Эйрин Фаррон
Гамбит бессмертных

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Эйрин Фаррон, 2024

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

* * *

Нужно носить в себе хаос, чтобы быть способным породить танцующую звезду.

© Ницше

Глоссарий

Колдовство – собственно сама магия. Проявляется в телекинезе, псионических способностях, умении манипулировать предметами и тканью мироздания (без изменения и перекраивания их природы).

Манипуляция – вид колдовства, при котором колдун способен управлять реальностью, объектами и предметами в ней. При манипуляции один объект не превращается в другой, а реальность не искажается, меняя свою природу.

Трансмутация – вид колдовства. Редчайшая способность. Подобная магия способна менять саму реальность и предметы в ней, превращая одно вещество в другое на молекулярном уровне. Крайне опасная способность, при частом и серьезном использовании может поставить под угрозу существование мира. К трансмутации способен очень малый процент колдунов.

Верви – сообщества сверхъестественных существ или созданий, наделенных магическими силами. Вервей в городе четыре: колдуны, длаки, упыри, нечистые. Каждая вервь занимает один район города и не имеет права посягать на чужие территории. Однако это не означает, что длаки не могут жить на территории колдунов и наоборот, разница в том, что в определенных округах города живет большинство представителей той или иной верви.

Длаки – оборотни. Способность является генетической мутацией. Длаки оборачиваются в крупных хищников и травоядных, а также птиц. Магическая животная форма дает стойкость, силу, защиту от травм и ускоряет заживление ран. Самая многочисленная вервь. Много сотен лет назад изменения в генетическом коде первых длаков были спровоцированы трансмутацией живых клеток. Не способны к колдовству, а смена облика является трансмутацией, обращенной на них самих. Занимают Ленинградский район Калининграда. Штаб-квартира – Закхаймские ворота. Вервь длаков возглавляет Горынычев, обращающийся трехголовым огнедышащим змеем.

Колдуны – люди со сверхъестественной способностью к магии. Некоторые одарены способностью к трансмутации). Вторая из самых многочисленных вервей. Занимают Октябрьский район, в частности историческую территорию Амалиенау. Штаб-квартира – здание Управления по сверхъестественному контролю в центре города. Возглавляет вервь могущественный колдун Муромцев.

Нечистые – духи и демоны славянского фольклора, считающиеся злыми и вредными: русалки, болотники, домовые, лешие, зазовницы и прочие. Нечистые, (или нечисть,) были порождены из осколков трансмутированной реальности коллективным бессознательным людей и колдунов. Намного слабее богов, однако имеют ту же полностью сверхъестественную природу. Занимают Московский район Калининграда. Штаб-квартира – Фридландские ворота. Возглавляет вервь нечистый Верлиокин.

Упыри – родственны вампирам. Сверхъестественными способностями упырей наделяет присутствие в организме трансмутированного вида бактерий-симбионтов, передающихся в кровоток обычному человеку через укус. Упыри могут передвигаться с огромной скоростью, обладают тончайшим чутьем и обонянием, острейшим зрением. Почти неуязвимы для физических атак, невосприимчивы к болезням. Однако их сердца почти не бьются, кровь циркулирует медленно, кожа холодна, а жизнь поддерживается в телах именно благодаря бактериям. Среди упырей могут быть как обычные люди, так и колдуны. Средняя по численности вервь. Занимают Центральный район города. Штаб-квартира – Хуфенский лицей. Возглавляет вервь упырица Вештицына.

Аномалии – образования неизученной природы, источники всей магии в мире, располагаются под городами. Некоторые магические исследователи предполагают, что аномалии – это разломы в пространстве, ведущие в другие измерения, однако сквозь них невозможно пройти: биологический организм погибает, а механический зонд разрушается. Аномалии сдерживают от разрастания особыми стабилизирующими кольцами. Если же аномалия начнет увеличиваться, то это грозит миру уничтожением. Процесс роста контролировать невозможно, но с помощью трансмутации энергию аномалии можно обратить, например, в тепловую энергию. Аномалии стерегут городские Магические круги, в состав которых входят сильнейшие колдуны города. Существование аномалий держат в секрете, чтобы предотвратить попытки использовать их в качестве источника магической силы злоумышленниками.

Городские Магические круги – объединения самых сильных колдунов, (обычно членов старейших магических династий городов), которые стерегут аномалии и отслеживают их состояние. Существование Магических кругов, как и самих аномалий, держится в секрете от широкой публики. Количество членов в одном Круге зависит от величины аномалии. Так, в Московском их около сотни, в Нижегородском – пятнадцать, а в Калининградском – семь. Члены семей представителей Круга, не занятые непосредственно контролем аномалий, называются посвященными и в случае гибели или неспособности колдуна исполнять свои обязанности по защите аномалии заменяют его на этом посту.

1. Янтарь

18 июня 2024 года, Москва

Алиса

– Балтийский берег, рыжая заря упала в море гроздью янтаря…

Алиса переключила канал, оборвав знаменитую песню своего не менее знаменитого соотечественника. Не хватало только напоминаний о несбывшемся отпуске, а уж слушать о родных местах было выше сил девушки. Голос Газманова сменился голосом диктора, сообщающего последние новости.

Не обращая на них внимания, Алиса подошла к окну, за которым Москва лениво сбрасывала последние остатки ночного мрака. На светофорах появлялись первые заторы. Окна квартиры девушки выходили на Ленинский проспект, и каждое утро хозяйка наблюдала за тем, как город выходит из дремы, улицы наполняются прохожими, транспортом, шумом, солнечным светом и запахами.

Девушка сделала телевизор, который включала всегда лишь для фона, чуть тише, потому что Марк еще спал. Хотя он всегда спал очень крепко, пушками не разбудишь, что ему какой-то телевизор!

Сегодня был вторник, рабочий день, и для Алисы он начался раньше обычного. Ее разбудили спортивные часы: они завибрировали, когда на смартфон пришло сообщение от Дана Драгунова.

Подъем в танковых войсках!

Собирайся и дуй в Управление.

У Ягиной что-то очень срочное.

Я тоже еду, встретимся там.

Кофе не бери, сам захвачу.

Спросонья Алисе понадобилось несколько минут, чтобы понять, чего он вообще хочет. Когда же она сообразила, внутри все сжалось от испуга и дурного предчувствия. Начальница не вызвала бы ее и Дана так рано, не будь там что-то очень серьезное. Полтора месяца назад они так же выехали на место убийства высокопоставленного упыря, а череда событий позже закончилась жуткими последствиями. Алисе и Дану удалось выжить, но некоторым коллегам по Управлению повезло меньше.

Алиса отдала бы все, только чтобы история больше не повторилась. Но, похоже, надеждам сбыться не суждено. Девушка словно на автомате готовила завтрак на двоих, уговаривая себя, что все еще не так однозначно, не факт, что кого-то убили. И не факт, что только их с Даном вызвали в Управление в такой час.

Когда с приготовлением еды было покончено, Алиса села за стол, а в кухню внезапно вошел сонный и растрепанный Марк. Его непонимающий взгляд блуждал по помещению, а потом остановился на жующей Алисе и прояснился. Проглотив кусок сэндвича, девушка виновато дернула плечами:

– Я тебя разбудила?

– Нет, – ответил Марк хриплым голосом, – все в порядке. Ты чего так рано? Можно было спать еще два часа!

– Срочно вызвали в Управление, – пояснила Алиса, – ума не приложу, что там случилось! Дан ничего не написал, придется выяснять на месте.

Марк пробормотал себе под нос что-то явно ругательное, а Алиса, расправившись с завтраком, вскочила с места. Быстро надев любимые летние голубые джинсы и черную майку, она метнулась в коридор. Кофе выпить колдунья не успевала, но Дан обещал угостить, так что главное было не заснуть по пути. Чмокнув Марка на прощание в щеку, Алиса быстро обулась, схватила рубашку цвета хаки и, надевая ее на ходу, покинула квартиру.

Управление располагалось на Кузнецком Мосту, и Алисе, в отличие от работников, стоявших в набиравших силу утренних пробках, повезло: совсем недалеко от дома. Обычно Алиса шла пешком до станции «Парк культуры» через Крымский мост, наслаждаясь видом еще спящего парка Горького, зеленым летом и ярким от искусственной иллюминации зимой. От реки пахло сыростью и тянуло прохладой. Спускаясь в метро, Алиса переходила на красную ветку и ехала до «Лубянки». Сейчас времени не было, и девушка сразу зашла на станцию «Октябрьская».

Взлетев по серо-гранитным ступеням выхода на «Лубянке», Алиса заметила впереди знакомую фигуру.

– Дан!

Напарник в этот час был едва ли не единственным прохожим на Лубянской площади. Он обернулся на зов, на его лице появилась ухмылка. Он подождал, пока Алиса догонит его, и вручил ей стакан с кофе.

– Доброе утро! Хотя, если судить по твоему лицу, не такое уж и доброе. Держи.

– Ну хоть что-то приятное сегодня. Слушай, что там? Я вся извелась…

Они зашагали в сторону Управления, до него было уже рукой подать.

– Если бы я знал! По телефону Баталов ничего мне не стал говорить. Ладно, еще пять минут – и узнаем. Дотерпишь?

Алиса пожала плечами и что-то промычала – как раз в этот момент они стояли на светофоре, и девушка решила отпить кофе.

– Нам сразу к Ягиной, да? – в голосе ее слышались жалобные нотки.

Драгунов усмехнулся. Он прекрасно понимал ее настрой, и Алиса знала, что напарник так же насторожен и раздосадован, как и она сама.

– Полагаю, да. Не трясись, пришли же уже.

В молчании они добрались до главного входа в УСК, по пути разделавшись с кофе – хоть что-то приятное с утра.

В холле Управления было непривычно пусто, как-то слишком светло, много воздуха и гуляющей тишины. Стойки вдоль стен без сотрудников выглядели померкшими и безжизненными. В рабочее время здесь принимали граждан, выясняли их вопросы и направляли дальше в нужные кабинеты к ответственным людям. Точнее, к колдунам – в Управлении сверхъестественного контроля работали именно они, поддерживая магическую сторону жизни Москвы в порядке и равновесии. Обратиться за помощью, разумеется, мог кто угодно. Через три часа Управление откроется официально, и холл заполнят посетители. Запруженное народом помещение потеряет свою воздушность, потяжелеет и окрасится разноцветными мазками предметов одежды визитеров.

Шаги Алисы и Дана отдавались эхом от стен, и напарники вбежали по лестнице в малое фойе этажом выше, где начиналось рабочее пространство сотрудников, не занимающихся вопросами граждан. Последним сюда путь был заказан, разве что их могли бы пустить только по особому распоряжению. Начальница Управления, колдунья Ягина, занимала кабинет на четвертом этаже.

Напарники подошли к ее двери, Дан постучал. Дверь отворилась сама, по мановению руки хозяйки кабинета. Помимо колдуньи в помещении находились ее заместители: непосредственный начальник Святослав Баталов, начальник отдела по контролю за запрещенной магией Андрей Сенецкий и глава отдела артефактологии Елизавета Радова. С последними двумя Алиса контактировала редко, они были далеки от тех дел, которые приходилось раскрывать подопечным Баталова.

– Доброе утро, – поздоровалась Ягина с вошедшими. Те синхронно ответили: «Здравствуйте» – и уселись на свободные стулья напротив начальников отделов.

Дан сидел спокойно, а вот Алиса напоминала себе сжатую пружину, готовую вот-вот разогнуться. Девушка терпеливо молчала, ожидая, пока заговорит Ягина.

– Итак, все в сборе, прекрасно. К сожалению, нам пришлось вызвать вас, дело отлагательств не терпит, – начала руководительница.

Она поднялась с места, обошла свой стол и приложила к крышке магического сейфа ладонь. Та открылась лишь несколько секунд спустя после щелчка. С помощью магических манипуляций из недр ячейки Ягина заставила выплыть небольшой предмет. Алиса не сразу поняла, что это; лишь когда начальница повернулась к присутствующим, девушка увидела, что между ладоней колдуньи парит заключенный в прозрачную магическую сферу камень размером с костяшку домино.

Ягина, пройдя к своему месту, опустила руки, а сфера осталась парить в воздухе, удерживаемая чарами начальницы.

– Это?.. – свел брови Баталов.

– Янтарь, – выдохнула Алиса.

Она бы ни с чем и никогда не перепутала этот камень. Солнечный, как его называли в ее родном Калининграде. Ягина взглянула на подчиненную и одобрительно кивнула.

– Мы получили его вчера вечером от наших коллег из Калининграда. Но это не просто янтарь, – добавила она, – а трансмутированный. Кстати, напомню, что янтарь когда-то звался алатырем и якобы обладал магическими свойствами, например целебными. Это уже по вашей части, Андрей.

Тот кашлянул, собираясь с мыслями.

– Да. Мы с коллегами проводили проверки всю ночь, однако нам не удалось выяснить, какими именно свойствами обладает камень. Пусть будет алатырь, раз уж он имеет какое-никакое отношение к магии. То, что он трансмутированный, получилось выявить сразу. Его состояние стабильно, совсем как у обычного янтаря. Он не реагирует ни на какие магические стимуляции, а мы применили к нему все, что было в нашем арсенале. Разумеется, мы продолжим исследовать камень, но нам понадобится время.

Ягина кивнула ему.

– Елизавета, что вы скажете?

– Сам по себе этот янтарь пассивен, – расправив плечи, начала колдунья, – он не излучает никакой энергии и не поглощает ее. Не реагирует на среду, в которую помещен. Если кто-то и превратил его в артефакт, то мы пока не можем сказать, кто и зачем это сделал. А главное – с какой целью.

Ягина снова кивнула. Она перекинула через плечо собранные в хвост светлые волосы и сложила руки на груди.

– Этот янтарь нашли на месте убийства. Точнее – во рту жертвы, – заговорила глава Управления. – Три дня назад кто-то расправился с одной из сильнейших колдуний Калининграда, Варварой Красой. Местные коллеги… зашли с ее делом в тупик и попросили нас о помощи. Они прислали этот кусок янтаря, чтобы колдуны Управления разгадали его тайну и таким образом помогли выйти на след преступника. Но просто сидеть и ждать мы не будем, поэтому на помощь нашим коллегам отправитесь вы. То есть сегодня вы отправляетесь в командировку. Ваш самолет вылетает в семь вечера из аэропорта Домодедово. Надеюсь, нескольких часов вам хватит, чтобы собраться и предупредить родных.

Ягина не сводила взгляда с Алисы и Дана. Те сидели ошарашенные новостью о неожиданной поездке.

– Есть, – отрапортовал наконец Драгунов.

– Поняли, – поддержала его Алиса.

Во взгляде Ягиной появились одобрение и благодарность.

– Знала, что могу на вас рассчитывать. Даниил, пройдите со Святославом Егоровичем, он проинструктирует вас. Андрей, Елизавета – жду от вас полных отчетов. Алиса, останьтесь на несколько минут, пожалуйста.

Мужчины и женщина вышли, и девушка повернулась к начальнице, готовая слушать и вникать.

– Вряд ли это загадка, почему я выбрала именно вас. Калининград – ваш родной край, вы знаете его как никто другой. А еще у вас есть опыт и навыки московских колдунов. И я верю, что благодаря этому, так сказать, сплаву вы сможете увидеть то, чего не видят другие.

Алиса кивнула, ощутив, как защемило в груди. Она и не подозревала, что Ягина питает к ней такое доверие! Но это накладывало и большую ответственность: нельзя было не оправдать ожиданий.

– Я буду рада там поработать, – честно созналась Алиса, – но… Могу я задать вопрос?

– Прошу.

– Я не понимаю, почему вы так рано нас вызвали. Если это не чрезвычайное происшествие…

Ягина вздохнула.

– Ну как сказать. Вообще-то обо всем вас должны были проинструктировать на месте, но ладно, я объясню. Краса была членом Калининградского магического круга. Информация о них строго засекречена, и…

– Я знаю о Кругах, – мягко, но уверенно перебила Алиса, решив сэкономить время начальницы, и, не обращая внимания на ее удивленный взгляд, продолжила: – Но почему тогда в Калининграде к делу не привлекли «негласников»?

– О-о, – протянула Ягина с досадой, – вижу, вы довольно глубоко погружены в тему.

Алиса с напряжением ждала, что начальница скажет про аномалии, но та не стала касаться этой темы. Тем не менее у девушки все равно возникло ощущение опасности, будто грозовая туча нависла над головой и вот-вот разразится молнией. В конце концов, у каждого Круга на всякий, самый экстренный случай была легенда, согласно которой колдуны занимались теорией и практикой магии, посвящая ей всю жизнь.

– Что ж, ладно. На этот счет мы поговорим в другой раз, – лицо Ягиной приняло задумчивый вид, колдунья постучала ногтями по столешнице, – хорошо. «Негласники» не занимаются расследованиями, они всего лишь следят за колдунами, которые входят в Круги. Это ведь сильнейшие маги, и за ними тоже нужен надзор.

– Тогда ясно. Мне казалось, они могут делать и нашу работу.

– Если бы. Нам было бы куда проще. Но это не так.

Голос начальницы так и сочился недовольством и досадой. Однако объектом была вовсе не Алиса, а тот факт, что ей стало известно о городских магических кругах.

– Я случайно узнала о том, кто такие колдуны Кругов, – попыталась оправдаться девушка. – Не волнуйтесь, я посвящена в тайну уже довольно давно и ни с кем ею не делилась. Я же все понимаю…

– Я в вас не сомневалась. – Ягина, зажмурившись, вздохнула и стиснула переносицу кончиками пальцев. – Из-за того, что калининградское управление само по себе небольшое, там о Круге знают всего двое сотрудников. Они не могут привлечь больше из-за угрозы раскрытия тайны. Им нужна наша помощь еще и поэтому.

– А Дан? Он ведь тоже узнает.

– Драгунов – ответственный молодой человек, и ему я доверяю не меньше, чем вам. Вы с ним не раз доказывали свой профессионализм и приверженность идеалам службы. Я верю, что с ним этот секрет в безопасности. Раз уж вы в курсе, расскажите ему обо всем сами, тогда не придется тратить время на этот инструктаж в Калининграде, сразу приступите к работе.

– Поняла. У меня больше нет вопросов.

– Тогда вы свободны. Сообщите Баталову, если за вами нужно будет прислать машину до аэропорта.

– Спасибо, я доберусь сама.

Алиса попрощалась с начальницей и вышла из кабинета. Закрывая дверь, девушка успела увидеть, как Ягина берет стик и затягивается. Кусочек янтаря все так же парил над темной столешницей в метре от колдуньи.

Шагая по пустому коридору в свой кабинет, Алиса размышляла о новом задании. Удивлению и даже небольшому шоку на смену пришли спокойствие и понимание, что раз надо, то надо. Это ее работа. Ее дело. И она сама – профессионал. В конце концов, такой желанный отпуск в родной край сорвался, так, может, Вселенная все же услышала желание девушки. Правда, исполнила как-то криво, но это уже детали.

И все же что-то, подобно занозе, не давало успокоиться до конца. Смерть колдуньи из Магического круга, как казалось на первый взгляд, могла и не повлечь за собой фатальных последствий, однако… Из рассказов Марка Алиса помнила, что калининградскую аномалию стерегут семеро колдунов. После гибели Варвары Красы их осталось шесть. В таком составе они все еще смогут сдержать аномалию в случае чрезвычайной ситуации, но какой ценой?

Кончиками пальцев Алиса сдавила виски. Слишком много мыслей, слишком мало данных! Она ведь еще с делом не ознакомилась, а уже строит догадки. Надо бы притормозить.

Дан ждал ее в кабинете. Алиса прошла к своему столу и рухнула в рабочее кресло.

– О чем говорил Баталов? – спросила она.

– Организационные моменты, – пожал плечами напарник, – передал билеты на самолет, скинул информацию о машине и встречающем. В общем, по мелочи.

– Быстро они все подготовили. Когда нужно, Управление не похоже на классическую тяжеловесную государственную махину, да?

– И то правда! Ну а о чем вы с Ягиной секретничали?

Алиса вздохнула, отводя взгляд. У нее было легкое чувство, что она предает Марка, раскрывая тайну, которую он ей поведал. Она успокоила себя тем, что Дан все равно узнал бы по ходу расследования. Девушка вздохнула и сказала:

– Так, а сейчас, пожалуйста, не перебивай меня. Рассказ будет долгим, и все, что я скажу, должно остаться между нами. Ягина очень высоко нас с тобой ценит, я бы не хотела подорвать ее доверие. Ты, думаю, тоже. – Набрав в грудь побольше воздуха, Алиса продолжила, стараясь составить свой рассказ так, чтобы не выдать существование аномалий: – В каждом городе существуют тайные Магические круги, они объединяют сильнейших колдунов города. Как правило, это колдовские династии с длинной историей. Этих людей можно назвать особыми колдовскими стражами, они следят, чтобы магия не вышла из-под контроля. Существование Кругов держат в секрете, чтобы не привлекать к ним ненужного внимания и чтобы им не мешали делать свою работу. Численность Круга зависит от величины города, в Калининградском круге семеро колдунов. И Варвара Краса была Первой, самой главной и могущественной колдуньей Круга. Это дело приобрело деликатный оборот, когда выяснилась причастность убитой к Кругу.

Когда девушка закончила, Драгунов был мрачнее тучи.

– Что думаешь? – спросил он.

– Что у мироздания отвратительное чувство юмора.

* * *

Вопреки прогнозам синоптиков, июнь в Москве в этом году выдался теплым. Не аномально жарким, а именно таким уютно-летним, с золотистым ласковым солнцем, сочной зеленью деревьев и нежно-голубым небом, проглядывающим сквозь прорехи в кронах. Асфальт расчерчивали яркие световые пятна, меняющие свою форму, когда ветви колыхал ветерок. День был в самом разгаре, началось время обеда, и многие офисные сотрудники потянулись в ближайшие кафе за бизнес-ланчами.

Алиса и Марк сидели на крытой веранде вьетнамского ресторанчика в парке Горького. Ожидая свои порции ароматного фо-бо, они тихо обсуждали предстоящую командировку Алисы в Калининград. Лицо Марка было мрачным и никак не вписывалось в яркий и веселый день. Девушка только что закончила рассказывать ему о новом деле, которое им с Даном придется расследовать.

– Не хочу с тобой расставаться, – вздохнул он. – Еще неизвестно, на сколько ты уедешь.

– Я тоже не хочу, Марк. Но ничего не поделать, работа есть работа. – Алиса отложила салфетку, которую успела скатать в неровный шарик, и взяла ладонь колдуна в свою руку.

– Понимаю, и все же…

Официант принес им тарелки с супом. От бульона сильно пахло имбирем, в прозрачной жидкости плавали рисовая лапша и аппетитные ломтики говядины. Марк всыпал в тарелку все, что подали к супу. Алиса такую кашу не любила и предпочитала есть зелень отдельно от остального блюда. На время обеда беседа прервалась. Но когда тарелки опустели, а Алиса потянулась за манговым шейком, Марк спросил:

– Значит, убили какого-то важного колдуна?

– Колдунью. С делом я еще не знакома, но Ягина назвала нам имя – Варвара Краса…

Марк громко присвистнул, а Алиса с подозрением взглянула на него.

– Ты знаешь, кто это?

– Лично знаком не был, но ведь она член Круга, а я о многих из них слышал. Краса – Первая в Круге. А еще у нее есть дочь, тоже Варвара. И она Вторая. Но, в сущности, это все не так уж важно.

– Что это значит?

– Что при принятии решений ее голос был решающим. Она обладала властью. Самые могущественные колдуны обычно от первого до десятого члена Круга, в зависимости от величины. Тот, кто убил Красу-старшую, должен быть либо сильнее, либо равным ей по силам.

Алиса задумчиво кивала. Это нужно будет обсудить с калининградскими коллегами. А Марк снова посерьезнел.

– Не нравится мне это, конечно. Постоянно буду переживать, как ты там! И не смогу приглядывать за тобой.

Алиса закатила глаза и стукнула его легким магическим ударом.

– Не превращайся в мамочку! Я могу за себя постоять.

А Марк вдруг придвинул свой стул так, что оказался почти вплотную к девушке. Он накрыл ладонью ее щеку, а потом опустил голову и коснулся своим лбом ее лба.

– Я знаю, Рыжинка, что ты сильная и опытная колдунья, других и не берут в Управление. Но я все равно переживаю за тебя каждый раз, когда ты уходишь на службу.

– Марк…

– Тс-с! Знаю, что ты скажешь, так что помолчи. Я же пытаюсь с этим справиться, и у меня получается. Разве нет? Покушаться на твою свободу или давить – ты от меня этого никогда не дождешься, не-а!

– Спасибо, Марк. Я всегда стараюсь быть осторожной, зная, что ты меня ждешь.

Он улыбнулся. Озорной поцелуй в кончик носа, усыпанный веснушками, заставил Алису рассмеяться. Марк нежно провел ладонью по ярко-рыжим локонам и отстранился.

– В конце концов, я там не одна, – прибегла девушка к еще одному аргументу, – там вся моя семья, не забывай! А папа все еще служит в министерстве магической обороны.

– Он преподаватель!

– Но у него большой практический опыт, – уперлась девушка.

Марк молчал, не сводя с нее взгляда зеленых глаз.

– Ладно. Ты знаешь, что делаешь. Я никогда в тебе не сомневался. Пошли домой, соберешься в дорогу, а вечером я отвезу тебя в аэропорт.

Девушка кивнула.

– Ты на сегодня закончил?

– Да, заказов было не так уж много, но зато все крупные и довольно дорогие. Представляешь, кто-то заказал мини-алтарь для жертвоприношений Перуну. Надеюсь, это всего лишь для игр или в качестве реквизита. Не хватало еще Громова разозлить.

– Да уж, – хихикнула Алиса, – у тебя же адрес сохранился? А то я могу наших ребят попросить, пусть проверят твоего заказчика на черную магию.

* * *

Весь следующий час по квартире Алисы летали предметы одежды. С помощью колдовства, как было принято называть сверхъестественные способности, девушка вытаскивала из шкафа ту или иную вещь, заставляла ее подплыть к себе по воздуху, а затем критически осматривала. В итоге небольшой чемодан заполнился только самой удобной одеждой: парой джинсов, спортивным костюмом для тренировок, несколькими толстовками, свободными рубашками, футболками и кожаной курткой на случай похолодания.

С помощью колдовства Марк сделал чемодан практически невесомым и закрепил за пассажирским сиденьем своего мотоцикла. За несколько часов до рейса они выехали в сторону аэропорта. Железный конь, которого Марк ласково называл Бурко, ловко лавировал в начинающихся московских пробках, на этот раз вечерних. Транспорт ехал очень плавно, словно летел над асфальтом в нескольких миллиметрах благодаря тому, что был зачарован самим Марком.

– Спасибо ему, я лучший магический курьер в своей службе доставки. А то и во всей Москве! – любил хвастаться колдун.

В ответ на это Алиса укоризненно качала головой: чтобы добиться такого эффекта, Марк использовал запрещенные магические артефакты, купленные на черном рынке. Управление сверхъестественного контроля как могло боролось с недобросовестными продавцами и покупателями, но полностью искоренить запрещенную торговлю было просто невозможно.

Бурко уже не раз выручал хозяина благодаря своим чарам, так что Алиса предпочитала закрывать глаза на его магическую природу. Да и в самый первый миг, когда девушка узнала о нарушении, у нее даже мысли не возникло о том, чтобы сдать Марка УСК.

На стоянке аэропорта пришло время прощаться, и Алиса никак не могла отпустить Марка из объятий. Есть смысл побыстрее закончить с расследованием в Калининграде и вернуться к любимому человеку. А потом все же поехать вместе с ним в родной край, но уже в отпуск.

В прощальный поцелуй девушка вложила все свои любовь и нежность, а затем, отстранившись, зашагала ко входу в здание аэропорта. За ее спиной взревел мотор мотоцикла.

2. Аэропорты и города

18 июня 2024 года, Москва

Алиса

Оставив позади залитую светом подъездную площадку, Алиса шагнула к футуристическому зданию аэропорта Домодедово. Блики хрома и отраженные стеклами панорамных окон солнечные зайчики неровными пятнами покрывали серую плитку. Сквозь револьверные двери девушка проскользнула в здание, где ее тут же окутал гул голосов, прорывавшиеся сквозь него объявления о прилетах, вылетах, началах и концах посадок и едва уловимый аромат самолетного топлива.

Алиса прошла досмотр и побрела на поиски нужной стойки регистрации, чтобы сдать багаж. С Драгуновым, который зарегистрировал их обоих онлайн еще утром, они договорились встретиться у выхода на посадку.

Девушка не любила летать, предпочитая наземный транспорт, однако не могла не признавать очарования аэропортов и не восхищаться технологичностью самолетов. И сами аэровокзалы всегда оставляли ощущение мест, вырванных из пространства и времени. «Здесь нарушались законы причины и следствия, и время текло одновременно в оба направления. Кто-то из пассажиров все еще в точке вылета, встречает рассвет на пляже или закат на крыше небоскреба, другой – уже в точке назначения, ведет переговоры или ныряет в теплый океан. Очень немногие находились здесь, в этом лимбе, среди призраков людей и мест», – вспомнила Алиса фразу из недавно прочитанной книги.

Избавившись от чемодана, забрав паспорт и посадочный талон, девушка в задумчивости пошла к эскалатору, который вел на второй этаж к зонам вылета. В аэропорту явно ощущались сотни тысяч магических следов, в основном их оставляли пассажиры, использовавшие колдовство для переноса багажа. Магия не сильно повлияла на развитие мира, поскольку оказалась слишком неэффективной при использовании вместе с техникой. Колдовство было скорее помощником и источником энергии, эксплуатировать которую могло только живое существо, и без его контроля магией нельзя было завести, например, двигатель внутреннего сгорания. Технологии оказались проще, дешевле и долговечнее, и люди оставили попытки применить колдовство на благо прогресса и доверились законам физики.

Алиса заметила Дана издалека – темная фигура напарника ярко выделялась на фоне окна, из которого лился яркий свет. Драгунов стоял, сложив руки на груди и наблюдая, как суетятся вокруг стоящего напротив самолета работники служб аэропорта.

– Наш звездолет? – подходя к напарнику, спросила Алиса.

Тот обернулся к ней, губы тронула улыбка.

– Если гейт не изменят в последний момент, то да. Волнуешься?

Девушка взглянула на Дана. Он был одет в серую футболку с необычным асимметричным кроем и темные брюки-карго. Хлопковую куртку в тон напарник небрежно бросил на подоконник. Кончики черных как смоль волос щекотали шею, пряди падали на глаза, наполовину скрывая лицо. Привычным движением ладони Драгунов убрал их назад.

– Не сказала бы. Скорее предвкушаю. Днем родителям позвонила, слышал бы ты, как они обрадовались. Отец как раз в отпуске, обещал встретить.

– Везет тебе, будешь жить в привычном уюте, – усмехнулся Дан.

– Ты должен познакомиться с моей семьей! – воскликнула Алиса. – Уверена, вы отлично поладите. А мама перестанет меня пилить из-за того, что служба может быть опасна.

– Ага, и начнет пилить меня, чтобы лучше за тобой приглядывал!

– Прекращай! – возмутилась Алиса.

Дан рассмеялся, положив ладонь на рыжую макушку напарницы, и подмигнул.

– Ладно уж. Я получше твоих родителей знаю, на что ты способна. Не забыла вещи для тренировок?

– Ха! Как будто не знаешь, что их я первыми кладу в чемодан! – ответила другу Алиса.

Между ними действительно никогда не было ничего кроме дружбы. Когда Алиса пришла в Управление, в напарники ей сразу определили Драгунова, его старший товарищ как раз ушел в отставку. На тот момент Дан работал около двух лет и уже обладал определенным опытом. Поначалу Алиса относилась к нему с большой настороженностью, не желая, чтобы их рабочие отношения перетекли в романтические. Драгунов, позже узнав о ее страхе, очень долго смеялся и заявил прямо, что она не в его вкусе и приставать он к ней не стал бы даже под дулом пистолета.

Алиса тогда расхохоталась, представив эту картину, и с того самого момента началась их дружба. Тогда именно такие отношения девушке и были нужны. Позже, конечно, она подружилась и с другими коллегами, они устраивали веселые посиделки по субботам, но Дан был рядом большую часть времени.

Однажды Алиса внезапно сорвалась из-за нахлынувших эмоций, вызванных разрывом с любимым человеком. Драгунов, заволновавшись, что она не отвечает на звонки, примчался к ней, обнаружил подругу в расстроенных чувствах и заказал из кондитерской ее любимый черничный чизкейк. Потом они пили чай весь вечер, а Алиса рассказала ему всю правду о неудавшихся отношениях. Только вот о том, что бросившим ее человеком был Марк, Дан пока не знал, и девушка боялась ему рассказать.

Сама она тоже не раз выручала друга и, когда он слег с гриппом, отпросилась у Ягиной, чтобы привезти ему лекарств и помочь. Родители Драгунова тоже были колдунами, работали врачами, а младший брат учился. Вся семья уехала на отдых, поэтому заботу о болеющем взяла на себя Алиса. Под ее присмотром он быстро поправился и уже скоро вышел на работу, а родные Драгунова привезли девушке целую корзину сладостей из южной страны.

Над головами прозвучало объявление о начале посадки на их рейс, и к выходу потянулась длинная очередь из пассажиров. Переглянувшись, Алиса и Дан направились к ее концу.

В самолете оказалось, что девушке досталось место у иллюминатора, Драгунов сел в центре, а у прохода расположился субтильный упырь. Вскоре после взлета он, по обыкновению своего вида, впал в состояние, похожее на летаргию. Кровь упырей, и без того густая и холодная, на высоте десяти километров практически переставала циркулировать. Но как только самолет садился, вурдалак пробуждался.

– Даже завидую им, – проворчал Дан, – не нужно думать, чем развлечь себя в полете.

Алиса наклонилась вперед и бросила взгляд на пассажира. Черты лица обострились и стали резкими, а кожа приняла цвет серой золы, при том что обычно упыри были просто немного бледнее обычных людей. Девушка посмотрела на напарника, скептически сведя брови.

– Ты был бы страшненьким упырем, – заявила она.

В ответ Дан легонько стукнул ее пальцем по кончику носа.

Полет прошел без приключений, и уже через два часа Калининградская область жарким летним теплом встречала пассажиров, выходивших из аэропорта Храброво. В июне воздух здесь был пропитан густым ароматом липового цвета, свежестью речной воды и тонким запахом костров.

Алису встретили родители – она решила, что будет жить у них все это время. Глядя на то, как крепко и долго они обнимаются, Дан улыбался. Он наверняка понимал, каково ей жить совсем одной вдали от семьи. Девушка быстро познакомила напарника с родными, пообещав всем, что знакомство обязательно продолжится в более приятной атмосфере, а сейчас им следует отдохнуть перед завтрашним «боем».

Они разъехались – Дана забрал водитель на машине местного филиала Управления, а Алиса отправилась домой.

Драгунов

Дану ранее не доводилось бывать в Калининграде, и он был даже рад узнать и увидеть что-то новое. Повод приехать, конечно, было трудно назвать веселым, но Драгунов в глубине души надеялся, что дело окажется несложным и у них будут передышки, а Алиса в этих промежутках сможет показать ему город. По дороге в гостиницу он не успел как следует рассмотреть его. Расстояния здесь оказались в десятки раз меньше московских, и это поначалу обескуражило.

Десять минут они ехали через самый центр, и вот уже вскоре Дан стоял в своем гостиничном номере. Окно выходило на оживленный проспект, но благодаря отличной звукоизоляции машины беззвучно ползли по шестиполосной дороге. Из окна был виден крупный торговый центр, закрывающий вид на реку Преголю. Зато если перевести взгляд левее, то можно было увидеть стремящийся из-за верхушек деревьев черный шпиль и башню кафедрального собора.

Дан немного полюбовался городской панорамой. Калининград медленно укрывался вечерними сумерками, небо становилось чернильно-синим, внезапно вспыхнуло золотое уличное освещение. Если Москва была похожа на элитного бегуна-марафонца, никогда не отдыхающего и рвущегося вперед к новым высотам, то Калининград напоминал скорее неторопливого любителя, тщательно рассчитывающего силы. Спокойный темп умиротворял, позволяя ненадолго забыть о завтрашнем дне, о необходимости сражаться на пределе возможностей каждый раз, когда того требовала работа.

Драгунов потянулся, зажмурился и зевнул. А потом отправился в душ, решив, что лучше сегодня лечь пораньше и завтра быть полным сил.

Алиса

На следующее утро напарники встретились у здания Управления. Как и московский офис, оно располагалось в центре города, соседствуя с немагическими структурами. Драгунов передал Алисе один из пропусков, которые сам вчера получил от водителя.

– Он сказал, что встретит нас у «вертушки», – сообщил Дан, – и проводит в нужный кабинет.

– Что ж, идем.

Драгунов, открыв дверь, пропустил напарницу вперед. Местное Управление отличалось от московского настолько, насколько сами города отличались друг от друга. Здесь было спокойнее за счет того, что холл здания и приемная для граждан были разделены. Сотрудники уходили левее, а визитеры шли направо и исчезали в коридоре, который вел в приемную.

Приложив пропуска к считывающему устройству, напарники отправили их в специальную пластиковую корзинку, где уже лежало несколько таких же карточек: охранная магия на входе теперь запомнит их как своих, и пропуска им больше не будут нужны.

Невысокий темноволосый человек в офисном костюме махнул им, когда они ступили в холл после турникета.

– А вот и Леонид, мой вчерашний водитель, – объяснил Драгунов, – идем-ка к нему.

– Доброе утро! – с улыбкой поприветствовал сотрудник калининградского УСК. – За мной, пожалуйста. Я покажу вам место, где вы будете работать.

Все трое зашагали к лестнице.

– Меня зовут Алиса, – представилась девушка, а Леонид кивнул.

– Да, ваш напарник вчера мне уже про вас рассказал. Добро пожаловать. Значит, вы местная?

– Именно. Калининград – мой родной город, я очень хорошо его знаю.

– Это будет полезно. Нечасто нам присылают гостей из столицы, – усмехнулся проводник. – Кстати, советую запомнить дорогу. С завтрашнего дня я в отпуске, и вас некому будет проводить, если вдруг забудете дорогу. Впрочем, вы можете попробовать уговорить ваших новых коллег подождать вас в холле…

– Расскажи, Леонид, с кем нам придется работать? – поинтересовался Дан.

Парень ухмыльнулся.

– Узнаю профессиональный подход, – щелкнул он пальцами. – Лаврентьев Станислав Романович, ему двадцать восемь. Опытный сотрудник, но пригласить коллег из Москвы было его идеей. Уверен, с ним вы быстро сработаетесь и найдете общий язык. А вот его напарник…

– Дайте угадаю, молодой и амбициозный одиночка? – рассмеялась Алиса.

– В точку, – ответил Леонид.

Смех девушки стих, на лице появилось недоумение.

– Да ладно?

– Вы верно угадали. Правда, я вас поправлю: молодая и амбициозная одиночка. Евгения только недавно перешла из ранга стажера. Она рвется в бой, считает, что наше Управление должно самостоятельно справляться со своими делами.

Напарники ничего не ответили. У Алисы появилась идея, но девушка пока решила ее не высказывать. Леонид привел их к деревянной двери с золотой цифрой «82» и вытянул руку с видом дворецкого, приглашая новых сотрудников войти.

Драгунов на прощание пожал его ладонь, а Алиса кивнула. Она негромко постучала в дверь, а потом нажала на ручку.

– Добрый день, можно войти?

– Разумеется, добрый день!

Голос, ясный и чистый, судя по всему, принадлежал Лаврентьеву. Девушка, получив разрешение, шагнула вперед и очутилась в небольшом кабинете, немного сумрачном и довольно плотно заставленном. У стен рядом с дверью стояли два пустых стола, явно размещенные тут совсем недавно и рассчитанные на московских гостей. В промежутках между ними у стен громоздились сейфы и книжный шкаф. Еще здесь был небольшой двухместный диван, мягкий и удобный. Но выглядел он так, будто его только что привезли из магазина: похоже, у обитателей кабинета он не пользовался популярностью.

Вся мебель была темно-кирпичного цвета и создавала ассоциацию с детективными агентствами из фильмов прошлого века. Из окна сквозь щели в жалюзи проникали утренние солнечные лучи, расчерчивая полосами ламинат.

Один из постоянных обитателей кабинета, скрестив на груди руки, сидел на краю своего стола, заваленного рабочими материалами. Он поднял взгляд, когда Алиса и Дан вошли, закрыв за собой дверь. Затем встал и подошел к ним.

– Станислав, – представился он, – добро пожаловать, выбирайте себе места.

Драгунов пожал его жилистую ладонь, затем калининградский колдун протянул руку Алисе. Она окинула его взглядом. Лаврентьев был высок и хорошо сложен. Темные волосы он зачесывал назад и укладывал с помощью специальной пасты, явно намеренно добиваясь эффекта «прилизанности». Темно-синие и блестящие глаза колдуна прятались за очками без оправы с такими тонкими дужками, что их было практически не видно. Одет он был в серые узкие брюки, в тон им жилет и белую рубашку с закатанными рукавами.

Лаврентьев улыбнулся, поворачиваясь к своей напарнице, которую Алиса не сразу заметила – та пряталась в тени.

– Евгения Котова, – представил Станислав свою коллегу. – Она недавно в Управлении, но подает большие надежды. Думаю, вы сработаетесь.

Алиса ждала, что сотрудница встанет и подойдет к ним, но она так и осталась на своем месте. Лишь чуть подалась вперед, и девушка смогла ее разглядеть: круглое миловидное лицо, светлые пряди прически каре закрывали левую сторону лица. У Котовой были серые, недобро сверкающие глаза. Тонкие губы сотрудница поджала, словно ей было неприятно находиться с московскими сотрудниками в одном кабинете.

– Очень рад, – несмотря на холодный прием, сказал Дан.

– Здравствуй, – дружелюбно поприветствовала Алиса, но наткнулась на холодный клинок взгляда Евгении.

Они с Драгуновым переглянулись, но ничего не сказали. Хочет девочка или нет, но теперь они все вместе занимаются этим делом. И ей придется работать с ними, привыкать и взаимодействовать. Алиса подавила смешок: ведь наверняка Лаврентьев именно поэтому убедил начальство вызвать московских коллег – с воспитательной целью! Девушке не очень хотелось становиться инструментом воздействия, но такова специфика их организации.

Более не уделяя внимания неприветливой Евгении, Алиса и Дан обратились к Лаврентьеву.

– Пойдемте, представлю вас начальнику. Муромцев – глава калининградского Управления и местной верви колдунов. – Ты наверняка о нем слышала, Алиса.

– Разумеется, – кивнула девушка.

Станислав поманил гостей за собой в коридор. Кабинет Муромцева, как и кабинет Ягиной в московском Управлении, находился на последнем этаже здания. Они и планировкой были похожи: помещение предварялось небольшой прихожей.

Лаврентьев постучал, и из-за двери послышался голос, разрешающий войти. Наверняка начальник знал, кто пришел – на дверь были наложены особые чары. Алиса и Дан в сопровождении Лаврентьева шагнули в кабинет, его хозяин поднялся с места, чтобы их встретить. Прежде чем поздороваться, Алиса успела бегло осмотреть помещение. Рабочий стол располагался справа от окна, напротив вдоль стены выстроились стулья для посетителей, а по обеим сторонам от стола громоздились застекленные шкафы с папками и книгами. В углу у окна стоял современный кулер с водой.

– Доброе утро, – поздоровался Муромцев, перетягивая все внимание гостей на себя.

Голос у него был низкий и глубокий, а сам глава верви оказался высоким и крепким мужчиной с широкими плечами и мускулистой фигурой. Рельеф мышц просматривался даже под тканью нежно-голубой рубашки, подчеркивавшей цвет глаз. Светлые волосы были подстрижены и аккуратно уложены.

– Добро пожаловать, – тепло улыбнулся начальник, когда они закончили с приветствиями. – Я ознакомился с вашими личными делами и, должен сказать, приятно впечатлен работой по последнему серьезному делу о безумном боге. Надеюсь, вы и нам поможете разобраться в убийстве Варвары. Что вам известно?

– Ягина рассказала только самое основное, – пожал плечами Дан.

Муромцев удовлетворенно кивнул:

– Станислав подробно введет вас в курс дела. Кстати, спасибо, что прибыли. Я уверен, что обмен опытом пойдет всем нам на пользу. К тому же ваше положение, Алиса, уникально: московский опыт и знание Калининграда… Лично мне будет очень интересно понаблюдать за вашей работой.

– Да, Ягина тоже так сказала, – улыбнулась девушка, – спасибо за доверие. Мы постараемся сделать все, что от нас зависит, чтобы найти преступника.

– Если вам что-то понадобится, вы можете напрямую обращаться ко мне. В мое отсутствие – к моему заместителю Виктору Доброгорскому. Я его предупрежу, проблем у вас не возникнет. Кстати, по моей просьбе Станислав будет направлять мне отчеты, – предупредил Муромцев.

Алиса и Дан закивали. Они еще немного поговорили, обсудив порядок работы, а потом начальник их отпустил. Закрыв за собой дверь кабинета Муромцева, Лаврентьев улыбнулся:

– Он к вам невероятно благосклонен, – сообщил он, – можете даже не сомневаться, вы ему понравились.

– Почему ты так считаешь? – удивилась Алиса.

– Давно и хорошо его знаю, – пожал плечами Станислав. – Он брал меня в Управление. Лично подергал за ниточки, чтобы ускорить процедуру. А ведь я тогда даже училища УСК не закончил, только год провел на переподготовке.

– За год – программу пяти лет?

– Пришлось. Ускоренную и сокращенную, разумеется, но все же. Остальное пришлось добивать полевым опытом.

Драгунов одобрительно закивал. А Стас, остановившись уже перед дверью в собственный кабинет, спросил:

– Ну что, теперь за работу?

3. Личное

19 июня 2024 года, Калининград

Евгения

Вернувшись в кабинет, новые сотрудники заняли свободные столы. Лаврентьев садиться не стал, подошел к своему месту и с помощью колдовства поднял со стола две папки. Потом по воздуху он отправил их к новоприбывшим. Женя наблюдала за ними со своего места, прячась в тени.

– Это материалы дела об убийстве Варвары Красы, – сообщил Станислав. – Что вам известно?

– Только то, что она была сильнейшей колдуньей города, Первой Магического круга и то, что ее нашли с куском трансмутированного янтаря в зубах, – ответил Дан, поймав свою папку и открывая ее. – Ого!

Было понятно, что вызвало у него такую реакцию: первой страницей было фото убитой, лежавшей в огромной луже крови на грязном запыленном полу какого-то явно заброшенного строения. Живот колдуньи был рассечен от пояса до грудины. Второй фотографией был «портрет» Красы, лицо крупным планом. Между полуоткрытых посиневших губ злоумышленник вставил тот самый трансмутированный янтарь. Или алатырь, как его обозначали в материалах дела.

– Она умерла от этой раны? – спросила Алиса.

Ее голос не дрогнул, явно видела вещи и похуже. А вот Евгения в своем темном углу шевельнулась, сменив позу. Перед ней не было материалов дела: она очень хорошо помнила детали.

– Да. После осмотра тела наши судмедэксперты определили, либо живот ей рассекли, когда она уже лежала, либо ее уложили из положения «стоя» настолько быстро, что кровь даже не успела залить нижнюю часть тела. В общем, потом подробнее ознакомитесь с отчетом, там много интересного и полезного для дела и понимания картины преступления.

– Способ убийства наталкивает на мысль, что убийца обладал сверхъестественными способностями, – перевернул фотографию Драгунов. – Отчет мы почитаем, но на фотографии видно, что рана серьезная, бедной колдунье фактически распороли живот.

– Да. И в первую очередь мы подозреваем нелюдей – колдунов, упырей или нечистых. Длаков – в последнюю очередь, поскольку обычно для убийств они не используют подручные средства. Впрочем, их со счетов не сбрасываем, если убийца из оборотней, то он мог просто попытаться отвести подозрения. Что еще? А, убили Красу где-то в шесть-семь вечера, то есть тело пролежало на месте преступления около четырнадцати часов. Дочь о пропаже матери не заявляла, так как даже не знала, что та не дома: Краса-младшая уехала на отдых за город. По ее словам, они созвонились где-то ближе к пяти вечера, но мать не сообщила, что куда-то собирается.

– А следы магии на месте преступления? – деловито спросила Алиса.

– Есть, но их к делу не привязать, поскольку они слишком слабые, почти выветрившиеся. Явно не дело рук или лап нашего убийцы. Умерла Краса именно от раны, а та была нанесена каким-то очень острым предметом сантиметров двадцать длиной – края пореза ровные, с однородными повреждениями. Наша патологоанатом предполагает, что это был некий клинок, потому как для скальпеля лезвие длинновато. Но это вы тоже из отчета узнаете, не вижу смысла сейчас его вам пересказывать.

Девушка в ответ кивнула.

– А что это за место? Я вижу на фото краснокирпичную кладку. Какой-то форт? Хм-м… Судя по состоянию помещения и растительности за окном – это второй форт, Бронзарт?

– В точку! А вы неплохи, Алиса…

– Прошу, Станислав, давайте сразу перейдем на «ты». Нам еще работать, и так будет удобнее. – Девушка улыбнулась, явно довольная его похвалой.

– Согласен. Дан, надеюсь, ты тоже не против.

– О нет. Даже наоборот.

– Вот и договорились, а теперь…

Внезапно что-то грохнуло. От неожиданности Дан, Алиса и Лаврентьев подскочили. А Евгения резко поднялась со стула, отчего он врезался в стену, секундой позже вихрем промчалась через кабинет и выскочила в коридор. Дверь за ней плавно начала закрываться, но так и не захлопнулась до конца. Станислав со вздохом повел рукой, закрывая ее и заставляя щель исчезнуть.

Внутри у Жени все клокотало от ярости. У нее дрожали руки от того, что она сдерживалась изо всех сил, чтобы не разбить стену колдовством. Девушка на полной скорости неслась по коридору, к счастью, в этот час пустому: рабочее утро было в самом разгаре.

Спустившись на этаж ниже, Женя влетела в женский туалет и, закрыв дверь на щеколду, подошла к зеркалу над белоснежной раковиной. Небольшое помещение было очень светлым благодаря огромному окну в стене. Стекло покрывала непрозрачная пленка, и сквозь него нельзя было разглядеть улицу.

Женя смотрела в зеркало невидящим взглядом, но обычно она не упускала возможности немного полюбоваться собой, хотя и без зеркал знала, что довольно симпатична. В Калининградском училище УСК многие парни приглашали ее на свидания, но никто из них не нравился ей по-настоящему. Полностью поглощенная учебой, она вообще не собиралась ни в кого влюбляться. Девушка рассчитывала, что и после распределения в Управление ее захватит работа, но в первую же секунду, едва переступив порог, поняла, что ошиблась. А Стасу только и стоило, что просто дружелюбно улыбнуться и поприветствовать ее.

Он, кстати, не лгал и не приукрашивал, когда хвалил ее: Женя всего полгода в Управлении, а уже сыграла немалую роль в раскрытии четырех дел. А убийство Красы должно было стать сложным делом, и Женя ждала, что вот тут она проявит весь свой огромный потенциал! И когда Стас сообщил ей, что начальство согласилось пригласить двух сотрудников столичного УСК, девушка пришла в ужас.

Десятки вопросов иглами впились в ее сердце, но она не задала ни один из них. Это было слишком личное. Зачем Стас позвал этих двоих? Разве они бы не справились сами? Они такая отличная команда! А теперь эти выскочки из Москвы все испортят. Женя не сможет себя показать, не услышит похвалу из уст напарника. И его внимание теперь придется делить с этими двумя. А что, если он положит глаз на рыженькую?

Женя тряхнула головой. Нет! Какие идиотские мысли, недостойные колдуньи Управления сверхъестественного контроля! Ее обучали держать свои эмоции в узде. Вот только с Женей такого раньше никогда не случалось.

Почему Стас хочет отодвинуть ее на второй план? Неужели она что-то сделала не так? Неужели он считает ее недостойной? Глаза защипало, и девушка часто-часто заморгала. Она смочила пальцы под струей воды и аккуратно вытерла глаза. Вроде бы полегчало.

Женя вздохнула. Ей надо подумать, что делать со всей этой ситуацией. У нее было еще как минимум несколько свободных часов, пока Стас будет рассказывать о деле новым напарникам. А Жене привести мысли в порядок поможет кофе в любимой кофейне неподалеку.

Кофе действительно отвлек, вот только ненадолго. Всего лишь на пятнадцать минут, пока Женя наслаждалась новым сезонным вкусом «персиковый пломбир».

Зато, пока девушка добежала до кофейни, она немного успокоилась и начала трезво – ей так казалось – оценивать свои возможности и ситуацию. Ведь на самом деле, если подумать, то можно понять, из каких соображений действовал Стас. Несмотря на его опыт работы в УСК, дела без улик ему попадались нечасто. Как, впрочем, и многим другим колдунам. Калининград был спокойным городом, где не так часто случалось что-то из ряда вон выходящее. Но когда это случилось, именно колдуны Котова и Лаврентьев оказались на острие.

Отставив пустой стаканчик, девушка несколько раз нервно постучала по столешнице ногтями. Ярость схлынула, уступив место горечи. На самом деле все это чушь: не такая уж она блестящая, какой ей хотелось бы казаться самой себе. Самая обычная девочка из самой обычной семьи, но она всегда хотела приносить пользу и делать что-то стоящее. Когда Евгения впервые на школьной экскурсии «Выбери себе профессию!» увидела здание УСК, красно-синий герб с золотым орлом, заключенным в ладони мага, и девиз «Защищать и охранять», то сразу поняла, кем станет в будущем.

Женя искренне считала, что никаких особых талантов у нее нет, в отличие от того же Стаса, а поэтому, не рассчитывая на случай или везение, она готовилась к поступлению в училище УСК долго и упорно: подтягивала дисциплины, ставила личные спортивные рекорды. Несколько раз она слышала, что УСК – это не для нее, может, лучше дизайнерское, ведь колдунья хорошо рисовала и обладала развитым пространственным мышлением. Но мечты были сильнее, и Жене было очень интересно, куда они ее, обычную и ничем не примечательную девочку, приведут.

Женя печально вздохнула.

«Ладно, возможно, ты погорячилась, – сказала она себе, – наверное, не стоило так резко убегать и выносить двери. Давай-ка сначала изучим ситуацию, этих двоих, соберем побольше данных, и тогда станет понятно, как действовать дальше».

Забрав пустой стакан, чтобы выкинуть, девушка поднялась с места и направилась обратно в Управление.

Алиса

Лаврентьев виновато кашлянул, привлекая внимание московских коллег. Алиса с Даном разом повернулись к нему. А колдун тяжело опустился на свой стул.

– Прошу ее извинить. Женя… Она… – Станислав вздохнул, подбирая слова. – Слишком импульсивна для сотрудника УСК. Пока она стажировалась, я это видел, но решил дать ей шанс. Она сильная колдунья, если научится направлять свою мощь в верное русло, ей не будет равных.

– Так ты еще и поэтому нас пригласил? – высказала, наконец, Алиса свою идею вслух. – Хотел воспитать ее? Научить сдерживаться?

– О, не только, разумеется. – Станислав откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки.

– Тогда я не совсем понимаю твои мотивы, – прямо сказала Алиса, чувствуя на себе пристальный взгляд Дана, наблюдавшего за разворачивающимся диалогом. – Ты весьма сильный колдун, сотрудник УСК с неплохим опытом. Зачем тебе мы понадобились, наш стаж, если сравнивать, не чета твоему!

– Но то, как вы раскрыли интригу сумасшедшего бога… Бога! Но я буду откровенен и сразу все проясню. Не люблю недоразумений, а они часто вытекают из недосказанности: кто-то кого-то не понял, кто-то что-то додумал. С одной стороны, я действительно хотел воздействовать на Женю. Хотел, чтобы она чему-то научилась у вас. Возможность получить такой опыт выпадает нечасто. К тому же мне на глаза попалась сводка по раскрытым делам, и там была информация о вашем деле с безумным богом. Я запросил больше данных. Потом узнал, что Алиса Звягинцева, которая вела это дело, уроженка Калининграда. И тут убивают Красу. Я сразу понял, что дело будет сложным, поэтому и связался с московским Управлением. Я планирую воспользоваться вашим общим опытом и конкретно твоим знанием Калининграда, Алиса. Вот такой вот утилитарный подход.

Станислав с лукавой улыбкой развел руками.

– Профессиональный, я бы сказал, – криво усмехнувшись, поправил Дан. – Нас устраивает, да, Алиса?

– Меня вполне, – пожала плечами девушка, – будет даже интересно поработать здесь.

– Отлично! Если мы закончили с личным, то давайте вернемся к делу.

Алиса кивнула, приготовившись слушать. Ее действительно не обидели слова Станислава, скорее повеселили.

– Итак, Красу нашел сторож в одном из залов Бронзарта. Он сам из длаков, обращается волком, но говорит, что силы в нем немного – его кровь много раз разбавлялась человеческой. Но он утверждал, что не смог учуять ничего необычного: следов Красы на подступах к форту не было, вокруг тоже.

– Как такое может быть? – спросил Драгунов.

Стас продолжил:

– Дело в том, что Краса могла и с помощью левитации добраться до территории форта. Сторож сказал, что юные колдуны именно так в него и попадают, а их он регулярно гоняет, если замечает.

– И, похоже, убийца, – добавила Алиса. – Следов преступника ведь тоже не нашли.

– К сожалению, способ проникновения совсем не сужает круг подозреваемых. Сторож-оборотень не учуял бы нечистого просто потому, что у них нет запаха. Колдун и длак, обращающийся в птицу, могли пробраться на территорию по воздуху. Мы можем исключить только обычных людей.

– Боги живут только в столице, так что и их тоже отметаем.

В кабинете воцарилась тишина, пока каждый обдумывал полученную информацию.

– А что известно о самой Красе? Почему ее могли убить? – спросил Драгунов.

– А вот тут-то мы и застряли, – Станислав свел вместе кончики пальцев, – о ней мало что известно. Проверка ее контактов ничего особенного не дала. Похоже, если она и обсуждала какие-то серьезные дела, то явно понимала, что по телефону этого делать не стоит. Краса была одной из самых могущественных колдуний и член Калининградского круга магов. В общем-то все. Как и остальные представители Круга, она вела весьма закрытый образ жизни.

Услышав это, Алиса насторожилась. Ягина не обманула, о Круге Лаврентьев знал. Вполне логично, ведь именно отсюда стоило начать поиски ниточек к убийце. Вот только об аномалии главная колдунья вчера даже не заикнулась.

Был ли в таком случае Стас в курсе того, зачем именно нужны Круги? Марк рассказывал, что у них есть некая легенда, своеобразное прикрытие: якобы колдуны в таких кругах берегли магические знания и практиковали колдовство в поисках его границ.

– И вы не допрашивали никого из Круга?

Станислав покачал головой.

– К сожалению, не удалось. Дочь Красы приехала на опознание, дала самые базовые показания и прозрачно намекнула нам, что сотрудничать она и другие колдуны Круга не собираются, иначе это бросит на них тень. Если хотите мое мнение, этим колдунам просто есть что скрывать. Но я лично хочу рано или поздно до них добраться и все выяснить.

Алиса вдруг подняла вверх бумагу, выуженную из папки с делом:

– Я бы все равно еще раз поговорила с дочерью. Она ведь может знать, кому так сильно насолила ее мать.

– Попробуй, – не стал возражать Станислав, – ее адрес есть в деле. А вот впустит она тебя или нет – уже другой вопрос.

Алиса задумчиво потерла подбородок.

– Прикинусь журналисткой «Магической страны Калининград», как вам? Тебя, Станислав, Краса-младшая знает, а меня нет. А я знаю город, у нее не возникнет подозрений.

– Это может сработать, – одобрительно закивал колдун.

– А потом нужно съездить на место убийства, – вмешался Дан. – Мы на всякий случай проверим следы магии. Да и надо бы увидеть его своими глазами, составить, так сказать, картину произошедшего.

– Съездим конечно, – отозвался Станислав. – Что ж, пока это все, что мы смогли собрать. Наши ребята проверяют связи Красы, это может затянуться, она много звонила и писала. А еще я жду данные из архива – запросил информацию по схожим убийствам, были ли подобные когда-либо ранее. Они обещали прислать сводку сегодня-завтра.

– Тогда будем ждать, – сказала Алиса, закрывая свою папку и откладывая ее.

Станислав посмотрел на часы, а потом воскликнул:

– О, вот уже и обед! Тогда давайте сделаем перерыв, а после двинем в форт. Будет лучше, если вы увидите все сразу.

Алиса и Дан согласились с ним, а потом поднялись с мест.

– Пойдем, я знаю, где здесь можно хорошо пообедать. – Девушка взяла напарника за локоть. – Стас, ты с нами?

– Нет, идите. Я дождусь Женю. Хочу поговорить с ней наедине.

– Только не будь слишком уж строг, – подмигнул Драгунов.

В ответ колдун вдруг закатил глаза. Хихикая, напарники вышли в коридор и направились к лестнице и выходу из здания. Лишь когда они оказались в ближайшем торговом центре и выбрали кафе (Алиса предложила совместить приятное с полезным и пообедать в ресторане прусской кухни), девушка спросила:

– Ну и что ты обо всем этом думаешь?

Драгунов не смотрел на нее, задумчиво водя кончиком пальца по кожаному корешку меню.

– Начну с наших новых напарников, – наконец проговорил он. – С этой Евгенией будет трудно. Похоже, у нее к Стасу какие-то чувства, и не наделала бы она глупостей из-за них. Сам Лаврентьев… Знаешь, черт его разберет. Тебе не показалось странным, что он как-то излишне к нам дружелюбен?

Алиса пожала плечами.

– У тебя что, профдеформация началась? Мне показалось, что Стас просто хочет раскрыть это дело и найти убийцу Красы. Она все-таки колдунья и принадлежит к нашей верви. А как это сделать, если к коллегам не можешь найти подход? К тому же он ведь сам нас позвал.

– Ну, может, ты права и никакого подвоха нет. Было бы здорово, а то не хватало нам еще проблем внутри Управления…

Едва Дан договорил, им принесли еду. Алиса посоветовала Драгунову взять кенигсбергские клопсы, местное прусское блюдо. Это были шарики из мясного и сельдяного фарша, подаваемые под сливочным соусом с каперсами и отварным картофелем. Попробовав кусочек, Дан тут же невнятным мычанием выразил свой восторг и не отрывался от еды, пока его тарелка не опустела.

Алиса с улыбкой смотрела на напарника, довольная собой и советом. Дан отодвинул тарелку к краю стола и вдруг обратил внимание на бумажную крафтовую подложку. На листе была напечатана карта старого Кенигсберга. Дан, постучав пальцем по чернильным городским улицам, спросил:

– А как здесь распределяются территории между вервями? В Москве по округам, но здесь-то округов нет.

– По районам, – ответила Алиса, тоже отставляя пустую тарелку, – до недавнего времени тут было пять районов, два из них упразднили, но верви все равно продолжают существовать, как раньше. Смотри, сейчас покажу.

Она придвинула подложку к себе и обвела указательным пальцем район на западе города.

– Это когда-то был Октябрьский, сейчас он часть Центрального, но, как я уже сказала, магические верви все равно продолжают использовать старое деление земель. В него входит так называемая территория Амалиенау – традиционно там всегда жили колдуны, еще при немцах. Очень красивый район, кстати, исторический. Не удивительно, что Краса жила в Амалиенау – судя по адресу в материалах дела. В общем, Октябрьский район закреплен за колдунами.

– Ага.

– Потом идет Центральный, – Алиса ткнула в северную часть нарисованного города, – он всегда принадлежал упырям. Ленинградский населяют длаки, глава их верви – Горынычев. А Московский отдан нечистым. Вот так вот город и делится. Кстати, форт Бронзарт, где убили Красу, находится за пределами города и не принадлежит ни одной верви.

Алиса коснулась на карте точки на востоке города, примерно указывая местонахождение второго форта.

– Ха, получается, значит, еще и поэтому УСК смогло взяться за это дело раньше других вервей!

– Да, именно. Ну и ладно, нам только в плюс то, что никто лезть не будет, как в прошлый раз, – пожала плечами Алиса.

Друзьям принесли чай, и какое-то время они молчали. Вдруг, нахмурившись, Дан сказал:

– Нехорошее у меня предчувствие насчет этого дела, если честно. Будет сложно и опасно.

– А когда-то было иначе?

Драгунов усмехнулся. Никогда не было легко и просто, и оба это знали. Нет, иногда, конечно, попадались дела, которые на первый взгляд казались запутанными и сложными, но раскрывались на раз-два, однако они были скорее исключениями из правил. И любой сотрудник УСК о таком только мечтал.

– Как бы там ни было, нам с тобой нужно больше информации. Съездим на этот… как его…

– Форт Бронзарт.

– Точно. Посмотрим. А там из лаборатории и архива, может, что получим.

– Шаг за шагом, – ухмыльнулась Алиса, – а теперь давай возвращаться, Стас и Женя нас уже наверняка ждут.

И они действительно ждали. Евгения тоже была в кабинете и, судя по спокойному взгляду, которым она одарила вошедших московских коллег, старший напарник поговорил с ней. Однако в глазах девушки Алиса все равно увидела отголосок той неприязни, с которой они столкнулись чуть ранее.

Стас был готов ехать в форт Бронзарт. Он уже договорился с водителем одного из служебных автомобилей. Евгению он попросил остаться в офисе на случай срочных деталей по делу, она и так видела место преступления и фактически сейчас там была не нужна.

Они выехали из Управления и через центр города двинулись к точке назначения. В какой-то момент слева мелькнули голубые воды озера с тонким полукругом колеса обозрения над ними. А когда автомобиль въехал на площадь Василевского, Дан издал заинтересованный возглас.

– Это оборонительная башня Дона и Росгартенские ворота, – пояснила Алиса, разглядывая сначала круглое строение из красного кирпича с зубчатыми стенами и узкими темными бойницами.

Но башня осталась позади, сменившись готической аркой, обрамленной двумя колоннами с зубчатыми верхушками. У проезда ворот, ныне ставшего панорамным окном, стояла белая статуя, изображавшая рыбу, а по правой и левой сторонам от нее теснились закрытые летними шатрами столики: уже давно здесь был ресторан.

Миновав площадь, автомобиль въехал на Литовский Вал. Это была любимая улица Алисы, девушке всегда очень нравилось тут гулять. Здесь, в сохранившихся оборонительных постройках, все еще жила история. Из-под асфальта кое-где проглядывала пыльно-лиловая брусчатка, саму улицу обступали краснокирпичные стены, а сочные зеленые кроны лип укрывали ее от солнца. Машина выехала по Советскому проспекту из города и свернула на скоростную трассу, кольцом оборачивавшуюся вокруг Калининграда. «Прямо как МКАД», – пошутил Драгунов. По пустому шоссе домчались быстро, минут за пятнадцать, а потом водитель свернул на бетонную прилегающую дорогу, ведущую к промзоне. Слева от дорожки зеленела густая роща.

– Идемте, – позвал Стас, выходя из машины и беря сумку с фонарями.

Он повел их по асфальтовому тротуару мимо пустой автобусной остановки, затем колдуны сошли на тропинку и углубились в рощу. Ветер запутался в зеленых кронах лип и сердито шипел, сквозь прогалины в листьях проникали солнечные лучи, расцвечивая землю золотыми пятнами. В ветвях перекликались дрозды, горихвостки и зяблики. Черная тропинка бежала вперед, и Алиса, стараясь ступать осторожно, думала о том, что в дождь здесь пройти наверняка невозможно. Путь к воротам форта преградило поваленное бревно, и Стас с помощью магии поднял его в воздух. Как только колдуны прошли вперед, мертвый ствол дерева с грохотом рухнул на землю.

Вход во двор форта был огорожен ярко-красной лентой с символикой УСК. Навстречу к прибывшим вышел сторож. Худощавый и бледный, он шагнул из своего вагончика, поправил форменную кепку и прохрипел:

– А, снова приехали?

Лаврентьев на всякий случай продемонстрировал удостоверение. Алиса и Дан последовали его примеру.

– Это мои новые коллеги, ведут дело со мной. Я хочу показать им место убийства.

– Ну проходите, – и сторож отступил.

А колдуны, подняв ленту, прошли под ней к самому зданию. Оно таращило на них пустые глазницы бойниц, а входная арка напоминала разверзнутый в возгласе рот. Время оставило на кирпичных стенах щербины и выемки, осыпающаяся ржаво-розовая крошка плотным слоем покрывала землю у самых стен. Проходя под сводами арки и ныряя в темноту внутренних помещений, Алиса с сожалением подумала, что за фортом никому не интересно следить. Друг как-то рассказывал, что восстановление форта стоит огромных денег. Вот и разрушаются потихоньку объекты культурного наследия из-за неспособности хозяев довести их до ума.

Внутри колдунов окутало прохладой: толстые стены сохраняли в помещении постоянную температуру. Вглубь форта вел мрачный и неуютный темный коридор. Алиса ощутила, как между лопатками пробежал холодок. Интересно, есть ли здесь скрытые магией помещения? Стас вытащил из сумки фонари и протянул один Алисе, а другой Дану.

– Сюда, – сказал Лаврентьев, указывая вперед и немного правее – там была ниша, из темноты которой свет фонарей вырвал бетонные ступени.

Эхо вернуло ему часть слова. Звук шагов шуршащим шорохом отдавался от голых стен. Поднявшись на второй ярус, колдуны прошли по помосту над холлом, вышли в очередной коридор и ступили в небольшой зал с широкими окнами, хорошо освещенный солнечными лучами. На полу багровело большое пятно, поверх которого с помощью магии сотрудник передовой группы изобразил контуры тела убитого.

– Вот, – сказал Станислав, останавливаясь у стены коридора и не заходя в сам зал. – Осматривайте.

Алиса обошла контуры и кровавое пятно, вытянув вперед руку. Следов магии было много, но все они оказались бесполезными – никто здесь не убивал с помощью колдовства. Применяя чары, колдун искажал окружающую действительность. Последствия этого потом ощущались как складки, отметины, выбоины или шероховатости в ткани реальности. Некоторые колдуны были способны менять саму структуру мироздания, превращать один элемент в другой на молекулярном уровне, но способность эта была крайне редкой, а УСК вело строгий учет таких чародеев, ведь использование трансмутации – именно так назывался этот навык – могло представлять опасность для реальности.

Не обнаружив подозрительных следов, девушка взглянула на Дана. Тот стоял немного поодаль, ближе к стене, нахмурившись и водя кончиком пальца по подбородку. Его задумчивость смутила Алису, но девушка ничего не сказала и принялась обходить зал.

Алиса с сожалением думала о том, как ей не хватает сейчас дара Марка – тот умел видеть скрытое и, если бы в форту были какие-то тайные проходы, он бы нашел их. В прошлом расследовании она часто прибегала к помощи колдуна, и это в некоторой мере позволило им выйти на обезумевшего бога-преступника.

Алиса коснулась холодной неровной стены ладонью, сосредоточилась, но вновь не ощутила ничего странного. Она подняла взгляд, услышав шаги: Драгунов покинул зал, где убили Красу, и теперь шел к напарнице в сопровождении Стаса.

– Спасибо, что организовал нам осмотр, – сказал Драгунов, когда они вышли в тепло летнего дня.

– Что-то почувствовали? – поинтересовался Лаврентьев.

– Нет, – ответила Алиса, – похоже, убийца действительно не использовал магию, кем бы он ни был. Но вообще это странно. Место слишком уж отдаленное. Добираться долго, потом еще идти через эту рощу. Краса приехала на автомобиле?

– Да, – ответил Стас, – ее машину мы нашли ровно там, где стоит сейчас наша. Аккумулятор был разряжен: похоже, Краса оставила машину на аварийке.

Алиса кивнула.

– Странное она, конечно, выбрала место для встречи со своим убийцей. Попробуй сюда еще доберись.

– Зато точно никто не подслушает, – сказал Дан. – Но пока мы шли, я видел на колонне табличку, здесь есть камеры видеонаблюдения.

– Нет, – ответил Стас, – это просто табличка, чтобы отпугнуть вандалов или предостеречь любителей заброшек от глупостей. На самом деле камер нет и никогда не было.

– А сторож никого не видел?

– Говорит, что нет.

– Краса была сильной колдуньей, вполне могла использовать иллюзию и скрыть свое присутствие от сторожа, – предположила Алиса.

Лаврентьев ответил ей задумчивым взглядом:

– На обуви убитой мы не нашли земли с тропинки и частичек растений, подошвы вообще были чистые, значит, она использовала левитацию, чтобы добраться до форта.

Алиса и Драгунов переглянулись. Выбор такого отдаленного места для встречи все равно казался странным, даже несмотря на аргумент, что здесь можно не бояться чужих глаз и ушей.

Стас взглянул на время.

– Возвращаться в Управление уже смысла нет. Куда вас подбросить?..

4. Тридевятое государство

18–19 июня, Калининград

Алиса

Первый день на службе в новом месте показался Алисе слишком длинным и перегруженным информацией. Вечером сил хватило только на ужин в кругу семьи и быстрый душ. Затем, отправившись в свою комнату, девушка взяла телефон и улеглась на кровать.

Она набрала Марка, включив видеозвонок. Алиса отпустила телефон, и тот застыл в воздухе, удерживаемый ею с помощью колдовства. Марк ответил почти сразу. На его лице тут же расцвела радостная улыбка, он с теплом и нежностью посмотрел на девушку.

– Привет! Как ты?

– Привет. Жутко скучаю по тебе, – призналась Алиса. – Постоянно ловлю себя на мысли, что хочу обнять – а некого. Ты же далеко.

Марк подпер кулаком щеку и кивнул.

– Понимаю тебя, Рыжинка, я тоже очень скучаю. Как прошел первый день? Уже понятно, сколько времени займет расследование?

Алиса печально покачала головой.

– Сегодня успели только познакомиться с главой местной верви колдунов и УСК. Муромцев, может, ты слышал про него. Как нам сказали местные, мы с Даном ему понравились. Что ж, я на это очень надеюсь. А еще материалы изучили да на место съездили. Вот и все. Пока сказать что-то определенное сложно, – она вздохнула, – хоть бы все это не затянулось… Даже не знаем еще, одиночное это убийство или ждать серию. Почерк уж очень символичный.

– Понятно. Ну что ж, я надеюсь, что вы там не задержитесь. Иначе мне придется брать отпуск и ехать к тебе. Я очень без тебя скучаю, милая.

В груди Алисы разлилось тепло, словно крошечное солнце вышло из-за облаков. Два года назад Марк без объяснений исчез из ее жизни. А почти два месяца назад судьба внезапно свела их в гигантской Москве: колдун стал подозреваемым по делу УСК, которое вела Алиса. Она не поверила в его виновность, а потом даже привлекла к расследованию, разумеется, с разрешения Ягиной. В то время молодые люди поняли, что их чувства никуда не делись. Они сошлись вновь, стали жить вместе, как раньше, и дарили друг другу счастье.

– Идея с отпуском неплохая, ты знаешь? – подмигнула ему Алиса. – Заодно с моими познакомишься.

– Ты правда считаешь, что мне стоит приехать?

– Ну конечно! Что за глупый вопрос! Если не жаль будет потратить отгулы на эту поездку, я-то ведь работаю и вряд ли смогу уделять тебе много времени.

– Ты же днем работаешь. А у нас будут как минимум ночи. – Марк ухмыльнулся. – А еще утром и вечером мы будем вместе.

Девушка улыбнулась, а все тело вдруг заныло от желания оказаться в его ласковых руках. Идея с приездом Марка в Калининград казалась невероятно привлекательной. Алиса молчала, любуясь им. Светлые волосы были растрепаны, зеленые глаза под симметричными бровями блестели. На четко очерченных губах застыла хитрая улыбка. Его лицо имело правильную овальную форму, с сильным подбородком и точеными скулами.

– Что ж, – сказал Марк, – тогда завтра я поговорю с руководством. Кажется, я вообще в отпуске не был за эти два года. И как только, так сразу приеду.

– Я буду тебя очень ждать.

Он послал ей воздушный поцелуй.

– Ты выглядишь уставшей.

– Еще бы. День получился длинный.

– А что с планами на завтра?

– Из архивов должна прийти информация, которую запросил Лаврентьев. А я собираюсь устроить спектакль: дочь Красы отказалась говорить со Стасом и его напарницей, я попробую прикинуться журналисткой местной газеты. Только заберу с утра из Управления поддельную корочку. Надеюсь, Краса не умеет развеивать иллюзии.

Марк ухмыльнулся.

– Пусть у тебя все получится. А теперь давай-ка спать ложись. Иначе завтра будешь как вареная муха.

– Хорошо, хорошо, – рассмеялась Алиса. – Не волнуйся, можно подумать, это впервые…

Марк погрозил ей кулаком, но в глазах было веселье. Они попрощались, и девушка, отложив телефон, укуталась в мягкий теплый плед. Алиса так привыкла засыпать рядом с Марком, чувствовать его присутствие, что сейчас без него ощущала пустоту и холод. Тепла родного дома ей, чтобы считать себя по-настоящему счастливой, как будто бы уже не хватало. Наверное, так происходит всегда, когда у человека появляется свой собственный дом и своя семья. Официальной семьей они с Марком пока еще не были, но разве это важно, если с ним Алиса чувствовала себя именно так? Девушка улыбнулась, когда по телу снова разлилась волна тепла.

Уснуть ей удалось далеко не сразу, несмотря на усталость и наполненный событиями день. Но в конце концов путаные мысли уступили место сну, и девушка провалилась в его мутную бездну.

* * *

Марк оказался прав, и на следующее утро Алиса совсем не чувствовала себя бодрой. Она надеялась, что проснуться и вернуть ясность ума поможет прогулка до Управления. Мама кидала на дочь сочувствующие взгляды, пока та медленно и без энтузиазма расправлялась с завтраком.

Утро выдалось очень теплым, и Алиса надела легкие льняные брюки и белую майку с небесно-голубой льняной рубашкой. К одежде отлично подошли летние светлые кроссовки. Никаких темных цветов, отлично подходящих для работы на местах преступлений, – сегодня она журналистка, и выглядеть нужно соответствующе. Девушка собрала рыжие волосы в высокий хвост. Она отказалась от предложения отца подвезти ее до Управления, сославшись на желание пройтись.

Попрощавшись с родителями и пожелав им хорошего дня, девушка вышла из дома.

Калининград по сравнению с Москвой казался совсем крошечным. Здесь даже можно было не пользоваться общественным транспортом, чтобы добраться до работы. Разумеется, если не живешь в противоположном от нее конце города. Алисе повезло: неспешная прогулка от дома до Управления занимала около тридцати минут. А еще расчет оказался верен, и свежий воздух действительно помог привести мысли в порядок и продумать стратегию поведения с дочерью Красы. По пути Алиса почувствовала, что наслаждается родным городом.

Калининград вообще был необычным местом. Тридцать девятый регион местные называли «тридевятым государством». Еще бы – анклав отделен от остальной страны тремя границами, две из которых иностранные. «Государство» для многих далекое, неизведанное и странное, ведь только здесь русская культура всходила на немецкой почве. У тех, кто приехал сюда после окончания войны, не было стремления уничтожить чужое, чтобы построить свое. Наоборот – они интегрировали европейские особенности в свой уклад жизни, отчего и получился такой удивительный симбиоз. Но этот процесс местного населения не коснулся.

Те немцы, которые решили остаться на родной земле и стать гражданами другой страны, были обычными людьми. А вот колдуны, длаки и нечистые покинули область. Они бы никогда не стали своими в чужой магической среде, она была для них слишком некомфортна. Так что русалки и домовые сменили никс и ниссе, а германские магические традиции колдовства уступили место славянским.

Например, это касалось таинства передачи места главы верви. Если у славянских колдунов преемником мог быть не только ребенок текущего главы, то у немецких колдунов это условие было обязательным. Так, Ягина в будущем вполне может передать вервь кому-то из выдающихся колдунов УСК, если у нее не будет своих детей. Для этого существовал особый ритуал наречения, которого неукоснительно придерживались до сих пор. В случае с прямым преемником ритуал тоже был, но гораздо более короткий и облегченный.

Алиса зашла в здание Управления беспрепятственно: чары запомнили ее, и пропуск больше не требовался. Хотя в некоторых Управлениях, например в регионах с опасной обстановкой, применялись и стандартные цифровые технологии.

Дан и остальные уже были в кабинете. Алиса пожелала всем доброго утра, мужчины ответили, а Женя что-то буркнула в ответ.

– Шикарно выглядишь! – сделал комплимент Драгунов.

– Есть повод, – ухмыльнулась Алиса.

Она заметила, что Женя наблюдает за ними, но виду не подала. Похоже, девушке был интересен формат отношений московских напарников. А они, смеясь, перекидывались шпильками.

– Вот бы почаще у тебя были такие поводы! – показав язык, подмигнул Дан.

– Все вы одинаковые, вам лишь бы фасад красивый!

– Так говоришь, будто это что-то плохое! Мужчины любят глазами, – с видом эксперта заявил Драгунов.

Алиса хихикнула.

– Ладно, любитель сидеть за столом, не отвлекайся и перебирай дальше свои бумажки. А я пойду реально работать!

В ответ на это Драгунов помахал фальшивым удостоверением журналиста местной газеты «Магическая страна Калининград». Алиса повела рукой, удостоверение вырвалось из пальцев Дана и полетело по помещению. Девушка перехватила его и скорчила рожицу.

– Не рановато ты? – спросил Драгунов, посерьезнев.

– Прогуляюсь пешком до Амалиенау, так что нормально. Ладно, жду от вас по возвращении что-нибудь полезное и интересное!

– Давай-давай! – Дан махнул ей на прощание рукой.

Алиса ответила тем же и вышла. Из них двоих она действительно всегда больше любила работать «в поле», а Дан лишний раз искал возможность посидеть в кабинете.

Город уже окончательно проснулся: сигналили друг другу на светофорах машины, стучали колесами трамваи. Тронувшись с Северного вокзала и оглушительно прогудев, под центральной площадью Победы проползла утренняя электричка – «Ласточка». Слева донесся звук журчащей воды и едва уловимый запах хлора – это был фонтан под скульптурой «Борющиеся зубры». В народе их называли «быками», и бронзовые звери считались одним из символов города.

Алиса наслаждалась видом знакомых улиц и по-настоящему радовалась, что может по ним пройтись. Она миновала драматический театр, калининградский зоопарк, вышла к скульптуре космонавта Леонова, поднимавшего правую руку к небу. В городе ходила легенда о том, что памятник живой и периодически меняет позу. Алиса не проверяла, но, вполне возможно, что какие-то колдуны-шутники заставляли его это делать, используя свои способности.

Из-за зеленых крон появился шпиль кирхи памяти королевы Луизы, значит, до нужного района было рукой подать. Здесь шины автомобилей гремели о старую брусчатку, которую власти оставили на дорогах ради сохранения исторического облика города. Район Амалиенау был одним из самых красивых: немецкие двухэтажные домики, чьи хозяева стремились сохранить стиль прошлых веков, жались друг к другу вдоль тихих зеленых улочек. В ухоженных дворах росли розовые магнолии, кусты сирени и чубушника, а весной над кварталами разливался сладкий аромат цветов.

Нужный адрес Алиса нашла быстро. Краса и ее дочь жили в небольшом частном доме, огороженном высоким забором из гладко обточенного красного кирпича. Деревянная калитка была укреплена коваными металлическими элементами.

Девушка оценивающе осмотрела неприступный забор, надежную калитку и часть красной черепичной крыши. Наверняка на территории защитные чары. Собравшись с мыслями, Алиса нажала на кнопку домофона. Искаженная помехами трель разнеслась по дремлющей улочке. Через минуту послышался треск – в доме ответили.

– Слушаю, – сказал женский голос, хрипловатый из-за плохого качества передачи.

– Добрый день! Варвара Краса?

– Да, это я. Кто вы и что вам нужно? – Даже сквозь помехи было ясно, что хозяйка дома не стремится к разговорам с посторонними людьми.

– Меня зовут Алиса, я журналистка газеты «Магическая страна Калининград», веду колонку о знаменитых людях города. Я бы хотела взять у вас интервью…

– Уходите, – перебила ее Краса, – воронье! Я не стану с вами разговаривать. Ни с кем не стану! Уходите!

Алиса нахмурилась. Она ожидала услышать в голосе злость и ярость, печаль или грусть, но никак не истеричный страх! Снова раздался треск, и все стихло. Девушка поджала губы. Не то чтобы она рассчитывала на удачный исход, наоборот, ожидала, что Краса даст ей от ворот поворот. Но попробовать стоило. Могло ведь статься и так, что дочь колдуньи была бы не против такого внимания к своей персоне. Но нет.

Алиса немного постояла, переминаясь с ноги на ногу, а затем отошла от чужих ворот. Она пошла по улице, а на перекрестке свернула за угол и притаилась. Спустя пятнадцать минут, когда девушке уже казалось, что она зря здесь стоит, калитка дома Красы открылась. Алиса затаила дыхание, наблюдая, как на пустынную улицу выходит неизвестный. Это был мужчина среднего роста и телосложения. С такого расстояния девушка не видела его лица, но могла сказать точно – волосы незнакомца были темными.

Он повернул голову в ее сторону, Алиса внутренне подобралась. Однако человек отвернулся и зашагал в противоположную сторону улицы. Вскоре он исчез. Колдунья подождала еще немного, но калитка Красы больше не отворялась. Алиса попятилась, а затем развернулась и пошла в сторону Управления.

Когда она вернулась, Драгунову и остальным было что ей рассказать. Сама девушка чувствовала разочарование от того, что вернулась с пустыми руками, если, конечно, не считать того неизвестного, что выходил из дома Красы. Алиса бросила фальшивое удостоверение на свой стол и тяжело опустилась в кресло.

– Ничего, – сказала она. – Краса меня даже на порог не пустила. Придется искать другой способ с ней пообщаться. Но все-таки кое-что есть: я видела какого-то парня, который покинул их дом. Издалека лица я не рассмотрела, но перед этим дочь убитой была напугана.

Ну мне так показалось.

Эти слова заинтересовали Лаврентьева, который, слушая Алису, задумчиво кивал.

– Я попрошу установить наблюдение за домом, – сказал он. – Если ей что-то угрожает и она поэтому не стала говорить с нами… Черт возьми!

– На первых порах наблюдения будет достаточно, – внезапно подала голос Женя. – Наши колдуны смогут помочь ей, если этот кто-то решит напасть на нее.

– Вот только мать нашей колдуньи не успела даже небольшое сопротивление оказать, – ответил Стас.

Женя посмотрела на него, и ее глаза вспыхнули. Алиса украдкой наблюдала за девушкой: та явно получала настоящее удовольствие от общения с напарником.

– Может, попросим Муромцева наложить на жилище чары? – предложила Женя. – Она о них не узнает, но магия сработает, если кто-то захочет причинить ей вред. Если с ее помощью поймать злоумышленника не получится, то дежурные у дома хотя бы заметят и придут на помощь.

– Да, идея здравая, – с улыбкой похвалил Лаврентьев, – но нам все равно надо придумать, как ее разговорить. Сдается мне, она что-то знает. Чувствую. И не только она. Остальные члены Круга тоже.

– Думаешь, они молчат из-за страха? – убрал со лба волосы Дан.

– Кто знает? Краса-старшая могла вести какие-то дела одна, а могла и с ними. Если они были посвящены, то убийство колдуньи могло быть предупреждением для всех.

– Взять хотя бы алатырь, – поддержала Стаса Женя, – он был во рту убитой. Преступник мог таким образом подать знак.

– Что может происходить в магическом мире Калининграда, который не виден нашим глазам? – спросила Алиса задумчиво.

Дан и Женя вопросительно посмотрели на нее, а Лаврентьев щелкнул пальцами.

– Точно, нужен информатор! Я этим займусь, попробую на кого-нибудь выйти.

– Янтарь, янтарь… – протянул Дан, потирая подбородок. – Нужно узнать, не засветился ли он в новостях. Мне кажется, он не просто так фигурирует в нашем деле.

– Давай займемся, – предложила Алиса, – я соберу список местных СМИ, поищем. Из архивов что-то получили?

– О да! Кое-что интересное! – воскликнул Лаврентьев. Он потянулся к очередной папке, и Алиса поняла, что раньше ее не было у него на столе. – Убийства с похожим почерком совершались в сорок пятом году на территории Восточной Пруссии, два весной и два летом. Тут написано, что все убитые были офицерами СС, однако не указан род войск. Но способ убийства абсолютно тот же – разрез острым предметом, рана тянется от ремня брюк до грудины. Следов магии на местах преступлений не обнаружено. Все дела были закрыты в связи с недостатком улик.

– Ого! Серия или подражатель?

– В зубах убитых офицеров не было янтаря. И на местах трагедий вообще никаких знаков или следов. Так что пока неясно. Добыть бы побольше данных об этих офицерах, если получится связать их смерти с убийством Красы, то поймем, серия это или подражатель. На всякий случай я попрошу выставить в фортах дежурных. Вдруг наш убийца туда вернется.

Стас поднял в воздух три фотоснимка из архивов и отправил их в полет по кабинету, чтобы коллеги перехватили их и смогли посмотреть. Алиса поднесла к глазам свой. Качество фотографии оставляло желать лучшего – человек на ней почти сливался с окружающей его неприятной картиной. Однако даже на таком изображении было видно, что способ убийства аналогичен случаю с колдуньей.

Пока что те крохи, которые у них были, ничего им не давали. Отложив фото, Алиса вздохнула. Если это серийные убийства, чего девушке очень бы не хотелось, то «Тридевятое государство» всколыхнет череда таких преступлений. А они пока что связаны недостатком информации и отсутствием хоть каких-либо ниточек к возможному преступнику.

Девушка включила компьютер и принялась с помощью Интернета составлять список крупных и средних калининградских новостных источников, которые они с Даном потом хорошенько изучат в поисках информации, связанной с янтарем. Новость о переходе месяц назад янтарного месторождения к новым владельцам, заметка об открытии очередного филиала Янтарного комбината, информация о рекордном количестве янтаря, выброшенного на берег в Светлогорске и Балтийске во время шторма… За бумажной работой и обсуждением идей проходил рабочий день. За два часа до конца Драгунов с хлопком закрыл свою папку и воскликнул:

– Вы как хотите, а я пойду поколочу грушу! Может, придет дельная мысль. Пока что я как-то не вижу, куда нам идти. Даже в деле с нашим богом Аристовым была зацепка в виде яда. А тут мы как будто что-то упускаем из виду.

– Пошли все вместе, – предложил Стас. – Я только что отправил запрос в архив, пусть хоть что-нибудь попробуют накопать на этих офицеров.

Женя идти с ними отказалась, а вот Алиса предложение приняла: тренировка не помешает. В конце дня девушка снова чувствовала себя усталой, сказались и занятия с Драгуновым – они устроили не только рукопашный спарринг, но и колдовской. В любом Управлении для сотрудников всегда был открыт спортзал. Им нельзя было терять форму, и каждый колдун обязан был хотя бы четыре часа в неделю посвящать физическим и магическим тренировкам.

Алиса и Дан вышли из управления вместе, Стас остался дожидаться своих знакомых.

– Ну что, до завтра? – улыбнулся Драгунов.

– До завтра. Родители звали тебя на ужин, кстати, так что давай как-нибудь соберемся. Хотят познакомиться.

– Ох, я только за! Выбирайте, когда вам удобно.

– Договорились. Ну пока!

– Давай-давай!

Как и вчера, сил у Алисы хватило только на то, чтобы поужинать с родителями и отправиться к себе. Немного полистав в телефоне ленту новостей, девушка набрала Марка. Ожидая, пока он ответит, она вновь подумала о том, как по нему скучает. Алиса вообще была человеком привычек, и если к чему-то или кому-то очень сильно привыкала, то потом ей было крайне сложно обходиться без предмета, места или человека. В свое время ей непросто дался переезд в Москву, но сегодня она не жалела об этом. И хотя столица стала ее домом, девушка все равно иногда тосковала по Калининграду. А порой она чувствовала, будто застряла между двумя городами, ведь они оба имели огромное значение для нее.

Марку в этот раз понадобилось чуть больше времени, чтобы ответить, но, когда он появился на экране смартфона, Алиса невольно улыбнулась. Светлые волосы колдуна были влажными и растрепанными, а верхняя часть тела обнажена. Светлую кожу плеч покрывали блестящие капли воды. Похоже, он только что вышел из душа.

– О, как я вовремя! – хихикнула Алиса. – Наклони телефон пониже, а?

Она поиграла бровями, а Марк лукаво ухмыльнулся.

– Ну нет уж, дополнительный контент доступен только по подписке – будьте добры, с вас пять поцелуев! Воздушные не считаются.

– Так нечестно! – запротестовала девушка.

Марк развел руками.

– А что поделать? Но, возможно, скоро у тебя появится возможность не только видеть меня, такого прекрасного…

Алиса расхохоталась. Отсмеявшись, она с нетерпением и легкой дрожью в голосе спросила:

– Неужели ты узнал про отпуск?

– Узнал, смогу взять! Начальство даже отпускную премию пообещало за два безупречных года работы.

– Ого!

– Мелочь, а приятно, согласен. А у тебя как дела?

– Не очень. Я сегодня пыталась поговорить с дочерью убитой, но она меня прогнала. И теперь я даже не знаю, как к ней подступиться. – Алиса не боялась рассказывать Марку о делах, зная, что дальше него информация не уйдет, к тому же дело Красы не было засекреченным. – Показания она уже дала, они весьма скудные, так что на допросе ее вряд ли получится расколоть.

Марк в хмурой задумчивости смотрел на девушку.

– Краса была колдуньей Калининградского круга, – медленно произнес он, будто говорил с самим собой, а потом внезапно щелкнул пальцами. – Есть идея!

Алиса вопросительно склонила голову.

– Я могу прикинуться колдуном от Нижегородского круга, мать даст мне все нужные документы, приехать к вам и поговорить с Красой. После смерти матери она может занять ее место. А поскольку колдуны одних кругов имеют право интересоваться делами других, у Красы и остальных не возникнет вопросов! И они не смогут мне отказать в беседе, не имеют права по древнему закону Кругов!

Алиса почувствовала, что готова расплакаться от благодарности.

– Ты гений, Марк! – восторженно воскликнула она.

Он улыбался с довольным видом, но Алиса внезапно всплеснула руками:

– Я тоже кое-что придумала! Что, если мы сделаем тебя нашим консультантом? Я свяжусь с Ягиной, она выдаст тебе все официальные документы. Ты сможешь работать над делом вместе с нами. А нам наверняка пригодится твой дар…

Она закусила губу, а Марк внезапно помрачнел. Он не любил свой редчайший магический дар, которым был награжден от рождения, – видеть то, что скрыто колдовством. Благодаря этой способности колдун всегда знал, кто перед ним: упырь, чародей, набросивший на себя иллюзию, длак или нечистый. Он видел их настоящий облик. А еще Марк видел скрытые магией тайные ходы и арки, таких в любом городе были сотни. Те, у кого этого дара не было, видели просто сплошные стены или любые другие элементы городского пейзажа.

В прошлом деле бога Аристова дар Марка очень помог Алисе и Дану довести расследование до конца. Девушке стало стыдно.

– Марк, я…

– Ладно, милая, ничего страшного! – Он подмигнул ей. – Ты же знаешь, тебе я всегда готов помочь, чем смогу. Завтра же поеду в Нижний и поговорю с матерью, а потом сразу рвану к вам.

Алиса виновато поерзала, но колдун вроде бы не обижался. Иногда она говорила не думая, совсем забывая, что ее слова могут причинить дискомфорт.

– Тебе тогда придется познакомиться с моими родителями, – решив поскорее перевести тему, сказала девушка.

– Как будто я против! Давно уже было пора, знаешь?

Он говорил серьезно, и Алиса смутилась. Внезапно она широко зевнула, и Марк замахал руками.

– Так, давай спать! – тоном, не терпящим возражений, сказал колдун. – А я сейчас куплю билеты, надеюсь, получится все сделать быстро. И уже послезавтра будем вместе.

– Я так на это надеюсь! – пытаясь подавить очередной зевок, ответила девушка. – Спокойной ночи, Марк!

– Спокойной ночи, Рыжинка!

5. Закат

20 июня, Нижний Новгород

Марк

Следующим утром аэропорт Стригино встретил Марка сухим и теплым воздухом с тонким ароматом самолетного топлива. Колдуну некуда было торопиться, билеты в Калининград он все равно смог взять лишь на завтрашний день. Перед вылетом в Нижний Новгород Марк позвонил матери и сообщил, что едет. Она, явно обрадовавшись такому сюрпризу, отправила сыну немного денег на дорогу. Колдун, который привык обеспечивать себя сам, поджал губы, заметив уведомление о поступившей сумме, однако отказываться не стал: деньги лишними никогда не бывают.

Покинув здание аэропорта, Марк вышел на улицу и вызвал такси. Машина неторопливо повезла его в сторону города. Последний раз, когда он прилетал в родной край, все было иначе: водитель, присланный родителями, несся в сторону Заповедных кварталов как сумасшедший, наверняка нарушая все существующие правила дорожного движения. Но тогда весь город оказался под угрозой уничтожения.

Сейчас же от взгляда Марка не ускользала ни одна городская деталь. Нижний Новгород мало изменился с тех пор, как колдун покинул его. Московское шоссе все так же тянулось из пригорода к центру, мимо проносились промышленные зоны, потом потянулись автобусные остановки и жилые здания, их становилось все больше по мере того, как автомобиль приближался к центральной части города. Нижний Новгород, будучи довольно крупным, Марку всегда казался маленьким. А все дело было в географическом положении – город фактически был растянут в пространстве. К тому же вся его жизнь кипела, как и в любом другом городе, именно в центре.

Автомобиль миновал метромост, с которого открывался прекрасный вид на Оку и верхнюю часть Нижнего Новгорода, затем выехал на площадь Горького, свернул в Заповедные кварталы и медленно пополз по узким тихим улочкам. Здесь всегда было малолюдно, старые деревянные дома сохранили свой исторический облик, словно почтенные стражи этих мест, они наблюдали за прохожими и редкими проезжающими машинами. В этом лабиринте необычных улиц рождалось ощущение таинственности, почти потусторонности, словно Заповедные кварталы были границей между реальным миром и магическим измерением. По тротуарам и дорогам разливалась магия, едва ощутимая, воспринимаемая только самыми чувствительными к ней созданиями. Марку Лиговскому повезло родиться и вырасти в Заповедных кварталах, где жили в основном старые магические династии колдунов.

Именно поэтому он был одним из тех немногих, кого посвятили в тайну этих улиц: под Заповедными кварталами располагалась Нижегородская аномалия, явление не изученной до конца природы. Единственное, что колдуны знали наверняка, – аномалии были источниками магии. Но как и откуда бралась эта энергия, пока никто не мог объяснить. Самой популярной теорией была гипотеза о разломе, ведущем в иной мир, но проверить ее не представлялось возможным – аномалия уничтожала все, до чего дотягивались ее жилы.

Автомобиль остановился перед двухэтажным ухоженным домом песочно-желтого цвета с резными ставнями на окнах. Марк выбрался из машины и, забрав свои вещи, подошел к калитке. Участок огораживал забор из темного кирпича. Едва колдун приблизился к нему, калитка отворилась – чары узнали его. Марк внезапно почувствовал себя странно. Впервые за почти семь лет он возвращался в родной дом по своей воле, да еще и с просьбой к родителям, а не наоборот.

В уютном дворике тоже все было по-прежнему. Бурая каменная дорожка разделялась на две тропинки, одна уводила к крыльцу дома, другая – в примыкающий к нему небольшой садик, где по весне цвели кусты сирени и чубушника, а к ярко-зеленой траве склоняли свои пурпурные, белые и голубые кудрявые головки гортензии. Под низкорослой акацией расположилась деревянная скамья-качели с лежавшей на ней кремовой подушкой, расчерченной красными полосами. Сквозь листву деревьев пробивался золотой солнечный свет, отбрасывая на сад и двор яркие пятна. А если ночью был дождь, то утром зелень казалась усыпанной кристаллами, и в детстве Марку нравилось сбивать капли с листьев, наблюдая, как они рассыпаются алмазной пылью.

Марк не сразу понял, что стоит, затаив дыхание. Лишь голос матери в конце концов разбил наваждение на множество осколков:

– Здравствуй, сынок.

Колдун поднял голову – Анастасия Лиговская стояла на крыльце.

– Привет, мама.

– Я увидела тебя в окно. Как ты шел, а потом остановился. О чем задумался? О детстве?

Марк смотрел на мать. На ее миловидном лице лежала тень, а ветер играл светлыми вьющимися волосами. Она слегка улыбалась, не скрывая своей радости от встречи с сыном. А колдун вспомнил, как он маленьким прибегал, когда она звала его обедать или ужинать, после игр в саду.

Марк понял, что не хочет скрывать от нее сейчас своих чувств.

– Да. О детстве. Вспомнились что-то те летние дни. Точно такие же, как сегодняшний.

Мать оглядела дворик и сад.

– Точно такие же, – согласилась она, – только ты вырос, а я постарела. Пойдем в дом? Стол для завтрака уже накрыт.

Кивнув, Марк последовал за ней. Дом встретил его запахом дерева и ароматом свежеприготовленной еды. За много лет внутреннее убранство, в отличие от внешнего двора, поменялось – стало более воздушным и светлым. Родители Марка предпочитали избавлять пространство от лишнего, но единственным помещением, которого перемены не коснулись, был кабинет главы семейства. Наверняка сейчас, когда отца в доме нет, дверь туда заперта.

Марк разделся, вымыл руки и ополоснул лицо, а затем прошел в уютную кухню. Усевшись на стул в деревенском стиле, колдун окинул взглядом стол: овсяная каша с фруктами, омлет с овощами, румяные сырники со сметаной и джемом. На ярко-красной тарелочке громоздились светло-янтарные тосты.

Мать поставила перед Марком чашку с кофе, и колдун с улыбкой кивнул.

– Спасибо. Ты ждала меня, – констатировал он.

Перекинув через плечо длинные волосы, Анастасия взяла натертую до блеска вилку.

– Да. Но я, в общем-то, всегда тебя жду. Ты же знаешь, это все еще твой дом.

Марк повел плечом. Может, он зря настолько в штыки воспринимал в последние годы все, что так или иначе было связано с родителями? Да, семь лет назад они не приняли его выбор. Они ждали, что сын станет Пятнадцатым колдуном Нижегородского круга, продолжит семейное дело стража аномалии. Но то, с каким усердием ему навязывали этот путь, с каждым годом все сильнее отвращало от него Марка. Занять должность одного из колдунов Круга – что может быть почетнее! Вот только его это к моменту, когда он повзрослел и мог уже сам решать, больше не прельщало.

Марк видел, что у его друзей детства, таких же отпрысков семей членов Круга, все было иначе. Их не заставляли, на них не давили. Напротив, любовь к будущим обязанностям и ощущение долга перед городом, страной, всем миром прививали аккуратно, даже нежно. Арсений Лиговский, отец Марка, был жестким и суровым. А мать, Анастасия, наоборот, слишком мягкой и не могла повлиять на мужа.

Но в последнее время родители вроде как приняли его выбор, или по крайней мере были на пути к этому. Мать звонила все чаще, интересовалась жизнью сына. Отец, разумеется, позвонить не мог, но Анастасия постоянно передавала от него приветы и пожелания всего хорошего. Как будто они что-то поняли, и Марку хотелось в это верить.

– Если тебе некуда будет пойти, ты всегда можешь вернуться к нам, – произнесла мать, отвлекая колдуна от собственных мыслей.

– Я стараюсь об этом не забывать, – ответил Марк и принялся за еду.

Завтрак прошел в молчании, не считая работающего телевизора. Его мало кто смотрел, но включить какую-нибудь передачу было делом привычки.

Анастасия отложила приборы и отодвинула тарелку, а затем спросила:

– Ты собираешься навестить отца?

При этих словах сердце Марка тронул холодок.

– Не в этот раз. Я… не готов сейчас, – решил признаться он. – Но собираюсь приехать чуть позже, побуду здесь дольше. Может, тогда.

Анастасия кивнула, принимая его решение, однако в голубых глазах застыла печаль. Марк не жалел мать – отчасти она тоже была виновата в случившемся. Она могла хотя бы попытаться повлиять на Арсения, когда дело коснулось экспериментов с Нижегородской аномалией, она не могла не знать, чем это грозит всему миру. Но отчего-то не стала. Угрозу аномалии удалось устранить, Арсений понес наказание и отправился в изолятор. Мать навещала его и утверждала, что он раскаивается и хочет поговорить с сыном. А Марк морально готовился к встрече с отцом, не зная, что все-таки испытывает к нему. В последний раз, когда они виделись, это была ненависть, и Марк даже ударил отца.

– Я предупрежу его. Расскажи тогда, зачем ты приехал?

В телефонном разговоре колдун не стал говорить матери о деталях. Просто сообщил, что едет и дело срочное.

– Я помогаю УСК с одним делом. Ты помнишь Красу и ее дочь? Они из Калининградского круга.

– Да, конечно.

– Так вот, Варвара Краса – старшая мертва. Ее убили.

Мать выглядела ошарашенной. Не говоря ни слова, она смотрела на Марка, а затем наконец выдавила:

– Кто?

– Это и нужно выяснить. Но ни дочь Красы, ни Калининградский круг не идут с УСК на контакт. У них на это свои причины, но пока что они – единственные, кто может помочь продвинуться в деле. Мне нужен ярлык. Они не смогут отказать колдуну Круга, пришедшему узнать об их делах.

Анастасия какое-то время молчала, как-то странно глядя на Марка. Она взяла в руки льняную салфетку и стала складывать из нее конвертик, словно о чем-то задумавшись. Развернув салфетку и просто сложив ее вчетверо, мать наконец посмотрела на сына.

– Но ты же не в Круге. Если уж у кого и есть право требовать от калининградцев ответа, то только у одного из действующих членов.

Марк взглянул на мать, вложив во взгляд всю иронию, на которую был способен.

– В Калининграде об этом знают?

– Только о проступке Арсения. Мы… как-то не стали говорить им о том, что ты отказался от поста Пятнадцатого.

Колдун с довольным видом хлопнул ладонями.

– Ну вот и все. Им и необязательно знать. Сами ведь они не спрашивают и правом узнать о делах другого Круга не пользуются.

Но Анастасия колебалась. Тогда Марк решил зайти с другой стороны.

– Мама, это ведь ради поиска убийц. Краса не просто колдунья, она была одной из Круга. А что, если и остальные в опасности? Что будет с аномалией, если их всех убьют?

– Хорошо, – наконец сдалась Анастасия, – я сделаю для тебя ярлык. Но об этом никто не должен узнать.

– Мама! Ты забыла, с кем разговариваешь?

В ответ на это она невольно улыбнулась. Поднявшись из-за стола, Анастасия взъерошила волосы сына и принялась с помощью магии собирать посуду. Марк встал, чтобы помочь ей. Мановением рук, не касаясь тарелок с едой, он отправлял их в холодильник.

– У тебя есть на сегодня планы? – спросил он.

– Не особенно, – сказала Анастасия, заставляя грязные тарелки укладываться в посудомойку, – нужно будет только подготовить ярлык для тебя, ну и все.

Запустив устройство, мать обернулась к Марку.

– Ты не закончил Академию, чтобы потом все равно дела расследовать? Или я чего-то не понимаю?

Колдун лукаво улыбнулся и пожал плечами.

– Меня попросили помочь, – ответил он.

– Дай угадаю: это девушка, и наверняка она очень симпатичная, раз ты проделал такой путь ради документа.

На губах Анастасии играла добрая усмешка.

– Ты недалека от истины. Алиса занимается этим делом.

– Алиса, – мать слегка помрачнела и склонила набок голову.

Колдун так и не познакомил ее с родителями. Они о ее существовании, разумеется, знали, но Марк рассказывал им очень мало. Родители даже не знали, как Алиса выглядела. А два года назад колдун коротко сообщил матери: они разошлись, а виноват в этом был отчасти Арсений Лиговский, чьи опасные эксперименты с аномалией едва не стоили жизни его единственному сыну.

– Да. Мы снова вместе, – объяснил Марк, – сошлись полтора месяца назад. Поговорили, все выяснили. Она поняла меня.

– Девушка знает про аномалию? И про отца?

Сын кивнул, наблюдая за реакцией Анастасии. Конечно, в восторге она не была совершенно. Но Марк надеялся, что мать доверится ему и примет его решение, как он сам доверился Алисе, когда обо всем рассказал.

– Теперь тебе придется жениться на ней, – пошутила Анастасия.

– Вообще-то я собирался, – так, будто речь шла о чем-то совершенно житейском, ответил Марк. – Но потом случился этот инцидент, и все как-то… Ну ты понимаешь.

Анастасия понимала. Она спросила:

– Если у тебя с ней все так серьезно, ты планировал нас познакомить?

– Конечно, – фыркнул в ответ сын, – но давай сначала мы разберемся с Красой. Я же пообещал приехать? Вот и Алису с собой возьму.

Анастасия улыбнулась. Она похлопала сына по руке.

– Буду очень рада увидеться с ней. Невероятно интересно, чем же она тебя зацепила.

Марк рассмеялся, а мать продолжила:

– Зачем ты спрашивал про мои планы?

– Хотел пригласить тебя прогуляться. Я ведь уже завтра утром уеду.

– Ну хорошо, давай выйдем. Ты не думал прилечь отдохнуть, пока я подготовлю ярлык?

– Да, пожалуй, можно было бы.

Словно в подтверждение своих слов, Марк широко зевнул. Он только сейчас почувствовал себя уставшим – встать сегодня пришлось ни свет ни заря, и тело, утомленное ранним подъемом и дорогой, потихоньку теряло энергию.

– В твоей комнате все готово, можешь подниматься.

– Спасибо, мама.

Они вместе покинули кухню и направились на второй этаж дома. Там располагалась комната Марка, спальня родителей, кабинет отца и две ванные. Анастасия, ничего не сказав сыну, остановилась напротив кабинета Арсения и отперла его. Марк заходить внутрь не стал, только заглянул из любопытства. В помещении было чисто – его явно регулярно убирали. Стеклянный журнальный столик у стены, расположенный между креслами, не был покрыт слоем пыли. Мягкий персидский ковер сохранял яркие и сочные цвета.

Его вид вызвал у Марка неожиданные, непрошенные воспоминания. Ему было шесть, когда отец рассказал ему захватывающую историю о том, как глава нижегородской верви колдунов Марья Моревна сразилась с Тугарином Змеем и его войском. Колдуны победили врагов при помощи местных длаков, возглавляемых Оленевым, и Премудрой, главой нижегородских упырей. Но Змей, хоть и был побежден, не оставлял планов мести и в своей последней отчаянной попытке взять реванш послал к трем главам вервей своих убийц. Предок Лиговских успел спасти Моревну, после чего она пожаловала ему одно из сокровищ Тугарина – летучий персидский ковер.

Но за сотни лет ковер потерял свои волшебные свойства, поэтому сейчас использовался по назначению и лежал на полу. Маленький Марк почувствовал тогда острое сожаление, что на ковре больше нельзя полетать. Только повзрослев, он понял, что все рассказанное отцом было просто сказкой.

Анастасия села за рабочий стол мужа и, подняв голову, увидела в дверях Марка. На вопросительный взгляд матери он покачал головой, затем попятился и притворил дверь. А потом направился к себе.

Комната встретила его светом и теплом. Последний раз он был здесь два года назад, когда после контакта с аномалией оказался серьезно травмирован и восстанавливался почти четыре месяца. Немного разобрав вещи, с которыми потом собирался ехать в Калининград, и вытащив из чемодана все самое необходимое, Марк решил сходить в душ.

Он вышел из комнаты – коридор был пуст. Но сквозь неплотно прикрытую дверь в кабинет отца на пол падала полоска света. А еще слышался приглушенный голос матери. Вряд ли она заняла место Арсения. Скорее пользовалась его кабинетом только в случаях необходимости. Марк знал мать – она не станет брать на себя обязанности и полномочия супруга, пока был хотя бы маленький шанс, что он сам к ним вернется.

Колдун прошел в ванную, светлую и просторную, отделанную нежно-голубой плиткой, и включил воду, чтобы она нагрелась. Раздевшись, он повернулся к зеркалу и увидел себя в нем. Взгляд упал на крупный шрам, протянувшийся от левого плеча до правой бедренной кости. Два года назад жила аномалии, коснувшись его, вырвала из тела кусок. От болевого шока и потери крови Марк едва не умер, но быстрые и умелые действия матери уберегли его от этого. А потом, чтобы помочь ему скорее восстановиться, родители поделились тканями своих тел. Врач Круга и алхимик Воронцов вживил их с помощью колдовства и лечебных зелий, но огромный шрам все равно остался.

Жизнь Марка была ничем по сравнению с существованием реальности, мира, которому угрожала вырвавшаяся из-под контроля аномалия. На тот момент колдун хоть и покинул Круг, но все еще был потенциальным Пятнадцатым и самым подготовленным из молодежи. Он, не раздумывая, вернулся по первому зову матери, чтобы помочь сдержать аномалию от разрастания.

Ванная наполнилась облаками пара, на зеркало лег конденсат, и Марк забрался под струи воды. Они унесли с собой часть усталости, бодрили и освежали, но настоящий отдых мог принести только сон. И колдун с удовольствием предвкушал несколько часов в объятиях Морфея, что ждали его впереди.

А проснувшись ближе к обеду он понял, что дом пуст. В нем витала жужжащая тишина, нарушаемая лишь шумом машин и гомоном голосов, периодически врывающихся сквозь приоткрытые форточки. Похоже, мать еще не вернулась: ярлык должны были подписать как минимум треть колдунов Круга. В случае с Нижегородским хватало пятерых. Анастасия, разумеется, в первую очередь попросит тех, кто близок семье Лиговских и не станет препятствовать поездке Марка в Калининград для разговора с Красой и другими.

Впервые колдун подумал о том, а что случится, если ярлык добыть не получится? Беспокойство засвербело за грудиной, но Марк попытался его заглушить. Мать что-то придумает. В конце концов, можно сыграть на нежелании колдунов Нижегородского круга самим ехать и общаться с калининградскими чародеями. Чтобы прогнать неприятные мысли, Марк решил развеяться и прогуляться. Он переоделся и покинул дом, нырнув в зной летнего дня.

Солнце висело в чистом, бледно-голубом небе, раскаляя город, но улицы Заповедных кварталов всегда прятались в тени благодаря плотной застройке и кудрявым липам, которые тихо перешептывались на слабом ветерке. Марк вышел на оживленную площадь Горького. Колдун задержал взгляд на бронзовой статуе русского писателя, грустно и даже как-то обреченно смотрящего с постамента на город. Под ним раскинулась яркая клумба с пестрыми цветами, высаженными так, чтобы составлять хитроумный узор.

Марк по тротуару обогнул площадь и зашагал по тенистому и прохладному скверу Звездинки. Соваться на Большую Покровскую не хотелось – летом был самый разгар туристического сезона, и улица была забита праздными толпами. К приезжим колдун относился равнодушно, а вот местные ряженые, выпрашивавшие деньги за дурацкие фото, Марка раздражали.

Звездинка, как и Заповедные кварталы, утопала в зелени. Правее ремонтировали тротуар, и бетонная пыль поднималась в воздух. Ее прочерчивали золотые солнечные лучи, пробившиеся сквозь листву. Здесь было тихо и малолюдно, под скамейками искали крошки курлыкающие сизые голуби.

Дойдя до перекрестка, Марк свернул на Алексеевскую и увидел впереди краснокирпичную стену Дмитровской башни кремля. Он зашагал вдоль улицы мимо когда-то обитаемых, а теперь заброшенных деревянных домов, построенных в местной стилистике. Они еще хранили былую красоту, хотя окна и были заколочены, а деревянные стены подгнивали. Марк надеялся, что у городской администрации дойдут руки до этих строений, ведь они фактически были особенностью города.

Колдун долго бродил по родным улицам, и ближе к вечеру мать написала ему сообщение:

Где ты?

Марк набрал ответ моментально.

В городе. Давай ко мне. Приходи на смотровую площадку в Кремле, хочу посмотреть на закат.

На место встречи Марк пришел первым. Несколько скамеек, расставленных прямо у парапета смотровой площадки, были не заняты, и он поспешил сесть на одну из них. Мать подошла получасом позже.

– Что-то ты долго, – сказал Марк.

– А как ты хотел? С людьми надо пообщаться, а не просто бумагу под нос подсовывать. По крайней мере ярлык будет у тебя. Никто не отказал.

Марк лениво кивнул. Со смотровой площадки открывался панорамный вид на Стрелку и нижнюю часть города. Солнце медленно опускалось, на воде рябила световая дорожка – будто брызнули расплавленным золотом. Проплыла баржа, разбивая дорожку. Колдун щурился, глядя чуть ниже солнечного диска. Когда он в последний раз сидел здесь и смотрел на закат? Много лет назад. Колдун внезапно почувствовал, как от тоски по дому слегка сжимается в груди.

– Спасибо большое.

– Ты всегда можешь прийти ко мне за помощью.

– Неужели ты не злишься? – вдруг спросил Марк. Слова вырвались против воли, он не собирался задавать этот вопрос ни ей, ни отцу.

– За что мне злиться?

– За все, что я не сделал. Не был примерным сыном, не оправдал твоих надежд. Вы хотели, чтобы я стал Пятнадцатым, а я… Мало того, что недоучка, так еще и уличный фокусник.

– Ну когда-то я злилась, – призналась Анастасия. – И Арсений… Знаешь, это были по большей части его чувства. А я никак не могла разобраться в своих. Я не оправдываюсь, ты не думай. Просто… разумеется, за мной вина даже бóльшая, чем за ним. Только потом, когда мы тебя едва не потеряли в инциденте с аномалией, я все же поняла, что мне не важно, кто ты и чем занимаешься, – лишь бы закон не нарушал. Осознала, что жизнь твоя и тебе жить со сделанным выбором.

Анастасия вдруг накрыла своей ладонью пальцы Марка. Он посмотрел на нее, а потом повернул кисть тыльной стороной вверх, чтобы сжать руку матери. Смутившись собственному порыву, он отвел взгляд. И хотя подобное между матерью и сыном должно быть абсолютно нормальным, колдун все же не мог спокойно проявлять чувства к ней. Он просто не привык, а детство, в котором он мог повиснуть на маме, ласково перебирать ее светлые локоны, целовать ее в щеки и нос, осталось слишком далеко в прошлом.

– А отец?

Мать вздохнула, слегка запрокинув голову. Вокруг них смеялись и переговаривались туристы и местные, слышалась даже речь на иностранном языке. Но никого из них как будто не существовало, и колдуну казалось, будто сейчас весь мир крутится только вокруг них двоих.

– Мне кажется, он тоже начал это понимать, – продолжила Анастасия. – Но ты же его знаешь – папе нужно много времени, чтобы признать свои ошибки. И все же, я вижу, как он меняется. Возможно, из изолятора вернется совсем другой человек, в хорошем смысле.

– Хотелось бы верить, – пробормотал Марк.

– Время покажет. Я в отце не сомневаюсь.

– Ты никогда не сомневалась в нем.

– Только в его поступках. А в нем самом – никогда, потому что я люблю твоего отца, милый, и ты должен понимать, что это значит. Ты ведь поехал сюда ради Алисы. И вообще на многое готов ради нее.

Марк не ответил. Анастасия и без этого слишком хорошо знала о его чувствах. А сам он никогда не задумывался о том, что мать испытывает к отцу. Сначала был слишком мал, потом слишком зол на них.

Солнце исчезло за Борским мостом, и вода в реке приняла стальной серый оттенок. Марк поднялся с места, увлекая мать за собой. Они пошли в сторону выхода с территории кремля, но снова не стали сворачивать на Большую Покровскую, хоть так было и ближе. Раскаленные за день улицы города отдавали свое тепло неподвижному воздуху, ласкающему руки и лицо.

Марк не отпускал руку матери – просто не хотел. И даже не замечал: плевать ему на то, что ему не пять, а двадцать пять. Всю дорогу до дома они болтали о каких-то веселых мелочах, и впервые колдун не чувствовал себя в компании Анастасии чужим.

После возвращения за ужином их беседа продолжилась. А перед сном мать зашла в комнату к Марку и протянула ему ярлык. Колдун убрал бумагу подальше в чемодан. Он позвонил Алисе и сообщил, что все прошло успешно и уже завтра они смогут допросить Красу. Она не отвертится, увидев официальный документ Нижегородского круга.

Утром Анастасия поехала в аэропорт с Марком, решив проводить его.

– Приезжай, я тебя всегда жду, – сказала она перед тем, как он шагнул в зону досмотра.

Колдун, оставляя за спиной самого близкого человека и родной город, впервые ощутил на своих плечах тяжесть расставания с ними.

6. Мотивы

20 июня 2024 года, Калининград

Евгения

Вечерний Калининград еще не скоро укроется сумерками – из-за географического расположения летом темнело здесь поздно, хотя и не так, конечно, как в Петербурге, где в июне ночью было светло, словно днем.

Женя жила на Московском проспекте в одной из старых многоэтажек. Родители, оставшиеся в Черняховске, помогли ей купить здесь квартиру – это был один из самых недорогих вариантов на тот момент. Пусть квартирка была небольшой, однокомнатной, но Женя чувствовала себя в ней уютно и спокойно, как раз то, что нужно, когда у тебя такая нервная работа.

Девушка остановилась и оперлась на блестящие металлические перила речной набережной. Солнце раскалило их за день, и они до сих пор были теплыми, приятно грея кожу ладоней. От реки тянуло прохладой, но эта свежесть не могла победить жару. Город не остынет до завтрашнего утра, а днем вновь раскалится до аномальных температур. Море, которое еще лет пятнадцать назад делало климат Калининградской области прохладным, с этой задачей больше не справлялось. Но девушка не жаловалась – она любила теплое лето.

Женя смотрела на коричневатые воды Старой Преголи, которые река несла на запад, где впадала в Калининградский залив. По пути домой девушка любила гулять по набережной, обязательно в одиночестве, размышляя о событиях прошедшего дня.

Сегодня в Управлении они сидели, зарывшись в архивные записи почти что восьмидесятилетней давности. Их маленькая команда – Четверка, как Женя звала ее про себя, – ждала прибытия еще одного члена, некоего Марка Лиговского, которого хорошо знали Алиса и Дан. И он должен был помочь с допросом дочери Красы и других колдунов, водивших дружбу с убитой. А пока сотрудники Управления пытались выяснить, имело ли какое-то отношение убийство Красы к смертям офицеров СС, ведь почерк в преступлениях совпадал.

Информации в архивах оказалось ничтожно мало. Четверке все же кое-что удалось выяснить. С 1937 года на территории Восточной Пруссии действовало одно из отделений организации «Аненербе». Там экспериментировали с нечистыми, с помощью магии превращая их в монстров, чтобы затем использовать в военных действиях. Полчища обезумевших тварей нацистская Германия бросала в атаку на Советскую армию, и самые ожесточенные бои были именно между нечистыми, сохранившими свой облик и рассудок, и их порабощенными собратьями.

«Аненербе» стремились создать еще более опасных и смертоносных монстров, но на момент окончания Великой Отечественной войны было неясно, как далеко они смогли продвинуться в этом. Рейх развалился, а вместе с ним канули в Лету и сформированные им организации. Немцы, уходя из Восточной Пруссии, постарались уничтожить все, что помогло бы советской власти обвинить их в преступлениях против человечества в будущем. И все же, спасибо шпионам и двойным агентам, что-то добыть все же удалось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.