Сергей Чимсов
Отряд "ГМО": Герои трех миров

Глава 1. Крайняя мера

Верховный главнокомандующий готов был ударить кулаком по столу от негодования, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Темный продолговатый силуэт во главе конференц-стола лишь слегка склонил голову в задумчивости. Напротив него мерцала проекция карты страны с несколькими бесформенными красными областями на ней, а вокруг генерала сидели другие темные фигуры и терпеливо ждали ответа. Сверкнули стекла очков, и главнокомандующий, наконец, произнес:

– Ситуация критическая. Задействуйте все ресурсы.

– Привлечь армию, сэр? – спросила ближайшая из фигур.

Едва слышно, сквозь зубы главнокомандующий выговорил мысль, от которой ему хотелось взорваться на месте, но сейчас он был вынужден признать ее справедливость:

– Армии здесь недостаточно, – и тут же он решительней добавил, – нам нужны ГМО.

– Участники проекта ГМО? Но разве мы не должны…

– Выполнять!

– Есть, cэр!

В зале зажегся свет. Кукуруза, несколько баклажанов и тыква встали из-за стола, отсалютовали кабачку и покинули кабинет.

Через пару минут один из баклажанов вернулся с докладом:

– Мы собрали необходимую информацию, cэр!

Проекция карты на экране сменилась изображением файла досье, в верхнем углу которого располагалось портретное фото огурца в бежевой шляпе-федоре и с зелеными завитыми усиками под носом. Баклажан в деловом костюме продолжал: «Огурец Бенедикт. Обладает незаурядными умственными способностями, превышающими уровень среднестатистического плодвоща в десятки раз. На данный момент уже девять лет работает частным сыщиком, и за ним не числится ни одного незавершенного расследования».

Слайды с изображением рослого огурца в бежевом тренчкоте вновь сменились текстом документа. На этот раз без фото.

«Маслина. Ее называют Неуловимая. Позывной: Пуля. Действующий международный спецагент Организации. Данные о ней засекречены на самом высшем уровне. Известно только одно: она способна перемещаться со скоростью, многократно превышающей скорость звука»

Сделав паузу, Баклажан добавил:

– Если необходимо, мы можем запросить дополнительную информацию о ней. Чрезвычайное положение дает вам такие полномочия…

– Отставить. Это лишнее. Мы и так знакомы.

Напряженно сглотнув, Баклажан покосился на кабачка в генеральских погонах и быстро пролистал слайды с нечеткими фотографиями некого темного объекта в движении. Наконец открылось последнее досье. Из верхнего угла файла на генерала смотрело широкое красное лицо, растянутое довольной улыбкой, глаза же были скрыты темными очками.

«Перец Чад. Также известен под именем "Суперперец". Днем работает портовым грузчиком, а по ночам гоняется за грабителями и мелкими разбойниками. Не блещет умом, но невероятно силен, а также способен к левитации и регенерации».

– Суперперец… – генерал скептически нахмурился и покачал головой. – Вы уверены на счет него?

– Абсолютно, cэр. Он полностью под нашим контролем. Благодаря ему полиция в прошлом году вышла на крупный пестицидокартель, а годом ранее было поймано несколько торговцев…

– Ясно, – прервал главнокомандующий. – Доставьте их в штаб.

Кабачок медленно поднялся из-за стола, поправил очки и добавил: «Судьба целого мира теперь на их плечах».

Глава 2. Нежданные гости

Устало вздохнув, Бенедикт закрыл картонную папку и перевел задумчивый взгляд в кабинетное окно – туда, где в нежно-персиковом свете уличных фонарей сновали блестящие автомобили и гуляли разодетые плодвощи, беззаботно коротая прохладный августовский вечер. Если бы не странные дымчатые облака, заволакивавшие звездное небо, этот вечер можно было бы назвать идеальным для прогулки, но сейчас возможность выбраться из дома совсем не привлекала Бенедикта – его мучило одно незавершенное дело.

Преступление произошло две недели назад. Свидетели опрошены. Мотивы определены. Преступник пойман. Но кто заказчик? Каждый раз думая об этом, Бенедикт снова и снова приходил к одному и тому же выводу, и это начинало его злить. Опять он. Уже пятое дело уводит следами к Тому-Кого-Нельзя-Называть.

Детектив усмехнулся. Нет уж, называть его никто ему не запретит. Бенедикт дал ему имя «Бекар» в честь знака на нотном стане. Подобным, но перевернутым символом были подписаны все конверты с деньгами и письмами, которые получали преступники. А последний конверт предназначался ему – детективу.

«Твой ход, Бенедикт. Решишься или снова струсишь?», – только эти слова в записке, и больше ничего.

Бекар играл с ним. Издевался. Бросал вызов. Он знал, что Бенедикту запрещено направлять расследование в его сторону. И он знал, что Бенедикт этого страстно желает.

Черный цельнометаллический фургон медленно проехал по улице и свернул к дому Бенедикта. Увидев его, детектив задернул занавеску, взял папку и погрузил ее вглубь сейфа, где была потайная стенка – особое место для запретного, но дорогого сердцу архива, отмеченного знаком бекара. Как только щелкнул замок сейфа, в дверь квартиры постучали. Четыре ритмичных удара, будто в такт шагам армейского строя во время муштры на плацу. Они всегда так стучат. У тех, кто с ними знаком, после этого стука сердце обычно начинает биться так же ритмично и гулко, но Бенедикт был спокоен.

Он подошел к двери и, не глядя в глазок, открыл защелку. Перед ним на пороге стояли двое: низенькая женщина-помидор и высокий тонкий мужчина-морковь. Оба в одинаковых строгих костюмах и с одинаково строгими лицами.

– Собирайтесь, мистер Бенедикт, – сказала помидор, пока морковь обследовал настороженными взглядом аскетичное и старомодное убранство квартиры за спиной детектива.

– Вот так, даже без приветствия? – ответил Бенедикт и отступил от двери, пропуская нежданных гостей внутрь. – Проходите. Расскажете, зачем пожаловали.

Помидор покачала головой так, что из этого жеста стало ясно: дело крайне серьезное. Впрочем, агенты Организации редко приходят по каким-то другим делам. И еще реже заявляются подобным образом, в открытую, припарковывая свои фургоны во дворе жилого дома, будто это обычная машина, а они – обычные плодвощи. Все это значило, что ситуация не просто тяжелая, а чрезвычайная.

– У нас мало времени, – прибавила помидор и без того уже очевидное для Бенедикта.

– Что ж, в таком случае, хотя бы скажите, куда мы едем? – спросил огурец, накидывая бежевый плащ и снимая с крючка шляпу.

– В штаб, – отрезал морковь.

Надев головной убор, Бенедикт шагнул в объятия прохладного летнего вечера за порогом. Но наслаждался он ими недолго.

В фургоне не было окон – лишь мягкие серые кресла по обоим бортам и пара встроенных мониторов над ними. И, так как мониторы транслировали только пыльную пустоту, единственным источником света оставался ряд холодных диодных ламп на потолке. В кресле напротив Бенедикта сидел морковь, и изучающим взглядом сканировал пассажира.

– Не волнуйтесь, мистер Бенедикт, вы не задержаны.

– Я знаю.

Морковь усмехнулся уверенному тону, с которым ответил собеседник. Он привык, что плодвощи чувствуют себя неуютно, когда оказываются в фургоне Организации, и ожидал той же реакции от детектива.

– А могли бы быть, – сообщил морковь, прищурившись – все-таки, ему было привычнее, когда пассажиры ощущают дискомфорт.

– Отчего же?

– Ваше последнее дело. Оно ведь снова связано с участником проекта ГМО, не так ли?

– Верно. Вы хорошо осведомлены о моих расследованиях.

– Поверьте, мы осведомлены гораздо лучше, чем вы можете представить. Нам известно, что вы предпринимали попытки добыть информацию об этом преступнике. И даже дали ему имя. Бекар, если не ошибаюсь. Весьма звучно.

– Допустим я этого и не скрывал. К чему вы клоните, агент? Разве я сделал что-то запрещенное?

– Пока нет. Но моя обязанность – предостеречь вас. И напомнить о соглашении, которое вы заключили. Организация не вмешивается в ваши дела, а вы…

– … не вмешиваюсь в дела Организации. Я помню, агент. Бекар… этот член ГМО вне моих расследований. Мне лишь нужен был дополнительный материал, чтобы закрыть дело. И я его получил, – заявил Бенедикт, всеми силами стараясь выглядеть перед агентом совершенно незаинтересованным в предмете разговора, и сразу поспешил сменить тему, – Так в чем же срочность этой поездки?

– Узнаете на месте, – буркнул морковь.

«Он и сам ничего не знает», – понял Бенедикт.

Фургон затрясся и загудел. Бенедикт почувствовал, как закружилась голова и заложило уши, но уже через несколько секунд все вернулось в норму.

Черный фургон, поднявшийся над пустынной загородной трассой, растворился в воздухе.

Глава 3. Две Пули

Маслина нажала на кнопку наручных часов, и десятиминутный таймер начал обратный отсчет. Вверх по лестнице на пятый этаж, прямо по коридору, мимо дверей кабинетов финансовых, гражданских, военных департаментов до второго поворота, затем налево, еще раз налево и прямо. Вот она уже у нужной двери. Из-за поворота доносится звук медленно приближающихся шагов.

Маслина снова взглянула на часы – электронное табло показывало 9:7:503. Она неторопливо вошла в кабинет. Это была комната с массивной лакированной мебелью в коричневых тонах и строгих линиях. Посередине стоял Т-образный стол с большим креслом с одной стороны и тремя креслами поменьше – напротив. Маслина подошла к столу и уселась в самое большое.

Перед ней лежала толстенная стопка документов, которую она принялась перебирать. Найдя, наконец, нужный листок, Пуля выложила его наверх. Часы на руке показывали 9:5:329. Маслина откинулась в кресле, повернулась чуть левее, потом чуть правее, встала, подошла к окну, приоткрыла жалюзи, вернулась в кресло, закинула ногу на ногу, подправила рамку с фотографией на углу стола. Замок на двери щелкнул.

Маслина направилась к шкафу в другом конце комнаты. В нем висели несколько смокингов и парадных мундиров на разные случаи. Она втиснулась между ними и закрыла за собой дверь. На часах 9:3:820.

В кабинет вошел корпулентный кабачок в генеральском кителе, а за ним еще пятеро. Два баклажана отсалютовали и сразу же покинули кабинет. Трое оставшихся внимательно смотрели на генерала.

– Присядьте, – сказал он.

Огурец в шляпе-федоре, перец в нелепой зеленой майке с плащом и маслина в черном облегающем комбинезоне заняли места за столом, и верховный главнокомандующий начал:

– Полагаю, друг другу вас уже представили. И вы наверняка поняли, что, раз оказались здесь, на то была веская причина. И эта причина – Бекар. Так он себя называет. Кто-то из вас уже с ним знаком, – генерал пристально посмотрел на опешившего Бенедикта, – Не так ли, детектив?

– Не довелось познакомиться лично.

– Теперь у вас будет такая возможность.

Взгляд Бенедикта стал подозрительным. Генерал хотел продолжить, но детектив заговорил раньше:

– И вы готовы нарушить условия нашего соглашения с Организацией?

Икрари поправил очки.

– А вы – нет?

Наступила пауза. Бенедикт и генерал пристально смотрели друг на друга, не отводя глаз. Маслина с перцем чувствовали себя явно лишними свидетелями этой зрительной дуэли, но им ничего не оставалось, кроме как наблюдать.

– Почему вы сказали, что Бекар так называет себя сам? – наконец произнес Бенедикт. – Насколько мне известно, никто в его окружении не использует это имя.

– Так точно. Это все ваша заслуга, детектив. Он знает, что так называете его вы. Бекар прислал нам письмо и подписал его так. Глава междунароной мафии явно к вам неравнодушен. Впрочем, теперь он – не просто глава мафии, а террорист, угрожающий национальной безопасности, – генерал, наконец, оторвал взгляд от Бенедикта и обвел глазами всех присутствующих, за исключением, конечно, Пули, сидящей в шкафу, – Он и его бандиты одновременно захватили десятки крупных химических фабрик по всей стране, а также два стратегически важных научно-исследовательских института. Рабочие, ученые и студенты находятся в заложниках. Ваша задача – освободить их и остановить Бекара.

Таймер показывал 5:11:215. За окном начинало светать.

– По имеющимся у нас данным, – продолжал генерал, – выбросы захваченных химических фабрик сопоставимы с извержениями нескольких вулканов. У нас нет информации, что там происходит, но с такими масштабами скоро дым скроет большую часть неба над страной, отрезав нас от солнечного света. Все мы знаем, что это значит.

– Угроза всему живому, – кивнул Бенедикт, вспомнив странную дымку в небе, которую видел накануне, – Какие его требования?

– Никаких.

Маслина недоверчиво нахмурилась и впервые вступила в разговор:

– Это какой-то абсурд. Пострадают миллионы… или даже миллиарды. Это же катастрофа для всей планеты. Должна быть веская причина, чтобы такое устроить.

– Разведка работает над выяснением причин. Ваша миссия состоит в другом. Действовать надо быстро. Первая цель: Кормвельский… – генерал замешкался. Рассветный луч солнца, скользнувший сквозь приоткрытые жалюзи, коснулся фотографии со стола. Зыбкий розовый блик отразился на темно-зеленом лице генерала.

Кабачок подвинул фото, бросив на него беглый взгляд. На изображении юная девушка-кабачок стояла со студенческим билетом в руках и улыбалась. За ее спиной был Грамварский институт. Генерал собирался договорить, но тут его взгляд упал на документы, где лежала другая полоска света из окна. Заглавие первого листа гласило: «Текущие разработки Грамварского института». Он пробежался взглядом по списку и едва заметно побледнел. Затем откашлялся и произнес:

– Итак, ваша цель: Грамварский институт.

Пуля, наблюдавшая за происходящим из шкафа, беззвучно выдохнула.

– Это первая операция такого рода, поэтому вам троим предстоит сработаться вместе. От этого зависит успех миссии. Все детали вам вышлют позже, – генерал потянулся к кнопке телефона внутренней связи у себя на столе. – А сейчас вам пора выдвигаться.

– Прежде чем вы нажмете на эту кнопку, – произнес Бенедикт, – и здесь появятся агенты, чтобы выпроводить нас, позвольте задать еще один вопрос, – детектив вновь пронзил оппонента взглядом, – Мы ведь все ГМО, не так ли?

– Да что такое этот "ГМО"? – не выдержал перец. – Целый день все болтают о нем, и никто не объясняет!

Уголок рта генерала слегка дернулся.

– Теперь вы не просто ГМО. Вы – «Отряд ГМО». Гибкость, многозадачность, оперативность – отныне это ваши главные принципы.

– А-а… – протянул неуверенно Чад.

Пуля знала, что эта расшифровка не имеет ничего общего с настоящей. Услышав ее, она закатила глаза и не увидела, как палец генерала опустился на кнопку.

Все цифры на таймере поочередно выстроились в нули и испарились вместе с обладательницей наручных часов, сидевшей в шкафу. Маслина вернулась назад в свое время.

Глава 4. Минимум шума

Фургон плавно плыл над землей прозрачным бесформенным пятном, похожим на облако горячего газа – камуфляжный режим работал на полную мощь. Далеко внизу виднелся город.

Маслина сидела за рулем и сосредоточенно изучала карту на дисплее приборной панели. Рядом, на пассажирском сидении, громко всхрапнул Чад.

– Эй, – Пуля толкнула его в плечо, – не спи, здоровяк!

– А? Уже приехали?

– Скоро будем на месте.

Кое-как разлепив глаза, перец зевнул и сладко потянулся, а затем стал рассеянно осматриваться.

– Мы что, в небе?

– А в чем дело? – бросила маслина с ехидным прищуром, – Боишься высоты?

Перец попытался изобразить на сонном лице серьезную гримасу, но получилось у него не очень.

– Запомни, крошка, – пробасил он, навалившись на подлокотник, и указал на себя большим пальцем, – Суперперец ничего не боится.

Невесть откуда взявшиеся в руках Чада темные очки через секунду уже были на нем. От неловкости Пуля вжалась в сидение.

– Классный фургон, кстати, – перец похлопал по подлокотнику, – Твой?

– Это фургон Организации.

– А, те ребята, на которых ты работаешь? Они знают толк в хороших машинах.

– Ничего не трогай, – сказала маслина Чаду, который уже потянулся к приборной панели.

Перец с досадой вздохнул.

– Долго еще?

– Прилетели, – объявила маслина, плавно остановив фургон. Она что-то нажала на дисплее, и карта навигатора сменилась изображением с камеры, прикрепленной к днищу.

Внизу виднелся большой комплекс зданий, огороженных широким каменным забором. По периметру мерцали сине-красные маячки полицейских машин – вся территория была оцеплена, но никто из служителей правопорядка не решался войти внутрь. Им приказали ждать.

– Тот самый институт, да? – спросил Чад, и маслина кивнула в ответ. – Ну, значит, понеслась!

Перец толкнул дверцу кабины, чтобы открыть, но та оказалась заблокирована. От силы толчка фургон покачнулся.

– Ты что вытворяешь?! – возмутилась Пуля.

– Как что? Выполняю задание.

Маслина закатила глаза и тяжело вздохнула.

– С такими напарниками мне еще работать не доводилось…

– Эй, крошка, не надо думать, будто я в этих делах новичок, ясно? Я знаю, как проходят такие операции. Спрыгнем им на головы и наведем там шороху! – Чад ударил кулаком по ладони, – Они и опомниться не успеют!

Перец хотел пальцем поправить очки, но в момент, когда он поднес руку к лицу, они внезапно исчезли. Не нащупав очков, Чад недоуменно уставился на кончик пальца.

– Что… что за дела? – перец обернулся к маслине и наткнулся на ее суровый взгляд. В руке она держала темные очки. – Отдай!

Лицо крутого парня в этот момент сменилось лицом обиженного ребенка.

– Слушай внимательно. Во-первых, я тебе не крошка. А во-вторых, на этом задании мы будем действовать тихо. Хочешь ты этого или нет, но тебе придется подстроится. Ты понял?

– А с чего это ты тут командуешь, а? – надулся перец, скрестив руки на груди. – «Действовать тихо», ага. Мы же крутые шпионы! Это что, «Миссия невыполнима»?

– Еще как выполнима, бугай, если ты прекратишь…

Спор маслины и перца прервал душераздирающий писк, раздавшийся в гарнитуре рации, которая была надета на них обоих.

– Прошу прощения, – послышался из наушников голос Бенедикта, который все это время сидел в кузове фургона и возился с аппаратурой связи и одним загадочным устройством, назначение которого так до сих пор и не понял, – должно быть, это было неприятно.

– Ты ведь специально это сделал, да? – спросила маслина.

– Нужно было как-то вас разнять, – признался Бенедикт. – Вы обсуждали план действий. Если не возражаете, я изложу свою версию.

– Валяй, – отозвался Чад.

– По правде говоря, стоило обсудить это с вами заранее, но я слишком увлекся той любопытной вещью, которую нам передали военные.

Дверь между кузовом и кабиной распахнулась, и в проеме появился Бенедикт. Из-под его шляпы выглядывала точно такая же миниатюрная черная гарнитура, какая была и у остальных. Он коснулся ее пальцем и снова заговорил, уже не через микрофон:

– Позвольте, для начала, напомню наше задание, – он вынул из кармана плаща кнопочный мобильный телефон и принялся листать текст с крохотного черно-белого экрана, – Главные цели две: освободить заложников и уничтожить данные о секретных разработках.

Маслина, скептически наблюдавшая за огурцом, не выдержала:

– Ты серьезно читаешь это с мобильного телефона? Генерал отправил тебе брифинг смской?

– Это специальный телефон для сообщений такого рода. Если ты переживаешь за безопасность, то поверь: все под контролем.

– Выглядит по-старперски, – заметил перец.

– Что поделать, – пожал плечами Бенедикт, – не люблю новые технологии. Но и совсем без них – никуда.

– А я думал, ты гений… Ну, разбираешься, там, во всяких штуках…

– Я быстро учусь, – улыбнулся Бенедикт, – Но иногда слишком привязываюсь к вещам.

– Кстати, о вещах, – сказала Пуля, – и о нашем задании. Что за прибор тебе передали люди генерала? Для чего он?

– Ты про это? – Бенедикт выудил из другого кармана плаща устройство, напоминающее на вид одновременно ручную лупу, электробритву и смартфон: к толстой рукоятке с несколькими светящимися кнопками был прилажен сверху круглый экран, с обратной стороны которого виднелось нечто вроде закрытых шторок диафрагмы фотоаппарата и много мелких отверстий по контуру.

– Это что у тебя, лупа такая модная? – удивился перец.

– Устройство называется ПУП. На первый взгляд его и правда легко перепутать с лупой, но у него явно иное предназначение. Какое именно – мне пока не удалось выяснить. Ничего подобного прежде я не видел, невероятно сложный аппарат. Похоже, что он взаимодействует с некими квантовыми аспектами материи…

– Стоп, стоп, – прервала детектива маслина, – Просто скажи, зачем он нам нужен? Без вот этих научных терминов.

– Чтобы спасти заложников. Так сказали военные, передавшие устройство. Первым делом, мы должны вызволить профессора Кислицкого, он настроит ПУП, и мы сможем перейти к следующему этапу: эвакуации остальных преподавателей и студентов. Параллельно с этим, нужно будет найти и отключить сервера с секретными данными, чтобы информация о разработках института не попала в руки Бекара.

– Ладно, – сказала выдра, – похоже у тебя есть план, как это сделать?

– Разумеется, – протиснувшись меж водительским и пассажирским креслом, капибара подошел к приборной панели и увеличил изображение на мониторе, который показывал вид сверху на комплекс Грамварского института, – мы опустим фургон сюда, на крышу дальнего корпуса. Это наименее важная для террористов область, ее охраняют меньше остальных. Далее ты, Пуля, проберешься сюда, – Бенедикт указал пальцем на корпус лабораторий. – Судя по чертежам, которые мне выдали в штабе, именно в этом корпусе находится серверная. И ее явно будут охранять. Тебе предстоит отыскать способ попасть внутрь. Чад, твоя задача: найти и вызволить профессора Кислицкого. Он поможет починить ПУП, и мы с ним вместе освободим остальных заложников. Вы с Пулей, тем временем, обесточите сервера. Когда поднимется тревога, я заберу вас на фургоне, и мы быстро уйдем отсюда.

– В целом, я думала о той же тактике, – кивнула выдра Бенедикту.

– Как-то все это слишком сложно, – сказал пес, почесывая в затылке, а затем вдруг недоверчиво посмотрел на Бенедикта. – Погоди-ка… значит, мы будем бегать с Пулей по институту, прятаться от бандюков, спасать заложников, а что ты будешь делать?

– Я буду здесь, в фургоне. Внизу его оставлять слишком опасно, могут обнаружить. Поэтому я буду наблюдать с высоты и направлять вас.

Перец хмыкнул.

– Ладно, ты у нас и правда – голова. Будь по-твоему. Ну что, ГМО, за дело!

Маслина раздраженно поджала губы.

– Поверить не могу, что Икрари назвал нас так. Какой же он все-таки…

– … не крутой, – подхватил Чад, – Да, согласен. Вся эта болтовня про гибкость и что-то там еще… Полная лажа. О, я знаю, – воодушевился вдруг перец, – У меня есть новый вариант! ГМО – это гиперскорость, мегамышцы и… очень большие мозги! Вот так-то! Теперь мы крутой отряд!

– Круче не придумаешь… – процедила маслина.

– Что ж, если возражений нет, приступим.

Глава 5. Простое задание

С гулом джет-приводов невидимый фургон оторвался от крыши библиотечного корпуса, на которой остались маслина с перцем.

– Ух, громкая махина, мне нравится! – сказал перец, провожая взглядом поднимающееся полупрозрачное облако. – Думаешь, они не заметили?

– По моим расчетам, – раздался голос Бенедикта в наушниках, – патрули охраны сейчас должны быть достаточно далеко отсюда, чтобы услышать или увидеть фургон. Но они непременно вернутся. Вам следует поспешить.

– Он прав, – сказала Пуля, – За дело.

– Да, покажем им…

Не успел Чад договорить, как маслина исчезла с крыши, взвив за собой пыльный вихор.

– Ну… ладно, – сказал перец сам себе, – Что ж, действуем скрытно, да? Детектив, а где мне искать этого нашего ученого?

– Видишь самое высокое четырехэтажное здание? Это главный учебный корпус. Там занимались студенты, когда бандиты ворвались сюда. Смею предположить, что ученый, как и все преподаватели, находится там.

Чад прикинул расстояние до цели – по прямой лететь было всего метров триста, но внизу, на мощеной площадке и улочках, отходящих от нее, сновала охрана. Пара капуст в черных бронежилетах и с автоматами в руках стояли у главного входа, настороженно озираясь по сторонам, а рядом, между соседними пристройками, курсировал точно так же экипированный нектарин. Скорее всего, поблизости были и другие. Проскочить над ними незамеченным было невозможно, особенно тому, кто похож на огромное красно-зеленое пятно в небе. Нужен был другой, обходной путь. И этот путь лежал через крыши четырех соседних зданий, которые отделяли друг от друга узкие улочки, усаженные деревьями с густыми кронами.

Чад, конечно, всего этого сразу не заметил. Первым делом он осторожно подполз к краю и притаился, высматривая, когда ближайший охранник повернется к нему спиной, но как только отворачивался один, из-за угла соседнего здания тут же показывался другой. Перец чертыхнулся.

– Чад, тебе нужна помощь? – спросил Бенедикт.

– Они никак не уходят, – прошептал перец.

– Взгляни направо. Видишь дерево? С другой стороны здания.

– Ну, вижу, – ответил Чад, не понимая, к чему ведет детектив.

Бенедикт изложил план, согласно которому перец по сигналу подлетит к дереву и осторожно, без лишнего шума укроется в листьях кроны. А потом, дождавшись следующего сигнала, так же осторожно перелетит дальше, на следующую крышу. Естественно, план пришелся перцу не по душе. Он вообще не очень-то любил действовать по плану, и уж тем более по чьим-то указаниям, но деваться было некуда: еще в фургоне команда ясно дала понять, что их задание требует особого подхода. В конце-концов, у бандитов заложники. Одной грубой силы недостаточно, чтобы их освободить – слишком уж велики риски.

“Вперед”, – скомандовал Бенедикт, и перец оттолкнулся от края крыши. Уже подлетая к дереву, Чад краем глаза заметил, как в его сторону поворачивает охранник. Услышав шорох листьев, нектарин остановился и поднял голову, пристально всматриваясь в покачивающейся на ветру тоненькие ветви. “Чертовы плодвобелки”, – процедил он сквозь зубы и пошел дальше. Чад, вжавшийся всем телом в ствол дерева с другой стороны, медленно, стараясь не дышать, заскользил вокруг него в сторону – так, чтобы и дальше оставаться незаметным для охранника. Когда тот отошел на несколько шагов, Бенедикт отдал следующую команду. Перец ринулся в сторону крыши, но почувствовал, как что-то позади хрустнуло и дернуло его назад, колыхнув вместе с ним всю крону. Оглянувшись, Чад понял, что зацепился плащом за ветку. Он все еще оставался вне поля зрения охранника, но тот уже раздраженно шагал обратно к дереву, чтобы раз и навсегда покончить с надоедливой плодвобелкой. Другой охранник, патрулировавший неподалеку, тоже заметил странное движение в лиственной кроне и остановился.

– Плохо дело, – сдавленно прошипел Чад.

– Без паники. Одну секунду, попробую их отвлечь.

Спустя какое-то время в дальнем конце улочки раздался звон, будто тонкий металлический прут упал с большой высоты и ударился о брусчатку, подпрыгнув несколько раз. Пара охранников тут же забыли о дереве и побежали на шум. Не упуская ни секунды, перец высвободил плащ из ветвистой хватки и стремительно перелетел на соседнюю постройку. Обернувшись на секунду, он увидел, как вниз по стволу бежит перепуганная плодвобелка: круглое рыжевато-серое существо, похожее на маленький очень пушистый персик, по всей видимости, было очень напугано и теперь, успешно переждав угрозу, удирало со стрекотом в более безопасное место.

– Что это было? – спросил перец Бенедикта, плавно скользя по воздуху над горячей рубероидной кровлей.

– Скажем так… лишняя деталь. Хотя теперь, вероятно, меня будет слышно несколько хуже.

Следующие три крыши Чад преодолел без особых препятствий. То ли повезло с охраной, то ли деревья там были гуще, то ли ветви не такие цепкие, но уже через четверть часа перец стоял перед центральным учебным корпусом – оставалось лишь взлететь на его крышу, чтобы через чердак попасть вовнутрь, как вдруг в наушнике послышался тревожный голос Бенедикта:

– Чад, наверху двое патрульных, будь внимательней.

– Двое – это хорошо, – ухмыльнулся перец, – Один – для левого кулака, второй – для правого!

– Нет, Чад, боюсь, мы не можем…

– Да, да, я понял. Драться нельзя…

Перец тяжко вздохнул и, взмыв на крышу, тут же спрятался за вентиляционной трубой. Выждав, когда оба патрульных разойдутся по разным сторонам, Чад бесшумно проскользил по воздуху прямо к чердачной двери и юркнул внутрь.

– Замеча…ая рабо…, – голос Бенедикта захлебывался в помехах.

Не сразу, но перец понял, что остался без навигации, ведь детектив предупреждал о проблемах со связью. Впрочем, Чад не боялся заблудиться, а вернее, вовсе об этом не думал. Спустившись с чердака, он оказался в узком темном коридоре, на другом конце которого брезжил свет из окон лестничной клетки. К нему он и направился.

– Чад, как слышно? – раздался в наушнике голос Пули, – Ты на месте?

– Суперперец в здании, кро… – он оборвал себя на полуслове. – В общем, я на месте.

– Нужна помощь. Я нашла вход в серверную, но здесь кругом камеры. Мне их не обойти. Бенедикт сказал, центральная электрощитовая в твоем корпусе. Нужно, чтобы ты отключил питание.

– Ох, да брось! – сказал перец, беззаботно шагая по коридору, – Камеры? Ты же шустрая, тебя они даже не заметят!

– Да неужели? – маслина хотела добавить что-то еще, но сдержалась, – Слушай, мой корпус очень тщательно охраняется. На камерах здесь датчики движения. Если я говорю, что мне их не обойти, значит, мне их не обойти. Ты поможешь или нет?

Перец пожал плечами и согласился – иного выбора у него и не было.

– Погоди, а у меня тут тоже есть камеры? – перец обвел глазами потолок.

– Есть, но не так много, и за ними вряд ли сейчас следят. Похоже, заложники их волнуют меньше, чем то, что происходит здесь.

– Так может, это… найдем сначала нашего кислого профессора, а потом уже все остальное? Вроде такой был план.

– План действовал до тех пор, пока я здесь не застряла, понятно? – маслина говорила тихо, но по ее голосу было слышно, что она выходит из себя. – Мне нельзя оставаться здесь долго, меня могут обнаружить в любой момент. Так что будь добр…

– Ладно, ладно, – протянул Чад.

Он вышел на лестничную площадку и вальяжно зашагал вниз, не имея ни малейшего представления о том, что его там ждет.

Глава 6. Свои планы

– Ниче не видно, босс, – сказал репа, стоя на четвереньках перед толстой железной дверью и пытаясь посветить под нее фонариком.

– Дай сюда! – рыкнул на него редис. Оттащив репу за шкирку в сторону, он выхватил из рук фонарь и сам приник к полу.

Репа растерянно поправил черную вязаную шапочку, которая на самом деле была балаклавой. Редис еще какое-то время всматривался в узкую щель под дверью, а потом повернулся и процедил сквозь зубы:

– Какой же ты болван!

Сказав это, редис, не вставая с пола, со всей силы лягнул репу в голенище. Тот тихонько завыл от боли и запрыгал на одной ноге. Его гулкое “У-у-у” разнеслось эхом по пустынному крылу химического факультета.

– Ни черта тебе доверить нельзя, – редис поднялся и поправил бронежилет, – Тебе надо было просто принести гребаный ключ, но ты даже с этим не справился!

– Ну, я принес… – обиженно прогудел репа, на что в ответ незамедлительно получил хлесткую затрещину от редиса, которому пришлось подпрыгнуть, чтобы дотянуться до затылка.

– Принес, да? А что потом? А?!

– Ну, он упал…

– Нет, болван, он не упал. Это ты, криворукий бездарь, его уронил, потому что вертел на пальце. А потом еще и запнул под дверь! Как мы теперь ее откроем? Может, расскажешь?

Репа с виноватым видом утер нос и шмыгнул.

– Да ладно, босс, – развел он руками, как бы оправдываясь, – сейчас Хруст принесет че-нибудь…

– Конечно, принесет! А пока этот тихоня там шляется, ты будешь пробивать эту дверь своей тупой башкой! Может, мозги на место встанут.

Репа повернулся к двери, немного помялся и снова обратился к редису, который принялся нервно ходить взад-вперед по коридору. В пылу перепалки двое бандитов не слышали, как неподалеку от них Чад спустился с лестницы и открыл дверь в коридор на второй этаж. Чтобы добраться до нужного крыла, необходимо было перейти на другую лестницу и по ней спуститься вниз, а этот путь лежал как раз через шумную парочку. Приблизившись к ним, Чад притаился за углом – он приник к стене и замер.

– Слушай, босс, а на кой нам вообще открывать эту дверь? – почесал репа в затылке. – Может, там… ну… обычный склад?

Редис шумно втянул воздух ноздрями, пытаясь сдержать вспышку гнева.

– Обычные склады не запирают на такие замки, тупица. У каких складов ты видел такие толстые железные двери?

Ну… – репа замигал глазами и открыл рот, всерьез задумавшись о складах, – наверно, у тех, в которых хранится что-то дорогое. Деньги, там… или пушки.

Редис молча развел руками и посмотрел на репу торжествующе, а затем подошел и хлопнул его по плечу.

– Видишь это? – он указал на желтый треугольник с восклицательным знаком в центре двери. – Это значит, что внутри что-то очень ценное, на что нам нужно обратить внимание.

– Ага, – кивнул репа так, будто бы что-то понял.

– Так что, за дело! Давай, вынеси к чертям эту дверь!

Репа попятился назад, к противоположной стене, а затем разбежался и со всего маху врезался в дверь плечом. Массивный навесной замок на ней совершенно равнодушно покачнулся. Даже не думая сдаваться, репа стал готовиться к следующему удару, а редис отвернулся и закурил, стараясь найти успокоение в горьком дыме.

“Слабак”, – подумал Чад, глядя на репу, и скользнул мимо бандитов прямиком к лестнице, пока редис нервно вышагивал в противоположную от него сторону.

Спустившись на первый этаж, Чад вновь нырнул в лабиринты технических помещений, подобных тем, через которые он проходил на чердаке: узкие коридоры, тусклый дежурный свет от желтых настенных ламп и навязчивый запах известковой побелки. Пока перец добирался до сюда, на этаже ему встретилась всего пара патрулирующих охранников, которых он успешно обошел – похоже, большая их часть была рассредоточена снаружи, а оставшиеся внутри стерегли заложников. Перцу показалось, что он даже видел те самые аудитории, где их держат – возле них бандитов было больше всего, но они не покидали своих постов, и Чад решил, что лучше их не провоцировать, как бы ему ни хотелось прямо сейчас ворваться в их логово и намять всем негодяям бока. С большим трудом, но он себя сдерживал. Он помнил о главном: как только заложники окажутся на свободе, можно будет вдоволь повеселиться.

Углубившись в подсобные коридоры, Чад безбоязненно продвигался вперед.

– Один поворот, и ты на точке, – сообщила Пуля. Ей приходилось передавать слова Бенедикта, располагающего всеми чертежами корпусов, но не имеющего прямой связи с перцем.

– Отлично, вижу его прямо перед собой.

Перец повернул за угол, и тут случилось то, чего он по невнимательности не мог предвидеть. В крутом изгибе коридора он нос к носу столкнулся с капустой. У перепуганного до смерти бандита от толчка в грудь выпал из уха наушник в котором играла музыка. На секунду Чаду показалось, что бандит держит в руках автомат и намерен открыть огонь, но то была всего лишь болгарка, а капуста от ужаса при виде огромного мускулистого перца не мог пошевелиться. Чад ухмыльнулся и хрустнул костяшками кулаков.

***

Перец включил свет в небольшой комнате, наполненной мерно гудящими белыми металлическими шкафами. «Ну, вроде нашел, что надо», – сказал он в рацию и сгрузил с плеча на пол связанного шнуром от болгарки капусту. Ударившись головой о стену, тот тихонько замычал – во рту у него вместо кляпа был заткнут грубо оторванный кусок бронежилета, а остатки его болтались лохмотьями на груди.

Посадив капусту в угол, Чад тут же забыл про бедолагу и принялся по подсказкам искать нужный электрический шкаф, а когда нашел, без лишних церемоний выдрал дверцу и озадаченно уставился на содержимое: внутри были переплетенные между собой разноцветными проводами блоки с тумблерами. Много блоков. Десятки. Они располагались друг под другом стройными рядами и были совершенно одинаковыми на вид. От мысли о том, что предстоит найти среди них всего пару нужных, перцу даже стало на секунду не по себе.

– Тут какие-то штуки… э-эм… переключатели! – сказал Чад в

гарнитуру, – Надо их выключить, да?

– А ты у нас догадливый! – съязвила маслина, но тут внезапно заговорила шепотом, – Похоже, у меня проблемы. Отключай камеры. Бенедикт подскажет. До связи.

– Что?! Погоди! Вот же засада… Детектив, ты там?

В ответ послышался треск помех. Перец решил, что ждать некогда, и уже потянулся к тумблерам, но его вдруг остановил голос детектива, захлебывающийся в белом шуме:

– Чад… слы… ня? Щелкнешь не тот и срабо… У меня есть схе… Выклю… те, которые я тебе скаж…

– Дружище, тебя плохо слышно! – вздохнул перец, – Ничего не разобрать.

Бенедикт продолжал что-то говорить, но перец уже не слушал. Он ткнул пальцем в первый блок с тумблером и принялся считать: “Эники-беники ели удобреники, эники-беники…”, “Щелк!” – хотел закончить Чад, но тут за его спиной, со стороны связанного капусты раздался хриплый голос:

– Хруст! Какого черта ты там возишься? – звук доносился из рации на поясе капусты. Тот испуганно смотрел на Чада, явно раздраженного из-за прерванной процедуры, а голос, тем временем, не умолкал, – Тащи живей сюда свою кочерыжку! Этот балбес умудрился вывихнуть себе плечо, пока вышибал дверь, – перец медленно подошел к капусте, замычавшему от испуга, грозно над ним склонился и вынул рацию из чехла, – Клянусь, я взорву эту чертову дверь, но я ее отк…

Чад с хрустом сжал рацию в руке, а когда открыл ладонь, из нее посыпались мелкие осколки. Это действие произвело такое сильное впечатление на капусту, что тот немедленно лишился чувств. Перец, тем временем, вернулся к электрощиту.

Нельзя было терять больше ни секунды.

Не думая, перец щелкнул один переключатель – ничего не произошло, а Пуля по-прежнему не отвечала. Тогда Чад, на всякий случай щелкнул еще один. И еще… Примерно на пятнадцатом тумблере отключился свет в коридоре снаружи электрощитовой, но перец не успел этому удивиться, как откуда-то сверху раздался оглушительный грохот – такой, что с потолка посыпалась штукатурка, а следом – где-то в коридорах зазвенела сигнализация. В голове Чада медленно повернулась мысль, что дела идут скверно, и он поспешно начал перещелкивать тумблеры, пытаясь вернуть все как было. Перец совершенно не помнил, какие из них уже выключал и включал, ведь он действовал наугад. Откуда-то издалека отзвуками в слышался топот берцев – в корпусе происходила какая-то суматоха.

Когда у Чада над головой лопнула лампочка, он понял: пора уходить.

– Не знаю, что ты сделал, но ты меня только что спас, – сказала

Пуля в наушник, пока Чад осторожно двигался к выходу из подсобных помещений.

– Правда? – смешался перец. – Ну, то есть, конечно, я так и хотел!

– Займись заложниками, а я попытаюсь разведать, что здесь происходит.

Последовав указанию маслины, Чад направился туда, где прежде видел больше всего охраны. Сигнализация все еще оглушительно трезвонила во всем здании, а где-то на лестнице злобно перекрикивались бандиты – похоже, все они сбежались наверх, на второй этаж. Когда Чад незаметно, насколько это было возможно для здоровенного мускулистого перца, скользил мимо входа на лестничную клетку, он увидел, как по ступеням струится вода, убегая тонкими ручейками по коридору дальше, в сторону аудиторий. Как раз туда, куда направлялся Чад. Добравшись до места, он укрылся за углом и стал наблюдать. На удивление, бандиты оставили возле четырех соседних аудиторий с заложниками всего одного охранника – похоже, наверху произошло что-то серьезное, раз все, кто был в корпусе, ринулись туда, но Чад никак не мог понять или хотя бы представить, как именно он поднял такой переполох всего парой тумблеров в электрощитовой.

Пока перец думал, как ему обойти, отвлечь или просто поколотить и обезоружить одинокого охранника, водный ручей докатился до тех самых кабинетов. Чад не заметил, как охранник в балаклаве все это время напряженно переминался с ноги на ногу, прижимая к себе автомат. Теперь же, когда тихое журчание ручья заполнило коридор, охранник вовсе согнулся и скрестил ноги. Тут даже Суперперцу стало ясно, что к чему. Не прошло и минуты, как охранник не выдержал мучительного звука бегущей воды и сорвался с места в сторону уборной. Чад понял: это его шанс.

Стремительно подлетев к двери первой аудитории, перец распахнул ее и увидел небольшой лекционный зал, окна которого были забаррикадированны столами и стульями – видимо, чтобы никто не смог через них бесшумно выйти или войти. На полу плотно друг к другу сидели разные плодвощи – студенты и преподаватели. Увидев перца, они сперва с испугом, а потом с надеждой взглянули на него, узнав известного супергероя, который часто мелькает в новостях, но заговорить никто не решался.

– Профессор Кислицкий здесь? – спросил Чад, стоя в дверях.

Студенты переглянулись и молча помотали головами.

– Мы вас вытащим, – попытался перец приободрить заложников и закрыл дверь, направившись к другой аудитории. Времени на поиски было чрезвычайно мало – бандиты могли вернуться в любую минуту, и если с парой охранников Чад еще бы мог справиться бесшумно, то целая толпа, которая была здесь раньше, точно бы подняла панику на весь институт.

Вторая аудитория оказалась намного больше, но и в ней не знали, где профессор. Подлетая к третьему лекционному залу, Чад услышал шаги в коридоре позади, поэтому не стал задерживаться в проходе и нырнул внутрь, прикрыв за собой дверь.

Среди студентов волной пронесся шепот, когда они услышал фамилию профессора. Один из них – совсем еще зеленый киви с брекетами на зубах – сказал, что Кислицкого куда-то увели бандиты прямо перед тем, как наверху взорвался склад реагентов, а потом зазвенела пожарная тревога. Хотя некоторые из студентов утверждали, что тревога зазвучала еще до взрыва. Впрочем Чад не понял, о каком таком складе идет речь, но теперь ему хотя бы стала ясна причина суматохи среди преступников: наверху пожар.

Новая информация о профессоре заставляла снова изменить планам. По словам студентов, бандиты забирали преподавателей по одному и уводили в другой корпус – кому-то из заложников удалось подсмотреть за ними в окно.

В аудитории остался еще один преподаватель, которого должны были забрать, но похоже, взрыв отвлек бандитов, а значит, их можно было подкараулить здесь. Или… Чаду пришла на ум крайне рисковая идея. Он уже собирался ворваться в коридор и оглушить вернувшегося охранника, как вдруг за дверью послышались голоса:

– Эй, ты! Слышишь? – сказал кто-то хрипло. Этот тембр показался Чаду очень знакомым. – Дуй наверх, там тебя ждут.

– М-меня? – пролепетал охранник. – А зачем?

– Удобряники раздавать будут.

– Правда?

– Конечно нет, болван! Пожар тушить надо. Бегом, давай!

– Н-но мне тут сказали охранять этих…

– Мы сами поохраняем.

Чад продолжал прислушиваться к голосам, чтобы понять, сколько за дверью бандитов. Пока шаги одного удалялись, второй снова заговорил:

– Никому ни слова про это, понял? Проговоришься – язык оторву.

– Понял, босс, – пробасил третий бандит.

– Это все чертова сирена. Если б она не заорала на весь коридор, я бы не выронил гранату и все бы вышло аккуратно.

Только сейчас Чад понял, откуда ему знаком этот голос. Именно его он слышал в рации капусты, а до этого – в коридоре второго этажа. Тут же Чад вспомнил и второго бандита.

– Знаешь, босс, мне кажется, за той дверью все-таки не было ниче ценного…

– Заткнись. Это уже не важно.

Перцу стало ясно: за дверью только двое. И с ними он справится в два счета. Резко протаранив дверь плечом, Чад вылетел в коридор и сшиб с ног редиса. Тот кубарем откатился к противоположной стене. Репа с черным от копоти лицом ошеломленно глядел на перца. Вязаная шапочка выпала из рук и шлепнулась в лужу на полу, куда ее только что отжимали. Рука репы потянулась к автомату, висящему через плечо. Чад ухмыльнулся.

Глава 7. Шпионские игры

Когда в помещении, наконец, наступила тишина, маслина осторожно приоткрыла дверцу духовки и выглянула наружу. Вокруг никого не было. Только кастрюля с удобреничным супом все еще бурлила на плите – бандиты забыли выключить конфорку. Вернее, даже не подумали это сделать, когда выбегали из кухни, услышав сигнализацию и взрыв в соседнем здании.

Убедившись, что прятаться больше нет нужды, маслина выкатилась из духового шкафа. Все тело ужасно затекло, но ей все же удалось встать на ноги. Сколько она просидела внутри? Двадцать минут? Тридцать?

Сначала она ползла по вентиляционной трубе, но та оказалась слишком ветхой и провалилась прямо под Пулей – так самый надежный и скрытный способ перемещаться по корпусу чуть не привел ее в руки бандитов. Когда она рухнула на стол посреди кухни, противники рыскали в соседнем помещении столовой – искали, чем бы поживиться. Естественно, они побежали на шум. Маслине ничего не оставалось, кроме как скрыться в единственном доступном для этого месте: в духовке.

Какое-то время четверо бандитов осматривали поврежденную вентиляцию и саму кухню, но пришли к выводу, что это дряхлое старье разваливается само по себе. В конце концов, голод победил желание рассуждать, поэтому они принялись готовить еду. Прошмыгнуть мимо бандитов в тесном помещении кухни даже для Пули было непростой и слишком рискованной задачей. Однако через какое-то время она уже была готова рискнуть.

Только чудо спасло Пулю от того, чтобы быть обнаруженной. В тот самый момент, когда один из бандитов хотел воспользоваться духовкой, чтобы подогреть удобреничничный пирог, вдали послышался звон пожарной тревоги.

Перец ее спас. Такое развитие событий маслина не предвидела, когда думала об операции. Ей казалось, что это она, опытный агент Организации, будет вынуждена спасать самодовольного Суперперца из всевозможных передряг, но этот парень ее удивил.

Теперь маслина, наконец, могла покинуть злосчастную кухню. Оценив обстановку в коридоре, Пуля подметила, что на ближайшей камере под потолком больше не горит крохотный красный огонек. Путь чист. И хоть в корпусе явно происходила какая-то суматоха и беготня, теперь маслина чувствовала себя гораздо свободнее: она могла перемещаться, не боясь появиться на мониторах в комнате охраны.

Пуля метнулась вперед по изгибам коридоров, минуя пустые аудитории и преподавательские кабинеты. Она уже знала, что вход в серверную находится в библиотеке. И именно там ей ранее удалось заметить самое кучное скопление бандитов, что еще раз указывало на тактическую важность этой локации.

Кроме того, пока маслина сидела в духовке, Бенедикт сообщил еще кое-что важное из своих наблюдений сверху. Сквозь шорох помех Пуле удалось разобрать, что террористы зачем-то приводят ученых в ее корпус. И, судя по новым данным, ведут их именно в библиотеку. Но зачем? Это ей тоже предстояло выяснить, ведь среди этих ученых вполне мог быть профессор Кислицкий.

Преодолев опустевшее после сигнализации крыло учебного корпуса, Пуля беззвучно, словно тень, скользнула в библиотеку.

***

Бенедикт сидел в водительском кресле и, прокручивая ус, напряженно всматривался в монитор на приборной панели. Маленькие темные точки суетились внизу, перебегая от одного прямоугольника здания к другому. Большинство из них стремилось в сторону главного корпуса, который уже становился трудно различимым из-за черной дымки, сгустившейся над ним после взрыва. Бенедикт постарался увести фургон подальше от пожара – движение клубов дыма, завивающихся в потоках джет-приводов, могло выдать маскировку. При этом, детектив не терял надежду связаться с Чадом, который не отвечал ему последние десять минут, поэтому улетать слишком далеко от главного корпуса ему не хотелось.

Возможно, пожертвовать одной из антенн передатчика ради отвлечения охранников было слишком опрометчиво, но на тот момент, когда Чад застрял на дереве, это казалось единственным способом не провалить миссию в самом начале. Теперь же Бенедикту приходилось задействовать аналитические способности, чтобы разобраться в произошедшем там, внизу. Он складывал факты: Чад переключал тумблеры в электрощитовой, затем прозвучала пожарная сирена, а после – прогремел взрыв на втором этаже. Согласно схеме главного корпуса, взорвавшееся помещение было складом реагентов для опытов на факультете химии. Взорваться сами по себе они не могли: все должно храниться в строгом соответствии с техникой безопасности. Значит, что-то или кто-то этому поспособствовал. Перед взрывом, когда связь с Чадом прервалась окончательно, Бенедикт отчаянно пытался улучшить связь при помощи настроек оборудования и случайно в этот момент поймал сигнал с выделенного канала чей-то рации. Один из бандитов говорил о некой двери и угрожал ее взорвать.

Дверь, сигнализация, взрыв. Картина произошедшего постепенно начинала складываться в голове детектива, однако отсутствие связи с Чадом его все еще беспокоило. Бенедикт пытался снова поймать волну, на которой переговаривались те бандиты, но слышал только белый шум. Утешало лишь то, что маслине, наконец, удалось выбраться из западни. К счастью, в ее корпус сигнал проходил без препятствий, поэтому через Пулю Бенедикт все еще мог координировать действия отряда.

– Я в библиотеке, – послышался голос маслины в динамике.

– Прекрасно. Ученые там?

– Да, я проследила за ними. Всех ученых сначала по одному заводят в отдельный кабинет – видимо, к кому-то из главных, – а потом отправляют в компьютерный зал. Зачем – пока неизвестно.

– Любопытно. Полагаю, с Кислицким поступили точно так же?

– Кажется, да. Я слышала, как охрана его обсуждала. Есть план, как вызволить нашего профессора. Нужна твоя помощь.

– Я к твоим услу… – Бенедикт замолчал на полуслове, потому что увидел на мониторе нечто странное. Тревожное. Нечто такое, что могло прямо сейчас завершить миссию сокрушительным провалом. Проведя двумя пальцами по монитору, детектив приблизил картинку с камеры и прищурился. Глаза его не обманывали: внизу был Чад. Он вышел через парадную дверь главного корпуса и неторопливо направился в сторону библиотеки.

Рассредоточив на секунду взгляд, Бенедикт заметил в отражении монитора свое бледно-зеленое лицо. “Сейчас его увидят, и всему конец”, – пронеслось в голове детектива, но он тут же отмел эти мысли и постарался вернуть самообладание.

– У тебя там все в порядке? – спросила Пуля.

– Не вполне, – лишь коротко ответил детектив, все еще не готовый однозначно оценить происходящее.

Присмотревшись к изображению еще раз, Бенедикт понял, что на Чаде висит черный бронежилет, а огромную красную голову с сомнительным успехом скрывает треснувшая в нескольких местах по швам балаклава. Он выглядел так, будто пытался замаскироваться под одного из бандитов, но такая маскировка и ребенка навряд ли могла обмануть. Впрочем, о наблюдательности бандитов Бенедикт судить не спешил, учитывая все то, что произошло ранее.

– Чад, как слышишь меня? – сказал Бенедикт, поворачивая регулятор передатчика, чтобы найти лучшую частоту. Очевидно, снаружи здания сигнал должен был проходить без помех, но стоило подстраховаться.

– Вот теперь другое дело, детектив! – отозвался перец. – Слышу тебя так, будто ты идешь рядом со мной!

– Отлично. Но рядом с тобой и правда кто-то идет. – Бенедикт взял в фокус камеры грузного арбуза в синей рубашке, который шел перед перцем и, казалось, едва переставлял ноги от страха. – Позволь поинтересоваться: что у тебя происходит? Почему ты в таком виде и куда направляешься?

– Да не переживай, все путем. Со мной профессор-химик. И мы идем за Кислицким.

– Вы идете… прости, что? Я, кажется, ослышался.

– Говорю же, не напрягайся, у меня есть план.

Бенедикт вздохнул, снял шляпу и положил ее на соседнее сидение, отметив про себя, что планы по отклонению от главного плана становятся обыденностью. И к этому, судя по всему, придется привыкнуть в компании столь неординарных напарников.

– Внимательно слушаю.

Глава 8. Под землей

Двое вооруженных бандитов невозмутимо глядели на арбуза и перца сквозь прорези в балаклавах.

– Ну, чего встал? – сказал один из них арбузу и махнул дулом автомата в сторону двери компьютерного зала. – Шагай внутрь.

Арбуз, дрожа от страха, робко двинулся вперед. Второй охранник не сводил глаз с Чада.

– Мне нужен Кислицкий, – произнес перец, когда арбуз скрылся за дверью.

Второй охранник недоуменно переспросил.

– Кислицкий, – повторил Чад, – его сюда минут пять назад привели. Такой… – перец хотел описать профессора, но вдруг понял, что не имеет ни малейшего представления, как он выглядит, – … ученый, короче.

Охранники переглянулись.

– Тебе он на кой сдался? – произнес первый, покосившись на дверь в компьютерный кабинет, которая только что приоткрылась сама по себе, словно от сквозняка. Однако Чад, стоявший лицом к двери, успел заметить, что это был вовсе не сквозняк. Охранник толкнул дверь ногой обратно и та захлопнулась. Перец же воспользовался замешательством:

– Сказано отвести его обратно в корпус, там… с ним позже поговорят отдельно.

– Кто сказал? – во взгляде второго охранника сверкнуло недоверие.

– Ну… наш главный, – пожал плечами Чад.

– Да? – охранник вразвалку подошел к Чаду вплотную так, что оказался прямо на уровне его груди, и уставился вверх, пытаясь заглянуть перцу в глаза. – Что-то я тебя не помню, дылда.

Чад снова лишь беззаботно пожал плечами. Первый охранник у двери передернул затвор автомата, второй же – не унимался:

– А если я сейчас прошу у него сам, а? Как думаешь, услышу то же самое?

– Я думаю, что тебе лучше не лезть к нему сейчас с вопросами, – ухмыльнулся Чад, – Он очень сильно занят.

Перец знал, о чем говорил, ведь минуту назад он вместе с арбузом был в кабинете того самого “главного”. Слива в сером строгом костюме важно сидел за столом и вглядывался в монитор ноутбука, когда они вошли. Естественно, он не был готов к появлению очередного ученого, ведь он еще не посылал за арбузом, но Чад не дал сливе возможности выказать негодование. Теперь “главный” действительно был занят – тщетными попытками отвязать себя от кресла или хотя бы вынуть кляп изо рта. Ни о том, ни о другом бандиты, конечно, еще не догадывались, но по глазам первого из них было понятно, что фраза Чада заставила его занервничать.

– Не, ну, если хочешь, – Чад махнул рукой в сторону кабинета из которого недавно вывел арбуза, – можем вместе пойти и спросить.

– Ладно, – не выдержал второй охранник и отступил, а затем распорядился, чтобы второй вывел Кислицкого.

Вскоре из компьютерного зала вышел низенький зеленый крыжовник в белом халате лабораторного работника. Остановившись за порогом, он сквозь толстые линзы очков с любопытством оглядел перца с ног до головы. Профессор явно впервые видел плодвощ такой внушительной комплекции – Чад превосходил его по росту примерно в два с половиной раза.

Перец молча кивнул в сторону, указывая Кислицкому на выход из библиотеки, но ученый оказался не силен в языке жестов и лишь стал растерянно озираться.

– Вперед, – сказал охранник у двери и толкнул профессора к перцу. В этот момент за спиной охранника снова что-то промелькнуло, но теперь это заметил не только Чад. В коридоре рядом послышался скрип, словно резиновая подошва проскользнула по гладкому полу.

– Я проверю, – сказал охранник с автоматом второму и направился туда, откуда послышался звук.

Перец же повел профессора на выход.

***

– Чад, у тебя и вправду получилось, – сказал Бенедикт, наблюдая сверху за двумя точками, покидающими библиотечное крыло, – Признаюсь честно, я недооценивал твой план.

– Я же говорил, все схвачено. Заберешь профессора? Или я могу сам его к тебе поднять. Ты смотри, мне не трудно.

– Лучше без этого. Вас сразу заметят в воздухе, если ты взлетишь. Я опущусь к вам.

– Ну а твоя махина разве не поднимет шума, когда сядешь?

– Поднимет, ты прав, – Бенедикт легонько поворачивал штурвал, чтобы направить фургон к месту посадки на крыше главного корпуса, из которого уже почти не шел дым, – Но бандитам потребуется время, чтобы распознать источник этого шума. Вы с маслиной к этому моменту уже будете в серверной. Впрочем, ты и без того оставил немало следов. Скоро бандиты поднимут тревогу, когда обнаружат своих связанных и обезоруженных напарников, – Бенедикт плавно потянул рычаг рядом с коробкой передач, и фургон начал снижаться, – Так что нам всем надо поспешить.

– Ну, оно и понятно, – сказал Чад, приближаясь к главному корпусу, – Ладно, встретимся на крыше. Только не садись, пока я не разберусь с тамошней охраной.

Передав Кислицкого Бенедикту, Чад воспользовался тем, что бандиты переполошились из-за странного гула на крыше и незаметно облетел главный учебный корпус сзади, а затем направился обратно в библиотеку. Ему предстояло встретиться с Пулей.

***

Невысокая девушка в обтягивающем черном комбинезоне с капюшоном стояла у двери подземного лифта внутри библиотечного крыла. Из-за угла послышался шорох. Девушка обернулась, и из-под капюшона выбился черный локон, который она быстрым движением заправила обратно. На секунду насторожилась, прислушавшись, но тут же поняла, что опасности нет.

Она шепнула в сторону коридора:

– Чад, это ты?

Из-за угла показалась короткостриженная макушка блондина, за ней появились темные очки, а потом и сам их обладатель – крупный, в ярко-зеленом супергеройском костюме, больше напоминавшем спортивный, с маленьким плащом позади.

– Н-да, шпион из тебя вышел бы никудышный, – прошептала девушка, скептически окинув парня взглядом, – Как тебя только до сих пор не поймали?

Чад покосился на двух человек, лежащих на полу. Это были охранники.

– Ты что, их…

– Т-с-с, они без сознания. Пошли.

Пуля приложила карточку пропуска к считывателю, и металлическая дверь медленно отъехала в сторону. Блестящая кабина лифта внутри на первый взгляд не выделялась ничем примечательным: широкое зеркало на стене, на полу – шершавое темно-серое покрытие, а у входа – панель с кнопками. Всего четыре этажа: первый, второй, третий и нулевой, где обычно располагались библиотечные склады.

– И на какой нам этаж? – спросил супергерой, озадаченно глядя на панель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.