Одной не страшно
Начать новую жизнь после развода
Влада Маршева

Корректор Юлия Халфина

Дизайнер обложки Татьяна Сетькова

Фотограф Екатерина Сумар

© Влада Маршева, 2024

© Татьяна Сетькова, дизайн обложки, 2024

© Екатерина Сумар, фотографии, 2024

ISBN 978-5-0065-1570-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие от бывшего мужа

Наблюдать за тем, как твоя бывшая жена пишет книгу о вашем разводе, – то еще испытание! Я не публичная личность и не знаменитость. Меньше всего хотелось бы притягивать к себе внимание, да еще и по такой щекотливой теме.

С другой стороны, мы всегда были искренни с аудиторией нашего общего блога. И в книге вы прочитаете, как подписчики узнали в числе первых о нашем решении расстаться. Мы честно делились своими чувствами, и наша история для многих стала поводом задуматься о своих отношениях. Кто-то захотел потрудиться над тем, чтобы их сохранить, а кто-то благодаря нашему примеру нашел в себе смелость из них выйти.

Мы получали много сообщений, где люди делились своими историями и ситуациями. Однажды в Тбилиси я даже встретился с подписчиком, который переживал кризис в отношениях с женой, готовился к разводу и просто хотел поделиться своей историей со мной.

Было очевидно, что тема развода близка очень многим, но далеко не все могут признаться, что такие мысли их посещают все чаще. Наша с Владой история стала для кого-то примером, что это не конец света, и что после развода жизнь есть и можно даже сохранить нормальные отношения с бывшими, а не поливать их грязью при первой возможности.

Периодически я натыкаюсь в соцсетях на «вовлекающие» посты для девушек. В одном из них блогер дал задание – придумать, как назывался бы магазин, если бы это был ваш бывший. Видели бы вы, с какой радостью и рвением они придумывали очень обидные названия и оскорбления: корейский магазин «Кон Чен Ый», Gan&Don, кондитерская «Сыночка-корзиночка», магазин оптики «Посмотрим», магазин на диване и т. д. Честно, я посмеялся вдоволь.

Но я очень рад, что эта книга совсем о другом. Влада рассказывает о пути, на котором развод стал лишь началом ее большого путешествия к себе настоящей. Согласен: в браке так легко потерять себя, свои интересы и увлечения. Свои чувства! Нас же учили, что семья – это главное. А главное у каждого на самом деле – он сам. И чем дольше ты будешь задвигать себя на второй план, тем больше будет нарастать напряжение, сжигая любовь и все хорошее, что когда-то было между вами.

Несмотря на, казалось бы, грустную историю распада семьи, эта книга жизнеутверждающая и мотивирующая. И не важно, стоите вы сейчас на грани разрыва отношений или, наоборот, читая это предисловие, боитесь потерять то, что у вас есть, – вашу семью.

Эта книга поможет вам приблизиться к себе через чужую историю. Ведь для этого мы и читаем литературу, чтобы узнать, что у других, и сравнить – что у меня. Мне понравилось, что в книге есть практические советы и упражнения, а личное переплетается с полезной информацией из области психологии.

Местами мне было тяжело читать эту книгу. Иногда накатывало чувство несправедливости. Почему это случилось именно со мной? Почему я стал героем ее грез и идеализации? Получается, любили-то не меня, а те самые проекции? Но все это уже в прошлом, и книга побуждает задать вопрос самому себе: что ты делал в этих отношениях и какой урок должен был из них для себя вынести? Но это уже совсем другая история.

Пусть эта книга станет поддержкой для тех, кто переживает расставание, думает о нем или желает сохранить отношения и не попасть в ловушки травм.

Бывший муж Артем

Вступление.
Жизнь рухнула (спойлер: нет)

Путь к себе не всегда прямой и легкий. Но только те, кто решаются идти, находят истинное счастье.

Я никогда не забуду то ощущение, как будто падаешь с обрыва, когда муж сказал мне:

– Все, я больше так не могу. Нам нужно разъехаться. Может быть, попытаться пройти семейную терапию. Кажется, между нами больше ничего не осталось.

Я не помню, какие он точно говорил слова. Но хорошо помню смысл и свои чувства. В тот момент я четко осознала, что любви больше нет. Она погибла: нет даже чуть теплых угольков, которые можно было бы попытаться раздуть.

Предательство?

Да, я чувствовала себя преданной, разочарованной и обманутой.

Мы сидели за уличным столиком в кафе в Батуми. Шел дождь. Я намокала, но не ощущала этого. Чувства словно парализовались.

Вроде бы я не была удивлена этим словам. После всего, что произошло с нами за последние месяцы, или даже годы, это было предсказуемо. Но я все равно не была морально готова услышать их прямо сейчас. Я столько думала об этом. И вдруг мои мысли будто озвучили чужим голосом.

Я ничего не могла ответить. Меня будто парализовало. Я смотрела в одну точку и пыталась сдержать слезы. Десять лет, проведенных вместе, словно пролетали перед глазами, как фильм на ускоренной перемотке.

Вот мы впервые увидели друг друга в университете, вот мы гуляем по набережной. Я получаю признание в любви, первый поцелуй, и это чувство – что наша любовь навсегда.

Вот я держу на руках новорожденного ребенка. Вот мы смотрим на него вместе и задерживаем дыхание. А вот летим в Грузию, взбираемся на гору, собираем малину и смеемся.

Вот мы уже не разговариваем. Я плачу на балконе, не могу и не хочу с ним говорить. И вот мы здесь – в кафе курортного города, сидим под дождем как абсолютно чужие люди. Ощущение, что между нами – пропасть, над которой нет даже самого хилого подвесного моста.

– Чего ты молчишь?

Эти слова резко прервали показ фильма в моей голове. Наконец у меня появились силы ответить. Горло сдавило, но я все же произнесла несколько фраз равнодушно-металлическим голосом:

– Да, я согласна. Я не вижу смысла в совместной психотерапии. Никакой психолог не поможет вернуть чувства, от которых ничего не осталось. Поздно. Если бы между нами был просто конфликт, пусть даже тяжелый, то мы могли бы попытаться решить его с помощью психолога. Но между нами больше нет чувств. Я хочу разъехаться. Мы вернемся в Тбилиси, и я начну искать себе квартиру.

Это было очень странное чувство, похожее на смерть тяжелобольного близкого человека. Вроде бы это неизбежно, предсказуемо, но все равно к этому невозможно подготовиться. Буквально вчера я не могла и подумать о том, что это скажу. А сегодня это вдруг случилось.

Еще на прошлой неделе мы изо всех сил пытались завершить финансовый план на 25 лет вперед. Прописывали, когда купим квартиру и как будем распределять наши доходы. Курс по финансовой грамотности вместо месяца растянулся на год, и я не понимала, что же нас так блокирует: таблицы Excel или сопротивление необходимости строить долгосрочные совместные планы, когда между нами что-то уже давно было не так, как раньше.

Эти планы не вдохновляли и не радовали. Но преподаватель курса не отступала от нас и каждый месяц напоминала, что мы должны пройти все уроки, составить план и поделиться результатом. Мне, как человеку, который проходит все курсы до конца, было крайне сложно бросить начатое. И я все же доделала все уроки.

Огромный финансовый план нашей жизни был готов. Но прямо в этот момент, в кафе, я четко поняла, что ничего этого я не хочу. Никакого планирования на 25 лет вперед, никаких совместных покупок квартир и машин. Единственное, что я хочу, – это съехать с нашей съемной квартиры и из этой жизни, которая будто бы уже и не кажется моей.

Как это возможно, чтобы самый близкий человек вдруг стал абсолютно чужим? Даже не просто чужим, а таким невыносимым, что мне было даже тяжело находиться рядом.

Пустота. Боль. Разочарование.

Сердце бьется, и я ощущаю его удары уже в горле. В голове возникает вопрос, как жить дальше. Как жить одной? Мне все тяжелее сдерживать слезы. Я четко понимаю, что это… конец.

                                             * * *

Я до сих пор помню тот вечер как в замедленной съемке. Ощущение конца света и жизни. Отчаяние. Безнадежность.

Но… это был не конец.

С тех пор прошло три года. Моя жизнь не рухнула и конца света не произошло. Я не оказалась под забором. Наш сын не остался безотцовщиной, а я ни разу не почувствовала себя несчастной «разведенкой с прицепом».

Мы развелись, но не стали врагами. До сих пор общаемся и воспитываем ребенка – по очереди. Обычно Игорь живет три дня со мной, а потом три дня – с папой. А если кто-то из нас едет путешествовать, мы договариваемся по-другому. Иногда разделяем родительские смены на недели и даже на месяц.

По праздникам мы иногда проводим время все вместе, втроем. Например, прошлый Новый год я отмечала с Игорем. Вечером Артем заходил к нам в гости с подарками. Мы посидели за столом, выпили игристого, поиграли в новые игры. Я выиграла в дартс с большим отрывом! Игорь был очень рад, что пришел папа. Он хотел, чтобы Новый год был «как в нормальной семье». Пары часов хватило, чтобы он был доволен!

Потом Артем пошел к друзьям, а я запекла куриное филе с картошкой и пармезаном, сделала салат. Игорь быстро все съел и пошел играть, а я отправляла поздравления и отвечала на них. Мы прикалывались, делали дурацкие фото и смеялись до колик. Около 23:00 пошли на гору смотреть на фейерверки и запускать свой символический салют. Никогда раньше такого не делала и чувствовала себя преступницей.

Было страшно, но и весело пробираться с фонариком по темной тропе. Я мечтала посмотреть на Тбилиси сверху в новогоднюю ночь! И вот мечта сбылась. Мы вернулись домой, съели лимонный щербет и начали смотреть фильм на «Нетфликсе». Мне было так спокойно и светло на душе. Я и не могла представить, что спустя три года после разговора в Батуми я приду к такому уравновешенному и счастливому состоянию!

Все можно пережить. Смерть, предательство и даже развод. В момент разрыва кажется, что это невозможно. Боль и обида рвут тебя изнутри. Это так тяжело, что даже дышать становится невыносимо! Как бы я хотела тогда знать, что боль пройдет, а уважение между нами – останется. И что в этом нет ничего невероятного. Мне бы было намного легче пережить тот период с этим осознанием.

В 2021 году я начала жить одна после почти десяти лет брака. Это было тяжело как физически, так и морально. Развод в нашем обществе все еще считался трагедией и провалом – особенно для женщины! А еще – знаком того, что отношения изначально были большой ошибкой.

«Выбрала не того! А может, просто эгоистка?! Семью не сберегла. Могла бы и потерпеть ради ребенка!»

Я тоже все это чувствовала и слышала. Но меньше, чем могла бы. К моменту развода мы с мужем и сыном жили в Грузии. С одной стороны, принять такое решение в другой стране и впервые начать жить одной было еще тяжелее. Но с другой стороны – сделать это вдали от дома и родственников было легче.

В первые месяцы после расставания я увидела разное отношение к разводу. Грузины обычно сокрушались, будто меня выгнали без гроша на улицу, или говорили, что мой бывший муж – полный дурак, раз отпустил меня, такую красавицу. Поделом ему! А мне нужно срочно найти нового мужа – желательно местного.

Знакомые из стран Европы и США реагировали позитивно. Никто из тех, кому я рассказывала о разводе, не смотрел на меня укоризненно. Обычно отвечали спокойно: «Понятно, дело житейское: люди встречаются и расстаются. У тебя все впереди! Ты молодец, классно, что тебе только 32, а у тебя уже есть сын».

В этой книге я не буду говорить о том, что развод – самое обычное дело. Для меня это было не так. Не думаю, что для кого-то так бывает, даже если он и выдает это за «дело житейское».

Это грустно и тяжело. Это крушение мечты о бесконечной любви и золотой свадьбе, как у бабушки с дедушкой. Это стресс, утрата и большая боль, которую сложно переживать адекватно. Это желание обвинить во всем партнера и обесценить все, что с ним было хорошего.

Но все же это не конец жизни, а начало нового этапа.

Сейчас, спустя три года после развода, я могу уверенно сказать, что осознанное завершение отношений – это не позор, не фиаско и не стыд. Это не то, что сделает вас с бывшим партнером врагами. Человеческие отношения, особенно когда у вас есть совместный ребенок, можно и важно сохранить.

За эти три года я прошла больше трансформаций, чем за три десятка предыдущих лет моей жизни. От состояния полного отчаяния на полу, изнуряющих тревог и неопределенности я пришла к ощущению себя как самодостаточной, цельной и гармоничной личности. Я начала делать то, на что никогда не решалась раньше: например, писать эту книгу. Качество моей жизни поменялось так, как я даже не надеялась. Не думала, что так можно!

Сейчас я чувствую себя счастливой, сильной и спокойной. Я знаю, чего хочу и чего не хочу. Знаю, что могу намного больше, чем думала. Да, у меня бывают откаты: я все еще иногда грущу и тревожусь, но больше не боюсь этого и знаю, как вернуть себя в стабильное состояние. И я хочу поделиться, что мне помогло прийти к этому.

Я написала эту книгу не только для тех, кто разводится, но и для тех, кто находится в кризисе отношений, или, наоборот, счастлив с партнером и не хочет его потерять. Я хочу, чтобы на моем примере вы увидели, что все зависит от нас и что боль не такое уж плохое состояние. Она проходит, знаю точно. И вместе со страданием она может стать ключом к познанию себя и мощному личностному росту. Это сложное время может стать важным уроком и показать, что нужно поменять в себе, чтобы стать счастливее. Фактически это и есть еще одна ступень на пути к счастью.

Как бы ни было тяжело, работа над собой принесет плоды. И независимо от того, расстанетесь вы с партнером или захотите быть вместе, жизнь уже не будет прежней.

Жизнь будет лучше.

Обещаю.

Глава 1. Роковой поход: как горы подсветили кризис в отношениях

Это был 2021 год. Один из самых тяжелых во всей моей жизни. Я была полностью истощена морально и физически. В марте умер мой любимый дедушка. У меня был болезненный кризис в отношениях с мамой. Я постоянно тревожилась, работала с самого утра до ночи и ложилась спать изможденная. Тревога не давала мне отдыхать: мне казалось, что всего, что я делаю, мало. Я все время чувствовала себя на грани. Ощущение было такое, будто я беру энергию у себя в кредит, а отдавать этот кредит мне нечем.

Отношения с мужем в таком состоянии отошли на второй план. Они просто существовали как часть жизни, но я их не замечала. Сил что-то чувствовать и анализировать у меня уже не было. Я вообще не думала о наших отношениях. В голове были другие проблемы. Но в какой-то момент меня все чаще стали раздражать регулярные замечания от Артема. Раньше такого не было.

Уже с утра я слышала:

– Почему ты не закрываешь дверцы шкафа?

– Опять забыла опустить крышку унитаза. По фэн-шуй так утекают деньги!

– Почему ты взяла мое зарядное и не положила на место? Я же просил не брать или хотя бы класть его туда, где ты его взяла!

– На твоей тумбочке всегда беспорядок. Сразу видно, где чья полка.

– Почему ты работаешь в постели? Сходи хотя бы позавтракай.

Критикующего меня мужа уже невозможно было не замечать. Это бесило. Я все чаще начинала задумываться: а зачем мне вообще нужен такой брак, где я с самого утра слышу претензии и недовольство? Ладно еще когда не раздражает, будто бы и нет ничего, но когда еще и портит настроение!

Мне было понятно, что дело не в дверце шкафа и не в крышке унитаза, ведь я никогда не была педантом, и раньше это не вызывало никаких проблем. Дело было в том, что между нами росло напряжение, и нам уже было некомфортно постоянно находиться вместе, в одном пространстве.

Мы чувствовали это, но не обсуждали. Работали по разным комнатам и иногда почти не разговаривали в течение дня. А если и разговаривали, то, в основном, только о работе – потому что вместе управляли школой копирайтинга и вели совместный блог. Не говорить об этом мы не могли. Так мы жили день за днем, как вдруг нашу рутину встряхнуло необычное предложение.

Весной 2021 года я заметила интересное сообщение в блоге. Нам написала организатор туров по Грузии Кристина. Она пригласила нас поучаствовать в начале июня в инфлюенсерском хайкинге – походе к Озеру Черных скал в национальном парке Лагодехи.

«В группе будет несколько человек из разных стран. Блогеры, фотографы, дизайнер, организаторы туров. Это один из самых сложных маршрутов в Грузии, но там невероятно красиво. Мы будем два дня подниматься в горы, возьмем лошадей, которые будут везти наши вещи, и будем ночевать возле озер», – рассказала Кристина о плане.

Но был один нюанс – три дня в походе нужно было провести без интернета. На тот момент мне это казалось чем-то из области фантастики. А как же мои клиенты, подписчики и ученики? Я что, не смогу работать и даже отвечать им целых три дня?

Это вызвало у меня тревогу, но любопытство было сильнее. Я посоветовалась с Артемом и согласилась. Мы договорились, что возьмем с собой даже Игоря. Перспектива отправиться в сложный поход в горах с новыми людьми воодушевляла меня как новая цель. До похода оставалось всего два месяца: нужно было срочно найти репетитора и подтянуть разговорный английский, который на тот момент оставлял желать лучшего, ведь я уже полтора года усиленно учила грузинский.

«Такие решения и знакомства всегда приносят что-то интересное! Мы даже и не догадываемся, как это может изменить жизнь! А если не пойдем в поход, то никогда не узнаем, что это могло бы нам принести. Тогда точно ничего не изменится», – говорила я Артему.

Знала бы я тогда, НАСКОЛЬКО изменит мою жизнь этот поход!

Два месяца мы готовились к нему физически, и это даже улучшило наши отношения. Каждый день мы поднимались по лестнице на девятый этаж несколько раз. А еще выбирали и покупали вещи для хайкинга, оба занимались английским с преподавателем.

Как раз в то время я начала терапию с психологом. Я обратилась к нему за помощью в отношениях с родителями и выгоранием в работе. Артем тоже по моей рекомендации пошел к тому же психологу поработать со своим выгоранием (как оказалось позже, это было большой ошибкой). Нам обоим нужно было морально решиться на то, чтобы позволить себе даже такой маленький отпуск, как три дня в горах без связи.

И вот день Х наступил. Мы собрались в шесть утра с группой «хайкеров-инфлюенсеров»: фешен-фотограф из Ирана с подругой в роли фотомодели, организатор туров из Литвы, турагент из Грузии, фотограф из Москвы, мы и знаменитая грузинская дизайнерка с собственным фотографом и десятком платьев в чехлах для фотосессии в горах. Компания собралась разношерстная, и мы в ней играли роль «идеальной семьи». По крайней мере, так нас все идентифицировали.

Два дня и две ночи мы поднимались в горы. Шли вдоль реки, смотрели на удивительные виды на границе Грузии и Азербайджана, ночевали в спальных мешках в домиках для туристов. Поднимались пешком и на лошадях, когда уставали. Я не замечала, что мы с Артемом проводили по отдельности и общались с другими людьми из группы, пока сопровождающий нас рейнджер не сказал ему:

– А я думал, что твоя жена – Юстина (турорганизатор из Литвы). Вы же все время вместе!

Я задумалась. А ведь и правда. Я совсем не обратила внимания, что мы весь поход почти не разговаривали. Это было естественно: мы не поссорились и не были обижены друг на друга (с нами такое вообще случалось редко). Мы просто больше были заинтересованы другими людьми.

Эти несколько дней в горах без связи что-то в нас обоих поменяли. Мы фотографировались все вместе, как семья. Втроем спускались обратно. Но что-то было не так, как прежде. За эти дни без проблем и рутинных задач я будто услышала себя и поняла, что внутри уже давно что-то не то. И мне впервые за несколько лет чего-то захотелось. А именно – изменений!

Уже позже, через несколько лет, в книге «Сила момента» Экхарта Толле¹ я прочитала, что именно пешие походы по горам прекрасно помогают почувствовать тот самый настоящий момент, о котором все говорят и пишут. Во время подъема ты сконцентрирован на физической нагрузке, тебя ничто не отвлекает. Ты не думаешь о том, что было в прошлом, и не тревожишься о будущем. И вдруг ощущаешь, что ты есть. Такие походы в последующем принесли мне много важных озарений.

Мы не обсуждали наши внутренние изменения во время похода, но после нашего возвращения ощущение ветра перемен только усилилось. Это был конец июня: жаркие дни и очень теплые ночи. Я не могла заснуть в спальне и начала уходить спать на балконе. Мне хотелось быть одной, смотреть на луну и впервые за долгое время думать о том, что со мной происходит.

Глава 2.
Чем обернулся отпуск для профилактики выгорания

По совету психолога мы еще до похода запланировали совместный отпуск как терапию выгорания: собирались отправиться всей семьей на семь дней к морю. По условиям, мы не должны были работать.

Изначально психолог уговаривал нас поехать в отпуск на целый месяц (что мне казалось безумием!). От этого предложения у меня чуть не случился нервный срыв, и мы сошлись на неделе. Я на тот момент с трудом представляла, как это возможно, неделю не работать. А что я тогда буду делать? Но мне было так плохо морально, что я была готова попробовать все. Даже такой «радикальный» метод. Я предполагала, что в случае чуда нам удастся наладить контакт друг с другом.

Однако все произошло наоборот.

Изначально у нас разошлись мнения, куда мы хотим поехать. Я хотела гулять по улочкам Батуми и жить в комфортном номере с ковровым покрытием и видом на весь город, но Артем настаивал на маленьком поселке Квариати, ближе к природе и пляжу с чистой водой. Я сдалась и согласилась, хотя это и не было моим желанием. Подумала, что на самом деле мне вообще все равно. Ничего это не изменит! Так пусть будет, как хочет он. Сил спорить не было.

Мы выбрали на букинге просторный номер площадью 30 м² в небольшом частном отеле. В день отъезда долго собирались, ругались с сыном по каким-то мелочам (он, как всегда, хотел всему перечить и противостоять). Когда мы наконец, уже порядком раздраженные, складывали вещи в машину, Артем сказал:

– Лучше бы я поехал один. Тогда бы точно отдохнул.

Я промолчала, но расстроилась. Не такие слова я хотела слышать перед «романтическим» отдыхом.

В дороге мы долго не разговаривали. Потом все же отвлеклись и начали обсуждать что-то по работе. На эту тему нам всегда было о чем поговорить. А после обсуждения работы мы начинали болтать и на другие темы. Меня удивляло, как такое может быть, что за все эти годы мы так и не успели наговориться! После стольких лет совместной жизни 24/7 мы все еще могли что-то оживленно обсуждать и не спать из-за этого до трех ночи. Но почему-то и этого оказалось недостаточно, чтобы сохранить близость и чувства. Дорога длилась довольно долго, и наконец мы, уставшие, приехали в отель. Как хотелось скорее прийти в свой номер и отдохнуть!

Тот день я помню по часам, будто эпизод из сериала «Ожидание / Реальность». Все оказалось совсем не так, как я ожидала. Погода не радовала. Было холодно, сыро и дождливо. Мне сразу же не понравилась гостиница. В ней все еще шел частичный ремонт, а хозяин пил чачу на первом этаже в ресторане, который еще не открылся. Внизу немного пахло сыростью. Но больше всего меня разочаровал наш номер.

Вместо просторной тридцатиметровой комнаты я зашла в тесную каморку максимум метров десять. Вместо ковра, о котором я так мечтала, на полу лежала плитка. Может быть, в жаркий солнечный день я бы и не обратила на это внимания. Но в дождливую холодную погоду мне было неуютно ходить по ледяной плитке. Я мерзла еще больше, даже глядя на нее.

Места было настолько мало, что даже кровать для сына стояла прямо впритык к нашей. Какая уж тут романтика! От ощущения физической тесноты у меня почти начался приступ клаустрофобии, даже начало подташнивать. Я ощущала панику от того, что в этой комнате мне не хватало даже не физического, а личного пространства. Все было написано у меня на лице.

– Но это не 30 метров, как было написано на «Букинге»! Мне… Мне не нравится этот номер!

Я очень расстроилась и не могла скрыть разочарования.

– Мне тоже не нравится! – заявил Игорь.

Артем, еле сдерживая раздражение, ответил сквозь зубы:

– Я же говорил, что нужно было ехать отдельно. Я хотел позитивного отдыха! Не знаю, мне все нравится. Главное, что близко море, есть балкон. Я не собираюсь сидеть в номере, я буду проводить время на пляже. Если хочешь, возьми карту и сними себе другой номер, как ты хотела, в Батуми. Я точно ничего менять не буду и останусь здесь.

Я ожидала не такого ответа. Каждое слово для меня значило только одно: между нами ничего больше нет. Он ничего не хочет сделать ради меня. Я обиделась и замолчала.

Не в номере дело. Просто ни у меня, ни у него больше нет друг к другу никаких чувств, кроме раздражения. Если бы я была тут с любимым человеком, разве меня смутила бы площадь номера? Разве я чувствовала бы себя в тесноте рядом с ним? Разве мы не посмеялись бы над этим и не нашли бы совместного решения?

Я физически ощущала тревогу. Теперь мне уже точно не хотелось находиться именно С НИМ в таком маленьком пространстве. Я чувствовала отторжение и дискомфорт.

Вместе с тем мне было сложно поверить в то, что я чувствовала. Ведь он, мой муж, еще недавно был моим самым близким человеком. Когда, в какой именно момент он успел стать настолько чужим, что одно его присутствие в пространстве 10 квадратных метров заставляет меня испытывать внутреннюю дрожь?

Как мы дошли до такого и когда пропустили точку невозврата?

В тот момент я снова подумала о финансовом плане на 25 лет вперед. Я ведь закончила его. Через два дня нам как раз нужно было выйти в прямой эфир с преподавателем курса и рассказать, как мы рады тому, что теперь у нас есть совместный план.

Меня переполняла ярость. Пошел он нафиг вместе со своим дурацким номером и финансовым планом! Я бросила свою сумку на пол и стала судорожно искать другие варианты жилья, чтобы уехать прямо сегодня. Но сосредоточиться было сложно. Почему он разозлился, вместо того чтобы просто поменять номер? Что мне теперь делать? Оставить ребенка с ним и уехать или забрать сына с собой?

Вдруг мои размышления прервало сообщение от одной из участниц похода. Она тоже неожиданно приехала в Батуми и предложила нам всем вместе встретиться. Я решила, что это знак отложить мой переезд на следующий день и все обдумать. Может быть, присутствие постороннего человека нас как-то примирит. Я передала Артему ее предложение, и он согласился. Но… обед со знакомой тоже не принес ничего хорошего.

Мы усиленно делали вид, что у нас все в порядке. Будто и не было никакого скандального номера и моего решения срочно съезжать. Мы мирно беседовали, но я постоянно видела на себе равнодушный взгляд мужа. Словно я сосна! Даже девушка из похода смотрела на меня с гораздо большим интересом. Меня это жутко бесило.

Когда она ушла, мы снова перестали разговаривать и улыбаться. Я уже не могла переносить это напряжение и решила покататься на велосипеде. Это было очень странное катание: начался дождь, и меня словно прорвало вместе с облаками. Я плакала и не могла остановить слезы.

Я крутила педали быстрее и быстрее, но время будто отматывалось обратно, и перед глазами я видела все. И конфликт с мамой, и смерть дедушки, и разваливающийся брак, который больше не приносит счастья.

Я не хочу быть как семьи, где муж и жена просто «терпят» друг друга. Где в каждом слове звучит раздражение. Где каждый день начинается с упреков и оба хотят только того, чтобы их не трогали. Не хочу жить вместе просто потому, что так удобно и мы работаем вместе. Не хочу, чтобы на меня смотрели как на сосну.

Через час я вернулась с катания и мы вместе пошли в то самое кафе, о котором вы уже прочитали в начале книги. Именно там Артем и сказал мне первым, что хочет расстаться.

Я точно знала, что возврата не будет. Я могла бы испугаться неопределенного будущего в стране, где у меня никого и ничего не было. Но я боялась не страны, ведь я чувствовала себя в Грузии комфортно, как у бабушки на даче. Я боялась себя. Мне было страшно остаться наедине с собой и болью, которая так долго пряталась внутри меня…

Черт дернул поехать в этот дурацкий отпуск! Может, без него ничего бы и не случилось?..

Подсознательно я прекрасно понимала, что дело вовсе не в отпуске и не в номере, а в отношениях между нами. Осознавала, что этот разговор все равно случился бы, если не сейчас, так позже. Злополучный номер просто стал триггером, который вскрыл давно существующую проблему.

Тем не менее, Игорь запомнил причину развода родителей как «маме не понравился номер в Квариати».

Через два года он подошел и серьезно сказал мне:

– Знаешь, а номер и правда был дерьмо! Я бы тоже развелся на твоем месте!

Глава 3. Отрицание. Первые дни после решения расстаться

Душевную боль часто сравнивают с операциями. Ощущение такое, будто тебе вырезали важный орган, и теперь нужно приспособиться к тому, чтобы жить без него. Как известно, первые дни после операции – самые сложные. Даже врачам бывает непонятно, выживешь ты или нет. Состояние тяжелое.

Я помню, как мы вернулись в свой роковой номер. Мне уже не хотелось никуда переезжать: какой в этом смысл, если мы все равно скоро разъедемся. Но одновременно с апатией ощущалось и облегчение. Даже такое болезненное решение было переносить легче, чем недосказанность, висящую в воздухе, будто туча, которая вот-вот разразится грозой.

В первые дни мне казалось, будто я ничего не чувствую, словно мне ввели анестезию. Я удивлялась такому состоянию. Физически я ощущала сильный стресс: меня подташнивало, я практически не могла есть и спать. Мне было страшно, но я не чувствовала боли от расставания. Как будто она заморозилась в тот момент, когда мы разговаривали в кафе.

Помню, как на следующую ночь я проснулась еще до рассвета. Заснуть никак не получалось, и в 5:30 утра я спустилась к морю. На пляже никого не было. Даже море выглядело так спокойно, будто еще спит.

Какое странное ощущение. Впервые за несколько лет я была наедине с собой.

Без мыслей о работе.

Без задач и дедлайнов.

Без осознания себя как части семьи и без планов на будущее.

Я чувствовала волнение и страх от этой встречи. Казалось, что в дверь стучится инопланетянка, а я не знаю, на каком языке с ней разговаривать. Не знаю, чего она хочет. Мне даже приближаться к ней страшно. Но в то же время меня тянет открыть эту дверь и пригласить ее войти.

Я лежала на камнях и смотрела на предрассветное море. Сердце стучало сильнее, становилось тяжело дышать.

Что-то сказало мне: «Пора».

Пора увидеть ее вместе с грустью, болью и разочарованием. Выпустить все то, чего я боялась, отрицала и избегала так много лет.

Я закрыла глаза и представила, как медленно подхожу к двери. Дергаю за ручку – и дверь выбивает темный бурлящий поток.

Из глаз текут слезы, и я их впервые за долгое время не останавливаю. Я боюсь, что меня затопит, но не сопротивляюсь. Пускай. Пусть меня несет в этом темном потоке – и будь что будет.

Мне страшно, иногда волны накрывают меня с головой. Но я всплываю, дышу и с удивлением понимаю, что не тону.

– Дила мшвидобиса, гого!² – вдруг говорит женский голос за спиной.

Я открываю глаза и вижу сонное лицо уборщицы пляжа.

– Дила мшвидобиса. Доброе утро.

Я медленно встаю и иду вдоль побережья с осознанием, что завтра приду сюда снова и посмотрю, что внутри той Влады, которую я так долго держала за закрытой на три замка дверью.

После прогулки я вернулась в номер. Артем уже не спал, и мы решили попробовать поговорить уже без эмоций. Обсудили, что разойдемся мирно и даже дадим друг другу шанс на воссоединение в будущем. Допустили даже то, что разъезд может стать гостевым браком. Вдруг мы сможем навещать друг друга и даже ходить на свидания? Вдруг чувства вернутся? Внутренне я понимала, что так не будет, но с этой мыслью было легче пережить решение хотя бы первые несколько дней – в частичном отрицании происходящего.

Конечно, совсем мирно и спокойно разойтись у нас не получилось. За отрицанием пробивались подавленные чувства раздражения и гнева. Хотя мы и договорились закончить отдых «нормально» и не обсуждать причины нашего «провала», у нас в первые дни ничего не получалось. Каждый разговор заканчивался претензиями друг к другу, которые мы раньше не озвучивали.

– Да ты просто упахивалась каждый день с утра до ночи и не могла остановиться. Ты даже есть не хотела! Мне надоело смотреть, как ты сидишь в кровати в пижаме со своим компьютером!

– А ты всегда был в плохом настроении! Уже с утра – будто на похоронах! Мне не хотелось вставать и видеть это! Еще и эти песни грустные! Почему только я должна была улыбаться и радоваться в этой семье?

– Знаешь что?! Я приносил тебе свежие ягоды, когда ты работала, а ты воспринимала все это как должное и даже не замечала!

– А мне не нужны были ягоды, я вообще хотела другого, чтобы ты меня обнял нормально!

– Откуда мне было знать, чего ты хотела? Ты была холодная и отстраненная, и я решил, что раз так, то не буду к тебе подходить и проявлять внимание целый месяц. А тебе было все равно!

Ничего себе… Последнее высказывание меня поразило. А я и не заметила… Получается, что он специально решил мне мстить за холодность, вместо того чтобы поговорить? Разве в этом есть хотя бы немного доверия, которое должно быть между близкими людьми? Мне было тяжело, я была вся в тревогах, а он еще и мстил мне! Я и подумать не могла, что он будет намеренно делать такое – и просто решила, что наши отношения изжили себя. Ужасная подлость!

На тот момент я не подумала, что муж делал все это неосознанно, что ему тоже было больно, и он реагировал на сложившуюся ситуацию как умел. Но расставание нужно было как-то быстро и просто обосновать, чтобы легче его прожить. «Он подло поступил со мной» прекрасно подходило для этого. И мы находили друг в друге все больше недостатков. Скоро мне вообще казалось фантастикой, как мы умудрились прожить вместе столько времени?!

Мое переживание разрыва с мужем усугубилось еще и «предательством» нашего общего психолога, которого, как вы помните, я же и порекомендовала Артему. Так совпало, что его сессия на тему выгорания была как раз запланирована на время нашего отпуска, а моя консультация должна была состояться позже.

Представьте себе мою реакцию, когда Артем заявил, что на ближайшей сессии он будет обсуждать никакое не выгорание, а наш развод! Я подумала, как он жалуется на меня и рассказывает, как я ужасно с ним поступала. Работать после такого с тем же психологом для меня было совершенно неприемлемо. И, как потом оказалось, это недопустимо и по профессиональной этике.

После потери психолога мне стало еще хуже. Казалось, что я переживаю двойное предательство. Мало того что муж «бросает меня», так еще и психолога уводит с собой. Как теперь вообще доверять этим специалистам?! Я была в ярости, когда Артем начал свою очередную психологическую сессию, темой которой был развод со мной, и ушла гулять по набережной.

Особенно сложно было держаться перед ребенком. В десятиметровом номере постоянно делать вид, что все нормально, было крайне сложно. Не знаю, почему у меня все же не хватило сил переехать в другую гостиницу! В одном из разговоров сын услышал, что мы собираемся разъезжаться, и ему это не понравилось:

– Нет, я так жить не буду! Никуда вы не поедете, что это вы еще придумали!

Но он всегда противился изменениям и всему новому. Поэтому я надеялась, что в конечном итоге он примет другие правила, как это случалось раньше – при поездках и переездах в другие страны и квартиры.

Вы не забыли, что мы должны были провести совместный эфир с преподавателем курса по финансовой грамотности? Это было самое нелепое воспоминание тех дней. Как люди ответственные, мы не могли вот так взять и отменить эфир. Мы его все же согласились провести! Даже с учетом «неактуальности плана».

Помню, что за 15 минут до эфира мы так сильно поругались, что я даже расплакалась. Но вытерла слезы и села рядом с Артемом на балконе. Мы максимально близко поставили пластиковые кресла, чтобы поместиться в одном экране телефона и отвечать на вопросы с улыбками. Раньше мы всегда записывали видеоуроки и вебинары вместе, но сейчас это казалось таким неуместным. Нам было тесно и некомфортно приближаться друг к другу.

С натянутыми улыбками мы 25 минут рассказывали, как хорошо научились оценивать свои активы и пассивы, как нашли способы сэкономить без ухудшения качества жизни и как запланировали купить новую машину, квартиру и сделать инвестиции. Это был самый абсурдный эфир в моей жизни. Несмотря на ценные знания и грамотный план, который бы точно пригодился другой паре, в нашем случае это выглядело так смешно и грустно.

Я понимала, что на самом деле не хочу покупать никакую совместную квартиру и машину. Я сейчас вообще не хочу думать о квартире. Я хочу… просто купить виниловый проигрыватель и слушать пластинки!

Ого… Слушать пластинки?

Кажется, это первое желание, которое меня действительно зажигает. Я не чувствовала этого несколько лет…

Всю неделю после эфира я каждый день вставала рано утром и ходила к морю лежать на камнях и привыкать к тому, что я не знаю, что будет дальше. Конечно, кроме того, что я куплю виниловый проигрыватель и буду слушать пластинки! Это уже было решено.

Я разрешала себе плакать и не прерывать слезы. Они текли и текли. Но постепенно я начинала понимать, что, кажется, не тону в этой реке, а плыву по течению.

В этом потоке я осознала, что за последние годы мне стал чужим не только мой муж, но и я сама. Казалось, что если я останусь одна, то внутренняя темнота меня просто поглотит. Но каждый раз я прекращала плакать, поднималась и шла дальше.

Вроде не умираю. Ну и ладно. У меня есть неделя отпуска от работы. И я могу себе позволить чувствовать то, что чувствую. Могу себе ДАЖЕ позволить ничего не делать и вместо полезных подкастов наконец послушать музыку.

Почему я так много лет не слушала музыку в наушниках? Ведь раньше я ее так любила и всегда ходила с айподом. Мое стремление убегать от чувств и использовать абсолютно все время с максимальной пользой совсем убили во мне романтизм и связь со своими эмоциями.

В терапевтических целях я установила себе «Эппл Мьюзик». Начала с удовольствием составлять первый плейлист и ходить со своими новыми песнями на пляж. Они помогали мне плакать и успокаиваться. За эти несколько дней я очень сильно похудела, с меня падала вся моя одежда. Но я ощущала в этом легкость, будто избавлялась от всего ненужного.

Отпуск прошел. По дороге домой, в Тбилиси, мы обсуждали, как хорошо все придумали с решением разъехаться. Как здорово нам будет жить отдельно, ведь у нас появится свободное время благодаря раздельному воспитанию! Мы сможем даже спокойно в одиночестве погулять по городу, не уговаривая Игоря пройти еще хоть 20 минут.

Я дала себе три недели на то, чтобы найти квартиру. Именно через такое время должна была приехать сестра Артема с ее парнем. Я не могла представить, чтобы мы после всего произошедшего жили все вместе в одной квартире. Мне очень хотелось уединиться в своем пространстве и пережить это одной.

Глава 4. Как рассказать о разводе и принять реакции других

Когда мы вернулись, напряжения стало еще больше. Надо было рассказать о нашем решении родственникам и сообщить подписчикам в блоге. Это было тяжело, но скрывать происходящее мы не могли и не хотели – мы всегда были честными с людьми и показывали свою жизнь такой, какая она и была. Артем взял это на себя, потому что инициатором решения был он. И я была ему за это благодарна.

За что я люблю социальные сети, так это за то, что в них сохраняются мысли и события. Ты можешь вернуться к старым постам даже через несколько лет и перечитать их. Я никогда после расставания не перечитывала посты того времени. Это было слишком больно. Вернулась к ним впервые сейчас, спустя три года, чтобы включить их в эту книгу, и удивилась: насколько же чувства Артема тогда совпадали с моими. Как будто мы и правда были одним целым до этого решения. Даже сравнения он использует такие же.

Сначала не все люди поверили в то, что мы расходимся. Друзья и знакомые уточняли, не ради хайпа ли мы все это придумали, потому что «как-то подозрительно спокойно и осознанно мы об этом пишем».

Мы получили много сообщений со словами поддержки и благодарности за то, что говорим об этом открыто.

Я тоже написала «публичное признание» для блога.

Я была удивлена и тронута поддержкой людей. Было ужасно тяжело делиться такими событиями, но когда я читала комментарии, то понимала, что об этом нужно говорить. Как минимум чтобы разбить иллюзию о том, что у всех все хорошо, а у тебя почему-то нет. Семьи распадаются, отношения заканчиваются – даже такие, как у нас, которые для многих были образцом.

Удивительно, но некоторые знакомые тоже решились разойтись, когда прочитали нашу историю. А другие, наоборот, поняли, что любят друг друга и хотят быть вместе. Наша история мотивировала их поговорить и приложить усилия к тому, чтобы начать спасать отношения, пока еще не стало совсем поздно, как у нас.

Слова поддержки от знакомых и незнакомых людей действовали на меня как заживляющий бальзам – капля за каплей. Я до сих пор благодарна каждому, кто переживал за нас, делился мыслями и принимал наше решение, даже если оно и вызывало печаль. Мнения, высказанные в такой деликатной форме, бережно и уважительно, были частью восстановительной терапии. Думаю, что именно такие слова хочется слышать от друзей и близких, когда рассказываешь о расставании. Я специально выделила слова, которые в тот период были особенно важны.

Как близкие реагируют на развод:

почему не всегда стоит рассчитывать на поддержку

Конечно, были и другие мнения. Не все люди были такими деликатными и мягкими. Некоторым хотелось занять чью-то сторону и найти виноватого. Другие просто хотели возмущаться тем, что мы не стали «бороться».

Обвинения в адрес Артема и комментарии в стиле «я всегда знала, что вы не пара: Влада заслуживает лучшего» или «симпатичная девушка в Грузии долго одна не останется, а он еще локти кусать будет, ха-ха» мне на тот момент тоже не помогали. При всем чувстве обиды и боли мне не хотелось обесценивать почти 10 лет отношений между нами. Но это показало мне, что мы все подсознательно хотим выбрать виноватого и встать на чью-то сторону. Ведь так легче!

А мне не хотелось поливать грязью отца своего ребенка и человека, с которым у меня было столько хорошего. Ведь это было все равно что поливать грязью себя, нашу жизнь и свой выбор. Больше всего хотелось просто спокойного принятия ситуации.

«Уважаю твое решение. Ты справишься. Если тебе нужна поддержка, я рядом».

Иногда близкие люди, от которых поддержки ждешь больше всех, помочь не могут. Члены семьи и родственники обычно тоже сильно переживают разрыв и из-за этого не способны оказывать моральную поддержку. В нашем случае понимание проявили все, кроме моего отца.

Мои отношения с отцом не были близкими. Я предполагала, что не получу от него нподдержки, но даже наоборот – его реакция будет болезненной для меня. Поэтому он узнал о нашем расставании из блога и пришел в ярость. Он позвонил мне и говорил только о том, как его это расстроило. Обвинял меня, что из-за нас он так сильно переживает. Как я и ожидала, обвинения сначала посыпались в мой адрес («я же говорил, что он тебе не пара, а ты не слушала!»), а потом – в адрес Артема («как он смел так обойтись с дочерью!»).

В те дни мне и так было тяжело. Читать сообщения от отца о том, что мы не думаем ни о нем, ни о ребенке, мне хотелось меньше всего. Было обидно, что вместо того чтобы подумать обо мне, он выливает на меня свои эмоции и даже не думает, что мне сейчас, возможно, тяжелее, чем ему. Ведь это моя жизнь полностью меняется.

«Мне стыдно, что ты еще и рассказываешь об этом публично в блоге! Это позор на мои седины! Другие люди делятся тем, как у них все хорошо, а ты – как неудачница», – писал он мне.

«Наверное, лучше было бы врать и притворяться, как у меня все хорошо, чтобы поддержать иллюзию идеальной дочери и успешного во всем человека», – негодовала я.

Особенно меня возмущали обвинения, что я все делаю неправильно. Но ведь мой отец и сам развелся дважды: с первой женой и моей мамой. Это как будто не учитывалось. Почему меня обвиняет человек, который сам не смог сохранить ни одну семью? И сейчас, проживая такие тяжелые моменты своей жизни, я должна переживать еще и о том, как реагирует на это отец.

Через несколько дней мне пришлось запретить ему обсуждать эту тему. Тогда он резко перешел на мою сторону и нашел врага в лице Артема. Язвительные сообщения, обличающие предателя-зятя, тоже никак не помогали мне морально.

К сожалению, с мамой мы в тот период не общались и не могли обсудить происходящее, но она следила за мной в соцсетях. Через несколько месяцев после моего переезда в отдельную квартиру мы обо всем поговорили. Я попросила маму поделиться ее ощущениями и мыслями о моем разводе для книги. К тому же она сыграла в этом важную роль: по моей генеральной доверенности представляла меня на заседании суда о бракоразводном процессе. Но об этом я расскажу позже.

Далеко не все родители способны оказать такую поддержку. Это обидно, но смысла винить их в этом нет. Если они не могут поддержать, то лучшее, что можно сделать, – найти других значимых взрослых, которые дадут родительскую поддержку вместо родных. Это могут быть старшие друзья, психолог и любой другой человек возраста родителя.

Мне было очень важно найти опору в таких людях. Так, в сложный период меня поддержала Елена, мама девушки Василисы, с которой я занималась тренировками онлайн. Она успокоила меня и поделилась личной историей о том, как они с супругом переживали кризисы. Мне было важно, что Елена не осуждала никого из нашей пары и говорила о нашем решении с уважением. Она общалась со мной на равных, как взрослая женщина с другой взрослой женщиной, но делилась мудростью. В качестве поддержки она прислала мне ссылки на свою программу упражнений с йога-колесом для релакса и баланса. Спокойные тренировки под ее успокаивающий голос не раз помогли мне восстановить состояние.

Я общалась и с маминой школьной подругой Галей – на расстоянии. Она переехала в США с семьей, когда я была еще маленькой девочкой, но нам удалось сохранить с ней связь, несмотря на часовые пояса и разницу в возрасте (ее дочка – моя ровесница). Несмотря на тяжелую неизлечимую болезнь, Галя всегда умела вселить в меня оптимизм, успокоить и уверить, что я со всем справлюсь. Она присылала мне полезные психологические видео и успокаивала просто принятием и верой в меня. Это было именно то, что я хотела получить от родителя.

Я обсуждала эту тему и с Ольгой – мудрой женщиной, которая когда-то проходила у меня обучение по копирайтингу. Так мы с ней и познакомились. Ольга рассказывала мне о своем разводе с первым мужем, сложностях тех отношений и о более счастливом новом браке. Мне было очень важно послушать историю о том, как она не сломалась и наладила жизнь после развода, и какой это важный опыт ей принесло.

Наконец, я нашла нового психолога – мою ровесницу, тоже Ольгу. Ее словно предложила мне жизнь. Расстроенная прошлым опытом работы с психологом, который «ушел» к Артему, я не хотела искать другого специалиста. И не искала. Но как раз в то время я проводила курс по копирайтингу, и с блогом Ольги стажировалась моя ученица. Ее задачей было написать тексты о работе и консультациях психолога.

Я читала и проверяла все, что моя ученица писала об этом психологе, сама изучала ее блог, чтобы помочь с текстами, и поняла, что это тот человек, который мне нужен. Я написала Ольге сообщение с запросом на консультацию, и вскоре мы впервые встретились онлайн.

Мои предположения подтвердились: с Ольгой мне было намного проще общаться, чем с предыдущим психологом. Она в тот период тоже проходила бракоразводный процесс, и ее дочке было столько же лет, сколько и моему сыну. С первой же сессии я ощутила взаимопонимание и подумала, что все сложилось так, как нужно. Хорошо, что предыдущий психолог ушел. И хорошо, что я после этого не потеряла доверие к психологам и решилась дать себе еще один шанс на терапию. С того момента я проходила регулярную терапию с Ольгой больше двух лет, пока не почувствовала, что полностью восстановилась. А сама Ольга за это время успела развестись и снова выйти замуж по любви. Я до сих пор наблюдаю за ней и радуюсь тому, что она показала пример того, чему научила меня.

Так, вместо того чтобы страдать от недостатка понимания и поддержки от близких родственников, я получила ее от других взрослых. В книге «Думай как монах» Джей Шетти написал об этом так: «Важная часть взросления – в любом возрасте – это принятие того факта, что наша семья никогда не будет способна дать нам все, что нам нужно. Это нормально – принять, что ты можешь, а что не можешь получить от родителей. И это нормально (на самом деле – необходимо) – защитить себя от тех членов семьи, которые плохо на вас влияют.

Мы должны придерживаться одинаковых стандартов как по отношению к семье, так и ко всем остальным людям. Если отношения напряженные, мы можем любить родственников на расстоянии, а семью собрать из более широкого круга.

Это не значит, что нужно пренебрегать семьей. Но прощение и благодарность легче ощутить, когда мы принимаем, что у нас есть друзья и семья, а также друзья, которые стали семьей».³

Как делить друзей и близких при разводе —

и нужно ли это делать

Один из болезненных вопросов, который возникает при расставании, – вычеркнут ли из жизни одного из партнеров родственники и друзья? Как они отреагируют на расставание? Это касается, в первую очередь, общих друзей, с которыми пары проводили время вместе. Иногда бывает так, что у одного из партнеров нет собственных друзей или родственников. Получается, что после расставания он теряет не только любимого человека, но и весь социальный круг. Это очень тяжело.

Так, один мой друг, бельгиец, рассказал мне свою историю, как мучительно ему далось расставание с первой в жизни девушкой. Он не знал своего отца, не общался с матерью после ее предательства, и эта девушка стала для него самым близким человеком во взрослой жизни: они начали встречаться с 18 лет. Молодые люди жили вместе, девушка познакомила его со своей семьей, и каждые выходные они проводили время вместе с ее родителями. Так прошло четыре года. За это время парень привязался не только к ней, но и к ее семье. Он считал ее отца своим, которого у него никогда не было, и был этому счастлив.

Но в один из дней девушка неожиданно захотела расстаться и попросила его съехать с квартиры, которую они снимали, буквально выставив все его вещи за дверь. Их общие друзья перестали общаться с ним. А спустя время ее отец написал ему, что хочет встретиться. Друг подумал, что отец девушки соскучился и хочет видеть его как близкого человека, чтобы просто поговорить. Но оказалось, что мужчина только хотел попросить его отдать какие-то вещи. Он был очень холоден при встрече и не хотел ничего знать о жизни бывшего парня его дочери. Это сильно травмировало юношу: он потерял все. И близкого человека, и место для жизни, и семью. После этого он впал в тяжелую депрессию и наркотическую зависимость.

Я тоже переживала, как отнесутся ко мне мама и сестра Артема после новости о расставании. Мы всегда были в теплых отношениях. Я знала его сестру еще с того момента, когда она была маленькой десятилетней девочкой, и понимала, что наш развод ее очень расстроит. Это было больно. Но, к счастью, ни свекровь, ни сестра не только не отвернулись от меня, но и не сказали ни одного плохого слова и не задали ни одного лишнего вопроса (и вообще ни одного вопроса). Я получила только принятие и поддержку, за что была очень им благодарна.

Так получилось, что младшая сестра Артема Валя со своим парнем Владом должна была приехать к нам в гости в Тбилиси как раз в тот момент, когда я выбирала квартиру. Мы договаривались об их визите за несколько месяцев, когда еще не планировали разводиться. Они летели к нам в гости как к семье, поэтому я переживала, как они воспримут новость о расставании. Вале, как сестре, первым сообщил Артем. Она поделилась воспоминаниями об этом.

Сейчас я понимаю, что для друзей и близких еще сложнее воспринять факт о расставании, когда видимой причины для этого в отношениях нет. Между нами никогда не было скандалов и конфликтов, в которые мы бы кого-то вовлекали. Мы хорошо ладили друг с другом, продолжали вместе работать и еще недавно путешествовали всей семьей. Все переживания происходили внутри. Поэтому для близких это решение стало шоком.

Но главное было – объяснить, что никто в этом не виноват и что мы остаемся такими же людьми, как были раньше. И даже можем продолжать взаимодействовать между собой, как минимум потому, что у нас общий ребенок.

Мы сами не были уверены, получится ли у нас проводить время вместе. Особенно поначалу, когда раны еще были свежими. Приезд Вали с Владом дал нам возможность увидеть, что можем. Когда они прилетели в Грузию, я как раз нашла квартиру и переехала жить отдельно. Но мы договорились встречаться и путешествовать все вместе.

Хотя взаимодействовать в новых ролях было непривычно и даже странно, с того момента мы начали адаптироваться к новой ситуации. Возможно, мы еще оба были в шоке и до конца не принимали того, что произошло. Прилив ярости и волна грусти накрыли нас позже, когда пришло полное осознание необратимости произошедшего.

С друзьями все оказалось немного сложнее. Поначалу я думала, что мы и с ними сможем встречаться все вместе, как и раньше. Мы, действительно, сходили на несколько коллективных встреч, но быстро поняли, что нам это некомфортно. Было очень сложно находиться вместе в новых ролях, и это только провоцировало обиды и конфликты. Мне не нравилось, что Артем перестал вести себя со мной как с женой, больше не заботился, проявлял безразличие. Строить из себя приятелей у нас тоже не получалось.

Я понимаю, что и нашим друзьям было нелегко определиться, как с нами общаться дальше. Для старых друзей наше расставание тоже стало шоком. Но, тем не менее, они пережили этот период вместе с нами и сохранили общение с нами обоими. Например, мы в течение десяти лет дружили с другой супружеской парой – Ваней и Катей. Мы продолжили дружбу и после развода, только я стала больше общаться с Ваней, а Катя – с Артемом.

Ваня подчеркнул, что важно не лезть с непрошеными советами в чужие отношения, и я с ним полностью согласна. Не нужно брать на себя ответственность и пытаться примирить людей, если они тебя об этом не просят. Это может только навредить. Так, один наш общий друг грузин решил «научить Артема мужественности и тому, как надо обращаться с женой».

Он пригласил его на встречу и написал мне, что «со всем разберется». Мы еще не успели разъехаться. Я думала, что он просто поддержит его, но в тот вечер Артем вернулся домой злой и хмурый. Я спросила, что случилось. Он ответил, что ничего. Но ночью зашел в гостиную, где я спала, и неожиданно заявил, что «ни на какую другую квартиру я не поеду, и что никакого развода не будет». Еще и добавил, чтоб я шла обратно и занимала свое место на кровати. На этом он развернулся и удалился.

Я не поняла, в чем дело, и испугалась. Стала судорожно искать квартиры, чтобы съехать уже завтра. Но на следующий день мы спокойно обо всем поговорили. Оказалось, что друг наговорил ему разных ужасов, которые могут со мной произойти, когда я начну жить одна, и посоветовал высказать мне строгий запрет и ограничить в правах. Уроки мужественности, которые он собирался преподавать, должны были заключаться в стрельбе из лука и плавании на лодке.

Я понимаю, что человек, возможно, хотел сделать как лучше. Но по факту он попытался показать свое превосходство и только навредил. Спустя время наша дружба с ним, к сожалению, прекратилась из-за разных ценностей и взглядов на жизнь.

Часто друзьям сложно перестроиться на новые правила общения и привыкнуть к изменившимся ролям расставшейся пары. Я замечала, что некоторые мои знакомые после развода полностью меняли круг общения. Им было легче дружить с людьми, которые не знали всего этого бэкграунда. У нас тоже появились новые друзья уже после расставания.

Например, мы оба сдружились с известным блогером Лизой Коломиец уже после решения о расставании. Раньше мы с ней встречались на публичных мероприятиях по бизнесу и маркетингу, переписывались онлайн, но никогда близко не дружили. Лиза с мужем и сыном приехала в Грузию примерно через месяц после нашего разъезда. На общую встречу мы пришли уже как «разведенки». После этой встречи мы стали общаться все вместе. Я спросила у Лизы, было ли ей комфортно дружить с нами и не возникало ли неловких моментов с учетом того, что мы с Артемом уже были не вместе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Экхарт Толле: Сила настоящего. Руководство к духовному пробуждению. – М.: София, 2014.

Вернуться

2

Доброе утро, девочка (груз.).

Вернуться

3

Дж. Шетти. Думай как монах. Прокачай свою жизнь. – М.: Издательство АСТ, 2021.

Вернуться