Нина Гайбель
Норкин самовар

1

Трескучий мороз царствовал среди декабря, сковал всё на своем пути. И огромные мохнатые ели, и небольшие кустарники, и даже крошечные сухие травинки, торчащие из-под снега, казались нарядными именинницами в кружевных нарядах. Все в природе притихло, казалось, укрылось под большим снежным одеялом от мороза.

Молодой соболёк сладко потянулся в своем теплом, уютном дупле. Выглянул в окно. Багряное солнце чуть подсвечивало лес за рекой первыми робкими лучами. Захотелось горячего чаю. Но воды в доме не оказалось. Схватив легкие ведерки, соболёк помчался к речке. Река была недалеко, совершенно невидимая под толщей снега и льда. Оставалось спуститься вниз по высокому берегу. Тропинка, ведущая от реки до леса, плотно утрамбована звериными и птичьими лапами. Все береговые жители ходили вниз за водой. И сегодня соболёк увидел большую спускающуюся вереницу лесных жителей к реке. Вороны, сороки в пуховых платках семенили друг за другом. Лиса с лисятами, каждый с ведерком, спускались вниз. Синички с чайниками размером с наперсток, сидели в ожидании воды на береговой березе. Зайцы, подгоняя друг друга, несли к реке большой самовар.

Молодой соболёк никогда не видел перед прорубью такого большого количества зверей и птиц. Наверное, потому, что не ходил рано утром за водой. Он совсем недавно переехал в береговой лес, в своё новое дупло. Мама с папой, отпуская сына во взрослую жизнь, помогли ему в обустройстве жилья на высоком берегу реки.

Прорубь, которая была вчера, за ночь совершенно замерзла. Только по утрамбованному снегу, можно понять, где вчера черпали воду. Там сидел старый филин с фонарём в крыле. Фонарь его уже был потушен, видимо, филин пришёл на водопой ещё в темноте и самым первым.

Очередь стала выстраиваться перед вчерашней прорубью. Все ждали выдру Кузьму. Он неизменно продавливал лед на реке в определенных местах. Как для своих ходов – выходов, так и для отдушин в водном царстве. На его участке было три больших проруби для массового пользования водой зверями и птицами. Все знали, Кузьма вначале делает прорубь вверху по течению, затем здесь, под берегом, и уходит в низовья реки. От него зависело, напьются ли сегодня птицы и звери свежей воды. Его ждали как самого важного и всемогущего зверя на свете!

Кузьма появился неожиданно из-под воды, проломив лед головой. Он выскочил на лед, выжал свою шапку-ушанку и нахлобучил ее снова на голову. Все поздоровались с Кузьмой. Заискивающе трещали сороки.

– Что, вчерашним чаем несытые? – шутил Кузьма.

– Как же, поилиц ты наш, свежей водички хочется. Посмотри, мороз тебе дел прибавляет. Сегодня, как и не было проруби! – трещали сороки.

Кузьма обламывал лед по краям. Из воды высунулась супруга Кузьмы.

– Надень валенки, Кузьма, лапы замерзнут – сказала она и протянула валенки.

– Налетайте, девчата! Готово! – сказал Кузьма и отошёл от проруби. Он сел рядом с филином и натянул валенки.

Все подходили и черпали воду.

– А ты что же, молодец, самый первый пришел, пропускаешь всех? – спросил Кузьма у филина.

– Кузьма, и мне воды хватит! Я среди народа побуду, дома всё один да один. А тут хорошо – кого только не встретишь! Не разговорчивые только! Ну что ж поделаешь – мороз! – ответил старый филин.

«Вот это да! Как дружно звери и птицы по утрам ходят за водой. Как необычно. А может и не очень дружно? Поздороваются, начерпают воды и побежали, хоть бы побеседовали друг с другом. Хотя такой мороз!» – размышлял соболёк, поднимаясь вверх на берег с полными ведрами.

– Как хорошо у нас с водой обустроено – сказал соболёк впереди идущей сороке.

– Да что хорошего то? – отозвалась та. – В мороз, метель нужно плестись по такой крутизне вверх с полными ведрами. Тяжело! Скорее бы лето!

– Ну что же поделаешь, на крутом берегу живем – сказал соболек.

– Так тот берег пологий, хорошо его жителям! – протянула сорока. – А кому-то совсем легко живётся, и летом и зимой!

– А кому же это?

– Так ты ничего и не знаешь. Вот удивительно! А ты же новенький в нашем лесу!

Сорока даже остановилась, развернулась к собольку, совсем позабыв про тяжелые ведра. Они стали мешать поднимающимся с водой зверям и птицам, поэтому отступили в сторону, в снег.

– Так есть же места, что даже самовар в реку ставят – он закипает!!! – сорока округлила глаза, удивляясь, как можно жить на свете и не знать, как некоторые птицы и звери кипятят чай в реке.

– Да ну! В моем родительском Шишкином лесу такого чуда не слыхали! Неужели это где-то у нас? – соболёк удивлялся.

– Нет, не у нас. Стояли бы мы с тобой на морозе сейчас. Это на речке Талице! Вода зимой не замерзает и горячая! Представляешь, самовары кипят! Белье стирают круглогодично в реке, лапы не мерзнут. Даже зелень по берегам! Это зимой то!!!

– Не может этого быть!

– Да как не может?! Будут разве звери и птицы обманывать?! Кто был там и слышал, те и говорят.

– А кто там был? вот интересно было бы узнать из первых уст.

– Да как сказать… – сорока вдруг зашептала и стала озираться вокруг. – Кто туда уходил, улетал – никто не возвращался!

– Да как же это? Откуда же вести про чудеса с Талицы?

– Все говорят – сказала неопределенно сорока. – Места там страшные, на Талице то! Звери и птицы пропадают без следа. Говорят, что талицкие жители никого не подпускают к своей чудо-речке.

Сорока подхватила ведра и быстро побежала вверх. Бесстрашному молодому собольку стало не по себе при последних словах сороки.

Он благополучно накипятил чаю у себя, сидел, смотрел в заиндевевшее окно и размышлял. Весь день он провел в думах о чудо-речке и её страшных жителях.

А вечером он отправился к своему новоиспеченному другу коту Тишке.

2

Тишка когда-то был домашним котом. Но злая судьба заставила его искать новый дом. И нашел он его, именно, в дремучем лесу, на берегу реки. Кот любил рассказывать свою историю, как его встретили звери и птицы в лесу. Семья сов перебиралась на новое жилище в другой лес и оставила своё старое дупло Тишке. А дальше больше! Кто-то принес Тишке постельные принадлежности, кто-то самовар, а кто-то и картинку на стену. Причем, все оставляли вещи под порогом дома, не сказывались – кто принес, как будто, стеснялись своей доброты. Но все жители, неизменно, тянулись к дымчатому, веселому коту и часто его навещали.

Вот и сейчас, когда соболёк переступил порог кошачьего дома, на печке лежали трое детенышей горностая, а за столом сидел старый заяц и пил чай. Тишка сидел на лавке за столом и читал зверятам книгу. На столе приветливо потрескивала свечка.

– Всем здравствуйте! А как это ты Беляк на дерево то залез? – обратился соболёк к зайцу.

Все закивали, Тишка налил чаю собольку.

– А долго ли умеючи? Тишка мне веревку сверху кидает, вот и лезу к нему! – ответил заяц, утирая усы после чая. – Что-то я засиделся у тебя, Тишка. Некогда мне, побегу. Прощайте.

И заяц заторопился домой. Тишка продолжал читать книгу маленьким горностаям. Единственное, что захватил с собой кот из прежней жизни, была книга про животных из семейства кошачьих. Он постоянно ее читал и себе и зверям и птицам. Лесные жители с вниманием слушали, округляли глаза, когда Тишка зачитывал про неведомых камышовых котов, леопардах, снежных барсах. Ворон Ерёма, живущий по соседству с Тишкой, уже знал всю книгу, не хуже кота, всегда говорил: «Надо же!!! Кто только на свете не живёт!!!».

Соболёк в томлении пил чай, он ждал, когда зверята заснут и он сможет рассказать Тишке все свои думы, одолевшие его с утра. Горностаи уснули под теплым цветным одеялом, Тишка отложил книгу.

– Вчера под моей дверью оставили новую корзину, красивая такая, видно, что только сплетена. Увидел у дятла под деревом свежие лычки от корзин лежат, кричу ему, благодарю, зову на чай. А он ни в какую! Говорит, нет это не я сплел корзину. И на чай не дозваться. Вот же какие у нас звери и птицы! Боятся в открытую сказать, как будто что-то плохое сделали. Удивляюсь – разговорился кот.

– Да, так и есть – рассеянно отозвался соболёк.

– Вижу что-то тебя беспокоит, рассказывай – сказал кот.

И соболёк рассказал Тишке о своём разговоре с сорокой.

– Ну и что? – спросил кот.

– Как что? Неужели такое может быть, да ещё в нашем лесу? Это же не в дальних горах, где обитают твои снежные барсы – соболёк кивнул на книгу.

– Может и есть такая чудо – речка, может и нет. На свете много волшебства! Я не слышал про такую реку. Вернее, слышал, что она есть, но что чай кипятят в ней – нет. Чудо – из чудес.

– Ну вот и нужно разузнать!

– А для чего?

– Тиша, ну как ты не понимаешь? Если на той реке происходят такие чудеса, то звери и птицы, живущие там, не должны отказать, должны поделиться чудом!

– Об этом я не подумал.

– Представляешь, если принести этой волшебной воды в нашу реку, что будет?

– Что? Она же остынет

– Что ты! Она же волшебная! Значит не остынет, а если ее влить в нашу речку – у нас будет так же! Можно кипятить чай в реке, стирать в лютый мороз и любоваться зеленью возле реки.

– Ты в своих размышлениях зашёл слишком далеко. Зачем в реке кипяток? Вскипятить воду мы и на печи можем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.