Кирилл Кудряшов
Пояс чемпиона

Когда-то и где-то, в каком-то детективе, из разряда тех, что покупают для того, чтобы прочесть по дороге в метро и выкинуть в ближайшую урну (ибо книги в мягкой обложке все равно превращаются в отрывной календарь на третьи сутки), Николаю бросилась в глаза фраза, характеризовавшая, кажется, какую-то игру. "С горящими безудержной ненавистью пустыми глазами, монстры наступали на город…" Пустые глаза, которые, тем не менее, горели безудержной ненавистью, были, конечно, полным бредом, но, тем не менее, лучше всего подходили для описания большинства компьютерных игр, а в особенности той, в которую он сейчас играл.

Орава орков штурмовала эльфийский лес… Все эльфы полегли уже давным-давно, и натиск вражеской армии сдерживали лишь человек и "хороший" орк, от лица которого, собственно, игра и была сделана.

Не сказать, чтобы Николаю доставляло удовольствие рубить головы наступающим волосатым чудовищам – в другое время он нашел бы себе занятие получше. Разминка, пробежка, или если совсем уж одолеет лень – книга, лежа на диване. Но в три часа ночи, мучаясь от бессонницы, на ум ему пришли только "Земли Арктара". Неплохая, в сущности, игрушка, если вы, конечно, вообще любите компьютерные игры.

Ну а вторая причина, по которой он вот уже в третий раз проходил один и тот же уровень, заключалась в том, что вождь наступавших орков напоминал ему Берта Стоуна. Смотреть, как сотни мертвецов, поднятых подоспевшим на помощь некромантом, раздирают его на части, было наивысшим удовольствием, но даже оно не компенсировало чувство досады от того, что даже в игре Стоуна победил какой-то некромант, а не он, Николай Томальдин. Чемпион мира по версии РФПР. Нет, теперь уже бывший чемпион!

Женская рука, легонько коснувшаяся его плеча, заставил Николая вздрогнуть, и рефлекторно обернуться.

– Ты не на ринге, – сонно улыбнулась ему Олеся, от внимания которой не укрылось это стремительное, "профессиональное" движение.

– Знаю, – улыбнулся он ей в ответ, – Почему не спишь?

– А я хотела спросить об этом у тебя.

– Не спится… – лаконично ответил Николай, – Я посижу еще… Ты спи…

– Хочешь поговорить?

– Нет! – несколько резче, чем хотел, ответил он.

– Коля… Я не пытаюсь на тебя давить, но… Но в последнее время ты изменился… Уже несколько недель…

– Двадцать три дня! – перебил он ее, – Двадцать три дня, как я какой-то другой. Ты это уже говорила.

Она вздохнула, и развернулась чтобы выйти из комнаты.

– Олеся… – негромко позвал он, – Прости, я не хотел. Просто…

– Просто с этим ты должен справиться сам! Ты это уже говорил… Но я же вижу, что ты не справляешься! Ты сидишь среди ночи за компьютером, играешь в какую-то дурацкую игрушку, и кричишь на меня так, как будто я виновата в твоих бедах.

– Я не кричу на тебя…

Бесполезно пытаться достучаться до женщины, которая, вдруг, решила высказать тебе все, что думает.

– Ты не супермен, Коля! От того боя не зависела судьба мира, не зависела даже твоя карьера! Да, я женщина, и мало что смыслю в борьбе, но я слышала, что говорят о тебе другие. Говорят, что Стоуну просто повезло!

– Кто говорит?

– Мой брат, например!

– Твой брат не был там, на ринге. Ему легко судить, сидя в зале…

– Коля, невозможно побеждать вечно!

– Знаю… – за последние двадцать три дня ему сказали об этом, наверное, раз сто.

– Раз знаешь, то почему… Почему ты сейчас не спишь? Потому что эти волосатые чудовища на экране напоминают тебе о Стоуне, и ты представляешь, что бьешь его, а не их?

В десятку… Черт бы ее побрал, эту женскую проницательность!

– Иди спать! – повысив голос, велел он, – Если мне и нужна помощь, то это должна быть помощь лучшего в мире тренера, или, на худой конец, спарринг-партнера, близкого к Стоуну по габаритам и стилю боя. Я справлюсь!

– Не забудь, ты сказал, что знаешь, что нельзя побеждать все время!

– Знаю! Дело не в моем послужном списке, и не в карьере! Просто… Ты не поймешь!

– Естественно не пойму, если ты не хочешь мне объяснить.

– Я хочу… – сдался он, – Но не могу!

– Когда сможешь – обращайся, – улыбнулась она, довольная победой, и добавила, – Ты всегда можешь найти меня в своей постели.

Олеся ушла, оставив в воздухе едва ощутимый запах незабудок…

Он вновь повернулся к компьютеру, и мысленно чертыхнувшись, нажал на "Выход из игры". Хватит с него громадных волосатых орков, равно как, впрочем, и маленьких хрупких женщин.

С Олесей они познакомились около полугода назад, а спустя всего пару недель она прочно поселилась в его типично холостяцкой квартире, и тут же перевернула в ней все вверх дном, переделывая все по-своему. "По-человечески", как называла это она. Николай не возражал – каждая женщина, появлявшаяся в его доме, начинала свою жизнь с ним с того же самого. С привнесения того, что она называла домашним уютом… Первое время тяжело было привыкнуть к тому, что твои вещи больше не лежат там, где ты их оставил, но логически рассудив, Николай пришел к выводу, что это не слишком большая плата за горячий ужин и теплую постель.

До сих пор ни одна женщина не продержалась в его квартире больше года, и какой по счету была Олеся он, пожалуй, уже не мог вспомнить. Какое-то время она была для него лишь одной из многих. Затем стала одной из лучших, а потом – единственной. Число предыдущих единственных он все же помнил – Олеся была четвертой. Первые три в конце концов хлопнули дверью…

Но Олеся точно была первой, кто пытался забраться так глубоко в его душу.… Или, быть может, первой, при ком у него возникли серьезные проблемы, как во внешнем мире, так и в его собственном, внутреннем.

А виной всему был проклятый орк, Берт Стоун!

Два года назад, когда только создавалась РФПР – Российская Федерация Профессионального Реслинга, и ему, тогда еще малоизвестному, но обладавшему множеством титулов борцу, предложили заключить контракт со спортивной федерацией, которую финансирует "Когорта", он не сомневался ни секунды. До сих пор все, что было связано с "Когортой" и "Интеркомодитис" приносило прибыль, и вопрос был лишь в том, в чей карман эта прибыль пойдет. Упускать возможность подставить под денежный поток свой карман Николай не собирался…

И не прогадал.

"Когорта" делала ставку на то, что люди уже устали от циркового шоу, именуемого реслингом, в котором больше боев проходило вне ринга, нежели на нем. При чем видеть настоящие бои, а не грамотно срежиссированное шоу, хотелось не только россиянам, но даже и жителям страны, в которой это подобие спорта зародилось. Так появился Российский Профессиональный Реслинг, который, строго говоря, никакого отношения к реслингу не имел. Бои были реальными, а не разыгрываемыми по заранее известному сценарию, а их участники боролись всерьез, а не на потеху зрителям. Но, тем не менее, по зрелищности бои РФПР были не многим менее зрелищными, чем пресловутый реслинг.

Достигалось это в первую очередь благодаря правилам федерации, минимально стеснявшим борца во время поединка. Разрешались удары руками и ногами практически в любую часть тела. Запрещались лишь удары пах, и кулаком в голову. При этом удар в голову ногой не только разрешался, но и поощрялся…

Победа засчитывалась в трех случаях:

Нокаутом – если сбитый с ног борец не мог самостоятельно встать на счет "девять".

Сдачей противника – если противник, пойманный на болевой прием, не мог освободиться, или дотянуться до канатов ринга, ему оставалось или сдаться, или ждать, пока ему сломают руку или ногу, в случае чего засчитывался бы технический нокаут, так что болевые приемы выполнялись "от души".

Победой по очкам – в начале каждого поединка у обоих борцов было по 15 очков. В определенных ситуациях очки снимались, и если борец терял последнее очко, ему засчитывалось поражение. Очки снимались за нокдаун (если борец оказывался на полу, и рефери открывал счет) – 2 очка, за касание канатов ринга (таким образом борец высвобождался из захвата) – 1 очко, и за бросок через себя, даже если бросок не приводил к нокдауну – 1 очко.

Таким образом РФПР (или ФЧР? Как окрестили эти бои в народе – "Федерация Честного Реслинга") подходила для борцов всех мастей и видов спорта. В "Честном реслинге" успешно выступали самбисты, дзюдоисты, каратисты, борцы и даже сумоисты. Одним из основополагающих правил честного Реслинга было позаимствованное из каратэ: "Сила – ничто, техника – все", поэтому нередко против двухсоткилограммового гиганта выходил борец, едва тянувший на сотню килограмм, и под ураганные аплодисменты зала укладывал его на ринг.

И "Когорта", как всегда, не прогадала. "Честный реслинг" имел ураганный успех, уже через пол года став известным по всему миру. Первый год на ринге ФРПР боролись лишь русские борцы, но в скором времени остальные страны, поняв престижность "Честного реслинга", отправили в Россию своих представителей.

Стремительно теряющая позиции "всемирного полицая" Америка, уступающая России уже по гораздо большим позициям, чем превосходящая ее, отправила для участия в РФПР, пожалуй, своего лучшего борца. Трехкратного чемпиона США по греко-римской борьбе, двухметрового Берта Стоуна, прозванного на родине Человеком-горой.

И до появления Стоуна Американцы успешно теснили русских в "Честном реслинге", а некоторые из них даже поднимались в рейтинге федерации достаточно высоко, чтобы бросить вызов чемпиону – ему, Николаю Томальдину. Но никто до Стоуна даже не был близок к победе, да чего там – до появления Стоуна никто в федерации не мог похвастаться тем, что бился бы с Томальдином на равных.

Никто, до появления Стоуна.

Берт стоун впервые появился в "Честном реслинге" пол года назад, и уже после первого же боя завоевал любовь зрителей, ранее довольно холодно принимавшей американцев. Быть может потому, что его бои были самыми зрелищными, а быть может потому, что среди остальных борцов он выделялся уже даже своим внешним видом, гораздо больше походя на русского медведя, чем русские борцы.

Метр девяносто пять ростом, почти сто шестьдесят кило весом, короткая борода, и вечно взлохмаченные волосы. И, конечно же, чудовищная сила!

Первый бой Стоуна состоялся с Владимиром Семеновым – неплохим, в общем-то, борцом, не смотря на свой маленький рост делавшим ставку на ударную технику, а не на борьбу. Впрочем, всякий кто пытался в бою со Стоуном перейти в партере, мгновенно понимал свою ошибку. Недостаток опыта в захватах и болевых приемах этот гигант с лихвой компенсировал своей чудовищной силой и упорством.

Метр семьдесят Семенова, смотрелись достаточно хило против почти двух метров Стоуна, и понимающему что-либо в борьбе человеку исход боя был ясен с самого начала. Но, наверное, благодаря тому, что американец еще не освоился с новыми правилами, бой продлился целых семь минут. На седьмой минуте, уже трижды побывавший в нокдауне Семенов, взлетел в воздух, и рухнул спиной об ринг так, что когда рефери победоносно выкрикнул "Девять!", он лишь сумел неловко пошевелить рукой, видимо проверяя, не сломан ли у него позвоночник.

Собственно, так выглядели практически все бои Стоуна. Пять минут безуспешных попыток противника пробить его оборону, минута яростных атак американца, не обращавшего внимания на сыплющиеся на него удары и, наконец, захват из которого невозможно вырваться, и несколько бросков, после первого из которых борец уже забывал, где он находится, и как его зовут.

Одиннадцать боев, из которых десять побед нокаутом, и одна – по очкам. Японец Татсумо Накао оказался достаточно крепким, чтобы каждый раз выкарабкиваться из нокдаунов, пока у него не осталось ни единого очка.

Тридцать тысяч зрителей аплодировали стоя, и непонятно было, кому в большей степени предназначались эти аплодисменты. Человеку-горе Стоуну, или выносливому Накао, который первым из противников Стоуна покинул ринг на своих двоих, а не на плечах своих помошников, и даже нашел в себе силы пожать противнику руку.

Двенадцатым противником Стоуна в "Честном реслинге" стал Томальдин.

Если Накао зрители любили и уважали за выносливость а Стоуна – за зрелищность, то Николая, с его тридцатью поединками и тридцатью победами – за универсальность и непобедимость. Он никогда не пытался играть на публику. Очень редко использовал технику бросков, не смотря на то, что лишь незначительно уступал Стоуну в весе и силе. Никаких рискованных приемов или ударов. Для него в порядке вещей было потерять 14 очков из своих пятнадцати, и когда противник уже мысленно праздновал победу, а потому терял бдительность – Николай отправлял его в нокаут несколькими точными ударами, или брал его на болевой в самом центре ринга, так, чтобы исключить малейшую возможность дотянуться к канатам. И уж если Томальдину удавался такой захват – хруст костей мгновенно говорил его противнику что нужно сдаваться.

Он олицетворял собой осторожность, Стоун – напор. На это и делали ставку организаторы федерации, с первого же шага, сделанным Стоуном по рингу поняв – вот он, первый серьезный противник Томальдина.

Контракт Николая на этот бой сулил ему невиданную ранее сумму в миллион рублей вне зависимости от того, победит он, или проиграет. А за три дня до боя ему домой позвонил неизвестный, и на ужасном русском предложил два миллиона, только уже долларов, в том случае, если победит Стоун. И три миллиона – если он победит нокаутом.

Изобразив английский акцент, Николай послал собеседника на три буквы, и до самого поединка больше не подходил к телефону, не желая портить себе настроение. "Честный реслинг" должен был остаться честным!

К этому бою он готовился фактически пять месяцев, с того самого момента, как Стоун впервые выступил в РФПР. Ему доводилось бороться с противниками, превосходившими его по весу, но ни один из них не был столь опытен и опасен. Остальные гиганты, с которыми Томальдину приходилось сражаться, делали ставку лишь на свой вес, считая что их бычьей силы будет достаточно для победы. На практике же все они служили наглядной иллюстрацией       поговорки "Чем больше шкаф, тем громче падает". В Стоуне же с первого взгляда угадывался шкаф, который не упадет, даже если подпилить ему ножки.

Их первый бой собрал сорок тысяч человек, из которых как минимум половина болела за Стоуна, что для Николая было в новинку. Два года он был звездой "Честного реслинга", самой яркой, самой любимой зрителями звездой, и вот они, ЕГО зрители, приветствуют громадного американца.

И на глазах сорока тысяч человек чемпион мира по версии РФПР Николай Томальдин был отправлен в глубокий нокаут. На глазах сорока тысяч человек, от изумления потерявших дар речи, поверженного чемпиона выносили с ринга на руках, в то время как Стоун стоял, освещенный яркими лучами прожектора, победоносно вскинув вверх руки.

Николай скривился, вспоминая тот позор.

Нет, в принципе и Олеся, и все его друзья, говорившие о том, что нельзя побеждать вечно, были правы. Тридцать один бой, и всего одно поражение. Поражение от человека, в полтора раза тяжелее его. Многие из друзей Николая вообще не осудили бы его, откажись он выйти на ринг против Человека-горы. Двое борцов, выступавших против него в "Честном реслинге", заработали сотрясение мозга, столкнувшись с этим каменным утесом. Фамилия Стоуна характеризовала его гораздо лучше любых титулов и прозвищ.

Он и сам не мог объяснить себе, почему его так задело это поражение. Контракт на матч реванш был подписан на следующий день после первого боя, и в нем стояла сумма уже в полтора миллиона за бой, и два – в случае победы. Не появись в "Честном реслинге" Стоун, о таких гонорарах он мог только мечтать. Никто не стал бы платить ему миллион за бой против того же Семенова, который (а это знал любой фанат "Честного реслинга"), Николай выиграл бы без труда.

Казалось бы, ему нужно было благодарить судьбу за появление Стоуна, но… Николая не покидало чувство, что он мог победить. И что ему не хватило не выносливости, не силы, и не того пресловутого куска мяса, о котором писал Джек Лондон. Вроде бы все в порядке было и с удачей – несколько раз за бой Стоун раскрывался, давая возможность ударить в полную силу, отправляя его в нокдаун. Но нокдаун так и не перешел в нокаут – упрямый американец каждый раз вставал, и с еще большей яростью бросался в бой.

Томальдин покосился на дверь, за которой исчезла Олеся, потянулся к наушникам, но тут же машинально махнул рукой. Бог с ними. Для того, чтобы рубить орков звук не был нужен, а в том видеофрагменте, который он собирался смотреть, звук скорее даже мешал.

Запись боя лежала прямо на рабочем столе – не было ни дня с момента его первого поражения, чтобы он не просматривал ее как минимум по два раза в день, ища слабые места в защите Стоуна, и свои собственные промахи. Последних он не находил, и это было хорошо. Но и первых тоже… Это было плохо.

Быстрый щелчок мыши, и экран ожил, демонстрируя события, происшедшие двадцать три дня назад, перенося Николая в прошлое.

Ринг "Честного реслинга", разгоряченные предыдущими двумя боями лица зрителей, замерших в ожидании. Музыка… Звук был выключен, но Николай слышал гимн федерации в своей голове. Под звуки гимна с разных концов зала выходили два борца, которые спустя несколько минут должны сойтись в поединке.

Первым на ринг выходит Стоун. Точнее – не выходит, выпрыгивает, лихо проскальзывая межу канатами. Руки подняты вверх в приветственном салюте, но на лице нет и тени улыбки. Он рад приветствовать своих зрителей, но здесь он не для того, чтобы доставить им удовольствие. Он здесь для того, чтобы победить…

Следом на ринг выходит он, Николай. Именно выходит, аккуратно перешагнув через канаты. Никаких лишних движений как до боя, так и во время него – это его жизненное кредо. Никаких поднятых рук, никаких приветствий зрителей – они любят его именно за это, за невозмутимость, спокойствие, и неизменные победы. На лице – легкая улыбка, адресованная, конечно же, не сопернику, а зрителям. Пусть они знают, хоть он и не приветствует их салютом – он любит их…

Судья представляет бойцов, и после каждого имени пол зала взрывается аплодисментами. Пол зала – для одного, и пол зала – для другого. Они – герои, они – кумиры. Оба!

Стоун протягивает руку, при этом не сводя с него глаз. Он не первый раз на ринге, и знает, как часто борцы использовали этот момент для того, чтобы нанести первый удар еще до боя. Со стороны зрителя это выглядит просто как выражение презрения – один борец протянул руку, другой же не просто отказался ее пожать, но еще и ударил соперника ладонью по лицу. Не многие знают, что даже такой удар способен ненадолго дезориентировать, выбить из колеи, а значит передать инициативу сопернику. А "Честный реслинг" не прощает потери внимания даже на секунду. Бывало, что бой заканчивался едва начавшись, одним точным ударом, или великолепно выполненным болевым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.