Татьяна Калугина
Знаки воздуха

1.

– Голову чуть набок, пожалуйста, – промурлыкал док, и Виктор почувствовал пальцы одной его руки на своей макушке, в то время как пальцы другой несильно надавили на подбородок. Придав голове Виктора нужный наклон, доктор принял у ассистентки шприц и приготовился сделать инъекцию. Виктор невольно сморщился, напряг лицо. Он много раз слышал, что процедура эта абсолютно безболезненна, колют-то не в мышцу, а во вживленную под кожу капсулу, но ничего не мог с собой поделать – сам вид шприца вызывал в нем малоприятное чувство обреченности.

– Ну-ну-ну, тихо-тихо, – доктор снова закогтил макушку Виктора своими большими мягкими пальцами и успокаивающе помассировал. – Расслабьтесь. Еще сильнее. А теперь расслабьтесь изо всех сил!

Ассистентка льстиво хихикнула – отдала должное остроумию шефа – и, возникнув в поле зрения Виктора, радостно сообщила, что будет совсем не больно:

– Даже не заметите ничего!

Доктор снова приблизил к Виктору свой шприц, нацелив иглу в нежную область за ушной раковиной, куда неделей ранее была вживлена биосовместимая капсула-порт. В которую вот сейчас, вот из этого самого шприца с тончайшей, как носик у комара, иглой брызнут тысячи микроскопических шустрых паззликов и тут же начнут собираться в сложную конструкцию – излучатель нейростимулирующих импульсов. С коим Виктору предстоит теперь жить до конца дней. Что ж, значит, так тому и быть. Виктор мысленно выдохнул и приготовился к неизбежному.

В этот миг что-то стукнуло в оконное стекло, грузно шлепнулось на внешний подоконник и, по всей вероятности, упало вниз. Во всяком случае, когда они втроем повернулись на звук, пытаясь обнаружить его источник, ничего необычного за окном уже не было. Только растущая поодаль береза беспокойно махала ветками на ветру.

– Что за… – в сердцах произнес док.

– Птица, наверное, – с готовностью отозвалась его помощница. – Голубь какой-нибудь. Или сойка. Здесь соек много.

– Ирэночка, солнце мое, разве я спрашивал – что за птица? Я спросил – что за… фигня такая?! Развели тут, возле клиники, птичий питомник! Так ведь и рука дрогнуть может. А руке моей вздрагивать никоим образом нельзя, правда, Виктор Александрович?

Овладевшее доктором раздражение отступило столь же быстро, как и нагрянуло. Последнюю фразу он протянул уже в своей привычной благодушно-мурлыкающей манере, подмигнул надувшей губы Ирэночке и снова, в третий уж раз, приловчился кольнуть Виктора шприцем. Да не тут-то было.

– Прошу меня извинить, но я передумал! – решительно заявил Виктор, выбираясь из кресла.

Доктор опешил:

– В смысле? Как это? Вы серьезно?

– Серьезно.

– Постойте, Виктор Александрович, давайте поговорим! Давайте хотя бы попробуем!.. Если вам что-то не понравится, вы можете удалить этот стиф в любое время, как только захотите! Уверяю вас, это совершенно безопасно!

– И ни капельки не больно! – вторила ему ассистентка, заполошной сойкой подпрыгивая у двери. Виктору даже пришлось ее легонечко отстранить.

– Простите. Дурацкая была идея. Не нужно мне ничего…

Вечером того же дня Виктор встретился с Эриком, чтобы выпить в парке традиционного пятничного пивка.

– Ну ты даешь. Поверить не могу, – умеренно сокрушался Эрик, прикладываясь к баночке и щуря глаза в закат. – Птица врезалась в окно, и только поэтому ты ушел? И что, с концами? Надеюсь, потом ты им позвонил и назначил новую дату?

– Да ну. Не звонил я никуда, и не собираюсь.

– А как же проблемы с памятью?

– Проблемы с памятью – это еще не маразм. Ну буду записывать всё в блокнот, делать себе напоминалки. Адель, опять же, всегда при мне.

– Ты, Вить, не обижайся, но до маразма не так уж и далеко. Веришь в знаки. Позволяешь этому влиять на твою жизнь. Плюешь на рекомендации врачей из-за какой-то долбаной птицы! Я читал про нейростимуляторы, между прочим. Все эти параноидальные статейки про рак мозга и про тотальную слежку путем стифирования… Смешно, ей-богу! А другая крайность – вживлять стифы всем подряд, даже детям. Чтобы лучше учились. Чтобы охрененно круто учились! Становились бакалаврами в десять лет. Я лично против этого. Но в некоторых случаях, таких как твой, эти штуки очень даже нужны, вот просто незаменимы!

– Думаешь, я совсем плох? – выслушав его речь, усмехнулся Виктор. – Вот-вот начну делать в штаны? Или выйду однажды из дома и потеряюсь?

Эрик смутился.

– Я не это имел в виду… Знаешь, чувак, решай сам, как тебе лучше, со стифами или без. Только потом не жалуйся, что забываешь слова и путаешься в событиях.

– Договорились, – опять усмехнулся Виктор.

Меньше всего ему сейчас хотелось спорить и что-либо доказывать. Больше всего – отключить айфон и пуститься во все тяжкие. В кои-то веки напиться как следует, от души!

Вытряхнув в рот остатки пива, Виктор смял баночку и не без сожаления отправил ее в пакет, назначенный мусорным. Половина лимита исчерпана, хорошо бы притормозить. Или, может, действительно – послать сегодня к чертям все правила и позволить себе расслабиться? Как там сказал док? Расслабьтесь изо всех сил!

Адель, разумеется, будет в ярости. Но кто она есть, Адель? Она ему не жена, не мама и даже не горячо любимая бабушка. Хоть и названа в ее честь. Она ему – приложение. И пусть только пикнет…

В столь же теплый и ветреный августовский денек, в этом же самом парке, только тридцатью годами ранее маленький мальчик и женщина запускали змея. Змей в виде радужного дракона с длинной гривой-хвостом резвился в потоках воздуха, кувыркался и свободно парил, то вдруг подныривая под невидимые преграды и делая вид, что сейчас спикирует, то ликующе взмывая на еще большую высоту, норовя вырвать леер из рук мальчика и рывками таща его за собой.

Мальчик не сдавался, боролся с ним. Упирался в землю кроссовками.

– Давай! Молодец! У тебя получается! – Женщина снимала происходящее на видео, перебегая с места на место в азартном поиске новых ракурсов. Ей всё никак не удавалось захватить в кадр обоих одновременно – и мальчика, и змея.

– Эге-гей! Помаши-ка родителям!

Она слишком увлеклась и не заметила, что мальчик, двигаясь по лужайке спиной вперед, постепенно сместился на прогулочную аллею, а затем и на примыкающую к ней велодорожку. Где и был сбит несущимся на огромной скорости самокатером.

Сила удара была такова, что мальчика высоко подбросило и перевернуло в воздухе, прежде чем он упал на асфальт и распластанно замер, словно тряпичная кукла с разбитой глиняной головой. Перед глазами мальчика полыхнуло ярко-синее небо. В небе реял-переливался хвостатый кусочек радуги, его дракон. А потом надвинулась темнота и все заволокла – и небо, и дракона, и самого мальчика. Но мальчик совершенно не испугался. Когда к нему подбежали, его здесь уже не было.

Все-таки нет, не стоит оно того, чтобы злить Адель. За ней ведь не заржавеет – в наказание за неуместный бунт она загрузит его такими челленджами и отработками, что это пивко ему поперек горла встанет. Да оно и без Адели встанет, если перебрать. Похмельное утро, опухшая ряха, дикая головная боль… Оно ему надо?

Виктор касанием оживил айфон, кликнул на только что сделанный заказ доставки и отменил его. «Умничка! – тут же всплыло сообщение от Адели. – Я в тебе и не сомневалась!»

– Я в тебе тоже, – ответил он.

– Своим не поделюсь, – буркнул Эрик, наблюдавший за его метаниями. – У меня все рассчитано.

Иногда он бывал редкостным занудой.

Виктор откинулся на спинку скамьи, сцепил руки на затылке и поблуждал глазами по небу, как бы ища того давно улетевшего за горизонт событий воздушного змея. Невольно вздрогнул, поймав себя на этом.

Радужный дракон… Там было много разных – ястребы, клоуны, морские скаты и самолеты, но ему захотелось именно этого. Он попросил: «Бабушка Аделина, купи!» И бабушка сразу его купила. И они сразу же пошли в парк – запускать.

Ему тогда было шесть, а ей без малого пятьдесят. Легкая, смешливая, очень моложавая (ее все время принимали за его мать), с короткой взъерошенной стрижкой в стиле «ветер растрепал», заядлая любительница подурачиться, изобретательница жутковато-веселых пранков на Хеллоуин – одним словом, не бабушка, а девчонка.

Им было так хорошо вдвоем! Родители разъезжали по всему миру, творили добро и контент для блога, а у Вити с бабушкой был особенный мир, свой. Они отлично ладили, любили одно и то же, и, пожалуй, могли бы понимать друг друга без слов, возникни в их жизни такая необходимость. Но такой необходимости, к счастью, не возникало, и бабушка с внуком самозабвенно упивались общением, открывая для себя все новые грани душевной близости.

«Вы прямо созданы друг для друга!» – сказала как-то мама, вырвавшаяся домой на краткий отдых между Калмыкией и Чичен Ицу.

«Полнейшая идиллия! – умилился и папа. – Приятно видеть!»

Бабушка с внуком переглянулись. «А нам-то как приятно!» – сказала бабушка и подмигнула внуку. «Нам приятно – до луны и обратно!» – выдал Витя и зажмурился от избытка чувств.

– А помнишь мою бабушку Аделину? – неожиданно для себя спросил Виктор у Эрика. – Ты ее застал?

– Помню, конечно! Особенно ее блинчики. И жареную картошку. Обалденная была картошка, на сковородке! Я такого больше нигде не видел.

– Это да.

– А еще она говорила всякие вещи, типа эзотерические. «Мироздание каждый миг приглашает тебя на танец», и все такое, и ла-ла-ла… Погоди, так это бабушка научила тебя гадать по птицам? Теперь понятно.

Виктор рассмеялся:

– Моя бабушка была современной продвинутой тетенькой, клиническим психологом, кандидатом наук. Если б не я, повешенный ей на шею, она бы и доктором стала, не сомневайся. Но ты прав – этому научила меня она.

– Да чему – этому?

– Замечать…

Виктор поднялся на ноги, как бы желая размяться. Солнце еще не зашло, но уже коснулось линии горизонта. Окутанные дымкой сумерек, деревья притихли и сплотили свои ряды – рыцари перед ликом наступающей ночи. Ветер стих, и теперь всё вокруг было пронзительно, кричаще ясным.

– Идем, покажу тебе кое-что, – Виктор вытянул руку в сторону Эрика и призывно махнул ладонью.

– Приглашаешь меня на танец? – гыгыкнул тот.

Виктор поморщился:

– Не тупи.

Они поднялись на холм, в подножии которого сидели.

– Видишь вон те домики за развязкой? – спросил друга Виктор. – Знаешь, что там, на склоне сразу за ними?

– Откуда мне знать? – пожал плечами Эрик.

– А я, представь себе, знаю. Там находится скейтодром. Из парка его не видно – ни с этих холмов, ни даже со смотровой площадки, я проверял. Но с высоты в 20-30 метров он как на ладони. Это я тоже установил – при помощи дрона, лет уже где-то в одиннадцать. То есть далеко не сразу после того случая, когда мужик на самокате отправил меня в астрал на пару месяцев.

– Это когда ты в коме лежал? – уточнил Эрик.

– Да. В коме лежал. А потом еще месяц лежал в сознании, но как бы в таком… мерцающем. Шнырял по параллельным вселенным, смотрел красивые сюрные сны. Все эти сны потом забылись напрочь. Кроме одного: как будто я парю под облаками и разглядываю некое удивительное и очень притягательное место вдали. И вроде бы ничего такого там нет, ну стоят какие-то деревянные конструкции, изрисованные граффити, и скачут по ним пацаны на скейтах, но от вида этой картинки меня вдруг заполняет необъяснимое счастье. Странное такое праздничное волнение… Как будто со мной происходит что-то очень хорошее, что-то, ради чего я, собственно, и родился на этот свет. Не знаю даже, как это чувство и словами-то описать: откровение, озарение?.. Я мечтал пережить его снова, хотя бы еще разок. Ложился спать и загадывал – вот бы снова там оказаться, в этом чудесном месте! Долгое время мне просто не приходило в голову, что скейтодром из сна вполне может оказаться реально существующим. Я ведь совершенно ничего не помнил. Из-за травмы. Если бы не видео, снятое бабушкой, думаю, я так ничего и не понял бы. Не соотнес бы одно с другим.

– Что с чем не соотнес бы? – Эрик был непоколебим в своем сарказме.

– Змея над парком и скейтодром в Марьино. Увиденный мной с высоты полета как раз воздушного змея.

– То есть ты хочешь сказать, что при ударе тебя выбило из тебя и подбросило вверх, к твоему змею? И ты какое-то время парил над парком, разглядывая окрестности?

– Примерно так.

– А тебе не приходило в голову, что все намного проще? Ты мог увидеть изображение этой местности где-то еще. На яндекс-картах, например. Увидеть и забыть. Задолго до своей травмы, за год или за два до нее, может быть – в глубоком младенчестве!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.