Си Чжицзяо
Настоящее пробуждение. Real Awakening. Книга 2

THE REAL AWAKENING世界覺醒02荒村

Written by 四隻腳 Illustrations by 六百一

Copyright © 2016 Originally Traditional Chinese edition Published by Global Group Holdings, Ltd.

Russian translation rights authorized by Global Group Holdings, Ltd., by arrangement with China Educational Publications

Import & Export Corporation Ltd. All Rights Reserved.

© Сафронова Д. Д., перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

Пролог

Возможно, из-за сильного ливня, к четырем часам дня небо окрасилось в сумрачно-серые оттенки. Слои темных облаков вдали напоминали толстое хлопковое одеяло, бескрайним полотном закрывающее небо.

По пустынной и опасной горной дороге ехал полуразвалившийся белый фургон. В машине было пять человек, включая водителя: трое мужчин и две женщины тихо сидели на своих местах с застывшими лицами.

В этом необычайно тихом автомобиле царила очень странная атмосфера.

Небо все темнело, а дождь становился все сильнее. Крупные капли стучали по окнам машины, создавая непрерывный гул, словно ржавой пилой пилили над ухом.

Этот внезапно начавшийся дождь шел уже более четырех часов, никто уже и не вспомнит, на каком участке пути он начался. Пассажиры фургона помнили только то, как было солнечно и ясно по утру, когда они двинулись в путь. Кто мог подумать, что, въехав на эту горную дорогу, среди молний и грома, ветра и дождя, они словно окажутся в призрачной стране.

Они были в пути уже около десяти часов. Уставший двигатель был похож на старую лошадь, пыхтя под раскатами грома, а потасканные шины все время пробуксовывали на ухабах дороги, и даже индикатор топлива на приборной панели загорелся красным.

От долгой дороги все чувствовали себя уставшими.

По правде говоря, гора была не слишком-то высокой, ее вершину было видно сразу. Покрытую пышной зеленью за завесой тумана, она будто находилась совсем рядом, но из-за извилистой дороги горного серпантина, вершина казалась бесконечно далеко. Каждый раз, когда им казалось, что они вот-вот достигнут пика, за поворотом следовал новый участок дороги, и так снова и снова.

Как же так? Как на такой длинной и извилистой дороге нет ни одного указателя?

У Чан, одной рукой придерживая руль, другой устало сжимал переносицу. Он сбавил скорость из-за дождя: два дворника на лобовом стекле деловито раскачивались из стороны в сторону, но дождевая вода все так же лилась водопадом по стеклу, мешая обзору.

Кто, будь они все прокляты, предложил поехать в это проклятое место? Он выругался по себя и перевел взгляд на четверых людей, отражавшихся в зеркале заднего вида.

«Илянь Юмэнь» сидела, прислонившись головой к окну. Он не знал, спит ли она. Ее длинные черные волосы мягко струились по плечам, трепыхаясь от вибраций автомобиля. Ее прелестное, но бледное лицо выглядело таким безмятежным. Рядом с ней сидела, жуя жвачку, «женщина-кошка» в больших наушниках, сквозь которые смутно слышалась тяжелая рок-музыка. У девушки были короткие обесцвеченные волосы, черные ногти и усталое похоронное лицо, скрытое тяжелым темным макияжем.

Современных девушек трудно понять.

У Чан горько усмехнулся и отвел взгляд. Мужчину с бритой головой и прищуренными глазами звали Тун Хуашунь. Он быстро что-то набирал на телефоне большими пальцами. Сигнал пропал, как только они въехали на горную дорогу, отправить какое-либо сообщение было невозможно. Может быть, он играл в какую-то бестолковую игру?

– В действительности, смерти все едино, не все ли равно, где именно это произойдет? – раздался едва слышимый голос. Сказал это ботаник А. Он с потерянным видом уставился в окно. Голос его был настолько тихим, что его едва было слышно за шумом ливня. У Чан видел, как его губы шевелились, но он понятия не имел, о чем он говорит.

Время утекало минута за минутой, а машина все также кружила по извилистой дороге. Крутые каменные откосы, ветер и дождь шумели в ушах, а У Чан все крепче сжимал руль. Его ладони покрылись холодным потом. За столько лет вождения он ни разу не ездил по столь странной горной дороге.

Интересно, обратил ли кто-нибудь внимания?

Завернув за угол, У Чан с беспокойством посмотрел в сторону. На обочине у обрыва стояла обгоревший деревянный столб. Если точнее, это было дерево. Возможно, в него когда-то ударила молния, ветви частично обломались, поэтому остался только голый ствол, прислонившийся к обрыву.

Холодный пот начал каплями стекать со лба У Чана.

Как такое возможно? Сколько раз они его уже видели? Если он правильно посчитал, то шестнадцать или семнадцать раз? Он в панике молча считал, пока позади не раздался вновь голос.

– Девятнадцать раз.

У Чан пораженно посмотрел в зеркало и увидел, что Мао Нюй сняла наушники и указывала на остатки дерева, мелькнувшего за окном.

– Если ты про этот ствол, то я вижу его уже в девятнадцатый раз. Форма и положение его точно такое же.

Илянь Юмэнь, сидевшая рядом, услышав голос, открыла глаза. Ботаник А. очнулся и удивленно посмотрел на нее. Тун Хуашунь поднял голову и посмотрел в том направление, куда она указала, и в замешательстве уточнил:

– Что ты имеешь в виду?

– Вы когда-нибудь слышали о духах, сбивающих с пути? – все еще жуя жвачку, она пожала плечами. – Боюсь, нам не выбраться. Машина продолжает кружить по извилистой дороге.

– Что? Мы движемся по кругу? – Ботаник А опешил и посмотрел на У Чана, отвечавшего за дорогу.

– Да, я не знаю почему, но машина продолжает двигаться по одному и тому же месту, я уже много раз видел этот обугленный ствол, – вынужденно признал У Чан, тихо вздохнув.

– Ты шутишь? Духи, сбивающие с пути? Я, твою мать, ни за что в это не поверю! – сердито выругался Хуашунь.

Все замолчали.

У Чан продолжал вести машину, не говоря ни слова. Дорога впереди становилась все уже и уже. Когда-то дорога была достаточно широкой, чтобы две машины могли разъехаться, теперь здесь едва могла проехать одна. Он вел с большей осторожностью.

Дождь постепенно прекратился, оставив после себя скользкую и грязную дорогу. Кто-то открыл окно, и холодный воздух ворвался внутрь, заполнив салон. У Чан от холода вжал шею, и даже горячее дыхание превращалось в дымку. Белый туман поднимался наверх, замутнив зрение.

«П-погодите, белый туман? Нет, здесь что-то не так. Как бы холодно ни было, от его дыхания не мог образоваться такой густой белый туман».

У Чан пораженно осмотрелся и обнаружил, что все вокруг было совершенно белым.

Опустился туман? Выходит, что это не из-за того, что кто-то открыл окно, а туман с улицы просочился в салон? Но не кажется ли это слишком внезапно и странно?

Он быстро протер тряпкой лобовое стекло и включил подачу холодного воздуха, пытаясь разогнать туман, но по неизвестной причине туман становился все гуще и гуще. Он был плотным, напоминая вязкую жидкость, окружившую тело. Без того размытое зрение было полностью перекрыто.

Твою мать! Так и дороги не видно!

В панике он нажал на педаль тормоза, но сколько бы он не жал, машина не реагировала.

Что случилось? Тормоз на месте, почему он не работал?

Он растерянно хотел опустить голову, чтобы нащупать педаль тормоза, как вдруг кто-то позади закричал.

– Небеса! Гляньте быстрее, что там?

Он рефлекторно посмотрел вперед и замер, словно ослепленный. Он с силой потер глаза и внимательно уставился в лобовое стекло…

«Что это?»

Из белого тумана вырисовывалось огромное бескрайнее поле с сухой травой, а чуть дальше было несколько старых деревенских домов…

«Да откуда здесь взяться деревне?»

«Это… это даже смешно! На крутом горном склоне. Откуда она здесь?»

«Иллюзия? Мираж?»

Не успев обдумать это, У Чан вдруг почувствовал сильную вибрацию кузова, будто правое заднее колесо съехало с дороги в обрыв. Резкий поворот – и машина с грохотом перевернулась набок над пропастью.

Все в машине безумно закричали…

Глава_01. И снова убийство

Как и ожидалось, утром понедельника на дорогах кошмар: плотные ряды машин, словно муравьи, заполонили неширокую дорогу. Светофоры в такой ситуации бессмысленны. Прошло уже больше получаса, но едва ли пробка продвинулась. Если так продолжится, неизвестно, когда они прибудут на место убийства.

Конечно, полицейские автомобиле имеют приоритетный проезд при исполнении, но Е Сяо и Су My все равно были заточены посреди пробки. Причина заключалась в том, что на крыше машины была установлена сирена, которая не издавала ни звука. А причина, по которой сирена не издавала ни звука, была в том, что…

Хмурый Су My покосился на Е Сяо, сидевшего рядом и с удовольствием жевавшего гамбургер.

– Скажи мне, – проговаривал он каждое слово, будто на допросе, – что случилось с сиреной?

Его негромкий голос настолько напугал Е Сяо, что тот чуть не выронил недоеденный гамбургер из рук.

– Э-э-э… я не знаю… – Е Сяо украдкой взглянул на напарника и тут же отвернулся, продолжая завтракать.

Даже слепой бы увидел, что Су My был крайне не в духе. Застывшее лицо, резкий тон и ледяные стрелы, летящие из его глаз, могли убить раз и навсегда.

Поэтому самым разумным в данной ситуации было промолчать, ведь молчание – золото.

– Что, правда, не знаешь? – усмехнулся Су My.

Он едва сдерживал раздражение, рвавшееся наружу. Он спокойно достал из кармана листок бумаги и, зажав между пальцев, сунул его в лицо Е Сяо.

– Что это?

– Счет.

– Счет?

– Это все деньги, которые ты на данный момент мне должен. Вернешь в течении трех дней, иначе подам в суд. – Голос Су My не оставил ни намека на шутку.

– Ай, погоди-годи-годи-годи!

Е Сяо напоминал кота, которому наступили на хвост. Он резко встряхнулся и обиженно воскликнул:

– Ты ничего не напутал? Зачем так все усложнять? Я должен тебе всего-то за несколько обедов, напитков, за ночлег, несколько поездок на такси… за обогреватель… и деньги за арендную плату на несколько месяцев… и еще счета за воду и электричество, вот и все!

– Не неси чушь, где деньги?

– Деньги, деньги, деньги, что ты все о деньгах? Знаешь ли ты, как пагубно влияют разговоры о деньгах на братские чувства…

– Тогда жди повестки в суд.

– Эй-эй! Не надо, прошу тебя, не делай этого. Я признаю-признаю… – Е Сяо в молящем жесте сложил ладони и опустил голову. – Виноват, это я сломал сирену.

– Вот как? – продолжал усмехаться Су My.

– На прошлой неделе, когда я преследовал беглеца, она сорвалась с крыши и упала…

– Почему ты не отдал ее в ремонт?

– Эх-эх… я забыл. – Е Сяо ярко улыбнулся, не выказывая никакого раскаяния.

Су My закатил глаза, потеряв дар речи от такой бестолковщины.

Спустя сорок минут они наконец «примчались» на место преступления. Там уже все было оцеплено, желтая сигнальная лента отгородила прохожих, наблюдавших за происходящим.

Е Сяо достал удостоверение, надел белые перчатки и вместе с Су My протиснулся сквозь толпу.

За оцеплением несколько коллег из судебно-медицинского отдела делали фотографии и собирали образцы с места преступления и, заметив «дуэт чудаков», недовольно закатили глаза. Е Сяо не заметил этого, поздоровался с ними и направился на место.

Это был узкий переулок между офисным зданием и торговым центром. Проулок был темным, лишенным доступа солнечного света, настоящая слепая зона. У стен был свален мусор, включая брошенные картонные коробки, доски и несколько непонятных мешков. Чуть дальше стояло два больших поржавевших мусорных бака, достаточно чистые, потому что каждое утро приезжает сборщик мусора. Как раз сборщик мусора и был тем, кто стал свидетелем убийства, и кто сообщил о нем.

Е Сяо достал записную книжку и приготовился делать заметки.

Свидетелем была женщина лет сорока, одетая в униформу Бюро по охране окружающей среды. Женщина выглядела встревоженной, волосы слегка растрепаны, губы мелко дрожали.

Заметив Е Сяо, она схватила его за рукав. Детектив мягко успокаивал ее, когда она наконец вернула самообладание, начала вспоминать.

– Сегодня утром… около пяти часов я как обычно собирала мусор с улиц и направлялась очистить мусорные баки в этом переулке… Но как только я вошла туда, то увидела… рядом с мусорными баками лежало что-то напоминающее человека… Тогда еще было довольно темно, я не смогла четко рассмотреть, поэтому я подошла поближе и обнаружила… обнаружила, что это было просто кровавое месиво… – В этот момент она подняла голову, посмотрела на Е Сяо и неуверенно спросила: – Это ведь был человек, но тогда почему на нем не было кожи?

– Чего не было? Кожи? – Рука Е Сяо, записывающая показания, на миг остановилась.

Женщина кивнула, ее лицо выражало страх.

– Да, то, что я видела, было силуэтом из плоти… из плоти и крови…

Е Сяо, обомлев, обернулся на контур человеческой фигуры, нарисованной мелом на асфальте. Погибшего поместили в черном пакете на носилки и собирались отнести в машину. Е Сяо подбежал к судмедэкспертам и остановил их. Тело без кожи? Юноша присел на корточки у носилок, с подозрением наклонил голову, а затем расстегнул молнию. В его ноздри ударил неприятный гнилостный запах крови, заставивший его задержать дыхание.

В мешке показался темно-красное тело… без кожи.

Е Сяо был потрясен: если бы тело не было бы в мешке, то нельзя было сказать, что это было человеком, потому что не было ни глаз, ни носа, ни рта.

– Немного напоминает ту курочку терияки, которой ты завтракал. – Голос Су My неожиданно раздался позади.

Е Сяо почувствовал подкатывающую тошноту, обернулся на напарника и возмутился:

– У тебя вообще ничего святого нет?

Су My приподнял брови и промолчал. Опустившись на колени рассмотреть труп, он спустя время тихо пробормотал:

– Мастерство убийцы несравненно.

– Действительно. Техника искусная. Разрезы на жировом слое очень аккуратные, кожа срезана тонко. Такие деликатные операции можно сделать только скальпелем или каким-то специфическим медицинским оборудованием. – Пальцы Е Сяо в белых перчатках слегка скользнули по поверхности трупа. Задумавшись на миг, он встал и огляделся. – На месте происшествия нет явных признаков борьбы, крови немного. Возможно, все было совершено не здесь. Когда наступила смерть?

Су My, не поднимая головы, все еще стоя на коленях у трупа, держал в руках запястье покойного и внимательно осматривал его.

– Предварительно, смерть наступила от шести до десяти часов назад.

Е Сяо взглянул на часы.

– Это случилось в период между десятью часами вечера вчерашнего дня и двумя часами ночи сегодняшнего. В этот промежуток времени покойный был убит, освежеван, а затем убийца бросил его тело здесь…

– Поправка. – Су My поднял голову. – Судмедэксперты сказали, что, судя по степени свернутости крови, его сначала освежевали, а потом убили, или же это произошло одновременно. По первоначальной версии, погибший умер от потери крови из-за раны на запястье.

– Что? Ты хочешь сказать, что с покойника сняли кожу, когда тот еще был жив?

– Да.

Е Сяо остолбенел. Снятие кожи еще с живого человека. Достаточно было просто представить эту сцену, чтобы волосы встали дыбом.

Су My поднялся на ноги, нахмурившись.

Е Сяо посмотрел на него и указал на его покрасневшие от крови перчатки.

– Что у тебя в руке?

Су My медленно открыл ладонь, в которой был окровавленный цветок. Маленький, полностью распустившийся цветок на тонком зеленом стебле. Его прежде бледно-розовые лепестки были окрашены в алый. Насыщенный красный цвет контрастировал с белоснежными перчатками, выглядело очень пронзительно.

– Это роза. – Су My положил цветок в прозрачный пакет для улик. – Она по-прежнему выглядит свежей. Сорвали не так давно.

– Где ты его нашел? – Е Сяо взял пакет и внимательно рассмотрел его.

– Рядом с телом.

– Рядом с телом? Но разве в этом переулке растут розы?

– Нет, скорее всего, ее принес убийца.

– Имеешь в виду, когда он бросил тело здесь, он еще и захватил цветок и оставил его рядом с трупом?

– Вполне может быть.

– Блин, извращение какое-то. Сдирать кожу с живого человека и хоронить их с цветами. Зачем вообще это делать?

– У убийцы наверняка есть причина.

– На что ты намекаешь? – Е Сяо заморгал, глядя на напарника.

Тот ничего не ответил и, казалось, глубоко задумался.

* * *

Спустя два дня стали известны результаты вскрытия. Умершей была двадцатидвухлетняя девушка по имени Юэ Шань, недавняя выпускница финансового факультета Университета С. В ночь убийства она была в караоке с двумя однокурсниками. После она пошла домой. Это было около десяти часов вечера.

Двое однокурсников не знали, что с девушкой по дороге домой что-то произошло. Только вечером следующего дня родители Юэ Шань нигде не нашли свою дочь, поэтому они в отчаянии обратились в полицию.

Так как с покойной была снята кожа, опознать убитую получилось только при помощи анализа ДНК. После результатов анализа, Е Сяо сопроводил родителей девушки в отдел судебной медицины. Когда из ящик морозильной камеры морга достали освежеванное кровавое тело, мать Юэ Шань, не выдержав, вскрикнула и тут же потеряла сознание.

Отец Юэ Шань удержал эмоции и поддерживал жену.

– Мне так жаль, не верится, что это и правда наша дочь. Шаньшань… как она может быть такой… – причитая, мужчина достал из кармана бумажник, в котором была семейная фотография.

На фотографии девушка в центре, должно быть, покойная Юэ Шань. На ней было платье с мультяшным рисунком, волосы были убраны в хвост, на лице живая улыбка. Хотя черты лица были не выдающиеся, но кожа у нее была чистая, здоровая и румяная, фарфоровая с жемчужным блеском.

– Можем ли мы сделать копию этой фотографии?

Мужчина поколебался и кивнул.

Е Сяо попросил проводить родителей девушки в приемную для дачи показаний, а сам поспешил в кабинет, чтобы показать фотографию Су My, но того не оказалось на месте.

– Ты ищешь Су My? – Мэй Мэй, держа в одной руке горячий чай, в другой – странного вида книгу, сказала: – Он просил тебя подойти в архив, когда освободишься.

– Архив? Что он там забыл? – Е Сяо нахмурился.

– Не знаю, но, кажется, он там с самого утра.

– Блин, чем он вообще занят?.. – Е Сяо беспомощно почесал голову.

Он сделал копию фотографии, показаний родителей Юэ Шань, а затем проверил отчет о вскрытии. Когда он закончил все дела, было уже четыре часа дня. Е Сяо вспомнил, что Су My все еще в архиве, поэтому тут же, не задерживаясь, отправился туда.

Архив располагается не в новом корпусе, а в старом, куда почти никто не ходит, там остались лишь несколько сотрудников.

При входе в нос тут же ударил затхлый запах пыли.

В архиве собраны все дела за прошедшие годы, в том числе те, что так и остались нераскрытыми, вся информация обо всех осужденных, о приговоренных к смертной казни, а также внутренняя информация полиции. С темного пыльного стеллажа можно запросто достать папку-другую о кровавых убийствах.

В помещении архива стоят ряды металлических стеллажей с семью ярусами полок, на которых сложены папки с делами. Папки упорядочены по категориям в зависимости от года и типа преступления.

Стук каблуков эхом отдавался в прохладном и тихом пространстве. Е Сяо прошел через ряды полок, пока в конце комнаты у предпоследнего стеллажа не увидел спину напарника. Под светом слабой лампы Су My стоял, опустив голову, и внимательно что-то изучал.

– Что делаешь? – окликнул его Е Сяо, но реакции не последовало. – На чем ты там так сосредоточился? Я, кстати, кое-что обнаружил по нашему делу. Я видел фото погибшей Юэ Шань, когда она еще была жива. Она была очень юной девушкой с неожиданно красивой кожей. Подумал, может убийца снял ее кожу из зависти или из-за какого-то психологического отклонения… Не знаю, ради коллекции, что думаешь? – Е Сяо продолжал говорить, независимо от того, слушал и слышал его Су My или нет.

Тот по-прежнему не издал ни звука и даже взгляда не поднял, но Е Сяо уже привык к его равнодушию. С улыбкой он обхватил его за шею и загадочно произнес:

– Я тебе вот что скажу, судя по шрамам на запястье, я думаю, что убийца должен быть…

– Левшой. – Су My равнодушно прервал его восторженное открытие и сбросил руку с плеча, как назойливую муху.

– Что, ты уже знал? – Е Сяо опешил.

Су My захлопнул папку и посмотрел на Е Сяо.

– Убийца порезал вены на правой руке жертвы. По логике, порез должен был идти слева направо, уходя вглубь кожи, но в нашем случае порез был глубоким. Очевидно, что убийца держал нож в левой руке.

– Ах ты, что же ты мне раньше не сказал! Напарник называется! Ты вообще в курсе, что такое обмен информацией? – Е Сяо мрачно взглянул на него. – А сейчас ты что проверяешь?

Су My поднял папку в руке.

– Странный метод убийства, левша и роза… У меня было ощущение, что я уже встречал подобное. Я провел здесь в поисках целый день и нашел. Оказалось, что это из дела о кровожадной серии убийств пятидесятилетней давности.

– Серия жестоких убийств? Да еще и пятидесятилетней давности? – Е Сяо удивленно приподнял брови.

– Если точнее, это произошло сорок девять лет назад. Тогда в городе произошла серия убийств, всего убито три человека, три молодые девушки. У одной был отрезан язык, у второй снят скальп, а у третьей вырваны ногти на руках и на ногах. На месте преступлений возле каждой жертвы были найдены окровавленные розы. И по данным тогдашнего расследования, убийца был левшой.

– Bay, такое совпадение? – Нарочито поразился Е Сяо. – Но это же было сорок девять лет назад. Не может быть, чтобы это бы тот же самый убийца, верно? Может, его последователь?

Су My покачал головой.

– Нет, поскольку все три убийства были совершены с особой жестокостью, чтобы избежать паники, эти дела не были обнародованы, и ни одно СМИ о них не писало. Это осталось внутренним делом полиции, закрытые от посторонних. Даже если это последователь, то какой смысл делать это спустя столько лет? Обычно целью подражателей является ложно обвинить кого-то, но совершивший убийства сорок девять лет назад уже получил наказание.

– Получил наказание? Его поймали?

– Да, арестовали за убийство троих, но на допросе он молчал. Во всяком случае, он не раскрыл мотива этих убийств. Язык, волосы и ногти жертв впоследствии у него так и не нашли.

– Возможно, у него вообще не было ни мотива, ни цели, и он просто извращенец. – Е Сяо пожал плечами. – А как его звали?

– Шэнь Гочжун. Ему было сорок один год. Работал хирургом, женат и была дочь по имени Шэнь Вэй, но она погибла в возрасте пятнадцати лет при пожаре. После этого Гочжун уволился из больницы.

– Погоди, Шэнь Вэй… Вэй как в «розе»[1]?

– Ага.

Е Сяо нахмурился и промолчал.

Су My закрыл папку и добавил:

– Шэнь Гочжун был казнен в 10:30 утра одиннадцатого декабря сорок девять лет назад в месте казни Байша округа Л., однако по словам тюремного охранника, который сопровождал его на казнь, Шэнь Гочжун улыбался перед смертью. Улыбка была пугающей. А перед тем, как его расстреляли, он вдруг закричал, и это было единственное, что он сказал с момента поимки.

– О? И что же?

– Он сказал… – Су My сделал паузу. – «Я вернусь».

– Пф-ф-ф, что? «Я вернусь»? – Е Сяо не смог удержаться от смеха. – Шутишь что ли? Если умер, зачем возвращаться? Или он думает, он какой-то Будда?

Су My не разделял его веселья.

– О, неужели ты подозреваешь какие-то потусторонние силы?

– Не то, чтобы с нами до этого такого не происходило.

Е Сяо почесал затылок.

– Ну хорошо, даже если, как ты сказал, это Шэнь Гочжун смог вернуться из мертвых, зачем вообще ему возвращаться?

Прежде чем Су My начал отвечать, Е Сяо вдруг вздрогнул и пробормотал:

– Язык, волосы, ногти, кожа… Если убийца действительно извращенный коллекционер, то чего еще не хватает в его коллекции?

Су My молчал.

В просторной и тихой комнате архива температура, казалось, понизилась на несколько градусов. Е Сяо почувствовал, как вверх по его спине поднимается холод, как будто в темноте скрывалось лицо и улыбалось ему. Это была предсмертная улыбка Шэнь Гочжуна, жуткая и странная.

Глава_02. Восставший из мертвых

Из освещения были только свечи.

В кромешной тьме пространства загадочно пританцовывал свет огня. Казалось, будто здесь совершается какой-то древний и таинственный ритуал.

В тусклом свете были видны беспорядочно расставленные предметы. Штукатурка на стенах местами отвалилась, обнажив старые красные кирпичи в сетке паутины. Между щелями кирпичей шуршала толстым хвостом уродливая черная ящерица.

Это место напоминало подвал или давно заброшенный склад: сырая влажная земля, в воздухе пахло плесенью.

Он стоял неподвижно, как статуя, спиной к кругу свечей. Игривые огоньки отбросили тень его сгорбленной спины. А в тени скрывался гроб без крышки. Он был небольшой и черный. Создавалось ощущение, что гроб простоял тут не один год. Дно намокло от стоячей воды и начало гнить. Черное тело внутри гроба было покрыто большими пятнами темно-зеленой плесени.

Он стоял в трех шагах от гроба, увлеченно глядя в него. Уголки его потрескавшихся губ медленно изогнулись в едва заметной дуге, превратившись в странную улыбку.

Он улыбался жутковатой улыбкой, его мутные глаза были полны необъяснимого ожидания и беспокойства, будто он что-то с нетерпением ждал.

– Вэйвэй, как твои дела? Тебе нравится эта кожа? – проговорил он.

И словно в ответ из гроба послышался легкий шум.

Скр-р-р, скр-р-р-р…

– Вэйвэй, как тебе? Разве эта кожа не прекрасна?

Морщинка между его бровей разгладилась, а улыбка становилась шире.

Но звук из гроба прекратился.

Воцарилась тишина.

Он долго ждал и, занервничав, сделал шаг вперед и взволнованно спросил:

– Что такое? Вэйвэй, ты на меня сердишься? Тебе не нравится кожа этой сестрички?

Однако из гроба по-прежнему не доносилось ни шороха.

Встревоженный он хотел было заглянуть в гроб посмотреть, что происходит, как вдруг послышался слабый звук, неровным эхом разнесшимся по помещению.

– Па… Папа… Папа…

– Да, это папа. Папа здесь. Вэйвэй, Вэйвэй. – Он расплакался от радости, опустился рядом с гробом и заглянул внутрь.

– Спа… спаси… бо…

– Не нужно меня благодарить. Это подарок моей замечательной Вэйвэй. – Он улыбнулся, и слезы проступили в уголках его морщинистых глаз.

– Кх… кх… н… а… ица…

– Да, я рад, что Вэйвэй нравится. – Он радостно кивнул, вздохнув с облегчением. – Как насчет того, чтобы папа нашел для Вэйвэй зубки? Тогда Вэйвэй не будет так уставать, разговаривая с папой.

– Аг… аха…

– Замечательно.

Он встал, вытер слезы и тихо пробормотал:

– Не волнуйся, папа найдет Вэйвэй красивые ровные зубки, но для начала Вэйвэй нужно хорошенько выспаться и дождаться меня. – Сказав это, он с трудом поднял крышку и осторожно положил ее на гроб, затем оглянулся и задул свечи одну за другой, и медленно вышел.

За окном ярко светило солнце.

На улице было холодно, температура близилась к нулю, но теплые солнечные лучи делали пребывание на улице чуть комфортнее.

Е Сяо устроился на столе под солнечными лучами, щуря глаза от яркого света. Как вдруг стопка бумаг ударила его прямо по голове.

– Ай, больно же! Прошу не бей меня все время по голове. Умнее я от этого не стану, – пробормотал Е Сяо, держась за голову и посмотрел на Су My.

Спорить сил не было, и Су My равнодушно спросил:

– Как продвигается расследование того, о чем я тебя просил? Начальство требует каких-то результатов.

Е Сяо громко зевнул и отбросил папку.

– Ну, старый дом, в котором жил Шэнь Гочжун сорок девять лет назад, давно снесен и на его месте построены торговый центр и офисы. Его жена повторно вышла замуж и уехала за границу со своим вторым мужем, и больше никаких сведений о них нет. Похоже, у этого Шэня никого больше не было, никто даже не приходит на его могилу, – рассказал Е Сяо и на миг остановился. – Однако я обнаружил кое-что странное.

– Что такое?

– О дочери Шэнь Гочжуна – Шэнь Вэй. – Е Сяо открыл папку и указал на фрагмент текста. – Согласно данным, Шэнь Вэй погибла в результате пожара в доме. Она умерла в больнице, однако по пути из морга больницы в похоронное бюро тело пропало.

– Пропало?

– Ага, из морга больницы. – Е Сяо постучал пальцем по бумагам. – Позже так как больница не смогла связаться ни с Гочжуном, ни с его родственниками, для больницы это закончилось не так блестяще, а само это дело так не было доведено до конца… И именно тогда исчез и сам Шэнь Гочжун, а в течение нескольких месяцев произошла серия убийств. – Выпалил на одном дыхании Е Сяо.

– Ты подозреваешь, что это Гочжун забрал тело своей дочери из больницы?

– Других вариантов у меня нет. – Е Сяо откинулся на спинку стула. – Сначала тот был предан женой, потом потерял единственную дочь. Возможно, эти душевные раны привели к глубокой депрессии. Гочжун – психопат, совершивший серию непростительных преступлений. А ты что думаешь?

Су My задумчиво посмотрела на кипу бумаг перед ним и после паузы прошептал:

– Если бы все было бы так просто.

– Я не пойму, почему ты так прицепился к этому делу почти пятидесятилетней давности. У тебя есть какие-то сомнения?

Су My поднял взгляд на Е Сяо.

Тот беспомощно замахал руками.

– Ладно, ладно. Что ты такой подозрительный? Тебе не кажется, что наше нынешнее расследование зашло куда-то не туда? Какими бы странными и запутанными не были дела прошлых лет, они такие, какие есть. Я могу с уверенностью сказать, что убийца Шэнь Гочжун мертв, а мертвые не вылезают из гробов, чтобы творить беззаконие! – Е Сяо сжал кулаки, но только он закончил говорить, позади раздался злобный смешок, пустивший волну страха по его позвоночнику. Обернувшись, он увидел Мэй Мэй, которая убрала свои длинные волосы от своего бледного лица и странно улыбалась.

– Кто тебе сказал, что покойники не покидают могилы, чтобы совершать преступления? – тихо спросила она.

– Ай, женщина! – Е Сяо дернулся. – Можешь перестать изображать из себя злого духа и пугать людей? Это научно доказано, что в мире нет волшебного снадобья, возвращающего людей к жизни, мертвые не воскресают!

Су My усмехнулся.

Е Сяо переводил взгляд с Мэй Мэй на Су My и неуверенно уточнил:

– Вы двое что, не согласны? Если такое существует, то докажите мне!

Су My промолчал и вернулся к документам с лицом «разговаривать с тобой ниже моего достоинства».

– Ты знаешь о Джеке-Потрошителе? – спросила Мэй Мэй.

– Джек-Потрошитель? – Е Сяо наклонил голову. – Это печально известный убийца проституток из Англии девятнадцатого века?

– Да, именно он, – Мэй Мэй взяла чашку чая в другу руку и сменила позу. – Сейчас бытует мнение, что именно Джек-Потрошитель с августа по ноябрь 1888 года в районе Уайтчепел восточного Лондона убил пять проституток с особой жестокостью: одна получила тридцать девять ножевых ранений, из них девять в горло, а четверым другим вспорол живот. Убийца вырезал у них матки, а у одной даже убил девочку в утробе, которая вот-вот должна была появиться на свет. Эта серия убийств так и не была раскрыта. До сих пор неизвестно, кто был тем убийцей. В деле о Джеке-Потрошителе есть продолжение.

– Продолжение? Какое продолжение? – Е Сяо принял заинтересованный вид.

– Спустя сто лет Джек-Потрошитель вновь появился в Лондоне. Также за три месяца он убил пять проституток. Даже методы убийства были такими же. Но, как думаешь, может обычный человек жить так долго?

– Даже если и сможет, то вряд ли сможет кого-нибудь убить.

– И дело еще в том, что, поговаривают, будто Джек-Потрошитель воскрес из мертвых.

– Да ну, шутишь, это всего лишь несколько похожих убийств. Почему ты думаешь, что убийца – один и тот же человек?

– Из-за отпечатков пальцев.

– Отпечатков пальцев?

– Да, самый ранний метод распознавания отпечатков пальцев был известен в 19 веке, а отпечатки пальцев, оставленные на местах убийств сто лет спустя, совпадают с отпечатками пальцев Джека-Потрошителя. – Мэй Мэй скривила губы в улыбке и как ни в чем не бывало вернулась к чтению книги. – Поэтому, мертвые все же могут совершить преступление.

Е Сяо не нашел, что сказать, и посмотрел на книгу в руках коллеги, где крупно было написано: «Нераскрытые преступления XIX века».

– Тц, опять эти странные книги… – Он покачал головой.

Днем Е Сяо и Су My вызвали доложить о ходе дела.

Е Сяо с беспокойством отметил, что убийца продолжит свои злодеяния, и лучше придать это дело огласке, чтобы молодые девушки в ближайшее время не выходили в темное время суток на улицу в одиночестве.

Начальник отдела задумчиво спросил:

– Какие у вас основания полагать, что преступник продолжит убийства?

Е Сяо замялся и посмотрел на Су Му молча стоявшего рядом с ним. Основания? Они же не могут сказать, что подозреваемый может быть казненный сорок девять лет назад за серию убийств извращенцем, так ведь?

– Оснований нет, – сказал Е Сяо после долгого молчания.

– Тогда не неси чушь бездоказательную! – Голос начальника подскочил на октаву. – Если подобные высказывания продолжатся, это вызовет лишь ненужную панику!

– Но все же лучше предупредить людей, прежде чем что-то случится, верно? – бесцеремонно добавил Е Сяо.

– Что ты сказал? – Начальник грозно посмотрела на него. – Если у тебя есть время беспокоиться о таких вещах, то лучше потрать его на поимку преступника!

– Йэс, сэр! – Е Сяо отдал честь, опустил голову и прошептал: – Только и может языком трепать…

– Е Сяо! Опять ты бурчишь на меня?

– А? Да как можно! Что ж, начальник, если больше ничего нет, то мы пойдем, – сказал он и быстро выскочил из кабинета, утащив Су My за собой.

В коридоре Е Сяо выдохнул.

– Что же нам делать? Улик нет. Может нам продолжить расследование дела Шэнь Гочжуна?

Су My уклонился от ответа, по лицу того было не понятно, о чем он вообще думает, и ушел.

Глядя ему в спину, Е Сяо растерянно почесал голову и пробормотал:

– Ну вот, меня опять проигнорировали…

К вечеру небо затянуло, появились темные дождевые облака, будто надвигалась гроза. Днем так ярко светило солнце, кто мог подумать, что погода так переменчива?

К концу рабочего дня все, за исключением дежурного, поспешили домой, чтобы успеть до дождя. Е Сяо вернулся в кабинет, после того как докурил сигарету на кухне, и увидел, что Су My уже ушел, поэтому подхватил свои вещи, надел пальто и вышел из участка.

В семь вечера, когда он вернулся домой, его живот уже урчал от голода. Открыв дверь, он почувствовал восхитительный запах еды. Хоть и пахло немного горелым, но этого было достаточно, чтобы вызвать аппетит.

– Что такое? Кто приготовил еду?

Он с сомнением вошел внутрь: в гостиной горел свет, но никого не было. На столе стояло две тарелки со чем-то странным. Если присмотреться, то едва ли в этом можно было узнать омлет с помидорами[2] и тушеную до черна свинину.

– Так-так, девушка-улитка[3] была здесь?

Е Сяо огляделся и увидел, что в доме было прибрано, и не удержался от смеха.

– Девчонка, хватит прятаться, выходи скорее!

Дверь на кухню тут же распахнулась, и миниатюрная фигурка тут же прыгнула в объятия Е Сяо.

– Братец Е Сяо, я так скучала! – прозвучал голос, чистый как перезвон серебряного колокольчика.

– Эй… Соплячка, все, отпускай меня, задушишь! – Е Сяо поднял руки в поражении, но девушка все еще цеплялась за него, обвив его руками и ногами, как коала.

– Я не соплячка, меня зовут Линдан!

– Хорошо-хорошо-хорошо, Линдан, отпусти меня уже, дышать нечем!

Девушка отпустила его и, склонив голову, поинтересовалась:

– А как ты понял, что это я?

– А кто, кроме тебя, будет говорить у меня дома? – Е Сяо потер шею, снял пальто и бросил его на диван.

Линдан, рассмеявшись, подскочила к нему, пихнула в бок и озорно сказала:

– О? Так у братца Е Сяо и правда все еще нет девушки?

– А ты послана старым деканом, чтобы следить за мной? – Е Сяо улыбнулся и погладил ее по голове.

– Ты же знаешь, что старый декан беспокоится о тебе, – Линдан заморгала в притворных слезах.

– Кстати, как ты вошла? Я же поменял замок.

– О, домовладелец мне открыл. Сказала, что я твоя сестра. – Девушка подтолкнула его к столу, – ты, должно быть, голоден. Подожди немного, я посмотрю, готов ли рис. И могу сделать суп, какой хочешь: овощной или гороховый?

– Э, суп не надо. А рис давай… Эй, девчушка! – Прежде чем он успел договорить, сестра уже скакала по кухне, радостно напевая какую-то поп-песню.

Он не сдержал ухмылки, как вдруг заметил в углу спортивную сумку.

– Эй, ты собираешься остаться тут на ночь?

– Да, и не только сегодня, но на весь следующий месяц. – Девушка высунулась из кухни с ложкой в руках и скорчила гримасу.

– А почему? Разве в университете позакрывали общежития? – Е Сяо посмотрел на нее с удивлением.

– С сегодняшнего дня начинаются зимние каникулы, а в общежитии никого нет. Я не хочу оставаться там одна! – Линдан обиженно надула губы.

Е Сяо растерялся.

Хотя еще один человек в доме не помешает, однако стройная девушка перед ним – это не та малютка из приюта, которая следовала за ним по пятам, плача и требуя конфет. Жить двум одиноким мужчине и женщине в одной квартире как-то странно.

– Э-э-э…

– Пожалуйста, братец Е Сяо, я буду вести себя хорошо и не причиню никаких неудобств. Просто разреши мне остаться тут на месяц? – Линдан говорила жалобно и смотрела на него выжидающе.

Е Сяо был побежден и тяжело вздохнул.

– Хорошо, но только на месяц. После окончания каникул вернешься в общежитие.

– Ты не против, да?

– Ты с собой вещи привезла уже, как я могу быть против?

– О да! Братец Е Сяо лучше всех! – Девушка запрыгала по квартире, размахивая ложкой.

– Ну что за девчонка! – Е Сяо покачал головой.

А когда она принесла кастрюлю с недоваренным рисов, смеяться больше не хотелось. Он вдруг понял, что, скорее всего, весь следующий месяц он будет питаться сырым рисом.

После безвкусного ужина Е Сяо почувствовал дискомфорт в животе.

Посреди ночи Линдан заняла его кровать и беззаботно уснула, а Е Сяо ворочался, свернувшись калачиком на диване, и держался за ноющий живот.

– Так и знал, что ничего хорошего не выйдет… – Он поморщился и медленно закрыл глаза, как вдруг внезапно зазвонил телефон, напугав его. Звонили из полиции.

Экстренный вызов посреди ночи не сулит ничего доброго.

Он принял вызов, но в трубке послышалось лишь короткое предложение.

– Нашли вторую жертву.

– Где?

– Улица М., дом 7, район Т.

– Понял, выезжаю.

Договорив, он схватил пальто и выскочил из дома. Прибыв на место, было полтретьего ночи. Темно и туманно.

После сильного дождя на улицах и в переулках, окутанных сумеречной темнотой, было тихо, как во сне, видны лишь красно-синие мерцающие огни двух полицейских машин.

Е Сяо закутался в пальто, переступил через желтую ограничительную ленту и заметил Су My, выходящего из узкого переулка с мрачным лицом.

– Что случилось?

– Мы имеем дело с серией убийств. – Су My указал на проулок. – Это девушка с перерезанными венами на правой руке, брошенная в этом переулке.

С этими словами он поднял кровавый пакетик для улик.

Е Сяо присмотрелся и нахмурился.

– Еще одна роза?

– Да, на этот раз голубая. – Су My передал сумку с уликами судмедэкспертам.

Е Сяо шагнул вперед.

– Что на этот раз отсутствует у жертвы? – прошептал он.

– Зубы.

– Зубы? – Е Сяо удивился. Он не ожидал, что убийца окажется настолько ненормальным, что захочет забрать в свою коллекцию зубы.

– Лицо жертвы разрезано по горизонтали через рот, вся нижняя челюсть отсутствовала. – Су My пояснял, жестикулируя. – Затем зубы вырывались один за другим чем-то острым.

– Ай-яй, даже слушать об этом причиняет боль. – Е Сяо вздрогнул. – Время смерти?

– К счастью, пострадавшую нашли вовремя. Она в коме и неизвестно, очнется ли. Ее отправили в больницу. – Су My указал на женщину, стоявшую неподалеку. – Она первая, кто обнаружил пострадавшую.

Женщина курила, прислонившись к стене. На ее веках были сиреневые тени. Она нехотя взглянула на полицейских. Посреди зимы она была одета в короткую юбку выше колен и роскошную шубку. Издалека чувствовался сильный запах дешевых духов. Это был не первый раз, когда Е Сяо видел подобную женщину.

– Проститутка? – тихо спросил он.

– Да, случайно увидела пострадавшую по дороге к клиенту и позвонила в полицию.

– Ага… Она видела убийцу?

– Нет, но… – Су My замялся. – Если жертва очнется, то, возможно, она раскроет лицо нападавшего.

– Как жаль. – Е Сяо вздохнул. – для такой юной девушки такой серьезный шок. Даже если она очнется, может потерять рассудок.

Су My опустил голову, медленно снял перчатки.

– Она единственный человек, который видел убийцу. Неважно, в здравом уме или нет, лишь бы очнулась. Если это случится, то нужно сразу же взять показания. У нас нет времени ждать, вскоре можем обнаружить и третью жертву. – Голос Су My был низким и лишенным всякого сострадания, заставляющий людей трепетать.

Е Сяо почувствовал себя неуютно, но возражать не стал. Он знал, что Су My такой и не мог бы изменить его, даже если бы захотел.

* * *

Неделю спустя 24-летняя жертва Мяо Жосюэ чудом пришла в себя, но слова Е Сяо оказались пророческими. Эмоциональное состояние девушки было нестабильным: из-за пережитого страха она целыми днями рыдала или кричала и бросалась вещами. Когда Е Сяо зашел в палату, он чуть не получил по голове термосом, который она швырнула в него. Медсестры не могли ничего сделать, увеличивать дозу успокоительного было уже некуда, а мать девушки лишь тихонько плакала.

Мяо Жосюэ была из неполной семьи, и мать с дочерью зависели друг от друга. Девушка закончила медицинский колледж и работала ассистентом в частной стоматологической клинике. Жизнь у нее была стабильной, ничто не предвещало подобной катастрофы.

Е Сяо показал ей свое полицейское удостоверение, но прежде чем он смог что-то сказать, его остановила медсестра.

– Прошу прощения, господа полицейские. Текущее состояние пациентки не позволяет ей давать показания. Могли бы вы прийти в другой день?

– Другой день? – Су My поднял брови, искоса посмотрел на нее. – Если за это время появятся другие жертвы, возьмете на себя ответственность за них?

– Я… – Медсестра потеряла дар речи, напуганная холодной аурой Су My.

– Эй… повежливее чутка, – остановил его Е Сяо в попытках сгладить ситуацию. – Не дави на нее, она говорит, как есть.

Су My взглянул на него и ничего не сказал.

– Можете вы уделить мне две минуты? – обратился Е Сяо к матери Жосюэ и недовольной медсестре. – Всего две минуты. Больше не нужно. Мы лишь хотим, чтобы она опознала одного человека.

Седая женщина посмотрела на свою дочь на больничной койке и, взвесив все про себя, молча кивнула. Е Сяо, не торопясь, подошел к девушке.

Она была примерно того же возраста, что и Линдан, в самом расцвете юности, однако сейчас она больше напоминала цветок, который вот-вот увянет. Она лежала изможденная, закрыв глаза, не желая ни с кем разговаривать. Фактически, говорить она и не могла, так как все, что ниже ее носа было замотано бинтами. Кроме того, и ее голова зафиксирована на каркасе. Для приема пищи из ее рта шла тонкая трубочка.

– Жосюэ, – тихо позвал ее Е Сяо. Девушка оставалась неподвижной. – Жосюэ, я знаю, что ты чувствуешь себя очень некомфортно, но не волнуйся, больше никто не причинит тебе вреда. Мы защитим тебя, больше не о чем беспокоиться. Твоя мама и друзья, мы все здесь ради тебя.

Мама девушки тихо заплакала от теплых слов Е Сяо, но Жосюэ упрямо молчала, закрыв глаза.

– Жосюэ, можешь ли ты мне сказать, видела ли ты лицо преступника?

Девушка внезапно замахала руками, как сумасшедшая, и истошно завыла. Она открыла свои залитые кровью глаза и отчаянно качала головой.

– Мне очень жаль, господа полицейские, но пациентка сейчас крайне нестабильна. Прошу вас, уходите.

Медсестра, стоявшая рядом, не смогла больше это выносить, однако прежде чем она успела сделать хоть шаг, Е Сяо внезапно наклонился и обнял Жосюэ, которая билась в истерике.

– Не бойся, все уже закончилось. Будь смелой! Я обещаю, мы поймаем и привлечем к ответственности того, кто сотворил с тобой такое. Но сейчас мне нужна твоя помощь.

Воодушевленная его словами девушка еще некоторое время боролась и наконец успокоилась. Она подняла глаза полные слез и посмотрела на полицейского перед ней.

Е Сяо аккуратно убрал волосы, упавшие ей на лицо.

– Не бойся, скажи, ты видела лицо нападавшего в тот день, так?

Она оцепенела, на уголках ее глаз выступили слезы, а потом кивнула. Е Сяо вытер ей слезы и обернулся к Су My.

Тот достал из кармана сложенный лист бумаги, на котором был черно-белый портрет мужчины средних лет. Этим мужчиной был никто иной, как Шэнь Гочжун, который был казнен сорок девять лет назад. Конечно, присутствующие в палате не знали этого, иначе решили бы, что два детектива сошли с ума.

Все, затаив дыхание, посмотрели на Мяо Жосюэ. Палата погрузилась в тишину.

Лицо Жосюэ выглядело уставшим. Она внимательно рассматривала фотографию мужчины, так долго, что все уже готовы были задаться вопросом, не забыла ли она, о чем ее попросили, как тут она отрицательно мотнула головой.

– Посмотри, неужели это не тот человек? – Су My нахмурился, выглядя при этом удивленным, будто спрашивая себя, не солгала ли жертва. Однако у Мяо Жосюэ не было причин выгораживать преступника.

Е Сяо с беспокойством переспросил.

– Жосюэ, ты абсолютно уверена, что это не он?

Девушка посмотрела на него и на этот раз уверенно покачала головой.

Е Сяо и Су My переглянулись, и на их лицах отразилась задумчивость.

Глава_03. У Чан

Тусклый горящие свечи освещали сгорбленный силуэт мужчины, пережившего многое.

Он с трудом склонился над гробом со странно-счастливой улыбкой на лице.

– Вэйвэй, папа здесь. – Он осторожно прикоснулся к гробу перед собой, и каждый раз, когда касался его, под пальцами оставался тонкий кровавый след. В воздухе стоял сильный рыбный запах, а грязная вода на полу поблескивала кровью.

Недалеко по полу были разбросаны окровавленный скальпели, плоскогубцы, пинцеты и обломки инструментов, а стоявший рядом металлический крест был обмотан пеньковой веревкой, с одного конца которой капля за каплей стекала кровь, падая в воду с тихим «кап-кап»…

– Вэйвэй, давай, скажи «папа». – Он скривил обветренные губы в улыбке, посмотрев на гроб.

Пауза затянулась, пока наконец не раздался тихий голос.

– Папа, папа…

– Да, Вэйвэй, все правильно! Это папа, папа! – Он взволнованно похлопал себя по груди, но тут его восторг был прерван девичьим голосом.

– Нет, это, кажется, не папин голос…

Он ошеломленно покачал головой.

– Как же так? Вэйвэй, послушай внимательно, почему ты говоришь, я не твой папа? Папа здесь, папа Вэйвэй здесь…

– Нет, голос папы звучит не так…

– Вэйвэй, я правда твой отец! Ты еще помнишь, как ты любила розы в детстве, потому что они были похожи на твое имя, поэтому твой папа часто водил тебя в цветочный магазин по выходным, чтобы купить разноцветных цветов. Были красные, голубые, сиреневые. Я помню, что сиреневые были самыми любимыми у Вэйвэй. На каждый день рождение Вэйвэй папа покупал тебе большой букет сиреневых роз. Ты помнишь?

В гробу было тихо. Спустя некоторое время раздался нерешительный вопрос:

– Ты… правда мой отец?

– Ну, конечно!

Он энергично закивал головой и собирался вытереть слезы с глаз, как вдруг почувствовал холод на тыльной стороне ладони.

Из гроба высунулась маленькая бледная рука. Тонкая, кожа да кости, а пальцы были словно веточки – горстка безжизненных костей.

Она медленно коснулась тыльной стороны его ладони. Прикосновение было холодным, как лед, но тонкие пальцы оказались неожиданно сильными, подобно металлическим щипцам.

– Папа… – тихо позвала она. – Вэйвэй любит папу больше всех на свете.

– Ах, папа тоже очень любит Вэйвэй! – Улыбнулся он со слезами на глазах, крепко сжав в ответ стылую руку, и приложил ее к своей щеке.

* * *

Если напавший не отец Шэнь Вэй, Шэнь Гочжун, тогда кто он? Почему он подражает методам Гочжуна в убийствах? Что означает окровавленные розы, оставленная рядом с жертвами?

Е Сяо был озадачен этими вопросами. Хоть в нем не особо отзывалась теория о восставших мертвецах, теперь даже показания Жосюэ подтвердили, что это не более, чем выдумка Су My. Просто одно из предположений.

В тот день после работы Е Сяо и Су My сидели в ресторане западной кухни за столиком у окна. На улице было пасмурное и серое небо, как и лицо Су My в тот момент. Он, держа приборы в руках, мрачно смотрел на Е Сяо. Если бы он захотел, то запросто налетел на Е Сяо и прирезал его столовым ножом за чавканье.

Иногда непробиваемость и невосприимчивость можно считать талантом. Например, когда, сидя в приличном западном ресторане, он чавкал купленными на улице гамбургерами так, будто находился в безлюдном переулке, и время от времени его лицо сияло блаженством.

– Ну, этот стейк-бургер из нового меню того сетевого магазина. Он очень вкусный… мгм… мгм… намного лучше, чем еда, приготовленная той малявкой дома. Мгм… мгм… я лучше пойду. Но, прежде чем уйду, я поем, иначе меня опять будет мучить несварение…

Су My понятия не имел, о чем говорит его напарник, но он потерял всякий аппетит просто от взгляда на него.

Он отложил приборы и угрюмо сказал:

– С тех пор, как мы стали напарниками, спокойно поесть стало роскошью.

– А? Ты что-то сказал? – Е Сяо поднял голову и широко улыбнулся. В уголке его губ осталась небольшая капля кетчупа. Он высунул язык и слизнул ее, а затем перевел взгляд на тарелку Су My и бесцеремонно спросил: – Ты уже доел? Можешь отдать мне этот толстый кусок сыра, хочу добавить его к себе. – Он указал на недоеденный бургер.

На лицо Су My опустилась тьма.

– Хорошо, – ухмыльнулся он. – Но ты должен обменять его на кусок стейка.

– Обмен? – Е Сяо опустил голову и посмотрел на восхитительный кусок стейка, зажатый между двумя кусочками булки, и тут же покачал головой и закатил глаза. – Не буду меняться. Это нечестно. Забудь, не нужен мне твой сыр.

– А ты думал тебе что-то просто так достанется? Ждешь манны небесной? – Су My в ответ также закатил глаза и прикусил себе язык. «Зачем я последовал примеру этого идиота и вступил с ним в этот бессмысленный диалог?»

– Ну, что будешь делать дальше? – жуя, спросил Е Сяо.

– Делать дальше?

– А как же, кое-кто опроверг твою далекую от реальности идею. Убийца не казненный сорок девять лет назад Шэнь Гочжун. В каком направлении будет двигаться расследование?

Лицо Су My, казалось, покрылось коркой льда. Он сделал глоток лимонада и промолчал.

– Что ж, не расстраивайся. Все мы совершаем ошибки. Нужно просто признать это и двигаться дальше. – Е Сяо улыбнулся пораженному Су My и спросил: – Кстати, что там с портретом нападавшего?

Поскольку Мяо Жосюэ не подтвердила, что нападавшим был Шэнь Гочжун, полиция предложила нарисовать портрет преступника на основе слов свидетеля. Жосюэ не могла говорить и могла лишь посредством кивков или покачиваний головой отвечать на вопросы о внешнем виде нападавшего. Потребовалось немало времени, чтобы завершить портрет.

– Он готов, я сегодня утром получил его. – Су My взболтнул лимонад, наблюдая за ломтиком лимона в стакане, и выглядел удрученным.

– Закончен? А что ж ты мне раньше не сказал! – Е Сяо наклонился вперед и нетерпеливо поинтересовался: – Ну как? Как выглядит убийца?

Су My поднял на него взгляд и достал из кармана сложенный лист бумаги.

– Это лицо обычного мужчины средних лет. Таких полным-полно на улицах. У него нет каких-то внешних примечательных черт. Выглядит трусовато, совсем не походит на отпетого преступника.

– А ты когда-нибудь видел преступника с надписью: «Я убийца» на лбу?

Су My поперхнулся.

Е Сяо наклонил голову к портрету, заталкивая в рот остатки гамбургера, затем без спросу выхватил у Су My лимонад и в один большой глоток выпил его до дна. Счастливо отрыгнув, он спросил:

– Вы нашли, кто это? Чем он занимается?

– Ничего. Обычный человек, – ответил Су My, закрыл глаза и усталым голосом продолжил: – Его зовут У Чан, мужчина, сорок лет, бывший разработчик игрового программного обеспечения W Group.

– Бывший?

– Да, его уволили три месяца назад. – Парень откинулся на спинку стула, скрестив ноги. – А два года назад его жена с дочерью бросила его и ушла к другому мужчине.

– Похоже на жизнь Шэнь Гочжуна, – нахмурился Е Сяо. – Человек необычайного «везения». Сначала он потерял жену и дочь, а затем и работу. Судимость?

– Нет, чист как вода.

– Хм… с таким лицом выглядит обычным дядюшкой. – Е Сяо поскреб подбородок. – А сейчас? Где он сейчас?

– Неизвестно.

– Бежит из-за страха правосудия?

– А кто знает, может прячется в темном углу и планирует третье убийство. – Су My пожал плечами и подозвал официанта оплатить счет.

Е Сяо все еще сидел, глядя на мужчину на портрете.

Кажется невероятным: как может обычный мужчина средних лет, следовавший правилам, в одночасье стать настоящим маньяком, убившим двух человек? Более того, У Чан – инженер и никогда не изучал медицину. Как он мог настолько тонко срезать человеческую кожу? И что означает эта роза? Может ли человек на портрете быть одержимым духом Шэнь Гочжуна?

Подумав об этом, Е Сяо покачал головой. Почему я, убежденный скептик и атеист, проведя столько времени с Су My, вдруг начал сомневаться?

– Что смешного? – Су My посмотрел на него.

– Ничего.

Е Сяо встал, надел пальто и с улыбкой спросил:

– Сдача осталась? Можешь купить мне содовую?

Су My не изменился в лице.

– Сначала деньги мне верни. – Су My, усмехнувшись, вышел из ресторана.

Е Сяо опешил. Глядя в спину напарнику, он почесал затылок и пробормотал: «Ну и скряга».

* * *

На следующее утро они приехали к дому У Чана.

Это был самый обыкновенный старый шестиэтажный дом. Квартира У Чана находится на втором этаже. Полицейские поднялись по лестнице на этаж. У довольно грязной двери был установлен круглый старомодный звонок, который вместо обычного пронзительного перезвона, трещит как селезень.

На долгий звонок никто не открыл дверь.

– Похоже, У Чан действительно живет один, – покачал головой Е Сяо. – Вариантов нет, надо получить ордер на обыск и вернуться в другой день.

После этих слов они вдруг услышали щелчок дверного замка, и дверь открылась.

– Чего шумите? Кого-то ищете?

За дверью показался мужчина лет тридцати в мятой пижаме, приглаживающий растрепанные волосы и зевая, нетерпеливо рассматривал двух незваных гостей перед собой.

Очевидно, они разбудили его, хотя уже было далеко за полдень.

– Здравствуйте, мы из полиции. – Е Сяо показал удостоверение.

– Что? Из полиции?

На мужчину будто вылили ушат холодной воды. Он окончательно проснулся, протер глаза и уставился на удостоверение. После секундной заминки он резко схватил ручку двери и молниеносно дернул закрыть ее.

К счастью, Е Сяо успел среагировать быстрее, чем он. Он заблокировал дверь и протиснул тело внутрь.

– Если не откроете, я имею право обвинить вас в препятствовании правосудию.

Лицо мужчины изменилось, и он отпустил дверь. Та с грохотом ударилась о стену позади Е Сяо, что тот чуть сам не упал на пол. Подняв раздраженный взгляд, Е Сяо заметил, что У Чан бежит через гостиную на балкон и спрыгнул.

– Стой!

Су My бросился за ним и, перегнувшись через ограждение, спрыгнул вниз.

Е Сяо прибежал на балкон и удивленно посмотрел вниз.

– Придурок, что ты делаешь? Жить расхотел? – И в следующую секунду, стиснув зубы, прыгнул со второго этажа.

По оживленной улице как сумасшедший бежал мужчина, а двое гнались за ним. Он преследовали его через несколько перекрестков, пока наконец в укромном проулке они его не схватили.

– Не гонитесь… Я… больше не могу…

Мужчина обессиленно рухнул на кучу мусора. Тапки он потерял где-то по пути. Красный от бега он тяжело дышал.

Су My схватил его за воротник и грозно посмотрел на него. Мужчина спешно поднял руки.

– Простите, виноват, виноват… Все украденные вещи у меня дома, я еще ничего не продал…

– Украденные вещи? – Е Сяо растерялся и переглянулся с Су My.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В имени «Шэнь Вэй» используется иероглиф 薇 (wei), который также используется в слове «роза» – 蔷薇.

Вернуться

2

Блюдо китайской кухни, представляющее собой тушеные помидоры со взбитым яйцом.

Вернуться

3

Девушка-улитка – персонаж китайской мифологии. Обычно это прекрасная девушка, которая превращается в улитку. Она добра, умна и талантлива. Ее образ используют для описания девушек со схожими качествами.

Вернуться