Песнь другого мира

Введение

Ночь уже перешагнула за половину, когда в узком пустынном коридоре замка появился высокий мужчина, облаченный в красный плащ. Стального цвета волосы, туго заплетенные в косу, заостренные уши и ничего не выражающее мужественное лицо – были одним из особенностей этого загадочного человека. Военачальник Урпаласа – Залтис шел с солдатской выправкой, горделиво приподняв подбородок.

Он беззвучно, словно тень, передвигался по длинному пролету. У дверей, ведущих на лестницы, стоял конвой. Солдаты, застывая по стойке смирно, почтительно склоняли головы перед проходящим мимо офицером. Подчиненные боялись его и потому старались ни в чем не ошибиться. А он, молча, не меняя выражения лица и словно никого не замечая, шагал в малую обеденную. Там, завершая очередной день своей жизни, мучился от бессонницы и болезни, грозный господин. Понимая, что это может быть очередной каприз старика, Залтис смиренно, не имея возможности отказаться, спешил на зов. Перед тем как открыть дверь, он выровнял чуть сбившееся дыхание, и вошел в зал.

Молодая служанка с подносом бесшумно собирала со стола грязную посуду. Заметив вошедшего, вздрогнула от неожиданности – позолоченная посуда слегка звякнула. Опустив голову, девушка поспешила удалиться. Пробегая мимо, она не осмелилась поднять глаз на стоящего в тени ночного гостя.

– Друг мой, ты, как всегда, быстро явился на мой зов, – послышался скрипучий голос старца. Он сидел в высоком кресле, повернутом ко входу спинкой.

– Да, Господин, – смиренно ответил военачальник.

– Мой недуг опять взял верх… – с придыханием тяжело проговорил пожилой мужчина, – Вновь требуются сосуды…

Старик остановился, чтоб вздохнуть:

– Оставь на время свою службу и найди мне их. Только подальше, в каком-нибудь захудалом мире. Запасы наших земель немного истощились, и я не хочу вновь провоцировать слабые умы моего народа, – речь давалась больному с трудом.

Слабый свет от свечей и догорающего камина падал на складки черной мантии, расшитой золотом, и старческие морщинистые руки с длинными и ухоженными ногтями. Человек в кресле походил на паука, расставляющего сети.

– Есть у меня на примете одно место, – сузив еле видимые во мраке глаза ответил с некоторым опозданием его собеседник.

– Я никогда не сомневался в твоих умениях, – механически проскрипел старик.

– Ах, да, – немного погодя, более энергично сказал старик и медленно смахнул трясущейся рукой крошку с рукава мантии. – Возьми с собой мальчишку Остея. Глава гильдии магов просила организовать ему практику. Якобы парень подает большие надежды… – саркастически проговорил господин и закашлялся.

Залтис понял, что попутчика ему дают с подачи главенствующей ведьмы не просто так.

– Как вам будет угодно.

– Иди.

Мужчина в плаще тихо покинул малую обеденную и направился в крыло гильдии магов. В мало приятных ему палатах он передвигался бесшумно, не привлекая лишнего внимания. Никем не замеченный, проскользнул к одной из дверей. В спальне молодых магов стояла тишина.

– Собирайся, у нас задание! – скомандовал седовласый мужчина, безразлично глядя на сидящего за столом парня. Юноша с каштановыми волосами, встрепенулся и оторвал глаза от своих трудов. Быстро свернув пергамент и осушив кончик пера о свой рукав, он уложил недостающие предметы в заранее подготовленную сумку и тихо, проследовал за неприятным ему субъектом, пытаясь скрыть хитрую и самодовольную улыбку. Проходя по многочисленным коридорам и ступеням винтовых лестниц, они вышли в дальний угол обнесенного крепостной стеной двора. Там, на коротко скошенном газоне зияла проплешина светлого грунта.

Военачальник пошел к оголенной земле и присев на корточки коснулся ладонью сухой поверхности. Луны этой ночью были полны сил. Раз в год две сестры наливались силой, освещая путь ночным странникам. Существовало поверье, что если в эту ночь отправиться в путь, то две богини омоют тебя своим светом и, подарив удачу, помогут разыскать подарок судьбы. Но путники давно перестали верить в старые суеверия.

Еле слышно прошептав какие-то слова, Залтис вновь поднялся, не обращая внимания на спутника. Сухой грунт начал колыхаться, словно морская рябь, и ссыпаться в середину, образуя воронку. Открыв проход в земле, верный господину военачальник и юный колдун прыгнули в образовавшуюся яму.

Глава 1. Похищенные души

Как обычно, город к шести часам вечера оживал. Река людей вытекала из предприятий и заполняла кафе, рынки, магазины. Кипя и ругаясь в очередях, все спешили покинуть тесные помещения, оживленные улицы и как можно быстрее добраться до дома. Там, наскоро сварганив себе что-нибудь на ужин, в компании с бутылочкой хмельного и каким-нибудь сериалом, они находили себе покой от трудов пережитой недели.

Зимнее солнце уже спряталось за горизонт, но этого никто не заметил, ибо небо в этот ноябрьский день заволокло серыми тучами, которые грозились засыпать жителей снегом. Пока же, вопреки ожиданиям, сыпала морось со снежной крупой.

Привычные серые здания, украшенные яркими вывесками и витринами магазинчиков, высились, как огромные коробки, над снующими туда-сюда машинами. А толпы людей, словно муравьи, бегали по тротуарам, лавируя между лужами и мелким мусором.

Среди этого уныния, съежившись в своей легкой курточке, спешила добраться в тепло девушка, обгоняла прохожих. Она шагала ритмично, в такт музыке, раздающейся в наушниках.

«Наконец рабочая неделя закончилась. Наконец я высплюсь. Господи, обожаю вечер пятницы!» – внутренне ликовала молодая особа.

Пряча замерзший нос в черный шарф, она все сильнее вжималась в короткую пуховую куртку лимонного цвета. Девушка не раз пожалела что не переодела обувь в офисе. Демисезонные ботинки напитавшись влаги от ног за трудовой день стали сырыми. Из-за этого в них было холодно и мерзко. А видя молодых людей с оголенными щиколотками, она вздрагивала от подкатывающих мурашек от затылка до поясницы и саркастически закатывала глаза.

«Больные на голову. Как же им не холодно?…» – начала размышлять девушка. – Мама бы точно подзатыльник выписала за такое… Мама…

Ей вспомнилось милое лицо, отодвинув на второй план предыдущие мысли.

…Уже три года она живет одна. Отца они потеряли, когда ей минуло десять лет. А мать, сраженная проклятьем двадцать первого века и боровшаяся с недугом до конца своих дней, ушла пять лет назад. Два года, пока девушка получала образование, помогало государство. Иногда подворачивалась халтурка. И как-то так получалось решить привычные жизненные трудности. Родственники же с помощью не спешили, ибо кровного родства не было, а лишний рот никому не нужен. Да и вообще они не особо жаловали приемыша. Долгое время мама скрывала факт удочерения – правда открылась только за неделю до её кончины.

Неожиданно зазвонил телефон, обладательница лимонной куртки нехотя сняла перчатку и извлекла надрывающийся аппарат из кармана. На экране смартфона загорелось: «Александра Анатольевна» – имя бабушки, в честь которой она была названа. Взглянув на мерцающую надпись на дисплее, хозяйка телефона нервно убрала его обратно в карман.

– Избавьте меня от вашей жадности! – гневно пробурчала путница.

Родной брат отца девушки всячески пытался располовинить танхаус, где она проживала. Но ей не хотелось даже разговаривать на эту тему. Было горько и обидно, что близкие люди вспомнили о племяннице только после возвращения двоюродной сестры после неудачного замужества. Куда деть несчастную в итого забитую отпрысками квартирке, ну конечно подселить другой несчастной получившей по наследству не маленькое жилье.

Не желая грубить пожилой женщине, вынужденной по требованию сына вести «вразумляющий» разговор, девушка, игнорируя звонок, зашагала быстрее.

В ушах вновь звучала любимая песня финской группы, и на душе становилось потихонечку легче. Ей тут же вспомнились леса жителей Суоми и Карельские пейзажи. Вспомнилось как она любила сначала с родителями, а потом с друзьями ездить в поход летом до августа месяца. Огромное количество озер, сосен и гранита. не с чем не передаваемые закаты и рассветы. А воздух, какой там прекрасный воздух! Только там казалось легкие могли полностью раскрыться, а запах смолы, лесного опада и сырой земли вводили в полную эйфорию.

Городской же воздух душил девушку всегда. Вечная усталость и легкое недомогание были вечными спутниками до поездок в лес. Там напитавшись воздуха она оживала на краткий миг.

Едва успокоившись, Саша вновь услышала мелодию звонка, и, готовая сбросить вызов, не сбавляя шага, нервно выдернула из кармана телефон.

Номер был городской. Поразмышляв, она решила принять звонок.

– Александра Яковлевна? – раздался представительный женский голос в наушнике.

– Слушаю, – устало ответила хозяйка аппарата, готовясь отшить очередного банковского менеджера, который с барского плеча решил одобрить ей кредит, но облегченно выдохнула, поняв, что это не родственники.

– Меня зовут Анна, я сотрудник «Билетер.ру», ваш заказ №253746 забронирован до двадцатого ноября. Вы можете оплатить и забрать билет в любом из терминалов театральных касс, – все так же представительно продолжала говорить менеджер.

– Да, хорошо. Спасибо! – взбодрившись, ответила Саша.

– Всего доброго, Александра Яковлевна! – проговорила девушка и, не дождавшись ответа, положила трубку. В наушниках вновь зазвучала музыка.

«Отлично, осталось заставить себя выйти в выходные из дому и выкупить билет. И наплевать, что уже четвертый раз иду. Он так хорош, слушала и смотрела бы его вечность…» – начала рассуждать молодая девушка. В голове вновь появились картины спектакля. Яркий образ ее любимого актера так и маячил перед глазами. Вот она представляет, как невзначай встречает повелителя ночи в человеческом обличии и без грима у театра после спектакля. Как она, одетая в длинное приталенное пальто, из-под полы которого выглядывает тёмно-синее вечернее платье, ловит на себе его заинтересованный взгляд. Как завязывается разговор, но не о театре, а о простых жизненных темах. Он предлагает ее подвезти до ближайшего метро…

Неожиданно приятный аромат заставил ее остановиться и оборвать сладкие грезы. Замерев на месте и повернув голову в сторону переулка, откуда маняще наплывал дивный запах, она стала всматриваться в темноту.

Шедший позади мужчина чуть не врезался в раззяву. Он приготовился обругать её, но, увидев крупные серо-голубые глаза на утонченном потерянном личике, смягчился и, улыбнувшись, лишь покачал головой и продолжил свой путь.

Девушка была высокой и худощавой. Вечные проблемы с подбором размера одежды и небольшой зарплатой заставляли очень редко обновлять гардероб. Приходилось иногда покупать мужские брюки или джинсы и подгонять их под женскую фигуру.

Сегодня она была именно в таких темно синих джинсах, лимонной короткой зимней куртке и черной шапке в тон за спиной висящему рюкзаку.

Саше очень захотелось найти источник аромата: он так был похож на напиток, который она любила пить в детстве вместе с мамой в маленьком уютном кафе. Запах согревал и будоражил воспоминания далекого времени.

Поразмышляв, она заставила себя вернуться в настоящее и медленно двинулась в переулок. Узкое пространство между домами было плохо освещено. Приходилось щуриться, всматриваясь в полумрак, чтобы не угодить в выбоину с холодной водой или какую-нибудь гадость. Но зовущий запах пряностей и мяты заставил отбросить сомнения, и она уверенным шагом пошла напрямик, минуя лужи и разбросанные вокруг мусорные пакеты. Сашу не испугали даже шмыгающие из угла в угол злобные крысы. Ей больше всего на свете хотелось найти напиток из детства.

На развилке девушка остановилась и, закрыв глаза, повернула голову, чтобы определить, в какую сторону идти. Поняв, что аромат наплывает из-за угла, шагнула налево, потом направо, все сильнее углубляясь в незнакомый район. Шум оживленной улицы остался где-то там, позади, отчего ритмичная мелодия, казалось, заиграла громче.

Показался синий железный забор. На асфальтовой дороге было много грязных следов от строительной техники. Скорее всего, как обычно, сносят захудалый павильон, чтоб построить очередную коробку для людей. Но сейчас дворик пустовал. Издали доносились плач бездомного кота и курлыканье укладывающихся спать голубей. Прямо перед стройкой, приютилось небольшое обшарпанное здание, на первом этаже которого горел свет.

Подойдя ближе, Саша сквозь легкие шторы увидела небольшой уютный зал. Внутри кафе было несколько посетителей, и каждый сидел за своим небольшим столиком. Играла тихая музыка. Бра на стенах создавали приглушенный и уютный свет.

Аромат словно звал зайти внутрь. Колокольчик приветливо звякнул и, даже не заметив, каким образом, Саша уже оказалась перед стойкой. Она посмотрела на улыбающегося юношу – скорее всего студента. Его каштановые кудрявые волосы были зачесаны назад, а темно-карие глаза были такими добрыми и теплыми, что невольно хотелось улыбнуться в ответ.

– Я Вас приветствую, путница! Чего желает ваша душа? – приветливо ответил юноша сквозь игравшую в ушах музыку, растянув тонкие губы в улыбке.

– Добрый. Возможно, глупо прозвучит, но мне, пожалуйста, напиток, который источает этот чудесный аромат, – поспешно сняв один наушник и пытаясь правильно подобрать слова, сделала заказ девушка, посмеиваясь от неловкости.

– А-а-а, пряный настой вам приглянулся! Он у нас сегодня за полцены. Присаживайтесь, я сейчас принесу, – показав жестом на свободный столик, парнишка принялся выполнять заказ.

Саша, мельком посмотрев на расположенные за стеклянной витриной сладости, послушно проследовала в указанном направлении. Усевшись на мягкий стул, сняла шапку с головы, от чего темно-русые волосы с небольшими седыми паутинками рассыпались по плечам лимонной куртки. Оглядываясь по сторонам с мягкой улыбкой на устах, она решила прекратить слушать музыку. Накрутив как обычно белый провод вокруг телефона, она спрятала его в черный рюкзак вместе с шапкой и черным шарфом.

Расстегнув куртку и удобно расположившись, стала внимательно разглядывать помещение. Приглушенный мягкий свет создавал ощущение старины и уюта. Под пожелтевшим потолком протянулись толстые, деревянные балки, к которым крепились железные светильники. Стены, разделенные на две части, также поддерживали стилистику. Верхняя половина стены была сделана под камень тепло-бежевого цвета. Ниже, начинаясь на уровне столиков, шли до пола деревянные рейки. Украшением служили картины с пейзажами и сценами охоты. Мечи, щиты и бутафорские головы животных создавали ощущение, что сидишь в какой-нибудь средневековой трапезной – и вот-вот сюда войдут дружинники в доспехах или торговцы в расшитых кафтанах.

Но вместо них за столиками сидели обычные посетители, в современных зимних одеждах, словно утонувшие в собственных мыслях. Их было немного, где-то человек восемь.

Ближе всех, за соседним она увидела коротко стриженного мужчину в синей куртке. Он вел себя немного странно, постоянно улыбался и смотрел то в окно, то на картину, слегка прищуренными глазами. Губы его еле шевелились, он либо что-то шептал, либо напевал про себя.

Чашка с легким стуком коснулась столика. Саша и не заметила, как подошел понравившийся ей симпатичный официант.

– Приятного времяпрепровождения! – поклонившись, сказал он и поспешил обратно за стойку.

Только сейчас Саша заметила, что стиль одежды юноши полностью соответствовал исторической стилистике заведения. На нательную рубашку нежно-голубого цвета был надет серый дублет без рукавов. Свободные черные штаны, заправленные в ботфорты, дополняли костюм.

Совсем рядом скрипнула маленькая дверь, и Сашин взор переключился на неожиданно появившуюся из служебного помещения мужскую фигуру.

«Ох ты ж Боже…какие тут кадры работают. Красавец!»– пронеслось в голове. Глаза девушки невольно расширились, а дыхание сбилось.

Мужчина равнодушно осмотрел помещение и, приметив студента, двинулся к нему.

Его густые волосы цвета стали были собраны в тугую косу и доходили почти до пояса. Такой стиль прически редко увидишь у мужчины, если он только не какой-нибудь фанат металл-рока или другого неформального направления, поклоняющегося древним богам. Это была плотная, добротная грива, заплетенная и обвязанная кожаным шнурком в двух местах. Таким волосам любая девушка позавидовала бы.

В отличие от паренька он был одет в льняную рубашку болотного цвета, немного тесную по размеру. Во время движения ткань сильно натягивалась, прилегая к рельефной спине, а закатанные рукава демонстрировали сильные руки. Классические черные брюки выгодно дополняли его атлетическую фигуру.

«А у этого качка и ноги не плохо проработаны, молодец. Ах, какой вид сзади… блин, лучше, чем у меня…»– невольно закусив нижнюю губу, девушка продолжала увлеченно разглядывать пришельца.

Тем временем он что-то обсуждал с подчиненным, внимательно прислушиваясь к шепоту. Юноша кивнул головой в направлении Саши, и мужчина посмотрел на нее через плечо.

Его словно сделанное умелым скульптором мужественное лицо предстало взору девушки. Оно было смуглое. Аккуратные прямые светлые брови, небольшие зеленые глаза, смотревшие с легкой заносчивостью, крепкие скулы, прямой нос. Четкий контур губ и немного выступающий подбородок делали его еще привлекательней. Его глаза встретились с Сашиными, и девушка ощутила, как мурашки побежали по всему её телу, а кровь словно отхлынула от лица к макушке и ушам, наполняя их невыносимым жаром.

Но на его прекрасном лице не возникло каких-либо эмоций, он смотрел на Сашу, как будто она была частью интерьера.

От этого взгляда ей стало не по себе, и, смущенно отвернувшись от мужчины, чувствуя, как лицо начинает гореть, она вернулась к стоящей на столе кружке с напитком. Глубоко вздохнув, взяла ее в руки и втянув долгим вдохом приятный запах облепихи и меда решила попробовать.

Краем глаза она заметила, что «красавец» скрылся в дверях служебного входа.

«Да и ладно… Не очень-то и хотелось…»

Напиток приятным теплом растекался по телу, даря умиротворение и домашнее тепло.

Решив устроиться поудобнее, она откинулась на спинку стула и невольно обратила внимание на выложенный серо-бежевой плиткой пол. Он слегка качался перед глазами, окружающее же ее пространство потихоньку становилось чуть ярче, а звуки чуть глуше.

– Хм, с алкоголем что ли? – подняв от удивления бровь, Саша, взяла в руки кружку, стала разглядывать содержимое. Отпив еще немного странного напитка, она задержала его во рту, но ничего алкогольного не почувствовала. Только легкое пощипывание кислинки на языке.

«Интересно, может, показалось или от усталости…»– подумалось ей.

Она подняла глаза на юношу за стойкой, но вместо него увидела размытый движущийся силуэт.

«Что происходит?» – с ужасом подумала она, но мысли словно повисли в воздухе, а голова стала, совсем чужой. Выронив кружку, уперлась рукой о столик и попыталась встать, но ноги ее не слушались.

– Прошу спокойней… – раздался голос студента.

Попытавшись сфокусироваться на стоящей рядом размытой серой фигуре, Саша устало закрыла глаза. Хотела попросить помощи, но язык не слушался её. Вместо слов, она смогла только сдавленно прохрипеть что-то невнятное…

– Странно, пропорцию я рассчитал верно… ну взял чуть больше, чем надо для твоего веса… – вслух рассуждал юноша. – Но так не должно было получиться…

Девушка не понимала, что происходило дальше: она словно была на грани яви и сна.

Появлялись какие-то размытые картины из прошлого, а потом вновь бежевый фон и светлый овал с коричневым ореолом. Вот она подбегает к родителям в белом платьишке с черным горошком – и вновь мутная картина, в бежево-коричневых пятнах. И снова улыбающиеся любимые лица, а в ручках кто-то скребется. Но семейный фильм о счастье снова поставили на паузу и опять поплыли размазанные лица из реальности.

Студент, сидящий рядом, недоумевая, смотрел на происходящее с посетительницей. Лицо девушки то становилось безмятежным и светлым, то искажалось гримасой боли и тоски.

Неожиданно служебная дверь распахнулась с громким отзвуком ржавых петель.

– Сссюююдаааа, ко мнееее… – раздался из другого помещения убаюкивающий мужской голос.

Посетители послушно встали и, немного погодя, медленно пошли на зов, к двери.

Саша сползла со стула и, оказавшись на полу, взглянула вокруг невидящим взором. Ей казалось, надо просто потерпеть и морок, надвинувшийся на неё, отступит и все будет, как прежде.

– Господин, я переборщил с зельем, одному из сосудов не встать! – виновато крикнул он.

– Тащи её сюда, Остей. Я с тобой потом поговорю, – раздался громогласный мужской голос.

Парень, закусив нижнюю губу, нервно сжимал и разжимал пальцы рук. Набрав в легкие побольше воздуха, он решительно наклонился к девушке и, подняв ее на ноги, поволок к служебному входу.

– Сссюююдаааа, ко мнееее… – раздался вновь мурлыкающий голос.

Посетительница то шла сама, то норовила присесть на корточки, цеплялась руками за стойки столиков. И с каждым переходом из одного состояния в другое вздрагивала всем телом и издавала стон.

– Из-за тебя у меня будут большие проблемы… – тяжело дыша, шептал ей юноша сквозь зубы, – Моя наставница останется недовольна тем, что я ее подвел перед этим слизнем… Все шло как по маслу, все сработало – вот нужно было тебе сюда явиться? – продолжал пыхтеть студент пытаясь тащить Сашу. – Ну ничего шагнем через портал и о тебе никто не вспомнит.

Но вот бежево-коричневый цвет картины сменилась на серо-черный с желтым пятном. В нос ударил запах сырости и пыли. Детские воспоминания отступили, а серо-черная мазня начала приобретать четкость. Желтое пятно, поднимаясь снизу, понемногу становилось все ближе и ближе. Стараясь сфокусироваться в краткие мгновения просветления, она поняла, что паренек завел ее в узкое длинное помещение, скованное полумраком. Единственным источником света было то самое пятно, которое начало приобретать форму старой масляной лампы.

– Почему именно этот мир? Что в других не было сосудов? – продолжал возмущаться паренек – Побыстрее бы это закончилось… Да шагай уже…

Самостоятельно Саша не могла сделать и шага – во время возвращения в реальность на нее наваливалась невероятная слабость. Не давал ей упасть только некогда приветливый, а теперь раздраженный студент.

Все посетители собрались в этом узком помещении и чего-то ждали. Картинка становилась понемногу все четче и четче. Слышался чей-то шепот. Кто-то вздыхал и всхлипывал. Было душно и мрачно.

Неожиданно из полумрака показалась огромная бежево-белая ладонь с зеленым рисунком и длинными когтями. Только тогда Саша заметила что-то огромное в тени, но разглядеть не смогла.

Коснувшись стены, огромная рука отстранилась и с серых кирпичей стала сыпаться пыль. Кирпичи, составлявшие стену, начали трястись и крошиться. Словно лавина из серого песка, они стекали на пол. В стене образовалась дыра.

– Сссюдаааа…– раздалось шипение и люди, словно завороженные, стали заходить в эту пропасть.

К тому времени, когда у ямы оказался последний из стоявших перед ней людей, Саша почувствовала, что кружение в голове стихает, расплывающиеся пятна обретают контуры; в перерывах между воспоминаниями она увереннее стоит на ногах.

Осознав, что посетители куда-то пропадают, и прислушавшись к гневному бормотанию некогда милого студента, она остановилась.

– Ну иди уже, ты следующая, – тихо ругаясь, подталкивал её к краю ямы темноволосый юноша.

– Отвали! Я тебе не кобыла, что бы нукать! – из девушки вырвалось, наконец, ругательство. И, отпихнув оппонента, она нечаянно попала локтем ему в лицо, но тут же, вновь замерев, сделала послушно пару шагов вслед за предпоследним одурманенным.

Тень обратила свой холодный взор на происходящее.

Остей, придерживая разбитый нос, промычал что-то нечленораздельное и ринулся к девушке. Взяв за плечо, он развернул ее к себе лицом и замахнулся для удара.

Очень своевременно Саша вновь пришла в себя и, заметив занесенный для удара кулак, дернулась в сторону. Студен, промахнувшись, потерял равновесие и повалился вперед, сшибая с ног идущего перед ним. Последнее, что девушка успела заметить, перед тем как застыть в беспамятстве, как они вдвоем влетают в зияющую дыру.

Тень, шурша по каменному полу, ползла от своего укрытия поближе к посетительнице. Склонившись, она стала шептать, и на хрупкое плечо в лимонной куртке упали длинные белые локоны, покрытые чешуйками.

– Иди, вперед.

Саша, оцепенев от страха, боялась сделать вдох. Она не чувствовала тепла от нависшего над ней живого тела, словно за ее спиной выросла стена.

«Что это…?» – стучало в висках от испуга. Боясь обернуться и посмотреть назад, девушку начало колотить от страха. Казалось, она никогда больше не сдвинется с места. – «Это не взаправду» – стала убеждать себя Саша…и неожиданно сделала пару шагов, как приказало нечто.

– Не хочу… – прошептала девушка неизвестному и из глаз потекли слезы. Она зарыдала, сотрясаясь всем телом. Тень, замерев за спиной, продолжало ласково уговаривать жертву, чтобы та двигалась к проходу в стене.

– Нееет… – сдавленно проговорила девушка, – Не надо, прошу.

Реальность становилась все ощутимее и страшнее. Чудовище тянуло к Саше бледные серые пальцы.

– Не бойся… – шептало оно. Но от этого шепота становилось жутко и холодно. Казалось, там, куда оно звало, ждёт сама Смерть.

– Не хочу…– сдавлено прохрипела Саша.

Когда осталось сделать только шаг, слезы, стекавшие по лицу, стали сильно жечь кожу. В груди почувствовался толчок, от чего перебило дыхание. Сознание девушки стало мутнеть и неожиданно против своей воли она произнесла что-то нечленораздельное грудным голосом и шагнула в пустоту.

***

– Стой!!! – завопил кто-то громогласно и попытался схватить беглянку за руку, но в бледных пальцах с длинными когтями остался только воздух – в комнате никого не оказалось. Проклятье! – прогремело в пустоте, а в ответ лишь посыпалась пыль с потолка.

Разбив лампу, огромное существо, похожее на змея, при свете редких всполохов вырвавшегося на свободу пламени быстро поползло в проход в стене. Оказавшись в месте, где царила ночь, оно стало оглядываться. Свет факелов освещал новоприбывших. Среди них девушки не было.

– Что за черт? Куда она подевалась? – проговорил монстр, озадаченно разглядывая новые сосуды.

Среди похищенных людей находилось змееподобное существо. Оно было огромным, ростом почти с двух мужчин. Верхняя часть туловища, до пояса, была похожа на человеческую, а нижняя – на змеиную. Немного вытянутое лицо отдаленно напоминало лик красавца из кафе. Но было крупнее и жестче, с более тонким носом и крупными глазами. Белоснежные волосы, поверху стянутые в мелкую косу, оголяли заостренные уши. Сильный торс бугрился от мышц. Лицо, шея, грудь, живот и вся передняя часть хвоста были покрыты бело-серой чешуей. Остальную площадь его огромного тела, включая руки, покрывала зеленая чешуя с белым рисунком и черными пятнами.

Юноша, в сером дуплете, подбежав к змею и зажимая нос окровавленной рукой, стал гнусаво и невнятно говорить:

– Госьподин Сзаалтис, я нэ ожидал… таково поворота, эта дэвушка … каким-то образомь не польностью … поддалась дюрману.

– Или ты что-то перемудрил! – взяв за грудки паренька огромной ручищей, существо подняло его на уровень своих глаз и прошипело сквозь острые зубы. – Чему тебя учили, недоросль?!

Остей с ужасом посмотрел в огромные зеленые глаза с вытянутыми зрачками. Он никогда не видел командира в гневе и сейчас очень опасался не столько за свою службу, сколько за жизнь. Увидев ужас в глазах мальчишки, Залтис осознал, что вышел из себя, чего не позволял себе многие годы.

– Нет, нет, все пыло пвавильно, я даже чуть повьфе, чем навсо для ее массы, всял. Она долфна пыла спокойно сзапыца… – начал тараторить юный маг, крутя головой в поисках девушки. –А… хдэ онаа? – не увидев причины своего беспокойства, спросил он.

Раздался топот и клацанье металла. К только что прибывшим бежали люди в кожаных доспехах с вставками из металлических пластин.

– Господин Залтис! – склонившись, поприветствовали они огромную фигуру.

Змей разжал пальцы и выронил паренька из рук, отчего тот, не слишком удачно приземлившись на ноги, жалобно завыл. Не обращая внимания на вопли, Залтис повернулся к подчиненным и поприветствовал их кивком.

– Поместить сосуды в подземелье! – отдал он распоряжение и краем глаза заметил, что Остей держится за ногу и жалобно скулит. Махнув рукой в сторону паренька, добавил – И отведите его к лекарю.

– Хосподин, я не мог осипиться, пхосу, выслусайте! У нее пыла почти такая ше доса, как и у остальных! – кричал обреченно Остей. – Услысьте меня, пхосу!

Но Залтис не хотел ничего слушать. Он был взбешен, хотя внешне выглядел абсолютно невозмутимым. Его голова была забита вопросами, на которые ему хотелось, как можно скорей найти ответы. Повелитель точно с него спросит за пропажу одного сосуда.

«Но как?» – всматриваясь в голый кусок земли, спросил он у пустоты, обращаясь мысленно к беглянке, вспоминая ее лицо, по которому сочились черные слезы.

– Вирбун! – подозвал он стоявшего неподалеку солдата.

Это был средних лет крепкий мужчина, в рассвете сил с одним незрячим глазом и трехдневной бело-рыжей щетиной.

– Отправляйся обратно в портал и забери все вещи, что найдешь в трапезной. Тихо и незаметно, там сейчас начался пожар, постарайся успеть, – наклонившись как можно ближе отдал приказ подчиненному змей и вновь открыл проход.

Прибывшие сосуды и юношу в сером дуплете солдаты поспешно утаскивали в сторону замка. Остей всё еще умолял его выслушать и даже начал рассказывать несшему его солдату точный рецепт дурманящего снадобья. Паренек понимал, что подвел ненаглядную главу своей гильдии и всячески хотел очистить свое и ее имя.

Когда крики, наконец, стихли, Залтис устало потер бледными пальцами переносицу, чуть сгорбился, ощущая усталость в спине, и подтянул поближе к себе хвост. Зеленая с черным в белой окантовке рисунком чешуя влажно поблескивала в свете факелов.

…В темной пустоте прохода злобно и заунывно задувал ветер, а время, казалось, тянулось неимоверно долго. Две луны, горевшие белым светом в начале похода, устало освещали замок и расположенные за его пределами поля. Ночь близилась к концу. Сестры одарили путников богато, но взамен решили взять свое. Чувствуя, что за этот обмен придется ответить перед хозяином, мужчина в обличии зверя нервно сжимал кулаки. В эти басни правитель вряд ли поверит. Но, что произошло на самом деле, Залтис не знал, и не догадывался о том, что в его охоту вмешались высшие силы.

…Послышался шумный прыжок совсем рядом, и змей, открыв глаза, оглядел появившегося мужчину. Вирбун был цел, но принес с собой сильный запах гари. В руках он держал многочисленные сумки и рюкзаки.

Господин ухватил за черную лямку одного из рюкзаков, на котором красовались значки в форме детских самолетиков. Запустив серо-белую руку в поклажу, он извлек оттуда черную шапку и стал вдыхать аромат владельца.

Солдат не проронил ни слова, он только послушно стоял рядом и ждал дальнейших указаний.

– Да, это она… -задумчиво произнес монстр и, заметив окрашивающийся в светло-синий цвет горизонт, махнул рукой, закрая портал. – Отнеси остальные вещи в подсобку на тюремном уровне.

Воин, ни о чем не спрашивая, кивнул в ответ и стремительно удалился в сторону замка. Залтис же, так и не вернув себе человеческий образ, медленно пополз следом за подчиненным, оставляя после себя широкую полосу примятой редкой травы, все больше и больше погружаясь в свои мысли.

Глава 2. Другая реальность

Среди многочисленных упирающихся в небо деревьев громоздились валуны. Одни были небольшого размера и округлой формы. Другие же походили на колоны, словно кто-то долгие годы шлифовал их бока. Но все эти камни объединяли начертанные неизвестной рукой символы.

Облаченные в глухие одежды с капюшонами люди бродили по странной поляне, то исчезая за камнями, то появляясь вновь. Они что-то пели, и звуки, издаваемые ими, заглушали раздающиеся неизвестно откуда женские стоны.

В центре рядом с огромным костром лежала женщина, у которой принимали роды. Темно-серое лицо её мучительно кривилось от боли, бледные губы потрескались, руки царапали траву, словно искали опору.

Раздался плачь ребенка, и все затихли. От группы отделились двое неизвестных в плащах, один из них нес сделанный из кристалла кинжал, второй принял из рук повитухи плачущего ребенка.

– Нет! – прокричала женщина, и в попытке дотянуться до дитяти рванулась с земли, но тут же сжалась от боли.

Мужчина, державший живой сверток, лишь отстранился от матери. Мягко ступая кожаными ботинками по утоптанной высокой траве, он подошел к каменному столу и уложил младенца. Развернув одеяльце, жрец с черной ухоженной бородой хищно улыбнулся, всматриваясь в крохотное серое личико. Ребенок продолжал плакать, сжимая маленькие кулачки и прижимая все сильнее к себе ножки. Легкий порыв ветра уронил на слипшиеся черные волосики с редкими белыми прядями мелкие листочки и пыль.

Взяв кинжал у напарницы, мужчина начал что-то шептать, а рука его медленно заносила над крохотным тельцем оружие. Ребенок замолк и разомкнул веки. Совершенно черные глаза смотрели на острие кинжала.

Увидев необычность младенца, палач ликующе рассмеялся и приготовился опустить руку.

Его заставила остановиться неожиданно упавшая на стол соратница, из спины которой торчала дрожащая стрела. Человек с кинжалом вскрикнул, началась суматоха. А из чащи леса на поляну выбегали фигуры в зелено-бежевых одеждах с оружием в руках готовясь напасть на жрецов.

Неожиданно перед лицом появился женский образ темно-серого цвета, с такими же, как у младенца, черными глазами -… и Саша проснулась.

Увидев ясное синее небо с медленно плывущими по нему редкими облаками, девушка поморгала, и, отгоняя дурной сон, тряхнула головой. Голова тут же отозвалась пульсирующей болью.

– О, Боже, за что?… – прошептала девушка и стала тереть веки. Это не принесло облегчения: перед глазами поплыли ярко-оранжевые круги, к горлу подступила тошнота. Пришлось некоторое время просто полежать с закрытыми глазами, ни о чем не думая.

К реальности её вернули непривычные звуки. Пели какие-то неведомые птицы и голоса их никак не походили на те, к которым привыкла Саша. Замерев от неожиданности и удивления, она приподнялась на локтях.

Восхищенными глазами девушка осматривала незнакомую ей местность. Вокруг росли огромные деревья и кусты. Легкий ветерок гулял по зеленой сочной листве и траве. Сквозь кружево раскидистых крон деревьев светило яркое солнце, раскрашивая лесной полог золотыми пятнами.

«Что за шутки! Где я? Это сон?» – начала рассуждать девушка, но неожиданно подкатившая тошнота прекратила все ее мысли. Не в силах сдерживать содержимое желудка, она подалась в сторону и облегчила свою участь, сгибаясь в три погибели.

Восстановив дыхание, Саша стала убирать прилипшую к лицу прядь и – застыла. Кожа на ее руках была темно-серого цвета, а пальцы заканчивались длинными острыми ногтями, покрытыми почти черным цветом. Черные волосы, лежавшие в ладони, перемежались редкими белыми прядками.

– Что я пила? – вслух спросила она саму себя и уселась удобнее на траву.

Дернув себя за локон, девушка почувствовала боль.

– В черный? Зачем в черный? – она решила, что вчера была настолько пьяна, что назло всему миру покрасила волосы да ещё таким странным образом. – А что с моей кожей? Она, задрав рукав, попробовала отскоблить серый макияж с предплечья. Но тон не сходил, хотя Саша старательно тёрла её длинным ногтем.

– Пффф, здорово… И как это смыть? А ногти…замечательно! – пробормотала ещё более удивленная девушка, рассматривая специфический маникюр.

Сняв с кисти резинку, она попыталась собрать волосы в хвост, но, дотронувшись ладонями до ушей, невольно вскрикнула и ещё шире распахнула глаза. Лицо её свело от напряжения, а дыхание участилось.

Любительница необычных напитков стала аккуратно ощупывать пальцами уши, надеясь, что ей всё просто показалось. Но очень быстро поняла: изменения произошли во всем, и даже уши поменяли форму.

– Они длинные и острые?! – срывая голос, воскликнула она и больно прикусила нижнюю губу. – Ммнн…

Трясущейся рукой прикоснулась к взорвавшейся болью губе и почувствовала подушечками пальцев заостренные нижние зубы. Девушка резко отдернула в испуге руку и ощутила дикую пляску сердца. Что это? Саша ущипнула себя за руку. Боль появилась, но ничего не изменилось. Значит, не сон?

– Так, либо это чья-то шутка! – начала она кричать кому-то в лес. – либо я сошла с ума… – шепотом договорила она и уставилась на свои серые с черными полосами ладони.

Раздавшийся где-то рядом шорох заставил девушку вздрогнуть, и она молниеносно устремила взгляд в сторону звука. Что-то опять послышалось, но уже с другой стороны. Однако кроме кустарников и деревьев она ничего не увидела.

– Не хватало, чтоб меня еще что-то сожрало здесь, – вспомнив самые нелепые картины из фильмов ужасов, связанные с лесом, подумала девушка.

Судорожно втянув воздух в легкие и собрав объемную копну волос в хвост, отчего резинка затрещала, владелица лимонной куртки поднялась на ноги и, пошатываясь, отправилась искать тропинку, всматриваясь в зеленую массу из листвы и травы.

В голове жужжал рой мыслей, но ни одна не помогала объяснить происходящего. Пытаясь вспомнить, что было вчера, удивленная путешественница сосредоточенно смотрела себе под ноги. Но подкативший к горлу комок заставил остановиться и согнуться в три погибели.

«Вода, тебе нужно пить,– моментально пронзила голову мысль. – Надо найти ручей».

Саша стала прислушиваться, внимательно вглядываясь в пейзаж. Однако ничего не могла уловить, кроме шелеста листьев и скрипа стволов.

«Стоя на месте, делу не поможешь,» – прозвучал в голове голос.

– Верно, – ответила она себе и, ссутулившись, стала медленно, неуверенными шагами двигаться к лесу, лихорадочно вздрагивая от охватившего всё тело холода и кутаясь в лимонную куртку. Ботинки были совсем сырыми внутри, а развязавшиеся шнурки волочились по траве.

***

В мрачном, сыром коридоре, где никто не отважился бы разгуливать, резко скрипнула тяжелая дверь, и в эту неприветливую атмосферу вошел седовласый мужчина, одетый в зеленую рубаху, поверх которой крепился железный нагрудник серебряного цвета. Свободные брюки темно-зеленого цвета были заправлены в мягкие сапоги. На кистях до локтя сидели туго зашнурованные кожаные наручи. За спиной развевался красный плащ из плотной ткани. На поясе же, в ножнах висели меч и несколько кинжалов. Волосы цвета стали служанка убрала в тугую косу, обнажив заостренные уши хозяина.

Мужчина торопливо шел в дальний угол коридора. Его прекрасное лицо выражало напряжение и раздражительность. Но, оказавшись у массивной деревянной двери, красавец словно надел маску: чувства исчезли, сменившись полнейшим безразличием.

Он протянул руку, чтобы постучать, но дверь сама отворилась.

– Входи! – раздался уставший мужской голос.

Послушно войдя в темную комнату, Залтис остановился у высокого кресла перед камином. Свет огня от зажженного камина плясал на стенах, бросал красные отблески на обивку мебели. На мягких подушках в небольшом кресле сидел пожилой человек. На нем была надета черная мантия, с золотым узором на груди и плечах. Богато украшенные кольцами костлявые пальцы выглядывали из длинных рукавов. Тяжелый медальон из черного камня, инкрустированный золотыми символами, лежал рядом с малым кубком на небольшом столике. Лицо старика, обрамленное редкой длинной бородой, казалось измученным и сонным.

– Прошу прощения, повелитель, – почтительно склонившись, отчего коса соскользнула со спины на плечо, обратился змей к старику. – Избранных доставили в темницу плача…

Повелитель прервал его нетерпеливым жестом поднятой руки.

– Сколько? – прохрипел он.

– Восемь душ,– ответил спокойно мужчина.

– А где десятый? – скосив холодные мутные глаза на подчиненного, с нажимом спросил старик.

– Сбежал, – склонив голову, признался Залтис и напрягся в ожидании наказания, понимая, что его не просто так посчитали. Но… ничего не произошло.

В кресле сидел повелитель замка и здешних земель по имени Золтак, но народ, находящийся за границей болотистых земель, называл его Тираном. Он больше 2 веков правил этими землями. Жизнь и молодость ему поддерживали магические существа – сосуды. Слабых и средних он выборочно сортировал и мог или оставить в подчинении, или же опустошить. Сильных же старался сразу поглощать.

Одним – единственным сильным существом, которого он не решался трогать был змееоборотень, который в данный момент склонился перед ним в человеческом обличии. Он оставил его при себе на непредвиденный случай. Залтис еще юношей сам пришел к нему много лет назад. Повелителю понравился талантливый молчаливый паренек, и он оставил его у себя в служении.

Для жителей своих земель он создал красивую легенду о магических существах, которой они верили.

По указу правителя земель Урпаласа магическое существо или любой другой субъект обладающей магией следовало незамедлительно доставить в замок, ибо способность творить необъяснимые вещи истощало субъект и тот мог себе и другим навредить. Оных отправляли на обучение и в дальнейшем на пожизненное служение в замок или в иные земли на пользу правителю. Их не следовало бояться и сторониться, ибо они такие же живые существа, на долю которых выпал злой рок судьбы.

Истину знали только самые приближенные. А мертвые тела опустошенных сосудов выдавали за неудачное обучение.

Естественно Золтак был осторожен и брал сосудов ровно столько сколько бы хватило на десять лет жизни и везде в разных местах.

– Как это стало возможно? – чуть нахмурившись, спросил Золтак.

– Из-за ошибки Остея. Сосуд не полностью поддалась дурманящему зелью и оказала сопротивление во время подготовки к переносу. Перед самым переходом она произнесла слова на древнем диалекте, что могло повлиять на изменение точки прибытия. Ее перенесло за пределы территории замка. – подытожил Залтис.

– На древнем диалекте…– потирая подбородок с редкой растительностью, медленно анализировал владыка земель. – Девушка…

Неожиданно он вскочил на ноги и с горящими глазами, улыбаясь, замер, устремив взор на книжные полки.

– Ты понимаешь, что это значит? – хозяин радостно потирал руки. – Остей не совсем дурак, если только Аргиопа его не перехвалила… Но остальные же поддались дурману? – спросил он у змея, на что тот согласно кивнул.

– И твои умения также на высоте. Ты заставишь даже палача поверить, что ты его дочь. Поменять точку прибытия… – рассуждал вслух владыка и, подойдя к камину так близко, что от мантии стал исходить пар, прошептал еле слышно: – Неужели моим страданиям настал конец?

В комнате повисла тишина, которую нарушали только изредка потрескивающие бревна.

Тиран вернулся из мира своих размышлений и, оторвав взгляд от огня, поднял морщинистую руку и взглянул на нее, подсвеченную пламенем камина.

– Найди мне этот сосуд целым и невредимым! – сжав ладонь в кулак, отдал приказ господин. – На нас сейчас нападет только полный дурак, а соседи хоть умом не блещут, но жизнью дорожат. Изменники пока тоже затихли в своих лесах. Можешь пока оставить свои обязанности военачальника.

Залтис тихо кивнул и, встав на ноги, повернулся на носках кожаных сапог. Он поспешил удалиться из комнаты, не проронив ни слова.

– Только невредимой! – повторил свои слова Тиран и уселся в кресло.

Послышался скрип закрываемой двери, и хозяин вновь вернулся к своим мыслям.

***

Облизывая сухие губы, девушка продолжала бродить по лесу в поисках воды.

Изнывая от жары, она давно сняла пуховую куртку и завязала ее на поясе. Жаль, что ботинки нельзя было также снять: Саша боялась ступать босой ногой по неизведанной местности. Кто знает, какие сюрпризы готовит ей здешняя земля!

Перестав совсем смотреть по сторонам, бестолково двигаясь по лесному массиву, она не обратила внимания на торчащие корни поваленного дерева, за что и была наказана. Грохнувшись на редкую траву и растянувшись в пыли, девушка мысленно сдалась и не пожелала подниматься. Будь, что будет!

Закрыв глаза от безысходности и оставив все попытки хоть что-то сделать, Саша бездумно лежала на земле. И вдруг услышала такой замечательный, такой долгожданный звук! Приподнявшись на руках, девушка увидела впереди себя низинку, вдоль которой росли небольшие растения, похожие на папоротники.

Собрав все силы, бедняга поднялась на ноги и – увидела в этой нише играющую солнечными лучами воду. Забыв обо всем, она рванулась к искомому источнику и, неуклюже плюхнувшись в воду, стала черпать ладонями желанную влагу. Пила жадно, быстро, еле поспевая дышать…

Наконец, напившись, Саша умылась и с наслаждением опустила уставшие до предела босые ноги в холодную воду.

– Сссс… хорошооо…– ощущая спасительную прохладу, она блаженно заулыбалась.

– Сссюююдаааа, ко мнееее…– неожиданно вспомнились ей затягивавшие в какой-то омут слова, и она стала припоминать вчерашний вечер. Но вновь неожиданно течение ее мысли перебил раздавшийся рядом хруст ветки.

Открыв глаза в испуге, девушка увидела совсем рядом невысокого человека. Он был похож на милого сказочного персонажа. Большие добрые глаза зеленого цвета, открытые навстречу всему миру, пухлое круглое личико. Кудрявые светло-каштановые волосы… Если бы не густая короткая борода, то Саша решила бы, что перед ней стоит ребенок. На его пухленькое тельце была надета коротенькая курточка из плотной шерсти. Края рукавов и подола рассыпались от долгого ношения. Из-под курточки выглядывала бежевая рубашка с хлипкой шнуровкой. Образ завершали короткие темные бриджи, тоже сильно поношенные и обтрепавшиеся понизу. На ногах красовались протертые кожаные ботиночки. В руках человечек держал деревянное ведро.

Поняв, что ее также пристально рассматривают, Саша, немного смутившись, вытащила ноги из воды, поднялась во весь рост и стала оглядываться по сторонам.

– Шелиин?– неожиданно спросил маленький человек.

Девушка вновь обратила свой взор на пришельца.

– Шелиин? – повторил он, выговаривая слово медленнее и поставив ведро на землю.

Саша, собрав брови на переносице, состроила гримасу непонимания.

– Скоганд, паардурспирэ, фора спио? – продолжал он с надеждой, но девушка продолжала на него недоуменно смотреть.

– Кхм… – прочистил горло мужчина с детским личиком.

Уперев руки в бока, он посмотрел на землю и стал что-то обдумывать. Тем временем Саша медленно потянулась за своими зимними ботинками.

Вдруг малыш неожиданно махнул рукой и потянулся к веревке на шее. Саша рассмотрела, что на конце её был закреплен острый клык небольшого размера.

«Что это? Оберег? Или сигнальный свисток?» – размышляла девушка, надевая ботинки. Мужичок же начал что-то торопливо шептать в ладони, где лежал клык. Неожиданно его маленькие ручки засветились желтым светом и послышались множественные шептания. Казалось, все деревья завели между собой тихий разговор. От ладошек отделилось облачко и быстро упало на Сашино лицо.

Растерянная и напуганная, она грохнулась наземь и стала торопливо снимать с лица этот дым, словно избавляясь от паутины. Но оно рассеялось так же быстро, как и появилось.

– Ты обалдел!? Что это было? – возмущенно закричала девушка и, вскочив с земли, сделала шаг вперед, сжав кулаки.

– О, теперь ты знаешь наш язык! – радостно заулыбался бородач, но увидев, что собеседница не рада такому повороту, развел руками и обеспокоенно начал объяснять: – Я прошу прощения, это было заклятие «слова». Мой народ владеет многими языками, и мы можем помогать другим существам в их познании…

– Что за бред…? – оборвала Саша речь незнакомца. Тот испуганно замолчал на полуслове.

Наконец, рассмотрев стоящее перед ней существо, она шумно выдохнула и, расслабившись, опустила плечи:

– Кто ты такой?

– Меня зовут Навной, – после минутной паузы представился мужичок. – Я не имел права без твоего согласия использовать заклятие. Но ты все равно бы ничего не поняла, даже если бы я его у тебя спросил. – продолжал оправдываться он.

– Заклятие? – переспросила недоуменно девушка. – Что ж, мило. Я, кажется, совсем с головой дружить перестала…

Она размышляла вслух, обращаясь к незнакомцу, но видя, что толстячок не понимает ее возгласов, решила подыграть. – Саша, меня зовут Саша.

Навной кивнул в знак приветствия и, взяв в руки ведро, стал черпать воду из ручья.

Внимательно следя за гостем, девушка буквально дрожала от нетерпения и раздражения. Ей хотелось встряхнуть этого маленького человечка и выудить всю информацию, но что-то сдерживало ее.

– А что ты спрашивал в начале? Ну, до того, как я начала тебя понимать? – решила восстановить беседу с загадочным собеседником Саша.

– А, это. Не Дух ли ты леса? – пояснил мужичок и поставил полное ведро на траву.

– Кто?! – непроизвольно вырвалось у Саши, и лицо исказила гримаса непонимания и презрения.

– Ну, лесной житель. Ты очень на них похожа, я только одну видел, и то когда в лесу заблудился. В нашем гадюшнике одни только пикси из вашего лесного пантеона… – сказав эти слова, он съежился, и его доброжелательное лицо неожиданно побледнело, в глазах мелькнула тень страха.

– О боги! Беги, прошу! – вдруг начал паниковать маленький человек. – Прошу, убегай обратно в лес, скорее… – перебежав через ручей, толстячок начал разворачивать и подталкивать девушку вон.

– Да, что ты творишь? Что за бред сумасшедшего?… – возмутилась было пораженная таким напором девушка.

– Так, так, так, наш крепыш нашел занятный экземпляр, – послышался скрипучий голос из-за кустов, где ранее стоял Навной.

Саша, повернув голову, увидела троих странных персонажей. Их одежда была такой же потрепанной и давно выцветшей, как у Навноя. Узкие вытянутые лица с крысоподобными чертами внушали отвращение. Маленькие глазки, массивные длинные носы, выдающиеся вперед подбородки и тонкие губы, едва прикрывавшие большие желтые зубы, заставили девушку передернуться от гадливости.

Такого реалистичного грима она никогда не видела. Но их стремительное приближение заставило ее насторожиться.

– Господа! У меня нет настроения на розыгрыши, – сказала, усмехнувшись, Саша и начала пятиться прочь от ручья.

– Да провалиться мне на месте, семерида! – высказался один из них, пропустив мимо ушей просьбу девушки.

– Да ну, не верю… – отозвался возмущенно заходящий сбоку гость. – Она какая-то бракованная! У тех волосы зеленые и кожа цвета земли.

– Да какая разница, их что часто видели, может она с других земель…

– Семе… кто? – состроив гримасу непонимания, переспросила она, продолжая, пятиться.

– Куда же ты, милая? – спросил один с крысиной мордой. – Пришла к нам в гости и уже собираешься уходить? – подходя все ближе к девушке, гадко ухмыляясь он.

– Ребят, ну на самом деле… Хватит. Шутка сыграна хорошо. Все посмеялись. Костюмы меня впечатлили, – с тревогой сказала Саша, глядя то на Навноя, то на новых гостей.

Но, вместо ответа, почувствовала резкую боль в голове – в глазах резко потемнело.

***

Подойдя с черным свертком к открытому месту за замком, седовласый мужчина остановился у небольшой проплешины на газоне. Была середина дня, и солнце начинало сильно припекать землю. Над редкой травой поднимался горячий, удушливый пар. Вдалеке, за стенами замка, на полях, фермеры заканчивали свою работу. Сюда долетали обрывки их разговоров да шум проезжающей мимо телеги. Сев на корточки, Залтис дотронулся рукой голой земли и стал что-то шептать. Как только он замолчал, под ладонью начала расти трещина.

Еще мгновение – и там, где только что была площадка сухой и пыльной земли, разверзлась черная дыра. Мужчина, не колеблясь, прыгнул в неё.

Он не догадывался, что из-за ближайшего угла здания его провожает холодный взгляд красно-карих глаз. Край красного плаща Залтиса уполз в пропасть. А загадочная женщина, скривив в ехидной усмешке накрашенные красной помадой губы, покинула место наблюдения и двинулась в замок, придерживаясь тени.

…Оказавшись в темной, влажной комнате, где недавно что-то горело, змееоборотень замер и стал прислушиваться.

С улицы доносились звуки работающей техники и людская брань. Чувствовался запах сырости и гари от которой скаблило горло.

Аккуратно отворив закоптившуюся дверь и выйдя из комнаты, он быстро оглядел пустой зал с большими окнами и стоящими рядами небольшие столики. На сыром полу виднелись многочисленные грязные следы от обуви. Покрытые масляной краской засаленные стены тускло освещались лучами едва проходящего сквозь погнутые жалюзи солнца. Поняв, что в зале находится один, мужчина закрыл дверь с оплавленной табличкой «служебный вход».

Вирбун догадался закрыть дверь, когда нагруженный сумками убегал из этого мира, и пламя не вырвалось наружу.

Темноту разрушил вспыхнувший в руке человека огонек. Смахнув пламя на пол, Залтис отошел к наименее закопченному углу и стал отстегивать плащ. Огненная лампочка с грязного пола продолжала послушно освещать небольшое помещение. Сложив плащ, нагрудник и меч в сухом углу, оборотень накинул на себя черный балахон, потом, подойдя к стене, прикоснулся к почерневшим кирпичам и, закрыв глаза, стал вновь что-то говорить. Облизанные когда-то пламенем кирпичи чуть шелохнулись, ссыпая с себя копоть. Вслушиваясь в доносившийся шепот стены, он искал нужные слова, те, которые произнесла сбежавшая девушка.

Раздался знакомый голос. Залтис, вздрогнув от неожиданности, открыл глаза и повторил слова, сказанные беглянкой.

Кирпичи стали вновь ссыпаться песком на пол, образуя проход в стене.

На лице седовласого мужчины появилась легкая улыбка, но лишь на мгновение. С серьезным видом он шагнул в пустоту.

Прошло несколько мгновений, и яркий свет заставил его прищуриться. В воздух, весело щебеча, поднялась стайка миниатюрных ярко-желтых птиц. Животные, похожие на очень худых косуль зеленоватого цвета, поспешили спрятаться от незваного гостя. Растительность в лесу и пробегавшая мимо живность ничем не отличались от тех, которые он привык видеть. Была почти середина дня – значит, портал открылся не на чужой планете и недалеко от владений Золтака.

Оглядевшись, змей заметил примятую траву: казалось, на ней кто-то лежал долгое время. Чуть дальше – сломанные молодые побеги кустарников. Все вокруг свидетельствовало о том, что девушка была здесь.

– Все будет намного проще, – тихо проговорил мужчина и, накинув капюшон черного балахона на голову, сломал растущее молодое дерево. Очистив ствол от веток, двинулся дальше в лес, ссутулившись и начав хромать.

***

Обрушившаяся на лицо холодная вода заставила Сашу проснуться. Вскочив и пытаясь продышаться, она стала сгонять пальцами воду с глаз.

– Подъем лесная гниль! – мерзко заскрежетал неизвестный голос.

Саднящая в затылке и разрывающая плечо боль в совокупности с уставившейся на неё крысиной мордой говорящего напомнили о произошедшем в лесу. Видно, один из троих зашел за спину девушке и оглушил ее.

Быстро оглядевшись, Саша поняла, что сидит в приподнятой над землей клети с деревянным полом.

– Какого черта?! – начала кипеть девушка, убирая мокрые пряди за острые уши. – Вы совсем больные? Как это понимать?! – схватившись за железные прутья, она продолжала злиться.

– Да мне наплевать, что ты там понимаешь. Ты теперь мой товар, замолкни, падаль! – сплюнув на землю, поставил точку в разговоре крысомордый и, развернувшись, ушел от клетки.

– Эй! Ты кого падалью назвал, ты, крысиное отродье?! – схватившись за прутья, закричала вслед уходящему девушка.

Поняв, что ее реплику никто не слышит и все её старания унес с собой ветер, Саша отошла от прутьев и начала мерить шагами пространство клетки, рассматривая щели в деревянном полу. Остановившись, постучала голой пяткой по доске.

– Крепкая зараза, – еле слышно пробубнила пленница.

– Да, выбраться из нее сложно, – раздался, знакомый юношеский голос поблизости.

Из-под клети, снаружи появилась голова мужичка.

– Навной! – узнав толстячка, подбежала поближе Саша. – Ты мне сейчас ВСЕ расскажешь! Какого лешего тут происходит?! За каким… кхм… на кой вы меня сюда посадили?! – присев на корточки спросила она, проглатывая вырывающуюся из уст ругань, и, прислонившись раненым плечом к прутьям клетки, взвыла от непереносимой боли. – Твою…!

Бородач обреченно опустил глаза и, глубоко вздохнув, ответил:

– Ты, на рынке контрабандистов. Прошу, не трогай, там жадный камень.

– Вы что обалдели?! – ошарашенно ответила девушка и попыталась развязать грязную от крови повязку. Но поняв, что любое прикосновение сопровождается невыносимой болью, оставила это дело. – Вытащите это немедленно!

– Увы, я не могу. Его уберет выкупивший тебя хозяин, – разведя руками, пояснил собеседник.

– Какой хозяин? Выпустите меня, вы знаете, какие у меня связи! Да вашу шайку к ногтю прижмут и упекут в тюрьму на долгие годы… – начала сочинять на ходу Саша.

– Да! Ты знаешь повстанцев? – взмолившись и обрадовавшись, спросил бородач.

– Да каких повстанцев? У меня связи с правительством, да меня губернатор в лицо знает! – продолжала гнуть свое девушка.

Но вместо испуга, который она ожидала увидеть, в глазах Навноя читалось полное непонимание.

Рядом послышался сдавленное фырканье – пленница, повернув голову в другую сторону, отпрыгнула в ужасе. В соседней клетке лежало на полу четвероногое создание, покрытое чешуей синего цвета. Его крупное тело было разрисовано изредка светящимися полосками. Животное заторможенно мотало вытянутой мордой, увенчанной клиновидным рогом. Оно вдыхало воздух влажными ноздрями и отмахивалось раздвоенным хвостом от назойливых насекомых.

– Что это? – теряя голос, спросила Саша.

– Мотура. Их полно в озерах, только поймать сложно, – махнув рукой, пояснил собеседник. – Подожди, ты его первый раз видишь? – наконец-то заметя неладное, переспросил мужичок.

Девушка медленно кивнула в ответ.

– Так ты не из нашего мира! – догадавшись, скрестил на груди пухленькие ручки бородач. – Но как ты сюда попала?

– Куда сюда? Ты о чем? – нахмурившись и подойдя поближе, спросила девушка.

– Ну, в земли Золтака, – пояснил Навной, но, видя непонимание в её глазах, продолжил. – Рафексы отлавливают живых магических существ, таких как мы с тобой, этот бедолага и другие, – кивая в сторону синего зверя. – А потом продают в таких вот скрытых местах.

Подняв голову, он описал круг носом, указывая на место, где они находятся.

– А на этих землях издан указ, что только подчиненные владыки могут нас сопровождать и ставить на путь истинный или ссылать на другие земли на работы во благо владыке. Остальным же запрещено на нас охотиться. За нарушение грозит серьезное наказание, вплоть до смерти. Но что не сделаешь ради денег, а кроме этого правителя, есть особи, которые не верят предостережениям. Они просто плюют в лицо закону, желая иметь диковинную зверюшку в своих покоях, – обреченно проговорил собеседник с нервной улыбкой на лице, странно жестикулируя на каждом слове.

– Пхахахаха! – сорвался истерический смех с губ Саши.

– Да тише ты!… – съежившись, замахал руками мужичок.

– О Боже! Сказочники… – восстанавливая дыхание и вытирая слезы, ответила, усаживаясь на пол клети девушка. – Так, еще раз. Каких там существ? И какой там правитель?

– Мне твоя реакция не понятна, – по-детски растерянно ответил бородач. – В твоем положении грешно смеяться.

– Да, да, простите меня, – с наигранной интонацией величия ответила девушка, но, заметив растерянность и даже страх собеседника, постаралась откинуть вырывающийся сарказм в сторону.

– Хорошо, допустим. Давай продолжим. Еще раз. Каких существ отлавливают и что за правитель? – на выдохе устало переспросила она. «Надеюсь, этот бред быстрее закончится если я подыграю».

– Эммм, ну это… кхм… это земли владыки Золтака. Они простираются от топей на северо-западе, где его замок, до великого обрыва на юго-востоке. Где-то семь дней ходу от края до края. Мы с тобой и все, кто сидит в клетках. – магические существа, – мужичок говорил медленно, стараясь, чтобы девушка поняла каждое слово.

– Господи! От меня несет как от собаки, – почуяв запах собственной одежды, с отвращением сказала собеседница – Может, хватит уже! Какой еще Зотак? Какое я еще магическое существо? Изуродовали черной краской мои волосы, ногти и непонятно, что сделали с кожей, подложив в придачу разукрашенную зверюшку! И думаешь: я поверю?! . – теряя терпение, возмущенно проговорила Саша, показывая на себя.

– Золтак, его зовут Золтак! – поправил Навной девушку. – Да никто тебе ничего не делал, ты – самое что ни на есть магическое существо, семерида, дух леса, одна из первых в вашей лесной рати. Младшие – вон они, – махнув рукой на стоящую через одну клеть с небольшими, похожими на детей, существами в ярких одеждах попытался объяснить собеседник. – Пикси!

Повернув голову, Саша проглотила язык от увиденного. Все это время она не замечала, что вокруг стоят далеко не пустые клетки, как ей показалось вначале. В одной из них сидели существа, не известные девушке. Ростом с двухлетнего ребенка, с большими глазами и длинными взлохмаченными волосами, из-под которых торчали острые уши, они отличались цветом кожи, глаз и волос. Кто-то имел бледно-голубую кожу, синие глаза и волосы; кто-то бледно-зеленую, кто-то серую, почти белую, желтую. Казалось, что в клетке сидят тропические птицы, а не маленькие люди. У всех на плечах виднелись такие же как у неё, кровавые повязки. Детские, чуть вытянутые лица были направлены в ее сторону. Они так же пристально рассматривали ее, как и она их. Саше стало не по себе, она потянулась к кончикам своих острых ушей и стала их нервно ощупывать.

– Что за чертовщина? – теперь уже шепотом спросила она саму себя, чувствуя легкую дурноту от происходящего. – Почему они так на меня смотрят? Чего хотят?

Навной ухмыльнулся, посмотрев на них.

– Потому, что ты их хозяйка. Семерида! Они надеятся на твою помощь. – сказал как очевидное бородач и посмотрел на пленницу распахнутыми от восхищения глазами.

– Что? Кто я – еще раз? – переспросила Саша, уставившись в пол и пытаясь выстроить логическую картинку. Но ничего не выходило. -Я – человек! А не какая-то там сенергида!

Она почувствовала наплывающую истерику. Голос начал срываться, ум отрицал увиденное и услышанное. Склонив голову к коленям и накрыв руками, она пыталась спрятаться от происходящего.

– Семерида, – опять поправил ее толстячок. – Эээ неее, люди выглядят совсем по-другому. Ты именно дух леса! Да ты на кожу свою и на зубы посмотри!

– Да бред! – взглянув на свои серые ладони, нервно отмела доводы заложница и, вскочив с места перебралась в противоположный угол, подальше от Навноя, и уставилась в деревянные пол.

– С чего начать- то?… – озадаченно проговорил мужичок и, подойдя поближе, стал оглядываться по сторонам.

– Давай я начну, а ты делай выводы сама. Хорошо? – спросил он у Саши, но, видя, что она молчит, решил продолжить. – Таких как ты, крупных представителей лесного пантеона, семь видов. Каждая обладает особым умением, в основном подчиняет свою стихию. Вы – как бы это верно сказать? – родились в них.

– В чем родились? – не выдержав, переспросила девушка.

– В стихиях, – повторил Навной, стараясь не обращать внимания на поведение собеседницы. – В воде и дожде, что питает лес. В камнях и земле, что дают ему жизнь. В ветре и воздухе, что поют лесу. В лаве и огне, что согревают и омолаживают. В снеге и льде, что горы стерегут. И в двух самых важных, что стоят над всеми. Это – жизнь и процветание, и смерть и разрушение. Ты – последняя. Тот болван был не прав, ты не бракованная. Они кроме лесных семерид больше никого не видели. А на человека ты не особо похожа, разве что только ростом. Существ с серой кожей немного в нашем мире…

– Навной! Где тебя носит? – прервал речь раздраженный крик откуда-то издалека.

– Ой-ой-ой, прости, я потом все объясню. Ты только камень не трогай! – заторопился мужичок, торопливо удаляясь от клетки и на бегу договаривая фразу.

Саша хотела огрызнуться в ответ, но вдруг ясно осознала, что она начинает верить в происходящее.

Все было реально! Постоянно пульсирующее от боли плечо и онемение тела от локтя до шеи. Сырой воротник свитера и прилипшая от жары к телу футболка. Ноющая боль в животе, затылке и пояснице. Болели ступни и ушибленная при падении коленка. Окружающие звуки, запахи и палящее по-летнему солнце. Все окружающее заставляло девушку поверить, что это не сон и не чья-то шутка.

Пустырь, размером с половину футбольного поля, жил своей жизнью. Куда бы, Саша ни повернула голову, везде стояли клети со странными созданиями. Изредка между ними ходили человекоподобные существа. Разные оттенки кожи, разные по форме лица и тела создавали впечатление, словно она попала на выставку фильмов и игр в стиле фэнтези. Но большинство составляли крысолюди – рефексы. Они, как надзиратели, расхаживали везде, скалясь и злорадствуя. Кто-то из них жарко спорил с посетителями, а кто-то развалился на скамье и, почесывая голое пузо, что-то потягивал из деревянной кружки, хмелея на глазах.

Почувствовав, что ее вот-вот хватит удар, пленница сняла жаркий свитер. Лимонная пуховая куртка и ботинки куда-то пропали. Они либо осталась в лесу, либо были утащены одним из красавцев, поймавших девушку.

– А я еще штаны хотела надеть потеплее, – прошептала она про себя, закатывая серыми руками джинсы, стараясь не обломать длинные ногти.

Время шло, оно казалось бесконечным. Солнце грело воздух, не щадя окружающих, отчего жутко хотелось пить, а рана на плече невыносимо чесалась, однако любое прикосновение к ней отзывалось острой болью. Каждый раз, обратив внимание на цвет своей кожи, Саша начинала тереть ее, намереваясь содрать краску. Но – безрезультатно: цвет оставался прежним, а кроме покрасневших царапин, на поверхности кожи ничего не появлялось.

Раз в час к клеткам подходили надзиратели, поднося большой черпак с водой на длинной деревянной ручке. Семерида, как и остальные пленники, с жадностью пила живительную влагу, несмотря на то что посуда прошла через многих. В середине дня, когда солнце, находясь в зените, стало совсем уж нещадно палить, крысолюди раздали черствые лепешки. Переползая с одного места на другое, Саша следовала за тенью, старательно пережевывая пресный хлеб, искоса поглядывая на заканчивающих свой обед пикси, которые начинали драться за остатки еды, как маленькие беспризорные дети. Проходящая мимо крысиная морда ударил палкой по железным прутьям.

– А ну заткнулись! – прикрикнул он на маленьких существ, обнажив кривые желтые зубы. Пикси, как стайка мышей, перепугано зашебуршались, а потом вдруг стали кривляться и кидаться на прутья клетки в сторону стражника с шипением.

Девушка усмехнулась, дожевывая последний кусок. Контрабандист, поняв, что его угрозы не воспринимаются, устало махнул и решил удалиться в тень одного из шатров.

– Какое у тебя странное одеяние, дитя, – раздался хриплый, но приятный голос совсем рядом.

Саша, повернув голову, увидела стоящего рядом с клетью сгорбленного человека в черном балахоне. Лица его плохо было видно. Из-под большого капюшона видны были только сморщенный подбородок, немного крючковатый нос и усталые, но такие притягательные зеленые глаза. Руками с распухшими костяшками пальцев, покрытыми тонкой, словно пергамент, кожей, незнакомец держался за длинную палку плохо очищенную от коры.

– Я не хотел тебя напугать своим безобразным видом, прости, милая, – сказал старик и собрался уходить.

– Нет, постойте! – умоляюще воскликнула девушка. Ей так не хотелось, чтобы он уходил!

– Своим безобразным видом меня пугают только местные бандиты, – проговорила она, стараясь улыбнуться.

– Эти-то? – спросил старик и махнул палкой в сторону сидящих за столами рефексов. – Сказать тебе честно, их я и сам побаиваюсь, – мужчина усмехнулся, но тут же зашелся жестоким кашлем.

Саше стало его так жалко, будь она не в клети, а дома, напоила бы старичка горячим чаем, а если надо, то и накормила бы.

На минуту эти мысли озадачили ее. Неужели она повела бы малознакомого человека к себе домой? Но мелькнувшая старческая улыбка и блеск зеленых глаз заставили забыть об этом.

– Такое прекрасное юное создание взаперти – это не дело. Правителя на них нет! – начал причитать старец, угомонив недуг. – Был бы я молод, я бы мигом разогнал их. Не поверишь, а ведь я когда-то был сильнейшим в своей деревне.

Собеседник Саши расхорохорился, расправив плечи. Саша улыбнулась. Прошла минута.

– Горько, но время никого не щадит, даже камни, – опустив плечи, вновь сгорбился человек в черном балахоне.

– Ну, на то оно и время. Я тоже только вчера утром ходила по своему дому, а вот сегодня сижу тут, в этих уютных апартаментах, – стараясь подбодрить старика попыталась пошутить Саша, стуча кулаком по дощатому полу.

– Эй ты, старик! Отойди от товара, – бесцеремонно вмешался все тот же крысомордый, что ее облил.

Девушка и не заметила, как он и его толстый компаньон оказались рядом с её клеткой. Странный мужчина был одет, как показалось Саше, богато. Поверх темно-синего кафтана, подвязанного желтым, широким поясом, струился ярко – красный плащ с золотым рисунком, а кремово-белые штаны обтягивали толстые ноги, обутые в темно-синие же сандалии, расшитые золотым бисером. На короткой шее красовалась массивная золотая цепь, чуть ли не на каждом пальце сияло по драгоценному камню. От всей его фигуры веяло достатком и уверенностью, но кожа его упитанного лица и пухлых рук была желтого цвета, словно он болел гепатитом.

– Вот про нее я вам и говорил. Это редкость в наших краях, больших сил стоило ее поймать… – начал, подходя все ближе, деловито торговаться с богачом крысомордый.

– Что случилось, милая? – спросил пожилой мужчина, словно не слышал этих двоих.

– Уходите, прошу вас! – с тоской в голосе попросила она старика.

– Ты что, старый, оглох? Вали отсюда! – подойдя вплотную к клетке, заорал рефекс и толкнул человека в балахоне. Тот тяжело упал на землю и выронил из рук палку. Не успела она коснуться пола, как пронзительный вопль заставил гостей и представителей блошиного рынка замолчать и бросить свои дела.

Крысолюди поспешили к месту происшествия. Прибежав на вопли соплеменника, они увидели сидящего на земле желтомордого толстяка, трясущегося от страха. Их соплеменник висел в воздухе и пытался вытащить руку, застрявшую на перекрестии двух прутьев клетки. Но он не мог. Словно шипы, торчали на месте предплечья осколки костей. С завязанной конечности капли крови падали по разорванному рукаву на пол клетки, внутри которой сидела девушка с черными волосами. Она с ужасом и изумлением смотрела на свои трясущиеся окровавленные руки. Больше никого рядом не было.

Солнцу оставалось совсем немного, чтобы зацепиться за горизонт.

За тем, как небо меняет цвет, Саша следила одним глазом, ибо второй заплыл и не мог открыться. С разбитых губ, брови и носа давно перестала сочится кровь, но боль не уходила. Спина и живот словно распухли от боли. Старая рана в плече на их фоне, казалось, и не болела вовсе.

«Даааа… – тяжело выдохнув, подумала девушка и шутливо попыталась успокоить себя. – Такой жести в розыгрыше быть не может».

Успокоиться не получилось. Зато вновь перед глазами возникла страшная картина: обозленные рефексы бросаются к её клетке. Поймав заключенную девушку, они жестоко избили ее и, надев железные наручни с петлями, привязали веревкой к толстому столбу и бросили на землю.

Придя в себя, она увидела, что находится на каких-то задворках, вокруг стояли пустые кибитки и телеги.

– Зачем ты так? – раздался знакомый голос, и девушка, болезненно морщась, повернулась лицом к мужичку.

– Я сама не знаю, как это произошло. Я не узнаю себя, – хрипло прошептала она, глядя на приближающегося собеседника.

– Если бы ты не была дорогим товаром, они бы убили тебя, – обеспокоенно произнес Навной и протянул деревянный черпачок с водой.

Саша жадно схватила ковшик с желанной влагой, но, пригубив, тут же отстранилась. Вода, словно лимонный сок, разъедала губы. Девушка, недолго думая, запрокинула голову вверх и стала заливать воду себе в рот. Наручень, упавший на кисть, заставил ее облиться.

– Радует одно: больше правой рукой он меня бить не сможет, – попытался пошутить мужичок и, достав из-за пазухи тряпичный сверток, стал разматывать его.

– Вода еще осталась? – спросила девушка, не обратив внимания на шутку.

– Да, я тебе целое ведро принес! – ответил её собеседник. Отложив в сторону пару яблок и лепешку, он поднял в воздух деревянное ведерко, покачал его из стороны в сторону.

– Дай мне, я хоть умоюсь… – не дожидаясь разрешения, она взяла ведерко и поставила его перед собой.

– Плохая идея…– начал говорить Навной, но его слова заглушил болезненный стон. Бородач, старался смотреть в сторону, чтоб не видеть, как мучается девушка.

– Ох, сейчас бы лед, – проговорила Саша.

– Его здесь не бывает, он есть только в горах. – печально ответил мужичок и спросил озадаченно. – А все-таки, почему ты так сделала?

Сев рядом, протянул яблоко и кусок лепешки. Отставив ведро и приняв предложенную пищу, девушка тяжело вздохнула.

– Я сама не знаю, как. Я только помню, что мне стало так больно и обидно за старика, когда этот крыс толкнул его. А потом все – как в дурмане, прилив злобы и ярости. Я даже не заметила, когда и как я схватила его за руку. Словно это была не я, – сказала девушка, разглядывая свое отражение в воде. – И что самое страшное, – она повернула голову к Навною, – мне это понравилось.

Саша вдруг заметила, что видит мужичка двумя глазами.

– О, глаз открылся! – удивилась она, словно забыв, о чем говорила ранее.

– Да и выглядишь ты лучше, – радостно воскликнул бородач, и девушка недоверчиво покосилась на него.

– Правда, посмотри сама! – указывая на ведро, серьезно предложил он.

Саша заглянула в ведро и в вечернем свете увидела своё лицо не таким страшным и израненным, как несколько минут назад. Ужасная слива почти сползла с глаза, а вместо двух вареников, появились вполне нормальные губы. Черный синяк под вторым глазом посветлел. Рассечение над бровью слегка затянулось. Умытое лицо теперь перестало походить на страшную маску.

– Что ты мне за воду принес? – завороженно спросила девушка.

– Да самую обычную, из того же ручья. Правда, я добавил капельку этого снадобья, – почесав затылок, признался Навной и повертел в руке маленький пузырек. –Я стянул его у рефексов.

– Надеюсь, у меня ничего лишнего не отрастет из-за твоего снадобья? – благодарно улыбнулась Саша, откусывая яблоко и отмечая при этом, что не испытывает почти никакой боли.

Мужичок тихонько засмеялся и развел руками, мол, кто знает. Девушка, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, тоже начала хихикать, жуя сочный плод.

– Не каждый заступится за беззащитного. И я думаю, ты заслужила помощь от других, – ласково улыбнулся бородач.

– Спасибо! Хоть что-то за сегодняшний день хорошее, – поблагодарила собеседника пленница. И озадаченно спросила – Слушай, почему ты не сбежишь?

– А смысл? – обреченно сказал Навной, – Я далеко не смогу сам уйти, меня либо догонят рефексы, либо поймают солдаты Золтака. А повстанцев найти очень сложно.

– Так давай вдвоем сбежим, – всерьез предложила девушка.

– С камнем в твоем плече не удастся: он забирает не только магические силы, но и физические. Мотура бы давно выбрался из заточения, как и другие крупные звери, но вместо этого он лежит днями в полудреме. Пока камень не так сильно тебя опустошает, видно из-за того, что ты не из этого мира. Но скоро почувствуешь.

***

Молодой колдун долго не мог выбрать удобное положение для сна. Затянутая между двумя рейками нога не позволяла часто менять позу. Чувствуя, что копчик закостенел, Остей стал крутиться на жесткой койке.

– Всемогущий, в лазарете что не было коек поудобней?! – раздраженно пробурчал юноша и, подложив под поясницу подушку, наконец удобно улегся. Мысли в голове стали роиться медленнее, и паренек почувствовал, что начинает проваливаться в безмятежный сон.

Краткосрочное блаженство прервал осторожный скрип двери. Испуганно открыв глаза, юноша увидел тонкий силуэт в плотном плаще. Почувствовал запах трав и эфирных масел, которые ему так нравились.

– Госпожа! – встрепенулся колдун.

– Сиди, Остей, – произнёс женский голос с легкой ноткой бархатистости.

– Да как же! Вам не следовало приходить в такое место… – обеспокоенно начал говорить пострадавший, но его остановил знак, показавшейся из складок плаща тонкой руки с золотыми кольцами на пальцах.

– Не трать мое время, – мягко предостерегла наставница юношу и серьезным голосом спросила. – Расскажи мне, что вы с этим червем нашли там, в умирающем мире?

– Что? – не поняв вопроса, переспросил Остей, уязвленный тем, что госпожа беспокоилась не о нем. Но, опомнившись, склонил голову, стал извиняться. – Простите, меня, госпожа!

– Сосуд, что сбежал от вас, – с легким раздражением пояснила женщина.

– Та чертовка? Но почему она Вас заинтересовала? Совершенно обычное второсортное магическое существо, из водных или земных племен, – расстроенно попытался объяснить молодой колдун.

– Второсортное не поменяет направление перемещения между материями! – раздраженно пробурчала гостья в плаще.

– Как между материями? Госпожа, помилуйте! Я не хотел Вас оскорбить этим вопросом… Я… Я просто не знал… – залепетал изумленно молодой человек, пытаясь вымолить прощение у гостьи.

– Избавь меня от этой бестолковой болтовни, – вновь раздраженно махнула рукой женщина. – У меня мало времени. Это существо очень сильно заинтересовало правителя, и поэтому я хочу опередить блондинистого гада и постараться отыскать и поймать сосуд первой.

***

Сидя на земле, Саша, упершись спиной об столб, всё ниже клонила голову. Она начала валиться в сторону, готовая сползти на землю, но, дернувшись, отогнала сон и вновь села ровно.

Открыв глаза, она увидела, что уже стемнело. Две начинающие убывать луны белым светом освещали стоянку и высившиеся вокруг деревья. Редкие костерки, освещавшие крысиные морды с закрытыми глазами, понемногу слабели и начинали затухать. Было тихо и мирно. Чьи-то разговоры, заглушаемые стрекотом сверчков, слабо доносились до ушей.

Девушка вновь неуклюже попробовала на прочность веревку, растягивая ее между наручнями. Канат проходил через ушки металлических браслетов, соединяя их между собой на запястьях. Если бы получилось ослабить узел, то Саша могла бы попытаться избавиться от неприятного украшения. Но онемение от локтя опустилось еще ниже, почти до кисти, а сверху дошло до щеки и нижних ребер, словно она отлежала руку и бок. Рука почти не слушалась хозяйку.

Её ушей достиг странный звук, словно что-то мягкое, но объемное шлёпнулось на землю.

Перестав возиться с веревкой, она обернулась в сторону звука. Но, кроме кибиток и темноты, ничего не увидела.

Подул неприятный, холодный ветер, заставивший девушку съежиться. Свитер остался в клетке, а тонкая футболка не защищала от ночной прохлады. Саша начала замерзать.

Вспомнив, что рядом с ней находится копна сена, она, недолго думая, собрала все силы и постаралась залезть внутрь, оставив ладони снаружи. Ограничивавшая движения девушки веревка, чуть натянувшись, осталась снаружи едва касалась земли.

Сухая трава колола и щекотала тело, оно начало чесаться, но, не обращая внимания на эти неприятности, семерида, поджав ноги к телу, выбрала удобное для сна положение.

Запах соломы и пыли успокаивал пленницу, тихое шелестение травы убаюкивало, и, наконец, расслабившись, она стала проваливаться в сон. Но что-то ее вернуло в реальность. Звенящая тишина заставила прислушаться и открыть глаза.

Опять раздался глухой удар падающего предмета – и вновь тишина. И в этой тишине – звук приближающихся тяжелых шагов. Сон пропал окончательно. Саша руками раздвинула сухую траву… В слабом свете ближайшего костра мелькнул силуэт человека, в руках которого было что-то, отражавшее желто-оранжевое пламя.

Прошло несколько мгновений, и незнакомец оказался совсем рядом с Сашей, она смогла его рассмотреть. Одетый в очень плотный жилет, состоявший из множества мелких железных пластинок, он держал в руках полуторный меч, направив острие вниз за себя. Тяжесть шагам придавали грубые сапоги, явно великоватые для владельца. Словно из-под земли вдруг возник еще один странный воин, в таком же обмундировании. Вдвоем, по пути убирая часовых, они направились к центральному костру, где спала основная масса крысомордых.

Девушка чуть не выдала себя, когда одному из дозорных крысолюдей быстро и ловко сломали шею.

– Именем правителя здешних земель, – зазвучал где-то в стороне громкий и размеренный молодой голос, отчего спавшие моментально проснулись и в недоумении повскакивали с земли. – Вы обвиняетесь в измене! Наказание за ваше преступление – изъятие магических существ и смертная казнь на месте!

Несколько секунд стояла настороженная тишина.

– Да хрена два тебе, сосунок! – разрезал её разгневанный вопль, вслед за которым заволновались остальные. Послышался звон металла, и Саша решилась чуть выглянуть.

И тут же кто-то схватил ее за шиворот и рывком вытащил из соломы. Боль в плече пронзила её тело и лишила девушку сознания. Придя в себя, она почувствовала, что лежит, уткнувшись лицом в землю. Приподняв голову, увидела перед собой огромные, тяжелые ботинки. А ещё Саша рассмотрела за спиной незваного гостя веревку, к которой ее привязали. Пленница рванула свои связанные руки в сторону – и неизвестный упал на спину. Но и ей досталось. Резкое движение отдалось острой болью в покалеченной руке. Почти онемев, культя стала хуже слушалась хозяйку.

Вскочив на ноги и взглянув на поверженного врага, семерида узнала в лежащем ночного гостя, который недавно проходил мимо нее. Внешне он походил на человека, только вместо волос голову покрывали толстые пряди, свалявшиеся, как дреды, а на лице виднелись наросты в виде коры.

Подняв одной рукой выпавший из руки незнакомца меч, девушка приготовилась к сражению, но противник почему-то не вставал.

Она не стала разбираться, а присев на корточки, уложила меч на землю ребром к себе и зажав его коленями начала нервно пилить веревку, стараясь как можно сильнее расставить руки.

Повсюду раздавались крики, был слышен звон оружия.

– Ты что наделала? – раздался гневный голос, как раз в тот момент, когда последняя нить была разрезана. – Я к тебе обращаюсь, паршивка!

Подбежавший воин развернул девушку из волос которой торчала солома к себе и ударил ее кулаком в кожаной перчатке.

Свалившись на землю, она на мгновение словно окунулась во тьму, в ушах зазвенело, в глазах зароились тысячи серебряных звездочек. Всё заплясало, закружилось, поплыло.

– Ты что делаешь? Сосуды надо доставить господину невредимыми! – послышался другой голос поблизости.

– Да плевать, одним больше, одним меньше, их все равно никто не пересчитывал! – огрызнулся напавший на Сашу.

– Делай, как знаешь, но если Залтис прознает, то…– пригрозил второй. Послышались удаляющиеся шаги.

«Сосуды?» Вспомнилось уютное кафе и приятный разговорчивый молодой человек. А потом тот же милый бармен называл ее сосудом для хозяина.

Девушка вернулась мыслями в тот злополучный вечер.

«Одному из сосудов плохо… Из-за тебя у меня будут проблемы… Ну ничего, шагнешь через портал и тебя никто не вспомни», – прозвучал в голове голос паренька с каштановыми волосами.

«Сссюююдаааа, ко мнееее…Не бойся…», – голос юноши сменился на убаюкивающий шепот, и пленница почувствовала, что вновь что-то ужасное нависает над ней не давая возможность вздохнуть.

Собрав все силы, она, не глядя, схватилась за лежавший рядом меч и ткнула им прямо перед собой. Почувствовав, что клинок во что-то уперся, испуганно открыла глаза.

Стоящий над ней противник выронил меч и трясущейся рукой схватился за окровавленное лезвие, вошедшее ему живот. Ухмылка с его лица исчезла, вместо нее появилась гримаса боли, удивления, а потом – страха. Разжав губы, чтобы выдохнуть, он непроизвольно кашлянул, и в уголках рта показалась кровь.

Девушка выпустила рукоять, и меч, упав на землю, звякнул.

Как подрубленное деревце, молодой мужчина, медленно клонясь в сторону, опустился на колени. Последний раз взглянув Саше в глаза, завалился на землю. Уже ничего не видящим взором он продолжал смотреть на семериду, пока лицо его не застыло.

Из глаз Саши потекли слезы, тело стало трястись, как в лихорадке.

– Господи, что я наделала… – сдавленно прошептала она и зажала рот здоровой рукой.

– Саша, скорей! – откуда-то подбежал Навной, стал трясти ничего не соображающую девушку, пытаясь докричаться до нее. – Уходим! Вставай!

Медленно повернув голову, она посмотрела на бородача раскрытыми от ужаса глазами.

– Навной, я убила человека… – срывающимся голосом, прошептала девушка, и слезы хлынули по щекам.

Мужичок посмотрел на лежащего мужчину, на меч, а потом на растерянную Сашу, в волосах которой торчала солома. Увидел повисшую без движения руку девушки. Вздохнул.

Мимо пробегали тени крысолюдей, существ из клеток и неизвестных солдат. Не умолкал шум сражения, раздавались крики боли. Поляна ярко осветилась, и можно было видеть каждую травинку, так как неизвестные поджигали кибитки и клети. Казалось, стоянка превратилась в один большой костер.

– А что тебе еще оставалось сделать? – дернув за здоровую руку девушку, мужичок заставил ее подняться и сказал жестко, смотря девушке в глаза. – Либо ты, либо тебя. Таковы здесь законы!

– Прости, но тебе нужно собраться или мы погибнем. – смягчившись, пояснил мужичок и, увидев в глазах Саши понимание, повел её за собой.

Придя в себя, пленница побежала за Навноем, стараясь не оглядываться по сторонам. Им нужно было как можно скорее покинуть открытое место, а там лес поможет им укрыться, и маленький друг найдет для семериды безопасное место.

На широкой поляне, когда до ближайшего дерева оставалось примерно пятьдесят метров, Саша почувствовала, как по ногам что-то ударило, и повалилась наземь.

Переводя дух, она втянула в себя поднявшуюся с сухой земли пыль и закашлялась. Упершись саднящими ладонями в землю и перенося вес на здоровую руку, девушка, стала неуклюже подниматься, но почувствовала тянущую боль в коленке и подбородке.

Навной, почти достигнувший леса, обернулся, уверенный, что спутница не отстала от него, и замер в оцепенении.

Саша, оценив реакцию мужичка, медленно оглянулась. Сердце на мгновение замерло, а глаза расширились от ужаса. Верить в увиденное не хотелось.

Позади нее стояло огромных размеров существо, похожее на змея. Его зеленая с бело-черным рисунком кожа лоснилась в свете пожара. Седые волосы, убранные за острые уши, развевал слабый ветер. Мощная грудь чудовища равномерно поднималась и опускалась. Огромные зеленые глаза пристально смотрели на девушку.

– Что это? – вырвался вопрос с её пыльных губ.

Змей подползал всё ближе, и Саша, готовая встать и рвануться к Навною, начала на четвереньках пятиться прочь от змея.

– Я прошу прощения за этот инцидент, – неожиданно приятным, убаюкивающим голосом обратился он к пленнице и, чуть склонив голову, медленно договорил. – Но мой повелитель Золтак желает видеть Вас.

Удивившись тому, каким тоном это было произнесено, и тому, что чудовище вообще умеет говорить, пленница встала на ноги и, прищурившись, посмотрела на него.

Неожиданно, она вспомнила голос – тот самый голос за спиной в дурном сне!

– А как я здесь оказалась? И зачем я вашему повелителю? – чуть осмелев, спросила Саша.

На продолговатой чешуйчатой морде серовато-белого цвета появилась лукавая улыбка.

– В том, что ты оказалась здесь виновен я, ибо ты не принадлежишь тому миру. Это твой родной дом, – медленно произнес змей и, разведя огромные руки, показал на окружающее пространство. – Повелитель обеспокоен судьбами таких существ, как ты. У вас, вновь прибывших и здесь живущих, есть шанс жить в гармонии и мире на землях правителя усмерив силу внутри себя во благо …

–Саша! – крикнул мужичок из-за спины девушки, перебивая змея. – Не слушай его, они убьют тебя!

Лицо гиганта на миг стало суровым, а зеленые глаза, оторвавшись от лица девушки, посмотрели грозно за её спину. Оглянувшись через плечо, девушка только сейчас вспомнила о своем маленьком друге. Она словно забыла обо всем, внимая голосу загадочного чешуйчатого собеседника.

Осмотревшись, Саша никого не увидела на поляне – только вдалеке солдаты добивали рефексов и сгоняли пленных в группы.

– Я польщена заботой Вашего господина, но, пожалуй, откажусь от его приглашения и отправлюсь обратно, домой, – чуть склонив голову твердо проговорила она.

Змей начал тихонько посмеиваться и, оголив в улыбке острые зубы, покачал головой.

– Зря, Александра, зря… – и, словно сняв приветливую маску, стал серьезным и грозным.

Неожиданно он бросился на девушку.

Саша, шагнув назад, удивленно смотрела на пролетавшего, как в замедленном фильме, мимо врага. Его когтистые лапы рассекали воздух. Резко развернувшись, оборотень повторил попытку. Но семерида вновь инстинктивно увернулась, нырнув под огромное существо, почувствовав лишь легкое прикосновение к волосам.

Не дожидаясь дальнейших действий чешуйчатого противника, она поспешила к Навною.

Однако сильный удар сбоку заставил её отлететь в сторону к одной из клеток.

Попытавшись быстро подняться на ноги, девушка рухнула на колени, захрипела. Воздух отказывался поступать в легкие, как бы жадно она ни пыталась его вдохнуть.

– Саша! – вновь крикнул мужичок и побежал к ней.

Девушка, обняв почти бесчувственной рукой разрывающиеся от боли ребра, подняла голову и увидела торопливо приближающегося друга. Но огромный чешуйчатый хвост с белым рисунком дернулся и резко ударил бородача в грудь, так что маленькое тельце отлетело обратно к деревьям.

Сделав наконец глубокий вдох, Саша, поддавшись хлынувшему, как лава, гневу, опустила вновь ожившую руку на землю, вцепилась пальцами обеих ладоней в почву и грозно зарычала.

Ощутив исходящий от лица жар и пробегавшие по телу и рукам судороги, девушка почувствовала вибрацию под ладонями. Плечо невыносимо горело от боли, а нарастающий гнев, как будто проникал сквозь пальцы в почву.

Змей остановился на полпути к Навною и стал недоуменно вглядываться в закачавшуюся землю.

Твердь начала трескаться от вибрации. Все трещинки, словно длинные и узкие ленты исходили от той точки, где были серые руки девушки.

Неожиданно, земля под огромным существом раскололась, и чешуйчатый враг стал сползать в образовавшийся обрыв. Ухватившись за край когтистыми лапами, он попытался вылезти, но земля, крошась под пальцами, не позволяла ему этого сделать.

Стоящие вокруг тележки и клетки стали сваливаться в пропасть.

Время словно остановилось, и пустота поглотила разум. Саша ничего не видела, а только чувствовала распространяющийся по телу жар. Он ласково манил за собой, окутывая и убаюкивая сознание, заглушая боль. Но, почувствовав прикосновение к плечу, девушка вернулась в реальность и в ярком свете рассмотрела стоящего рядом Навноя.

– Хватит. Со мной все в порядке, – сказал мужичок, стараясь выглядеть как можно бодрее.

Девушка устало выдохнула и обмякла, хотя руки продолжала сводить судорога.

Саша в испуге попыталась оторвать ладони от земли, но безрезультатно, они отказывались слушаться.

Позади раздались тревожные крики. Оглянувшись, она увидела, что пленники и солдаты разбегаются от образующихся со страшной скоростью трещин и оврагов. Кто-то не успевал и падал в пропасть.

– Хватит! – обращаясь к рукам, сказала девушка, но тряска не прекратилась.

– Хватит! – чуть резче приказала она – но ничего не изменилось.

– Твоя рука!.. Ты истечешь кровью! Это надо остановить или все погибнут! – закричал в отчаянии мужичок, показывая на покрывшуюся извилистыми кровавыми полосами руку с жадным камнем. Образовавшаяся под ладонью лужица медленно, но неумолимо росла.

– У меня не получается! – нервно дернулась Саша, и из её глаз брызнули слезы. – Прошу, хватит! – закричала она, умоляя неизвестно кого. – Прекрати!!!

Девушка завыла грудным голосом и сжала веки так сильно, что перед глазами поплыли желтые круги. В груди что-то встрепенулось, и пальцы медленно разжались, выпустив почву.

Рухнувшая без сил на растрескавшуюся землю девушка тяжело дышала. Она чувствовала, что судорога начинает отступать, отзываясь покалыванием в пальцах. Бородач, поддержав её за талию, помог подняться на ноги.

– Нам нужно скорее скрыться, – на удивление спокойно проговорил он и медленно стал уводить за собой в лес шатающуюся семериду, прижимая к кровоточащей ране в плече подруги носовой платок.

Саша в последний раз оглянулась на то, что осталось вместо стоянки, и с ужасом увидела, как за край ближайшей пропасти уцепилась серо-бежевая когтистая рука.

Вздрогнув, она постаралась забыть увиденное и ускорила шаг.

***

В мрачные покои залетел мотылек. Его привлекал одинокий огонек масляной лампы, стоявшей в глубине комнаты. Стремясь к теплу и свету, он забыл обо всем. Ему так сильно хотелось прикоснуться к прекрасному, но мечты крылатого создания были разрушены точным взмахом руки. И он, такой светлый и беззащитный, упал на письменный стол, еще живой, но уже поверженный. Повелитель земель смотрел на умирающего крылатого гостя отсутствующим взглядом.

Неожиданно распахнулась дверь, вернув Золтака в реальность.

– Твой любимец потерпел поражение! – бесцеремонно ворвавшись в покои владыки, брезгливо произнес женский голос.

К большому красному креслу, точной копии того, что стояло у камина, подошла женщина, облаченная в красное платье. Шелк выгодно подчеркивал идеальную фигуру ведьмы, наполовину открывая пышную грудь. На узкой талии красовался золотой пояс с пристегнутым знаком гильдии магов в виде раскрытой золотой книги на перламутровом фоне. Черные, как смоль, волосы, убраны в высокую прическу. Образ завершал лежавший на плечах зеленый плащ и закрепленная в волосах золотая шпилька в форме паука.

Новобранцы всегда нервничали, встречая главу гильдии магов в коридорах замка. Женщине это, конечно, нравилось: она любила упиваться вниманием окружающих, будоражить кровь у представителей мужского пола. Один только военачальник не поддавался ее чарам, и это сильно раздражало ведьму.

Отчеканивая металлическими набойками на каблуках дробь по каменному полу, она подошла ближе и чуть склонилась, дабы не испортить прическу, подобрав изящными пальцами складки красного платья. Золотые кольца с кроваво-красными камнями сверкнули в тусклом свете лампы.

Макияж на лице как всегда был аккуратен и подчеркивал только немного выдающиеся на слегка вытянутом лице скулы. Красная паста выгодно вписывалась в весь образ украшая полные губы. Черный карандаш ненавязчиво увеличивал узкий разрез глаз. Ни единой морщины не было на прекрасном лице.

– Откуда тебе известно? Хотя …кого я спрашиваю? – лениво ответил Золтак, перевел глаза с мотылька на подчиненную и без нажима спросил. – Что же ты увидела, Аргиопа, что тебе так подняло настроение?

– Мощь, которой наш мир не видел долгие годы! То, что так долго прятал от нас лес! – торжественно проговорила ведьма, словно присваивая себе все лавры. – Это существо исказило рельеф до неузнаваемости, стоянка была почти полностью разрушена и многие погибли. Твой змей брыкался, как пойманный птицей червь. Она великолепна! – ликующе закончила свою тираду женщина.

Золтак, чуть подумав, поднялся со своего трона и подошел к окну. Сквозь потускневшее стекло он глянул на горизонт, где проходила граница между корявыми ветвями деревьев и серым небом.

– Это замечательно, – протянул он равнодушно.

Лицо ведьмы исказила гримаса недоумения.

– То есть, как это замечательно? – переспросила она, но тут же прикусила язык, поймав грозный взгляд владыки.

Повелитель подошел к женщине и, взяв ее за подбородок, ответил на вопрос, взглянув в карие, почти красные глаза:

– Либо я упьюсь ее силой, либо мы получим самого сильного воина, и я, наконец, избавлюсь от опеки своего братца и надоедливого роя пресловутых спасителей из леса. А там, может, и расширим границы владений в сторону севера.

Отпустив дрожащий подбородок дамы, Золтак снова вернулся в кресло.

– А Залтис просто недооценил силы противника в первый и последний раз. – словно самому себе объяснил он и, взяв мотылька, который начал шевелить крылышками, закинул его в лампу. Тот сгорел в горячих объятиях своей мечты.

Аргиопа почтительно склонилась перед повелителем и поспешила удалиться, спрятав в тени самодовольную улыбку.

Глава 3. Повстанцы.

При свете дня два измученных путника брели по лесной тропинке, стараясь быть невидимыми и неслышимыми. Но это им удавалось все меньше и меньше: сказывалась усталость последних дней да и места были совершенно незнакомыми. Они почти не спали, пытаясь по ночам, в темноте, как можно дальше уйти от стоянки, замирали от каждого непонятного шороха. А вокруг настороженно и молчаливо стояли огромные деревья с раскидистыми кронами, словно лесные стражи, среди молодой поросли и кустарников. Девушка и мужичок на их фоне казались просто крошечными.

– Все! – в какой-то момент выдохнул Навной и, переводя дух, уперся рукой о ствол одного из древесных гигантов. – Не могу! Будь что будет! Но если я не сяду на землю, то собакам Ўрпаласа достанется мое замученное бездыханное тело. Не понимаю, как ты еще можешь идти. Ты же столько крови потеряла, да еще и камень поглощает силы.

– Я давно не чувствую боли в плече, и рука перестала неметь, – ответила девушка и, присаживаясь у дерева, попросила. – Ты лучше расскажи, что еще за Ўрпалас?

– Да владение Золтака, – плюхнувшись на землю рядом с ней, ответил мужичок. – Когда-то оно было самым процветающим местом в мире. По легенде, великие девы и мужи устроили пир на этих землях. Оставленные после пира крошки и пролитые на землю напитки сделали почву плодородной и богатой минералами.

– Пикник на обочине… знакомая песня… – вяло пробормотала девушка, борясь со сном.

– У вас тоже есть такая легенда, ну в том мире, откуда ты? – заинтересованно спросил бородач.

– Да, можно смело назвать это легендой, а может и даже будущим… – начала рассуждать его собеседница.

– Как это возможное будущее? Вы можете видеть то, что вас ожидает и выбирать, что будет по нраву? – зажегся интересом Навной и подсел поближе, несказанно удивив собеседницу. – Извини, я люблю легенды и истории разных городов и миров. Ох, если я доживу до старости, то обязательно напишу большую и тяжелую книгу об этом, – размечтался бородач.

Девушка с улыбкой посмотрела на спутника и тыльной стороной ладони стерла со лба капли пота.

– Ну, так что с будущим? Вы можете или нет? – вернувшись к разговору, спросил Навной.

– Если бы мы так могли, я бы не оказалась здесь, – грубовато ответила Саша.

– Ну.., ты же из нашего мира. Змей так сказал. Может, поэтому и не могла знать, – постарался смягчить свою мысль мужичок.

– Нет, Навной, – устало выдохнув, проговорила девушка, зевая от неодолимого желания мгновенно уснуть. – В нашем мире нет таких людей, а если и есть, то очень мало. Все учатся на своих и чужих ошибках.

– Опыт поколений. Но оно не всегда работает… – проговорил бородач, но, видя, что собеседница не реагирует, махнул рукой и тоже прикрыл глаза, проваливаясь в приятную дремоту.

Теплый ветер ласково гулял по складкам сырой от пота одежды, над головой шептали тихую песню легкие листья. Черные пряди волос щекотали лицо, и Саша сонно постаралась смахнуть их. Назойливые насекомые, которые доставали всю ночь своими укусами куда-то попрятались, видно так же решили передохнуть от жары в тени.

– Чужие здесь…- послышался вдруг настороженный шепот, девушка открыла глаза – и сон как рукой сняло.

Озираясь по сторонам и затаив дыхание, она стала прислушиваться.

– Ты что? – обеспокоенным шепотом спросил проснувшийся Навной.

– Ты разве ничего не слышал? – пытаясь понять, что же её насторожило, ответила вопросом на вопрос Саша.

– Нет, – встревоженно ответил мужичок и тоже стал оглядываться.

– Шепот. Я слышала чей-то шепот…

–Ничего такого, – вслушиваясь в звуки леса, ответил бородач.

Но вокруг никого не было, только долетали с соседних полян мелодии птичьих песен.

– Может, показалось?… – вздохнув, успокоилась Саша.

– Ну, ещё бы… Не спать всю ночь, шатаясь вместо этого по лесным дебрям, и потерять столько крови – еще и не такое послышится! – посмеиваясь, успокоил девушку её спутник.

Та согласно кивнула и, привалившись спиной к стволу дерева, вновь прикрыла глаза.

Словно чья-то рука вела ее из реальности в мир снов. Не имея сил и желания сопротивляться, Саша вновь задремала чувствуя как начинает сползать на землю.

– Они здесь…двое…мужчина и женщина, – раздался тот же тихий шепот, похожий на детский.

Девушка вскочила на ноги и стала напряженно оглядываться.

– Кто здесь? – крикнула она.

– Она слышит нас… Она слышит… Дух леса… Это дух леса… – продолжали шептать детские голоса.

– Да что с тобой? – испуганно проговорил Навной.

Но Саша не стала отвечать на вопрос. Ей сначала показалось, что шепот слышался из-за дерева, но словосочетание «дух леса» звучало совсем рядом, словно от растущего за спиной растения.

Протянув руку, она попыталась прикоснуться серыми пальцами к коре, но неожиданно холодная сталь легла плашмя на кисть.

– Са…!– сдавленно подал голос мужичок.

Скосив глаза, она рассмотрела владельца меча, в темно-зеленом, полинялом капюшоне, закрывавшем половину небритого лица.

А рядом с ней в неестественной позе замер Навной, с полными страха глазами и высоко поднятыми руками. За его спиной темнела чья-то тень.

Почувствовав, что рука освободилась от тяжести клинка, Саша обратила свой взор на человека, которому этот меч принадлежал. Однако рассмотреть что-то не успела. Острие оружия поднялось на уровень шеи, и девушка почувствовала, что кровь отливает от её лица, в глазах темнеет. Меч, не коснувшись шеи, аккуратно отвел прядь волос с остатками соломы, прикрывавшую острое ухо девушки.

– Много интересного увидел?! – не выдержав, прошипела та и запоздало ужаснулась, поняв, что нахамила неизвестному с оружием.

Он ничего не ответил, а только чуть шевельнул губами, изобразив некое подобие ухмылки.

– Дух леса, значит. А почему ж – серая?

– А это ты у тех уродов спроси, что меня сюда притащили. – возмущенно повысила голос девушка, придвинувшись ближе, и сама поразилась собственной смелости.

Незнакомец приподнял подбородок, и капюшон, скрывавший в тени его лицо, сдвинулся, позволив, наконец, рассмотреть того, кто стоял перед ней. У него были нежные, как у девушки, черты лица, небольшой нос и припухлые губы. Однако черная щетина на щеках делала его серьёзнее и мужественнее. Саша попыталась представить незнакомца чисто выбритым. А ведь тогда он показался бы еще одним «сладеньким», как выражалась одна ее коллега, которые были с обложек модных журналов. Человек внимательно смотрел усталыми, карими, давно не видевшими сна глазами на девушку, словно чего-то ожидая. И вдруг неожиданно спросил, сделав шаг назад и убрав в ножны меч:

– Что произошло на рынке?

– Что? – переспросила не ожидавшая вопроса девушка.

– В том клоповнике, откуда вы сбежали! – отозвался женский голос из-за спины Навноя. – И не надо из себя дуру строить! Наручни на твоих руках и рана на плече говорят о многом, – резко проговорила тень и, легонько толкнув мужичка в сторону, подошла ближе.

Обернувшись, Саша увидела женщину в нагруднике из толстой кожи и холщовых штанах. Сдвинув рукой, защищенной коричневым напульсником, капюшон, она представила взору присутствующих свое смуглое лицо с небольшим шрамом на щеке. У воительницы были каштановые волосы с легкой волной, забранные в тугой хвост. Румяные щеки и пухлые губы на слегка вытянутом лице и даже крупноватый нос придавали ей особую красоту. Саша оценила ее силу воли, и умение держать себя.

– Господа, ну что вы в самом деле? Грубость ни к чему. Всегда можно договориться мирно…– раздался вдруг звонкий голос откуда-то сверху.

Подняв голову, Саша увидела странное существо, похожее на эльфа. Оно висело вниз головой, зацепившись ногами за ветки деревьев. Сашины брови подскочили вверх от удивления.

– Всем привет! – радостно помахал третий пришелец.

– Идиотизм…– сорвалось с губ Саши и на лице отразилось едва сдерживаемое раздражение.

– Кх-кх-кх…– послышался тихий смех мужчины в капюшоне. Стоявшая рядом воительница тяжело вздохнула.

– Ой, простите, где мои манеры! – наигранно запереживал эльф и соскочил с ветки.

На мгновение Саше показалось, что весельчак сейчас свернет себе шею, но каким-то неведомым образом, тот в последний момент, извернувшись всем телом, приземлился на корточки без единого звука.

– Меня зовут Марагд! – выпрямившись, представился юноша и приложил ладонь к груди, чуть склонив голову, отчего пшеничного цвета пряди, выбившиеся из давно заплетенной косы, упали на веснушчатое лицо.

Бровь девушки, словно прибитая в удивленной позиции, попыталась подняться еще выше, но предел был уже превышен.

Парень выглядел очень юным и наивным. Он был тонок и пластичен. Его растрепанная коса, теплым золотом блестела на солнце, не закрывая вытянутых, с заостренными кончиками ушей. Узкое лицо с выраженными скулами сияло доброжелательностью. Огромные миндалевидные глаза, в которых горели два зеленых шарика, притягивали к себе взгляд. Кожа была смуглая, как у многих в этом загадочном мире. Но эльф обладал своей особой изюминкой: под глазами и частично на носу красовались веснушки. Одет он был в приталенную курточку болотного цвета и того же цвета бриджи. От колен была забинтована материя и шла она до кожаных ботиночек. Грудь перетягивали две перекрещивающиеся кожаные ленты с небольшими кармашками и ножнами, в которых покоились небольшие ножи. Дополнительный ремень был и на поясе.

Она заметила, что эльф так же пристально рассматривает ее, и, когда глаза их встретились, одаренная лучезарной улыбкой Марагда, девушка нерешительно перевела взор в лес.

«Как же я выгляжу, если народ так удивленно меня рассматривает?» – задумалась на минуту Саша.

– Ну что ж, ничего не остается, как взять вас под защиту, – почесывая затылок, задумчиво проговорил зеленоглазый юнец.

– Мне уже хватило одного благодетеля в змеиной шкуре! – фыркнув, сказала девушка и скрестила руки на груди. Раненое плечо моментально отозвалось тянущей болью.

Неожиданно все трое переглянулись.

– И вам удалось сбежать? – спросила удивленно воительница, отойдя от Навноя, чтобы видеть его лицо.

– Экхм… ну как видите, – разведя руки в стороны, неуверенно улыбнулся бородач…

– Мы – вольный народ, мы – те, кто против методов правления Золтака, – серьезно представился эльф, после минутной паузы.

– Повстанцы! – радостно воскликнул Навной и, как ребенок- толстячок, показал пальцем на воительницу. – Саша, я тебя к ним и вел.

Девушка недоверчиво посмотрела на женщину, а потом и на небритого мужчину в капюшоне.

– Я понимаю, что наша встреча началась не очень дружелюбно, но и вы поймите нас тоже, – подойдя ближе, мягко заговорил эльф, чуть сгорбившись и плавно жестикулируя. – Ради своей безопасности и безопасности нашего вольного народа мы должны проверять каждого оказавшегося на нашей территории.

Навной, видя, что Саша колеблется с решением, подбежал к ней и, взяв пухленькой маленкой ручкой за серую изящную кисть девушки, посмотрел на нее.

– Саша, прошу, поверь мне, они – наша последняя надежда! – начал умолять девушку мужичок с детским личиком. – Только они могут защитить нас.

Семерида, шумно выдохнув, вяло кивнула в знак согласия, давая понять, что ей не нравится эта затея.

– Ну что ж, двинули тогда! – радостно объявил Марагд, надев вновь дурашливую маску и уверенно зашагал в сторону от собравшихся.

– Марагд, нам в другую сторону… – протяжно сказал мужчина в плаще.

Эльф застыл и стал оглядываться по сторонам.

– Разве? Вроде сюда, – почесывая за ухом, озадаченно ответил юнец.

– Мы проходили у тех деревьев, – ткнув большим пальцем за спину, сказал небритый молодец.

– Да? Точно! А почему они тогда молчат и не признаются? – наигранно пожурил деревья Марагд, проходя между ними.

– Видно, надоела твоя болтовня! – сердито бросила воительница и, обратившись к мужичку и девушке, устало добавила. – Ну чего стоим, пошли…

«…А почему они молчат?…Надоела твоя болтовня…Сладкая компашка!» – повторяла Саша, идя вслед за эльфом и глядя ему в спину.

***

Залтис, вновь принявший человеческий облик, рывком распахнул дверь в свои покои. Зайдя внутрь, захлопнул ее с такой силой, что петли завыли.

Сделав глубокий вдох в попытке утихомирить эмоции, он снял красный плащ и отстегнул нагрудник.

Аккуратно водрузив одежду и оружие на подставку, сел в кресло, стоящее рядом с ней, и устремил взор на ровное пламя в камине.

В покоях Залтиса, состоявших из двух просторных частей, было довольно тепло и по-своему уютно. Зона, где он сейчас устроился, была рабочей. Вдоль стен протянулось множество книжных полок, а посредине располагался большой письменный стол. Все предметы на нём были разложены в идеальном порядке. Перед креслом, где устроился Залтис, стоял маленький столик, а на нём – графин с темно-красной жидкостью и стаканом из толстого стекла.

Во второй части находилась спальная зона, обставленная достаточно аскетично. Кровать с плотным красным балдахином, большой шкаф и пара сундуков. На прикроватном столике стояла толстая свеча, которая должна была охранять покой спящего всю ночь. На стенах красовались гобелены, изображающие горные пейзажи. На окнах – плотные шторы с красно-золотым рисунком.

– Стерва! – неожиданно выругался Залтис, поддавшись эмоциям.

Настроение змея было скверным: он впервые не справился с поручением, а вечно стремящаяся подгадить ему Аргиопа уже опять успела это сделать с двойным усилием.

Оборотень годами оттачивал свое умение скрывать истинные чувства под маской невозмутимости, и ведьму всегда раздражала эта его черта. Залтис прекрасно знал, что она хочет избавиться от него и стать еще ближе к правителю. Аргиопа этого и не скрывала. Женщина всячески старалась вывести его из себя, найти слабые стороны. Змею порой хотелось разорвать ее на части, но, будучи любовницей владыки, она позволяла себе многое, а он не имел возможности тронуть ее даже пальцем. Хотя – какая там любовница – так, кукла на ночь… Ибо Золтак, был черств и не испытывал никакой симпатии ни к кому, даже к собственному брату, всячески его сторонясь и даже боясь.

Разжав кулаки с побелевшими от напряжения костяшками, он закинул голову назад и попытался расслабиться.

Прикрыв глаза светлыми ресницами, он вновь стал прокручивать в голове события, происшедшие на нелегальном базаре. Он ведь нашел ее, отличавшуюся от всех, но изменившуюся почти до неузнаваемости.

Вместо простой земной девушки, в клетке сидело существо, которого он раньше не видел. Похожую копию с зеленой гривой, словно ожившее растение или на берегу рек бледная дева с голубой копной – да, но не ее. У девушки на голове, вместо темно-русых кудрей, была копна черных волос с белыми прядями. Темно-серое, вытянутое лицо, отдаленно напоминало земное. Глаза стали большими и миндалевидными. Уши изменились: стали длиннее и обрели заостренную форму. Зубы тоже поменялись и стали острыми, как у всех представителей лесного пантеона. Но цвет глаз остался прежним, серо-голубым.

– Немыслимо. Так быстро? Да еще и с камнем… Что она такое?…– прошептал он.

Обычно сосуды, родившиеся в мире, наполненном магическим эфиром и перемещенные на долгие годы в погибающие миры, попадая вновь в живую магическую среду, тратили примерно три-четыре. недели на усвоение и использование здешней природной силы. Особо выдающиеся – одну. (Поэтому, как только они проявляли свои способности, их опустошали. Конечно, выгоднее было дать существу развиться полностью – больше можно было бы забрать от него. Но повелитель не хотел понапрасну рисковать). А тут за сутки, да в таких масштабах, да еще полностью игнорируя жадный камень! После этого она просто не должна была встать. Ей надлежало остаться на месте, погрузившись в глубокий сон. Но…

Догорающие дрова, изредка потрескивая, не мешали Залтису размышлять. А подумать было над чем. Открыв глаза, он положил подбородок на кулак, и его взгляд упал на телефон, обвитый вокруг корпуса белыми проводами наушников. Взяв в руки странный предмет, мужчина снял белый провод с экрана и стал разглядывать неведомую ему вещицу. Обнаружив выступающие на боку корпуса какие-то кнопки, с любопытством начал нажимать их. Экран загорелся, и на нем появилась фотография. На фоне белой равнины были запечатлены два человека, в заснеженных шапках: они искренне улыбались в объектив – совсем ещё зеленая беглянка и взрослая земная женщина. Они казались такими невероятно, невозможно счастливыми. Но – экран погас… Змееоборотень начал нажимать на другие кнопки, однако, кроме все той же картинки, ничего увидеть не смог. Отложив телефон в сторону, он перевел взгляд на полку с книгами.

Пробежавшись по ним быстрым взглядом, задумчиво остановился на нескольких переплетах.

До встречи с повелителем оставалось три часа. Тратить время на сон не хотелось. Тем более что странная особа никак не хотела покидать его голову. Так много было в ней непонятного.

Взмахнув рукой, мужчина поймал слетевшую с полки книгу и начал ее листать. Не найдя нужной информации, проделал то же самое с другими двумя очень старыми фолиантами.

– Ага, вот ты где… – наконец задумчиво пробормотал змей, всматриваясь в рисунок, изображавший двух девушек, стоящих спинами друг к другу. Одна из них была обведена по силуэту пером, отчего казалась белой, а вторая – наоборот – добротно разрисована тушью и казалась черной. Белая в руках держала пригоршню земли, откуда тянулся к солнечным лучам маленький росток. Черная – горсть толи земли, толи пепла. Одна улыбалась – вторая грустила.

– Черная семерида, значит…– прочитал Залтис, оторвав глаза от рисунка.

Военачальник нашел изображение лесных и водных семерид, а так же воздушных, ледяных и огненных. Лесная когда-то давно преградила дорогу седовласому мужчине и не пускала дальше в лес. Спорить оборотень с ней не стал, а просто ушел прочь. Водная же просто сбежала в воду издав омерзительный свист, от которого внутри все съеживалось.

Он так же слышал и от остальных солдат и путников, заблудившихся в лесных чащах и бродивших там сутками, что те встречали прекрасных дев. Те же мужчины, очарованные их красотой, осмеливавшиеся увязаться за ними, не возвращались обратно. Змей знал что с лесными древними духами лучше не встречаться. Даже пикси, в голодные сезоны, могут напасть на заплутавших гостей, но только стаей. Благо существа того древнего времени жили в глубинах вековых лесов и очень редко покидала его пределы, но и вход в свою обитель стерегли очень рьяно, никого не впуская.

Картинка из старой осыпающейся книги и россказни жителей слились воедино и предстали в реальном свете в виде загадочного существа, которое до сего времени и не знало о себе. Ровно так же, как когда-то не знал о себе седовласый мужчина.

***

Солнце едва коснулось горизонта. Лесной воздух стал совсем влажным, в нем чувствовался легкий запах сырой земли и водорослей. Кустарников вокруг становилось все больше.

До слуха долетел звук плещущейся воды. Почва под ногами начала пружинить. Взглянув вниз, Саша помимо травы, увидела нечто похожее на зеленый ковер из мха. Босым ногам стало значительно легче наступать на такую поверхность. Но семерида продолжала слегка прихрамывать.

Пока бродили по лесу, повстанцы угостили путников вяленым мясом и вполне съедобным хлебом, поэтому, несмотря на трудности, силы продолжать путь у странников ещё остались.

Навной воодушевленный тем, что его ведут в обитель вольного народа, нервно пожимал ладони и со светящемся от счастья лицом осматривал округу. Саша же не разделяла его восторга, а продолжала с опаской поглядывать на спутников, ожидая очередной передряги.

Вдруг идущий впереди эльф остановился. Внутри все сжалось как пружина, но девушка все-таки рискнула выглянуть за спину остроухого путника и увидела впереди, за краем поляны, очень широкую и бурную реку. Вода цвета кофе с молоком стремительно неслась мимо берегов, резко поворачивая вдалеке. Иногда волны шумно плескались, образуя на поверхности белые барашки. По уровню берегов было понятно, что река могла быть еще шире.

– Это Монфлумен – наша защитница. Она сейчас показывает половину своей силы. В сезон дождей она похожа на обезумевшую стаю цертуров, – словно прочитав мысли девушки, решил рассказать о реке молодой Марагд.

– Цертуров? – переспросила семерида.

За спиной раздался свист, сбивший с мысли готовящегося ответить эльфа. Чуть погодя, свистом еле слышно откликнулся противоположный берег.

Мужчина в плаще подошел ближе к воде и свистнул два раза коротко и один длинно.

Заинтересованная происходящим процессом, Саша, всмотревшись в волны, увидела вынырнувшие со стороны противоположного берега канаты, которые стали подниматься над волнами и двигаться к тому месту, где стояли они с повстанцами.

Когда тросы были достаточно натянуты, от противоположного берега отчалил плот. Он плыл спокойно, слегка покачиваясь. Прищурив глаза, девушка разглядела на нём двоих крепышей, которые перебирали сильными руками канат, двигая плот все ближе к путникам.

Как только плот причалил, эльф радостно спрыгнул с небольшого обрыва вниз, спеша поприветствовать паромщиков, похожих друг на друга как две капли воды. Невысокие, коренастые, с окладистыми бородами и гладко выбритыми головами. Они были одеты в свободные рубахи светло-кремового цвета и в темно-зеленые добротные парусиновые штаны. Один из них обнял эльфа, как опытный борец соперника, отчего тот сдавленно пискнул. Второй, зацепив веревку от плота за торчащий пенек, подошел к мужчине в плаще и, приветливо улыбнувшись, пожал ему руку.

– О! Новенькие прибыли! – воскликнул крепыш, который обнимал эльфа, обратив внимание на Сашу и Навноя. Затем приветливо представился, внимательно разглядывая мужичка и семериду.

– Меня зовут Ланс, а этот бездарь – мой брат Джук. Мы рады вашему появлению!

– Я – Навной, а это Саша. – незамедлительно представился мужичок, после чего девушке оставалось лишь натянуть некое подобие улыбки на уставшее лицо и согласно кивнуть.

– От бездаря слышу! – ответил второй незнакомец, подойдя ближе к брату, и – неожиданно застыл, уставившись на Сашу.

Девушке стало не по себе от пристального взгляда крепыша, от чего захотелось куда-нибудь убежать, спрятаться, провалиться под землю. Но ей оставалось только растерянно смотреть по сторонам, чтобы хоть как-то скрыть своё смущение.

– Братец, ну неприлично же, в самом деле! – подмигнул Саше Ланс и толкнул своего брата плечом, Джук, осознав свою оплошность, побагровел и поспешил удалиться на плот.

– Ну что, в путь?! – эльф снова взбежал на верхушку обрыва, приглашая парочку на переправу, и похлопал девушку по плечу. Та дернулась от неожиданности, удивленная такой бесцеремонностью.

Быстро отчалив от берега, плот помчал их через бурную реку.

Сидя в стороне ото всех, Саша смотрела на свои усталые серые ноги, саднящие от царапин и болевшие от непривычной прогулки босиком. Причудливой формы ногти, выкрашенные в почти черный цвет, заставляли девушку чувствовать себя не в своей тарелке. Ей казалось, словно она забыла про существование ножниц на многие месяцы, а потом вышла на люди в шлепанцах. Зато плечо почти престало беспокоить, хотя ещё отзывалось тянущей болью, когда приходилось шевелить рукой.

Навной увлеченно болтал с Марагдом. О чем именно – она не слышала или, может, не хотела слышать.

Бездумно поглядывая на повстанцев, девушка чувствовала усталость и безразличие. Казалось, у неё не осталось сил ни на удивление, ни на размышления. Она опустила взгляд на деревянную поверхность плота. Непроизвольно вспомнилось произошедшее совсем недавно, на стоянке.

Крики существ, кровь на клинке и не перестающая трястись под руками земля. То, как она просила перестать, то неизвестное, что искорёжило землю и не отпускало руки. То, как злобное создание в чешуе, исчезло в расщелине, а потом выбралось оттуда.

Легкий толчок заставил ее вернуться в реальность. Придя в себя, она увидела, что плот остановился у берега.

Солнце еле касалось макушек деревьев. Все вокруг стало оранжево-желтым. Ступив босыми ногами на сухую поверхность, Саша ощутила приятное тепло земли. Этот берег мало чем отличался от противоположного, только мха было меньше и кустарники росли не так часто. Может, из-за того, что этот берег был выше? Ведь на него пришлось подниматься с берега по сделанным из светлой земли ступенькам.

– Скоро стемнеет, а я еще не ужинал! – потягиваясь, подал голос молодой эльф.

«Он когда-нибудь замолкает?»– огрызнулась про себя девушка, качая головой.

– Ну, что пошли? Тут близко. Да расслабься ты наконец! – неожиданно Марагд обратился к Саше, словно прочитал ее мысли и, взяв ее за руку, повел в сторону леса.

Устав вконец, она позволила себе быть ведомой. Смело шагая рядом с эльфом, семерида не вслушивалась в его болтовню про еду. Больше всего на свете ей хотелось рухнуть на что-нибудь мягкое и поскорей уснуть.

Заметив впереди легкое свечение, девушка стала вглядываться, пытаясь понять, откуда оно идет.

– А вот и наш небольшой городок! – радостно объявил Марагд, обращая на себя внимание остальных, а его спутница только сейчас заметила такое же легкое свечение из – под рубашки юноши.

Наконец лес кончился и, выйдя из кустов, загораживавших обзор, Саша замерла, пораженная красотой городка, где обитали повстанцы.

На огромном пространстве, в кругу порхающих огоньков, словно в сказке, росли высокие деревья, увенчанные хижинами. Небольшие жилища сообщались между собой мостиками и лестницами. Под могучими стволами располагались лавочки и глиняные домики с соломенными крышами. Город кипел жизнью: различные существа и люди сновали вперед и назад. Кто-то сворачивал свои лавочки. Кто-то спешил со свертками провизии или иной поклажей по своим делам. А кто-то сидел в небольших компаниях вокруг костерка и слушал очередную балладу или историю, оживляемую красочными вспышками костра. Улыбки на их лицах, озорной смех играющих детей и поистине волшебный свет от голубых и золотых шаров, паривших в воздухе, – всё это создавало ощущение покоя и защиты.

– Обалдеть…– обронила она первые пришедшие на ум слова и, широко раскрыв восхищенные глаза, с восторгом посмотрела по сторонам.

Проходившие мимо жители приветствовали путников, с любопытством поглядывая на новеньких: Навноя и в особенности на девушку.

– Добро пожаловать в Либертаулу – город свободного народа! – послышался сбоку приятный низкий, но мелодичный голос.

Повернув голову, путница увидела человека, до невозможности похожего на Марагда, только этот человек был старше и серьезнее. А ещё чуть выше ростом и немного крупнее молодого эльфа. Шрам проходил по его лицу от брови через поблекший глаз к подбородку. Второй же глаз горел синей, доброжелательной искрой. Одет он был так же, как и юный эльф, не хватало только плаща.

– Это мой отец, он тут большая птица, – прошептал, наклонившись к уху девушки, Марагд.

– Силил! – протянул руку в знак приветствия старший эльф.

– Саша! – представилась девушка и пожала руку «большой птице», но вместо рукопожатия, эльф накрыл второй ладонью серую руку и, почтительно склонившись и дотронулся лбом до тыльной стороны своей кисти.

– Навной! – представился мужичок, и эльф повторил ритуал приветствия.

– Ну, насчет птицы, мой сын преувеличил, – выпрямившись пошутил Силил и – мягко подытожил. – Я такое же свободное существо, как и все здесь находящиеся.

– Вождь, просто вождь, – иронично прошептал юный эльф и стал оглядываться по сторонам, сделав вид, что ищет сказавшего.

– Простите моего сына, уж очень веселым мне подарили его боги, – по-отцовски потрепал и без того лохматые волосы сына Силил. Это заставило Сашу вспомнить о когда-то теплых отношениях с ее отцом.

– Отложим все разговоры на завтра, а пока предлагаю отправиться в приготовленные гостям дома для восстановления сил. Вам же, – продолжил вождь, обратившись к семериде и кивнув на её плечо, – необходимо отправиться перед этим к лекарю. Нужно извлечь жадный камень.

Попрощавшись с гостями, Силил ушел в центр древесного города.

– Пойдем, – приблизившись к девушке, проговорила с нажимом воительница и двинулась в ту сторону, куда ушел вождь повстанцев. Та последовала за провожатой, но, словно спохватившись, остановилась и растерянно оглянулась на Навноя.

– Все хорошо, – тихо сказал маленький бородач, кивая одобрительно.

Девушка, слабо улыбнувшись в ответ, поспешила за удалявшейся нянькой в кожаном нагруднике. Пришлось перейти на бег, чтоб догнать ее.

Свет от костров становился ярче по мере приближения сумерек. Обгоняя жителей города, свободных от занятий и неторопливо шагающих по дорожке, Саша старалась не упустить из виду воительницу, которая шла вперед, не оглядываясь и не сбавляя темпа. Пройдя по широкой грунтовой дороге мимо домиков и лавочек, они пересекли открытое пространство, напоминавшее площадь, и, наконец, остановились у вытянутого глиняного здания.

– За мной! – вновь скомандовала женщина и, не оборачиваясь на спутницу, вошла в открытые двери.

В узком коридоре, образованном тканевыми занавесками, разделяющими стены палат, поспешно зажигали свечи. В нос ударил сладковатый запах вина, эфирных масел и чего-то такого, что отдалось металлическим вкусом на языке. Мимо пробежал молоденький юноша с корзинкой, заполненной бежевыми тряпками с темными пятнами.

– Так, все! Дальше сами. Теперь с вашего разрешения я удаляюсь, – раздался надменный высокий мужской голос.

Шторка, отделявшая палату от коридора, дернулась, и из-за неё показался худой мужчина, одетый в легкие рубаху и бриджи. Закрывавший одежду грязный фартук давно потерял свой первоначальный цвет и больше походил на схваченную впопыхах грязную тряпку. Незнакомец методично вытирал окровавленные руки о подол. Он устало откинул голову, отчего его рыжие длинные волосы рассыпались по всей спине. Их удерживал в подсобранном виде бежевый платок.

– Гланссса…Ну что еще? – протянув нервно букву «с» на выдохе и не повернув головы, спросил он у только что пришедших.

– Нужно извлечь жадный камень, – коротко пояснила воительница.

– О Вифиния, я точно сегодня усну в хмельном блаженстве, – опустив руки, он обратил глаза к небу. – Опять спа… – начав бурную тираду лекарь, повернулся к собеседнице лицом и вдруг замер на месте, с широко раскрытыми желтыми глазами.

Саша тоже стала внимательно рассматривать странного доктора. Если бы мужчина не заговорил, то она решила бы что видит перед собой очень молоденькую женщину. Крупные глаза и аккуратные черты вытянутого, как у Марагда и Силила лица, свидетельствовали, что он из того же племени. Однако узкие плечи и небольшой рост делал его отличимым от них же.

– Я знала, что ты не откажешь, – прервав тишину, ухмыльнулась Сашина нянька в кожаном нагруднике.

– Идите за мной, – завороженно позвал лекарь и повел путниц, постоянно оборачиваясь на Сашу, словно, не веря своим глазам.

…Сидя на трехногой табуретке, семерида продолжала ловить на себе горящий любопытством взгляд желтых глаз. Эльф нежно и аккуратно прикасаясь к серой коже, разматывал кровавую повязку на плече. Казалось, он рассматривал каждую черточку, каждый волосок на открывавшемся взору пространстве.

Быстро взяв в руки пинцет и металлический прутик с ложкообразной головкой, он посмотрел исподлобья на Глансу с еле заметной улыбкой.

– Сейчас будет неприятно. – и, не дожидаясь ответного кивка, залез лопаткой и пинцетом в рану на плече. Саша дернулась и вскрикнула от боли.

– Да какого черта! – ругнулась она на лекаря и вскочила, опрокинув табурет. – Совсем с ума посходили!

– Странно, ты не должна была чувствовать боли, – удивленный возмущением девушки, растерянно проговорил эльф и, встав суетливо со своего места, поднес к свече пинцет с зажатым в нем фасолеобразным камешком.

– У кого ни спроси, всегда кому-то что-то должна и не должна! – продолжала кипеть семерида, шагая из угла в угол по кабинету лекаря, как загнанный зверь. Кровь капала из раны на деревянный пол. Воительница молча стояла в стороне и наблюдала за происходящим, скрестив руки.

Промыв в деревянной мисочке пинцет, эльф опять принялся разглядывать камень в свете большой пузатой свечи.

– А-а-а, вот в чем дело! – не обращая внимания на Сашины метания, протянул он, словно нашел ответ в этом свете. – Камень исполосован трещинами. Если его сжать, – лекарь надавил посильнее на камень, послышался легкий щелчок, из-за чего фасолина рассыпалась мелким песком на стол, – то он развалится.

– Он просто разрушился и перестал питаться, оставив только оболочку, – добавил эльф и ушел в собственные раздумья, рассматривая то, что осталось на столе.

– Витае! Надо обработать рану и отпустить девушку. – попросила с нажимом Гланса, пытаясь вернуть лекаря на землю.

– Я больше к нему не подойду! – запротестовала Саша, отрицательно качая головой.

Некоторое время спустя, оказавшаяся у овальных дверей, на верхнем ярусе, огромного дерева, девушка поглаживала аккуратно наложенную повязку на плече. Лекарь быстро и безболезненно залатал её рану каким-то клейким веществом, несмотря на все Сашины страхи и протесты. Сейчас, стоя рядом с сопровождавшей ее воительницей, девушка чувствовала себя немного неловко.

Между тем солнце ушло на отдых, и на небе стали загораться звезды, становясь тем ярче, чем темнее делалось небо. А две луны в серебристо-белом цвете начинали освещать окружающее пространство.

– Завтра, когда солнце полностью выйдет из-за горизонта, я за тобой зайду, – сухо проговорила Сашина провожатая и, махнув рукой, покинула гостью.

«Странная особа, прям не баба, а мужик», – посмотрев вслед уходящей женщине, подумала про себя Саша.

Отворив дверь, она прошлепала босыми ногами в слабо освещенную комнату. Свет от костров и факелов, попадавший через небольшие окна с улицы, позволил разглядеть стоящий у стены стол, на котором высилась пузатая свеча с бутылку размером.

– Ага, а зажечь – то тебя как? Пагубной привычки, благо, не имею, но порой жалею, что зажигалки нет с собой. – сказала негромко девушка и, подойдя к столу, взяла в руки свечу.

Глядя по сторонам, она пыталась среди расположенных в поле видимости полок и сундуков найти хоть что-то похожее на спички или любое другое приспособление для разведения огня. Но огонь на фитиле неожиданно вспыхнул сам, отчего Саша чуть не выронила источник света.

– Да твою на лево! … – выругавшись, она поставила свечу обратно на стол, чувствуя, как в груди бешено заколотилось сердце.

Когда огонь достаточно разгорелся, девушка смогла разглядеть место своего ночлега.

Это была небольшая хижинка. Через центр её проходил ствол дерева, на котором был закреплен домик. Вправо уходил полукольцом коридор, слева же располагались ещё две ниши, занавешенные плотной тканью. Скромная мебель, состоящая из стола, пары стульев, сундука и полок, – вот и всё, что было в комнате.

На деревянном обеденном столике стояла корзина, накрытая бежевым полотенцем в полосочку. Семерида приподняв краешек полотенца, увидела лежавший в корзине кусок сыра, хлеб, вяленное мясо и кувшинчик с молоком. Только сейчас она вспомнила, что давно уже нормально не ела. Она бы что угодно отдала за полную тарелку супа, а лучше борща с четвертинкой лука и белым хлебом. Но как говорится дареному коню в зубы не смотрят, поэтому, не раздумывая, тут же села и принялась ужинать.

«Господи, как вкусно!» – мысленно благодарила она жителей городка, чувствуя, как силы возвращаются к ней. Наконец-то никуда не надо было бежать, наконец-то вокруг было тихо и спокойно.

Закончив трапезу, девушка поднялась со стула и подошла к шторе зеленого цвета с бежевым рисунком в виде листьев.

– О, да! – отдернув ее, благоговейно произнесла девушка.

За тканевой преградой оказалась большая деревянная чаша, над которой поднимались слабые струйки пара. Саша, не раздумывая, вошла в нишу и забралась в теплую воду, завязав волосы в огромный пучок.

Нежась в уютном тепле, девушка смотрела в деревянный потолок. Он слегка запотел от поднимающегося вверх пара. Понемногу проступающий конденсат начал собираться в капельки. Девушка опустила глаза вниз. Мыльная пена еле покрывала поверхность воды. Тот кусочек что мыла, что прилагался к ванне очень плохо мылился, но его вполне хватило, что привести себя в порядок. Серые коленки торчали из воды, и от них шел легкий пар. Блаженству не было предела, что может быть лучше.

«Вот ведь как. Такое даже в пьяном бреду не придумаешь. Сама себя узнать не могу. Везде серая кожа, волосы странные, уши…Только грудь как небольшая была, так и осталась… – чуть разочарованно подумала она. И вдруг спохватилась. – И что же мне делать? Как обратно вернуться?».

Обычно в конце каждого дня она прокручивала планы на день грядущий, но тут мозг совершенно отказывался работать. Перед глазами стояли события, произошедшие с ней за последнее время. Думалось плохо. Почувствовав, что ноги начинают затекать, а голова тяжелеть, она решила закончить купание. Поднявшись из чаши, она стала обтираться хлопковым полотенцем.

– Черт! – выругалась Саша, заметив, следы крови на полотенце. Рана вновь открылась, обагрив повязку.

Она открыла стоящий рядом с чашей небольшой шкафчик и, обнаружив тонкую материю, принялась мастерить новую повязку. Оказалось, не все так плохо. Руки слушались плохо, глаза слипались, но в конце концов рана была перевязана.

Совершенно измотанная девушка вышла в комнату и открыла первый попавшийся сундук. Одевшись в лежавшую сверху длинную бесформенную рубашку, семерида прошлепала босыми ногами по деревянному полу в сторону второй шторы, мечтая обнаружить там хоть какую-нибудь кровать.

Ее догадки подтвердились: всю вторую нишу занимало спальное место.

Завязав волосы в плотную ткань, девушка плюхнулась на относительно мягкую кровать и, едва успев натянуть одеяло, провалилась в сон.

***

В назначенное время скрипнула дверь, ведущая в мрачные покои, где огонь в камине облизывал остатки поленьев. Хозяина на месте не оказалось. Тогда огромная тень проползла к открытой двери балкона.

Сквернув чешуей в лунном свете, Залтис, обратившийся в змея, подполз к краю карниза. У каменных перил увидел чуть сгорбленную фигуру. Повелитель стоял, обхватив себя руками, всматривался в даль. Лианы, обвивавшие каменные стойки, в лунном блеске, казались совсем безжизненными.

– Вы хотели меня видеть, господин? – склонившись, проговорил змей.

Пролетевший мимо ветер унес с собой пару сухих листьев и выбил самые тонкие серебряные пряди на чешуйчатое лицо Залтиса.

– Да, – коротко ответил повелитель. – Я очень обеспокоен твоим промахом и опечален тем, что существо оказалось у этих оборванцев.

Змей проглотил обвинительные слова и еще ниже склонил голову.

– Аргиопа видела силу сосуда и сказала, что эта девушка великолепна. А я почему-то ничего не почувствовал… Те восемь душ, конечно, улучшат мое состояние, но девятая решила бы все мои проблемы, – удрученно продолжил властитель здешних земель.

Неожиданно старик развернулся и вознес руку над подчиненным, отчего змей съежился и, стиснув зубы, простонал от невыносимой боли.

– Она мне нужна как сосуд жизни или как воин – покоритель! – разгневанно прогремел Золтак. – А ты подставил меня… Может, девятым станешь ты?

Старик зарычал, сжимая руку в кулак, и змей повалился в конвульсиях на каменный пол балкона.

– Но… я тебя прощаю, – разжав руку, вдруг спокойно проговорил повелитель. – Всем свойственно ошибаться. Никто не знал, что именно ты найдешь на этой захламленной и умирающей планете. Не найди ты ее, я бы так и продолжал выгребать жизнь из других по крупицам, страшась, что земли захватит мой брат или какой-нибудь другой желающий.

Проговорив всё это, Золтак повернулся к подчиненному спиной.

Мужчина в змеином обличии тяжело дыша прижал огромную лапу к белой груди. В растрепавшихся длинных седых волосах запутались листья и ветки с пола. Огромные зеленые глаза таили злобу на правителя, но ничего, кроме как проглотить обиду, Залтису не оставалось.

– Скорее всего, мятежники ее нашли в лесу и укрыли от моих глаз, – выдохнув, проговорил владыка. – Но она ещё не понимает сути происходящего и той силы, которая ей досталась. У нас есть время, пока она не научится управлять своей природой. Можно убить двух зайцев одновременно… Ступай! И постарайся больше не подводить меня.

Правитель, отдав приказ подчиненному, перестал что либо говорить и новь погрузился в раздумья.

Залтис, с трудом поднялся, молча поклонился и уполз прочь, держась за саднящую грудь. Боль была невыносимой, словно из его плоти пытались вырвать кусок мяса.

Едва успев прикрыть за собой дверь покоев, как в нос ударил аромат розового масла и сандала. Таким парфюмом могла душиться только одна женщина в замке.

– Залтис, солнышко, как прошел визит? – язвительно поприветствовала змея красная ведьма и, выйдя из тени, подошла к нему совсем близко.

Аромат эфирных масел, казалось, заполнил все пространство коридора. Дама вновь переборщила с дозировкой. Змееоборотень молча смерил ее взглядом и приготовился уползти прочь, не отвечая на игривое приветствие.

– А зря ты не здороваешься. Я ведь могу помочь тебе поймать девчонку, – надменно проговорила колдунья, перенеся весь вес на одну ногу, скрестив руки и рассматривая свой великолепный маникюр.

– Мне хватило помощи подсунутого тобой ученика, – сухо ответил Залтис, не обращая внимания на улыбку собеседницы.

– Ну, Остей свое уже получил, не правда ли? – небрежно бросила ведьма. И тут же с уверенностью перешла к делу, стала рассуждать. – Видишь ли, наша девочка сейчас растеряна и будет искать способ разобраться. Ей понадобится верное плечо, понимающий её и разбирающийся в магии учитель. А мы идеально подходим на эту роль. Твоя сногсшибательная харизма и мой великолепный ум помогут быстро решить задачу, – не искренне улыбаясь подвела итог ведьма в красном.

– Я тебя слушаю, – всё так же сухо ответил Залтис, но уже обернувшись женщине.

Он понимал, что ввязывается в очередной обман, что улыбка её неискренняя и что помощи от неё будет меньше, чем вреда. Но вдалеке от повелителя с ненавистной змею ведьмой могло произойти все, что угодно. Гибель от рук засланного врага или случайный обвал плохо построенной хижины.

Лукавая улыбка чуть не проявилось на внимательном хищном лице, но змей мастерски сдерживал себя.

***

Звездное небо поражало своею красотой. Саша, широко раскрыв глаза, смотрела на это великолепие. Откуда-то со стороны послышалось монотонное, заунывное пение. Девушка хотела повернуть голову и посмотреть на неизвестных певцов, но тело не слушалось приказов мозга.

На фоне прекрасного неба появился размытый лик с серо-голубыми, холодными глазами. От их пристального взгляда девушка почувствовала слабость, стало трудно дышать. Она попыталась встать, но и тут тело отказалось слушаться хозяйку. Странное лицо исчезло так же внезапно, как и появилось. Саша спокойно выдохнула, но, подняв взор к небу, с ужасом увидела острие кинжала, прицельно летящее прямо в её грудь.

Пытаясь сместиться в сторону и избежать неминуемой смерти, она напрягалась изо всех сил, но только теряла с каждой минуты силы и самообладание. Призывы о помощи не могли вырваться из ее рта, и только воздух с невнятным тихим стоном покидал ее легкие. Невидимая плита давила на грудь, не давая возможности сделать вдох, а кинжал продолжал опускаться все ниже и ниже.

…Раздался стук, и девушка открыла глаза. Взору предстал деревянный потолок и зеленая штора с орнаментом из бежевых листьев. Тяжело дыша, она села на край кровати и стала тереть лицо, отгоняя остатки дурного сна. Вся мокрая и взъерошенная, Саша стала оглядываться по сторонам, не очень понимая, где находится.

Стук повторился.

«Когда солнце полностью выйдет из горизонта, я за тобой зайду», – вспомнились ей слова воительницы.

– Черт! – ругнулась девушка и побежала к двери.

Приоткрыв дверь, она увидела ту самую женщину со шрамом. Сегодня она была одета в морковно-оранжевую льняную рубашку и светло-бежевые штаны. Талия была затянута черным ремнем. На ногах красовались мягкие кожаные ботиночки.

– Приветствую! Мне велено проводить тебя к вождю свободного народа! – доложилалась воительница.

– Я очень извиняюсь, но мне нужно время собраться, – начала смущенно Саша.

– Я подожду, – спокойно ответила женщина.

Девушка, еще раз кивнула и, закрыв дверь, побежала в нишу, где стояла деревянная чаша. Найдя остатки чистой воды в ведре, она умылась и собрала пышную шевелюру при помощи резинки для волос. Но лишь только тряхнула головой, раздался щелчок, и не выдержавшая напряжения резинка улетела в чан с мыльной водой, а волосы рассыпались по плечам.

– Да какого…? – ругнулась она и, выбежав в комнату, стала искать замену. На глаза попался достаточно крепкий кожаный шнурок, висевший на крючке рядом с деревянным гребешком.

– Вот и славно!

Открыв стоящий рядом с окном сундук, семерида в нем нашла аккуратно сложенную бежевую рубаху и болотного цвета штаны.

Осмотрев свою мятую безразмерную одежду, Саша, стянула её и облачилась в свежую, найденную в сундуке. Выпрямившись, критически осмотрела себя.

– Ну, всё лучше грязных штанов и вонючей футболки? – качнула одобрительно головой и, скосив глаза в сторону полок, опять увидела висящий возле гребешка шнурок.

Спустившись из своего жилища на землю, Саша нервно собирала объемную копну волосу при помощи кожаного шнурка. Гребешок со сломанными зубцами остался лежать на полке. Ощущалась легкая слабость и горели уши.

– Корыто за тебя опустошат, впредь купание организовывать будешь сама в доме или же сможешь помыться в бане, – кратко пояснила женщина воин и развернувшись пошла прочь от девушки.

– Угу, – только и смогла выдавить из себя Саша как раз управившись с волосами и ринулась следом за неособо приветливой дамой.

Женщина продолжала идти в быстром темпе, не глядя по сторонам и не обращая внимания на происходящее вокруг.

Семерида же, наоборот, забыв про не очень приветливое начало дня, вертела головой по сторонам, рассматривая попадавшихся навстречу людей и жилища, где они обитали. При свете дня свободный город выглядел по-другому. Парящие огни тускло горели в тени огромных деревьев, почти теряясь при солнечном освещении. Почва под ногами была утоптана множеством ног и казалась почти ровной.

Народу было не так много, как вечером, и все были заняты своим делом. Гостья широко раскрытыми глазами наблюдала за работой человекоподобных существ. Кто-то трудился в жаркой кузнице, отбивая в своем темпе заготовку. Замечая оплошность в работе, кузнец брал голыми руками почти покрасневший кусок железа и, поднося к лицу, дул на него, отчего заготовка вновь становилась белой от жара. Кто-то тащил огромных размеров тюки, не напрягая ни одного мускула и задорно переговариваясь с собеседником. А кто-то раскладывал только что привезенный товар на полки, мелодично напевая, и от этого становилось особенно хорошо на душе. Дети играли и бегали, огибая огромные стволы и работающих взрослых, поднимая, казалось, радостный, игривый ветер. А над головой по натянутым веревкам с удивительной быстротой перемещали небольшие предметы среднего роста худощавые существа.

Неожиданно солнце заслонила огромная тень, и, приземлившись совсем рядом с Сашей, пернатое существо, приняв вертикальное положение, заговорило приветливо с кем-то в прилавке. Больше всего семериду озадачили животные, запряженные в небольшие телеги. Они были похожи на ящероподобные двуногие существа, которые изредка щелкали и нервно мотали головой.

«Удивительное место. – подумала девушка. Начав мысленно рассуждать она, перестала воспринимать окружающие ее вещи. – Я, конечно, просила изменить мою жизнь, но не настолько кардинально. Видно, там сверху у кого-то хорошее чувство юмора. Как теперь вернуться обратно? А вернусь – и что дальше? С такой внешностью я не смогу ходить, как прежде по улицам…».

Саша начала поддаваться панике.

– Мы на месте! – отвлекла ее от мыслей женщина и показала жестом на крепкий бревенчатый домик.

Зайдя внутрь, семерида увидела большой зал, где было множество скамеек и только у стены стояло, простое деревянное кресло, накрытое желто-зеленым покрывалом. Зал пустовал.

Воительница, пройдя пустое помещение, направилась к боковой двери и постучала.

– Да, прошу! – послышался приятный низкий мужской голос.

Женщина в морковной рубахе открыла дверь и пригласила девушку войти.

– Надеюсь, вам удалось восстановить силы? – добродушно улыбаясь, спросил эльф со шрамом на лице.

Он сидел в небольшой комнатке, за письменным столом, сделанным из толстого куска древесины.

Рядом с его рабочим местом, на стене, висела карта неизвестного Саше мира. На многочисленных полах и в шкафах, заполнявших пустые места в комнатке, видны были листы пергамента и книги. На сундуках, на полу тоже были нагромождены стопки книг. В общем, в кабинете царил творческий беспорядок.

– Да, спасибо, – ответила девушка, пытаясь улыбнуться и ощущая непонятную усталость.

– Гланса, ты можешь быть свободна. Спасибо за помощь! – обратившись к воительнице, поблагодарил вождь города свободных.

– Слушаюсь, – также без эмоций ответила женщина, и, чуть склонившись, вышла из кабинета.

– Присаживайся, юное дитя, – показав на табурет, предложил Силил. – Я вижу растерянность на твоем лице. И, судя по твоей вчерашней экипировке, я могу предположить, что ты не из здешних краев. Расскажи мне, как ты здесь оказалась?

Саша воспользовалась предложением и уселась на табурет, стоявший рядом со столом. Её несколько смущала открытости существа, о котором она знала только из книг и фильмов.

– Я даже не знаю с чего начать и во что верить из увиденного… – уставившись на свои руки, начала нехотя говорить девушка. – Еще пару дней назад, я жила в городе, где должна была начаться зима. Я спешила добраться с работы домой и приняла звонок из интернет – магазина о том, что меня ожидает билет в театр. Ничего особенного…

Она подняла глаза на Силила, который внимательно слушал ее.

Эльф кивнул, давая понять, что почти понимает все выше сказанное и готов слушать дальше.

– Я плохо помню, как именно попала в ваш мир, только обрывки воспоминаний. Странный убаюкивающий шепот, от которого стыла кровь. Еще юноша, который называл меня сосудом, а потом – ничего. Но, открыв глаза, я оказалась в окружении огромных деревьев, там, где был разгар лета, – пытаясь передать свое удивление и чуть осмелев, посмотрела на собеседника девушка. – Я перестала быть похожей на саму себя внешне. Обнаружила этот немыслимый цвет кожи, волосы, ногти, уши и зубы. Встретила Навноя, а потом меня поймали и усадили в клетку, как животное. И еще помню богатого толстяка и тощего крысоподобного гада, которому я сломала руку. Меня избили и привязали, как собаку, к столбу. Потом какие-то солдаты напали на нас, один попытался даже убить меня! А после, словно из-под земли, вылез этот ящер со своими «добрыми» намерениями от какого-то местного злыдня!

Саша начала вновь погружаться в воспоминания и почувствовала, что гнев нарастает внутри неё все больше и разгорается, словно пламя, пожирающее бумагу. Она не заметила, как сжала кулаки и повысила голос:

– Почему меня хотят все время поймать или убить? Что этому упырю в чешуе с его Золтаком от меня нужно? Кому я перешла дорогу, за что меня так наказывают?!

Она уже кричала, вскочив с табурета. Эльф с пониманием улыбнулся, и гнев гостьи исчез так же быстро, как и появился. Девушка, придя в себя, стыдливо опустила глаза. Осознав, что она только что выкинула всю накопившуюся эмоциональную гадость на сочувственно смотрящего незнакомца, Саша медленно села обратно на табурет.

– Прошу, простите меня. Я не знаю, что на меня нашло… – пряча стыдливо глаза, проговорила она и сжала правой рукой свои серые пальцы левой.

Эльф встал из-за стола и подошел к девушке. Она приготовилась к тому, что ее просто выставят вон, но, вместо этого, Силил сел рядом с ней и положил свою теплую и изящную ладонь на ее серые руки.

От такого жеста слезы предательски потекли по девичьему лицу.

– Ты оказалась втянута в войну этого мира, которая длится очень давно. Тот мир, в котором ты выросла не твой родной. Он приютил тебя и защитил от бед. Но от судьбы, увы, не уйти. Ты дух леса, семерида. Я немного знаю о вас, только из песен и легенд моего лесного народа. В живую видел только пару раз. Твои сестры не особо общительные, они одичали много веков назад и не стремятся возвращаться к прежней жизни. Видно была причина спрятать тебя в ином мире, – мягко проговорил вождь и взглянул своими разномастными глазами в её покрасневшие серо-голубые.

Девушка, осмыслив сказанное, закивала и, вытащив руку из-под смуглой ладони, стала вытирать никак не останавливающиеся слезы тыльной частью ладони.

– Змей тоже сказал, что это мой родной мир, – вспомнив, проговорила девушка.

Эльф поднялся на ноги и подошел к висящей на стене карте.

– Этот змей – подчиненный Золтака, его зовут Залтис. Он своего рода правая рука тирана. С ним нужно быть очень осторожным, – проговорив это, Силил развернулся и твердо посмотрел в глаза девушке. – Залтис – змееоборотень и может принимать личину любого двуногого существа. Он очень силен физически и магически. Неизвестно, откуда он появился и кто он на самом деле: почти четырехметровый змей, способный управлять умами существ или искусный маг, не знающий жалости и сочувствия. А может, все вместе. Но ясно одно: ему нужна ты, – пояснил эльф и отойдя от карты, сел рядом с девушкой на другой табурет. – Несмотря на свою мощь, он беспрекословно предан своему хозяину. Золтак же объявил себя правителем земель много лет назад. Мой отец был одним из первых, кто не согласился с его взглядами. Тиран всячески доказывал, что магические существа являются угрозой мирному народу. Он сам и его народ в основном являются людьми. Они стали осваивать плодородные земли Урпаласа, формируя свой дом, хотя наши народы способные вбирать эфир намного раньше населяли эти леса и жили в мире и согласии друг с другом. Мы не искали конфликта с людьми, а наоборот старались помочь, но горькие слова Золтака ввели нас в смятение. Мы всячески пытались доказать неправоту его слов. Но никто не слушал. Нас поначалу начали бояться: объявили охоту на наш народ, убивали. Но после Золтак изменил подход жителей своих земель к нам под прикрытием добродетели. «Мы невиноваты, что такими родились», нам нужно помочь. Жители потеплели к нам, за что ему спасибо. Но начался численный контроль, ссылки, работа в других землях на благо мира – и другая ересь. Фактически Золтак отлавливал магических существ для своих личных целей, именуя нас сосудами. Сначала пропадали единицы, но чем сильнее он становился, тем больше исчезало невинных существ. Он питается нашими силами, выпивая их до последней капли вместе с жизнью, подобно жадному камню. Чем дольше он живет на этом свете, тем больше ему требуется сил, а значит, и сосудов. Он опустошит тебя, меня и других, чтобы продлить свое правление еще на несколько веков. Я видел собственными глазами, его истинное деяние и пожертвовал глазом ради свободы.

– Вроде я на все вопросы ответил? – подведя итог, спросил эльф.

Саша, глядя на собеседника широко раскрытыми глазами, медленно кивнула в знак согласия.

– Хорошая перспектива… – переварив всю информацию, подавленно проговорила девушка и нервно зажала ладони между колен. – Чешуйчатый маньяк и мировой злыдень-вампир – замечательная компания меня ожидает.

– Я не стремлюсь запугивать тебя и уж тем более отдавать врагу. Многие люди примкнули к нам став одной большой семьей, – взяв руки девушки в свои, мягко сказал эльф. – Ты очень сильное существо, даже сильнее оборотня, а может, и самого тирана. В далекие времена маги и колдуны ходили в лес, чтобы учиться у вас, духов леса, повышать свое мастерство. Вы древние существа, старше нас всех, вы стоите чуть ли не рядом с создателями. Но из-за жадность людей мир сильно изменился, а вы ушли, унося с собой крупицы той великой жизни, той силы.

– Я не смогу! Вы можете погибнуть! – высвободив руки из теплых ладоней, сказала девушка и нервно сжала ткань брючин на своих ногах, вспоминая происшествие на рынке.

– Мы поможем тебе совладать с этой силой и жить уверенно среди других. Сейчас все больше жителей этих земель осознают реальность событий, и все меньше верят в россказни Золтака, – с уверенностью произнес эльф и, подойдя к девушке, взял ее за плечи, заглянул в ее лицо. – Я только прошу тебя об одном: помоги закончить эту войну, встань плечом к плечу вместе с нами, чтобы свергнуть тирана. А потом мы поможем тебе вернуться домой или освоиться здесь.

Саша, увидев боль и грусть в разномастных глазах, медленно кивнула в знак согласия, чувствуя, как наваливается на плечи тяжесть ответственности.

Глава 4. Либертаула

Саша, сидя возле окна, наблюдала очередной рассвет в этом удивительном месте. Из-за повторяющегося каждую ночь кошмара она просыпалась очень рано и подолгу сидела на кровати, накрывшись, как в детстве, одеялом. Сквозь неровную поверхность стекла гостья необычного мира видела, как город неспешно просыпается, наливаясь сочными зелеными и желтыми красками. Существа, облаченные в тусклые одежды, начинали активно двигаться по незамысловатым улочкам. По веревкам стали перемещаться тюки. Этим же средством передвижения пользовались и небольшие существа. Коренастый мужчина с желтоватой кожей толкал тележки с мешками, заполненными крупой или мукой. Значит, скоро запахнет свежим хлебом. Ритмично запоет кузнечный молот, а чуть позже в дверь постучится кто-то из жителей и занесет еще теплую буханочку хлеба, с сыром, вяленым мясом и сладковатым молоком.

Девушка устало опустила подбородок на колени и прикрыла глаза. Она чувствовала, что хочет спать, но не могла уснуть. В голове, словно отвечая на удары молота, пульсировала кровь, отдаваясь жаром в глазах, те же постоянно слезились. Легкий озноб пробегал по телу, хотя в комнате было тепло и уютно.

Раздался стук в дверь, и Саша вернулась в реальность.

– А вот и завтрак в номер, – лениво сползая с кровати, проговорила тихо она и, не снимая с плеч одеяла, прошлепала босыми ногами по деревянному полу.

Ей улыбалась худенькая смуглая, кареглазая девушка невысокого роста. Одета она была совсем просто. Закрученный на голове песочного цвета платок не мог скрыть густые каштановые волосы. Поверх соломенного цвета рубашки красовалась бежево-зеленый жилет и такого же цвета бриджи. В руках – корзинка с завтраком.

– Доброе утро! – звонко поприветствовала она семериду и обеспокоенно взглянула в ее лицо.

– Доброе. – ответила на приветствие Саша и, не обращая внимания на пристальный взгляд, взяла в руки протянутую девушкой корзинку. – Спасибо.

Закрыв дверь, она подумала, что вела себя грубовато, но непонятная боль в голове, жар и меланхоличное настроение не позволяли иного.

Усевшись за стол в центре самой большой комнаты своего временного жилища, девушка взяла со стола стоявшую со вчерашнего дня кружку. На дне её виднелись остатки травяного чая.

Сотрясаясь от вновь подступившего озноба, семерида вылила их в тарелку с крошками. Убирать со стола после вчерашнего ужина не было сил. Навалившаяся тяжелым грузом усталость, тоска после разговора с вождем повстанцев словно связали её тяжелыми цепями, лишив желания что-либо делать.

Налив в кружку молока, Саша приступила к завтраку. Съев ровно половину, она почувствовала легкую тошноту и отправилась обратно в постель, так и не убрав за собой. Положив голову на подушку, снова попыталась уснуть.

– Еще здесь разболеться не хватало, – буркнула она, плотнее зарываясь ногами в одеяло и свернувшись калачиком.

В дверь опять кто-то постучал, но Саша не захотела покидать только что нагретое гнездышко. Стук повторился, и дверь открылась без разрешения. Раздались шаги нескольких человек – кажется, кто-то ее звал. Тканевая преграда в спальню отодвинулась, и она увидела взволнованное лицо женщины – воительницы и доктора – эльфа, которого невзлюбила после извлечения жадного камня.

Женщина сегодня была одета в голубую рубаху и темные брюки, но все с тем же кожаным поясом, завернутым вокруг талии. Волосы были зачесаны и заплетены в тугую косу.

Лекарь, стоявший за спиной воительницы с тенью легкой надменности на лице, был, как и в прошлую встречу, облачен в приталенную рубаху бледно-кремового цвета и светло-коричневые бриджи. Волосы цвета ржавчины свободно лежали на плечах. А бледно-желтые глаза все так же внимательно разглядывали Сашу.

– И давно ты так? – обеспокоенно спросила Гланса.

– Со вчерашнего вечера, – коротко ответила семерида и приподнялась.

– Видно, местная еда и эфир дают о себе знать, – предположил лекарь.

– Как же сложно с вами магическими! – опершись об деревянную стену, выдохнула женщина.

– Что еще за эфир? – поинтересовалась больная и села на край кровати, поняв молчаливую просьбу лекаря.

Эльф, обогнув воительницу, легко уселся рядом с семеридой и взял в свои утончённые руки серую кисть.

– Да, так и есть, эфир накапливается в большом количестве, – слушая пульс, подтвердил свою догадку лекарь. – Нужно было сначала обдумать свои действия, а потом демонстрировать свои силы…

– Извините, имени не помню, – чуть отклонившись и разглядывая желтоглазого эльфа, прервала самодовольную тираду девушка.

– Витае, можно коротко Вит. – монотонно проговорил эльф, продолжая держать кончики тонких пальцев на серой коже.

– Вы думаете, Витае, мне было известно о тонкостях вашего чудесного эфира? Или мы все проходим инструктаж, когда просыпаемся посреди леса? А может, мне занесли инфекцию с этим вашим жадным камнем и ваш эфир тут ни при чем? – добавила таким же хамоватым тоном Саша.

Лекарь, чуть опустив голову, внимательно вгляделся в глаза пациентки, оценивая сказанное только что.

Гланса молчаливо ухмыльнулась и с любопытством стала ждать продолжения разговора.

– Хм, нет, я осмотрел и обработал рану, как полагается, но в остальном… весомый аргумент, – как бы уступая, ответил эльф. Размотав ткань, осмотрел рану на плече. – В дальнейшем советую воздерживаться от использования силы в таком объеме. Я чувствую, как поток активно поступает в твое тело. Ты же использовала силу через день после появления в нашем мире, верно? На тот момент ты могла двигаться?

Он закончил осматривать рану девушки и коснулся пальцами серой кожи под её глазами.

– Ну… где-то так. Утром я очнулась в лесу, почти ночью на нас напали, – заторможено проговорила семерида, чувствуя, как расширяют ее веки, позволяя лекарю рассматривать белки глаз. – А руку я перестала чувствовать почти полностью, и легкое онемение дошло до шеи и верхней части бедра… Силу… Меня вынудили применить силу.

– И, как мне сказала наша троица, не малую, – кивнув в сторону Глансы и нажав на точки над бровями, а потом и у носа, подытожил лекарь и коротко попросил: – Рот открой, пожалуйста.

Семерида послушно разомкнула губы и почувствовала, как лекарь нахально обнажил ее зубы, а потом, подставив большие пальцы, открыл рот девушки еще шире.

– Тут тоже все хорошо, – закончив осмотр, проговорил тихо Витае и встал с кровати, кивнул воительнице одобрительно и извлек пару листов бумаги.

Забывшись он заторопился к столу и стал поспешно что-то записывать с воодушевленным лицом. Вся надменность и безразличие испарились. Казалось он еле сдерживает свое волнение.

– И что же? – не понимая сказанного, спросила девушка раздраженно.

– А? – оторвавшись от письма, переспросил рыжеволосый мужчина с потерянным лицом.

– Что дальше то? Какие будут рекомендации? – потерев нервно переносицу пальцами повторила вопрос Саша.

– А, ну это, в первую очередь… – опомнившись стал оглядывать помещение Витае и ринувшись быстрым шагом стал открывать окна во всем древесном жилище. – Здесь мало воздуха.

Вернувшись он сделал еще пару записей. Рыжеволосый эльф вновь стал похож на надменного подростка с кучей амбиций как у доктора наук.

– Пойми, ты, питая жадный камень, не успевала усвоить здешний эфир и вынуждала свой организм применять в огромных количествах магию. В итоге силы твоего тела истощились, и оно стало вбирать в больших количествах еще чужую для себя пищу. Это как ты бы вдруг решила вместо молока дать младенцу мясо. Пища поступает, а переварить маленькому организму сложно.

Эльф говорил очевидные, как ему казалось, вещи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.