деревья с магазинами слева,
Машины, троллейбусы рогатые,
Да машины, машины справа.
Идем, болтаем, прямо смотрим.
Люди идут куда-то,
А нам не важно, мы знаем, куда идём.
И знаем, где выбор побольше и подешевле.
А вот и центр, повернули к магазину.
Зашли.
Ну, что тут есть вкусного?
Ну вот, точно.
Вкусное есть, да по приемлемой цене.
Взяли вкусного две трехлитровые светлого.
Холодненькие.
Да и вес у них приятный.
Опять пиво.
Опять много.
Я неисправим.
На лавку, да чтобы народу вокруг никого, как мы любим,
К лавке этой подошли, поставили.
Разлили по пластиковым поллитровым,
Да треснули.
Ах, хорошо.
Потом ещё долили, чтобы поинтересней.
Стоим, болтаем.
Что читал в последнее время?
Да?
Надо тоже почитать, давно хотел.
Не, я всегда здесь беру, когда в центре.
Подешевле.
Смотрел футбол вчера?
Клубный отстой, все за бабло, да так неинтересно.
Наливай, что ли.
Не гони, не так быстро.
Краев не видишь?
Ну, давай, дружище.
Гляди, какие девчонки пошли.
Да ну, ты на них посмотри, нам ловить нечего.
У меня даже джинсы эконом-класса.
Ха, прикольно, даже и не скажешь.
А у меня вообще из сэкенд-хэнда.
Не, хорошее пиво, будто год не пил.
Щас бы рыбки или фисташек солёных.
А деньги есть ещё?
Жаль.
Да пофиг, так тоже хорошо.
Потом, может, что и придумаем.
Не впервой.
А вон и девчонки ушли.
Наливай ещё.
Повезло сегодня с погодкой, да?
А то две недели дожди, достало уже.
Прикинь, я вчера чуть ползарплаты не пропил.
Да ладно?
Напился, короче, взгрустнулось.
Вон смотри, ещё две симпатичные идут.
Вроде на нас посмотрели.
Подкатим?
А, они ждут кого-то.
Точно, вот какие-то два обморока к ним подвалили.
Не, ну почему бабы с такими уродами тусуются?
Прикид, будто он живет в спортзале на матах,
А рожа, будто вчера из тюрьмы вышел.
Говорят, некоторые девушки любят такой тип.
Тип?
Это не тип, а эмбрион неандертальца пополам
с баскетбольным мячом.
Ха, давай, наливай.
Блин, пиво, как всегда, быстро заканчивается.
У меня тут приятель недалеко живет, можно у него ещё
на пиво занять.
А он даст?
Да должен, если дома. Я всегда вовремя отдаю.
Щас, допью.
Ага, пошли.
Идём, идём, идём, стой, машина.
Перешли, потом во двор.
В подъезд, к двери подошли, звоним.
Дверь открылась,
Здорово, привет, как дела, что делаешь.
Ничего, телек смотрю.
Вылазь на улицу, погодка отличная.
Да ну, я только пришёл.
Есть взаймы до зарплаты?
А сколько надо?
Щас вынесу.
Ждём.
Ага, принёс, суёт, держи, бери.
Спасибо, дружище, до встречи.
Созвонимся.
Давай, созвонимся.
Вышли на улицу, потом в магазин.
Взяли ещё две трехлитровые.
Ну, все, точно сегодня нажрусь. К гадалке не ходи.
Пошли на другое место, то было занято.
Тоже парни, тоже пиво.
Да пофиг, мы другие места знаем.
Идти десять минут.
Шли, шли, прикалывались, смеялись,
Хорошо уже нам было.
Ещё бы, по столько выпить.
То ли ещё будет.
Дошли до места, присели.
Расслабон, ага, ноги вытянул аж.
Шея затекла, пошевелил ей, влево, вправо.
Полегче.
Пузо уже надулось изрядно.
Давай, наливай.
Блюк-блюк-налился стакан.
Блюк-блюк-второй по полной.
Отхлебнули, пена чуть на губах, как усики, рукой стёр.
Хорошо пошло.
Вроде только встретились, а дело уже к вечеру.
Народу в центр прибыло.
Многие с пивом, шагами мимо,
Да на лавку напротив, на лавку справа, на лавку слева.
Это давит.
Люди рядом, их много.
Они смотрят, слушают, поглядывают, шумят.
Давит.
Мы одну допили, а со второй пошли в другое место.
Ну, и к лучшему.
То место ближе к дому.
Дошли почти мгновенно, как казалось.
А по времени минут пятнадцать шли.
Шли, разговаривали, смеялись по пустякам.
Веселые пустяки.
Машин к вечеру ещё больше.
Куда их столько? Кто-нибудь это контролирует?
Никто.
Идём, идём, а вот и наше место.
Рядом с магазином детских игрушек. Народу почти нет.
Уже вечер и магазин закрыт.
Ближайшая компания через три лавки.
Отлично.
Присели, разлили.
Хорошее пиво.
Люблю такое.
Я тоже.
Я больше светлое.
И я.
Какие планы на завтра?
Дома буду отдыхать.
Да и я, наверное.
Мать просила на рынок с ней сходить.
Овощей надо купить.
А завтра дождь вроде обещали.
Если дождь, то и без овощей обойдемся,
Еды что ли дома нет.
С голоду не помрём.
Это точно, но хотелось бы жить получше.
Нам из своего социального класса не выкарабкаться.
Разве?
Точно тебе говорю.
А что тогда делать?
Я пока терплю.
Почему пока?
Ищу способ.
Что за способ?
Жить и радоваться жизни.
Нам такой шанс светит?
Он светит всем одинаково, просто некоторые идут
Не на его свет.
А на какой?
Пожалуй, на свет светофора.
Что, серьёзно?
Абсолютно. По крайней мере, большинство.
Никогда об этом не думал.
А ты подумай, и сразу поймешь,
Что стоишь перед светофором.
Наливай.
Быть добру.
По любому, добру быть.
Хочется верить.
А ты будь уверен. Это самое главное.
Наверное, даже важней надежды.
Щас бы ещё пивка.
Не, я пас. Уже еле на ногах стою.
Не столько пьян, сколько разморило.
Смотри, видишь там недалеко девчонок?
Где?
Да вон на соседней лавке.
Ну да.
Подкатим?
Думаю, не стоит, мы уже пьяны.
Думаешь?
Ну да.
Компания какая-то мимо прошла.
Совсем стемнело.
Попрохладней стало.
Хорошо.
Свежо.
Бодрит.
Все по фэн-шую.
Допиваем?
Разливай.
Ну, всё. Давай по домам.
Может, пешком?
Ну конечно, что тут идти.
Идём, идём, идём,
Дошли до места, где расходиться.
Ну, пока, дружище, спокойной ночи, созвонимся.
Созвонимся.
Прошел мимо кто-то. Сигарету спросили. У нас не было.
Ну, давай, на связи, если что.
Давай, пока.
Руку друг другу пожали.
Я пошел, иду, как в тумане.
И не рад ни капли, что пьян.
Просто иду.
Зашел во двор, потом в свой подъезд, к себе по лестнице,
Дверь ключом вправо, два раза,
Хлоп-открыл, ключом ещё раз изнутри, щелкнуло.
Закрыл.
Разулся,
Потом в комнату,
Одежду скинул неряшливо,
Да в постель плюх.
Уснул мгновенно.
Ещё бы, такое снотворное.
Получше ведра валерьянки будет.
Проснулся уже утром.

ГОСУДАРСТВО

Лица обмануты
Звуки усопшие
Партии проданы
Говна с три короба
Денег мешки ушли
Не было радости
Фабрики взорваны
Люди все спятили
Шрамы напомнили
Прошлое унеслось
Грязью
Вагонами
Страдания завались
Звезды полощатся
Крики замешкались
Звонко и издавна
Гудит государство
Солнце распахнуто
Двери открытые
Грудь вся изорвана
Знамя колышется
Быль поросла травой
Святость немыслима
Будет всегда со мной
Безмерность великая

ГРИГОРИЙ УРЯКИН ЕДЕТ НА РОДИНУ

В детстве звали Гришкой,
А нынче все по отчеству
Такая смеялась тогда
Ерунда

Отец был военным
А мама – рабочая
Такая жила у них
Простота

Потом был в училище
Отучился на токаря
Такая была у него
Суета

А вернувшись из армии
Намыкался горюшка
Тогда вдруг случилась с ним
Пустота

Урякин – фамилия
Простая российская
Таких вот людей у нас
Вся страна

Жених он завидный был
Когда был непьющ ещё
Такая вот, братцы,
Тошнота

Судьба с ним случилася
Тоска да зелёная
Замучила до смерти
Вся суета

Забросил он книжки все
Разговоры и новости
Тогда вдруг открылась ему
Красота

Григорий Урякин едет на Родину
Отдал он соседу свой парчовый кафтан
Григорий Урякин добрался до Родины
Теперь он сам себе атаман

ДАЛЁКОЕ СВИДАНИЕ

Помню же
То наше далёкое свидание.
Мне было приятно,
Когда она меня поцеловала,
Когда я видел её красивое лицо,
Глаза,
Волосы.
Мне было приятно,
Когда принесли пиво, салат,
Потом ещё пиво,
Ещё приятней, надежней.
Я стал защищеннее от мира,
После салата и трех литров пива.
Смотрел в её глаза,
Поглядывал украдкой на её грудь.
Ноги.
Лицо.
Прогулка вдоль реки тоже,
Тоже была приятной.
Поцелуй у подъезда.
Прощание.
Пулемёт моего сердца.
Крылья до дома.
Потом время, события, время…
Река лет…
Пузо ещё больше, седина на башке.
Но мне было приятно.
Тогда.
В том кафе…

ДЖУНГЛИ

Оглянулся по сторонам.
Каменные джунгли вокруг.
Джунгли из стекла и бетона,
С разъезжающими повсюду
Уродливыми металлическими зверями.
И люди,
Вокруг люди.
Слишком, слишком много людей.
Нужно прекратить строить дома,
Выпускать машины
И бездумно плодиться.
Нужно сажать деревья,
Кустарники
И цветы.
Больше цветов.
От всего остального уже просто тошнит.

ДНЕВНИК МОРЯКА

«Ага, у моряка
Выбор всегда есть»,
Подумал
Раб на галере,
И сменил весло
Из левой руки
В правую.

ДОМ СТАРОГО ПРИВРАТНИКА

Из окон путь несметными богатствами восторга
Морских глубин изнеженных болот устали
Вчера все было как сейчас и тоже бестолково
Ромашки и деревья в танце брызгали глаза
Познать прекрасное творение медуз и рыб
Утрата будет так необходима в катастрофе
Сентябрь близок и тогда он одинок совсем
Движенье вдруг узнать в шагах по снегу
До дрожи в доме буду вас любить опять
Как сумерки ложатся в плечи будто шпага
На опостылевшем диване свечи зажигать не будем
Привратник всех убьет шампанским на рассвете
И змей гремучих шелест на кровати обовьёт
Два войска встретились под сводом Млечного Пути
Не посмотрев наверх в тоске тех пьяных лет
Безумие нам будет всем отрадой легкости
Кусайте все хлебы черствеющие дали на костре
Лучами брызг опять всех поливают сверху
То либо ангелы так плещутся в реке своей
Довольно слов и музыки враждебной всем
Как груди женские узрев на запах между ними
Волшебным веером взмахнуть удастся поутру
И снова дом как замок весь в любви опутанный тобою
Как-будто развлеченье всех цветов Вселенной
Победа будет без конца и края по стакану
До скорой встречи дивный день уж не вернётся
На бороде твоей не прорастет печаль дождя
И вскоре старость тела победим легко мы
Развеяв тучи наслажденья на диване
Ласкать тебя всем телом незаметно и игриво
Растить детей всем вовсе и не надо
Дороги всех путей обратно не вернутся
Из сущности своей уж лучше не вылазить
Вовсе
Никогда
Пастух устал и овцы его съели громогласно
Как оттепель упала в дивный сад
И дома ставни уж закрыты чешуёю
Медуз и рыб ромашки зацвели вчера
Уставший старец есть привратник снова
Шампанское отравленное всем подано к столу
Напейтесь досыта за память тех истлевших
Сейчас
И до утра

ДЫМ

Печаль и тоска уходят,
Растворившись,
В содеянном.
Из плена вырваться,
Остыть от сожалений,
Поднять хвосты трубой,
И улизнуть,
Построить своё гнездо,
Не заполнять ничем сие пространство.
К черту угольные шахты,
И раскопки неуспешной молодости,
Только сияние,
Только скорбь,
Только заполнение всех форм,
Затем вынырнуть обратно,
И дымом,
По полям,
По дорогам,
Клубиться.
Клубиться.
Клубиться.

ЖАЖДА ПОДВИГА

Если слишком часто
Думать о бейсбольной бите,
Лежащей у тебя в чулане,
Или о пистолете,
Лежащем в комнате в сейфе,
То рано или поздно
Ты их применишь.

ЖЕНЩИНА-ВАМП

Одевая свой черный плащ,
Ты смотришь в треснутое зеркало.
Там отражение других иных, чем ты,
Которым всё никак не успокоиться.
Потом яркая помада,
Потом шляпка и острый кинжал,
И он помещается в сумочку вполне.
Забрав с собой надежду,
Как подружку,
Идешь на бал, не ведая препятствий.
Эй, женщина-вамп, хватит грызть!
Эй, женщина-вамп, хватит пачкаться!
Бочка с дёгтем на улице
Опрокинулась
Тебе под ноги,
И красные лабутены.
Убей их тихо всех,
Не привлекай к себе вниманья.
Нет ничего прекраснее убийства
Твоим кинжалом в сердце.
Уж это будет превосходно.
Зрачки расширены,
Ноги не раздвинуты,
Все лишь игра тебе на радость
Истины глубокой,
Игрища кроватных слез.
Толпа не знает твою сладость,
Забудь о ней
Хоть на мгновенье ночи,
И сядь на стул,
Воткни кинжал свой
Себе в грудь.
Познай уже то счастье,
Что даришь всем не понимая,
Что творишь,
И, так и будет,
И, так и хватит,
Всем уличным бродягам.
Но не здесь.
Эй, женщина-вамп, прими
Своё лекарство!
Эй, женщина-вамп, отдохни
От поля брани, наконец!
Там, где забвенье целомудрия
Цветёт,
Там твое царство и сокровища
Нас ждут уже давно.
И это лучшая работа в мире.
Так было,
И так будет.

ЗАПАДНЯ

Моя пещера,
Забвением пахнущая,
Разлагающая
Забвение повсюду.
Разлагающая грусть
И слезы,
Обгрызанные в нервяке ногти.
Но мне
Некуда было деваться
Из западни.
Западня держала
Цепкими клыками,
Когтями,
Цепями,
Жратвой,
Квартплатой,
Деньгами,
Работодателями,
Видами смазливых баб,
Новыми штанами,
Традициями,
И чувством
Собственной значимости.

ЗАПАХ СВЕЖЕГО ХЛЕБА

Писать стихи в крепости
Сидя в нижнем белье за окном
Солнце пятнами блестит
И в задумчивости своей страсти
Тихо ставишь на плиту чайник
Чешешь макушку
Вот думаешь, а не пора ли стричься
Потом снова встаёшь
Завариваешь чай
И солнце за окном по-прежнему
На столе пахнет свежим хлебом
День склоняется к вечеру
А ты склоняешься к саморазрушению
И эта невозможность
Сахар
Соль
Лед на дне трюма, который тает
И затопило твой корабль
И кинематограф в последнее время отстой
Будто что-то случилось с этим миром
С самого первого дня
Что-то случилось

ЗАТЕРЯННЫЙ МИР

От природы ничего никому не нужно,
Разве что только то, чтобы совпало,
Всё совпало.
Желание и действительность,
Сумасшествие и здравомыслие,
Любовь и страсть,
Война и мир.
Но война не может быть мирной,
Как и нет такой роскоши у любви.
Может, Джойс обладал здравомыслием,
Кто знает, теперь и он
Уже не знает ничего,
Ему и не надо теперь.
На сегодняшний день буду забывать,
Пытаясь, снова и снова
Найти в себе место, где нет памяти,
Даже у могил она есть.
Но вы не спрашиваете у могил,
Вы вообще не спрашиваете.
Опять не совпали желание и действительность.
Важнее пытаться,
Но важнее потом бросить
Все это.
Лучше поздно, чем никогда.
И этому не учат в школах.
Правде жизни не нужны ваши умения,
А нужна лишь ваша готовность.
Без любви и страсти,
Без войны и мира,
Без надежды.
Окунаемся в поток реки,
Плывем, не зная куда,
И это и есть сумасшествие.
И оно – главное здравомыслие,
Тайна мира.
Да, в гребаных школах этому не учат.

ЗИМА. НАБЕРЕЖНАЯ. МАНДАРИН

Немного денег
Обнаружив в кармане,
Я решил пойти пропустить стаканчик.
В бар идти было дорого,
Поэтому,
Посетив по дороге небольшой продуктовый,
Я купил себе
Маленькую бутылочку
Дешевого виски.
И один мандарин.
Прошел через улицу,
Свернул к набережной.
Река была уже белая,
Вся в лыжне
И редких лыжниках.
А на набережной никого.
Превосходно.
То, что надо.
Я остановился у одной из лавочек,
Достал бутылочку,
Затем почистил
Мандаринчик.
Отхлебнул немного,
Закусил.
Отлично.
Постелил на лавку друг на дружку
Две варежки,
Присел.
Нормально.
Отхлебнул ещё.
Потом ещё.
Хорошо.
Погода была чудесная, солнечная.
Белая и зимняя.
Настроение у меня улучшилось
И я, щуря на солнышке глаза,
Смотрел просто перед собой.
Вот пожилая пара идет
Мимо,
Беседуют идут,
Глянули на меня,
Дальше пошли.
Зимой всегда дышится
И гуляется по-другому,
Не так, как в другие времена года.
И не из-за погоды даже.
А вообще.
Внутренне как-то иначе всё
Чувствуется,
Кажется,
Переживается.
И, хотя я не особенно любил зиму,
Она была мне симпатична.
Так я и сидел,
Изредка прихлебывая из бутылочки,
Да размышляя о своём.
Мне было хорошо.
Я вдруг подумал о том,
Где шляются
Все интересные
И хорошие девушки
Нашего города.
Я отхлебнул ещё.
Закусил последней долькой мандарина.
Потом совсем допил, что осталось.
Хорошо.
Но скучновато как-то.
Чуть стало смеркаться,
Я встал и пошел вдоль реки,
В сторону городского парка.
Кто катал на санках малышей,
Кто просто гулял,
А вон кто-то уже напился и орал песню.
Полицейских не было.
Это хорошо,
Хотя, в общем, я и не был пьян.
Мне было как-то спокойно,
Тихо и грустно.
Но грусть эта,
Словно озеро,
Укрытое ковром лилий,
Была красива
В своей одинокой
Печали.
Я ни о чем не думал,
А просто смотрел на людей,
По сторонам,
Смотрел на заходящее солнце.
Мне отчего-то вдруг показалось,
Что у меня в жизни
Непременно
Все будет хорошо,
Все наладится,
Образуется.
И лилии, что растут на
Том озере
Внутренней грусти,
Будто шептали мне тоже:
«Все будет хорошо, не грусти. Все будет хорошо».
И я шёл,
Снег под ногами хрупал,
А вокруг уже темнело.
Потом включили фонари
На дорожках парка,
Людей стало побольше,
Стало суетливей,
Оживленней.
Я сделал круг по парку,
Обошёл его весь.
Потом обошёл ещё раз.
День близился к концу, зимой рано темнеет.
Быстро прошёл хороший день, а хорошее вообще
Быстро проходит.
Но ведь и плохое
Проходит тоже.
Всё проходит.
Всё.
Я шёл домой по улице,
Не думая ни о чём.
И лилии на озере,
Что
Внутри меня,
Молчали в радостной,
Безмятежной грусти.
Мне было хорошо.

ЗЭЕШИТА

Он осторожно ступал лапами по сухим веткам, но все равно, под его весом они потрескивали, как ни старайся. Его звали Зэе, он был большим белым тигром, с черно-коричневыми полосами на белом мехе и голубыми глазами. Из всего потомства его родителей, он один был такого окраса. У остальных же котят, его братьев и сестер, так же как и у родителей, был обычный рыже-красный. Они жили в горной местности, местами поросшей небольшими лесными площадями, с вкраплениями редких маленьких озер. Единственное яркое воспоминание далекого детства, которое почему-то запомнилось Зэе, это когда он залез на небольшое дерево, а мать, урча, пыталась стащить его оттуда. Потом он, как и все тигры, разучился лазить по деревьям из-за своего веса. Но была одна особенность, которая всегда нравилась Зэе. Он очень любил купаться, барахтаться, фыркая в воде. К сожалению, в горах, где они жили, было только несколько небольших озер, поэтому ему не хватало простора для его большого, белого и пушистого тела. С детства родители обучали его, вместе с другими котятами, искусству тигриной охоты. Нужно было очень хитро уметь подкрадываться с подветренной стороны, перемещаться короткими осторожными шагами, часто припадая к земле. Но Зэе никак не мог понять, зачем нужно было убивать других животных, ведь вокруг в изобилии росли орехи, ягоды, съедобная трава. Но родители постоянно ему говорили о том, что без мяса нельзя, иначе не будет сил охотиться. Это был какой-то замкнутый круг, непонятный Зэе. К тому же, из-за его белого окраса, ему очень сложно было маскироваться, и добыча часто ускользала от него, что вызывало жуткое неодобрение его родителей, братьев и сестер. Охотились они, в основном, на диких кабанов и оленей, те водились здесь, но нужно было уходить подальше в горы, от пещеры, где они жили, так как добыча чуяла запах и жилье тигра на весьма далеком расстоянии.

Когда Зэе решил покинуть родительский дом и жить отдельно, он сам даже точно уже и не помнил. Просто он нашел хорошую пещеру, уютную, подальше от других тигров, чтобы никто не мешал ему выбирать между охотой и семьей, не ругал за неспособность убить или добить дергающегося в конвульсиях оленя. К тому же, среди тигров было принято постоянно менять самок, старательно оплодотворяя их, что тоже весьма не нравилось Зэе. Подготовив себе пещеру, он натаскал туда мягкой, душистой травы, цветов, какие мог только найти в горах и вел обычный, для всех тигров, образ жизни: днем спал, утром и вечером рыскал в поисках пищи, которую любил: ягоды, дикие яблоки, древесные грибы, сочная зеленая трава. Охотиться он так и не научился, правда, без мяса поначалу было тяжело, но Зэе стал привыкать.

И вот настал тот день, когда они встретились. Она была черная пантера, с блестящим бархатным телом, с огромными горящими ярко-янтарными глазами, красивыми до невероятности и глубокими до тонущей бесконечности. Ее звали Шита. Встретившись на узкой тропе в горах, они приблизились, обнюхали друг друга. Он сразу обратил внимание на ее черную, очень грациозную фигуру и почувствовал, что что-то глубоко родное наконец-то пришло в его жизнь и, что самое удивительное, он был уверен, что и Шита испытала то же самое. С самого первого мгновения их встречи, они уже знали, что им нельзя расставаться и, так как Шита только искала подходящую пещеру в этих горах, они пошли жить к Зэе.

Начались дни, полные счастья, незабываемой свободы и любви. Они ели, когда были голодны, спали, когда хотели спать. Однажды, гуляя по горам, они зашли довольно высоко, и Зэе уже пожалел было, что повел Шиту показать долину с высоты. В одном месте, тропинка огибала скалу над пропастью и, чтобы пройти, нужно было встать на маленький выступ размером с небольшой камень, но под ним уже не было никакой опоры. Опасным был только один шаг, дальше горная тропинка шла нормально. Зэе долго не мог сделать этого шага, несколько минут топтался на месте, переминаясь лапами. Шита шла чуть позади, засмотревшись видом сверху. Но, в конце концов, Зэе решился и сделал этот шаг, порядочно при этом испугавшись. Ему стало интересно, как это место пройдет Шита, тем более, могла понадобиться его помощь. Но… Шита этого места просто не заметила – прошла спокойно, изящно, словно оно ничем не отличалось от остальной тропинки. Для Зэе это было шоком. Он вдруг понял, что они с Шитой перемещаются как-бы в разных пространствах, хотя, фактически, место было одним и тем же. Увидев его удивленный взгляд, она подняла свои большие, ярко-янтарные глаза и промурлыкала: «Что именно видит все это? И что то, что обо всем этом думает? Посмотри вглубь себя, Зэе, там есть ответ».

В другой раз, они переходили через узкую горную речушку, даже ручей. Зэе первый перебрался на тот берег, вылез, фыркая и отряхиваясь своим белым мехом. Когда перебралась и Шита, она подошла к нему грациозной поступью и сказала:

– У тебя намокли твои лапы, тело и хвост, но холодная вода ручья не прикоснулась к тебе настоящему. Ты как-бы смотрел на это, понимаешь?

– Откуда ты это все знаешь? – спросил очень удивленно Зэе.

– Ты что, это же высшее древнее знание. Я его узнала из разных притч, но, на самом деле, это знание существовало задолго до всего, – ответила, мурлыкая, Шита.

– И что это за учение, оно имеет название?

– В общем, нет. Это просто Знание, или, как его ещё называют, Вечный Закон. Для нас, животных, его передала корова мудреца Васиштхи.

– Прямо таки корова? – снова удивился Зэе.

– Именно. Вышла из кустов, махнула хвостом и передала, – мурлыкнула Шита.

– А почему ты узнала это все из этих мудрых притч?

– Да так, книжка одна попалась… но все это учение в той или иной форме содержится во всех религиях белых обезьян. Просто в тех из них, в которых слишком полно всяких ненужных ритуалов, это знание более скрыто.

Зэе ничего не понял, но эти слова очень взволновали его, он никогда не слышал подобных суждений. Но в них было что-то завораживающее и, пока, малопонятное ему.

В этот вечер у них впервые произошел Акт Любви. Зэе никогда не испытывал ничего подобного, будто бы слился с самой Вселенной, испытал разом, и одновременно, все физические и душевные наслаждения, какие только могут быть. Это было неземное блаженство, и он хотел только, чтобы оно никогда не кончалось. Но, когда все закончилось, оказалось, что прошла ночь. Уже утро. И Зэе понял, что то, что он пережил – не поддается описанию…

У Шиты была одна особенность, которая ему безумно нравилась. Когда она пробуждалась ото сна, она издавала приятное мурлыкающее пение. Все ее бархатное черное тело источало особый, ни с чем несравнимый аромат. Из ее рта всегда шел восхитительный поток удивительно пахнущего дыхания. Проснувшись как-то, она промурлыкала: «Мы с тобой любим друг друга, и значит – мы одно целое». Зэе, приподнявшись и потянувшись лапами, засмеялся: «А если мы одно целое, то тогда мы – Зэешита?». «Ну да», улыбнувшись, промурлыкала Шита.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.