Отгадайте-ка загадку: что такое мойка, да не река, или писка, да не та?

Не знаете?

Вот и я не знал до сорока лет, пока не оказался на тюремных нарах…

В камере следственного изолятора на вопрос сокамерника:

"У тебя мойки нет?" – я обернулся автоматически на тот угол комнаты, где располагался санузел.

В моём понимании слово "мойка" означало раковину умывальника, и я недоумённо переспросил:

– Что? Мойка? Какая?

Сокамерник, двадцатилетний парнишка, отсидевший с полгода, напыщенно, назидательно и снисходительно объяснил:

– Ну, мойка… Короче, лезвие от станка.

– А почему мойка?

Вот этого-то он и сам не знал. Поэтому сконфузился, а его лицо, утратив мимику бывалого зэка, приняло вид обычной юношеской физиономии.

После этого, мучимый вынужденным безделием, я полдня ходил и размышлял о происхождении этого жаргонизма.

Увы, ничего более подходящего не придумалось, чем увязать его с одноимённой знаменитой речкой в Санкт-Петербурге.

Как известно, мужчины советских времён пользовались безопасными бритвенными станками со сменными двусторонними лезвиями-бритвами. Эти лезвия в СССР производились под названиями "Балтика" (серебристо-стального цвета) и "Нева" (чёрного цвета). Популярны были ещё импортные лезвия "Шик", но в открытой продаже их не было. Они относились к разряду советского дефицита и считались предметом роскошной жизни.

А лезвия использовались не только для бритья, но и широко в быту: например, при кройке и шитье, для резки бумаги и даже линолеума, то есть вместо современных канцелярских ножей и строительно-отделочных резаков.

Обычно их ломали вдоль напополам, чтобы в дальнейшем не поранить пальцы об острый край.

Вот эти половинки и четвертинки советских лезвий очень напоминали то, что в тюрьме называли мойками.

Соответственно, я и сделал смелый вывод: раз целое лезвие называлось "Балтика", в честь моря, или “Нева”, как знаменитая балтийская же река, то "мойка" – кусочек лезвия – это как речка Мойка в Питере, то есть кусочек Невы, её дочка или сестричка из рек бассейна Балтики…

Довольный своими филолого- топономическими изыскательствами, я было удовлетворился. Но в последующие годы нет-нет, да и пытался проверить, верна ли моя версия. Что-то меня в ней смущало, не до конца устраивало.

И вот, наконец, нашёл!

В общем, моя версия с треском провалилась. "Мойка”-лезвие получило название отнюдь не от имени речушки, а от тех же слов, что и она сама, а именно от “мочить”, “помочить”, “замочить”. Только не в смысле “помыть” или “постирать бельё”, как в случае с речкой или раковиной умывальника. А в значении несколько иного плана, а именно “зарезать” или “порезать”. Это на языке, так называемой, тюремной фени.

"Мочить", в свою очередь – производное от слова “мокрый”, что значит – кровавый. Вспомним хотя бы выражения: “мокрое дело” (убийство), “мокрая статья” (статья УК об убийстве), “мокрушник” (убийца, душегуб) и так далее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.