Анастасия Пырченкова
Люби меня, девочка

Глава 1

Громкие басы клубной музыки отдавались привычной дрожью во всем теле. Дым сладкого кальяна перемешался с запахами многочисленной толпы. Ароматы кружили по помещению, опьяняя хлеще коктейлей, которые я разносила посетителям шестой час подряд без единой минутки на отдых. Народа сегодня собралось очень много, не присесть лишний раз. Так что, скорее всего, это меня от усталости так шатало. До кучи неподалеку завязалась драка между двумя парнями, привлекая всеобщее внимание. Мое в том числе. Судя по крикам девушки, стоявшей рядом, потасовка случилась из-за нее.

И где только охрана ходит?

Наверняка опять перекур себе устроили.

И зря я отвлеклась, потому что не заметила идущего навстречу мужчину, врезавшись в него на всем ходу. Сильная рука обвила талию, помогая сохранить равновесие. Мне. Не подносу с его содержимым. И теперь я с ужасом смотрела, как по белой ткани расплывается розовое пятно от недопитого клубничного «Дайкири» одной из ушедших посетительниц.

Вот черт!

Подняла взгляд вверх и чуть повторно не выругалась уже вслух.

Мне хана.

И дело не в том, что исходящая от застывшего передо мной брюнета угроза чувствовалась на интуитивном уровне, отчего в животе все в тугой узел скручивало. Просто взгляд его глаз – прозрачно-голубых, похожих на безоблачное небо в утренние часы, когда оно еще совсем светлое, без глубинной синевы, холодных и колких, как ледяные вершины гор, – был направлен на меня так, будто я не одежду их обладателя испачкала, а как минимум любимую собаку пристрелила. Мрачно. Зло. Многообещающе.

– Ну и что мы будем с этим делать? – поинтересовался незнакомец делано безразличным тоном, хотя едва ли так оно и было.

– Простите, – повинилась я, поджав губы. – Я не хотела. Я вас не заметила.

– Я так и понял, – кивнул он, со скучающим видом осматривая барную зону клуба. – Но ты не ответила на вопрос. Как будешь расплачиваться за свою неуклюжесть?

Судя по тому, как заметно росло напряжение в его паху, которым он вжимался в мои бедра, ответ очевиден, но я как-то не рвалась расплачиваться за свой промах таким образом. Пусть даже мужчина и выглядел как чертов бог.

– А сколько стоит? – поинтересовалась ответно, продолжая рассматривать его снизу вверх.

Действительно красивый. Но не той смазливой красотой, что так влечет молодых дурочек вроде меня, а настоящей мужской суровостью. По виду лет тридцати-тридцати пяти. Возможно, имеет кавказские корни. Не уверена. Смуглая кожа, короткие, вьющиеся черные волосы, квадратный подбородок, пухлые губы, изогнутые в усмешке, нос с горбинкой. Только вот глаза светлые, которые на контрасте с темными бровями и ресницами выглядят ярче, чем могли бы, имей он славянскую внешность.

– Нравлюсь? – поинтересовался, отметив мое пристальное внимание.

Я невольно смутилась. И правда ведь засмотрелась.

– Вы красивый. Но, думаю, и сами это знаете, – произнесла ровным голосом, несмотря на бушевавшие эмоции.

Незнакомец кивнул, соглашаясь, а руки на моей талии сжались куда крепче. Это вернуло меня к изначальному.

– Так сколько? – повторила свой вопрос, кивнув на рубашку.

– Скажем так, – заговорил он с паузами, – ты столько не стоишь.

Вот тут я откровенно прифигела.

– Не стою? – переспросила недоверчиво.

Он за кого меня принимает?!

Хам!

– С учетом, что моя рубашка подороже твоих украшений будет, – свободной рукой аккуратно убрал с щеки светлые пряди моих волос, тронув золотые серьги-гвоздики, украшенные небольшими бриллиантами.

Кто бы сомневался…

Но эта мысль затерялась в неожиданно накрывших меня ощущениях. Тепло его пальцев, задевающих кожу шеи, внезапно вызвало толпу приятных мурашек. Так неожиданно и ярко, что я передернула плечами, в надежде избавиться от странного ощущения.

Не помогло.

Тепло прикосновения будто впиталось в кожу, оставшись на ней невидимым отпечатком. Не стереть.

– Вообще тогда не понимаю, зачем такому состоятельному мужчине приходить в какой-то клуб, когда можно спокойно сидеть в ресторане и распивать дорогущее вино. Там уж на вас точно никто ничего не пролил бы, – заметила грубее, чем собиралась, недовольная собственной реакцией на такую близость.

Брюнет показательно тяжело вздохнул.

– Болтливая ты. Не по делу. Так и быть, наказание выберу сам.

– Наказание? Какое еще наказание? – опешила.

– За неуклюжесть, – охотно пояснил он.

Чего?!

– А не пошли бы вы!..

Сказала и заткнулась. Ну, просто сложно что-то говорить, когда тебе пережимают горло. Больше на лице мужчины не было ни намека на веселость или предвкушение – сплошная стужа.

Мысленно отругала себя за несдержанность, вслух же промолчала. Да и говорить я по-прежнему не могла.

– Сама виновата, – бросил непонятную фразу брюнет, прежде чем отпустить меня, после чего развернулся и ушел, шустро скрывшись в толпе развлекающейся молодежи.

Вот же сволочь!

Я смотрела вслед наглецу, шумно восстанавливая дыхание, и мысленно ответно его душила. Хотя мой недостаток кислорода никак не был связан с его хваткой.

Все дело в ауре.

Она подавляла. Вынуждала затаиться и сделать, как он говорит, лишь бы не навлекать на себя его гнев.

Наверняка другие так и поступают. Это я… вечно не могу промолчать, когда надо. Повезло, что обошлось, а то ведь кто знает, чем бы для меня закончилась наша стычка в ином случае. Едва ли чем-то хорошим. Хотя он и сейчас способен мне отомстить, написав на меня жалобу руководству клуба. Но не бежать же за ним теперь, вымаливая прощение, стоя перед ним на коленях? Нет уж, работа мне, конечно, нужна, но не настолько, чтобы позволять всяким уродам себя унижать.

Именно поэтому я отвернулась и продолжила заниматься своим делом. А к концу смены и думать забыла о бессовестном незнакомце.

Да и как тут о ком-то помнить, когда что ни час, то какая-нибудь катастрофа обязательно случается?

То там подерутся, то тут разобьют посуду и нужно срочно убрать осколки, пока никто не поранился, но вот беда, кто-то да обязательно порежется из-за своего стремления помочь, и приходится ко всему прочему еще и за болезными ухаживать. Почувствуй себя воспитательницей во взрослом детском саду, что говорится. Так что из клуба я не выходила под утро – медленно спускалась по ступеням, держать за поручень. Хорошо хоть переодеваться пришлось в простое платье. На джинсы и прочую одежду с пуговицами меня бы точно не хватило после такой смены. Пошла бы в рабочей униформе. А так нацепила сарафан и куртку поверх, собрала свои светлые волосы в хвост на затылке, поправила макияж, чтобы не пугать народ потекшим макияжем вокруг серых глаз с утра пораньше, и потопала вперед.

– Хорошо, что впереди два выходных, а то не представляю, как бы я выдержала такое еще одну ночь подряд, – простонала шедшая рядом напарница Лена, которая как раз забила на все и не стала переодеваться, оставшись в рабочих черных шортах и того же цвета жилете поверх белой блузки.

Я на ее слова только слабо улыбнулась.

Потому что представляла.

Мне она как раз и светила.

– Ладно, до встречи, – бросила девушка, сворачивая налево.

– Ага, пока, – отозвалась я негромко, в душе завидуя тому, что в отличие от меня ей никуда не нужно было ехать.

Жила Лена всего в паре остановок от клуба – совсем рядом. Не то что я – ехать аж в другой район. Печально вздохнув, поплелась в сторону остановки.

Не дошла.

На локте сомкнулись чужие пальцы через пять шагов, вынудив замереть на месте.

Душа в пятки убежала…

И назад я оборачивалась медленно и осторожно.

– Мать вашу! – выругалась облегченно, поняв, кто решил меня задержать. – Вы совсем, что ли?! Чуть сердце не остановилось! – приложила свободную ладонь к груди, где испуганный орган бился запредельно быстро.

На мои слова мужчина выгнул бровь и холодно ухмыльнулся.

– По сторонам смотреть надо, – отозвался безразлично.

Мысленно скривилась.

И не только в правоте его слов дело. Сам факт того, что он меня ждал…

Неужели и правда так сильно расстроился из-за пятна на рубашке?

Настолько, что решил стребовать компенсацию…

К слову, белая ткань радовала глаза девственной чистотой. Брюнет явно успел где-то переодеться. Но не успокоиться. Вон с какой порочной насмешкой разглядывал меня. Стало совсем не по себе.

– Идем-ка, прокатимся, – потянул он меня за локоть в сторону стоящего неподалеку черного седана немецкого производства.

Ага, конечно!

Я на дуру похожа, садиться к нему в машину?

После всего…

– Спасибо, мне и на автобусе неплохо катается, – отказалась как можно вежливее, чтобы не провоцировать, оставшись пребывать на прежнем месте.

– Я разве спрашивал, на чем тебе удобно кататься? – уточнил холодно мужчина. – Ты поедешь со мной, девочка, и это не обсуждается, – добавил вкрадчиво.

И прежде чем я нашлась со словами на такое наглое заявление, вновь потянул меня за собой. На этот раз сильнее, без возможности избежать навязанной участи.

– Эй, мужик, ты чего творишь? А ну отпусти меня! – потребовала, дернувшись в сторону. – Сейчас же!

Помогло это… никак.

Да что ж за такое?!

Сперва хамит, затем угрожает, после чего вовсе похищает.

Псих ненормальный!

– Мужик, ты глухой что ли? Пусти меня, кому говорю! – повторила попытку вырваться, пуская в ход еще и ноги, пока он не засунул меня в салон и не запер в нем. – Да пусти ты меня! Пусти! Я с тобой никуда не пойду! Я кричать буду! Здесь камеры повсюду!

Брюнет опять проигнорировал.

А раз так…

Моему крику могли позавидовать лучшие актрисы жанра ужастиков. Вот только едва ли кто-то из редких прохожих среагировал на мою выходку. А все потому, что:

– Жена. Напилась, вот, домой пытаюсь увезти, – заявил мой похититель в качестве оправдания.

Чего?!

– Ты совсем что ли? – опешила я, пнув его в бок. – Какая я тебе жена? Я тебя впервые вижу, мудила!

Брюнет с виноватой улыбкой перехватил мою ногу и развел свободной рукой в сторону. Мол, видите? И самое страшное, все поверили! Ему! Не мне! Посочувствовали тоже исключительно ему! И продолжили свой путь.

Нормально вообще?!

– Сволочи! – крикнула последним, перед тем как меня все-таки заперли в машине.

Глухой щелчок подсказал, что бежать бесполезно, двери заблокированы, хотя я все же попыталась их открыть. Дергала и дергала ручки поочередно обеих дверей, но те так и не поддались.

Гадство!

– Пристегнись, – коротко бросил мой похититель, усевшись за руль, и завел двигатель.

– Куда ты меня везешь? Что тебе от меня нужно? – закидала его новыми вопросами, вынужденно сдавшись и приняв тот факт, что мне отсюда не выбраться. – Да отдам я тебе деньги за твою рубашку, раз тебе это так принципиально!

И опять ответом мне стала тишина.

Издевается он так что ли?

– Ну, пожалуйста. Я тебя очень прошу. Ну отпусти меня, а? Я никому ничего не скажу, честное слово.

Даже не врала, с учетом, что мне особо и некому говорить. А вот мой похититель не проникся моими плаксивыми обещаниями. Промолчал. Опять.

– Да скажи ты уже хоть что-нибудь, скотина бесчувственная! – не сдержалась и ударила кулаком по чужому плечу.

– Продолжишь орать, поедешь в багажнике, – донеслось от него в очередном предупреждении. – Продолжишь руки распускать, поедешь в багажнике. Продолжишь еще как-то мне надоедать…

– Поеду в багажнике, – закончила я за него. – Я поняла.

Тот на мои слова едва заметно ухмыльнулся. Мне же ничего не оставалось, как откинуться спиной на сиденье и ждать, что будет дальше. Не убивать же себя в самом деле, вмешиваясь в его вождение? Возможно, что и не все так страшно, как я себе надумала. Может мужику просто одиноко и хочется, чтобы кто-то составил компанию, пока он по городу катается? Мало ли…

В общем, успокаивала себя, как могла.

А пунктом назначения стала подземная парковка одного из элитных домов в центре.

Ой, мама…

Глава 2

Мой похититель все также без слов вытащил меня наружу. И ладно бы просто вытащил, так сумочку отобрал, закинул обратно в салон, там и запер ее, после чего повел вкрай офигевшую меня к лифтам.

– То есть украл, притащил неизвестно куда, так еще и личных вещей лишил? Да что тебе надо от меня?

Промолчал. И пальцы на моей руке сильнее сжал.

Ну, ладно. Подождем. Возможно, на этаже получится криками внимание соседей привлечь.

Как только створки одного из них раскрылись, мужчина втолкнул меня внутрь без особых церемоний, нажал кнопку самого последнего этажа и застыл изваянием, продолжая удерживать за локоть. Минутный подъем сменился очередным толчком в спину. Пробежав несколько шагов вперед, я с трудом, но обрела равновесие.

– А можно аккуратнее? – возмутилась такому обращению.

И снова в ответ опостылевшая тишина.

А еще с соседями вышел облом.

Потому что не было здесь никаких соседей.

Лифт привез нас в самый настоящий пентхаус. Огромная квартира в два этажа, выдержанная в стиле минимализма и в основном бежевых тонах, не считая темных акцентов в виде барной стойки, разграничивающей кухню и гостиную, дивана, камина и штор. Я такое раньше только на картинках в интернете видела.

Мужчина обошел меня и прошел вглубь, на ходу стаскивая с себя пиджак. Его же и кинул на спинку углового и огромного по своим размерам дивана, направившись к небольшому столику у панорамного окна. Взял стоящий на нем графин с янтарным содержимым и налил его в рядом стоящий пузатый бокал, принявшись цедить содержимое, глядя на рассветную панораму за стеклом.

Точно издевается.

– Зачем мы здесь? Что ты намерен делать? – уточнила с осторожностью, покосившись на закрытые двери лифта.

Едва ли у меня получится им воспользоваться. А карта, запускающая движение кабины, у мужчины в кармане брюк. Тоже не достать. По крайней мере не так просто. И умудрилась же я столкнуться именно с ним. Будто мне проблем мало.

А он все молчит и молчит…

Злит и пугает одновременно меня этим своим безразличием.

Уж лучше бы просто сказал, что решил изнасиловать и приказал раздеваться. Все лучше, чем так… непонятно как.

Но нет. Смотрит в свое окно, стоя спиной ко мне, и вообще будто забыл о моем присутствии.

Зачем тогда притащил к себе, спрашивается?

Поиздеваться?

Напугать?

Если да, то у него получилось.

– Если тебе от меня ничего не нужно, то открой чертову дверь, я уйду! – фактически потребовала.

Бесполезно.

Только подлил себе еще алкоголя в бокал.

И тут во мне что-то перемкнуло.

Вместе с его новым глотком и очередным игнорированием моей персоны.

– Хватит молчать! – не выдержала, подошла к нему ближе и за плечо развернула к себе лицом. – Чего ты хочешь от меня? Зачем привез сюда? Не для того же, чтобы отвернуться и забыть? Так скажи прямо, что мне нужно сделать, чтобы получить свободу. Или отпусти и оставь меня в покое, – выдала вслух все свои мысли разом, глядя ему в глаза.

Красивые. Но холодные. До мурашек по всей коже. Заставляющие чувствовать себя маленькой и никчемной. Захотелось обнять себя руками. Едва сдержалась. Так сильно давила его аура. А может все дело все в том же молчании. Оно такое… говорящее, что ли. Когда тишина громче слов. Вот только я не понимала, что в ней кроется. И не уверена, что хотела бы знать. Пусть бы просто отпустил и больше не появлялся в моей жизни никогда.

Еще одна моя пустая надежда…

– Нет, – донеслось от него негромкое.

Коротко и емко. И опять ни черта не понятно. Что напрягает больше прежнего.

– Почему?

– Потому что не хочу, – то ли утверждение, то ли вопрос.

– Да ты издеваешься что ли? – возмутилась. – Ладно, хочешь, я застираю тебе это пятно? – предложила альтернативу. – Или и правда заплачу за новую рубашку. Какую выберешь.

Как по мне, вполне нормальное такое предложение. На которое мне стала все та же тишина. Мужчина скользил по мне своим необыкновенным взором, и кажется, не слышал меня, пребывая в каких-то своих мыслях. И чем дольше смотрел, тем более тошно мне становилось. И страшно. Вдруг и правда заставит натурой платить за свою неосторожность? Ну нет, не надо мне такого!

– Да хватит ты молчать! – сорвалась на крик. – Неужели так сложно просто сказать, что к чему? Зачем я здесь? Что тебе от меня нужно? – повторила ранние вопросы.

Ответом мне стал очередной глоток янтарного напитка.

И это стало последней каплей для моих расшатанных за ночь нервов. Звон разбитого стекла почти оглушил. Это я бокал вырвала из его рук и саданула им об пол. Мелкие крошки, похожие на рассыпанные бриллианты, засверкали в естественном свете, порождая во мне чувство безысходности.

Но может хоть это его проймет?

Не проняло.

Он только недобро прищурился на мои действия.

Скотина!

– Выпусти меня! – потребовала повторно. – Слышишь? Выпусти! Иначе я не только бокал, я все здесь разнесу. Так что тебе не только рубашку новую покупать придется, но и ремонт делать.

– Нет.

Нет?

Ну… ладно.

Сам напросился!

Новый громкий звон разбитого стекла и осколки под ногами, вокруг которых лужицей расплылась янтарная жидкость.

– Мне продолжать? – уточнила как можно более холодно, пристально вглядываясь в льдисто-голубой взор напротив.

Тот, усмехаясь, махнул рукой в разрешении.

Наверное, это должно было меня остановить. Образумить. Но долгие часы ночной смены на ногах, последующая за этим нервотрепка из-за действий брюнета, его нежелание идти на компромисс – все это вылилось в безудержную ярость. Я вновь и вновь разносилась обстановку импровизированной гостиной, чувствуя, как с каждой уничтоженной вещью на душе становится все легче. Нервозность сменяется умиротворением.

– Успокоилась? – послышалось заинтересованное от мужчины.

Согласно кивнула, улыбнувшись.

Давно мне так хорошо не было.

– Отлично. Раздевайся тогда.

Вся эйфория слетела с меня как шелуха.

Обернулась к мужчине и едва не выругалась.

До меня наконец дошло, где я, с кем, и что именно наделала.

Боже, ну почему я такая дура?

И как мне теперь все исправить…

Глава 3

Мужчина смотрел на меня с неприкрытым предвкушением. Еще бы, я ведь так легко попалась в умело расставленную им ловушку, по-глупому поддавшись эмоциям, и теперь он с чистой совестью мог требовать компенсацию. Но если за рубашку я еще худо-бедно могла бы расплатиться деньгами, то за все остальное… Уверена, у него только одни шторы стоили больше моей месячной зарплаты. Посмотрела на сиротливо лежащую на полу кофейного оттенка ткань и вздохнула, заметив рядом с нею осколки какой-то вазы.

Ну почему, почему я не сдержалась?

Я ведь могу.

За последние полгода так и вовсе отточила в себе это мастерство до высшего уровня. И вдруг так просто сорвалась. Устала, наверное, просто. И поведение мужчины стало тем самым катализатором для подавляемых мной эмоций. Хотя и то не оправдание. И все же…

– Сам виноват! Я предупреждала, что лучше меня отпустить! – отозвалась довольно нервно.

Уж слишком мужчина выглядел довольным.

Будто все и правда шло по его плану.

Еще это его «раздевайся»…

– И раздеваться я не буду! – добавила, на всякий случай отступая поближе к лестнице.

Может из пентхауса мне выйти не дано, но всегда можно запереться в какой-нибудь комнате. Уверена, двери у него далеко не дешевые и хлипкие, как в той же моей квартире. Посижу там, пока не договоримся.

Да, хороший план.

Жаль, не осуществимый.

И пяти шагов не ступила, как оказалась крепко прижата спиной к мужской груди.

– Далеко собралась, ванильная моя? – раздалось довольное над ухом.

Горячее дыхание опалило кончик, пробудив на затылке толпу мурашек, из-за чего я не сразу осознала, как он меня назвал.

Ванильная…

Что за чушь?

И вместе с тем внутри что-то дрогнуло от подобного обращения. Уж слишком ласково, что ли. Как если бы я не игрушкой на один день была для него, а кем-то больше. Что, конечно же, глупость полнейшая! О которой я позабыла в тот же миг, как только горячие ладони сместились с талии ниже и принялись задирать подол моего летнего платья.

И чего мне джинсы не надевалось?

Хоть какая-то защита была бы от наглых поползновений.

Хуже всего то, что стоя в импровизированных объятиях, ощущая жар тела брюнета за спиной, внутри меня что-то откликалось на его близость. Он слегка задевал кожу на бедрах, а внизу живота все в узел скручивалось и дышать из-за этого получалось через раз.

Вот так просто. На пустом месте. С одного невинного касания. Как если бы я сама была до сих пор по-настоящему невинной.

С ума сойти!

Пришлось закусить губу до боли и перехватить мужские запястья, чтобы остановить намечающееся безумие. Которому я непонятно с чего поддавалась.

– Отпусти, – попросила.

Правда мой сиплый голос едва ли можно было назвать уверенным. Вот и брюнет не повелся.

– Не могу, – прошептал на грани слышимости.

Но платье отпустил. Лишь для того, чтобы ухватиться за бедра и притиснуть ближе к себе, позволяя отчетливо ощутить, насколько сильно я для него желанна, и почему он не может исполнить мою просьбу.

– Не могу и не хочу, – подтвердил вслух мои догадки. – Если и отпущу, то только чтобы поставить тебя на четвереньки, задрать эту твою хреново прикрывающую аппетитную задницу тряпку, сдвинуть трусики в сторону и вставить наконец в тебя свой член…

Что он несет?

Извращенец.

И почему я это слушаю?

Не должна ведь.

Он меня похитил и явно собирается склонить к насильственной связи.

И все равно не получалось отмахнуться от его слов.

Грубые выражения, сказанные хриплым голосом, были полны такого неприкрытого желания, какого я не слышала ни у кого прежде по отношению ко мне. Даже у бывшего. Как током прострелило от макушки до пят. Дрожью отдалось во всем теле. А ему и того мало. Мужские ладони легко преодолели мое сопротивление, скользнув ниже, окончательно задирая подол.

– Не надо, – попросила с мольбой.

Хотя уже не была уверена, что желаю именного этого. Слишком остро ощущались его прикосновения на моей голой коже. Слишком горячо чувствовалось дыхание на шее. Оно подобно самым крепким алкогольным парам проникало в поры, отравляя кровь, пьяня разум. Наравне с едва осязаемыми поцелуями рядом с виском и легким покалыванием на коже от его щетины. И его голосом.

– Надо. Мне очень-очень это надо, – шумно втянул в себя воздух, уткнувшись носом в мои волосы. – Хочу видеть, как ты кончаешь от моих пальцев, – провел теми самыми пальцами вдоль края белья. – Как извиваешься от каждого их толчка в тебя, – продолжил свои ласки на грани, пока еще не переходя черту. – Уверен, ты там горячая и влажная уже сейчас. Ты ведь позволишь мне убедиться в этом, правда же?

Господи, что он такое говорит?

Что вытворяет?

Нет, не так.

Что я творю?

Я сошла с ума?

От полугодового воздержания…

Особенно, когда пальцы задели кончик клитора. Будто пощекотали. Ласка даже через ткань вышла неожиданно яркой и чертовски возбуждающей.

Боже. Ты. Мой.

Ноги ватными сделались. И я порадовалась, что он меня обнимал. Иначе точно упала бы.

– Нет, – выдохнула, помотав головой в добавление к высказанному отрицанию.

Я все еще цеплялась за его запястья, в стремлении остановить, но выходило откровенно паршиво. Собственное тело предавало. Неспешное скольжение его пальцев дарило невообразимое удовольствие. Невозможно не поддаться искушению. И я поддавалась. Вопреки всем своим принципам и здравому смыслу. А он все продолжал истязать не только мое тело, но и разум.

– Да. Вот так, ванильная моя, – шептал снова и снова. – Расслабься. Позволь доставить тебе удовольствие.

Точно змей-искуситель.

Ощутила себя той самой Евой. Только вместо яблока меня искушали куда более приземленными и низменными желаниями.

Он бы еще в любви признался для полноты картины!

Бредовые мысли.

Но они помогли не поддаться искушению.

– Мне доставит удовольствие, если ты меня отпустишь и дашь уйти, – пробормотала на выдохе.

Потому что может мысли и пришли в норму, но тело… оно-предатель жаждало продолжения. А я как представила, что его невинные ласки перестанут таковыми быть…

Зря, в общем, подумала!

Захотелось наплевать на все и будь что будет…

Хорошо, ничего не успела ни ляпнуть вслух, ни сделать.

– Упрямая, – недовольно проворчал мужчина, убирая руки от моих бедер, и одним уверенным жестом развернул меня к себе лицом.

Запрокинула голову и с шумом втянула в себя воздух. Голубой лед горел. Пылал ярким костром пламени желания. Неприкрытого. Порочного. Завораживающего.

– Ладно, говори, чего ты хочешь за то, чтобы я мог тебя трахать? – предложил ровным тоном, вопреки видимому он.

Чтобы он что?

Что он сказал?

Предложил…

Причем вполне себе серьезно.

Все возбуждение схлынуло, как не было.

Звонкий звук пощечины огласил тишину квартиры, а на месте удара на мужском лице остался след. Да и собственная ладонь болела от силы удара. Но да ладно. Заслужил!

– Ты… ты… – не сразу нашлась со словами. – Я тебе не какая-то продажная девка, ясно тебе?! Если так хочется кому-нибудь присунуть, иди и найди ту, кому это действительно может понравиться. А меня отпусти.

– Я уже нашел. Тебя. В любом случае ты не покинешь мой дом, пока я не получу желаемое.

– Ты в курсе, что это называется насилием? И я уже сказала. Я. Не. Хочу. Тебя.

Еще бы тело перестало так ярко реагировать на его близость…

– Неужели? – усмехнулся он, склонившись надо мной ниже, в то время как ладони скользнули с талии на бедра, крепко сжав ягодицы. – Ты поэтому такая мокрая? Потому что не хочешь? – прошептал в губы.

И будь он проклят!

Я действительно увлажнилась от его действий. И столь откровенных слов. Последнее возбуждало даже больше всего остального.

– А может тебя просто заводит борьба? – продолжал искушать он меня своим искушающим шепотом. – Любишь, когда грубо? – притиснул ближе к своему паху, слегка приподнимая, позволяя ощутить не только твердость его члена, но и размер.

Воображение тут же дорисовало все до мелочей. Даже то, как наверняка приятно он будет ощущаться внутри меня.

– Да пошел ты! – выдохнула, из последних усилий сдерживая желание поддаться этому искушению.

Хотя едва ли я смогла скрыть его в полной мере. Не зря на мужских губах расплылась очередная самодовольная ухмылка.

– И то правда, затянулось все, пора заканчивать, – заявил он победным тоном.

Наравне с последними словами поднял меня и перекинул себе через плечо, шлепнул по ягодицам и понес… куда-то.

– Эй, ты чего это задумал? – закономерно напряглась я на подобное обращение. – А ну отпусти меня, – ударила по его спине кулаком. – Кому сказала! Я не буду с тобой спать! Ничего не буду! Слышишь меня?

– Слышу, – равнодушно отозвался брюнет. – И ты повторяешься. Еще попытка будет?

– Да! Женись на мне!

Глава 4

О. Боже.

Что я только что ляпнула?

Совсем что ли с ума сошла?

То-то и мой похититель прифигел. Остановился, стащил меня со своего плеча и аккуратно вернул мне вертикальное положение. Как оказалось, мы успели добраться до лестницы, на одну из ступеней которой меня и поставили. Теперь мы с брюнетом были почти одного роста.

– Что ты сказала? – уточнил он недоверчиво, придерживая меня за талию.

“Молчи, Ира, молчи!” – заорала мысленно на себя.

Не помогло.

Мой инстинкт самосохранения явно взял выходной на сегодня.

Очень не вовремя.

– Ты просил назначить цену. Я ее назначила. Женись на мне, а потом трахай сколько угодно, раз тебе так приспичило.

Господи, что я несу?

Совсем что ли крышей поехала?

Ладно один раз. Но дважды?

Нет, я точно спятила.

Но раз уж ляпнула, придется стоять до конца.

– А не боишься, что соглашусь? – поинтересовался мужчина с лукавой усмешкой.

Боюсь.

Очень.

Но не отступать же теперь?

– А ты согласишься?

Ответил брюнет не сразу. Около минуты молчал, рассматривая меня так, будто приценивался.

Нет-нет-нет, только не это!

Я не хочу! Не буду! Ни за что!

– Ради секса? Сама как думаешь? – мрачно усмехнулся он.

– Думаю, эта игра не стоит свеч, – поддержала я его, по-своему, обрадовавшись.

Как камень с души!

Не представляю, как бы переубеждала его, согласись он на подобную авантюру.

Уверена, ему не составит труда жениться сегодня же, а затем также легко развестись.

Так что радуемся и молчим в тряпочку от греха подальше.

– Хотя вот мои родители давно просят остепениться, найти девушку, чтобы она родила мне сына… – прищурился брюнет и прошелся по мне своим обжигающе-ледяным взглядом сверху вниз и обратно.

Только что успокоившиеся нервы противно тренькнули.

– Я хочу дочь! – поспешно открестилась от подобной идеи.

Еще и на ступень поднялась, увеличивая между нами дистанцию.

Себе же хуже сделала по итогу правда. Так как теперь льдисто-голубой взор приковался к моей груди. Тонкая ткань сарафана едва ли в полной мере могла скрыть торчащие соски. Скорее подчеркивала мое состояние.

Трижды гадство!

Вот и мужчина проникся.

– Это ты хорошо придумала, – покивал он, тяжело дыша. – После сына надо бы и дочку, да.

Чего?!

– Не от тебя! – поправила я его возмущенно, вновь отступая.

Вот теперь брюнет на меня посмотрел. В смысле в мое лицо.

– И чем я плох на роль отца для твоих детей?

И судя по виду, вполне серьезно заинтересовался этим вопросом.

Этого еще не хватало!

– Всем, – призналась честно. – Я тебя не люблю. А еще у тебя дерьмовый характер. А я девочка нежная, меня холить, любить и лелеять надо, а не только трахать по выходным, или когда ты там надумаешь приходить.

Мужчина… ухмыльнулся. И ответил далеко не сразу. Снова и снова смотрел в мои глаза, будто впервые видел. Чем нервировал больше прежнего. Вот точно же что-то задумал. Что-то, что мне не понравится.

Не ошиблась.

– Да, так и правда не пойдет, – заговорил наконец. – Одних выходных будет мало. Так что к ним добавим еще и будни. Дети вообще тема ответственная, серьезная, к ней нужно подходить со всей тщательностью, стараться и днем и ночью.

Где-то здесь я поняла, что все. Финиш. Для моих нервов – точно.

– Да хватит нести эту чушь! Не собираюсь я ни замуж за тебя выходить, ни детей рожать, ни вообще ничего! Ты вообще не в моем вкусе! А все остальное – просто долгое отсутствие секса, ничего больше! Не в тебе дело, не думай! Я с таким успехом и на любого другого опытного мужика пов…

Не договорила.

Мужчина вдруг резко опустился передо мной на одно колено. Не менее резко задрал подол моего платья и одним движением стащил с меня трусики.

– Ты что делаешь? – завопила я, дернувшись в сторону в стремлении избежать последующего.

Сильные руки удержали на месте. А затем…

Мой. Бог.

Все тело прострелило импульсом невыносимого удовольствия. И вместо очередного возражения с моих губ сорвался позорный стон наслаждения.

Всему виной укус. Легкий. В самый кончик клитора. Но этого хватило, чтобы внизу живота все скрутило и потянуло, ноги ослабели, а из головы вылетели остатки мыслей о сопротивлении.

Меня не стало.

А ему и того мало. Покусывания сменились давящим ощущением языка.

Я позабыла обо всем.

Он будто знал, как и что нужно делать. Когда ускориться, а когда притормозить. А уж когда к языку прибавились пальцы…

Мать моя – суккуба!

Иначе откуда во мне столько порока?

Пусть даже такая ласка для меня в новинку. Не скажу, что бывший плохой любовник…

Хотя он реально плох!

Такого мне с ним испытывать не доводилось.

Остро. Запретно. Горячо. Сумасводяще. Незабываемо.

Подобно ударным разрядам электричества, только вместо проводов – мои нервы. Неудивительно, что меня очень скоро буквально швырнуло в невесомую пустоту с пронзающими округу молниями. И я, закрыв глаза, парила среди них, чувствуя как продолжает мелко подрагивать все мое тело от пережитого оргазма. Сильнейшего из всех.

– Вкусная ванильная девочка, – послышался ласковый голос моего похитителя, наравне с успокаивающими поцелуями во внутреннюю часть бедра.

Вздрогнула. Даже такого простого действия хватило, чтобы еще не успокоившийся организм отреагировал вполне однозначно.

– Будь моей, девочка. Я сделаю, что хочешь, – прохрипел мужчина, сминая ладонями мои ягодицы, вновь разжигая во мне пожар.

А ведь я от недавнего не отошла!

Ноги продолжали позорно подкашиваться, и не удерживай он меня, точно упала. И все же я нашла в себе силы попросить:

– Отпусти… – выдохнула почти неслышно.

И тут же поморщилась. Голос звучал слишком низко, хрипло и грубо.

Вот это меня накрыло, ничего не скажешь.

– Отпущу, если согласишься стать моей.

– Нет, – покачала головой, прикрыв глаза и старательно восстанавливая дыхание.

Получалось так себе, потому что кое-кто уже не просто массировал мои бедра, а будто невзначай водил пальцами между ног.

А я, как та самая похотливая самка во время течки, поддавалась столь незатейливому соблазнению. Поставь он меня сейчас на четвереньки, как обещал, и исполни все остальное, я бы не сопротивлялась.

Это что-то невообразимое. Я не понимала, как ему удавалось так влиять на мой организм, но мне и правда хотелось больше. Хотелось узнать, каким образом он еще способен довести меня до оргазма.

И Боже, о чем я только думаю?!

Мне бежать надо из данного места, а не это все!

Но и пошевелиться не удавалось.

Парализовал не только тело, но и волю. Наверное, поэтому не сразу сообразила, что он мне предлагает.

– Что? – переспросила недоверчиво.

– Час. Ты дашь мне один час, ванильная девочка. И если за это время ты так и не попросишь вставить в тебя мой член, то, так и быть, я тебя отпущу.

– Шутишь?

Не серьезно же он мне предлагает это извращенное пари?

– А что, так боишься проиграть? Или ты настолько не веришь в свою силу воли?

То есть… серьезно?

Ну, ладно!

– Да вот еще! Ничего я не боюсь! Это тебе надо бояться!

– То есть согласна?

– Да!

Сперва выпалила, потом поняла, на что именно подписалась. Поддалась на провокацию. Повелась, как последняя идиотка.

Господи, да когда ж я уже поумнею?

А теперь гордость не даст пойти на попятную.

У-у, ненавижу!

И наш спор непременно выиграю!

Глава 5

Мой ответ неслышным эхом отразился от стен пентхауса, в котором единственным звуком было наше дыхание. Одно на двоих. А может это все в моей голове. Ничего в мыслях не осталось, кроме того, что будет дальше. И я со страхом ждала этого самого дальше. Со страхом и затаенным трепетом. Но мужчина не спешил. А после вовсе поднял на руки и стал подниматься на второй этаж. Так понимаю, в спальню направился.

Не ошиблась.

Просторная комната с огромным незашторенным окном почти во всю стену утопала в рассветных лучах солнца, смягчая аскетичную обстановку в сизых оттенках.

Брюнет поставил меня на пол в ее центре, а сам отошел обратно к двери.

– Раздевайся, – приказал непререкаемым тоном.

Очень хотелось возмутиться и послать его на все четыре стороны, но я ведь сама согласилась на эту чертову пусть будет сделку. Поздно о том сожалеть. Именно поэтому, пока не передумала, потянулась руками к подолу платья, после чего одним рывком стянула его через голову, отбросив в сторону. И очень постаралась не смущаться и не краснеть под пристальным взглядом, в котором горело неукротимое пламя желания, жгущего мою кожу на расстоянии.

Так как трусиков он меня лишил еще раньше, зрелище ему открылось воистину бесстыдное.

И в тоже время это… будоражило.

Глаза, так похожие на голубой лед, медленно скользили по моему ничем более не скрытому телу, и я все-таки опустила взгляд. Не от стыда, что он видит меня нагую. От собственной уязвимости. И того, как ярко ощущалось его внимание, несмотря на то что я его больше не видела.

Тем более, мужчина смотрел с таким восхищением…

На меня никто и никогда не смотрел с так. Наверное, поэтому когда он шагнул в мою сторону, я почти не испугалась, хотя сердце все равно пустилось вскачь.

Спокойно, Ира, все хорошо, просто расслабься и получай удовольствие.

Тем более, с этим проблем быть не должно, если вспомнить все то, что происходило недавно на лестнице.

И все равно крепко зажмурилась, когда он приблизился ко мне вплотную и провел пальцами по ключице, заставив трепетать от его действий против воли.

– Такая красивая, – шепнул мужчина. – Само совершенство.

Врет ведь. Точно знаю. Но не спорю.

Зачем?

Пусть говорит дальше.

Его тихий голос расслаблял и вводил в некое подобие транса, пробуждая во мне желание подчиниться, позволить властвовать над собой. Не только телом, но и разумом. И я, прикрыв глаза, впитывала в себя вибрации мужского тембра, уплывая на волнах зарождающейся в теле неги.

Пальцы соскользнули с ключицы на грудь, принявшись кружить вокруг соска, посылая разряды в низ моего живота. Снова и снова, пока это не стало слишком ярким ощущением. Пришлось стиснуть бедра, чтобы сбавить напряжение. А невидимых линий становилось все больше. Одна грудь, вторая, живот, спираль вокруг пупка, пока мужчина не остановился на краю жаждущей прикосновения точки.

– Ложись. Ноги в колени и широко раздвинуть, – приказал хрипло.

Жгучий стыд окрасил щеки и шею в красный цвет, и я впервые порадовалась темноте. И благодаря ей же безропотно повиновалась. Хоть и зажмурилась, прежде чем действительно раздвинуть ноги в стороны. Слишком ярко ощущался мужской взгляд. Слишком лишними стали руки. Не знала куда их деть. То ли на колени положить, то ли на живот, то ли вдоль тела оставить лежать на кровати. Я не знала. Я не могла себя понять. Сердце отбивало чечетку, отдавалось пульсом в висках. В мыслях царил раздрай. Желание отказаться и сбежать перемешалось с гордостью и предвкушением.

Наверное, так и сходят с ума.

Лишь тихий властный голос не давал окончательно скатиться в эту пучину хаоса.

– Подними руки и держи их над головой.

Я вновь безропотно подчинилась.

Чувство уязвимости зашкалило, я как могла старалась не подать вида.

Чтоб эту мою долбанную гордость!

Ведь так просто встать, отказаться и…

Все это позабылось с первым касанием.

Мужские пальцы провели по бедру, и я шумно выдохнула, призывая себя не вестись на умелые ласки мужчины, что оказалось довольно сложным занятием. С отсутствием зрения обострились другие чувства. В первую очередь осязание. Слишком искушающе неторопливо скользили его пальцы по моей коже, оставляя на месте соприкосновения рой мурашек, расходящийся по всей коже, посылающий импульс удовольствия в затылочную зону, а от нее по позвоночнику в самый низ живота, заставляя дышать через раз.

– Вот так. Умница. Не бойся меня. Я тебя не обижу.

Самые простые и обыденные слова, сказанные горячим шепотом, но они нашли отклик в моей душе, пробудив во мне нечто доселе неизведанное. Ту часть меня, о существовании которой до встречи с ним я и не подозревала. Несмотря на все заявления и действия, было в мужчине нечто такое, отчего мой пульс с первой встречи зашкаливал в своем биении, а ощущения то накрывали с головой приливной волной, то отступали. Каждую клеточку моего тела снова и снова пронзало множественными разрядами тока. Особенно, когда к рукам прибавились губы. Мужские зубы сомкнулись на вершинке обнаженной груди. Вспышка яркого удовольствия заставила зажмуриться и охнуть. От неожиданности дернулась прочь, но тут же оказалась остановлена уверенной рукой моего похитителя.

– Тише, хорошая моя, тише, – зашептал он, успокаивающе целуя грудь, избегая касаться чувствительных сосков. – Вкусная, сладкая, ванильная девочка.

Очередные глупые слова вызвали новые мурашки по всему телу и легкую дрожь. Возможно, все дело в его хриплом голосе. А может, это я просто слишком давно не расслаблялась. Впрочем, последняя мысль как появилась, так и исчезла. Новые ощущения затмили все разумное, выдвинув на первый план животные инстинкты. И лгут те, кто говорят, что все из себя такие стойкие. Им просто не те мужики попадались!

А этот… точно демон соблазна во плоти. Меня буквально трясло от желания. А ведь он ничего такого не делал! Всего лишь едва осязаемые поцелуи декольте и касания теплых пальцев. Но они чувствовались ярче самых откровенных ласк. Горячее дыхание опаляло кожу, проникало через невидимые поры, зажигая кровь, пробуждая желание. Яркое. Неподконтрольное. Манящее в своей запретности. Я ведь не должна испытывать ничего подобного. Не должна хотеть. Кого угодно, только не его. Но с каждым новым витком невесомой нежности тело откликалось все сильнее. Предавало. Толкало согласиться перешагнуть грань и насладиться всем, что обещано. Но…

Нельзя!

Я не могу.

Не так.

Не тогда, когда тебе навязывают правила, а ты не имеешь права голоса.

Выгибаешься навстречу в стремлении заполучить больше чужих касаний…

С ума сойти можно!

– Дамир, – донеслось хриплое от мужчины, вынудив вырваться из плена удовольствия.

– Что? – уставилась на него непонимающе.

Больше хотелось обхватить ладонями его лицо и впиться в манящие губы глубоким поцелуем. Чтоб заткнулся и продолжил начатое. Нашел время разговаривать!

– Меня зовут Дамир. Хочу, чтобы ты кричала мое имя, когда будешь вскоре кончать, – пояснил он.

Глаза похожие на лед давно скрыла чернота зрачков, отчего он походил на одержимого демоном. Искушал одним взглядом. Толкая согласиться на все условия. Без всякого пари. Но:

– Не дождешься, – выдохнула, исполняя желаемое.

В смысле, обхватила ладонями его лицо и впилась в его губы требовательным поцелуем.

Он и правда заткнулся. Отвечая на мой порыв не менее требовательно.

Это была как игра в поддавки. Где ни один не хотел уступать, но приходилось сдаваться, чтобы достичь желаемого.

Мужские губы проложили дорожку от губ к шее, зубы прикусили кожу на плече, затем поцелуи сместились на грудь, вновь принявшись мучить мои соски.

Никогда не думала, что они у меня такие чувствительные!

Дамир их лизал, оттягивал зубами, всасывал в свой рот, и меня от одного этого трясло как неврастеничку во время приступа. Я извивалась, стонала, кричала… Еще немного и точно начну умолять.

Невыносимое наслаждение…

Внизу живота все крепче скручивался узел, и я больше ни о чем не могла думать, кроме как о разрядке. Особенно, когда ласки переместились с груди ниже.

Язык прошелся по влажным складкам, выбив весь воздух из груди. Не давая вдохнуть новую порцию кислорода. Само время застыло на те мгновения, пока рот Дамир дарил мне новую порцию удовольствия. Которого прежде никогда не доводилось испытывать.

А он все целовал, лизал, покусывал…

Снова и снова.

Так долго.

Доводя до исступления.

Не позволяя получить чертову разрядку.

Как только мне казалось, что вот сейчас, еще немного и я, наконец, достигну предела этого безумия, он тут же замедлялся, а вместе с тем отступало и грозящее захлестнуть меня наслаждение. Я почти рыдала, но упрямо продолжала молчать, хотя умолять уже совсем не казалось чем-то постыдным или плохим.

– Попроси…

– Не-ет…

А у самой в голове: «Я чертова мазохистка!»

Потому что мне безумно хотелось наплевать на все. На наше знакомство, на этот спор, на всю неправильность происходящего, только бы он заполнил уже пустоту, которая ощущалась все ярче. Но гордость… эта чертова гордость, вкупе с врожденным упрямством… во всем виноваты они и только они!

– Попроси…

Он снова и снова повторял это слово. И я снова и снова отвечала отказом.

Не знаю, сколько длилась эта пытка, но в один момент волна удовольствия все же накрыла с головой. Я оглохла, ослепла, кажется, царапала и кусала плечи нависшего надо мной брюнета в попытке не сойти с ума от захватившего меня цунами.

– Упрямица, – послышалось ласковое будто издалека. – Вредная ванильная девочка. Твоя взяла.

Вот тут я пришла в себя достаточно, чтобы понять, о чем он говорит.

Я смогла!

Продержалась!

– То есть признаешь свое поражение? – прошептала с довольной улыбкой, заглядывая в его невероятные глаза, которые из-за расширенных зрачков казались черными и по-настоящему бездонными.

– Признаю, – усмехнулся он. – И слово свое сдержу, не переживай. Хотя предпочел бы обратное.

Я заулыбалась еще шире и довольней.

Я победила!

Вот теперь можно с чистой совестью поддаться своим желаниям.

– В таком случае, трахни меня, пожалуйста! – попросила, дергая застежку на мужских брюках, раскрывая и стаскивая их с владельца. – А то я точно сойду с ума… – выдохнула, обхватывая пальцами твердую плоть.

Сама прильнула к нему ближе и поцеловала. Ответная реакция не заставила себя ждать. Он набросился на меня, почти рыча, вдавил в постель так, что я всем телом прочувствовала его каждую бугрящуюся мышцу. Сжала ногами мужские бедра и почти самостоятельно насадилась на желанный член. Может, я и кончила, но мне было мало, тело просило больше. Вот только переходить черту брюнет не спешил. Замер, уткнувшись лбом в мое плечо, а затем стал медленно скользить по моей плоти, доводя такими простыми действиями до еще большего сумасшествия. Все время казалось, что сейчас он точно погрузится в меня, но нет, лишь слегка надавливал на вход головкой и тут же отстранялся.

– Да чтоб тебя! – не выдержала я по итогу, ударив его по спине. – Хватит надо мной издеваться!

Ответом мне стал смешок, а затем он вовсе выпутался из моих объятий и поднялся с постели, глядя на оставшуюся лежать голую меня в неприличной позе с легкой насмешкой.

– Я же обещал, – заявил следом нахально, подмигнул и свалил из комнаты.

Нет, все же он…

– Сволочь! – выкрикнула ему вслед, запустив подушку в дверь.

Та до деревянного полотна не долетела, оставшись сиротливо лежать на полу прямо посреди комнаты.

Из коридора донесся тихий смешок.

Точно сволочь. Но да ладно. Все равно я победила!

Глава 6

Сказать, что я после такого счастья заснула быстро и спала сладко, значило бы солгать самой себе. Всю ночь мне снилась какая-то чушь с участием моего похитителя. Неудивительно, что наутро я проснулась невыспавшаяся и злая. Еще и одеться оказалось не во что – платье-то мужчина порвал еще вчера. Пришлось облачаться в оставшуюся лежать на полу мужскую рубашку. Застегнула на все пуговицы, на всякий случай, и только после этого направилась на поиски хозяина пентхауса. Пора уже нормально поговорить и разойтись. Хотя о чем нам говорить? Пусть просто даст мне какие-нибудь штаны и отпустит восвояси.

Тот, кого искала, обнаружился на первом этаже, сидящим за кухонной стойкой. Вокруг – ни намека на устроенный мною беспорядок. Разве что и без того скудный интерьер стал еще минималистичным, и на окнах более не наблюдалось штор. По воздуху плыл потрясающий аромат свежесваренного кофе, будоража рецепторы, пробуждая аппетит. Сам мужчина довольно прищурился, завидев меня на лестнице, глядя поверх чашки, от которой поднимался пар.

– Доброе утро, ванильная девочка, – поздоровался, улыбаясь правым уголком губ. – Кофе? – предложил следом.

А я вдруг подумала, что мне нравится выбранное им обращение ко мне. Никогда не терпела подобного со стороны парней, но из уст брюнета почему-то эта глупость звучала очень приятно. Но, конечно же, вида не подала.

– Доброе утро, кофейный мальчик, – ответила ему той же любезностью, чуть подумала и вовсе подошла к нему, нагло забрав у него его же чашку.

Ну а что?

Сам предложил!

– Спасибо, – кивнула в знак благодарности, делая первый глоток обжигающе горячего шоколадно-горького напитка.

– На здоровье, – хмыкнул тот, встав и направившись к стоящей у окна кофемашине за новой порцией. – Есть яичница с беконом, каша, хлопья, блинчики. Что будешь?

Уставилась на мужика с удивлением.

Он серьезно для меня завтрак нескольких видов заказал?

– Что ты так на меня смотришь? Я не знал, что ты любишь, поэтому попросил домработницу приготовить всего понемногу, – пожал плечами. – Так что выбираешь?

– Блинчики, пожалуйста, – озвучила свой выбор, все еще пребывая в небольшом удивлении.

Смысла отказываться не видела. Да и что-то мне подсказывало, пока не поем, не выпустит.

– Тебе с чем? – уточнил, открыв холодильник.

– А что есть? – поинтересовалась ответно, перехватывая удобнее чашку и делая новый глоток горьковатого напитка.

– Варенье, сгущенка, сливки, сметана, – принялся перечислять.

– Ммм… – все, что смогла произнести, так как разум непонятно с чего принялся рисовать совсем иные и жутко пошлые способы употребления обозначенных продуктов.

И, кажется, не у меня одной фантазия разыгралась. Мужские брюки в районе паха заметно натянулись. Вспомнилось, как горячо ощущался его член между моих ног и стало совсем невыносимо душно и жарко.

Черт, нужно было изнасиловать его вчера все-таки, чтобы не сидеть сегодня с ощущением глубокой неудовлетворенности. И плевать на гордость и мораль. Уж с самой собой я бы как-нибудь договорилась потом.

– Так что ты выбираешь? – вывел из своеобразного транса мужской голос.

«Тебя», – едва не ляпнула, но вовремя прикусила язык.

– Варенье, – ответила вместо этого, усевшись за стойку, где чуть ранее сидел он сам, поставив чашу чуть в стороне от себя.

И постаралась действительно сосредоточиться на своем завтраке. Точнее, на поданной мне вазочке с клубничным лакомством и его размазыванию по блинам.

Выходило откровенно паршиво. Потому что мужчина уселся ровно напротив меня, и теперь наши колени соприкасались под столом. Я искренне пыталась заставить себя убрать их, но моя сила воли сегодня явно решила взять отпуск после вчерашнего. Да и шарахаться от него из-за подобной мелочи – последнее дело. Вот только с каждой минутой эта мелочь становилось все весомей.

Тепло чужого тела проникало в мое и оседало внизу живота уже знакомой приятной тяжестью. Еще немного, и, кажется, я все-таки соглашусь на его предложение. Хотя бы ради того, чтоб уже наконец избавиться от этого ноющего ощущения между ног. Хуже всего то, что мужчина прекрасно видел мое состояние, отчего на его губах играла понимающая усмешка. Так бы и стерла ее чем тяжелым, но вряд ли после подобного я получу свободу. А значит, молчим, едим и терпим.

Не знаю, как я не подавилась под его изучающим взглядом. Чудо, не иначе. Так пристально он следил за всеми моими манипуляциями. Как я размазываю чайной ложечкой варенье по блину, скручиваю его в трубочку и подношу к губам.

И столько голода светилось в его потемневшем взоре…

Не по себе стало.

И вместе с тем во мне росло истинно женское желание подразнить, заставить мужскую жажду разрастись, выйти из-под контроля.

На последней мысли строго оборвала себя.

Мало мне вчерашнего его срыва, когда он меня реально чуть не изнасиловал, я о новом думаю?

Ненормальная…

Лучше есть и молчать.

И ни в коем случае не смотреть в голубой лед мужских глаз, который ощущался горячее любого жара огня.

– Тебе идет, – заметил Дамир негромко.

– А? – вынужденно подняла на него свой взгляд.

– Моя рубашка на тебе, – пояснил он с кивком. – Мне нравится. Будешь всегда так ходить здесь.

Чуть не подавилась.

– Я победила, – напомнила на всякий случай.

– Только в одной битве. Не в войне, – ухмыльнулся брюнет.

Смелое заявление. На которое я не стала отвечать. Ни к чему. Пусть верит, во что хочет. Я-то знаю, что мы видимся в последний раз. Да и звонок в домофон не позволил бы вставить слова.

Дамир пошел открывать, а я продолжила есть. Вернулся он через пару минут с ворохом пакетов, которые поставил на диван.

– Доедай, переодевайся, и я отвезу тебя в твою квартиру, – велел, прежде чем уйти в коридор за лестницей.

Я же, позабыв о еде, сидела и смотрела на покупки, раздумывая, стоит ли идти и смотреть на них, или лучше сразу заочно отказаться от подобной обходительности. Мало ли, чем мне аукнется мое любопытство. Припишет еще один долг. А я от текущего не до конца избавилась. Надеюсь, что он все-таки сдержит обещание и действительно не станет меня больше донимать.

Размечталась…

– Тебе помочь? – донеслось с долей насмешки от остановившегося у лестницы мужчины.

Поджала губы, бросив на него хмурый взгляд.

– Нет. Не хочу пачкать твои вещи, – подняла руки, показывая, что они все испачканы блинами с вареньем.

Брюнет понимающе ухмыльнулся.

– Тогда точно нужно помочь, – добавил в предвкушении.

Нервно сглотнула. Так ярко воображение нарисовало момент его помощи. По телу дрожь волнения прокатилась, угнездившись внизу живота.

Нет, нам определенно точно пора расставаться!

От греха подальше.

Моего.

Потому что Дамир действительно подошел к дивану и принялся перебирать пакеты, доставая из них с десяток новых вещей, и я уверена, далеко не самых дешевых. Платье, блузка, брюки, юбка, пиджак… Все классического кроя, достаточно скромное, спокойных тонов. И в противовес им нереально красивое нижнее белье из тонкого кружева, поражающее своей откровенностью.

Никогда не видела такого вживую.

Только по интернету про себя вздыхала, глядя на картинки, и спешно закрывала вкладки, чтобы не дразнить себя. А тут…

– Мне? – выдохнула неверяще.

Так и хотелось еще добавить: "За что?", но побоялась услышать ответ на этот свой вопрос.

Да и как в такое поверить?

Я ведь его послала. Выиграла спор. Хотя больше походило на то, что победитель здесь как раз он. И мне это не нравилось. Как и собственная реакция на подобный жест.

С каких пор я стала падка на вещи, пусть и такие дорогие, качественные и красивые?

Вот именно.

А значит, делаем вид, что удивление не имеет под собой никакой особенной подоплеки.

– Я испортил твое платье, будет правильным вернуть долг.

Вернуть долг…

Надеюсь, от меня он не ждет того же за испорченное имущество?

– Спасибо, не стоит. Достаточно, если дашь мне свои штаны. Я у себя переоденусь и тут же все верну.

Да, идеальный вариант.

Который мужчина не оценил.

Прищурился недовольно, пройдясь по мне своим светлым взором с головы до ног и обратно, после чего небрежно отбросил покупки и направился ко мне.

Ой, мама…

Глава 7

Дамир приближался медленно. Не сводя с меня своего ледяного взора. Смотрел, как хищник смотрит на добычу. И кажется, забавлялся моим страхом. А я боялась. Не знаю, почему. Во мне росло ощущение сродни тому, как если бы я стояла на краю пропасти, спиной к той, и меня собирались в нее столкнуть. И не просто росло, а уже вопило во весь голос, что мне хана. Парализовало.

Я не пошевелилась, когда он приблизился ко мне вплотную. Просто смотрела в его глаза, раздумывая над тем, как столь холодный оттенок может обжигать. Как если бы мне к голове приложили раскаленный металл. Клеймя не только кожу, но и рассудок.

И, боже мой, о чем я только думаю?

Это все его чертова аура. Подавляет настолько, что невозможно игнорировать. Как и голос. Негромкий. Глубинный. Вынуждающий прислушиваться к нему:

– Ты наелась?

И честно отвечать:

– Да.

К чему он задал свой вопрос я поняла, когда мужские руки заключили в свой кокон, а затем подняли и прижали к сильной груди. Я и не сопротивлялась, обняв его для удобства за шею обеими руками. Слишком ошеломлена была действиями.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась почему-то шепотом.

– Помогаю, – ответил со всем благодушием Дамир, неся меня в сторону лестницы. – Сама ведь сказала, что у тебя грязные руки. Будем их мыть.

– Будем – в смысле вместе? – уточнила, и без того догадываясь об ответе.

Воображение снова выдало довольно непристойную картинку подобного времяпровождения.

Когда ж оно только иссякнет…

– В смысле, я тебя помою, – поправили меня с довольной ухмылкой, поднимаясь по ступеням вверх.

Что и требовалось доказать.

В душ меня потащил.

А ведь обещал, что в покое оставит!

Лжец бессовестный!

Нервы мои на прочность испытывает.

Наверное, поэтому я еще молчала и не сопротивлялась.

Не желала показывать ему свою слабость.

Да и потерпеть осталось немного.

Тем более мы пришли.

Дверь в ванную мужчина открыл с ноги. Занес меня туда и аккуратно усадил на тумбу между двумя раковинами.

Вообще комната была очень просторная, светлая и уютная. Белый с бежевым оттенки смотрелись очень сбалансированно. Никакой пестроты. Все спокойно и настраивает на расслабленность. У дальней стены стеклянная душевая со сливом в полу. Ванны здесь не наблюдалось, но и холостяку она без надобности наверное. Прийти, помыться быстро и уйти. Напротив раковин открытый стеллаж с банными принадлежностями.

И на что не посмотришь, чтобы отвлечься от близости того, на кого непонятно с чего тело реагировало слишком остро, когда должно быть с точностью наоборот.

Мужчине и того мало, ухватил за бедра и подтянул меня ближе к краю, удобнее устраиваясь между моих ног, позволяя в полной мере прочувствовать свое возбуждение.

Точно издевается!

И эти его глаза…

Необыкновенные.

Завораживающие.

Рассветное небо в период солнечного затмения…

Едва ли я в полной мере осознала, как он потянулся в сторону и включил воду. Звук льющегося потока затмил ускоренное биение пульса. Тот зашкаливал, оглушая своим набатом. И не осталось ничего, кроме разрастающейся чернильной бездны во взоре напротив. Она манила, искушала своей глубиной, влекла тьмой, полной голода и жажды.

Не думала, что можно вот так с легкостью зависнуть, позабыв обо всем на свете. С тем, от кого стоило бы держаться как можно дальше. Бежать. Но что-то не бежалось. Я будто мотылек, знающий, что нужно лететь прочь от яркого света, но все равно летящий на него. Вот и я – лечу.

Зачем? Куда?

Не знаю.

Не важно.

Лишь бы хоть на миг согреться в этом тепле.

Дамир заражал им, пропитывал насквозь. Невозможно сопротивляться. И я сдалась. Опять.

У него теплые руки. И не в горячей воде дело. Он сам по себе ходячий костер. Пальцы коснулись моих губ, провели вдоль них. И клеймили. Снова. Невольно слизала капли воды, чувствуя на языке привкус клубники.

– Сладко? – поинтересовался мужчина хрипло.

Промолчала.

Не меньше него околдованная моментом.

Хотя по сути не было в нем ничего особенного.

И вместе с тем – в нем так много всего.

Нужда. Жажда. Искушение.

Вынужденная дистанция и собственные устои, запрет – все они лишь повышали желание сдаться. Как и тот факт, что Дамир хотел лишь меня одну. Иначе бы не крал прошлой ночью. Не затевал столь нелепое пари. В котором я победила…

Я. Победила. А значит у него нет никаких прав трогать меня подобным образом. Вообще никаким. И я не должна вестись. Ни на его взгляды, ни на последующие слова, сказанные хриплым шепотом:

– Всего один поцелуй. Позволь мне, ванильная девочка. И я сразу тебя отпущу.

Ох уж этот его голос…

Манящий.

И близость.

Убивающая мою выдержку.

Лучшая часть меня кричала, чтобы я бежала и не смела соглашаться. Ни на что. Другая – порочная – толкала поддаться искушению. Ведь это всего лишь поцелуй. После вчерашнего вообще незначительная мелочь, зато приятная.

Но ведь я отказала ему. А теперь вдруг позволить? Тогда мое слово обесценится. Как и моя гордость. А если Дамир не остановится? Смогу ли я сама это сделать?

Но зачем останавливаться? Получу удовольствие. Все условия соблюдены. Это же так… прощальный секс.

Который точно принесет мне море неприятностей.

Нельзя.

Но так хочется…

Вот такая вот война в моей голове.

Которую Дамир не думает прекращать.

– Лишь поцелуй. Подари мне его, девочка. Большего не прошу. Только лишь поцелуй.

Он так близко. Почти касается своими губами моих. Горячее дыхание обжигает. И я наверняка совершаю самую большую ошибку в своей жизни, но все же подаюсь ему навстречу. Раскрываю губы. И целую.

Его промедление – моя вечность.

Зато потом…

Ураганом смел все мое остаточное сопротивление.

Впился ответно в мои губы с рычанием голодного зверя.

Ладонь на моем бедре сжалась почти до боли. Но едва ли я ее ощущала в полной мере. Все затмила собой сильнейшая волна желания. Никогда прежде ни с кем такого испытывать не доводилось. И ведь знала, что не стоило поддаваться этой слабости. Тем более с тем, кто тебя похитил, а потом готов был насильно сделать своей. Но не сделал. Это вынуждало притормозить с выводами. Как и с поцелуями.

Резко отстранилась, отклонившись назад, стараясь дышать как можно спокойнее, не выдавать своего волнения и отклика на содеянное.

– Ты сказал, только поцелуй. Ты его получил. Теперь я хочу получить свою свободу.

Дамир в отличие от меня не думал скрывать своей слабости. Дышал тяжело и шумно. Прикрыв глаза, пытался успокоиться.

– Сказал, да, – согласился с моим заявлением, немного погодя. – И ты получишь свою свободу, – добавил уже спокойным тоном, отстранившись. – Примешь душ, переоденешься, и я отвезу тебя.

Последние слова он проговорил уже на выходе из ванной.

– Сперва после завтрака обещал, теперь душ прибавился, – проворчала я на это, спрыгивая с каменной столешницы.

Но в душ действительно пошла. Банально чтобы смыть с себя его прикосновения. Может тогда они больше не будут ощущаться так ярко, подобно клейму. Сколько ни три, не избавиться. Мужской гель для душа и шампунь только усугубили ситуацию с собственным восприятием. Ведь я теперь пахла также, как Дамир. Спасибо, в ванной не обнаружился. Хотя точно возвращался. Занес полотенце и пакеты с одеждой.

Быстро вытеревшись, я выудила первые попавшиеся вещи и надела на себя. Черные брюки зауженные книзу и к ним белая рубашка с небольшим v-образным вырезом. Пришлось отыскивать в недрах подходящее нижнее белье. Черные туфли завершили образ офисной леди. Еще бы волосы уложить, но ни фена, ни заколок, ничего такого мой похититель мне предоставить не додумался, а сумка моя осталась в машине того блондина. Пришлось обходиться собственными силами. Высушила волосы полотенцем, а затем пальцами разобрала пряди, придав им объем и эффект небрежной укладки. Такое себе решение, на да ладно. Тем более, Дамиру кажется все понравилось.

При виде меня он, разговаривающий по телефону у окна импровизированной гостиной, резко замолчал, после чего вовсе отключил вызов, не прощаясь.

– Я готова, – возвестила, стараясь не обращать внимания на то, как сердце опять ускорило свое биение, когда мужчина двинулся мне навстречу.

Он тоже переоделся в знакомую по вчерашнему дню классику. Только рубашка в этот раз была не белая, а черная, придавая ему притягательный мрачный вид.

– Идем, – бросил через плечо, пройдя мимо меня в сторону лифта.

Тот открыл свои створки почти сразу, впуская нас внутрь. Я тут же отошла в дальний угол, стараясь больше не смотреть в сторону Дамира. Да и он уставился перед собой, озабоченно хмурясь. Желание поинтересоваться, все ли у него хорошо, я задушила на корню. Не хватало, чтобы он решил, будто я сдала свои баррикады. К тому же, мы закончили спуск.

Знакомая подземная стоянка встретила нас приглушенным светом и десятком не самых дешевых авто. Мой провожатый выбрал для нас темно-синюю ауди, на переднее сидение которой я уселась, как только это стало возможным.

Просторный светлый салон с кожаной обшивкой порадовал тишиной и прохладой с цитрусовыми нотками. Мужчина уселся за руль, завел двигатель, но так никуда и не поехал. Сперва оглянулся на заднее сидение, затем потянулся туда, и почти сразу на мои колени упала моя сумочка. А ведь я о ней позабыла за всем.

– Спасибо, – поблагодарила вопреки истинным эмоциям, на всякий случай проверяя все ли на месте.

Да. Все. До последнего мятого чека.

– Уверена, что не хочешь…

– Уверена, – перебила я его, крепче вцепившись в сумочку.

Может мужчина и замечательный любовник, в чем я успела убедиться, но это ничего не меняет. У него своя жизнь, у меня – своя. Да, со своими проблемами, но они решаемы. Разберусь. Со всеми. Сама. Без чужого вмешательства.

А ехали мы не так уж и долго.

Всего-то минуты четыре. Не больше.

Это вчера путь от клуба до незнакомого дома показался мне долгим. Сегодня понимала, что живем мы совсем рядом. В паре улиц друг от друга. Что породило во мне прежние сомнения о том, насколько наша случайная встреча на самом деле случайна.

В любом случае, я победила, а значит не важно, как близко живет он от меня. Мы расстаемся, чтобы никогда больше не встречаться.

– Что ж, спасибо за пережитые впечатления, но мне пора, – попрощалась я с ним по-своему, покидая авто.

– До встречи, – усмехнулся Дамир, разглядывая меня прищуренным взором своих льдисто-голубых глаз.

– Прощай, – поправила я его, будучи уже на улице.

– Посмотрим, – парировал он с ухмылкой. – Я все еще надеюсь, что ты передумаешь.

– Это вряд ли, – покачала я головой.

– Скоро узнаем.

Не стала ему больше ничего отвечать. Захлопнула как можно аккуратней дверцу автомобиля и направилась к подъезду, на ходу копаясь в сумочке в поисках ключей. И очень постаралась не оборачиваться. Не дождется!

И лишь оказавшись в квартире. Заперевшись на все замки. Ощутив себя в настоящей безопасности. Лишь тогда я позволила себе расслабиться. Съехала по стене вниз и облегченно рассмеялась. А ведь до этого момента не подозревала, насколько сильно я в действительности напряжена.

Мне ведь повезло.

Нереально повезло.

Что Дамир оказался хоть и без совести, но с зачатками чести.

Или нет.

Звонок в дверь заставил вздрогнуть и с опаской покоситься на глазок.

Только не говорите мне, что он передумал?!

Глава 8

На ноги я поднималась осторожно и как можно тише. И не зря. Стоило заглянуть в глазок, как с губ сорвалось беззвучное ругательство.

Этому-то что нужно?

Будто мало мне приключений ночных…

Но находящийся по ту сторону блондин продолжал безостановочно жать на кнопку звонка. Снова и снова.

Чтоб его!

Черт меня дернул связаться с этим идиотом в свое время. Полгода страданий на фоне дикой мужской ревности отвратило от него навсегда. Но то меня. Не его. Никак не поймет, что все кончено, преследуя повсюду.

Звонок сменили громкие стуки с ноги.

– Ира! – завопил Костя истошно. – Открывай! Я знаю, что ты дома! Видел, как тебя тот урод привез на своей дорогущей тачке! Открывай!

О, нет!

Этого не хватало…

Что он вообще забыл в такую рань возле моего дома?

– Открывай, говорю! Открывай! Поговорим! – продолжал вопить Костя.

Ага, как же. Знаю я его разговоры. Задушевные по всем параметрам. Обойдусь. Лучше пойду переоденусь. Заодно может и гость незваный уберется, сдавшись.

Не сдался. Не убрался. Все то время, пока я меняла брюки с рубашкой на домашние спортивки и майку, колотил в дверь и требовал впустить его.

– Идиот! – проворчала себе под нос, раздумывая как быть дальше.

Тем более, на его вопли стали реагировать соседи.

Гадство!

В общем, дверь я открыла.

– Да что тебе от меня надо? Мы расстались, Костя. Рас-ста-лись. Уже почти полгода как. Когда ты угомонишься и поймешь, что ничего не вернуть?

Видимо, никогда, судя по следующим словам:

– Мы не расставались. Это ты непонятно с чего решила, что это так.

Ну, конечно.

Затянувшаяся стадия отрицания…

Так отрицал бы вдали от меня, но нет, изо дня в день одно и тоже. Сдать бы его полиции, но не поможет ведь. Выпустят сразу, по дружбе с верхами. Дядя у него – начальник РУВД одного из районов нашего города. Да и в друзьях ходят далеко не простые личности. А ведь в начале отношений был просто образцовым парнем. Пылинки сдувал, цветами задаривал, комплиментами топил. Потом… не знаю когда и почему… Пропустила для себя этот момент. Но все изменилось. И ладно бы повод давала. Нет. Среди друзей ни одного парня. Одни девчонки. Были. Заставил всех бросить. Чтобы его и ничья больше. И я соглашалась. Влюбленность затмила мозг. Когда опомнилась… было поздно. Смерть бабушки помогла прочистить разум. Взглянуть на ситуацию со стороны. Костя же… Он до сих пор считает, что я с расстройства его бросила. На эмоциях. А на самом деле все еще люблю и хочу быть с ним.

И вот как такому доказать обратное?

Битой по голове вдарить?

Так мне же хуже будет.

Вот и приходится терпеть и раз за разом пояснять парню прописные истины.

Почему-то вспомнился Дамир.

Все же я правильно поступила, что отказалась от его предложения. Такой еще хуже Кости будет. И от него я точно так просто не уйду. Не отпустит просто-напросто.

И зря я о нем задумалась…

Пропустила момент, когда настроение моего гостя перескочило грань между адекватным и неразумным.

– И как, хорошо потрахалась? Понравилось? Пока я тут тебя ждал, как идиот, всю ночь, – послышалось злое от Кости.

Всю… ночь?

Зачем?

– Вообще-то всю ночь я работала, – отозвалась осторожно, подумывая захлопнуть дверь, пока не поздно.

– Врешь, сука! – еще хуже взбеленился Костя, вдарив ладонью по косяку. – Ты с работы не домой уехала. А с еще одним мужиком. Решила подработать на досуге, раздвигая ноги, да?

То есть мало того, что следил за мной. Так еще и вместо того, чтобы помочь, когда меня крали, просто наблюдал и ядом ревности давился?

Козлина!

– Убирайся! – велела, тоже разозлившись. – Пошел вон из моего дома! И больше никогда не возвращайся! – захлопнула дверь перед самым его носом.

Кажется, я задела слегка, судя по ругани с той стороны. Да и плевать. Мягко отделался.

– Вот ты как заговорила, – вновь со всей дури вдарил Костя, но уже по дверному полотну и снаружи. – А такую недотрогу постоянно из себя строила. А теперь что? Стала как все. Продалась первому встречному. Тварь! – снова ударил. – Я ведь любил тебя! И сейчас люблю! А ты!.. Уверяла, что нет никого, а на деле прыгала на мужиков в этом своем клубе. И я ведь знал, но прощал. А ты… сука! – еще один удар. – Открывай, дрянь! Или без бабок теперь не даешь? Так я приплачу, раз тебе так больше нравится. Скажи только сколько надо.

И наверное, мои нервы все-таки сдали. Потому что я расхохоталась.

То один хочет купить мое тело, то другой. И когда только я стала столь востребованной шлюхой?

А драма за дверью набирала свои обороты. К орущему Косте прибавилась соседка.

– И чего так орать? – заворчала Елизавета Александровна. – Ходите и ходите все к этой проститутке, прости оспади. Нет бы нормальную девку найти себе. А вы… тьфу!

Ну да. Как же без нее, родимой. Кто ж еще поддержит Костика как не эта мегера? Вот и пусть перемывают мне косточки наедине, сколько влезет. А я пока… ванну с солью себе сделаю.

Или нет.

Входящий на мобильный порушил все планы.

Известный номер окончательно лишил настроения.

– Я слушаю, – отозвалась устало.

– Здравствуйте. Ирина Львовна? – раздалось важное и безэмоциональное от собеседницы.

– Да, это я, – вздохнула, прекрасно зная, что будет дальше.

– Вас приветствует Оксана Вешина. Я представитель банка…

– Я знаю, кто вы. И помню о своем долге, – перебила я ее.

В конце концов, они мне каждый день по несколько раз звонят. Скоро наизусть всю их речь выучу. Можно подумать, их звонки мне деньги принесут.

– Хорошо. Тогда подскажите, пожалуйста, когда вы его погасите?

Никогда…

С учетом вечно капающих процентов.

Но то про себя.

– Я вам и так отдаю больше половины зарплаты, что еще вам от меня нужно? – ни разу не любезно ответила я ей.

– Банку нужно, чтобы вы погасили долг как можно скорее. Вы брали кредит, значит понимали…

– Его брала не я, а моя бабушка. И я о нем не знала до ее смерти, – опять перебила я собеседницу. – Но да, я понимаю, что от ответственности это меня не освобождает. И плачу, как могу. Или может мне почку пойти ради вас продать? Не дождетесь. А потому хватит мне названивать постоянно. Если бы мне платили за все ваши звонки, я бы давно его погасила.

Но на этот раз девушка попалась наглая и упертая.

– Вы разве не работаете? – уточнила она, нисколько не проникшись моей речью.

– Работаю. И каждая моя зарплата по суду отходит вам. Мне едва остается на квартплату. Я уже забыла, когда последний раз нормально ела и одежду себе покупала. Но вам все мало.

– Вы взяли кредит и обязаны были выплатить его в срок. Устройтесь на вторую работу, раз одной вам мало.

– А учиться за меня будете вы? – съязвила. – Спасибо, обойдусь. Всего доброго.

– Вот только не вздумайте бросить труб…

Не договорила.

Я и правда отключила звонок.

Сжала на мгновение мобильник крепче, а затем с криком и со всей дури метнула его вперед. Сквозь злые слезы смотрела, как он летит через весь коридор, а затем с глухим стуком падает на пол. Экран тут же покрылся множеством мелких трещин, затем мигнул и погас.

Твою мать!

Этого только не хватало.

Лишиться средства связи – что может быть хуже в современном мире?

– Чтоб тебя!

Еще немного посмотрела на сломанный гаджет, а затем где была, там и уселась прямо на пол, запустила ладони в волосы и прикрыла глаза.

Вот почему если что-то случается, то все и сразу?

Где я так провинилась, что теперь пребываю в такой заднице?

Зачем бабушка только брала кредит мне на учебу?

Уж лучше бы я вовсе не поступала в универ. И да, представитель банка в чем-то права. Мне стоило бы и правда найти вторую работу. Но бросать учебу не хотелось. Раз уж бабушка пошла на такое ради того, чтобы я исполнила мечту, я не имею права сдаваться. А значит, берем себя в руки и двигаемся дальше.

Глава 9

– Что значит, вы меня увольняете? За что?

Я стояла в кабинете администратора клуба, с возмущением глядя на сидящую за рабочим столом миниатюрную эффектную брюнетку в очках и белой блузке. Та, поджав губы, взялась за лежащий лист на столе, чуть в стороне от нее. Чуть подумала и протянула его мне.

Я забрала его с осторожностью и все тем же недоверием. На нем красивым почерком было выведено объяснение решению начальства, которое я принялась быстренько зачитывать про себя. И чем дольше читала, тем сильнее сжимала пальцами накатанную на меня кляузу.

– Эта вчерашняя жалоба, но не единственная, – заметила сухо Диана. – Их много накопилось. В последнее время ты работаешь все хуже и хуже. И начальство решило, что наше с тобой сотрудничество более невозможно. Я тебе звонила, чтобы сообщить, но у тебя телефон отключен.

Потому что сломался, а новый я купить себе еще не успела. Да и не на что.

И все-таки очень обидно.

Ночная работа без выходных и дневная учеба выматывали меня изрядно, но едва ли я работала хуже других. Наоборот, я не раз становилась работницей месяца. А теперь мне заявляют, что я плохо стараюсь? Потому что не подошла к кому-то сразу? Да я ко всем сразу не подходила. Из-за наплыва посетителей и отсутствия части команды, мы в двойном размере и темпе вчера отрабатывали смену. Хоть об стену убейся, но быстрее бы и не получилось.

– Причем, насколько знаю, ты прошлой ночью пролила коктейль на одного из наших спонсоров, что тоже неприемлемо…

– Так это из-за него? – возмутилась я тут же. – Это он вам пожаловался?

Меня аж затрясло от гнева.

Да как он посмел?

Мало того, что выкрал меня, устроил непонятное представление в своем доме со мной в главной роли, так теперь меня еще и увольняют из-за него?

Скотство!

– Мне жаль, Ир, но я не могу повлиять на это решение. Это не в моей компетенции, – куда мягче и сочувствующие добавила администратор. – Но я могу обещать тебе хорошую рекомендацию. Да и плату ты получишь в полной мере, как за отработанный месяц в самое ближайшее время.

Хоть что-то…

Пусть и выглядит оное больше как подачка.

Но в моем положении не до гордости.

А новую работу я найду.

С такими мыслями я дождалась оформления трудовой, после чего покинула ставшее за полгода почти родным заведение.

На улице к тому времени заметно стемнело, по краям дорог зажглись фонари. Я смотрела на быстро проезжающие мимо автомобили и думала о том, что моя жизнь вот так же проносится мимо меня, пока я изо дня в день пытаюсь выжить.

Да какого ж черта?!

Почему я не могу жить, как все?

Как все, ходить на встречи с подругами. Посещать с ними различные вечеринки. Влюбляться…

На последней мысли я оборвала саму себя.

Какая любовь, когда у меня даже времени нет не то что на знакомство с кем-то, а банально в магазин сходить?

Кому такая нужна?

Девушка в долгах…

Интересно, а если сказать Косте о кредите, он тоже сбежит?

Может зря молчу?

Одной проблемой меньше стало бы.

Или больше…

Вздохнула.

Расклеилась я из-за увольнения что-то, хотя ничего прям катастрофического не случилось. Все поправимо. Все, кроме смерти. А встречаться с костлявой я точно не намерена. Не в ближайшем будущем. Поэтому берем себя в руки и топаем домой. Раз уж выдался свободный вечер, стоило бы воспользоваться им в полной мере, а именно подготовиться к завтрашнему учебному дню. Понедельник все-таки. А я и так долгов нахватала. Пора с ними разобраться. Выплату я тоже как раз завтра вроде как должна получить. Куплю себе дешевый смартфон и начну искать новую работу.

Да. Ничего страшного не произошло. Все у меня будет хорошо. Обязательно.

Дом меня встретил привычной тишиной и не менее привычным пустым холодильником. В недрах морозилки обнаружила небольшой кусок куриной спинки и решила сварить себе хотя бы бульона. Все лучше, чем вообще без еды. А так, с хлебушком очень даже сытно и вкусно. Попутно заучивала темы прошлых лекций, присланных заботливыми подругами-сокурсницами. Да, встречаться с ними мне было некогда, но общаться, пусть и на расстоянии, мы продолжали. Одна из них и написала в какой-то момент, отвлекая от зубрежки.

«Привет, работница, что делаешь?» – высветилось сообщение в скайпе от Алены.

С аватарки на меня смотрела подмигивающая и показывающая язык симпатичная зеленоглазая брюнетка, при виде которой на губах всегда расплывалась улыбка.

«Меня уволили. Так что я, наконец, взялась за ум», – ответила правду, чуть подумав.

«Фига себе, – прилетело от нее почти сразу. – То есть, ты дома?» – уточнила вторым сообщением.

«Угу. Пытаюсь разобрать ваши с Викой каракули».

«Ну, разбирай, разбирай… » – прислала та и вышла из скайпа.

Еще через двадцать минут на пороге показались и она, и Вика – тоже брюнетка, но с карими глазами. Обе одетые в джинсы и безликие белые футболки они как никогда напоминали сестер, хотя в действительными и близко родственницами не являлись. И каждая держала по пакету с продуктами.

Понятно, зубрежка отменяется.

– Ты нас, конечно, прости, подруга, но мы не могли не воспользоваться моментом, – выдала Вика, отодвигая меня с порога в сторону и без приглашения входя в квартиру.

Я на это только хмыкнула и захлопнула за ними дверь. И да, была безумно рада им обеим. В последний раз мы виделись месяц назад, когда они вот также пришли ко мне без приглашения с ночевкой в единственный мой выходной.

Вот и сейчас обе сразу протопали на кухню, принявшись изучать содержимое холодильника и кастрюли на плите.

– Ага, бульон есть, отлично, – вынесла вердикт все та же Вика – самая деятельная из нас. – И только попробуй сказать, что тебе ничего не нужно, – велела, заметив меня на пороге кухни.

Вздохнула.

Можно подумать, это поможет.

Хотя стоило бы. Девчонки приехали учиться из другого города и жили в общаге, так что им деньги были куда нужнее, чем мне, а, судя по количеству принесенных продуктов, они на меня потратили половину своих припасов.

– Слушай, надо было мясо все-таки взять, – вставила Алена, подведя не хитрый итог своей инвентаризации моего холодильника. – Хотя бы куриные бедра.

О, Боже…

– Девочки, я вас прошу, не надо мне ничего. Завтра зарплата, я сама все куплю, что надо.

– Завтра с тебя твою зарплату сдерет подчистую твой банк, так что не вешай нам лапшу, подруга, – отмахнулась Вика, закидывая в мойку картофель с морковью. – Значит, я в магазин докупать, а вы пока начинайте готовить, – велела, прежде чем свалила. – И чтоб никаких сплетен до моего возвращения! – прокричала уже из подъезда, прежде чем захлопнуть за собой дверь квартиры.

Мы с Аленой остались наедине.

Та, хоть и посматривала на меня с любопытством, но расспросы не устраивала. Вместо этого принялась за чистку овощей.

– А ты учи дальше, – махнула рукой в сторону лежащего на кухонном столе ноутбука и тетрадей с конспектами.

Я и здесь не стала спорить.

Только кивнула в знак благодарности и действительно занялась делом.

На самом деле мысли больше занимало то, какие у меня все-таки замечательные подруги, и как мне с ними повезло. Ведь не бросили наедине с проблемами. Вообще предлагали денежную помощь. Я отказалась. Зачем вешать на других свои проблемы? Тем более, сумма не десятками тысяч измеряется, а всеми сотнями. И пусть мы виделись, что говорится, раз в пятилетку, но и Алена, и Вика – обе готовы были приехать в любое время суток по первому же зову. Да и звать их не надо.

Так что, когда девчонки закончили готовку, и мы втроем принялись за поздний ужин под бутылку домашнего вина, я рассказала им обо всем без утайки.

Глава 10

– Вот как-то так, – подвела я итог своего рассказа.

– Хрена себе, у тебя страсти бушуют, пока мы в нашей альма-матер зубы о гранит науки точим, – выдала прифигевшая Вика.

А вот Алена промолчала, о чем-то сильно призадумавшись. Я же на такое восклицание едва заметно вздохнула, помешивая ложкой суп. Я бы лучше тоже гранит науки грызла, чем так.

– Я думала, такое только в книжках или фильмах случается, – продолжала фонтанировать эмоциями Вика.

– Я до сегодня тоже так думала, – хмыкнула.

Еще недавнее плохим настроение резко повысилось, стоило поделиться случившемся с девочками. И вообще теперь больше воспринималось как какое-то забавное приключение, чем нечто серьезное и страшное. Наверное, потому что ничего прям плохого со мной так и не произошло. А так… есть что вспомнить и рассказать потомкам.

Но то я.

А вот Алена так не считала.

– То есть он не просто тебя украл, но и знает о тебе немало. Причем выяснил все это, получается, за довольно короткий срок, всего пара-тройка часов с момента вашего столкновения, так?

Так…

– Из твоих уст это звучит так, будто он сталкер какой-то, – проворчала я, тоже хмурясь.

– Нет, – покачала головой Алена. – Я совсем не это имела в виду. Я просто подумала… если он спонсирует тот клуб, то может вы уже встречались? Просто ты не запомнила. Вот он и… – ухмыльнулась.

– Поверь, его бы я точно запомнила, – нервно хохотнула. – Его нереально не заметить и забыть.

А червячок сомнений уже вгрызся в мозг, порождая сотню догадок на этом фоне.

Вдруг правда?

– То есть, мужик хорош собой?

Кто о чем, Вика все о том же.

И вот что сказать?

Не говорить же о том, что его образ так крепко впечатался в сознание, что я с легкостью могла воспроизвести каждую черточку хмурого лица, могучих плеч, тренированного тела, ощутить его жар, вкус поцелуя, запах одеколона…

Нет, такое точно лучше не сообщать!

Хватит того, что мне до сих пор не дает покоя несостоявшаяся ночь с ним, и то, что он вытворял с моим телом на протяжении целого часа.

– Мужик, как мужик. Только богатый и следит за собой. Одежда с иголочки, прилизанные волосы, весь такой из себя, – пожала плечами как можно безразличней.

«Лгунишка», – заметило с ехидством собственное подсознание.

– То есть понравился, – сделала собственные выводы Вика.

Мог бы. Не будь он таким придурком.

– Але, Вика, он меня похитил и чуть не поимел против воли, ты о чем? – пощелкала пальцами перед ее лицом на всякий случай, чтоб уж точно выкинула из головы странные мысли.

И я вместе с ней.

– Не поимел же, – пожала она плечами.

– Согласна. Хотел бы просто взять, сделал бы это без всяких уговоров и пари, – поддержала ее Алена.

Где-то тут я подумала, что видимо как-то не так преподнесла им информацию о произошедшем. Иначе с чего они вдруг романтику увидели там, где ее нет? Вот и не стала спорить. Перевела тему на учебу.

Ход оказался верным. Остатки вечера я слушала последние сплетни университета, в котором появлялась через раз в последнее время. Завтра придется обивать пороги преподавателей, чтобы меня простили и допустили до зачетов и экзаменов. Но в конце концов, училась я платно и хорошо, несмотря на многочисленные пропуски, преподы меня любили, так что за это не волновалась. И утром собиралась с улыбкой на губах. Но тут дело еще в том, что мои девчонки остались с ночевкой, скучать точно не приходилось. Так что порог универа переступала все в том же хорошем настроении. Которое тут же угасло под натиском реальности.

– Но за что? – непонимающе уставилась на нашего декана – Полину Витальевну, женщину лет пятидесяти, со строгим пучком русых волос и голубым взглядом из-за толстых линз очков.

Та устало вздохнула. Сняла очки и провела пальцами по переносице.

– Ты пропустила несколько семинаров, не сдала три доклада, допуски к экзаменам не получены, посещаемость оставляет лучшего. Я прикрывала тебя, как могла, но больше не могу. На последнем собрании было принято решение исключить тебя.

Что я там вчера говорила?

Сейчас мне казалось, что моя жизнь кончена.

Да как так-то?

Может я и не лучшая ученица, но уж точно не самая худшая!

А они…

– Но я же могу хоть сейчас все сдать. Спросите любую тему, по любому предмету, я все знаю. Полина Витальевна, вы же знаете меня. Да, у меня сейчас не самый лучший период в жизни, но я же справляюсь. И не так много у меня долгов. Да и те сегодня же все досдам, какие нужно.

– Да понимаю я все, Ириш, – вздохнула повторно декан. – Мы все понимаем. Но решение принято не нами, а ректором, и обжалованию не подлежит. Могу только посоветовать взять тебе академический отпуск. За год решишь проблемы и в следующем сентябре вернешься к учебе.

– Опять на третий курс? – взвыла обреченно.

Который почти окончила…

Да как так-то? Что за напасть такая? С работы уволили, теперь еще и из университета выгоняют. Сговорились они все что ли?

– Мне жаль, Ириш, правда, – одарила женщина меня сочувствующим взглядом, поднимаясь из-за стола. – Но академ – это единственное, что я могу тебе предложить в текущей ситуации, – приблизилась и неуверенно тронула мое плечо.

Она явно хотела еще что-то добавить, но в кабинет вошел другой студент, и мне пришлось уйти.

Да и что она могла мне еще сказать?

Добить если только.

И все-таки бред какой-то.

Вчера с работы уволили, теперь с учебой проблемы нарисовались.

Как проклял кто.

Спасибо, выплата пришла к обеду, как и обещалось. Хотя заявление на академический отпуск я все же написала. Пусть и было безумно обидно. Получалось, сотня тысяч, оплаченная бабушкой с помощью взятого кредита на мое обучение, вылетела в трубу. Как и я зря горбатилась эти полгода на его выплату.

Хоть садись, где стоишь, и в голос рыдать начинай.

Не села.

Но и куда идти, что делать дальше, так сразу не соображалось. То есть я знала, что должна дойти до какого-нибудь ТЦ, купить телефон, загрузить подходящие приложения, отправить резюме куда можно и нельзя, но…

Бесит!

Что я должна это делать.

Хотя и другого ничего не осталось. Вот и направилась в ближайший торговый центр, где в одном из салонов связи приобрела недорогой аппарат. Тут же первым делом сообщила девчонкам о том, что я снова доступна для звонков и переписок.

«Ты где?» – тут же прилетело мне в ответ от Вики.

Пришлось сдавать свое местоположение.

«Скоро будем», – стало мне ожидаемым ответом.

А пока я их ждала, уселась за один из столиков в кофейне на первом этаже и принялась искать подходящие вакансии.

Что ж, в академическом отпуске есть свои плюсы – не придется больше разрываться между учебой и работой, а значит, больше не буду загонять себя до потери сознания. За год уж точно расплачусь со всеми долгами. Зато потом можно будет расслабиться и посвятить жизнь личностному развитию.

Словно в ответ на мои мысли, телефон зазвонил, а на дисплее высветился знакомый номер банка.

Ну да, как без них, родимых?

И без того долго ждали. Со вчерашнего дня.

Но на звонок ответила.

– Я слушаю.

Дальше последовало набившее оскомину приветствие представителя банка, а затем:

– Если в ближайшее время обязательный платеж не будет погашен, документы по вашей задолженности передадут в суд. А там, сами понимаете, с учетом, что ваша квартира в залоге, скорее всего вы ее лишитесь…

Она что-то говорила дальше, но я не стала слушать, сбросила вызов, уставившись перед собой невидящим взглядом.

Правда, могут отобрать?

И если да, то что мне тогда делать?

Мало того, что с работы уволили, из университета выгнали, теперь еще и на улице жить буду?

Да что за фигня?

Последняя мысль оказалась настолько яркой, что я выкрикнула ее вслух.

– Эй, ты чего? – тут же раздался за спиной обеспокоенный голос Вики.

Она присела по левую сторону от меня, глядя с озабоченностью. По другую сторону села Алена. И я только сейчас заметила, что привлекла внимание рядом сидящих. Пришлось делать вид, что все нормально и всем просто показалось. Всем, но не подругам. Их таким точно не проведешь.

– Ничего нового, просто опять из банка звонили. Сказали, что дело передают в суд, и я могу лишиться квартиры, – призналась со вздохом.

Девочки переглянулись между собой.

– Какой суд, Ир? – уточнила осторожно Алена. – Ты же говорила, что они согласились пойти тебе навстречу, и ежемесячные выплаты ты исправно отдаешь, нет разве?

– Согласились. Отдаю. Но в последнее время позже обозначенного срока. Видимо, из-за этого. Не знаю. Я не знаю, – выставила локти на стол и уткнулась лицом в ладони.

Сил никаких не осталось изображать стойкость.

– Может меня и правда кто проклял? – повторно задалась вопросом, пусть и не верила никогда раньше в подобную чушь.

Но и как еще объяснить, что на меня свалилось столько всего за один день, не знала.

– Не говори глупостей, – осадила Вика. – То, что тебя уволили с работы, а теперь и банк судом запугивает, ничего не значит. С банком есть официальная договоренность, а значит надо им просто позвонить, и все уточнить. Возможно, что это все просто какая-то ошибка. Так что отставить панику!

– Да, верно, – поддержала подругу Алена, пододвигая ко мне ближе телефон. – Вот прям сейчас звони их представителю, с кем ты там заключала эту договоренность. У тебя же сохранился его номер?

– Да. Вроде не удаляла, – кивнула, берясь за мобильный.

– Вот и хорошо. А мы пока закажем чего-нибудь вкусненького к кофе, – улыбнулась ободряюще Вика, поднимаясь из-за стола.

– Спасибо, – поблагодарила обеих.

И не только за сладкое, за постоянную поддержку. Не представляю, как бы пережила последние полгода, не будь их за моей спиной. Пусть не всегда рядом, но если надо, точно знаю, бросят все и приедут в тот же час на помощь. Так что представителю банка я звонила уже собранная и готовая отстаивать свои права в случае чего.

Глава 11

Гудки все шли, а ответа так и не последовало. Ни с первого, ни со второго раза.

– Тогда звони на горячую линию, – предложили вернувшиеся пирожными девчонки.

Для этого пришлось лезть в интернет, выискивать нужный номер. Еще несколько минут я потратила на общение с роботом, а вот потом…

– Простите, но подобного соглашения к договору у нас не значится на ваше имя, – проговорила мужской голос, принадлежащий оператору Игорю. – Только сам договор, по которому скопилась задолженность в сумме…

– Я знаю, – перебила я сотрудника банка. – В этом и проблема. Что такого не должно быть.

– С этим вопросом вам лучше обратиться в тот филиал банка, в котором вы оформляли договор.

В общем, ничем он мне не помог. Только головную боль пробудил.

– Издевательство какое-то, – пробормотала я, завершив безрадостную беседу.

Подруги тоже притихли.

– И что? Поедешь в банк? – поинтересовалась Вика.

– А есть еще какой-нибудь выбор? – вздохнула я уныло, отложив телефон.

Не так я планировала провести этот день. Совсем не так. Все должно было быть иначе. Я должна была сдать все хвосты, получить законные зачеты, а после заняться поиском новой работы и готовиться к экзаменам. А теперь…

Я словно вернулась на полгода назад. Вновь одинокая. Никому не нужная. И абсолютно беспомощная. Не понимающая, как быть дальше. С чего начать.

И вот опять…

Безысходность.

Ненавижу это чувство!

Думала, больше никогда не поддамся ему, но стоило бы догадаться, что подобное не про меня.

– Ладно тебе, не грусти, – пододвинула ко мне ближе тарелочку с десертом Алена. – Что-то да придумаем.

– Угу, – вздохнула повторно, берясь за чайную ложку.

Есть больше не хотелось, но и отказываться от предложения не стала. Все лучше, чем просто так грузиться проблемами.

– Ага, например, принять предложение мистера Наглость, – вставила шутливо Вика.

Чуть не подавилась, вовремя проглотив кусочек пирожного, но возмущенный взгляд девушке послала.

– Что? – нисколько не прониклась та. – Сама призналась, что мужик хорош собой. Тебе явно понравился, чтобы ты не говорила. Почему тогда не совместить приятное с приятным?

Я все-таки подавилась. И одарила ее самым мрачным взглядом.

– Вика, блин, ты бы хоть не под руку, что ли, говорила такие вещи, – укорила ее Алена, которая тоже от неожиданности чуть не подавилась.

Еще бы нашу кареглазую бестию это проняло.

– Да шучу я, шучу, – весело рассмеялась она. – Хотя это был бы реально выход, если так подумать. Тем более он, вроде как, ждет… – протянула мечтательно.

– Бывший меня тоже ждет, – съязвила я зло. – Но это не значит, что я обращусь к нему за помощью.

Вика поморщилась.

– Нашла о ком вспомнить, – проворчала хмуро, растеряв все свое веселье. – Странно, что еще не примчался тебя утешать.

– Сплюнь, – едва не перекрестилась я. – И без него тошно.

– Вот и я о том же, – поддакнула подруга.

– Но в одном я согласна, все это очень странно. И работа, и учеба, и кредит, и все в одно время, – призадумалась Алена.

– Ты это к чему? – напряглась я.

И сама ведь о таком думала, но как-то не верилось. Из друзей и подруг у меня только эти две брюнетки, а из злопыхателей – только один бывший. Но едва ли это он. Иначе бы давно уже сотворил подобного рода подставу, а не выжидал полгода. Но больше и некому, если так подумать.

– Да ни о чем конкретном, – улыбнулась Алена. – Просто странно это все.

– Не то слово, – в очередной раз вздохнула я. – Ладно, девчонки, пойду я, съезжу в этот их банк, разузнаю, что к чему.

Я отодвинула от себя недоеденное пирожное и чашку с недопитым кофе, улыбнулась им на прощание и поднялась из-за стола. Отдохнула, хватит. Пора вершить великие дела. Но сперва пришлось заехать домой, за документами, а уже потом идти в отделение банка.

В общем, спустя полчаса я восседала напротив менеджера по работе с клиентами по имени Оксана, которая мне с милой улыбочкой доказывала, что мое переоформление не зафиксировано в базе, и все это время я платила по старому договору.

Да что за бред?

– Вы так издеваетесь, что ли? – повысила голос, не сдержавшись. – Я вам показываю документы со всеми подписью и штампами, а вы мне говорите, что это все фейк? Вы серьезно?

– Девушка, ну я же вам говорю, нет такого договора в базе. Возможно, тот, с кем вы перезаключали сделку, забыл внести вас в реестр. Или ввел как-то неправильно.

– Так давайте спросим у него, – не сдавалась я. – Позвоните ему, или как у вас это происходит? Но я не собираюсь отвечать за то, в чем виновны вы.

Конечно, я говорила не про Оксану, а про недобросовестного работничка банка, хотя сейчас и она была для меня настоящим врагом. Ведь получалось все эти полгода я платила впустую. Работала чисто на погашение комиссии. Грубо, но в целом правда.

– Если сами не способны мне помочь разобраться со сложившейся ситуацией, позовите того, кто сможет, – добавила через паузу.

Девушка поджала губы, но просьбу мою исполнила. Вызвала свою начальницу. Пришлось и ей коротко излагать свою версию событий, на что ответ стал все тот же.

– И что теперь? – посмотрела я на них, не скрывая злости.

Их сотрудник совершил ошибку, а я теперь расплачивайся, так что ли?

– Давайте так, Ирина Львовна, – обратилась ко мне ведущий специалист. – Я передам ваше дело на пересмотр, и как только станет что-то известно, мы вам обязательно сообщим. Вы документы только свои оставьте, чтобы мы смогли приложить их к вашему делу. Еще раз приносим свои извинения за причиненные неудобства и обязательно в скором времени решим сложившуюся ситуацию.

Как же, решат они, но сделала как велено.

Что еще оставалось?

Домой возвращалась с чувством, что все происходящее какой-то театр абсурда. Вот еще бы за участие в нем платили…

Но все-таки как же все странно.

И будто мало мне проблем, на лавочке возле подъезда меня опять поджидал бывший. В своем фирменном стиле парня-раздолбая. Взъерошенные светлые волосы, рваные синие джинсы, белая футболка с непонятной надписью на немецком со спины, черная кожаная куртка и фирменные кроссовки. А в руках огромный букет белых роз.

Опять двадцать пять!

– Может хватит уже меня преследовать? – высказалась, подходя к нему со спины.

Парень обернулся и застыл, хмуро глядя на меня карим взором.

– Это ты мне? – уточнил мрачно.

Я же почувствовала себя дурой.

– Прошу меня простить, я обозналась, – извинилась. – Ты со спины очень похож на одного моего знакомого.

Блондин заметно расслабился.

– Видимо, он совсем тебя достал, раз ты на прохожих бросаешься, – хмыкнул.

– Что-то вроде того, – тоже улыбнулась. – Что ж, еще раз извини, что так вышло, я пойду, – попрощалась, направляясь к подъезду.

– Стой, погоди, – донеслось мне в спину, вынуждая притормозить и обернуться. – Ты здесь живешь, да? – подошел парень ближе, кивнув на запертую дверь.

– Живу, а что?

– Слушай, а ты не знаешь никакую Наумову Иру?

Только расслабившаяся я вмиг напряглась обратно.

– Допустим, знаю, – отозвалась осторожно. – Для чего она тебе?

– Цветы передать, – кивнул на букет в руках.

– И кто отправитель? – нахмурилась, глядя на розы с подозрением.

Клянусь, если они от бывшего, я их ему при следующей встрече в задницу засуну. Может тогда до него дойдет, что между нами все кончено. Тем более, что больше и не от кого получать такие презенты. Мысль о Дамире я отогнала усилием воли. Ему уж точно не за чем мне оказывать такие знаки внимания.

– А ты та самая Ира? – поинтересовался в свою очередь блондин.

– Она, – не стала отрицать. – Так что? От кого?

– Внутри есть карточка. Думаю, там найдется ответ на твой вопрос. Так что бери скорее, да я пойду.

Практически впихнул мне цветы в руки и сбежал, оставив меня растерянно смотреть ему вслед.

Что это только что было?

И от кого все-таки презент?

Посмотрела на розы, не удержалась и втянула в себя их нежный аромат.

Потрясающе!

Пожалуй, я их оставлю.

В конце концов, они не виноваты в том, что их даритель идиот, каких поискать. Осталось убедиться в личности отправителя.

Записка нашлась между не до конца распустившимися бутонами. Небольшая карточка с одной единственной надписью: «Ванильной девочке. Улыбнись».

И наверное, это очень странно, но я и правда невольно улыбнулась.

Слишком неожиданно и странно было получить цветы именно от Дамира. Он последний, на кого бы я подумала. И вообще возникло ощущение, что он где-то рядом, следит за мной. И сейчас непременно появится из-за угла. Чего конечно же не произошло.

– Не дури, Ира, – тут же одернула себя шепотом, пряча записку обратно в букет. – Глупости думаешь.

Это все стресс.

Вовсе не желание увидеться.

Да, именно так.

И вообще было бы странно, после его выходок, хотеть подобного.

Тем более, у меня и без него было о чем пострадать.

Пора приниматься за поиск работы!

Глава 12

И кто сказал, что поиск работы – это просто?

Вообще ни разу.

Два дня прошло, а я так и не получила ни от кого даже приглашения на собеседование. Не важно, отправляла ли я резюме по электронке, или же звонила по указанному номеру. Но ведь так не бывает, я точно знаю. И все же это происходило со мной. По итогу я решила, что хватит ждать у моря погоды, и, не став ничего никому отправлять или звонить, поехала сразу по адресу потенциального работодателя.

Это был небольшой, но уютный ресторанчик в центре города, с русской кухней и средневековым антуражем, с банальным названием «Избушка». К слову, оно себя оправдывало. Я и правда будто в деревянной избе оказалась с двумя большими комнатами. Та, что ближе к выходу, предназначалась для шумных компаний, а вот вторая – уединенная, для романтических свиданий. Чтобы попасть в него, пришлось спуститься в подвальное помещение по довольно крутой лестнице.

У входа висело зеркало в резной раме, и я остановилась возле него, проверяя свой внешний вид на наличие изъянов, хоть и точно знала, что выглядела я довольно сносно. Брючный костюм черного цвета, разбавленный белой блузкой под пиджаком, был аккуратно выглажен, и мне действительно шел. Светлые волосы я выпрямила утюжком и уложила так, чтобы не мешались. На лице самый минимум косметики. Опыт на руках, то есть в сумочке, в виде распечатанного резюме. И все равно я жутко волновалась. Особенно, когда, переступив порог, наткнулась на администратора, который отчитывал какого-то официанта.

Отчитывала.

Симпатичная крашеная брюнетка в черном платье размера миди и кожаных туфлях на низким каблуке.

– Еще раз и вылетишь отсюда, как пробка, понял меня? – закруглила свои нотации она.

– Да, Светлана Николаевна, – кивнул провинившийся, тут же сбегая подальше с ее глаз.

Только тогда мое присутствие оказалось замечено. Карие глаза просканировали меня с головы до ног и обратно в доли секунд.

– Мы закрыты. Приходите через два часа, – было сказано мне, а затем девушка поспешила уйти.

Пришлось догонять.

– Простите, но я по объявлению. Вы еще набираете официантов?

– Ах, да. Иди за мной, – по-деловому отозвалась администратор Светлана.

Пришли мы в небольшое помещение, похожее на кабинет. Тоже полностью отделанное деревом, с массивным столом и двумя офисными креслами. Одно предназначалось хозяйке комнаты, второе – посетителям.

– Присаживайся, – махнула рукой на мебель брюнетка, тоже усаживаясь. – Как тебя зовут?

– Ира, – представилась я, усаживаясь на обозначенное.

– Что ж, Ира, я Светлана Николаевна, и ты пришла в мой ресторан, – огорошила она меня сходу деловым тоном. – Мне действительно нужны рабочие руки. В последнее время приток посетителей заметно увеличился, и ребята просто физически не справляются. Работа посменная, по двенадцать часов в день. С полудня до полуночи. Если все устраивает, заполняй анкету, потом мы с тобой немного побеседуем, – протянула она мне лист с распечатанными на нем вопросами, а поверх положила ручку.

Вот так сразу, без прелюдий и попытки расположить к себе. Я в первое мгновение даже растерялась. Во второе – придвинула анкету к себе ближе и принялась заполнять, решив тоже не разводить политесы. Вопросы были стандартными, так что с ответами не возникло никаких сложностей.

Действие заняло не больше десяти минут, и все это время хозяйка ресторана спокойно ждала меня, что-то печатая на планшете. Изредка она хмурилась и поджимала губы в недовольстве, но ни разу меня не поторопила.

– Все, – первая нарушила тишину я, отдавая заполненный текст.

Светлана также без слов принялась его изучать. Скрупулезно, с самым серьезным видом, и в продолжительной тишине. Нервировала в общем.

– Почему уволилась с предыдущего места работы? – наконец, подала голос.

Но лучше бы молчала.

Что мне ей сказать?

Правду? Про свою неуклюжесть и расстроенное этим высшее руководство…

Нет, это точно не вариант.

Но что тогда?

Как-то не продумала я подобное обсуждение.

А зря.

– Слишком много суматохи и громкой музыки, – нашлась с первым попавшимся предлогом. – И ваш ресторан ближе к моему дому, – придумала и второй.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.