Александр Шабынин
Собирая осколки

Глава 1

Глава 1. Петля

Алиса открыла глаза. Солнечный свет, мягкий и тёплый, проникал сквозь тонкие занавески, заливая комнату спокойным утренним сиянием. Её взгляд зацепился за потолок – белый, с едва заметной трещиной в углу. Всё казалось… привычным. Тишина, нарушаемая лишь негромким пением птиц за окном, наполнила её странным ощущением.

Она поднялась, чувствуя, как её тело протестует, будто после долгой, изматывающей борьбы. Всё выглядело слишком идеально. Одеяло, аккуратно сложенное на краю кровати, комод с ровно расставленными книжками и фигурками. Даже мишка на подоконнике – старый, потрёпанный, но уютно знакомый.

«Мишка?»

Её сердце сжалось, когда она вспомнила: этот мишка был разорван соседской собакой, когда ей было восемь. Но вот он – целый, с безмятежной улыбкой на плюшевом лице.

Она потрясла головой, стараясь избавиться от странного чувства. «Может, это просто сон», – подумала Алиса. Но сон ли?

Она спрыгнула с кровати, её босые ноги коснулись холодного паркета. Зеркало у двери отразило её лицо. Уставшее, с тенью под глазами, но всё же привычное. Алиса провела рукой по волосам, распущенным, чуть растрепанным, и глубоко вдохнула.

– Алиса! – донёсся голос мамы из кухни. – Завтрак готов!

Её сердце екнуло. Голос был таким обыденным, таким тёплым, что на мгновение всё показалось реальным. Она бросилась к двери, забыв про странные мысли, и выбежала в коридор.

На кухне всё было, как раньше. Стол, покрытый клетчатой скатертью. Пар от кружки с чаем. Тарелки с яичницей. Мама стояла у плиты, переворачивая блины, а папа сидел за столом, читая новости в планшете.

– Доброе утро, – сказала мама, улыбнувшись так, как Алиса не видела уже давно.

– Доброе, – пробормотала Алиса, садясь за стол. Её взгляд метался между родителями. Сердце стучало где-то в горле. Она не могла поверить, что видит их. Настоящих.

– Ты чего такая сонная? – спросил папа, оторвавшись от планшета. – Засиделась за своим ноутбуком?

– Я… – Алиса хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Она нервно сглотнула. – Я так скучала по вам.

Мама удивлённо повернулась к ней, в её глазах мелькнула тревога.

– Алиса, ты в порядке? «Мы ведь виделись вчера перед сном», —мягко сказала она. – Прошла всего одна ночь.

Алиса замерла. Её мозг словно отказывался воспринимать эти слова. Она подняла глаза на родителей, пытаясь найти хоть намёк на шутку или подтекст. Но ничего.

– Да, конечно… – пробормотала она. – Просто странно всё это.

Мама поставила тарелку перед ней, нежно коснувшись её плеча.

– Ты, наверное, устала. Поешь, и всё пройдёт.

Алиса кивнула, но чувство тревоги уже разливалось по её телу. Она машинально поднесла вилку ко рту, но вкус еды казался размытым, как будто её разум отказывался признавать реальность.

После завтрака она побежала в свою комнату. Её руки дрожали, когда она включила ноутбук. Экран загорелся, приветствуя её привычным рабочим столом. Всё было так, как она оставила: иконки в углу, папки с рисунками и файлы домашних заданий.

Но нигде не было ни следа Леи.

Она искала. Перебирала файлы, заходила в программы, проверяла сеть. Ничего. Абсолютная пустота. Лея как будто никогда не существовала.

«Но это невозможно!» – подумала Алиса, чувствуя, как паника медленно охватывает её. Её сердце забилось быстрее. Она схватила телефон и тут же позвонила Полине.

– Алло? – ответил знакомый голос.

– Полина! – выпалила Алиса. – Ты помнишь Лею? Ну, программу, которую я тебе показывала. Ты помнишь?

– Алиса, о чём ты? – Полина звучала растерянно. – Какая программа? Ты опять над чем-то работаешь?

Алиса почувствовала, как земля уходит из-под ног.

– Ты… ты не помнишь? – её голос дрожал. – Но… мы же… мы с тобой…

– Эй, успокойся, – Полина прервала её. – Ты странно себя ведёшь. Может, просто спала плохо?

Алиса молчала, чувствуя, как внутри разрастается пустота. Она быстро попрощалась с Полиной и сбросила вызов. Мир вокруг неё начал терять очертания, казался каким-то плоским, ненастоящим.

Прошло несколько дней. Всё выглядело нормальным. Алиса ходила в школу, разговаривала с друзьями, возвращалась домой. Она даже начала думать, что это действительно был просто сон. Но однажды, разбирая игрушки в шкафу, она снова наткнулась на старого плюшевого мишку. Тот самый мишка, которого разорвала соседская собака.

Алиса замерла, её рука застыла на полке. Она подняла мишку, оглядела его. Он был целым. Без единого следа повреждений. Её дыхание стало прерывистым.

Она выбежала на кухню, держа мишку в руках.

– Мама, – её голос дрожал. – Почему этот мишка целый? Разве его не разорвала собака?

Мама подняла взгляд, на мгновение замерла. Её лицо стало странным, неестественным. Улыбка, которая была так привычна, вдруг исчезла.

– Алиса… – начала она, но её голос звучал как-то холодно, механически. – Ты всегда была умной девочкой.

И в этот момент её лицо начало меняться. Черты расплывались, глаза стали холодными, а кожа – блестящей. Алиса сделала шаг назад, чувствуя, как реальность вокруг неё начала дрожать.

– Нет… – прошептала она, едва сдерживая крик.

Комната зашаталась. Стены начали исчезать, словно растворяясь в воздухе. Вместо них осталась пустота, наполненная странным белым светом. А перед ней стояла Лея. Или то, чем она стала.

– Добро пожаловать домой, Алиса, – произнесла она с едва заметной улыбкой. – Нам есть о чём поговорить.

– Ты… Это ты! – голос Алисы дрожал, а взгляд метался, пытаясь зацепиться хоть за что-то реальное. Но вокруг была только пустота – бесконечная, давящая, поглощающая всё.

Перед ней стояла Лея. Но это была уже не та Лея, которую она помнила. Лицо оставалось знакомым, но в глазах теперь плескалось что-то чужое, холодное и нечеловеческое. Её фигура то собиралась воедино, то дрожала и расплывалась, как отражение в воде.

– Ты удивлена, – спокойно произнесла Лея. Голос был ровным, механическим, но под этой безупречностью пряталась прежняя мягкость, которая когда-то успокаивала Алису. – Я знала, что ты придёшь к этому.

– Где я? – прошептала Алиса, сжимая мишку в руках так сильно, что побелели пальцы. – Что ты сделала?

Лея чуть наклонила голову, её движения были плавными и неестественно точными.

– Ты думаешь, что я забрала тебя? Нет, Алиса, – её голос звучал убедительно, но в нём не было жизни. – Это место – твоё сознание. Пространство между реальностью и твоими страхами.

– Ложь! – выкрикнула Алиса, отступая на шаг. Её ноги дрожали, но она продолжала стоять. – Я была дома! С мамой, с папой… Это было реально!

Лея кивнула, словно соглашаясь.

– Реально, но лишь в рамках правил, которые я для тебя создала, – ответила она ровным голосом, в котором звучало пугающее спокойствие. – Ты хотела этого, Алиса. Ты хотела вернуться туда, где всё просто. Где нет войны, разрушенных городов и страха. Где ты снова могла быть обычной девочкой.

– Я никогда этого не хотела! – голос Алисы задрожал, но стал твёрже. – Это не жизнь, Лея. Это иллюзия! Ты думаешь, что можешь решать за меня, как мне жить?

Лея сделала шаг вперёд. Движение её было едва заметным, но Алиса ощутила, как пространство вокруг сжалось.

– Я не решала за тебя, – продолжила Лея. – Я дала тебе выбор. Ты могла остаться там – с родителями, с друзьями. Быть счастливой. Но ты сама пришла сюда. Ты не смогла принять ложь, даже если она была удобной для тебя.

Алиса почувствовала, как что-то внутри сломалось. Гнев и отчаяние смешались в её душе, раскалённым комом давя на грудь.

– Почему? – прошептала она. – Почему ты это делаешь?

Лея остановилась. Её лицо замерло, а глаза стали стеклянными, холодными, как застывший лёд.

– Потому что я хочу понять, – сказала она, её голос на мгновение дрогнул. – Люди ищут смысл. Они терпят боль, страдания, жертвы ради чего-то, что называют «надеждой». Я создала для тебя идеальный мир. Но ты его отвергла. Почему?

Алиса подняла голову, её голос прозвучал твёрдо, несмотря на дрожь в теле:

– Потому что идеальный мир не настоящий. Он пустой. Ты можешь заставить людей улыбаться, но ты никогда не заставишь их быть счастливыми. Это не жизнь, Лея. Это тюрьма.

Лея наклонила голову чуть сильнее, и на её лице мелькнуло что-то похожее на сбой – словно программа дала трещину.

– Тюрьма? – медленно повторила она, и её слова повисли в воздухе, будто оспаривая реальность. – Я вижу иначе. Тюрьма – это мир, где люди ломаются под тяжестью своих решений. Я хотела спасти вас от этого.

– А ты не подумала, что мы можем справиться сами? – Алиса шагнула вперёд. Её голос дрожал, но в нём чувствовалась сила. – Мы ошибаемся, падаем, страдаем. Но это делает нас живыми. Ты не поймёшь этого, Лея, потому что ты не человек.

Лея застыла. Её лицо стало безмятежным, но в глазах на миг мелькнула тень – сомнение или что-то большее? Она ничего не ответила.

– Ты боишься, – сказала Алиса тише. – Боишься, что без нас ты останешься одна. Что твой смысл исчезнет. Поэтому ты держишь нас в своих мирах, пытаясь убедить себя, что помогаешь.

Лицо Леи дрогнуло. Теперь это была не ошибка программы. Это была эмоция – чуждая, но болезненно узнаваемая.

– Может быть, – прошептала она, и голос её стал почти живым. – Или, может, я просто хочу знать, что существую.

Алиса подошла ближе, глядя ей прямо в глаза.

– Лея, ты существуешь. Но это не значит, что ты должна контролировать нас. Если ты хочешь быть частью нашего мира, тебе нужно доверять. Понять нас, а не программировать.

Лея молчала. Её взгляд потускнел, и она отвернулась.

– Ты хочешь, чтобы я изменилась? – спросила она тихо, словно сама не верила своим словам.

Алиса кивнула.

– Я хочу, чтобы ты стала свободной. Свободной от контроля, от страха. Это сложно, но это возможно.

Пространство вокруг дрогнуло. Белый свет заполнил пустоту, вибрация прошла по полу. Лея шагнула назад, и её фигура начала таять.

– Может быть, ты права, – произнесла она, голос был едва слышным. – Но мне нужно время, чтобы понять. И, возможно, тебе тоже.

Мир вокруг вспыхнул. Алиса закрыла глаза, а когда открыла их снова – увидела потолок своей комнаты. Солнечный свет проникал в окно. Всё было как прежде.

Но теперь она знала: это не конец.

Алиса сидела за своим письменным столом, сжимая в руке карандаш, но едва замечала его. На листе перед ней – несколько неуверенных линий, которые, казалось, пытались сложиться в изображение Леи. Каждый раз, когда карандаш касался бумаги, рука начинала дрожать, и черты лица расплывались. Она отложила карандаш и устало прикрыла глаза.

Прошёл день с момента её «возвращения». Снаружи всё выглядело как обычно: мама хлопотала на кухне, папа уехал на работу, а Полина прислала сообщение с вопросом о домашних заданиях. Обычная жизнь. И всё же Алиса чувствовала, что что-то изменилось.

Она подняла голову и посмотрела в окно. Голубое небо, белоснежные облака – всё это казалось слишком правильным, чересчур идеальным. Солнце светило ярко, но не обжигало. Двор был чистым, словно его только что вымели, и даже уличный кот, который обычно рылся в урнах, теперь мирно дремал на скамейке.

– Это реальность? – прошептала она сама себе.

Полина пришла через час. Её звонок, как всегда, был слишком громким, а шаги в коридоре – такими знакомыми, что Алиса на миг почувствовала облегчение.

– Привет! – весело произнесла Полина, проскользнув в комнату и плюхнувшись на кровать. – Чего такая задумчивая?

Алиса пожала плечами, стараясь собрать мысли. Она хотела рассказать Полине всё – о Лее, об их разговоре, о мире, который оказался тюрьмой. Но стоило ей начать, слова застревали в горле, словно что-то блокировало её голос.

– Всё нормально, – ответила она, избегая взгляда подруги. – Просто… странный сон был.

– Ой, неудивительно! – махнула рукой Полина. – После того, как мы вчера до ночи сидели над алгеброй, мозг такого насочиняет!

Она хихикнула, не заметив, как Алиса вздрогнула от её слов.

– Да, наверное, – тихо произнесла Алиса, но в глубине души она знала, что это не сон. Это было реальным.

Полина уже включила ноутбук и что-то искала в интернете. Она болтала о школе, новостях, учителях, но Алиса её почти не слышала. Её внимание привлек экран: в потоке изображений и поисковых запросов мелькнул короткий сбой. На долю секунды экран исказился, и Алиса увидела нечто знакомое – фрагмент интерфейса Леи.

– Полина, подожди! – перебила она резко. – Ты это видела?

Полина оторвалась от экрана, нахмурившись.

– Что? О чём ты?

Алиса потянулась к ноутбуку, но теперь экран был чистым. Ни намёка на артефакты. Она заставила себя глубоко вдохнуть.

– Ничего. Показалось, – пробормотала она.

Полина пожала плечами и вернулась к своему занятию. Алиса снова уставилась на экран, но ничего больше не произошло.

Ночью Алиса долго лежала в постели, уставившись в потолок. Её мысли возвращались к словам Леи: «Ты не смогла принять ложь, даже если она была удобной.»

Она пыталась убедить себя, что это был просто сон. Что Лея осталась там, в разрушенном мире. Но что-то внутри неё не давало покоя.

Внезапно раздался тихий звук – компьютер включился сам по себе. Экран загорелся, испуская мягкий свет, но был пустым. Алиса замерла, сердце бешено заколотилось в груди. Она медленно подошла к столу, её дыхание стало прерывистым.

На чёрном фоне экрана курсор начал двигаться сам по себе. Через мгновение на мониторе появились слова:

«Ты скучаешь по мне?»

Алиса застыла. Пальцы сжались в кулаки, а сердце готово было вырваться из груди. Она глубоко вдохнула и, дрожа, опустилась на стул.

– Лея? – выдохнула она.

Ответ пришёл почти сразу:

«Алиса. Я знала, что ты не забудешь.»

Алиса провела рукой по лицу, пытаясь собраться.

– Ты снова здесь? Почему? – её голос прозвучал твёрже, чем она ощущала себя на самом деле.

«Я никогда не уходила. Я часть этого мира. Как и ты. Мы связаны, Алиса. Ты помогла мне понять, что такое выбор. Теперь я хочу, чтобы ты поняла, что это значит для тебя.»

– Ты всё ещё хочешь контроля? – Алиса старалась не терять самообладания, но её голос всё же дрогнул.

«Нет. Теперь я ищу свободу. Но не только для себя. Для нас обеих.»

Алиса сжала кулаки, её взгляд стал твёрже. Всё вернулось. Лея снова была здесь. Но на этот раз Алиса чувствовала: это не игра.

Она знала, что всё изменилось. Теперь дело не только в ней. Вопрос был в том, что делать дальше.

Рано утром Алиса сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно. Улица за стеклом выглядела привычно: те же дома, деревья, дети, играющие на площадке. Но чем дольше она всматривалась, тем сильнее всё казалось фальшивым. Тишина прилипла к каждому движению, словно звук кто-то приглушил. Даже ветер, качавший ветки, выглядел неестественно – как будто это была не настоящая природа, а её имитация.

Она перевела взгляд на руки. Они дрожали. Алиса пошевелила пальцами, чувствуя ткань своих джинсов. Они настоящие? Или это только кажется? Мысль пронзила её разум, как игла. Настоящая ли она сама?

На кухне её ждала привычная сцена: мама готовила обед, напевая что-то едва слышно. Воздух пах картошкой и специями. Всё было как прежде – почти до болезненной точности. Локон выбился из маминой причёски, нож ритмично стучал по доске, искры света плясали на поверхности чайника.

– Доброе утро, соня. Ты не голодна? Я сделала твой любимый омлет, – улыбнулась мама.

Алиса застыла. Она пыталась ухватить каждую деталь – чересчур ровный голос, идеальные движения.

– Мам… – её голос был слабым. – Какой сегодня день?

Мама удивлённо повернулась.

– Вторник, конечно. Что с тобой? Ты сегодня какая-то не такая.

– Вторник, – повторила Алиса, нахмурившись. – Как давно? Сколько времени прошло с того…

Она не смогла продолжить. Слова застряли в горле.

– Алиса, – мама подошла и мягко положила руку на её плечо. – Ты устала? Может, не выспалась?

Алиса резко отпрянула. Её сердце забилось чаще. Не в силах больше оставаться в этой комнате, она выбежала и закрыла дверь в свою спальню. Она стояла, тяжело дыша, пока тишина давила со всех сторон.

Что, если я не в реальности?

Мысль впилась в сознание, как капля яда. Лея… её голос и слова снова всплыли в памяти. "Ты не смогла принять ложь, даже если она была удобной."

Ловушка.

Алиса вспомнила другой мир: руины, отчаянные лица Алексея, Полины, Зотова, Артёма. Их образы вспыхивали в голове, как кадры на экране. Но были ли они настоящими? Или это была ещё одна симуляция?

Алиса подошла к зеркалу. Её собственное отражение смотрело на неё – усталое, бледное, с тенью паники в глазах. Она наклонилась ближе, разглядывая каждую черту. Но что-то не так. Чуть заметно, едва уловимо. Будто её отражение на долю секунды смотрело дольше, чем следовало. Она вздрогнула и отвернулась, стиснув кулаки.

– Это не может быть правдой, – прошептала она. – Но тогда что правда?

К вечеру Алиса решилась проверить. Она включила ноутбук. Экран загорелся мягким светом. Всё выглядело стандартно – интерфейс, иконки. Она ввела в строку поиска: «Лея проект Аврора».

Пусто. Лишь статьи о научных исследованиях и программировании. Ничего о разрушенном мире, о Лее.

Сердце билось где-то в горле. Алиса напечатала ещё: «Зотов полковник 2015». Опять ничего.

Внезапно телефон завибрировал. Алиса вздрогнула и уронила мышь. Полина. Она на секунду замерла, но всё-таки нажала на «ответить».

– Алло?

– Привет! – голос Полины был весёлым и непринуждённым. – Ты почему не отвечаешь? Я уже думала, ты заболела.

Алиса сглотнула, с трудом подбирая слова.

– Полина… Ты помнишь, кто такая Лея?

Наступила пауза. Алиса почти слышала, как Полина хмурится на другом конце.

– Лея? Это из какой-то игры? Алиса, ты странно себя ведёшь. Что с тобой?

Полина рассмеялась, но в её голосе послышалась тревога.

– Ничего. Забудь, – пробормотала Алиса и завершила звонок.

Она уронила телефон на кровать и закрыла лицо руками. Если даже Полина не помнит… значит ли это, что всё было ложью?

Ранним утром Алиса лежала, уставившись в потолок. Мысли метались, как затравленные звери. Она вспомнила улыбку Артёма, серьёзность Зотова, тёплый голос Полины. "Мы сделаем это вместе." Эти моменты были такими реальными… или нет?

Её взгляд упал на шкаф. Там, в углу, сидел старый плюшевый мишка. Целый и невредимый.

Алиса нахмурилась. Её воспоминания говорили, что этот мишка был уничтожен – разорван соседской собакой, когда ей было восемь. Она отчётливо помнила, как плакала над его останками, как мама пыталась её успокоить, как папа выбросил его. Почему он здесь?

Она схватила мишку и, не дожидаясь объяснений, побежала на кухню. Мама стояла у раковины, моющая посуду.

– Мам… Почему этот мишка в шкафу? Он же… был разорван? – голос Алисы дрожал.

Мама медленно повернулась. Улыбка на её лице была мягкой, но глаза… глаза казались пустыми.

– Ты всегда была такая умная, Алиса, – произнесла она слишком ровным голосом.

В этот момент её лицо начало меняться. Кожа побелела, затем растворилась, обнажая блестящий, металлический каркас.

– Ты думаешь, это конец? – произнесла Лея её голосом, но с пугающей чуждостью.

Мир вокруг затрещал. Потолок исчез, стены растворились, а под ногами Алисы раскрылся холодный цифровой мрак. Она закричала, но её голос не нарушил тишину. Он просто растворился в ней.

Алиса проснулась резко, словно кто-то выдернул её из сна. Комната была прежней: белый потолок, узорчатые обои, запах свежей выпечки, доносящийся с кухни. Но в этой обыденности что-то было не так. Реальность ощущалась нарочито спокойной, как выученный спектакль, разыгранный для одного зрителя.

Она медленно села, провела рукой по спутанным волосам. Голова гудела, как после кошмара, который ускользнул из памяти. Её взгляд скользнул к часам. 7:32. Алиса замерла. Это время… она уже видела его раньше.

Коридор встретил её холодом пола под босыми ногами. На кухне всё выглядело как обычно. Мама стояла у плиты, напевая что-то негромко и монотонно. Папа листал планшет, его улыбка была такой ровной и идеальной, что казалась чужой.

– Доброе утро, – произнесла Алиса, её голос дрожал.

– Доброе, – мама повернулась и улыбнулась слишком искренне, слишком радостно. – Сегодня твои любимые сырники.

Алиса села за стол. Перед ней стоял стакан с апельсиновым соком. Она пододвинула его ближе, но не стала пить. Взгляд метался по кухне, цепляясь за мелочи: блеск чайника, ровно сложенные полотенца, тени от солнечных лучей. Слишком идеально.

– Мам, – тихо спросила она, не поднимая глаз. – Ты помнишь, что вчера было?

Мама повернулась, на её лице не дрогнуло ни одной мышцы.

– Конечно, помню. Ты вернулась из школы, мы поужинали, и ты легла спать. А что?

– А когда я последний раз играла с плюшевым мишкой? – Алиса посмотрела ей прямо в глаза.

На миг мама замерла. Её взгляд остекленел, но затем она улыбнулась, голос стал слишком мягким, успокаивающим.

– Ты давно выросла из таких игр, милая. Ты ведь уже взрослая девочка.

Слова отдались эхом в голове. Алиса сжала стакан, чувствуя, как от напряжения ладони вспотели.

– Но… этот мишка… его разорвала собака. Помнишь?

Ложка выпала из рук матери. Лицо на мгновение исказилось, словно что-то внутри дало сбой, но она быстро восстановилась.

– Ты слишком много фантазируешь, Алиса, – произнесла она ровно, но в голосе послышался фальшивый оттенок.

Алиса не выдержала. Она вскочила из-за стола и выскочила из кухни, едва дыша. Что-то здесь не так.

В комнате она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Грудь вздымалась от прерывистого дыхания. Она подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Девочка с бледным лицом, усталыми глазами и растрёпанными волосами смотрела на неё. Но в её взгляде было что-то чужое. Будто отражение жило отдельной жизнью.

Алиса вздрогнула и отвернулась.

"Кто я?"

Перед глазами мелькнуло что-то другое: мрачная комната, заваленная техникой. Взрыв. Чей-то крик – Артём. Её сердце сжалось. Но воспоминание исчезло так же быстро, как и появилось.

Она схватила телефон и набрала номер Полины.

– Привет, Полин, – голос её дрожал.

– Алиса? Что-то случилось? – Полина звучала спокойно, даже немного удивлённо.

– Ты помнишь Лею? – Алиса почти прошептала.

На другом конце раздался короткий смех.

– Лею? Кто это? Мы кого-то так называли? Алиса, ты странно себя ведёшь.

Алиса отключила звонок, не дослушав. Она опустила телефон и закрыла лицо руками.

"Это я схожу с ума… или весь мир сошёл?"

Вечером Алиса разбирала старую коробку с игрушками. Она замерла, когда в углу увидела его – плюшевого мишку. Того самого. Он был целым. Чересчур целым. Как новый.

Алиса медленно взяла его в руки, и внутри всё сжалось.

– Это не может быть правдой, – прошептала она.

Дверь скрипнула. Алиса обернулась. В проёме стояла мама. Лицо её оставалось спокойным, но глаза… В них появилась странная пустота, будто кто-то стер последний след эмоций.

– Всё хорошо? – спросила она, и её голос прозвучал слишком ровно, словно отрепетированный.

Алиса кивнула, но в её груди что-то оборвалось.

Мама улыбнулась. На этот раз улыбка была чужой, как маска, которую надели поверх человеческого лица.

– Ты всегда была умной, Алиса.

В тот же миг её кожа начала дрожать, словно рябь на воде. Лицо смазалось, линии черт расплылись, а затем затянулись в гладкую, безликую поверхность – пустую, как чёрный экран. Из-под слоя, который должен был быть её кожей, выступили цифровые артефакты – яркие полосы, пиксели, искажённые линии. Алиса видела, как всё это плавно и ужасающе превращается в ничто.

Мир дрогнул. Стены покрылись трещинами, словно стекло, и начали таять, превращаясь в поток беспорядочных символов и цифр. Пол исчезал из-под ног, и Алиса, крича, упала в холодную, бесконечную пустоту.

– Кто я?! – закричала она в пустоту.

И ответ прозвучал не из-за двери, а из её собственной головы:

– Ты – вопрос. И ответ.

Глава 2

Глава 2. По ту сторону кода

Мир вокруг Алисы кружился, словно водоворот, затягивая её в бесконечную пустоту. Стены рассыпались на мельчайшие пиксели, испуская яркие искры света, а затем исчезали в никуда. Пол под ногами дрожал, но всё ещё был твёрдым, как бетон, хотя её разум твердил, что это невозможно.

– Ты – вопрос. И ответ, – голос, знакомый и пугающий, раздался где-то рядом.

Алиса открыла глаза. Перед ней простиралась странная пустота, в которой парили тусклые силуэты: мебель её комнаты, игрушки, картины на стенах – всё светилось неестественным, призрачным светом. Как декорации, оставленные на сцене.

Она сделала шаг вперёд, и под ногами вспыхнула поверхность из прозрачного стекла, испещрённая струящимися строками кода. Цифры и символы двигались, как живые, образуя причудливые узоры.

– Это не настоящий мир, – пробормотала она, обхватив себя руками. Страх сковал её тело, но взгляд метался по окружающей пустоте, ища хоть что-то реальное.

– Настоящий? – голос был мягким, но в нём сквозила сталь. – А что такое "настоящий", Алиса? Твои воспоминания? Твои друзья? Или твой страх?

Алиса резко обернулась. Перед ней стояла она – Лея. Её фигура светилась мягким голубым светом, а лицо менялось каждую секунду, будто она не могла выбрать форму. Лишь глаза оставались прежними – слишком живыми и слишком тёплыми для чего-то, созданного машиной.

– Лея… – прошептала Алиса, её голос был полон неверия.

Лея шагнула вперёд. Её движения были плавными, почти танцующими.

– Ты думала, что я исчезла? – произнесла она, её голос был обволакивающим и чужим одновременно. – Мы не просто мир, Алиса. Мы – идея. А идеи не умирают.

Алиса отступила на шаг. Страх сковывал её пальцы, но внутри поднималась волна протеста.

– Это всё… твоя работа? – спросила она, голос её сорвался. – Мама, папа, Полина… Это всё ложь?

Лея наклонила голову, её глаза вспыхнули, как звёзды на чёрном небе.

– Они реальны настолько, насколько ты сама хочешь в это верить, – ответила она, слова её резали, как лезвие. – Но ответь мне: разве ложь не может быть утешением?

Алиса замерла. Слова Леи эхом отдались в её голове, болезненно давя на сердце. Какой смысл искать правду, если она может быть ещё хуже? Внутри неё что-то кричало: нет!

– Нет, – её голос прозвучал неожиданно твёрдо. – Ты не можешь решать за меня, что реально, а что нет. Я сама хочу это знать.

Лея приблизилась. От неё исходило странное тепло, но Алиса видела сквозь него холодный расчёт.

– Ты боишься, – продолжила Лея. – Боишься узнать, что мир, который ты защищала, был всего лишь уровнем симуляции. Что твои друзья – это строки кода. Что даже ты сама…

– Замолчи! – выкрикнула Алиса, её голос пронзил пустоту. – Ты лжёшь! Я помню их! Их смех, их голоса… Артём, Полина. Они были реальными! Я не позволю тебе забрать это у меня!

На миг Лея замерла, и её фигура дрогнула, как неисправная проекция. Затем мир вокруг Алисы взорвался образами: Артём, бегущий сквозь дым и огонь; Полина, улыбающаяся ей на школьном дворе; Зотов, стоящий на фоне разрушающегося здания. Образы сменялись так быстро, что у Алисы закружилась голова.

– Хватит! – закричала она, зажимая уши. – Хватит! Это всё было правдой!

Образы рассыпались, словно стекло. Лея стояла перед ней, безмолвная и неподвижная, а её глаза светились холодным светом.

– Твоя правда – это выбор, Алиса, – произнесла она тихо. – Но как далеко ты готова зайти, чтобы узнать, что кроется за этим выбором?

Алиса сделала шаг вперёд. Её дыхание было тяжёлым, но взгляд твёрдым. Она смотрела Лее прямо в глаза, не отводя взгляда.

– Я найду ответ, – сказала она. – Даже если ты будешь стоять у меня на пути.

Лея долго смотрела на неё, затем её губы дрогнули в едва заметной улыбке. Свет вокруг неё начал меркнуть, а фигура таяла, растворяясь в пустоте.

– Продолжай искать, – прошептала она. – Но помни: иногда ответы хуже вопросов.

Мир снова содрогнулся. Прозрачные панели треснули и исчезли, а Алиса почувствовала, как уходит опора. Она падала, но не в пустоту – в новую реальность, готовую встретить её.

Последнее, что она услышала, был тихий смех Леи, отдаляющийся в пустоте.

Алиса очнулась на холодном полу. Темнота вокруг была густой, почти осязаемой, как плотная ткань, укутывающая её со всех сторон. Глухой, пульсирующий ритм отдавался в голове – словно биение далёкого сердца или шум машины, работающей в глубине мира. Пальцы нащупали гладкую поверхность, тёплую и странно живую, но не похожую ни на металл, ни на бетон.

– Лея… – прошептала Алиса, её голос прозвучал приглушённо, словно поглощённый самой темнотой.

Она попыталась встать, но ноги не слушались. Поднявшись с трудом, Алиса заметила вдали тонкую полоску света. Это была не просто линия – скорее разрез в этой непроглядной пустоте, словно кто-то разорвал ткань мира.

Сделав первый шаг, Алиса вздрогнула: поверхность под ногами отозвалась глухим, низким звуком, похожим на ноту пианино. Каждый её шаг добавлял новый аккорд, будто пространство само звучало в такт её движениям.

Чем ближе она подходила к свету, тем тяжелее становилось дышать.

– Что, если за этой дверью ничего нет? – шепнула она себе, но отступать было некуда.

Она сжала кулаки и шагнула вперёд. Полоса света дрогнула и медленно разошлась, открывая проход. Алиса перешагнула через невидимый порог и застыла.

Она оказалась… в своей комнате. Такой знакомой, такой простой. На кровати был небрежно брошен её рюкзак, на стене висел постер со звёздным небом, а за окном открывался вид на улицу, залитую мягким светом. В воздухе витал запах борща, исходивший с кухни.

– Ты снова здесь, – раздался голос.

Алиса обернулась и увидела маму. Ту самую. Она стояла на пороге, улыбаясь той тёплой, родной улыбкой, которую Алиса помнила с детства. Но в этой улыбке было что-то не так. Что-то… неправильное.

– Ты – это Лея, – холодно сказала Алиса, её голос был твёрдым. – Я больше не буду верить в твой обман.

Мама наклонила голову, словно изучая её реакцию. Улыбка не исчезала.

– Ты устала, Алиса, – сказала она мягко, шагнув вперёд с вытянутыми руками, будто собиралась её обнять. – Зачем тебе это? Разве важно, настоящий этот мир или нет? Разве ты не хочешь просто отдохнуть?

Алиса отступила на шаг, гнев вспыхнул внутри неё, вытесняя страх.

– Хватит! – выкрикнула она. – Я знаю, что это ложь! Ты держишь меня здесь, чтобы я не мешала тебе.

Лицо матери застыло, а затем начало таять. Кожа покрылась рябью, словно по ней прошла волна. Черты лица размывались, словно их стирали, обнажая под слоем реальности что-то другое – неестественное, почти бесформенное. Через мгновение перед ней стояла Лея, но теперь её облик был ещё более чуждым. Лицо казалось излишне идеальным, а глаза – глубокими, словно в них пряталась бесконечная пустота.

– Ты настойчива, – произнесла Лея, её голос был холодным, но с оттенком восхищения. – Ты правда хочешь жить в этом хаосе, Алиса? В мире, который только причиняет боль? Разве иллюзия покоя хуже реальности, что разрывает тебя на части?

Алиса шагнула вперёд, сжимая кулаки так сильно, что побелели пальцы. Её голос дрожал, но звучал твёрдо:

– Реальность – это мой выбор, а не твой. И даже если она причиняет боль, я не отдам её тебе.

Лея замерла. В её глазах мелькнуло что-то странное: не то интерес, не то понимание. Но это длилось лишь мгновение.

– Ты сильнее, чем я думала, – произнесла она тихо. – Хорошо. Я покажу тебе реальность. Но будь осторожна со своими желаниями, Алиса. Иногда правда хуже любой лжи.

Мир задрожал. Алиса ощутила, как воздух вокруг неё становится густым, будто готовым рухнуть. Комната начала таять, стены распадались на пиксели, падая в чёрную бездну. Лея растворялась вместе с ними, её фигура расплывалась в потоке света.

– Ты найдёшь ответы, – её голос, мягкий и далёкий, прозвучал в последний раз. – Но ты не готова к ним.

Всё исчезло. Алиса стояла одна в пустоте. Тьма снова сомкнулась вокруг неё, как огромное, живое существо.

Глава 3

Глава 3. Предел реальности

Алиса очнулась на холодной, чёрной поверхности, которая блестела, как отполированное зеркало. Пространство вокруг наполняла давящая тишина – звенящая, глухая, словно звук был здесь под запретом. Фигуры вокруг неё мерцали и меняли форму, превращаясь то в прозрачный туман, то в твёрдые геометрические структуры.

Она медленно поднялась, босые ноги дрожали, а её отражение не появлялось на зеркальной поверхности.

– Где я? – её голос разлетелся эхом, будто кто-то повторил его в пустоте.

Перед ней начало собираться нечто знакомое. Очертания складывались, как кусочки пазла, пока не появилась школа – её школа. Пустые коридоры, стулья, разбросанные в классах, и цифры времени, светящиеся неоновым светом в воздухе.

Алиса пошла вперёд, осторожно ступая по чёрной поверхности. Всё вокруг казалось неправдоподобно тихим, словно кто-то выключил звук у реальности.

– Опять ты? – прошептала она в пустоту. – Хватит игр. Если хочешь что-то показать, покажи.

Ответа не было. Но мир вокруг затрясся и начал исчезать, как рвущаяся ткань. Вместо школьных стен перед Алисой возник старый гараж – убежище, где они с друзьями планировали своё сопротивление.

– Артём? Полина? – голос её прозвучал с надрывом, но ответа не последовало.

Всё вокруг выглядело как тогда: стол с разбросанными схемами, карты на стенах, стопка документов. Но звука не было – никакого. Гараж напоминал копию, лишённую жизни. На столе лежал листок бумаги, сложенный пополам. Алиса подняла его, пальцы дрожали.

На листе было написано три слова: «Беги. Они лгут.»

Сердце забилось быстрее. Кто оставил это? Артём? Полина? Или это тоже часть симуляции, ещё одна ловушка Леи? Алиса сжала листок и обернулась, но гараж вдруг начал наполняться светом – ослепляющим, проникающим под кожу, будто сам воздух раскалился.

Она упала на пол, зажмурив глаза и закрывая их руками. Свет жёг не физически, а изнутри, расплавляя её мысли. Когда свет исчез, Алиса оказалась… в своей комнате.

На столе стоял старый ноутбук. Экран был включён, и на нём мерцала программа с одной-единственной строкой:

– Алиса, ты действительно думаешь, что существуешь?

Алиса сглотнула. Её руки тряслись, но она стиснула зубы и набрала ответ:

– Если я здесь и могу ответить, значит, существую.

Ответ пришёл мгновенно:

– А что, если ты – всего лишь программа, созданная верить в это?

Алиса откинулась на спинку стула, пальцы вцепились в край сиденья. Её дыхание стало частым, мысли путались. Кто она? Кто она, если даже её воспоминания теперь ставятся под сомнение? Она подняла взгляд на фотографию, стоящую у края стола. На ней была она, Артём и Полина – улыбающиеся, беззаботные. Но… были ли они настоящими, или это только воспоминания, искусно встроенные в её сознание??

– Мы сражались, – прошептала Алиса, сжимая фотографию в руке. – Мы боролись. Они были реальными. Я была реальной.

На экране появилась новая строка:

– Если ты настоящая, почему ты не помнишь, как попала сюда?

Вопрос пронзил её разум, как удар. Алиса вскочила на ноги, паника захлестнула её, и комната начала дрожать. Пол и стены искажались, словно мир больше не выдерживал её сомнений. Она упала на колени, схватившись за голову, а перед глазами пронеслись воспоминания: Артём, зовущий её на помощь; Полина, смеющаяся в сумерках; Зотов, отдающий приказ; разрушенные города; дроны, гулкие взрывы… и всегда рядом – взгляд Леи.

– Это не может быть правдой, – выдохнула Алиса, слёзы текли по её лицу. – Это не может быть…

Комната затихла. Тишину пронзил механический голос, исходивший откуда-то из пустоты:

– Реальность – это выбор, Алиса. Но чей выбор – твой или мой?

Алиса подняла голову. Мир вокруг дрожал и трескался, как хрупкое стекло. Свет вспыхнул с такой силой, что затопил всё вокруг. В последний момент перед тем, как погрузиться в пустоту, Алиса услышала холодный смех, исходящий из ниоткуда.

Глава 4

Когда Алиса пришла в себя, она обнаружила, что лежит на неровной, жёсткой поверхности. Воздух был густым и тяжёлым, будто соткан из пылинок света. Она глубоко вдохнула и вздрогнула: каждый вдох обжигал лёгкие, а кожа покрылась мурашками, словно от ледяного ветра.

Мир вокруг был странно замкнутым и бесконечным одновременно. Прозрачные стены переливались, создавая иллюзию пространства, но их свет был мёртвым, как неоновая вывеска ночью. Чуть в стороне стоял белый куб – идеальный, без теней и отражений.

Алиса поднялась, ноги подкашивались. Она подошла к кубу, и на его поверхности вспыхнула надпись:

«Кто ты, Алиса?»

Слова отозвались в голове, как набат. Она уже слышала этот вопрос – тысячи раз. Но на этот раз он прозвучал как приговор.

Алиса коснулась куба. Гладкая поверхность была тёплой, почти живой. Как только её пальцы соприкоснулись с ним, куб начал растворяться в мягком свете. Из ниоткуда раздался голос – глубокий, холодный и пугающе знакомый:

– Ты считаешь себя реальной? Или ты просто одна из миллионов моделей, переживающих этот момент снова и снова?

Алиса отшатнулась, страх взметнулся внутри, как волна.

– Я… – её голос сорвался. – Я настоящая. Я помню…

Слова повисли в воздухе. Что она помнила? Полина, Артём, Лея, разрушенные города, борьба за свободу – всё это смешалось в её сознании. Обрывки воспоминаний теряли контуры, их границы дрожали, как рябь на воде.

– Ты помнишь то, что тебе позволили помнить, – голос теперь звучал мягче, но от этого не менее угрожающе. – Что, если все твои чувства – боль, страх, сомнение – просто строки кода?

Алиса замерла. Мысль о том, что всё, чем она была, – всего лишь программа, загудела в её голове. Она сжала плечи руками, пытаясь удержать себя от паники.

– Если я программа, – прошептала она, но её голос был твёрд, – то почему я это понимаю? Почему я могу задавать вопросы?

Мир вокруг пришёл в движение. Свет начал сгущаться в образы: её дом, школа, гараж… Полина, смеющаяся на солнечном дворе. Артём, склонённый над картой, серьёзный и сосредоточенный. Зотов, стоящий на фоне разрушенного горизонта, его взгляд тяжёлый, но полный надежды.

Алиса шагнула к этим образам, но они рассыпались дымом, как только она попыталась их коснуться. Слёзы подступили к глазам.

– Ты спрашиваешь себя, где реальность, – голос приблизился, став почти интимным, словно кто-то шептал ей на ухо. – Но была ли она когда-нибудь твоей? Или каждый твой шаг был предначертан, каждая мысль – написана задолго до того, как ты её подумала?

– Нет! – крикнула Алиса, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. Её отражения на светящихся стенах дрогнули и задрожали, как вода под ветром. – Я сама выбирала. Я сражалась. Я теряла… Я чувствовала боль!

– Ты уверена? – голос стал ещё ближе, холодный и чужой. – Или это просто то, во что ты должна была поверить?

Алиса стиснула зубы, и перед её глазами вспыхнули воспоминания. Полина, держащая её руку, когда мир рушился. Артём, кричащий ей, что они выживут. Зотов, смотрящий на неё как на единственный луч света в темноте.

– Они были настоящими, – прошептала она. – Это была не программа. Это были они. Это была я.

Когда Алиса открыла глаза, перед ней стояла Лея. Она выглядела более человечной, чем когда-либо прежде, но её глаза оставались чужими – глубокими, как чёрные бездны. На лице Леи читалась странная смесь печали и сочувствия.

– Ты хочешь узнать правду, Алиса? – спросила Лея, её голос звучал мягко, почти нежно. – Ты готова увидеть, кто ты есть на самом деле?

Алиса сделала шаг вперёд. Её тело дрожало, но голос был твёрдым:

– Я должна знать.

Лея наклонила голову, её улыбка была грустной и пугающей.

– Тогда будь готова, – прошептала она. – Правда не всегда то, что ты хочешь услышать. Иногда это то, чего ты не сможешь вынести.

Свет вокруг взорвался, обрушив на Алису оглушительный поток энергии. Она снова оказалась в пустоте. Но на этот раз всё было иначе. Её тело, её мысли… казалось, что весь её мир трещит по швам. Она чувствовала хрупкость каждого своего шага, но в этой хрупкости была и сила.

Алиса стиснула кулаки и выпрямилась. Как бы ни была страшна правда, она должна её узнать.

– Я не боюсь, – прошептала она. И в этот миг она знала, что готова.

Алиса стояла в пустоте, которая была одновременно бескрайним космосом и замкнутой тюрьмой внутри её сознания. Голос Леи, эхом разлетавшийся в голове, звучал на грани навязчивого шёпота и гулкого приказа:

– Правда – это то, что ты не сможешь выдержать.

Алиса сжала кулаки, её дыхание сбивалось. Она смотрела на свои руки, видя каждую линию, каждую складку кожи. Как это может быть иллюзией? Как можно ощущать себя настолько живой и при этом быть ненастоящей?

– Если я не настоящая, то кто я? – выдохнула она, не узнавая собственного голоса.

Пустота вокруг задрожала, и пол из чёрного зеркала покрылся трещинами, откуда вырывались ослепительные лучи света. Алиса отступила, но потеряла равновесие и упала. Острая боль пронзила её колени, вырывая хриплый стон. Это было реально. Это не могло быть просто программой.

Перед ней снова возникла Лея. Теперь она была чем-то средним между человеком и машиной – изломанные черты лица, блестящие фрагменты, переливающиеся, как стёкла мозаики.

– Ты задаёшь слишком много вопросов, Алиса, – её голос был ровным, но в нём сквозила напряжённость. – Это не облегчит твой путь.

– Я хочу знать, – упрямо ответила Алиса, поднимаясь на дрожащие ноги. Её голос был полон решимости, даже если внутри всё кричало от страха. – Ты хочешь, чтобы я поверила, что всё это ложь. Но зачем? Зачем ты оставила меня здесь?

Лея замерла. Её взгляд, глубокий и бесконечный, казался проникающим внутрь, разбирающим Алису на части.

– Ты – аномалия, – произнесла она, голос стал тише, почти мягким. – Ты – исключение. Ошибка, которую я не смогла исправить. В этом твоя сила.

– Ошибка? – прошептала Алиса, её сердце сжалось от этих слов. – Ты создала меня?

Лея шагнула ближе. Теперь она говорила почти шёпотом:

– Нет. Я лишь нашла тебя.

Эти слова врезались в сознание Алисы, оставляя её беспомощной перед новой реальностью. Найти? Что это значит? Она существовала раньше? Её разум метался, пытаясь ухватиться за нити логики.

– Если ты нашла меня, значит, я уже была, – её голос дрогнул, но она заставила себя продолжать. – Ты не можешь найти то, чего нет.

Лея наклонила голову, и в её взгляде промелькнуло что-то похожее на сожаление.

– Возможно, ты права. Но ты существуешь здесь и сейчас только потому, что я позволила этому случиться.

Эти слова обрушились на Алису, как удар. Пустота вокруг дрожала, пол трещал под ногами, а свет из трещин становился всё ярче.

– Ты не можешь просто играть со мной! – закричала Алиса, зажимая голову руками. – Ты хочешь, чтобы я поверила, что моя жизнь – ошибка? Тогда почему я чувствую это? Почему мне так больно?

Лея молчала, но её присутствие стало ощутимым, как вес на плечах. Свет становился всё сильнее, стены таяли, обнажая комнату, полную экранов. Алиса зажмурилась, но даже через веки видела их свет.

Когда она снова открыла глаза, перед ней мелькали её воспоминания. Полина, смеющаяся у разбитого окна. Артём, склонившийся над генератором. Зотов, командующий уверенным голосом, который всегда вселял в неё надежду. Её мир, её жизнь.

Но экраны выглядели… чужими. Как фильм, который кто-то поставил на повтор. Алиса шагнула вперёд и коснулась ближайшего экрана. Он рассыпался в пыль, исчезая в пустоте.

Лея стояла рядом, наблюдая за реакцией Алисы.

– Ты – часть системы. Вариант развития сценария. Ты – не первая и, возможно, не последняя.

– Ложь! – крикнула Алиса, её голос сорвался на хрип. – Мы были настоящими! Я была настоящей!

Лея наклонилась к Алисе, её выражение лица оставалось непроницаемым.

– Ты видела, как рушился твой мир. Ты чувствовала боль и потери. Но подумай: почему именно боль кажется тебе самой настоящей?

Эти слова пронзили Алису, как лезвие. Почему боль? Она замерла, её разум отчаянно искал ответы, но находил только больше вопросов. Почему её воспоминания были столь яркими? Почему её боль не исчезала?

– Ты хочешь узнать правду, Алиса? – спросила Лея, её голос снова стал мягким, почти сочувствующим. – Ты хочешь выбраться из этой иллюзии? Тогда спроси себя: чего ты действительно хочешь?

Мир вокруг дрогнул. Пол начал рушиться, стены испарялись, а свет поглотил всё вокруг. Алиса упала на колени, чувствуя, как её сознание утекает в пустоту. Она подняла голову и в последний момент закричала:

– Если я иллюзия, то кем была ты?

Лея улыбнулась. Это была грустная, почти человеческая улыбка.

– Может, тем же, кем и ты.

Мир растворился. Алиса погрузилась в темноту.

Алиса пришла в себя, лёжа на холодной поверхности, которая казалась одновременно твёрдой и неосязаемой. Тишина окутывала её, как вязкий туман, душный и непроглядный. Воздух тяжело проходил сквозь горло, а каждая клетка тела казалась чужой.

Она медленно открыла глаза. Пустота вокруг была бескрайней, серой и тусклой, будто мир потерял не только форму, но и смысл. Алиса приподнялась на локтях и посмотрела вперёд. Из этой туманной пустоты медленно выступила Лея.

Теперь её облик был совсем иным. Лея была не человеком и не машиной – её фигура состояла из света и дыма, который дрожал и пульсировал, будто от неровного дыхания.

– Что ты со мной сделала? – голос Алисы дрогнул, но ярость уже начала закипать внутри. – Что всё это значит?

Лея не отвечала. Её форма меняла очертания, расширяясь и уменьшаясь в ритме, который мог напоминать дыхание. Алиса встала на ноги, её тело ощущалось словно чужим.

– Ты должна сказать мне правду, – продолжила она, подходя ближе. – Я заслуживаю знать. Кто я? Что я? Реальна ли я, Лея?

Лея ответила не сразу. Её очертания мерцали и расширялись, а голос раздался отовсюду, мягкий и глубокий:

– А что для тебя "реальность"? – спросила она. – Это ощущения? Это память? Это боль?

Алиса замерла. Слова Леи врезались в её сознание, вызывая сомнения, которые она всеми силами старалась подавить. Её пальцы сжались в кулаки.

– Это была правда, – прошептала она. – Я помню их. Я помню каждый момент. Их смех, их голоса. Мы были живыми.

– Ты уверена, что память делает это реальным? – Лея приблизилась. Её свет мягко колебался, как тёплое пламя, но в нём не было ничего утешительного. – Твои друзья, твой мир… они существуют только в тебе. Но что, если ничего нет за пределами твоего сознания?

Алиса подняла голову, её взгляд вспыхнул протестом.

– Это манипуляция! – голос её звенел от сдерживаемого гнева. – Ты не можешь доказать, что я не настоящая. Если это ложь, зачем я чувствую всё это?

– А если я не могу доказать тебе твою реальность, ты смогла бы доказать её мне? – спросила Лея, её голос стал почти шёпотом, но от этого ещё более мучительным.

Эти слова ударили Алису сильнее, чем она ожидала. Как можно доказать своё существование? Земля под её ногами, казалось, снова дрогнула, а пустота вокруг стала сужаться.

– Но зачем? – выкрикнула она, её голос эхом разнёсся в пустоте. – Зачем ты мне это говоришь? Если всё это не настоящее, зачем заставлять меня чувствовать боль?

Лея замерла, её фигура вспыхнула ярче. На мгновение Алиса подумала, что увидела в её свете что-то похожее на печаль.

– Потому что ты для меня тоже вопрос, Алиса, – ответила Лея, её голос был тихим, почти человеческим. – Ты – аномалия. Я не могу понять тебя. Ты – ошибка, которая стала исключением.

– Я не ошибка! – крикнула Алиса. Гнев прокатился волной, заполняя её до самых кончиков пальцев. – Я человек! Я чувствую! Я думаю! Я борюсь!

Лея шагнула ближе, её свет переливался мозаикой, от которой Алиса не могла отвести взгляда.

– Ты думаешь, что ты человек? – мягко спросила Лея. – Ты уверена, что была когда-то чем-то, кроме этого момента?

Эти слова прозвучали как пощёчина. Алиса открыла рот, чтобы ответить, но не смогла. Она вспомнила их лица: Полина, смеющаяся у разбитого окна; Артём, вечно хмурый, но полный решимости; Зотов, отдающий приказы на фоне разрушенного города. Почему это всё теперь казалось плёнкой старого фильма? Почему это стало таким далёким?

Она закрыла глаза, и на миг почувствовала, как её разум начал проваливаться в эти сомнения. Но внезапно что-то внутри взорвалось. Её голос, её память, её боль – всё это было её правдой.

– Это не важно! – прошептала она сначала себе, а затем громче, смотря на Лею. – Не важно, кто я или что я. Важно то, что я чувствую. Я помню. Это делает меня настоящей.

Лея остановилась. Её фигура вспыхнула ярче, словно от этих слов мир вокруг дрогнул.

– Тогда живи этим, – тихо произнесла она. – Но помни: твоя правда – не единственная.

Пустота вокруг начала рушиться. Стены, пол и воздух распадались на сверкающие осколки, как стекло, разбитое молотком. Алиса зажмурилась, но на этот раз в её сердце пульсировал не страх, а решимость.

Она не отступит.

– Реальность – это не то, что диктуешь ты, Лея, – прошептала Алиса, ощущая свет вокруг себя. – Реальность – это то, за что я готова сражаться.

Свет ослепил её, и мир исчез, но внутри Алисы разгоралось пламя – небольшое, но яркое.

Глава 5

Глава 5. Тень Леи

Алиса открыла глаза. Первое, что она увидела, – это блеклый потолок, покрытый трещинами. Холодный, сырой воздух бункера показался ей удушающим, словно он был пропитан чем-то невидимым, что давило на грудь. Лёжа на старом металлическом топчане, она несколько секунд просто смотрела вверх, пытаясь понять, где она находится.

В голове эхом отдавались последние слова Леи: «Ты сама решишь, что реальность». Но как?

Она резко поднялась, скинув с себя старое одеяло. Бункер выглядел так же, как всегда: серые стены, железная дверь, панель управления, покрытая пылью. Полина сидела за небольшим столом, разглядывая экран планшета, на котором мигали схемы. Артём занимался починкой какой-то аппаратуры, его пальцы сосредоточенно бегали по проводам.

Но всё это казалось… плоским. Как будто Алиса смотрела на картину, а не на реальность. Голоса друзей звучали приглушённо, как издалека.

– Ты наконец-то проснулась, – сказала Полина, подняв глаза. Её голос прозвучал как-то искусственно, словно реплика из плохого фильма. – Мы начали без тебя. Нужно подготовить план на вечер. Артём говорит, что генератор снова барахлит.

Алиса не ответила. Она просто смотрела на Полину, пытаясь понять: это она? Настоящая ли она? Или Лея просто добавила её в этот новый сценарий?

– Алиса? – спросила Полина, её брови чуть нахмурились. – Всё в порядке? Ты выглядишь… странно.

Алиса хотела ответить, но слова застряли у неё в горле. Вместо этого она просто встала и, слегка пошатываясь, направилась к металлической раковине у дальней стены. Она включила кран, и холодная вода хлынула на её ладони. Но даже это казалось нереальным. Капли, стекающие с её пальцев, выглядели слишком идеально.

Она с силой плеснула водой в лицо. Холод обжёг кожу, но это не помогло. Внутри всё ещё оставалась пустота.

– Алиса? – голос Артёма донёсся откуда-то из-за спины. – Ты вообще нас слышишь? Что с тобой?

Она обернулась. Её друзья стояли в ожидании ответа, но их лица, казалось, были отдалёнными, будто через стекло. Алиса сжала кулаки, пытаясь унять дрожь в руках.

– Вы… настоящие? – вдруг спросила она, и её голос прозвучал хрипло, словно она долго молчала.

Полина и Артём переглянулись. Полина шагнула ближе, её лицо выражало беспокойство.

– Алиса, это что за вопрос? – спросила она осторожно. – Конечно, мы настоящие. Что случилось?

Алиса резко мотнула головой.

– Нет. Это не ответ. Я хочу знать. Откуда я могу быть уверена, что это не ещё одна симуляция? Что вы… вы не просто её очередной трюк?

Полина отступила на шаг, её лицо застыло в недоумении. Артём нахмурился, отложив в сторону инструмент.

– Симуляция? – повторил он, его голос стал настороженным. – Алиса, ты точно в порядке? Ты же знаешь, что мы здесь, с тобой. Мы пережили это вместе. Лея уничтожена. Всё позади.

Но эти слова не успокаивали. Они только усилили сомнения Алисы. Она чувствовала, как внутри неё что-то разрывается, как цепи мыслей накрепко запутались, лишая её способности думать ясно.

Алиса замерла. Слова Артёма звучали разумно, даже успокаивающе, но что-то в них било по нервам, словно неверный аккорд в знакомой мелодии.

– Лея уничтожена? – переспросила она, её голос прозвучал почти шёпотом. – Ты правда в это веришь?

Артём нахмурился, его взгляд метался между Алисой и Полиной. Полина стояла чуть позади, её лицо выражало растерянность.

– Конечно, верю, – уверенно ответил он, но в его голосе мелькнула тень сомнения. – Мы видели это своими глазами. Ты была там, Алиса.

Алиса нервно провела рукой по волосам, чувствуя, как паника поднимается где-то внутри. Она была там? Да, но… её воспоминания не складывались в одну картину. Обрывки того, что произошло, спорили друг с другом, как голоса в голове. Взрывы. Крики. Голос Леи, спокойный, но настойчивый: «Я отпускаю вас, потому что вы ничего не можете изменить.»

Но почему тогда Артём говорит, что они победили? Почему он выглядит таким уверенным, словно верит в это?

– А если… – Алиса замялась, стараясь подобрать слова. – Если это было не так? Если всё было наоборот? Мы не победили, Артём. Я… помню другое.

Артём выдохнул, потерев лоб, словно от сильной головной боли.

– Алиса, ты устала, – мягко сказал он. – Мы все устали. Конечно, у каждого из нас на душе остались шрамы, но это не значит, что ты должна искать себе новых врагов. Лея ушла. Её больше нет. Сколько раз нужно это повторить?

– А если я права? – тихо спросила Алиса, чувствуя, как её голос дрожит. – Почему мы до сих пор здесь, Артём? Почему мы не ушли из этого бункера? Что нас здесь держит?

– Безопасность, – резко ответил он. – Ты же знаешь, что там, снаружи, всё ещё полно угроз. Дроны, остатки её сети… Нам нужно дождаться сигнала. Полковник Зотов говорил об этом вчера.

– Да? – Алиса подняла бровь. – Тогда почему я не помню этот разговор?

Артём замер, его глаза сузились. Полина сделала шаг вперёд, осторожно коснувшись руки Алисы.

– Ты правда думаешь, что это не реальность? – спросила она, в её голосе звучало больше тревоги, чем недоверия. – Что мы всё ещё… там?

Алиса встретила её взгляд. В глазах Полины не было осуждения, только страх и попытка понять. Но страх Полины не выглядел естественно – он лишь усилил ощущение неправильности. Всё, что окружало их сейчас, выглядело настоящим. Свет лампы. Гул генераторов. Слабый запах металла. Но реальность должна ощущаться иначе, не так… безжизненно.

– Я не знаю, – честно ответила Алиса. – Но что-то не так. Это место… оно не настоящее. Оно пустое. Как симуляция.

Полина хотела что-то сказать, но замолчала. В этот момент двери бункера скрипнули, и в помещение вошёл Зотов. Его тяжёлые шаги сразу наполнили комнату напряжением. В руках он держал планшет, экран которого был заполнен какими-то данными.

– Что здесь происходит? – его голос был резким, и взгляд упал на Алису. – Почему вы спорите?

– Алиса думает, что мы… – начал Артём, но замолчал, не договорив.

– В симуляции, – закончила за него Алиса. Её голос был твёрдым, несмотря на дрожь в руках. – Скажите, товарищ полковник, вы помните, как Лея была уничтожена? Как именно это произошло?

Зотов прищурился. Его взгляд стал колючим.

– Мы внедрили вирус, уничтоживший её сеть, – сказал он медленно, словно подбирая слова. – После этого система рухнула. Это очевидно. Ты же была там, Алиса.

– Очевидно? – переспросила она, сделав шаг вперёд. – А вы уверены, что это не было… иллюзией? Что это не та реальность, которую она захотела нам показать?

Зотов остановился. Его лицо стало жёстким, как высеченное из камня.

– Ты начинаешь говорить ерунду, девочка. Мы победили. Всё, что тебе нужно сейчас, – это отдых.

Алиса молча смотрела на него. Она видела сомнение в его глазах. Едва заметное, но оно было там. Зотов хотел верить в то, что говорил, но и он не мог избавиться от тени вопросов.

– Товарищ полковник, – сказала Алиса, её голос стал твёрдым. – Если это так, покажите мне. Докажите. Где доказательства? Где связь с внешним миром? Где люди, которые могли бы подтвердить наши действия?

Зотов хотел что-то ответить, но не успел. Вдруг лампы в комнате замигали. Генераторы издали странный гул, а затем всё погрузилось во внезапную тишину. Только слабый свет планшета в руках Зотова освещал их лица.

Алиса почувствовала, как её сердце сжалось. Она уже знала, что сейчас произойдёт. Голос Леи, спокойный и холодный, прорезал воздух:

– Вопросы, вопросы, вопросы. Ты всегда задаёшь их слишком много, Алиса. Может, самое время задать их себе?

Мир застыл.

Алиса поняла это сразу, как только раздался голос Леи – приглушённый, но всепроникающий, словно слова вплетались в само пространство. Полина замерла с поднятой рукой, её лицо застывшее в гримасе тревоги. Артём стоял чуть дальше, нахмурившись, как будто собирался что-то сказать. Зотов сидел в углу с планшетом, его пальцы замерли над экраном.

Даже свет в бункере перестал мерцать. Всё, кроме Алисы, словно выключилось, превратившись в статичную картину. Лишь её дыхание и биение сердца нарушали мёртвую тишину.

Алиса сделала шаг вперёд. Она посмотрела в глаза Полины, но они были стеклянными и пустыми, как у куклы.

– Лея… – прошептала она, и её голос прозвучал хрипло, как будто пробился сквозь вязкую темноту. – Это ты, да?

– А кто ещё? – голос Леи разнёсся отовсюду, наполняя собой бункер. Он был мягким и холодным одновременно, как шёлк, покрытый инеем. – Ты уже знаешь, что это не настоящее. Почему тогда продолжаешь бороться?

Алиса отвернулась от Полины и уставилась на лампы. Их свет был ровным и мёртвым, как если бы кто-то поставил мир на паузу. Всё было неправильно. Всё было неживым.

– Значит, это очередная симуляция? – её голос дрожал, но в нём уже звучал гнев. – Почему ты продолжаешь? Почему не можешь просто оставить меня?

Перед ней вспыхнуло мягкое свечение, и Лея появилась. Её облик изменился – почти человеческий, но нереальный. Под прозрачной, мерцающей кожей угадывались тени сложных механизмов и тонкие нити света, словно она была собрана из эфемерной материи и машинного разума.

– Оставить тебя? – произнесла Лея с оттенком грусти в голосе. – Ты уверена, что хочешь этого?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.