Шарлиз Шелдон
Укрощение строптивого некроманта

Начало

Таверна «Хариус» всегда отличалась дурной славой. Здесь собирались самые отъявленные преступники города, заключались бандитские сделки, решались человеческие судьбы. И что самое забавное, среди посетителей встречались добропочтенные господа, тихо проскальзывающие к дальним столикам за ширмой. Глупо предполагать, что они пришли отведать разбавленного пива. Городской страже следовало бы внимательнее наблюдать за входящими в двери «Хариуса» и всех брать под колпак. С вероятностью в сто процентов эти люди пришли сюда за незаконным решением своей проблемы.

Вот и сейчас, за одним из столов напряженно сверлили друг друга взглядом двое мужчин. Они изредка посматривали по сторонам, недовольно цыкали на приближающуюся разносчицу и даже не притронулись к своим кружкам.

– Так что вы хотели мне предложить, господин Акадий Сэверс? – первым нарушил молчание неприятного вида старик с обезображенным лицом. Он был уже в годах, не молод, но и далек от того, чтобы порадовать дальних родственников скоропостижной кончиной и оставленным наследством.

– Кхе-кхм.., – покраснел и закашлялся от напряжения второй мужчина, – Давайте без имен, господин Таврий Мэрзот… все-таки, местечко вы выбрали не самое благонадежное для обсуждения столь деликатного дела.

– Местечко как местечко, ничем не хуже других, в которых кишмя кишат городские стражники. Сюда же эти крысы не спешат наведываться, – старик усмехнулся, но его водянистые, словно протухшие, глаза презрительно окатили сидящего напротив.

От услышанного его собеседник немного выдохнул, поправил рукава прохудившейся рубахи и быстро заговорил.

– Я передавал вам через прислужку послание… Там был портрет. Вы посмотрели?

– Да.

– И что думаете? – Акадий Сэверс от волнения подался вперед, – Понравилась?

– Красивая, не спорю. Молодая кровь, ангельское личико, девственница… но цена! – старик аж хлопнул ладонью по столу, – Вы не королевских кровей, чтобы за девицу столько золотых просить. В моей конюшне есть кобылы, которых я покупал вдвое дешевле вашей дочурки!

– Но она магичка! Три… или четыре открытых стихии. Представьте, какие одаренные дети у вас родятся.

– Это еще не факт, – отмахнулся Мэрзот, – Всем известно, что магия в нашем мире вырождается. Платить гору золота за нечто эфимерное я не собираюсь. Прожил всю жизнь без магии и столько же еще проживу.

– Моя дочь хорошо воспитана и умна, она станет вам послушной женой. Принесет богатство в род.

– Я готов заплатить только половину от озвученной вами суммы, – небрежно ответил старик и гаденько улыбнулся.

– По рукам. Я согласен, – тут же согласился Акадий, чем вызвал судороги на лице старика. Тот понял, что продешевил, этого простака можно было еще продавить в цене.

Все-таки молодая жена – удовольствие не из дешевых. Платья, туфли, шляпки, цацки… это все немалых денег стоит. Рядом с ним должна быть девушка, как с королевских портретов, а за этой магичкой отец ни гроша приданного не даст. Придется все барахло женское за свой счет покупать. Нет, надо было еще прогнуть его в цене!

– А вы уверены, что сделка полноценно состоится? – недовольно прокряхтел Таврий Мэрзот, – Я вам сейчас заплачу гору золота, а молодая невестушка в последний момент вильнет хвостом и заявит, что не хочет замуж.

– Она хочет! Очень хочет! Как можно не хотеть такого высокопоставленного господина в мужья?

– Тоже верно, сейчас все девки меркантильные, – самодовольно кивнул старик, – Если ваша не дура, то вперед меня к алтарю побежит.

– Конечно побежит. А ежели чего, вы ей внушение сделаете. Я вам даю полную власть над ней. Можете воспитать под себя, чтобы шелковой была.

– Будет конечно. Я за такие деньги с нее живой не слезу, пока она мне наследников не родит.

– Тут уж от вас будет зависеть, – позволил себе улыбнуться отец «невесты», – Но ежели чего, вы с ней построже будьте. Я воспитывал ее в ежовых рукавицах, без всякой бабской нежности и ерунды.

– Ладно. Но если что-то пойдет не так, деньги вернете в двойном размере!

***

Меня окутала сплошная темнота… мягкая мгла, как пуховое одеяло, обнимала со всех сторон и плавно покачивала. Не могу сказать, как долго я в ней нахожусь, но здесь тихо и спокойно. Время застыло, жизнь остановилась.

Так непривычно для нашего суетного городка. Я плаваю во мраке, отдыхая душой от дней, наполненных делами и заботами. Нет ни страха, ни боли, ни паники. Все лишнее отсеялось. То, что раньше казалось важным и дорогим, сейчас в забытье.

Есть лишь я и черная мгла.

Но что за странность? Издалека в мою уже привычную тьму ворвалась яркая вспышка зеленого свечения. Она целенаправленно приближалась, пока не подлетела к кончику носа и молниеносно взорвалась, отзываясь странным гулом в голове.

Показалось, будто меня резко выдернули из мягкой черной пелены. Стало неуютно и зябко. Совсем как в холодное утро, когда нужно вставать и бежать в академию, а так хочется еще немного поспать под теплым одеялом.

Как же щекотно! По моей щеке кто-то полз, перебирая мелкими лапками и прерывая сладкий сон. Ох и давно я так не высыпалась. А всему виной усердная учеба в магической академии и работа в лавке отца. Чтобы успевать и там и там приходилось вставать еще раньше, чем просыпались первые петухи.

По обе стороны от головы раздавался шуршащий звук, будто стая термитов грызла древесину. Бррр, какое противное жужжание и потрескивание! А щекотка становилась все невыносимее. Эти лапки шустро перебирали, двигаясь по щеке.

Да что же это такое?! Не выдержав, я вскинула руку к лицу и сильно ударилась костяшками пальцев обо что-то твердое. Прямо надо мной была деревянная преграда. Кто же додумался положить это на мою кровать?

Распахнув сонные глаза, с первых же секунд ко мне пришло понимание, что я не дома. Вот только где? Вокруг всё та же темнота, хоть глаз вырви, и очень странный затхлый запах, перемешавшийся с сыростью.

Руки принялись ощупывать пространство вокруг, и догадки о том, что я нахожусь в деревянном ящике, подтвердились. Спокойствие, Мариэлла, только спокойствие! Ты – студентка последнего седьмого курса, и не в таких передрягах бывала. Чего только стоит мой одиночный рейд на кладбище для умерщвления упырей.

Надоедливый жучок, до этого притихший у меня на лбу, снова пробежался по лицу, но был безжалостно мной скинут и раздавлен. По ящику моментально поплыл резкий отвратительный запах. Мертвецкий клоп!

– А-а-а-а-а!!! – резко закричала я, осознав, где нахожусь.

Не может такого быть, но все факты указывают на то, что я лежу в гробу под землей! Мертвецкие клопы обитают только там, где есть свеженький, недавно упокоившийся, труп.

Откуда-то сверху стали пробиваться звуки глухих ударов. Кто-то старательно работал лопатой по направлению ко мне. Ох, святые демоны, мне спешат на помощь!

Я призвала свою воздушную магию, чтобы с ее помощью поднять крышку. Однако, в ответ ничего не произошло. Снова попытка и вновь отсутствие привычного отклика силы, что обычно ластилась и норовила выйти из-под контроля.

Громко щелкнув пальцами, в надежде вызвать искру огня, я осталась в полном недоумении. Что за шуточки? Где мои стихии магии? Направив руки вниз, позвала земные потоки, ожидая знакомую пульсацию почвы. Глухо и пусто. Словно я обычный бездарь.

Рисковать и призывать воду, находясь в гробу, я не стала, но что-то мне подсказывает, что и стихия воды мне недоступна.

Сверху раздались удары лопаты о крышку гроба. После чего кто-то зашуршал, убирая комья земли.

– Я здесь, – закричала изо всех сил, – Помогите мне!

Получилось хрипло и невнятно. Голосовые связки с трудом слушались и крайне неохотно издавали членораздельные звуки.

– Ты слышал, Джарт? – наверху усмехнулся невидимый мне мужчина, – Наша подземная ласточка рвется на волю. Будь наготове.

– Да, господин, – невнятно протрещали в ответ.

– Если попадется шибко буйная, лопатой ее усмири, – все не успокаивался мужчина.

– Конечно, господин, – прощелкали в ответ, – Не в первый раз.

– Я не буйная, – обиженно прохрипела этим двоим, – Вытаскивайте скорее. Здесь клопы!

Сквозь неплотную отсыревшую древесину на меня посыпалась земля. Мужчина наверху с легкостью откинул крышку гроба и зловеще улыбнулся.

Это был господин в потертой и драной одежде, в самый раз, чтобы копаться на кладбище. Его немного отросшие черные волосы небрежно обрамляли лицо.

– Вставай, красавица. Надеюсь, ты хорошо выспалась за два дня с момента погребения?

За его спиной стоял оживший скелет, держа фонарь и лопату на изготовке. В пустых глазницах мерцал зеленый огонёк.

Святые демоны! Да это же некромант – Азэль Винтерс. Один из опаснейших и злейших темных магов. Сколько нам о нем гадостей рассказывали в академии.

Уж лучше бы я не оживала.

Ведь я умерла?

Да, – ответило мое подсознание, подкидывая воспоминания недавних дней.

Глава 1

Несколько дней назад

К серьезному разговору с отцом я готовилась неделю. Мысленно вела диалоги, подбирала аргументы, выискивала новые способы убедить его. Во мне жила надежда, что я смогу выпросить у него разрешение уехать работать в столицу.

И когда пришел час нашего разговора, все пошло не так, как я планировала.

– Папенька, я через неделю заканчиваю академию, – робко заикнулась перед отцом, – Хотела с тобой поговорить. Ты же знаешь, как для меня была важна учеба в академии. Я одна из лучших на курсе. Преподаватели пророчат мне светлое будущее и высокооплачиваемую работу, но… не в нашем городе.

– И что? Опять будешь упрашивать меня на отъезд в столицу? – отец помрачнел, недовольно скривился и от досады даже хлопнул ладонью по столу.

Я испуганно вздрогнула. Ну, вот и начинается.

– Я сильный маг с четырьмя открытыми стихиями и защищенным курсом по высшей магии. Ты ведь понимаешь, что в Ридле, нашем небольшом городке, мне не найти себе достойную работу, – мягко продолжила я, – Не для того я училась семь лет, чтобы встать навсегда за прилавок твоей лавки, отец.

– Не пущу, – упрямо нахмурив брови, сказал он и заново наполнил стакан горючей смесью. Опять с самого утра закидывается декоктом, – И думать забудь!

– Почему?!

– Потому что я так сказал!

– Отец, я устроюсь на хорошую работу и буду присылать тебе половину своего заработка! Ты быстро погасишь все долги. Только дай мне шанс, – заломила руки, садясь напротив него.

– Нет, Мариэлла. Я поступлю по-другому, и мы разом закроем весь долг перед господином Рикетсом, – поднял на меня тяжелый взгляд папа, – Еще и останется чутка твоему отцу на новые рубахи.

– Что ты задумал? Хочешь продать лавку с травами? Не смей!

– Дурные мысли в твоей голове. Эта лавка кое-как, но кормит нас уже многие годы. Продавать ее равносильно тому, что отрезать себе ногу. Иди к себе, чуть позже я сообщу о своем решении, – отец снова долил напиток в свой стакан.

Пришлось послушно ретироваться в свою маленькую каморку. Слова отца заставляли задуматься, а интуиция нашептывала, что что-то здесь нечисто.

Расчесывая гребнем свои густые рыжие волосы, посмотрела в окно. На улице уже суетились местные торговцы, раскладывающие товар, а служанки господ тащили корзины с купленной снедью.

На первом этаже нашего с отцом дома располагалась его лавка, где мы продавали травяные сборы, настои, бытовые артефакты, зелья и прочие магические компоненты. Когда-то мы торговали лишь простыми травами, но с открытием у меня дара, ассортимент увеличился.

Конкуренция в нашем маленьком городке большая, все-таки здесь открыли самую лучшую академию Верховного Магистра по изучению магии и всех ее сфер. Поэтому продажи у нас идут ни шатко ни валко. На крупу и мясо по праздникам хватает и ладно.

Семь лет назад, пока моя матушка была жива, она обнаружила во мне хилые зачатки магии, и отвела на прием комиссии в академию. Там, повертев носом, все-таки приняли одиннадцатилетнюю девочку на обучение. За первый же год наши именитые преподаватели смогли раскрыть во мне все четыре стихии магии. Большая редкость для такого маленького города, как Ридл. Ведь говорят, что магия в мире постепенно вырождается, и все реже встречаются полностихийники.

С тех пор я усердно училась, осваивая знания сверх программы. Мне было важно доказать оставшемуся одному отцу, себе и преподавателям, что я не просто так трачу свое и их время. Что я чего-то стою. И, вроде, доказала. Через неделю мне вручат почетный жетон-медальон, подтверждающий, что я высший маг с четырьмя стихиями. Специалист нарасхват!

И все вроде шло хорошо, но с год назад в нашу семью пришло несчастье. Отец, забывшись, продал не тот сбор для заболевшей крысиной лепрой супруги господина Рикетса. К сожалению, действие вымоченного в настойке корня златуса, нельзя было отменить или свести к минимуму, из-за чего уважаемая женщина скончалась.

Верховный суд вместо ареста моего отца, по просьбе пострадавшей стороны, постановил выплатить господину пятьсот золотых. Неподъемная для нас сумма, учитывая, что в месяц мы зарабатываем по пятнадцать золотых монет. Часть, из которых идет за закупку необходимых ингредиентов и зарплату нашему сборщику трав. Пока за год мы отложили сорок монет. Ничтожно мало, а сроки поджимают. Через год и один месяц мы обязаны выплатить господину Рикетсу всю сумму.

Поэтому я так стремлюсь уехать в Демор, нашу столицу. Уж там я со своими знаниями могу устроиться в магический комитет, тем более магистр Рэндис с моей кафедры обещал всеми силами помочь в этом.

Быстрым шагом я направлялась домой по брусчатой мостовой. Лето в этом году выдалось сумасшедшим. Опять стихийников практикантов допустили к управлению погодой! Никак чего начудили, а мне теперь приходится ёжиться от ледяного ветра и ускорять свой ход.

Не смотря на послеобеденное время, по улицам ходило много людей. Все они спешили по своим делам, то и дело, забегая в магазинчики и таверны. Только возле нашей лавки, что находилась в самом конце тупиковой улочки, не толпилась очередь из покупателей. Зачем людям идти в самый тупик, если на главной улице есть четыре похожие лавки.

Забежав внутрь, где так привычно и приятно пахло, я расслабилась. Все-таки, мне будет не хватать этого антуража и аромата трав. И по своей каморке на втором этаже буду скучать. Как жаль, что у отца нет возможности поехать со мной. Да и признаться честно, он сам не хочет покидать Ридл. Здесь он родился, вырос и хочет состариться.

– Явилась, – угрюмо буркнул папа из-за прилавка, – Чего так долго?

– Да где же долго? Я наоборот сегодня управилась на час раньше, – возразила.

– Не спорь с отцом, – стукнул он кулаком по столешнице, – Раз говорю поздно явилась, значит поздно.

– Ладно, папенька, не бушуй. Задержалась я слегка, твоя правда. Давай тебя подменю. Полы пока подмету, – смягчив голос, я пошла ему на уступку.

– Не надо, иди лучше переоденься во что приличное, – не поднимая глаз, сказал отец. От него как всегда шел легкий амбре декоктов на спирту.

– Зачем это? Я сейчас фартук накину сверху и готово, – удивленно подняла я бровь. На мне была стандартная академическая форма в черно-синих тонах.

– Я сказал надо, значит надо! – рыкнул он.

– Ох, папенька, опять чудишь, – покачала головой, – Ты сегодня принимал свое лекарство от головы?

– Да, – буркнул он в ответ, – Бегом к себе за приличным платьем!

Ага, было бы у меня еще хоть одно приличное платье. В академии форму и обувь выдавали бесплатно. По несколько комплектов на сезоны. А на платья мне у нас денег нет.

Взмахнув своей рыжей копной волос, я взбежала по лестнице. За все годы, что с нами нет матушки, я всегда старалась входить в положение отца. Очень редко позволяла себе всерьез на него злиться и ругаться. Это сейчас он стал озлобленным и угрюмым, но я его помню любящим и заботливым, что носил свою дочь на ручках и всегда проводил со мной время. Все изменилось в тот день, когда мама покинула нас из-за сердечной хвори. Ее не спасли ни отвары, ни зелья.

Вот и сейчас я решила не спорить, а сделать ему приятное, надев это чертово единственное «приличное» платье. От меня не убудет, а отец успокоится. Может, хоть сегодня не станет выпивать декокты на спирту. Совсем распоясался в последнее время.

Работа в лавке шла своим чередом. Зашли две мамочки, чьих детей одолел приступ кашля. Потом была пожилая пара, у которых проблемы со сном. Все как всегда и ничего необычного. Надеюсь, хоть вечер не подведет, и я смогу спокойно изучить магические трактаты при зажженной свече. Вчера, я как раз, остановилась на одном интересном месте, где уважаемый магистр доказывал теорию существования источников вечной неиссякаемой магии. Сказки для наивных, но так хочется в это верить!

Будь это возможным, мы могли бы разом решить столько проблем! Во всем мире истребили бы нечисть, прекратили убийства и незаконный отъем магической силы, исчезла бы бедность в селениях.

Плавая в своих мыслях, я не сразу заметила вошедшего покупателя. На пороге стоял низенький полный мужчина, чей возраст перевалил за полсотни лет. Его лицо покрывали темные бородавки, а в отросшей бороде застряли крошки после обеда. И взгляд неприятный, от которого кидает в холодную дрожь.

Интересно, что ему нужно? Одет он богато, снаружи его ждет повозка с кучером. Вряд ли он случайно ехал и наткнулся на нашу лавочку.

– Доброго дня вам, господин …? – учтиво поздоровалась я.

– Господин Таврий Мэрзот, – выпятив губу, «проквакал» посетитель. Его голос подозрительно напоминал жабий рокот на болотах.

– Меня зовут Мариэлла Сэверс. Приятно познакомиться. Чем могу помочь, господин Мэрзот?

– Мариэлла.., – он произнес мое имя с задумчивым видом, – Тебе подходит. Такое же необычное и красивое, как твоя внешность.

– Благодарю, – щеки залил легкий румянец, что почему-то вызвало волну воодушевления у старика.

Он еще раз облапил меня липким взглядом и отвернулся, к моему облегчению. Теперь, заложив пухлые ручки за спину, он с интересом разглядывал полки. Его взгляд особенно задержался на выпотрошенных тушах зверьков, на которые я без содрогания смотреть не могла. Их нам поставлял на реализацию местный охотник из лесных угодий.

Кое-кто из высшего общества иногда покупал чучело сохатого. Поговаривают, что у богачей вошло в моду развешивать на нем драгоценные украшения и аксессуары. Демон их знает, врут или нет, но слушок такой ходит.

– Подскажи-ка, милая… Мариэлла, – заговорил господин Мэрзот, – Есть ли в вашей лавчонке средство для кхм-кхм… кхм, – многозначительно глянул тот.

– Если мы сейчас с вами имеем в виду средство для кхм… улучшения любовной силы у мужчины, то да, имеется такой порошок. Сколько порций вам нужно? – немного покраснела я, отгоняя от себя ехидные мысли.

– Давай побольше, – он оценивающе скользнул своими водянистыми глазами по моей фигуре, – Столько, чтобы хватило на медовый месяц с молодкой-женой.

Я содрогнулась, заочно посочувствовав той несчастной, что согласилась выйти замуж за господина. Может посоветовать ему взять и для невесты порошка? А то, мало ли, возникнет проблема на самом интересном месте?

Достала из-под полы ящик с пакетиками нужного снадобья. При особой резвости влюбленных, недели на три хватит.

– С вас два золотых, – я мило улыбнулась господину.

– А скидочку для оптового покупателя? – заворчал мужчина, доставая кошель трясущейся от жадности рукой.

– О, господин Мэрзот, это уже со скидкой, – по секрету шепнула ему, умолчав об ее отсутствии и дополнительной накрутке в двести процентов.

Нет, мне не стыдно. Если бы не я и такие клиенты, то не скопить нам даже тех сорока монет. Я никогда не поднимаю цену обычным гражданам. Моими «жертвами» становятся лишь обеспеченные люди, которые могут позволить себе мою ма-а-аленькую наценку.

– Еще не женился, а уже с пустым кошелем, – противно усмехнулся мужчина, – Чую, молодая жена вытянет из меня все деньжата. Буду с ней построже, – он сжал мясистый кулак так резко, что весь аж затрясся, как студень.

Ну, а ты как хотел? Тяжело молодой жене будет, работая на голом энтузиазме. Такая «любовь» не выдержит голодного пайка.

– Хорошего вам медового месяца! – я вежливо улыбнулась этому престарелому сластолюбцу.

– Да-да, – произнес он, не сводя с меня глаз. Его язык плотоядно облизнул синюшние губы, – До скорой встречи, Мариэлла! И да, можешь передать отцу, что я доволен. Товар вживую гораздо лучше, чем в послании.

О чем это он?

– Кто приходил? – глухо поинтересовался отец, выглядывая из-за ширмы, где находилась его основная мастерская и рабочий кабинет.

– Господин Таврий Мэрзот. Просил передать тебе какую-то околесицу, что товар вживую лучше, чем в послании. Ты ранее с ним уже имел дело?

– Да, богатый торговец в нашем городе. Он владеет несколькими мясными лавками, мастерскими и ателье. Как он тебе, понравился? – спросил отец, разрезая карманным ножом корешки листянки.

– Папенька, ну и шуточки у тебя, – передернулась я, – Кому же такое счастье понравится?

– Ну и зря, – внезапно рявкнул отец, от чего у меня чуть склянка с кислотой не выпала из рук, – Другие дочери ищут себе мужей побогаче, а тебе лишь бы по оврагам лазить да за нечистью гоняться. Совсем девка от рук отбилась. Ну, ничего, скоро все поменяется.., – как в бреду сказал отец, лихорадочно работая ножом.

Ну, ничего, скоро я отсюда уеду, папенька. Ты мне еще спасибо скажешь за мою помощь.

– Завтра к полудню поедешь со мной, – вдруг резко успокоившись, проговорил отец, – Сначала к поверенному, потом к господину Рикетсу. Долг вернем, а эти из нотариальной конторы пусть все заверят.

– ЧТО?! Откуда у тебя деньги, отец? – услышанная новость повергла меня в шоковое состояние.

– Не твоего ума дело, – отмахнулся он, – Пол лучше подмети, да сними это нарядное платье. Чего вырядилась, как на бал?

Верхнее веко на правом глазу предательски дрогнуло. Следом за ним, стало сокращаться нижнее. Надо заварить себе настойки пустынника.

– А ну, колись, папенька, откуда деньжата? – взяв себя в руки, я пустилась в наступление.

Спустя десять минут препирательств, отец нехотя, скрывая глаза, произнес:

– Подкалымил чутка. Тут взял заказ на зелья, там продал партию декоктов. Вот за год и скопилось.

– Ой, батенька, чую, ты мне метелкой по ушам проходишься, – недоверчиво протянула я.

– Мала еще, чуять что-то! – озлобился отец, – Закрывай давай лавку, и приберись здесь. Завтра к полудню, чтобы была готова.

Мужчина резко задернул ширму и скрылся в своей мастерской. Я же осталась наедине с мечущимися мыслями и метлой, на которую было так удобно опереться, пока стоишь в раздумьях.

***

– Ты все взял с собой? Документы, мешочки с деньгами? – оглядывая отца, спросила я.

Мужчина собирался в торговом зале и рассовывал по карманам жилетки всякую мелочь. Мой взгляд наткнулся на два кожаных туеска с монетами, что отец забыл на прилавке. Молча взяла их и положила в свою сумку, предварительно наложив на них охранное заклинание. Если грабители и нападут, то отобрать ее смогут лишь ценой собственной жизни.

Все-таки папа периодически пропускает приём лекарства. Пару лет назад я водила его на прием к лекарю в академию. Там уважаемый магистр целительского факультета поставил отцу диагноз – необратимое расстройство личности на фоне внушительного употребления спиртовых декоктов.

Вылечить совсем, к сожалению, невозможно. Остается только поддерживать его вменяемое состояние настойками и зельями. Стоит их отменить, как отец вновь становится рассеянным или буйным. Его могут преследовать маниакальные идеи, от которых хоть стой, хоть падай.

– Все, готов, – поправив жилетку, сообщил отец, – Пойдем.

Я подошла к нему и взяла под руку. Выходя из лавки, привычно обновила заклинание от воров, пожара и затопления. Пришлось заиметь такую привычку после этих трех происшествий.

Мы направлялись с папенькой в нотариальную контору, к господину Рубентсу. Его статус и должность позволяли ему официально запротоколировать состоявшийся возврат долга. Как же хорошо, что все так удачно закончилось. Теперь я смогу со спокойным сердцем уехать в Демор, нашу столицу.

Сидел во мне, конечно, червячок сомнений на счет этих денег, но стоило их увидеть и потрогать, убедившись в реальности, что они существуют, и это не бред моего отца, как все подозрения отпали.

В конторе нас уже ждали. Господин Рикетс с нотариусом чинно попивали чай и заметно оживились при виде нас.

– Господин Сэверс! Рад видеть вас в добром здравии, – подскочил Рубентс со своего кресла, – Леди Сэверс, – мужчина потянулся к моей руке, – Вы само очарование.

Конечно, ведь сегодня я надела свое единственное «парадное» платье изумрудного цвета. Пришлось раскошелиться на него для зимнего бала в академии.

– Все готово к сделке. Вам осталось лишь подписать документы и передать господину Рикетсу требуемую сумму, – услужливо подсказал нотариус, подводя нас к столу.

Пострадавший все это время хранил молчание и лишь жадно потирал руки, кидая взгляд на мою сумку. Он словно чувствовал, что монеты находятся у меня.

Отец присел за стол, взял в руки перо и, бегло пробежавшись взглядом по документу, размашисто поставил свою подпись. Лист расписки был уже заверен нотариусом и Рикетсом.

– Отлично, господин Сэверс. Теперь можете расплатиться с пострадавшим, – нотариус присел за стол и надел очки, готовясь к скрупулезному пересчету.

Отец, не заметив, что я уже достала из сумки два мешочка, полез к своим карманам и захлопал по ним. Естественно, не нащупав там богатств, он в панике подскочил и обратился ко мне:

– Я забыл деньги в лавке. Нужно срочно вернуться за ними, – его глаза лихорадочно блестели, а я отметила про себя, что он непривычно взбудоражен.

– Спокойно, папенька. Я все взяла, – потрясла перед ним монетами, – Прошу, господин Рикетс. Пересчитайте, пожалуйста, господин Рубентс.

Нотариус подозрительно принял от меня долг, явно мысленно удивившись, что девица несла в своей сумке такую огромную сумму.

Вся оставшаяся процедура прошла быстро и без взаимных претензий. Мы распрощались с мужчинами и вышли на крыльцо конторы.

Отец сжимал в руках долгожданную бумагу, где говорилось, что семейство Сэверс более не являются должниками. Я вдохнула воздух полной грудью и облегченно выдохнула. Вот что значит свободно дышать, не имея никаких судебно-денежных обязательств.

– Папенька, вдохни воздух поглубже, – радостно обратилась я к отцу, – Ты чувствуешь, как легко стало дышать? Ммм?

– Ну, что ты чушь городишь, – криво улыбнувшись, ответил он.

– И вовсе не чушь. Ты вон какой у меня молодец! – горделиво показала на него, – Сам за год собрал всю нужную сумму! Горжусь тобой, папенька, – я бросилась ему на шею, вытирая рукавом выступившую слезу.

– Ладно тебе, брось, – неловко зажимаясь, сказал отец, похлопав меня по плечу, – Теперь нам нужно в верховный суд. Отдать вот эту бумаженцию, – он решительно потряс рукой с зажатым листом с печатью.

– Пойдем, – легко согласилась я. Дальнейшие наши дела закончились на положительной ноте. Судья выдал нам протокол с вердиктом, что не имеет более к нам никаких претензий.

Когда мы уже возвращались домой, отец со мной заговорил:

– К нам под вечер сегодня приедет господин Мэрзот. Постарайся быть послушной и не дерзи ему.

– Святые демоны, – ужаснулась я, – Зачем ты его к нам позвал?

– Хочу чтобы ты с ним поближе познакомилась. И не смей перечить отцу, – повысил он голос, заметив, как я открыла рот.

– Папенька, позволь я лучше у себя в комнате пережду его визит, а вы как раз сами пообщаетесь? Посидите по-мужски, поговорите, если сможете найти общие темы, – хихикнула я.

– Ты мне это брось. Я тебе добра желаю. Будешь с ним, как за каменной стеной.

– Скорее уж, как под каменной плитой, – недовольно буркнула в ответ, – Выкинь эти глупости из головы, папа. Я не собираюсь знакомиться ближе с таким мужчиной, как Таврий Мэрзот.

– Я всё сказал, – отрезал отец и снова замкнулся в себе до самого дома.

– Я тоже всё сказала.., – хоть я и нахмурилась, но всерьез слова отца не восприняла. Не станет же он меня сватать без моего на то желания?

За работой день в лавке прошел быстро. На радостях от погашения долга я летала по магазинчику, не обращая внимания на недовольство папеньки и сварливых покупателей. Настроение омрачал лишь предстоящий вечерний визит господина Мэрзота. Ну и фамилия у него! Весьма говорящая.

Постепенно хилый поток покупателей иссяк, и пора было закрывать лавку. Проведя небольшую инвентаризацию среди склянок и мензурок, я поднялась с пола из-за прилавка и вскрикнула.

Передо мной стоял господин Мэрзот и противно скалился, выдавая это за улыбку. Демон тебя в шею, как ты так беззвучно тут оказался?

– Как давно вы здесь стоите? – резче, чем хотела, задала ему вопрос.

– Достаточно, чтобы заприметить такую очаровательную девушку, как ты, Мариэлла, – обнажив болотного цвета зубы, сказал Мэрзот.

– Вы пришли к моему отцу, – улыбнулась я, кося под дурочку, – Сейчас его позову.

Резвой птичкой выпорхнула в зал, но была нагло остановлена тростью, которой мужчина преградил мне дорогу.

– Я ведь не к отцу твоему пришел, – доверительно произнес он, – Тебя вот хотел увидеть.

– Господин Мэрзот, осмелюсь напомнить о вашей предстоящей свадьбе. Поэтому не совсем понимаю подобного желания увидеть меня. Папенька, – выкрикнула я, – К тебе гость пожаловал. Господин Мэрзот.

– Для тебя, Мариэлла, я просто Таврий. Можешь так называть меня, когда мы наедине.

– Папенька! Извольте спуститься к своему гостю.

– Чего раскричалась? – недовольно спросил отец, в ту же секунду выходя из-за ширмы, – Просил же тебя, Мари.., – он тяжелым взглядом посмотрел на меня.

– Я вас, пожалуй, оставлю, – все еще кося под дурочку, опустила глазки в пол, – Мне срочно необходимо дописать конспекты в академию. Папенька, господин Мэрзот, хорошего вам вечера, – кивнув головой, я боком отступала к лестнице.

Мужчины проводили меня рассерженными и недовольными взглядами. Почти поднявшись к себе на этаж, я свесилась через перила и сказала:

– Отец, прими лекарство, пожалуйста. Мне кажется, ты забываешь его принимать в нужной дозировке, – выпалила и скрылась в коридоре.

Пусть сидят и проводят время, как им заблагорассудится, но меня в такие вечера впутывать не надо. Мне есть чем заняться еще. Вообще не понимаю, что у этих двоих может быть общего!

Ответ на этот вопрос пришел ко мне поздней ночью.

Засидевшись допоздна, я кропотливо изучала магические фолианты, взятые в библиотеке академии. Это было увлекательным чтивом, где описывались самые различные теории, их защита и опровержения. Надо мной летал небольшой светляк, давая возможность читать в темноте и не зажигать в каморке свет.

В самый интересный момент, когда я, раскрыв рот от удивления, погрузилась в чтение, ко мне постучал отец. С испугу подскочив на кровати, быстро закрыла книгу, потушила светящийся шарик и заняла горизонтальное положение. Думаю, отец все же слышал, как я это проделала. Снова будет ругаться.

– Опять не спишь? – смурно поинтересовался он, заходя ко мне. Он держал руки за спиной и чем-то гремел при ходьбе.

– Недавно легла. Пока не спится, – сонно проговорила я, незаметно прикрывая одеялом книгу.

– У меня для тебя хорошие новости, – отводя в сторону взгляд, выговорил папа. Он присел на табурет рядом с кроватью и уставился в одну точку.

– Какие же? – с тревогой поинтересовалась я.

Откуда у него вдруг могли взяться хорошие новости посреди ночи? Ох, чую, дело пахнет тухлой похлёбкой.

– Господин Мэрзот.., – начал отец, – Он… выкупил тебя у меня. Завтра днем состоится ваша брачная церемония. Мы решили не тянуть кота за хвост, а быстренько все оформить. Мне все равно нечего дать тебе в приданное, а все остальное Таврий и сам купит.

Что?! Мне послышалось? Но восемнадцать лет – это не тот возраст, когда случаются слуховые галлюцинации.

– НЕТ! – выкрикнула я, – Отец, что ты творишь? Немедленно верни ему его поганые деньги. Я не дам своего согласия в храме перед ликом святых.

– Мари, – строго перебил он, – Его погаными деньгами я сегодня закрыл долг перед господином Рикетсом. Ты уже большая девочка и должна понимать, что своими силами, мы бы не собрали нужную сумму.

– Зарплата начинающего специалиста в магическом комитете, куда я могу устроиться в Деморе, от ста золотых в месяц. Меньше, чем за год, я бы закрыла наш долг перед Рикетсом! Отменяй свой уговор с Мэрзотом. Я не согласна на брак с этим стариком.

– Уже нельзя ничего отменить. Я взял у него деньги и отдал их.

– Ты не имеешь права продавать меня Мэрзоту, как скотину за горку золота, – выкрикнула я, – Ты совсем с ума сошел?

– Таврий – лучшая кандидатура в мужья для тебя, – отстраненно проговорил отец, – Он богат, у него было четыре жены до тебя, значит, умеет обращаться с женщинами. С ним ты будешь как за каменной стеной.

– Отец, не бывать этой церемонии. Одумайся! Что бы сказала моя матушка?

– Она была бы рада и благодарна за то, что я выгодно тебя пристроил, – шумно выдохнул мужчина, – Теперь ты не будешь думать о деньгах всю свою жизнь.

– Как ты посмел решить это за меня? – зло воскликнула я, – Я лучшая на курсе. В столице меня возьмут на хорошую работу. Я могла бы сама расплатиться с нашим долгом! Ты не имел права так поступать. Завтра же мы пойдем к этому мерзкому Мерзоту и я напишу расписку, что в течение года верну ему всю сумму! Свадьбы не будет.

Отец сидел напротив меня и безразлично наблюдал за тем, как я злюсь. А я злилась, очень злилась. Так сильно, что рыжая копна волос от переизбытка эмоций и стресса стала вспыхивать небольшими огоньками пламени. Такое бывало крайне редко, только когда я теряла контроль над собой.

– Мы предполагали такой вариант, – он сбил рукой зарождающееся у меня на голове пламя и пожал плечами, – Поэтому не обессудь…

Папенька резко подался ко мне и схватил за руку. Миг и на запястье у меня «красовался» тяжелый грубо сделанный браслет из драконьей стали. На нем угрожающе позвякивали оставшиеся звенья цепи.

– Это что еще за холера? – истерично воскликнула я, потирая сильно пережатую руку.

Внутри резко все опустилось, будто я в половину лишилась души.

– Браслет, запирающий твою магию. Чтобы никого не убила, пока не завершите церемонию. Господин Мэрзот достал на всякий случай. За большие деньги!

– Что же он его себе на шею не надел? – прошипела я, пытаясь призвать всю свою магию.

Пусто и глухо, прямо как в брюхе нищего, что сидит и побирается на улице.

Глава 2

Эту ночь отец провел на полу в моей каморке, строго следя, чтобы я не сбежала и не выкинула какой-нибудь номер. А я, чем дольше за ним наблюдала и слушала его, тем больше понимала, что это не его решение. Это идея папенькиного поехавшего рассудка. Все-таки я была права, предполагая, что с лекарствами он чудил. Мой настоящий отец никогда бы так не поступил.

Сколько себя помню, в детстве папа учил быть сильной и всегда поступать так, как велит сердце. Не стал бы он мне навязывать такого отвратительного жениха.

Утро наступило быстро и незаметно. Только я сомкнула глаза, как отец уже разбудил меня.

– Нам пора, Мари. Господин Мэрзот с утра пришлет за тобой повозку. Иди умывайся и надо поесть.

– Чего же этот господин положил взгляд на такую, как я? – презрительно спросила у отца, пока мы спускались в лавку.

– А почему бы и нет? Ты умна и красива. Талантлива и одарена сильной магией. Ваши дети будут все в тебя. За такое сокровище можно было и больше заплатить, – угрюмо подытожил папенька.

– Папенька, ты же понимаешь, что даже брачная клятва перед ликом святых, не остановит меня от ухода? А вот это, – я потрясла перед отцом браслетом на руке, – Это удел лишь преступников. Стоит мне только заявиться в академию, как с меня моментально его снимут и Мэрзота возьмут под стражу за злостное нарушение закона. Как и тебя, за продажу дочери.

– Я думаю, дочь, тебе лучше присмотреться к нему и привыкнуть. Он не так уж и плох. Тем более ему пятьдесят семь лет и, может, ты скоро станешь богатой вдовой, – пожал плечами мужчина, лихорадочно поблескивая взглядом.

– Отличная перспектива, – горько протянула я, – Убить молодость в нежеланном браке, чтобы потом остаться с детьми мужчины, от которого тошнит.

– Хватит пустых разговоров. Ешь, давай, – отец бросил мне в руки краюху лепешки и поставил на стол чашу с отваром.

– Я могу с собой забрать свои вещи и книги? – поинтересовалась у отца.

– Их я позже соберу и отправлю в твой новый дом.

Давясь лепешкой, я снова и снова продумывала план действий. Вот только он все никак не желал вырисовываться в единую картину. В нашем мире не существует разводов. Если ты дал брачную клятву перед ликами святых, значит это навсегда. Чтобы снова считаться свободным человеком, необходимо овдоветь.

В голову так ничего путного и не пришло. Разве только бежать в академию. Папенька подошел к двери и выглянул за шторку.

– Отец, я пойду пока к себе? Выберу, что надеть, – спросила я, прощупывая почву. Уж в каком наряде я предстану, меня волновало в последнюю очередь. Из своей каморки я могла сбежать по наружной лестнице.

– Сидеть, – грозно ответил он, – Кажется, приехала повозка за тобой, – он открыл дверь и выглянул на улицу.

Через окно мне было видно, что к нашей лавке подъехал экипаж. Открылась дверка и оттуда вывалился престарелый женишок. Он грузно потопал ко входу, опираясь на трость.

– Доброе утро, господин Сэверс. Как тут наша невеста? – противным голосом поинтересовался кандидат в мужья.

– Все хорошо, господин Мэрзот. Я выполнил все, что вы говорили. Браслет на дочери.

– Это замечательно, – причмокнул синюшными губами мужчина, – Здравствуй, Мариэлла, – он шутливо поклонился в мою сторону.

– Господин Мэрзот, к чему эта свадьба? Вы можете купить себе любую другую девушку, которая будет рада вашему финансовому положению. Давайте мы с вами заключим сделку? В течение года я выплачу вам всю сумму, что вы ссудили отцу. Идет?

– Прости, Мариэллочка, но я не отменю этой сделки. Так же, как и этого браслета. Пока ты с ним, мне будет спокойнее, – он тростью указал на браслет, что позвякивал на моей руке.

– Вы напрасно обрекаете себя на преследование и наказание со стороны комиссаров магии, – вздернув нос, сказала я.

– Возможно, – выпятив губу, проквакал Мерзот, – Но я человек с нужными связями в министерстве.

Я отвернулась от него, показывая, что разговор окончен.

Плохо помню, как и куда мы ехали. Слезы застилали глаза. Отец посадил меня к нему в карету, а я бросила прощальный взгляд на свой дом, где провела восемнадцать счастливых и не очень лет.

– Папенька, – сквозь набегающие слезы позвала я, – Не отдавай.

– Я добра тебе желаю, глупая ты девка. Ну, все-все, не плачь. Спасибо еще мне скажешь, – он обнял меня на прощание, чмокнув в лоб, и быстро закрыл дверь кареты.

Смотря ему в спину, я думала, как же так, где я повернула не туда в своей жизни, что сижу теперь напротив старого борова, что годится мне в дедушки.

Отец радостно помахал нам с крыльца лавки и скрылся за дверью.

– Мариэлла, – растягивая мое имя, позвал Мэрзот, – Надеюсь, ты не обидишься, если я немного подстрахуюсь?

– В каком это смысле? – хлюпнула носом.

– Я хочу, чтобы наша церемония прошла без сучка и задоринки. От тебя требуется лишь сказать святым, что ты по доброй воле вступаешь на тропу замужества и брака.

– Не скажу, – мотнула я головой.

Такие слова поставят крест на моей дальнейшей жизни, а так хоть есть возможность выпутаться.

– Я так и думал, – неприятно улыбнулся Мерзот. Бородавки на его лице немного отвлекали внимание от темных полуразрушенных зубов, – Тогда придется воспользоваться моим запасным страховочным планом.

Мужчина полез во внутренний карман, поискал там что-то и достал сжатый кулак. Он глянул на мое заинтересованное лицо и резко дунул, разжав ладонь.

На меня полетел зеленоватый порошок с резким запахом затхлости и ладана. Это был толченный сбор трав для одурманивая. Опасная вещь, между прочим. При больших дозировках человек, которого напоили настойкой из этого сбора или окурили дымом от тлеющих трав, вполне мог не выйти из состояния «вечной радости» и помутнения рассудка.

Мэрзот же пошел самым низким и подлым путем. Выдув мне в лицо убойную дозу порошка из трав, он на долгое время обеспечил мою полную потерю контроля над своим разумом и телом.

За доли секунд я потеряла интерес ко всему происходящему, погружаясь в эйфорическое состояние нирваны.

– Давайте выгружайте, – издалека, как сквозь вату, раздался приглушенный голос Таврия.

– Эк неудобно сидит. Не подобраться к ней.

– Аккуратнее, дурачье! Куда лицом по земле?!

– Господин, а платье новое будем на нее натягивать? – вклинился женский голос.

– Время поджимает. Пусть так идет. Все равно потом раздевать, – мерзко хихикнул старый женишок.

– Господин, надо бы снять это, – до меня донесся звон цепи на руке, – Служитель храма не будет проводить церемонию, увидев этот браслет. Сразу заподозрит неладное.

– Ты прав. Снимай немедленно.

Звуки возни вокруг моего тела усилились. Потом меня куда-то несли, а в следующее мгновение передо мной возникло лицо, покрытое бородавками.

– Мариэлла, деточка, мы сейчас в храме, – по щекам несильно прошлась мужская ладонь, – Повтори за мной клятву.

– Что-то ваша невеста не в адекватном состоянии, – подозрительно произнес некто, кого я видела, как размытое белесое пятно.

– Перебрала на радостях. Мариэлла, ответь мне, – сильная рука потормошила меня за плечо.

– Да, такое у нас частенько встречается, – сочувственно ответило белое пятно, – Вы смотрите с ней построже, а то возьмет в привычку и дальше отмечать каждую радость в семейной жизни.

Мою внутреннюю нирвану очень раздражало это сочувствующее белое пятно. Я видела его размытым, и сознание кричало, что мы оказались в тумане, который надо срочно развеять. Недолго думая, я взмахнула рукой и призвала мощный ветер.

Вокруг меня и бородавчатого лица стал кружить леденящий воздух. Воронки ветра сметали все на своем пути. Вокруг раздавались крики и паническое ойкание. Над головой «бородавочника» пролетела деревянная скамья.

– Что происходит?!

– Остановите ее кто-нибудь.

– Мариэлла, прекрати немедленно. Подчиняйся мне! – брызгал слюной мужчина, похожий на противную жабу.

Радуясь своему эйфорическому состоянию, мне вдруг стало холодно. Маг я или нет? Сейчас согреемся! По моей щедрой воле то тут, то там вспыхивали высокие кострища. Белое пятно, издавая повизгивание, носилось на заднем плане, раздражая своим криком.

– А-а-а! У-у-у! Горячо-о-о!

Я горестно вздохнула и призвала воду, которую обрушила на нарушителя своей нирваны. Пусть побарахтается.

– Горим!

– Она подожгла храм.

– Срочно ее связать!

– Она маг! Может колдовать хоть с закрытыми глазами и связанными руками.

– Тогда стукните чем-нибудь потяжелее.

Я расслабленно засмеялась, наблюдая за происходящей суетой. В том состоянии мне казалось, что вокруг все веселятся, а я помогаю им не скучать, чередуя то ветер, то пламя с водой.

Неблагодарные. Они не оценили моей помощи в разнообразии их досуга, и какой-то умник, со скамьей наперевес, подскочил ко мне.

– Хватит магичить в священном храме, – с перекошенным от злости лицом, этот юный служитель замахнулся скамьей. Откуда только в этом тщедушной теле силы взялись поднять ее?

Сильный удар вывел меня из строя, и я плавно осела на каменный пол, чувствуя, как эйфория испаряется, а вечная тьма раскрывает свои объятия для меня.

– ОЙ! Господин Мэрзот, тут ваша… несостоявшаяся супруга… того. Уже не состоится.

***

И вот мы возвращаемся к зеленой вспышке света, что взорвалась в моем мозгу. Противный клоп, бегающий по лицу, и осознание, что я нахожусь в гробу под землей.

И только некромант, нависший надо мной, искренне радуется своей находке.

– Красавица, сама встанешь, или тебе руку подать? – мужчина с черными, как сама ночь, глазами ехидно улыбнулся.

За его спиной скелет, держащий лопату и фонарь, издал трескучий смех.

Глава 3

– Вставай, у меня не так много времени, чтобы играть с тобой в гляделки, – вдруг разозлился некромант, окинув меня взглядом от макушки и до пят.

– Уважаемый некромант, я не просила пробуждать мое тело, – с претензией ответила, – Ведь, насколько я понимаю, я по-прежнему мертва?

– Скорее всего, – с легким прищуром оценивающе произнес мужчина, – Уж не думаешь ли ты, что магией возможно полностью воскресить человека?

– При всем желании, увы. Мы проходили этот раздел на основах магии, – развела я руками, – А раз так, то у меня к вам будет просьба. Давайте запускайте вашу зеленую вспышку света, я хочу обратно отключиться, и чтобы никто не тревожил мой покой. Уж не знаю, зачем вы меня раскопали, но давайте-ка обратно закапывайте! – в гневе я слегка притопнула ногой.

– Ты ж погляди, – задумчиво промычал некромант, потирая лицо рукой, – Строптивица какая. Значит так, ласточка, встала из своей деревянной колыбели и пошла Джарту помогать копать следующую могилу. Будет мне тут еще умертвие капризы свои закатывать.

– Не пойду, – помотала я головой.

Вы верно гадаете, с чего я так упрямлюсь? Все просто. Некроманты поднимают из земли тела для своих опытов. Иногда, конечно, они используют их в качестве прислуги. Вообще, припоминая занятия в академии, могу сказать, что некромантия наука сложная. Здесь каждая отработка заклинания может закончиться разным исходом.

К сожалению, эта наука до конца не изучена, и тот же Азэль Винтерс, что сейчас упрямо смотрит на меня, является своеобразным экспериментатором и новатором. Темным и опасным, не останавливающимся перед общепринятыми нормами морали, но альтруистом. С его подачи в мире существует несколько доказанных теорий, что преподают в академиях. Но стоит ли озвучивать, каким путем были сделаны эти открытия?

Наши верховные магистры и маги шипят ему вслед и за глаза обзывают «могильщиком» и «мародёром», но продолжают елейно выспрашивать у него основы и детали доказанных им теорий.

Вот уж не думала, что придется когда-нибудь стать объектом его изучений.

– Можно подумать я тебя в таверну приглашаю. Джарт, вот что мне с ней делать? Применять подчинение опасно, – некромант обернулся к скелету.

– Господин, кидайте ее сюда. Я здесь дальше сам справлюсь, – поигрывая лопатой, предложил костлявый.

– Я не хочу вам прислуживать, и чтобы вы ставили надо мной опыты. Раз я перешла за грань, то дайте мне достойно уйти, а не греметь костями, таская вам подносы, – горделиво проговорила, все еще надеясь на чудо.

– У меня есть кому носить подносы, ласточка. Эх, не думал, что так будет, но да ладно, – разминая кисти рук, проговорил мужчина.

Его черты лица немного заострились, а взгляд сделался суровым.

– Ингард вольф сиен. Подчиняйся мне, – в черных глазах загорелось маленькое зеленое пламя.

Мой мир резко сузился до этих изумрудных точек, а тело зажило своей жизнью. Я покорно вылезла с его помощью из могилы и встала в сторонке, вытянув обе руки вдоль тела. Мысли в голове отсутствовали, и мне оставалось лишь безучастно наблюдать за происходящим, готовой в любой момент выполнить приказ некроманта.

Пока я прохлаждалась под лунным светом среди каменных крестов и оградок, мужчина со своим помощником отошли к другому монументу.

– Кажется, этот хряк должен лежать где-то здесь, – задумчиво пробубнил некромант, – Ласточка, иди сюда. Будешь держать своими бледными лапками фонарь. Не урони его мне или Джарту на голову. Я уже устал собирать из него мозаику, и так все ребра перепутал местами.

Я послушно взяла стеклянный фонарь, внутри которого летали светящиеся сферы. Пока эти двое споро раскапывали землю, мне пришлось бездумно исполнять роль подставки. Мужчина активно копал и через час лопата глухо стукнулась о деревянную крышку.

– Ты думаешь, это он? – с сомнением спросил некромант у Джарта, подняв крышку и разглядывая упитанного мужчину в нарядном фраке.

– Так точно, господин. Магистр Эзенштейн собственной персоной. Джарт проследил и все узнал. Ошибки быть не может, – затрещал его помощник.

– Давненько я его не видел, – протянул Азэль, – Ладно, возьмем и этого с собой.

Он прокашлялся, размял руки и произнес заклинание, после которого мужчина внешне преобразился, будто только прилег покемарить после плотного обеда. Сгнившая плоть на глазах превратилась в обычную кожу с легким румянцем. Поеденная насекомыми одежда тоже залаталась сама по себе. Еще одно высказанное заклинание заставило мужчину резко распахнуть глаза и сесть в домовине, с недоумением уставившись на некроманта.

– Ты, наверное, не ожидал меня увидеть и после смерти? – с издевкой спросил Азэль, – А я ведь предупреждал, что когда-нибудь приду и за тобой.

– Святые демоны, – хрипло, совсем как я недавно, выдохнул воскресший, – Ты и здесь решил меня достать? – ловким движением пухлый мужчина скинул с себя ползающих жучков и червячков.

– Я ведь обещал, – пожал плечами некромант, – Вставай сам, или будешь, как вот эта ласточка, – он качнул головой в мою сторону. Оживший мужчина глянул на мое безучастное лицо, на котором лишь в глазах горели маленькие зеленые точки, и содрогнулся.

Он неуклюже выбрался из ямы, отряхнулся, и тут же Джарт всучил ему свою лопату.

– Надо закопать следы преступления. Я не хочу, чтобы на утро во всех магических вестниках была новость о твоем скоропостижном… побеге из мест не столь глубоких, – произнес некромант, поворачиваясь ко мне, – Ласточка, тебе не надоело еще стоять истуканом?

Он приблизил свое лицо к моему и внимательно посмотрел. Раздосадовано цокнув языком, некромант щелкнул пальцами, и ко мне вернулся контроль над телом и разумом.

От неожиданности я выронила фонарь, и он осколками разлетелся по земле. Светящиеся сферы весело затанцевали на месте и взмыли в воздух, пролетая над могилами.

– Третий фонарь за месяц, господин, – услужливо сказал Джарт, – Предлагаю в следующий раз брать с собой факел.

– И это я молчу о том, сколько ваших переколотило посуды в моем доме, – мрачно сказал Азэль, – Эзенштейн, работай хоть сейчас активнее. При жизни было не дождаться от тебя подписанных документов, так и сейчас еле двигаешься, – скривив лицо, выплюнул мужчина.

Спустя недолгое время мы выходили с кладбища. Впереди шел некромант, затем я, неведомый мне Эзенштейн, и замыкал колонию весело громыхающий костями Джарт. Он размахивал лопатой, напевал незамысловатый мотивчик и периодический подгонял толстячка, тыкая в того черенком инструмента.

Пока мы шли, я размышляла о том, во что же я вляпалась.

Очевидно, что свадьба не удалась, раз от невесты поспешили избавиться, прикопав ее в земле.

И вроде вот она – хорошая новость. Не быть мне женой Таврия Мэрзота, но с другой стороны… Мне больше вообще не суждено кем-либо быть, кроме как подопытной мышью в руках мерзкого некроманта.

Будто почувствовав, что я думаю о нем, Азэль обернулся на меня и пристально посмотрел.

– Что-то не так? – с легкой долей презрения спросила у него, желая ему спотыкнуться и упасть в разрытую яму.

– Я еще не понял, – легко ответил он, – Но времени впереди у нас много. Я решил, что выделю тебе камеру рядом со своей лабораторией.

– Камеру? – переспросила я, заметив, что мы выходим к большим кованым воротам кладбища.

– Конечно, – фыркнул он, – Ты же не думаешь, что я раскапываю могилы по ночам в поисках прислуги себе? Этого добра у меня хоть в бочках соли вместо капусты.

***

Азэль Винтерс… что же я знаю о тебе? Задумчиво поглядев на его спину в потрепанном костюме, я перебирала в памяти все слухи и сплетни об этом мужчине. А уж их в магическом мире всегда крутится много, особенно вокруг таких темных личностей.

Ему около тридцати пяти лет. Второй ребенок в семье знатных господ. Отец его, вроде, известный лекарь, ранее служивший при дворе короля. Но после судьбоносной ошибки был с позором изгнан в наш маленький Ридл. О матушке Азэля ничего не известно.

Сам же некромант лет десять назад был объявлен персоной нон грата во всех учебных заведениях. Не уверена, но, по-моему, речь шла о том, что мужчина оживил и провел свои опыты над дальним родственником троюродной сестры какого-то министра! И пусть седьмая вода на киселе, но какой резонансный скандал тогда был.

С тех пор к нему и стали плохо относиться. А кому захочется знать, что ваша ушедшая родня теперь прислуживает в темном и мрачном замке? Каждый остерегался и опасался сказать хоть что-то лишнее некроманту. В глаза ему лебезили, но вот за спиной поливали бесчисленным количеством грязи.

В нашем государстве некромантия не была официально разрешена, но при этом короли не запрещали практиковать темное искусство. Оно было полностью табуировано, открыто говорить о нем запрещалось.

Мы вчетвером вышли за ворота кладбища, громко скрипнув ставнями, а сторож только очнулся и выбежал из своей каморки. Он держал подсвечник в одной руке и внушительную кувалду в другой.

– Кто здесь? – опасливо озираясь, спросил он.

– Что же вы, уважаемый, спите, пока у вас мертвецов прямо из-под носа воруют? – не выдержав, ляпнул Эзенштейн.

Азэль хлопнул рукой себе по лицу и досадливо покачал головой.

– Что за ночь сегодня такая, Джарт? Одна ласточка оказалась упрямицей, а другой ценный экспонат глуп, как червяк.

– Полнолуние, господин? – прогремев костями, предположил скелет.

– Ладно, – некромант щелкнул пальцами и подошел к сторожу.

– Святые демоны, – испуганно забормотал заметивший нас старик, – Не убивайте! У меня дома семеро по лавкам сидят. Дитятки с внуками, да жена нерадивая. Не убивайте, господин!

– Замолкни и не мешай мне, – сурово произнес некромант, выплетая руками заклинание.

С его ладони сорвалась серебристая дымка и оплела голову сторожа. Азэль пробормотал пару фраз и довольный понаблюдал, как старик молча развернулся и ушел в свою каморку, аккуратно прикрыв за собой дверь.

– Теперь не разболтает на утро всему городу, – удовлетворительно кивнув, сказал он.

– Вы, как всегда, превосходны, господин, – подобострастно воскликнул Джарт.

– Не подлизывайся. Ты все равно наказан до конца недели, – грозно ответил ему некромант под тяжкий вздох скелета, – А вы, в повозку. Живо! – он посмотрел на нас с Эзенштейном.

Чуть в стороне стоял черный экипаж, запряженный двумя жеребцами. Подойдя к нему ближе, я увидела, что глаза коней горят зелеными искрами, а кое-где сквозь лоснящуюся гладкую шерсть проглядывают кости животных. При этом между ребер у одного жеребца гулко билось ярко-изумрудное сердце. Это что же, получается не настоящие кони? А… умертвия? Как я?

С ума сойти. Стоит признать, что определенное удобство в этом есть. Не надо тратиться на услуги конюха, овес и свежий корм, опять же им не требуется лекарь. Но как же это не гуманно!

– Ласточка рыжеволосая, шевели своими ногами, – подтолкнул меня в спину Азэль, – Джарт, ты на козлы. В замок!

Скелет послушно запрыгнул на облучок и взялся за вожжи. Втроем мы уселись в повозку. Некромант оказался напротив меня с толстяком. Он сразу же достал небольшой блокнот и принялся там что-то мелко писать, периодически бросая на нас оценивающие взгляды.

Признаться, я не успела еще осознать, в какую передрягу мне «посчастливилось» попасть. С одной стороны, есть еще небольшая возможность просуществовать в этом мире, а с другой… в качестве кого?

В моей голове, как тараканы, бегали мысли. Все они сводились к тому, что я пыталась принять факт, что меня больше нет на этом свете. Одно движение пальцами некроманта, и я снова вернусь в землю на глубину двух метров.

– Что ты приуныла, ласточка? – продолжая писать в блокноте, спросил некромант.

– А чему здесь радоваться? – ворчливо ответил за меня Эзенштейн.

– Ну, как чему? Вы послужите во имя науки, – равнодушно пожал плечами Азэль, – И уж поверьте, я не каждого выкапываю для этого. Так что, таким образом, я оказываю вам честь.

– Винтерс, ты же не думаешь, что тебе это сойдет с рук? – трясясь от злости, выпалил мужчина.

– Сойдет, как и многое другое, – пренебрежительно ответил он, глянув на толстяка поверх блокнота.

Я продолжала молчать, не зная, что на это сказать. Повозка быстро несла нас вдоль кромки темного леса, и очень скоро мы выехали на тракт, ведущий далеко от города. Поездка длилась пару часов и, наконец, Джарт, управляющий зомбированными жеребцами, громко прокричал:

– Господин, подъезжаем. Через пять минут будем дома.

– Вот и отлично, – захлопнул некромант блокнот, – Сейчас я расселю вас по вашим, кхм… комнатам, а завтра приступим. Заодно и познакомимся поближе, да, ласточка? – он обратил ко мне свой черный взгляд.

– Я вас знаю. И ничего хорошего мне это знакомство не сулит, – горько ответила я.

– Вот каждая вторая так говорит, – задумчиво пробормотал некромант, – А мне было интересно посмотреть на девицу, спалившую святой храм во время брачной церемонии.

– Посмотрели? Теперь самое время вернуть на место.

– Поверь мне, за этим дело не станет.

А то я не знаю. В такой ситуации даже бежать бессмысленно. Я не успею сделать и пяти шагов в сторону, как некромант возьмет полную власть над моим телом и сознанием. Единственный выход – это убить Азэля Винтерса, но…

– Не советую, – даже не поднимая взгляд, произнес некромант.

– Что? – встрепенулась я от его слов.

– Убивать меня.

– Вы можете читать наши мысли? – ужаснулся Эзенштейн. Кажется, не я одна рассуждаю об убийстве нашего «оживителя».

– Нет, конечно. Но вот у ласточки на мгновение стало весьма кровожадным выражение личика. А каких еще мыслей ожидать от девицы, которая без зазрения совести сожгла храм и его служителя?

– Я не специально. Я была под действием трав для одурманивания.

– Под такими травами обычно и вылезает наружу истинное нутро, – поучительно усмехнулся Азэль.

– У меня была отчаянная ситуация, – сама не понимая зачем, пыталась оправдаться, – А тот служитель храма… он… того? Намертво?

– Насколько я слышал, нет. Жив и здоров благодаря целителям.

С души упал камень. Хорошо, что я никого не убила в беспамятстве.

Кони вступили на каменную брусчатку, от чего звук их копыт громко раздавался в округе. Мы перешли через мост и въехали в огромную цитадель мрачного замка.

– Выходим, – скомандовал Азэль, когда повозка остановилась. Он вышел первым и подал мне руку, которую я с гордостью проигнорировала. Зато Эзенштейн радостно воспользовался конечностью некроманта, пока тот зазевался, глядя на меня.

– Идите за мной, – бросил он нам, вытирая свою руку об испачканный кафтан, – Джарт, позаботься о лошадях.

– Будет сделано, господин, – треща костями, скелет спрыгнул с места кучера.

Некромант, не говоря больше ни слова, развернулся к нам спиной и пошел к небольшой лестнице, ведущей к многочисленному входу замка. Мы прошли в темный зал и стали спускаться в подвалы.

Проходя по темным и сырым туннелям, я начала панически бояться того, что меня ожидает. Однако, вырываться и бежать, не видела смысла. Не успею я развернуться в сторону выхода, как некромант подчинит меня себе, лишив возможности самой думать и управлять телом. А это, скажу я вам, мерзкие ощущения!

Мы спустились на хорошо освещенный этаж, где вдоль стен стояли просторные металлические клетки. В них никого не было, но следы некогда присутствующей жизни остались. На скамьях были раскиданы какие-то тряпки, миски и клочки бумаги.

– Так, Эзенштейн, вот и твои покои, – горделиво произнес некромант, отпирая замок на последней камере, – Надеюсь, здесь тебе будет комфортнее, чем в твоем рабочем кабинете. Проходи, не стесняйся, – он подтолкнул затравленно оглядывающегося толстяка.

– Чтоб ты сгорел в огне, нелюдь проклятый! – злобно рявкнул Эзенштейн, когда за ним громко захлопнулась решетчатая дверь.

– Всех нас когда-нибудь настигнет геенна огненная, – флегматично ответил Азэль, – Пойдем, ласточка. Что-то ты притихла и не так строптивишься, как на кладбище.

– А смысл? Умертвию от некроманта никуда не деться.

– И то верно, – согласился он.

Он подтолкнул меня, и мы отправились дальше, пока не вышли к большой лаборатории. Здесь было довольно светло и весьма специфически пахло. Острый запах реактивов шел от колб и скляночек, выставленных на нескольких столах.

По периметру лаборатории располагались высокие до потолка шкафы с книгами. В углу стояла кушетка и низенький столик, где, очевидно, иногда отдыхал некромант.

В противоположную стену была вмонтирована большая железная клетка со скамьей внутри.

– А вот это – будут твои покои, ласточка, – сказал некромант, отпирая их дверь.

– Зачем я тебе? – спросила, подняв на него взгляд. Охоты и дальше «выкать» собственному палачу не было, поэтому я перешла на панибратское «ты», на которое некромант даже не обратил внимание. Возможно, его не волновали такие мелочи, как этикет.

– Все, что я делаю, я делаю во имя науки. Некромантия – одна из самых неизученных сфер магии, но я добьюсь того, что когда-нибудь мы сможем легко оживлять своих близких. Я над этим как раз и работаю, ласточка, – грустно улыбнулся Азэль.

– Но это невозможно, – категорично заявила я.

– Когда-то было невозможным даже просто поднять мертвеца из могилы, – резко возразил он, – Но я многое сделал для того, чтобы это стало реальностью. И сейчас ни перед чем не остановлюсь. Проходи, – он любезно показал рукой внутрь камеры.

Глава 4

Прошло уже двое суток с момента моего нахождения во владениях Винтерса. До сих пор он так и не приступил к экспериментам надо мной. Что не могло не радовать.

С раннего утра и до поздней ночи Азэль корпел над пробирками и спиртовками. Он то и дело заливал в них новые реактивы, добавлял ингредиенты, увеличивал и уменьшал огонь на спиртовке и отстраненно наблюдал за результатом. Когда его очередной опыт заканчивался черным едко пахнущим дымком, он со злости отшвыривал всё на пол и пинал массивный шкаф.

После этого он обычно кидался к книжным полкам, доставал следующий талмуд и рьяно его листал, пока не находил нужное. А далее все повторялось. Очень скоро мне наскучило за ним наблюдать, а меня он не замечал и вовсе. Его обещание на утро познакомиться ближе и поговорить, так и осталось лишь словами. Ну и ладно.

Пару раз я пыталась завести с ним «светскую» беседу, но была грозно остановлена окриком «Сиди и молчи. Только твоей трескотни мне и не хватало!». Обиженно захлопнув рот, я даже не стала говорить ему, что в одной из его колб идет процесс пригара. Пусть снова все кидает на пол. Не мне же убирать.

В первые сутки моего пребывания в клетке, я без дела сидела на скамье, что была вмонтирована в стену. Мне было горько и жалко себя до слез, вот только последних, как я ни старалась, не могла выжать из себя ни капли. Вероятно, сказывалось, что теперь мне это недоступно. Так же, как и голод с жаждой, и холод с жарой. Я ничего не чувствовала.

Насколько было возможно, но я смогла себя рассмотреть. По моему лицу, рукам и ногам никто не смог бы догадаться, что я… кхм, умертвие. Моя кожа хоть и была немного бледновата, но выглядела, как на живом человеке. Даже розовые ноготки не посинели. Может я все-таки жива?

Однако в памяти сразу же всплыла сцена, где Азэль применил к Эзенштейну заклятие, возвращающее ему прежний облик живого человека. Значит, это иллюзия? Скорее всего, ведь мертвое тело не способно сохранить первозданный вид после смерти. Если сейчас развеять иллюзию, то я увижу в отражении синюшную кожу, лоскуты отходящей плоти, впалые глазницы. От осознания этого хотелось завыть во всю глотку, что я и сделала, тем самым напугав некроманта до чертиков. Он как раз по капле переливал в колбу очень ценное готовое зелье. В общем, собирал он его потом с пола пипеткой, посыпая мою голову самыми изощренными ругательствами.

Эх, сколько же планов было на эту жизнь! Почему все вышло так не справедливо?! Чем я прогневала святых? Прилежно училась, всегда помогала отцу, старалась быть достойным человеком и хорошим магом, что думает о других людях.

У меня был четкий план на эту жизнь! А сейчас я не дала бы и ломаного медяка за свою судьбу.

Как ни странно, но на папеньку я не злилась. Так, если только отдаленно мелькнет суетливая мысль «Вот если бы он не…», но злобы и обиды на него я не держала. Зато разрешила себе в полной мере костерить, на чем свет стоит, господина Мэрзота. У-у-ух, как я разошлась, посылая мысленно на его голову проклятия.

Надеюсь, он сейчас не может ни сидеть, ни лежать, ни ходить, вертясь волчком и отчаянно издавая вопли боли и страха. Но это лишь мечты, ведь со мной не осталось моей магии. Совсем. Единственное, что мне было доступно, так это молиться нашим святым, вознося им оды и просьбы о помощи в столь непростой ситуации.

На вторые сутки я снова вернулась к наблюдению за Азэлем. Он спустился в лабораторию сонным и не выспавшимся. Его черные волосы стояли дыбом, а под глазами залегли такие тени, что я засомневалась, а не умертвие ли он сам?

– Привет, ласточка. Я по утрам обычно не в духе, поэтому прошу тебя несколько часов не издавать никаких звуков и не подавать признаков жизни, дабы не злить своего хозяина, то есть меня, – даже не глядя в мою сторону, проговорил он.

– Фффр, – сама того не желая, фыркнула я, – Больно надо с тобой разговаривать.

– Вот ты уже издаешь лишние звуки и подаешь признаки жизни, – укоризненно сказал он, – Хм…Какой-то каламбур вышел.

От чего он такой сонный? Снова кого-то выкапывал и сажал в свои неудобные «апартаменты»?

Мужчина дошел до диванчика с низким столиком и с размаху туда плюхнулся. Глядя в одну точку, он поджег небольшую горелку с колбой над ней, залил воды и дождался, пока та закипит. После чего некромант достал из мешочка на столе горсть коричневых зерен, мелко размолол их в ступе и засыпал в стеклянную емкость.

По лаборатории, заглушая запах реактивов, поплыл чудесный аромат заморского напитка – кофи. Говорят, его собирают рабы на огромных плантациях. Они работают от рассвета и до заката, не зная ни сна, ни отдыха. Лишь бы богатые господа платили звонкой монетой за их труд.

Азэль тем временем перелил сварившийся кофи в пол-литровую коническую колбу, помешал его длинным стержнем и, глубоко выдохнув, залпом опрокинул в себя.

Вдыхая чудный запах, мне тоже захотелось вот так вот выпить дорогого заморского напитка. Можно даже из колбы. Только пусть ее сначала тщательно вымоют и простерилизуют, а то мало ли…

Передернувшись от бодрящей горечи, мужчина встал, надел на себя чистый черный халат, толстые перчатки и странную массивную маску с фильтрацией воздуха. С собой в коробке он принес камни, издалека похожие на золото, серебро и медь. Были среди них и яркие кристаллы полудрагоценных самоцветов.

Он привычным жестом поджег рабочую горелку, взял несколько штативов под колбы и расставил их в нужном ему порядке. Из невысокого металлического шкафчика, что служил ему хранилищем всевозможных жидкостей и образцов, он достал мензурки с чем-то черным.

Проверив их на свет, он принюхался и поморщился.

– Хозяин! Господин! – с криком ворвался Джарт в лабораторию.

В одной руке он держал ведро со шваброй, другой размахивал газетой.

– Ш-ш-ш-ш, – зашипел на него Азэль, – Ты слишком громко гремишь костями, Джарт.

– Простите, господин, – скелет встал на цыпочки и неуклюже пошел к некроманту, по пути то и дело задевая ведром обо все подряд.

– Ну чего тебе? – недовольно спросил мужчина, не отрывая взгляда от своих колбочек.

– В магическом вестнике напечатали заметку про разрытые могилы, – полушепотом ответил ему скелет, подсовывая под нос газетенку.

– И что? Они вечно печатают всякие желтушные новости. Мое имя там фигурирует?

– Нет, господин, – радостно сказал скелет.

– Вот и не тревожь меня до тех пор, пока под стенами замка не будет стоять стража. Понадобишься, сам позову.

– Тут еще послание, – протянул Джарт конверт из пергамента, – Ваш брат изволит явиться сегодня на обед.

– Что ему нужно? – недовольно протянул некромант, снимая тонкую стружку с золотого бруска.

– Здесь не уточняется, господин, – протрещал скелет.

– Гррх, как вы мне все дороги, особенно по утрам! Приедет Аластр, позовешь меня. А теперь, брысь отсюда, иначе опять ноги поменяю местами.

Джарт, громыхая ведром и шваброй, со скоростью ветра скрылся из лаборатории.

– Ну и как в такой обстановке можно работать, ласточка? – раздраженно задал вопрос Азэль.

– Молча, – буркнула я в ответ.

– Ты тоже не в духе. Как я тебя понимаю, – с притворным сочувствием проговорил мужчина.

– Очень сильно сомневаюсь, – процедила я.

– Ладно, это все лирика. До встречи с дражайшим братиком есть еще полдня, уж их у меня никто не отнимет, – задумчиво проговорил некромант и вернулся к своим опытам.

Уж начадить черным дымом до обеда, Азэль умудрился знатно.

Глава 5

Пока я сидела в своей клетушке, некромант поднимался наверх по подземным катакомбам и туннелям. Мужчина шел по низенькому проходу, освещая себе путь факелом. Вот-вот в замок нагрянет его старший брат Аластр, тот еще интриган при королевском дворе. Из их семьи он оказался единственным, кого не коснулся гнев правителя.

Аластр строил свою карьеру долго, укладывая кирпичик за кирпичиком. Здесь помог, там замолвил нужное словечко, поддержал нужного человека, встал на чью-то сторону… и вот уже сорокалетний мужчина занимает ответственный пост министра по развитию. Что развивает? Так государство, стало быть! Поле то не паханное в данном случае. То в одном краю вспыхнет кровопролитная война, то на другом конце придут беспощадный голод и мор.

Вот Аластр и продумывает стратегии по развитию то одного, то другого края. Где-то поднять сельское хозяйство необходимо в первую очередь, где-то озадачить наместников открытием обычных, а то и магических школ.

Последние годы брат особенно воспылал идеей развивать некромантию. Ведь столько невосполнимых кадров и людей потеряли. А замену им найти – ой как сложно.

С тихого негласного разрешения короля семейству Винтерс выделили далеко от столицы мрачный замок, мол пусть твой младший брат работает над нужными нам проектами. Все лучше, чем будет без пригляда колесить по землям и творить свой ужас.

Да, к некромантии всегда было и будет двоякое отношение. Пока идут изучение и проверки теорий, люди будут голосить о греховности сих действий. Зато потом, когда придет возможность оживить их любимого родственника, они станут бить такие поклоны благодарности, что земля вздрогнет.

А пока, да, мерзкий некромант разрыл могилу и ставит эксперименты над «ушедшими в лучший мир». Закидать его замок гнилыми кабачками и помоями – иногда для селян это лучший способ мести и выражения своего «фи».

Аластр был доволен работой Азэля. Он частенько заезжал к отцу и младшему брату, проверить, как идет процесс. Боялся, что Азэль, творческая натура, увлечется другим проектом и забросит идеи короля куда подальше.

Некромант, наконец, поднялся в жилую часть замка и с ходу выловил служанку, что неслась по коридору, таща на себе гору чистой посуды. Женщина бежала с этой пирамидой наперевес в сторону общего зала, где готовился обеденный прием.

– Я сколько раз говорил не бегать с фамильным фарфором? Вы их бьете каждый раз, когда приезжает Аластр. Имейте совесть, бестолковые умертвия! Или закопаю обратно, – возмущенно проговорил мужчина.

– Простите, господин, – женщина вжала голову в плечи. Она выглядела совсем, как живая. Лишь острый глаз специалиста по некромантии мог различить тонкие нити магии, окутывающие ее тело и голову.

– Где Джарт? Мой брат уже приехал?

– Ваш помощник, господин, сейчас с вашим отцом. Ухаживает за ним. А господин Аластр еще не приехал.

– Хорошо, иди. Да помедленнее. Не разбей ничего! – мужчина цыкнул и с возмущением смотрел вслед быстро ушедшей женщине. Ну, вот что с ними делать? Такими темпами от фамильных сервизов не останется и маленького блюдца. А некроманту эти атрибуты были дороги, как память о его именитом роде. Точнее, о матушке, которая очень любила эти сервизы.

Мужчина постоял немного в коридоре и решительно направился в общий зал. Он решил дожидаться брата там, заодно успеет изучить вчерашнюю прессу и выпить чашечку кофи.

Выходя из лаборатории, некромант снял свой черный халат и остался в приличном костюме. Он даже пригладил пятерней растрепанные волосы. Это, конечно, не помогло, но было данью уважения к старшему брату, который наверняка приедет в модном столичном прикиде.

Он манерно уселся в одно из мягких кресел и погрузился в чтение, ловя себя на том, что мысли, раз за разом возвращаются к работе. Его мозг кипел и требовал срочно бежать проверять очередную гипотезу. Но тогда обидится брат, а это чревато новыми глупыми задачками, что отнимут драгоценное время.

Время… все, как всегда, упирается во время, которого у некроманта почти не осталось.

С улицы раздался гул заехавшей кареты, и уже через некоторое время братья любезно обменивались похлопываниями по плечу.

– Азэль, ты хоть иногда выходишь на воздух? – подозрительно спросил высокий светловолосый мужчина, чьи черты лица и близко не были похожи с некромантом, – Сам уже стал, как твои умертвия!

– Ночные прогулки под луной считаются? – дурашливо отшутился младший брат.

– Тебе бы все шутить, а у меня вот есть плохие новости, – с сожалением произнес блондин, скидывая свой плащ на руки служанки.

***

– Так о каких плохих вестях ты говорил? – некромант закончил с мясным рагу и отставил тарелки с горшочком в сторону.

– Прежде, чем мы к ним перейдем, я хотел передать тебе благодарность короля, – светловолосый мужчина полез в свою черную кожаную сумку и достал оттуда внушительный мешок, издающий позвякивающие звуки, – Его Величество очень доволен твоим изобретением, поэтому передает тебе скромный дар в размере тысячи золотых.

– Как приятно, когда собственная ошибка в заклинаниях дает такой побочный эффект, – усмехнулся некромант, беря мешок в руку. Он оценивающе его взвесил и отложил в сторону, моментально потеряв к нему интерес.

– Да, при дворе очень оценили новые способности короля. Теперь все испуганно шугаются и боятся хоть слово лишнее сказать между собой.

В зал незаметной тенью проскользнула прислуга. Женщина, опустив глаза в пол, собрала на подносе горкой использованные тарелки и, опасно ими покачивая, вышла в коридор. Азэль в очередной раз проводил ее мрачным взглядом. Через пару минут она же вернулась, неся десерты и пироги.

– Как твои успехи с полным воскрешением, Азэль? – задумчиво спросил брат, наблюдая, как служанка ставит на стол сладкие угощения.

– Пока я только зазря перевожу ценные реактивы, – жуя сладкий пирог, ответил некромант, – Работы еще очень много. Аластр, надеюсь, король не ждет, что в ближайший год я предоставлю ему решение этой проблемы?

– Видишь ли, дорогой брат… Ситуация в нашем мире складывается таким образом, что каждый день для нас рискует быть последним. С востока нам то и дело приходят угрозы о наступающей войне. Эти демоны совсем страх потеряли. Ничего из себя не представляют, только рога с хвостом имеют, да дюже свирепые. С запада каждый день приходят вести, что андорцы захватывают все больше земель. Такими темпами скоро будут стоять у нас на границе. Так теперь еще прошел слушок, будто северяне хотят откусить себе нашей земли. У них то ничего не растет, сплошные горы…

– Плохо, Аластр. Плохо работает ваш министр по оборонной части. Гоните его в шею, дармоеда этакого, – возмутился некромант.

– Так потому на тебя у нас и вся надежда, – хитро улыбнулся брат, – Король желает видеть тебя через месяц на летнем балу.

– Вы на грани войны, но продолжаете устраивать дорогие приемы для придворной шушеры? – манерно изогнул бровь маг.

– Ты только королю не вздумай такое высказать, Азэль. На летнем приеме тебе нужно будет показать хоть какой-то результат, подтверждающий, что ты на грани открытия. Боюсь, что Его Величество поставил передо мной этот вопрос ребром, – удрученно сказал мужчина, нехотя ковыряя пирог.

– Я тебя сейчас не понял. Через месяц мне нужно будет показать королю, что я почти нашел средство для полноценного оживления мертвецов? Он понимает, что он просит? Я пять лет бьюсь над этим вопросом, а воз и ныне там, – повышая голос, возмущенно выкрикнул некромант, – Одно дело, просто поднять мертвеца, навести на него гламур, удерживающий внешний вид, и то..! Через полгода или год каждый из них превратится в Джарта. Магия пока не может удерживать человеческий облик так долго. Я почему служанок, по-твоему, так часто меняю? Не успеешь оглянуться, как по дому от меня с воплями ужаса бегает очередной чистый скелет, который не хочет вновь возвращаться в могилу.

– Тише, тише. Я тебя прекрасно понимаю! Однако, Его Величество ясно дал понять, что если ты не найдешь способ полноценно воскрешать, возвращая людям их магию, то все это, – брат обвел рукой вокруг себя, – Отойдет обратно в казну, а тебя с отцом выселят отсюда и снова объявят, как нежелательную персону.

– Ну и пусть. Я то проживу с отцом хоть в старой кибитке, кочуя по дальним землям, – пожал плечами мужчина.

– Ты не дослушал, Азэль. Если король не увидит на балу твоих новых открытий по этой теме, тебя могут упечь в темницу, где ты просидишь до конца жизни, вечно работая в сырой камере. Думаешь, тебя так легко выпустят из поля зрения? Вот уж глупость. Ты лучший некромант в этом мире.

– Недооцененный и вечно презираемый всеми вокруг, – фыркнул мужчина.

– Не прибедняйся. Еще, подумай, как ты будешь кочевать, не имея ни лаборатории, ни денег на нужные ингредиенты? Если ты сбежишь, я не смогу тебе помогать. За мной постоянно будет слежка, а я не хочу, чтобы отец пострадал. Ведь ему нужны дорогие снадобья и услуги лекаря. Без них, сам знаешь, он и дня лишнего не проживет. Азэль… в наших с тобой интересах, чтобы король остался доволен.

– Мне нечего будет ему показать, – глухо сказал некромант, – Пока это невозможно. У меня на примете даже нет рабочих теорий.

– У тебя еще целый месяц! Кстати, ты по-прежнему в отношениях со своей леди Жоржет? Летний бал посещают исключительно с парой. Думаю, месяца ей хватит, чтобы подготовиться?

Некромант злобно заскрипел зубами, вспомнив эту глупую женщину, чьи интересы крутились исключительно вокруг платьев и шляпок. Ее трескотня в замке порой доносилась даже до лаборатории, отвлекая от работы.

Остаток дня Аластр провел у постели тяжелобольного отца. Старший господин Винтерс уже более двух лет болеет мерзкой хворью – атрофией мозга. К сожалению, каждый день может быть последним для него.

Без нужного финансирования, лекаря и снадобьев отец может в любой момент переступить грань, отделяющую жизнь и смерть.

Азэль не может себе позволить, чтобы он лишился нужного ухода.

Мужчина сидел в своих покоях за массивным письменным столом и вдруг резко ударил кулаком по гладкой поверхности. Его глаза пылали злобой на короля. В каждом его движении и взгляде начинала просматриваться спрятанная ранее решимость.

Не просто энтузиазм и увлечение, а мрачное осознание необходимости предпринять все возможное, чтобы не попасть под гнет Его Величества.

Глава 6

– Аккуратнее заносим, мои криворучки, аккуратнее, – Азэль руководил несколькими служанками, что несли на руках чистые посудины, толстые тома книг, мешки с чем-то гремящим и огромный котел.

Я наблюдала за всем с этим с большим интересом. Поведение некроманта изменилось в худшую сторону. Он стал суровым, задумчивым и выглядел еще более одержимым. Все чаще позволял себе огрызаться на мои невинные фразы и вопросы.

Если раньше Азэль на ночь уходил наверх, то вот уже с неделю мужчина устало откидывался на диванчике в лаборатории и забывался коротким тревожным сном. Он мог впасть в сонный транс, стоя над котлом, где вываривался очередной устрашающий «рецепт». В один из таких моментов, я его вовремя окрикнула, когда он клевал носом и упустил убегающее зелье.

Черная густая жидкость с диким шипением поднялась и перевалилась за края емкости, стекая на пол и растворяя камень. Булькая и издавая неприличные звуки, она все ближе подбиралась к его ноге, рискуя уничтожить ее.

Мне так хотелось промолчать и с удовольствием понаблюдать за прыгающим от боли некромантом, но все же совесть пересилила мою обиду и злобу.

– Азэль! Проснись! – ноль эффекта, – Азэль, зелье утекло на пол! Твоя нога сейчас расплавится, – уже с тревогой я повысила голос.

Мужчина продолжал стоя чахнуть над дымящим котлом, повесив голову себе на грудь. Решив не упускать такого замечательного шанса, я сняла с ноги левый ботиночек и сквозь прутья решетки бросила им в его голову. С глухим звуком (с чего бы это?) обувка стукнулась по его черепушке, отскочив прямиком в бурлящую массу котла.

Некромант дернулся от неожиданности и едва сам не свалился в свое варево. Быстро оценив обстановку, Азэль сделал несколько пассов руками и накрыл магическим куполом котел и пол. Под защитным экраном оно продолжало устрашающе расти в размерах.

Быстро остановив этот процесс и минимально нейтрализовав последствия, он повернул ко мне разъяренное лицо.

– Ты! Испортила мне экспериментальное зелье! Ты хотя бы знаешь, насколько редким является кристалл смерти?! Да я тебя.., – в злобе сжал он кулаки и выдохнул, стараясь успокоиться.

Я мысленно присвистнула. Кристалл смерти – исключительно редкий товар на подпольном черном рынке. Обычно такими запрещенными вещами торгуют приезжие торговцы, чей говор всегда быстр и непонятен. Он добывается в момент одновременного отхода в иной мир более пятидесяти человек. Чем больше совершилось смертей во время ритуала, тем насыщеннее черный цвет кристалла. А следовательно, тем эффективнее и сильнее отклик от колдовства при его использовании.

Азэль же опускал в котел иссиня-черный камень. Стоимость такого кристалла могла переплюнуть стоимость целого королевства, соседнего, например.

– Как ты посмела бросить в котел свой драный башмак?! – снова завелся и бесновался некромант, нарезая круги вокруг остывающего котла. Черная масса загустевала, а ее венцом был мой наполовину растворенный ботинок, украшая это безобразие.

– Я хотела тебе помочь! Ты уснул над котлом, а зелье убежало и приближалось к твоей ноге! – оправдывалась я, уже сожалея, что решила вмешаться.

– Я не уснул! – рявкнул некромант, – Я был погружен в свое сознание, наблюдая магическим зрением, когда следует вплетать формулы заклинания!!! – почти прокричал он, – Глупая деревенщина. Не можешь отличить уснувшего человека от того, кто вошел в стазис?!

– Прости, пожалуйста, – стыдливо буркнула я.

– Мне твое «прости» костью в горле встало! Святые демоны, как это бестолковое создание смогло поступить и пару лет проучиться в академии? Таких, как ты, надо изолировать в отдельное государство на необитаемом острове. Вы там, недоучки, друг друга сами истребите за считанные дни.

– Я закончила лучшую академию с отличием. Между прочим, не какая-то нерадивая адептка-травница, а маг с открытыми четырьмя стихиями! И была распределена на работу в магический комитет! – чуть-чуть приукрасила я, умолчав, что мне еще только предстояло уговорить их о моем трудоустройстве. Но этому злыдню знать сей факт совсем не обязательно.

– Ласточка, ты в курсе, что врать нехорошо? – рассмеявшись, с недоверием поглядел на меня мужчина, – Женщин и с двумя стихиями редко когда встретишь, а ты себе все четыре решила приписать. Ай, как не стыдно?

– Я не вру!

– Твой несостоявшийся супруг, когда тебя хоронили, сказал, что у тебя обычный огненный дар низшего четвертого уровня, которым ты и управлять-то толком не умеешь, – неприятно оскалился мужчина, – Эх! Такое чудесное личико, а храм спалила за пять минут. Глупое создание.

– Что?! Да как он мог?! – воскликнула я, чувствуя внутри себя пламенный гнев, – Этот мерзкий старик унизил меня и мои достижения. Чтобы обо мне после смерти сказали, что я низший маг с одной стихией? Что написано на моем погребальном камне? – резко спросила я, перебирая в памяти всплывающие образы с той ночи. При всем старании свою могилу я почти не помнила.

– Ластика Бернс и даты, – равнодушно ответил некромант, с опаской убирая защитный купол с котла. Он взял большие металлические щипцы, какими женщины в деревнях полощут белье, и принялся кусками доставать из котла черную массу.

– Какая Ластика? – ошарашенно поинтересовалась я, – Это не моё имя. Меня зовут Мариэ…

– Ласточка, мне все равно, как тебя зовут, – перебил меня некромант, – Твое имя для меня не играет никакой роли. Когда я тебя выкапывал, мне как раз нужна была низшая магичка для моих опытов. Была у меня одна теория… Просто сейчас я слишком озадачен заданием для короля. Если все закончится хорошо, то я скоро вернусь к тебе, а может и не придется… Да-а-а! – ликующе выкрикнул он, доставая щипцами целый кристалл. Он не успел еще выгореть, отдав всю свою силу.

– Но… может, я пригожусь тебе в других целях? – осторожно спросила я, – Я действительно высший маг и закончила академию Ридла.

– Только потому, что кристалл цел и твой башмак не нанес ему ощутимого урона, я прощу тебе твою маленькую ложь, – нехорошо сощурился некромант, подходя ко мне, – Ты думаешь, что настолько умна и сможешь перехитрить меня? Нет, ласточка, – покачал он головой, вцепившись в меня своим черным взглядом.

– Я действительно…

– Хватит! – резко оборвал он меня, – Не заставляй меня активировать полное подчинение.

Я захлопнула рот, обиженно глядя на этого обладателя предрассудного мышления. Неужели, если я девушка, то в его понимании, не могу быть высшим магом?

Выходит, что со мной даже простились, оставив чужое имя на камне? Как же это отвратительно и низко! Кто эта девушка – Ластика Бернс? Такая же «счастливица», влипнувшая в смертельную передрягу? Или случайно набитые инициалы, взятые из пустой и мерзкой головы Мэрзота?

Я понимаю почему Таврий решил скрыть мои настоящие инициалы. Таким образом он хотел хоть немного обезопасить себя и оградить от расспросов магического комитета. Ведь, если бы там узнали, что лучшая ученица, полностихийница, скончалась на собственной свадьбе от неосторожного удара по голове, Мэрзота затаскали бы по допросам. Еще и отца моего заодно за нелегальную продажу дочери.

– Джарт, отправь ко мне прислужек, – произнес некромант в самодельный коммутатор. Это было интересное изобретение в виде небольшого рупора, куда мог говорить хозяин, переходящее в длинную трубу, что скрывалась в каменной кладке стены и потолка.

– Один момент, господин, – в ответ раздался искаженный эхом голос скелета. Связь была двухсторонняя.

– Почему ты просто ему не приказал? Мысленно, – уточнила я.

– Потому что мне так больше нравится, – грубо ответил мужчина, – Есть хоть какая-то иллюзия, что общаюсь с нормальным живым человеком. Или ты думаешь, мне доставляет удовольствие то, что меня окружают сплошь мертвецы?

Я удивленно пожала плечами. Странно такое слышать от беспринципного некроманта. Конечно, тебе это должно приносить удовольствие.

– Над чем ты сейчас работаешь? – я решила сменить тему, пока Азэль со мной разговаривал, а не отмахивался, как от назойливой мухи.

– Я это уже говорил, – недовольно ответил тот, отходя к своему рабочему столу. Там он заново принялся отмерять жидкости и порошки для нового зелья.

– Вот это варево, зачем оно тебе? – кивнула головой на черную застывшую массу, грудой сваленную на полу.

– Варево?! – как ошпаренный подскочил некромант, – Ты невежда, если смеешь так называть загубленное ТОБОЙ зелье концентрированной смерти! А еще врешь, что закончила академию. Ни один маг не проявит подобного неуважения.

– М-м-м, ты явно слишком хорошего мнения о поколении нынешних адептов, – улыбнулась я, вспоминая, как мои сокурсники измывались над учебными скелетами, чучелами упырей и, подмешивая в зелье обычный сахар, вместо с трудом добытых во время лесной практики крошек арика. С десяток преподавателей и адептов теряли сознание от едкого дыма испорченного варева! Назвать это зельем, язык не поворачивается.

– Ленивые глупцы, изучающие простую программу по семь лет, – скривился некромант, – Я ее прошел полностью уже в десять лет, значительно превосходя преподающих магистров.

Я в который раз мысленно присвистнула от удивления. Видимо обескураживающее выражение моего лица весьма пришлось Азэлю по вкусу, и он горделиво улыбнулся, но тут же стер эту радостную эмоцию с лица.

– Заболтала ты меня, ласточка, – недовольно сказал он, – Пора мне навестить нашего магистра Эзенштейна. Думаю, если начать с его магии, то может, что-то и получится, – он уже глубоко погрузился в свои мысли, уставившись отрешенным взглядом в одну точку.

– Что ты планируешь с ним делать? – спросила я у него чисто из любопытства.

– То же, что и с тобой в будущем. Выну из него магию и перемещу в свой самодельный накопитель, – так же задумчиво ответил он.

– Но ведь мы не живые, – от удивления воскликнула я, – В нас уже нет магии!

– Это тебе лишь так кажется, – недобро усмехнулся он, – Ваша магия еще некоторое время остается с вами. Да, теперь она не столь чистая, а преобразованная, но в моем случае, это как раз то, что нужно.

Услышанное настолько меня огорошило, что я раз за разом взывала внутри себя, ища хоть малейший отклик силы.

– Не старайся, – снисходительно произнес он, глядя на мои метания, – Сама ты к ней не можешь обратиться. Да, и еще, ласточка…

Я подняла на него обеспокоенный взгляд.

– У меня вариться новое зелье, – показал он рукой, – Если ты захочешь еще покидаться оставшимся ботинком, целься в другую сторону. Договорились?

Если бы я могла, мои щеки залились кирпичным румянцем, полыхая от стыда.

***

– Винтерс, не вздумай этого сделать, – кричал испуганный магистр Эзенштейн. Он был прикован к металлической решетке у стены, рядом с очередным рабочим столом некроманта.

Вчера Азэль доварил свое концентрированное зелье смерти… или зелье концентрированной смерти? К концу процесса в котле осталась лишь пара ценнейших капель и осколки треснувшего кристалла. Вся остальная масса испарилась. Он трепетно сцедил эти миллилитры в небольшую бутыль и плотно закрыл крышкой, убрав все в сейф.

С утра они с Джартом привели магистра Эзенштейна и тщательно его закрепили магическими путами. Азэль готовился к чудовищному ритуалу отъема силы у умертвия, а я боялась издать хоть один лишний звук и привлечь его внимание к себе. Мне было жутко и неприятно находиться сейчас здесь и быть свидетелем бесчеловечных действий. В то же время любопытство и тяга к новым знаниям перевешивали отвращение, заставляя все больше присматриваться к тому, что происходит.

– Джарт, установи кристальный накопитель на столе… Правее… Левее и по центру. Вот так… Принеси мои артефакты силы.., – некромант только успевал раздавать приказы бегающему помощнику.

Спустя какое-то время все было готово. В центре лаборатории стоял необычный стол, у которого посередине был установлен большой прозрачный сосуд в форме ромба. Вокруг него Азэль долго и аккуратно раскладывал шесть дорогих артефактов, заключающих в себе огромное количество магической силы.

Если их одновременно активировать, магии, содержащейся в них, хватило бы на то, чтобы поддерживать свет, чистоту и погоду во всем городе на протяжении нескольких лет, не меньше. Страшно подумать о том, что может быть, если Азэль не удержит такой поток или отвлечется хоть на секунду. Как минимум, от взрыва образуется огромная воронка на месте всего города и близлежащих областей.

Он вытащил из сейфа вчерашнее зелье и долго отмерял десятую часть от одной капли.

– Ты не понимаешь, Джарт. Если переборщить с этим, – некромант благоговейно показал на бутылочку, – То вместо вечного источника, от которого возможно будет дать жизнь, мы получим не просто плохой результат, а рискуем истребить все живое в радиусе нашего государства!

– Ох, господин, – челюсть скелета едва не упала ему на ребра, – Я тут вспомнил, что совсем забыл отправить вашу корреспонденцию!

– Сейчас не самое подходящее для этого время, – понятливо ухмыльнулся некромант, перенося микроскопическую каплю зелья в кристалл на столе.

Я бы тоже предпочла оказаться от этого места подальше! Еще бы кто спросил меня об этом.

– Ну что, Соломон, ты готов стать частью моего великого открытия? – мужчина подошел к Эзенштейну и внимательно его осмотрел. Он проверил путы, сильно их подергав, и удовлетворительно кивнул.

– Винтерс, ты – отродье самого падшего демона, – скривился магистр, стараясь не показывать, как напуган.

– Ты, как и раньше, продолжаешь сыпать очевидными вещами. Все мы потомки низших падших демонов. Их кровь есть в каждом из нас. Достаточно вспомнить несколько веков правления демонов на наших землях.

– Винтерс, не делай этого! Я жить хочу, понимаешь?

– Так кто же тебе мешал жить? Сам своей рукой укорачивал ее. Высушенные листья такаба вдыхал? Декокты на настоянных щепках пил? Жареную картошку, небось, уминал каждый вечер, – некромант похлопал рукой по значительно выпирающему пузу в рубашке магистра.

– Азэль, – глаза Эзенштейна умоляюще посмотрели на некроманта, – Оживи меня, если сможешь открыть нужную формулу! Все отдам тебе!

– Неужели? – заинтересовано спросил его мужчина, – Даже свое место в верховной магистратуре?

– Тфу, хоть сейчас забирай, – обрадовался магистр, – Самолично назначу тебя, подпишу все документы.

– Джарт, а почему я раньше так не делал? – со смешком обратился он к своему помощнику, – Мог бы уже занять место короля.

– Вы не такой, господин. Ваша цель – наука, а не все эти подковерные игры, – важно ответил скелет.

– Точно, как я мог забыть, – рисуясь, сожалел Азэль, – Что же, приступим. Соломон, исключительно из-за остатков уважения к тебе и твоей жене Софии, я клянусь вернуть тебя к жизни. Если найду способ делать это безопасно для самих подопытных и окружающих, – уточнил некромант, надевая на себя очередной накопительный артефакт.

– Ласточка, издашь хоть звук во время ритуала, развоплощу на молекулы, – бросил он мне.

Напуганная угрозой и тем, что сейчас будет происходить на моих глазах, я сильнее вжалась в стену.

Некромант вплотную встал перед магистром и положил ему руки на голову, отключая сознание. Я по привычке хотела было перейти на магическое зрение, чтобы видеть, как колдует некромант. Но потерпев фиаско, вспомнила, что оно теперь для меня недоступно. Поэтому просто наблюдала, как Азэль стоит, закрыв глаза, и едва заметно шевелит губами.

В какой-то момент повисший магистр стал излучать легкое салатовое свечение. С каждой секундой оно усиливалось, пока из его тела не выплыл силуэт мужчины. Некромант, не медля, вызвал рукой магическую сеть и накрыл ею свою находку.

Они с Джартом переместились к столу, где Азэль уложил парящий силуэт на поверхность. Он осторожно снял сеть и принялся задавать векторы для заклинания, помогая себе руками.

Он прощупывал это свечение и с каждым заклинанием доставал из него разноцветные дымки. Сначала он взял огненную субстанцию и аккуратно поместил ее в кристалл, где до этого добавленное зелье успело превратиться в черное парящее облако.

Я так понимаю, что некромант сначала вытащил из магистра его душу или ментальное тело, откуда уже взял одну стихию магии. Не разбираясь в тонких струнах некромантии, трудно было понять чем занят Винтерс.

Добавив ее к зелью, содержимое кристалла опасно заискрило.

Затем был белый цвет дымки, синий и коричневый.

Итого, Азэль смог взять всю магию Эзенштейна. Он тревожно добавлял каждую из них в кристалл, активируя рядом лежащие артефакты. Под конец долго читал заклинания, косясь на сдерживающий купол, что возвел, когда искры стали вылетать и превращаться в молнии, гуляющие под каменными сводами лаборатории.

От страха, в некоторых моментах я жмурилась и подсознательно ожидала, что вот-вот раздастся взрыв.

Азэль еще немного понаблюдал за реакцией, и как только в кристалле все стабилизировалось, превратившись в плавающий дым разных оттенков, он снял купол и вернулся к зеленоватому свечению на столе.

Мужчина быстро провел над ним какие-то действия и, захватив сетью, подошел к магистру. Там он повторил все, что делал до этого и свечение благодарно кивнув, втянулось в тело. После этого Эзенштейн глубоко вдохнул и пришел в себя, растерянно хлопая глазами.

Кажется, за всем этим я наблюдала, неприлично раскрыв рот.

– Вот и все, – выдохнул Азэль, утирая пот со лба.

У него мелко подрагивали ноги, едва заметно тряслись руки, а по вискам струились капли пота. Скорее всего, некромант выложился на полную, израсходовав весь свой запас магии. У нас в академии так бывало с некоторыми адептами, что брались отрабатывать заклинания с низким резервом.

Его лицо отдавало синевой, а дрожащие губы аж почернели.

– Хозяин, вам стоит быстро это выпить, – подбежал к нему Джарт, держа в костяной ладони мензурку с чем-то ядрено-красным, – Иначе рискуете выгореть.

– Джарт, ты, как заботливая наседка, – отмахнулся от него некромант, – Я в порядке, просто пропустил через себя столько магии, сколько еще ни разу не использовал. Хотя, ладно, дай сюда, – он протянул руку и быстро выпил восстанавливающий декокт.

Его лицо моментально приобрело здоровый цвет, а на щеки лег незначительный румянец.

Он устало присел на софу и задумчиво уставился на свое творение.

– Вроде… получилось? – неуверенно проговорил мужчина, – Теперь нужно будет на ком-нибудь это проверить…

Его взгляд все так же задумчиво переместился на меня, будто прикидывая, подхожу я или нет. Съежившись в комок и стараясь стать невидимой, я отвела от него глаза. Страшно быть подопытным кроликом!

Раздался мелодичный «блюмк». Потом еще один, еще, еще и снова.

– Раздери вас всех, – Азэль раздраженно отмахнулся от зависших перед его лицом посланий, – Нашли время для писем, идиоты.

Джарт в это время как раз изучал одно такое, что пришло ему. Скелет сначала поймал рукой светящийся конвертик, затем сжал его и развернул на костяной ладони.

– Хозяин, – взбудораженно позвал он, – Господин, срочно! Под замковыми воротами стоит экипаж вашей леди Жоржет! Она изволит негодовать, что ее не пускают внутрь уже с полчаса как.

– Всего полчаса, а уже негодует? Гррхх, – простонал Азэль, – Братец, я убью тебя. Только этой глупой пигалицы мне сейчас не хватало. Джарт, иди встречай ее. Я не намерен с ней видеться, хотя бы сегодня.

– Господин, – сконфуженно произнес скелет, – Вы же знаете, что леди Жоржет нас на дух не переносит и со страху кидает в нас все, что не приколочено. Думаю, вам лучше самому уделить время вашей даме сердца.

– Это дама печени, а не сердца, – мрачно уточнил некромант, – Которая там сидит и отравляет столь нужный мне орган.

Скелет хихикнул, прикрыв рот рукой.

– Хорошо, Джарт, возможно ты прав. Можно уделить ей немного времени сейчас, а потом до самого бала она будет занята своими нарядами, и мне не придется цирковой собачкой прыгать вокруг нее.

– Отличный план, господин, – похрустел костями Джарт, – Я пока приберу здесь все и провожу магистра Эзенштейна в его камеру.

– Не надо, я сам.

Вот так новости! Оказывается, у этого чудовища есть дама сердца, которую он терпеть не может. Как же хотелось бы ее увидеть.

***

Некромант гулко чеканил шаг, быстро перемещаясь по коридору. Его единственным на данный момент желанием было – поскорее отвязаться от леди Жоржет. Нужно ее встретить, выразить свое уважение и радость (последнее будет крайне трудно изобразить), провести вместе обед, и об этой проблеме можно забыть на целых три недели.

Однако, даже предстоящая трапеза с этой женщиной, вызывала у него вселенскую тоску и апатию.

Вот вроде всем она хороша. Уважаемый древний, но все-таки обедневший род, смазливая мордашка и точеная фигура. А что еще? И все! Глупа, как пробка. Истерична и взбалмошна. Жадная интриганка, обожающая слухи и сплетни. Причем, как собирать их, так и с легкостью распускать.

Будь воля Азэля, так он бы на пушечный выстрел не подпускал к себе такую женщину, но чертов долг отца…

В свое время, отец девушки единственный протянул им руку помощи, когда семья Винтерс впала в немилость короля. Господин Эбиг, бывший наместник, ссудил им небольшую сумму и дал в бессрочное пользование один из своих домов на дальних землях. Этот жест доброй воли от разоренного рода помог не сгинуть семье из трех человек. Его же стараниями и бывшими связями Аластр смог закрепиться на службе при дворе.

Казалось бы, финансовый долг уже давно и с лихвой выплачен, а магическая клятва отца так и висит над головами братьев. За всю оказанную помощь Эбиг запросил для одной из своих дочерей в мужья Аластра или Азэля. И тот и другой подавали большие надежды, а будущий тесть смог разглядеть в них потенциал. Он здраво рассудил, что их обедневшему роду рассчитывать на большее не придется, а так хоть одна из дочерей будет удачно пристроена.

Отец Азэля, услышав предложение, искренне обрадовался и дал свое согласие, подкрепив его магической клятвой. С тех пор прошло много времени, а брачный ритуал так и не состоялся. Аластр успешно бегал сначала от старшей дочери Марис, потом от подросшей младшей – Жоржет. В итоге он успешно избежал этого брака, т.к. король имел на него свои виды.

И бремя женитьбы теперь легло на Азэля. Марис он даже не рассматривал, т.к. она была дурна собой и еще более склочная, а вот младшая дочь поначалу пришлась ему по вкусу. Ровно до тех пор, как Жоржет осталась гостьей в его замке.

Братья Винтерс пытались обнулить клятву отца, сулили большую сумму денег господину Эбиг, но тот отказался. Правильно, кто еще в здравом уме возьмет замуж одну из его дочерей? Обратившись к королю, чтобы он освободил их от этого бремени, они так же получили отказ. Его Величество наложил вето, признав, что сделка была честной.

Скрипя зубами, Азэль, как мог тянул с женитьбой, откладывая ее каждый год по надуманным причинам.

Какие причины? Их было немало: неудачный год для женитьбы согласно астрологическому прогнозу, неурожай репы (казалось бы, как это влияет? Но Азэль извернулся ужом и доказал, что негоже в худой для крестьян год устраивать господские свадьбы), периодические мелкие восстания мертвяков (которые сам же некромант и устраивал, придумывая себе «работу») и многое-многое другое. В этом году у Азэля фантазия слегка иссякла, и он просто отмахивался от Жоржет, как от назойливой мухи.

Некромант вышел в холл, где уже собралась прислуга, и его едва не сбил с ног удушливый приторный запах женских духов. Мужчина поморщился и внутренне содрогнулся, ожидая услышать противный ему голос.

Из-за сваленной на пороге горы саквояжей и тюков показалось объемное шляпное перо. Оно раскачивалось из стороны в сторону, и вот показалась женская голова с недовольным выражением лица.

– Отойди от меня, мерзкая зомбячка, – шипела леди на втянувшую голову служанку, – Святые демоны, как вас только земля носит?! Не могли мои вещи сразу в покои отнести, идиоты? Да, в те покои, что рядом с господином!

Глаза Азэля панически забегали, желая найти пути отступления. Весь его внешний вид говорил о готовности позорно сбежать. Он не сбегал с поля боя с нечистью и мертвяками, а тут готов был сигануть в раскрытое окно.

Женщина едва протиснулась мимо своего багажа, и заметив Азэля, жеманно улыбнулась.

На ней было яркое платье из недорогой ткани, старые башмачки и сумочка, потрепанная со всех сторон. Мужчина мысленно прикинул в какую стоимость ему обойдется замена ее гардероба для приема на балу. Жаба на его плече сочувственно вздохнула и сказала: «Я умываю лапы. Сам задушишься».

– Азэль, я так рада тебя видеть! Когда я получила твой вестник, то просто не поверила своим глазам! Летний бал во дворце! Мы будем с тобой самой красивой парой. Наконец-то, ты сможешь объявить всем о нашей помолвке.

Симпатичное личико «невестушки» алчно расплылось в улыбке, мол, вот ты и попался некромант. Не расскажешь сам на балу о помолвке, так леди все возьмет в свои руки, и сама растрезвонит новость каждому. По правилам, после официальной помолвки перед королем пара должна пожениться в течение года. Иначе Его Величество может наказать жениха, опорочившего честь невесты. А наказания бывали разные, вплоть до казни.

Мужчина тяжко вздохнул, но взял себя в руки.

– Леди Жоржет, неимоверно рад вашему визиту, – глухо произнес некромант, – Вы прекрасно выглядите! Это ярко-розовое перо вам очень идет.

Женщина кокетливо поправила шляпку и потупилась, после чего внезапно закричала на одну из служанок:

– Куда прешь, овца безмозглая? Видишь наклейку? Здесь хрупкий сервиз! А ты своими бесчувственными лапищами схватила вверх тормашками, – она едва не брызгала слюной, наблюдая, как испуганная женщина аккуратно держит в руках чемодан.

Какой сервиз? Жоржет решила для надежности перевезти все свои вещи с приданым?!

– Ты верно устала с дороги? Позволь, я провожу тебя в твои комнаты? Вещи сейчас доставят, – едва заметно поморщился некромант.

Он решил, что сделает Жоржет замечание позже, наедине. Пока она будет гостить в его доме, то ей стоит проявить большее уважение и терпение к его обитателям и прислуге.

– О, я с удовольствием приму ванну после дороги, – кокетливо отозвалась леди, – Надеюсь, чуть позже ты составишь мне компанию за обедом?

– Конечно, леди Жоржет. С превеликим удовольствием, – кисло отозвался мужчина, наблюдая нескончаемую цепочку из прислуги, несущей багаж наверх.

– Азэль, к чему такой официоз? Мы, все-таки, будущие супруги. И нам стоит с тобой стать немного ближе. Что ты на это скажешь? – женщина подошла вплотную и положила руку ему на грудь, шаловливо перебирая тонкими пальчиками.

Вот только намеков на интим ему сейчас и не хватало! От такой перспективы Азэль еще сильнее захотел сбежать через раскрытое окно.

– Обед в два часа, – выпалил некромант, – Я выделил вам двоих служанок. Клара, Хельга, сюда быстро! – из-за его спины нарисовались две молоденькие девушки. Они почтительно поклонились и замерли.

– Неужели у тебя нет хоть одной живой души среди прислуги? – надула губки невеста, – Я так боюсь твоих этих монстров!

– Уверяю вас, леди Жоржет, они вас боятся еще сильнее! – со смешком ответил Азэль, – Располагайтесь со всеми удобствами. Через пару часов я пришлю за вами слугу.

Больше, не говоря ни слова, Азэль развернулся и со скоростью ветра скрылся в своей лаборатории. Там его ждет безмолвная рыжая ласточка, на которой он как раз хотел испытать свой разработанный ритуал.

Он, к сожалению, не успел заметить злобно-прищуренных глаз леди Жоржет и ее ядовитого комментария:

– Беги-беги, все равно пойдешь со мной под венец. Эй ты, зомбячка! Бери мою сумочку и веди в покои. Те, что рядом с его, – пальчик Жоржет ткнул в удаляющийся силуэт мужчины.

Глава 7

Пока в замок нескончаемой вереницей прибывали торговцы с тканями, швеи и мастера красоты (как сказала леди Жоржет, ей следует заранее продумать ее образ на летнем балу), Азэль сбежал в свое подземелье и захватил туда же Джарта.

Скелет и сам был рад скрыться от гостьи. Несколько раз ему ощутимо досталось вслед брошенной подушкой.

За пару дней, что у них гостила леди, некромант успел несколько раз капитально выйти из себя, трижды усыпить и оживить зазевавшуюся прислугу, накричать на Джарта и запугать ласточку. Хотя последняя в этом списке не выглядела испуганной.

Девчонка явно смирилась со своей судьбой и была полностью флегматична, изредка отпуская едкие комментарии.

Подумать только, эта деревенщина, с двумя годами образования и одной случайной стихией, испортила ему своим ветхим ботинком ценнейшее зелье! Его первым желанием было развоплотить ее на молекулы. Сжечь в зеленом пламени, не оставив ни грамма пепла от нее.

Хорошо, что сдержался. Теперь можно будет на ней спокойно опробовать новый магический ритуал. Он разработал ряд заклинаний, которые совместно с зельем концентрированной смерти могут дать обратную реакцию, и вернуть человека, перешагнувшего грань.

Пока это может сработать лишь на тех, кто был мертв не более шести месяцев. Его рыжая пленница как раз подходит. Однако, сначала необходимо провести опыты на более мелких созданиях, ведь на них не уйдет сразу вся порция зелья.

Жаль, что на Джарте нельзя провести эксперимент. Когда-то давно, в детстве, он был его личным гувернером, но белая лихорадка успела прибрать его к своим руками до того, как изобрели от нее лекарство.

Стоило только Азэлю изобрести работающую формулу подъема из могилы, позволяющую возвращать сознание и мышление, как он тут же вернул себе единственного друга из детства. Теперь Джарт всегда и везде сопровождал некроманта.

Пока леди Жоржет покрикивала на прислугу, выбирая наряды, делая перестановки в своих комнатах и общих коридорах с залами, некромант со скелетом отсиживались в лаборатории.

***

По каменному полу бегало с десяток наполовину вернувшейся с того света живности. Среди них были взрослые коты, собаки и несколько рептилий. Этот зоопарк весело носился друг за другом, пока некромант не рявкнул на них, вложив чуток силы подчинения. Животные тут же присмирели и разошлись по углам.

Одна из самых красивых кошек, чей окрас переливался от золотистого до огненного уютно пристроилась на моих коленях. Я машинально ее поглаживала по мягкой наколдованной шерстке и чесала за ухом, от чего животинка утробно мурчала.

Азэль все чаще на нас поглядывал и задумчиво потирал подбородок. В конце концов, он подошел к моей клетке и требовательно протянул руки:

– Отдай ее сюда. Начну с нее.

– Нет, – я спрятала кошку в своих руках, – Начни с кого-нибудь другого. Вон хоть с той рептилии, – мой палец неприлично указал на развалившуюся на полу змею.

– Почему это? – приподняв бровь, удивился некромант.

– Оставь ее мне? Хоть какое-то общение и присутствие жизни рядом.

– Вот еще… Что за бабская блажь? Мне хватает одной, что сейчас оккупировала мой замок и разносит его по камешку. Давай сюда кошку, – он протянул одну руку сквозь прутья и магией отобрал у меня животное.

– Чтоб она тебя оцарапала, – прошипела я ему вслед.

– Кто-то сейчас договорится и будет первым, на ком я испробую ритуал, – не оборачиваясь, бросил через плечо Азэль.

– Да, пожалуйста! Может хоть какой-нибудь толк будет от моего здесь заточения! – злобно ответила ему.

Больше не говоря мне ни слова, он поставил кошку на стол и закрылся защитным куполом, не пропускающим к нему звуки или брошенные предметы (второй башмак у меня еще остался).

Некромант активировал свой прозрачный кристалл с дымками внутри и принялся долго выплетать заклинание. По мере произнесенных им фраз, купол все больше шел рябью, и под конец развеялся, но мужчина даже не обратил на это внимание. Поток проходящей сквозь него магии был настолько велик, что разрушил защиту.

На столе же у него происходили поистине уникальные события.

Из ромбовидного кристалла отделились малюсенькие части каждой стихии и объединились с черным дымком, образуя небольшую левитирующую горошину.

Кошка, что сидела в позе копилки на столе, наблюдала за этим широко-раскрытыми глазами. Мне кажется, я сейчас выглядела не лучше. Просто не могу поверить, что являюсь, хоть и временным, но свидетелем, настоящего оживления.

В глубине души я очень хотела, чтобы у Азэля все получилось! Ведь это будет феноменальный прорыв в некромантской науке! Момент, когда смертью можно будет управлять и подчинять.

Закончив произносить длинное заклинание, Азэль вложил свою силу, и плавающая в воздухе горошина, из стихий и магии, медленно приблизилась к животному, после чего, излучая яркий свет, впиталась сквозь грудь кошки.

Пару секунд ничего не происходило.

Было видно, как напряжен некромант и ошарашено животное.

Секунда, две, три… Громкое взвизгивание, сопровождаемое шипением, вдруг разлилось под каменным потолком. Рыжая красавица избавилась от магической иллюзии и испуганно металась под куполом, который Азэль моментально возвел над ней.

– Тише, красавица, тише.., – шептал он ей, наклонившись поближе, – Все закончилось. Дай мне посмотреть на тебя.

Теперь кошка не была столь яркого окраса. Ее шерстка немного поубавилась, а глаза потускнели, став похожими на настоящие. Еще понять, есть ли сердцебиение?!

– Ну что там?! – не выдержав, прошептала я.

– Пока не понял, – так же шепотом ответил некромант, после чего нахмурился и быстро глянул на меня, – Не мешай!

– Хозяин, надо посмотреть, бьется ли сердце, – из угла «простучал» челюстью Джарт.

– Заткнулись оба, – обратя все внимание на кошку, прошипел Азэль.

Он снял купол и тут же поймал испуганного зверя. Перейдя на магическое зрение, некромант просканировал весь организм животного. Чем дольше он смотрел, тем сильнее у него раскрывался рот, а глаза наполнялись радостью.

– У нее медленно запускается вся кровеносная система.., – прошептал он, – Пошло сердцебиение… два удара в минуту… Зрачок начал реагировать на свет…

– Хозяин!!! Получилось?! – с благоговейным ужасом и преклонением спросил Джарт.

– Я не уверен пока, но… кажется… ДА! Она становится теплее. И посмотрите на шерсть?

Я с жадностью вглядывалась в рыжую шерстку кошки и с удивлением наблюдала, как она отрастает в недостающих местах. Ее тусклый цвет медленно восстанавливался, а глаза сверкали все ярче.

– Мяуу, мррр? – животное само не понимало, что же с ним происходит, поэтому в шоке смотрело на некроманта своими глазками-блюдцами.

– Вот тебе и мыррр! – радостно воскликнул Азэль, – Демоны вас всех раздери! Вы представляете, что это значит?! Нееет, вы себе даже представить этого не можете. Ведь… теперь… все изменится!

– Возможно, стоит еще понаблюдать за кошкой, прежде чем делать выводы? Это ошеломительный результат, но он пока не окончательный, – вставила я.

– Замечательно, – закатил он глаза кверху, – Деревенская невежда будет учить меня, как проводить экспериментальные опыты!

– Деревенская невежда – тоже магичка, и кое-что в этом понимает, – парировала я.

– Избавь меня от своего «кое-что». Целее будем! – отмахнулся он, – Джарт, держи образец номер один. Отнеси его в вольер. И тащи давай следущего зверя. Я буду пробовать разные формулировки заклинания. Надо еще изменить дозировку нашего зелья.

Еще очень долго Азэль проводил разные ритуалы над животными, пока не свалился на свой диван совсем обессиленный. Его магический резерв был вычерпан до дна.

Зато в противоположной части лаборатории выстроились в ряд десять вольеров. В каждом из них сидело радостное, но уставшее с непривычки животное с живым бьющимся сердцем.

***

Некромант спал уже более пяти часов. Он, как и всякий, кто исчерпал свой магический резерв, забылся тревожным, но глубоким сном.

Джарт прибрал в лаборатории, накрыл покрывалом своего хозяина и удалился, сказав мне:

– Пусть пару часов поспит, восстановится. Если что странное с ними заметишь – кричи громче, – он кивнул головой на вольеры.

– Вы меня выкопали, чтобы я здесь сторожем работала? – скрестив руки на груди, спросила его.

– Никто тебе не запрещает совмещать приятное с полезным, – попытался улыбнуться скелет, клацнув челюстью, – В замке хозяина все работают и выполняют нужную работу. А это, – он махнул рукой на животных, – Сама должна понимать, насколько это важно. Ведь если получится возвращать людей к жизни и сохранять им их магию… Это будет прорыв во всех сферах нашего мира. А скольких войн можно будет избежать!

– Я понимаю, Джарт, – серьезно глядя на него, я кивнула, – Это очень важно! Но… понимаешь, еще недавно я была жива, а сейчас я вроде бы ни мертва, ни жива. Нахожусь одной ногой за гранью, а другая ненадолго вернулась постоять среди живых.

– Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, – успокоил он, – Тоже прошел через это, и очень рад, что я здесь, со своим господином, а не в деревянном ящике. Я и вся остальная прислуга в замке очень надеемся, что когда-нибудь хозяин сможет вернуть нам полноценную жизнь.

– По нему так и не скажешь, что он может сделать что-то доброе, – недовольно пробурчала я, бросив на спящего взгляд, полный негодования.

– Ты слишком мало и однобоко его знаешь. Наш хозяин только с виду суровый и язвительный. Он очень добрый и отзывчивый человек, если узнать его поближе. Да, со своими грешками и слабостями, но покажи мне того, у кого их нет? – ответил Джарт, – Все, я ушел. Не буди хозяина, – и скелет вышел из лаборатории, в которой остались я, десяток полусонных животных и спящий некромант. Чувствую себя королевой сонного царства. Ну или бонной над спящими малышами.

Так как сон мне теперь был недоступен, я принялась снова разглядывать корешки книг, стоящих на полках. У Азэля здесь была роскошная библиотека. В шкафах присутствовали настолько редкие издания, за которые на аукционе предложили бы половину королевского замка, не меньше!

Как же хотелось хоть что-нибудь почитать. Подержать в руках увесистый том, прикоснуться пальцами к шершавым страницам, вдохнуть аромат пергамента и чернил. Э-э-эх.

А может я смогу достать до полки шкафа, что по правую сторону от меня? Вот если встану ногами на перекладины клетки, высуну руку, еще…еще… есть! Мои цепкие пальчики с трудом подцепили за край корешка какой-то том.

Вытянув его, я обрадовалась. Это было то же издание, что и у меня дома, которое не успела дочитать. В нем уважаемый магистр описывал теории существования вечных источников магии.

Что же, почитаем. Главное успеть спрятать книгу, когда проснется некромант.

Погрузившись в мир увлекательных страниц, я не сразу услышала подозрительный хрип, раздававшийся со стороны софы, где спал Азэль.

Мужчина во сне тревожно перебирал руками и метался по подушке. Лицо некроманта приобрело сине-красный оттенок, и дышал он с большим трудом. Не похоже это на исцеляющий сон после опустошения резерва.

– Азэль, – негромко позвала я, – С тобой все нормально? – ответом мне была тишина, прерываемая рваными вдохами.

Он все громче хрипел и тянул руки к горлу, будто его кто-то душил и не давал вдохнуть кислород.

– Господин Винтерс, – повысила я голос, – Проснитесь!

Мужчина с горла переместил руку на сердце и легонько постукивал ладонью по груди. Дьявол! Неужели некроманту поплохело с сердцем? Вполне возможно, учитывая его перенапряжение за сегодняшний день! Даже более именитые и могучие маги выгорали за пару секунд после усиленного колдовства.

Я быстро вскочила с лавки и подошла к решетке. Громко стуча кулаком по металлическим прутьям, я кричала во все горло:

– Господин Винтерс, очнитесь! Азэль! Джарт, быстрее сюда, – срывая голос, вопила я. Слишком мала надежда, что скелет услышит мой клич сквозь такую толщу камня, – Винтерс, демонам тебя на закуску! Очнись! – изо всех сил гаркнула я.

Азэль слабо простонал, но так и не раскрыл глаза.

Сама не понимаю почему, но мне было важно помочь ему, чтобы он не загнулся вот так – только выведя возможную формулу по оживлению. Чем демон не шутит – может когда-нибудь некромант вернет и меня к жизни? Если только не умрет на моих глазах!

Я продолжала штурмовать решетку клетки, когда язычок замка радостно цокнул и уехал в сторону, освобождая меня из заточения. Что это за новости? Азэль ведь накладывал магические силки на замок. Как он смог открыться исключительно под механическим воздействием?

И тут мне вспомнилось, как растворился защитный купол, когда некромант проводил первый ритуал! Получается, что его магия фонила и излучала напряжение настолько сильно, что смогла снять охранное заклинание на моей камере.

Это же замечательно! Теперь я свободна и при должной ловкости, могу покинуть логово некроманта. Кстати, на счет него. Подбежав к мужчине, я заметила, что ему становится все хуже. Глаза закатились наверх, а тело начало мелко подрагивать.

С ходу я смогла поставить диагноз – сильное опустошение магического резерва. К сожалению, доводилось такое видеть в академии, когда слабо одаренный адепт пытался сотворить заклинание левитации.

Если мне не изменяет память, то на занятиях нам рассказывали про последнюю стадию опустошения резерва, когда организм не может сам восстановить потраченный ресурс, и начинает забирать жизненные силы. Очень опасное состояние. Минуты промедления могут стоить человеку жизни.

На наших землях нет больше толковых некромантов, что могли бы вернуть нам столь ценный кадр – Азэля Винтерса.

Лихорадочно соображая, что мне делать, я развернулась на выход и побежала со всех ног наверх. Животные в вольерах проводили меня изумленными взглядами. Правильно, они теперь могут не переживать за свою жизнь. В них по-настоящему бьется сердце.

Пробегая по коридору, пыталась вызвать в памяти маршрут, которым мы сюда спустились, но все тщетно. С таким же успехом я могу побежать по этим трем тунелям, что встали передо мной, будто на выбор, какой мне больше нравится.

Решила не мудрить и бежать прямо. Скоро дорога вывела меня к глухой стене. Я заскрипела зубами, думая о том, что у Азэля остается все меньше и меньше времени.

Было бы у меня магическое зрение, я с легкостью просканировала бы стену и сказала, есть здесь скрытый проход или нет. А так пришлось шустро пробежаться пальцами по каменной кладке в поисках замаскированного рычага.

Откуда-то дует едва уловимый сквозняк! Точно! Мне не показалось. Тщательнее рыская вдоль стены, наконец-то я случайно зацепилась рукой за чуть выпирающую грань камня. Понажимав на него пару раз, у меня вырвался радостный крик.

Камни медленно и со скрипом разъехались в стороны и передо мной открылся вид на пустынное плато, заваленное валунами. Немного дальше начинался густой темный лес.

Куда я вообще попала? Где цитадель замка и задние или боковые дворы? Получается, проход вывел меня за стены?

Пока я растерянно оглядывалась и думала, как лучше поступить, камни с тем же скрипом встали на место, отрезая мне путь обратно. Со злости я зарычала и пнула ногой стену. Теперь шансов на спасение у Азэля почти не осталось.

Надо было поворачивать в левый коридор!

***

– Мариэлла, думай! Раз есть выход с той стороны, значит должен быть и вход с этой! Это ведь запасной тунель на случай всяких опасностей.

Я снова принялась внимательно оглядывать стену. Ничего. Совсем ничего. Бежать до центральных ворот цитадели? Не вариант, слишком долго и далеко. Объясняй потом стражнику на входе, кто я и откуда. Подумает еще, что сбежавшее умертвие с кладбища заблудилось, так вообще не пропустит, а время будет упущено.

Ну что за напасть? Понастроят замков с тайным ходами, а тебе потом ищи эти проходы. От досады топнула и пнула ногой камень в нижней части стены.

Ай, это я зря сделала! Нога то у меня не лишняя.

Стоя и причитая от боли, услышала уже знакомый звук разъезжающихся камней. Святые демоны, а ларчик то просто открывался! Механизм, запускаемый от нажатия ногой. Весьма удобно.

Побежав быстрее ветра до развилки, я свернула налево в коридор. Фух, знакомые стены. Еще чуть-чуть и будет выход в общий зал замка.

Наконец, я достигла нужного места и буквально вывалилась из-за тяжелой двери.

– Где Джарт? – кинулась догонять первую встреченную служанку.

Миловидная девушка несла гору красивой посуды, но почувствовав, как я ее резко схватила за плечо, испуганно вскрикнула и выронила симпатичный сервиз из рук. С громким треском и звоном тарелки ударились об пол и раскололись на много частей.

– Ах! Господин Винтерс меня закопает обратно, – едва не заплакала служанка, взмахнув руками.

– Где Джарт?! – еще раз переспросила я, – Пока ты медлишь, господин Винтерс может не дожить до момента, когда ему расскажут о переколоченной посуде!

Девушка снова испуганно ахнула.

– Пойдемте со мной, быстрее, – она развернулась ко мне спиной и лихо стартанула с места.

Мы добежали с ней до второго этажа и ворвались в чьи-то покои.

Там, как раз, жизнь кипела и била ключом. В большой светлой гостиной, украшенной шелковыми обоями, находилась красиво разодетая дама, вокруг которой бегали торговцы с обрезами тканей.

Они шумно убеждали женщину, что именно их цвет подходит ей больше всего. Каждый из них норовил приложить к леди ткань, от чего создавалась толкучка. Но, кажется, женщине такое внимание и суета вокруг нее наоборот нравилось.

Ее глаза ярко горели, а щеки полыхали румянцем, когда она нет-нет, да бросала оценивающий взгляд в высокое зеркало с золотой витиеватой рамой.

За всем этим безобразием уз угла гостиной наблюдал заскучавший скелет. Скорее всего, леди использовала его, как вешалку, куда откладывала понравившиеся обрезы. Джарт был с ног до головы увешан разноцветными тканями.

Наше появление даже не сразу заметили, зато когда увидели, леди властным тоном проговорила:

– Эй, ходячее недоразумение! Принеси мне напитков и легкой закуски. Да и узнайте уже, наконец-то, где там обувщик?

– Прошу прощения, что ворвались в ваши покои, госпожа! Вопрос не терпит отлагательств, – произнесла я, – Джарт, нужна твоя помощь. Срочно лекаря в лабораторию. У господина Винтерса чрезмерное опустошение резерва.

Услышав мой голос, скелет встрепенулся и обернулся. Его челюсть от удивления раскрылась еще больше. Конечно, он же не ожидал меня здесь увидеть.

– Что случилось с Азэлем? – недовольно поинтересовалась женщина, разглядывая узор тончайшего кружева.

– Лекаря? Пресвятые демоны! – вскочил Джарт, скидывая с себя отрезы, – Я ведь говорил ему. Нельзя столько расходовать магии за раз, даже с поддержкой накопителей.

Один из шелковых лоскутов, что он пропустил, запутался в его позвонках и завязался симпатичным поясом, кокетливо свисая до коленных чашечек.

– Сейчас, сейчас, – бормотал Джарт, выбегая в коридор. Он стремглав умчался к дверям покоев, что находились в самом конце и от всей души забарабанил кулаками. Получилось весьма… звонко.

Тут же из-за двери высунулся сморщенный старичок с длинной седой бородой и моноклем. Он возмущенно окинул гостя взглядом и проговорил:

– Голубчик, вы верно с ума сошли? Господину Винтерсу нужен покой, а не барабанная дробь в дверь!

– Профессор Лаймус, беда! Азэль израсходовал магический резерв и сейчас в лаборатории нуждается в вашей помощи. Быстрее, – взмолился Джарт.

– Батюшки, – всполошился старик, – Беги туда, я сейчас перемещусь, – сказал он и ушел в портал.

Время, как много его уже прошло. Хоть бы сердце Азэля выдержало и он остался жив! Пусть мои мотивы меркантильны, но я искренне переживаю за некроманта… и его выведенную формулу оживления.

Джарт побежал обратно, и в этот момент госпожа прокричала:

– Заодно узнайте, где там мой обувщик! Полдня уже его жду. Безобразие какое-то!

Не обращая на нее внимание, мы вместе с ним спустились в лабораторию. Там уже над мужчиной колдовал профессор Лаймус. Старичок вытянул руки, и сканируя Азэля, приговаривал:

– Очень плохое состояние. Как смог, я его стабилизировал, влив магию на одну десятую резерва. Впиталась, как вода в тряпицу, – покачал он головой, – Сердце едва бьется, но мозг разрушающая сила вроде не затронула. Есть шанс, что сможет восстановиться. Еще пару минут и можно было бы не откачивать.

– Неужели нельзя никак помочь? – удивилась я, – У нас в академии адептов отпаивали настойкой солода с мереной. Восстанавливались даже те, кто почти выгорел.

– Девушка, не знаю, где вы учились, но это какие-то дремучие методы лечения. Я же воздействую на его ментальное тело!

– Скажите о дремучестве магистрам академии Ридла. Воздействуя на ментальное тело, вы упускаете то, что организм может получать ощутимую вытяжку целебных свойств трав, – не согласилась я с ним.

– Ну, раз вы знаете лучше меня, то вот, когда господин Винтерс придет в себя, восстановится, то можете на нем испробовать свои травы, – вздернул нос профессор.

Ох, зря он надеется только на магию! Человеческий организм, пока он жив и функционирует, имеет слишком тонкое строение. Помочь можно даже самым простым сбором и декоктом. Не во всех случаях, но при стабилизированном состоянии солод с мереной физически поддерживают организм, не давая жизненным силам перетекать в резерв.

Мы проходили это еще на первом курсе, когда у многих повально заканчивались силы!

– Сейчас я рекомендую господина перенести в его покои и дать ему отлежаться день. Я буду присутствовать рядом и наблюдать за его состоянием, – важно изрек Лаймус.

– Да-да, конечно, профессор, – согласился Джарт, с сожалением поглядывая на хозяина.

– Что же, тогда с вашего позволения.., – он щелкнул пальцами и тело Азэля взмыло вверх, – Мы переходим в покои господина.

Открыв портал, он моментально исчез в нем. Оставшись одни, мы с Джартом переглягнулись.

– Какие травы, говоришь, нужны? – прервал он молчание.

– Солод, мерена, биструс и жмык. Еще спиртовой концентрат, – послушно перечислила я, припоминая рецепт.

– Ластика, ты сможешь его сама изготовить? – скелет обратился ко мне по чужому имени.

– Конечно, – пожала я плечами. Сейчас, когда все самое волнительное было позади, на меня напало легкое безразличие, – Только, как ты его дашь Азэлю, если над ним стоит этот профессор?

– Что-нибудь решим. А сейчас пойдем на кухню. Будешь готовить эту настойку.

Удивительно! Я думала, что Джарт запрет меня в клетке, но хорошо, что ему понадобилась моя помощь. Хоть смогу более разнообразнее провести свой день.

– Кстати, – опомнился Джарт, – Как ты выбралась из ..? – он показал рукой на камеру с распахнутой дверью.

– Когда Азэль проводил первый ритуал, помнишь, защитный купол развеялся? Вот с заклинанием на дверях случилось то же самое, – пояснила я ему.

– Ты хорошо разбираешься в магии, – скорее утвердил, чем спросил он, – Где ты, говоришь, училась?

– Магическая академия Ридла. Лучшая на курсе и медаль с отличием.

Скелет уважительно покивал черепушкой.

Глава 8

На кухне замка оказалось довольно чисто. Вымытая плитка из светлого камня, выскобленные чуть ли не до блеска поверхности столов и мест для нарезки. Множество чанов для варки и жарки стоят по углам аккуратными стопками. У огромного котла бегали служанки, то принося грязную посуду, то унося чистую.

На магических плитах под присмотром двух поварих весело булькали вечерние кушанья. По всей кухне разносился аппетитный аромат тушеного рагу, мясных биточков и сладких пирогов.

– Джарт, скоро будет ужин готов. Во сколько подавать и в столовую или в гостиную? – спросила пухленькая румяная женщина в форме поварихи.

– Ох, Нора, господину Винтерсу пока не до ужина. Занемог он. А леди Жоржет и профессору Лаймусу можете в их покои отправить ужин, – распорядился скелет.

– Да что ты? Хозяин заболел? Так давай я тебе сейчас соберу медку с отварами, – всплеснула руками повариха. К ней присоединилась другая женщина и девушки помощницы, – Чем он занедюжил? Никак простуда? Тогда надо еще кашицы с маслом отварить!

– Тихо! Пока ничего не надо. Поищите лучше травы… солод, мерену и.., – Джарт глянул на меня.

– Нужны солод, мерена, биструс, жмык и спиртовой концентрат, – перечислила я.

– Это для чего такой состав нужен? – ревниво поглядывая на меня, поинтересовалась повариха.

– Для зелья после магического истощения. Хозяин перетрудился в лаборатории, – за меня ответил Джарт.

– Ох эта ваша магия! Не бережет себя хозяин, – запричитала она.

Женщина выставила на стол баночки с нужными ингредиентами и уперла руки в боки, наблюдая, как я принялась отмерять порции трав. Скелет, Нора и вторая повариха стояли у меня за спиной и дышали в затылок, не отступая ни на шаг. Чувствуя от такого внимания легкую нервозность, я на автомате продолжила смешивать и толочь в каменной ступе травы.

Такие простые механические действия сейчас мне напоминали о доме и отцовской лавке. Как они там? Как поживает отец без меня? Пьет ли свои зелья?

Работа на кухне застопорилась. Пробегающие мимо служанки и посудомойки присоединялись к нашей компании и оставались наблюдателями.

– Мне нужна плита и небольшой чан, – попросила я.

Передо мной тут же на выбор поставили разные посудины, а после проводили к работающей конфорке на плите. И чего они так смотрят? Ни разу не видели, как готовится простая настойка? Или боятся, что нечаянно отравлю их хозяина? Так если бы хотела, то запросила иные ингредиенты. Никто и не поймет, что одной каплей можно всех обитателей замка отправить к праотцам. Хотя тут живых можно на трех пальцах пересчитать.

Жаль, конечно, что у меня больше нет магии. С ее помощью, я могла бы усилить эффект от лекарства в несколько раз. А так некроманту придется еще выпить пару порций.

Выварив и процедив снадобье, я перелила его в предложенную мензурку из темного стекла, после чего мы с Джартом отправились в покои Азэля. Его комнаты были отделаны темно-синими обоями из ткани. По углам стояла черная массивная мебель, на высоких окнах висели плотные серые портьеры, а пол из мрачного камня украшали шкуры опасных диких животных. Типичное мужское жилище, куда даже изредка не «заглядывает» женская рука супруги или госпожи.

В темной спальне некроманта у стены располагалась высокая кровать с нависшим над ней пологом. Там, среди горы мягких подушек, возлежал господин Винтерс младший. Рядом на кресле сидел профессор Лаймус и знатно похрапывал, уронив свой монокль к себе на колени.

Я возмущенно уставилась на лекаря, собираясь громко спросить о самочувствии больного, но Джарт вовремя схватил меня за руку, показывая жестами, сохранять спокойствие и не будить старика.

Он на цыпочках прокрался до кровати и поманил меня за собой. Стараясь не издавать шум, я присоединилась к нему.

Азэль лежал мертвенно-бледный с немного посиневшим лицом. Через его полуоткрытые губы иногда доносился протяжный не то стон, не то всхлип.

Во мне с новой силой стало закипать возмущение. Что это за лекарь такой, да еще и со званием профессора, что не может достойно присмотреть за больным? Ведь он мог влить в него еще немного магии. Очевидно же, что той части силы, которой поделился Лаймус, не хватило некроманту.

Джарт нетерпеливо клацнул челюстью в мою сторону, и я опомнилась. Сняв крышку с мензурки, наклонилась к Азэлю и тоненькой струйкой, делая паузы, залила ему в рот настойку.

Поначалу никакой реакции не было, но вот руки мужчины немного дрогнули, а следом он едва приоткрыл глаза. Из моей груди вырвался облегченный вздох. Работает! Конечно, ему понадобится еще две или три порции для полного восстановления, но уже есть явный прогресс.

Мужчина затуманенным взглядом посмотрел на профессора Лаймуса, на Джарта, а потом остановился на мне.

– Джарт, – еле слышно прохрипел Азэль, – Запри ласточку в клетке. Если убежит – будешь сам вылавливать по округе, – с трудом ворочая языком, сказал этот… этот… гад!

– Конечно, господин. Мы так рады, что вы пришли в себя. Как ваше самочувствие? – тихо спросил помощник, оглядываясь на Лаймуса.

– Словно я умер, а вы меня и здесь решили достать, – едва слышно пробурчал некромант и провалился в сон.

Вот и благодарность! Первое, что сказал этот… некромант, был приказ запереть меня в камере. Ну а чего еще можно было ожидать от такого, как Азэль Винтерс?

– Зато вы теперь понимаете, что испытывают оживленные вами люди, – не удержалась от ехидного комментария я.

– Ласточка, хоть сейчас избавь меня от своей трескотни.., – проваливаясь в обморок, просипел этот невежда.

Джарт виновато посмотрел на меня и встал с кровати хозяина. Прикрыв за собой дверь, мы с ним вернулись в лабораторию.

По пути я все-таки сказала ему, что для полного исцеления господина, необходимо еще несколько приемов. По одному в день.

– Ты же сделаешь завтра такой? – заискивающе поинтересовался скелет, галантно распахивая передо мной дверь клетки.

– Вот уж даже не знаю, – решила я повредничать, прекрасно понимая, что с радостью еще раз прогуляюсь на замковую кухню, – Стоит ли ему помогать, если он так себя ведет?

– Конечно, стоит, – не задумываясь, ответил Джарт, – Таких, как Азэль Винтерс, больше нет! Случись что, – он поплевал через левую плечевую кость и постучал по своей черепушке, – Этот мир лишится потрясающего гения.

– Ну, моя то жизнь станет явно спокойнее, – ляпнула я, забыв весьма очевидный факт.

– Вряд ли, – скептически вымолвил тот, – Зато с ним, есть хоть крохотный шанс, что твоя жизнь к тебе вернется, Ластика, – снова он назвал меня чужим именем.

Может пора уже, хоть Джарту сказать, как меня по-настоящему зовут? Но не сделаю ли я себе только хуже подобным признанием? Мало ли, как потом некромант решит воспользоваться этой информацией. Лучше побуду пока Ластикой Бернс. А что? Вполне симпатичное имя и фамилия.

– Ладно, я не возражаю еще прогуляться на кухню и до покоев господина Винтерса.

– Так я и думал, – попытался улыбнуться скелет, – Завтра после обеда за тобой зайду.

– Как тебе угодно. Я буду здесь. Ты найдешь меня вот на этой удобной скамейке, – я постучала по ней рукой и присела.

Буду снова рассматривать корешки книг или дочитаю ту, что бросила под лавкой.

– А хотя знаешь… Мы совсем забыли, про наших подопытных, – он кивнул головой в сторону оживших животных, – Их следует покормить. Пойдем обратно на кухню. Скажу Норе, чтобы отварила каши и мяса, а ты потом принесешь еду и покормишь зверей. Идет?

Я обрадованно закивала головой. Конечно идет! Все, что угодно, лишь бы не сидеть здесь одной.

***

– Джарт, подмените меня, пожалуйста, – проговорил профессор Лаймус, поглядывая на часы, – Мне пора проводить целебный сеанс с господином Винтерсом старшим. Последнее время он отказывается принимать декокты и лекарство.

– Конечно, профессор, – с готовностью подскочил скелет со стула в уголке спальни некроманта, – Я наилучшим образом присмотрю за хозяином. Тем более ему уже лучше, и он явно идет на поправку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.