Хамки
Заповедник Зелирия. Убежище Ксинори

© Иллюстрации. Визуальная новелла «Заповедник Зелирия», 2025

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2025

© Текст. Хамки, 2025

* * *

Эта книга посвящается людям, благодаря которым игра и книга «Заповедник Зелирия» увидели свет в том виде, какие они есть. Тем, кто приложил много сил и упорства для достижения нашей общей цели. Я благодарен им за нашу совместную работу, всем вместе и каждому лично:

LingvoVedma – за миллионы маленьких пинков, которые годами двигали вперед всю работу и всех нас. Ну и за пиар и перевод, конечно!

Shinzumi – за кучу гениальных идей, которые он всегда озвучивал, даже зная, что у нас «инициатива карает инициатора», и, как следствие – за помощь с кодом, озвучку, Android-версию и *10 0500 пунктов*!

IronDragon – за классный код, от которого месяцами страдали бедные «пираты», и толику адекватности, которую он привносит в наш коллектив!

Tervainir – за воистину великое терпение и понимание моих «гениальных» формулировок в постановке задач, которые я порой и сам не до конца понимаю. И, конечно, за его прекрасные рисунки!

Спасибо вам, ребята! Без вас мир никогда не узнал бы фиолетового не-хомяка по имени Хамки! Мы много сделали и, надеюсь, сделаем еще больше вместе! Ведь мы – Salangan Games!

Всё здесь не то, чем кажется.

Часть 1. Это не тот хомяк, что вы ищете! Это вообще кролик

О-па, кролики!

Глава 1. Как царь ушёл в девочки

Бежать было легко. За вчерашний день Макс успел внимательно изучить хотя бы часть дороги, и сейчас полная темнота почти не мешала ему двигаться. Была надежда на фонарик, но им можно было привлечь внимание, и спецназовец решил воспользоваться устройством позже. Рюкзак был лёгким, с собой бывший Глас Салангана взял лишь самое необходимое: бурдюк с водой, мешок дукликов и своё оружие. Взял бы пайки, но последний из них был беспощадно сожран Хамки больше полугода назад.

Макс нёсся, не оглядываясь, по похожим на земные джунгли зарослям. Ничего, кроме шелеста редки травы под подошвами его сапог и собственного ритмичного дыхания, не нарушало ночную тишину.

«Неужели мне повезло и они ничего не заметили? – Подумал он. – Если правильно оценил расстояние, то уже к утру я миную Граничные скалы, а там и рукой подать до моей цели».

Не снижая темпа, он продолжал движение. Эту часть дороги он не знал, но, по словам послушниц Храма, по ней можно было «дойти до Граничной скалы даже с закрытыми глазами». Очень интересное сравнение, учитывая, что в темноте Макс, что есть мочи смотрящий вперёд, видел, пожалуй, даже хуже, чем умари с завязанными глазами.

Что-то хрустнуло позади, но Макс подавил желание обернуться – он бы всё равно ничего не увидел.

– Показалось, – прошептал он себе под нос, словно надеясь, что если убедит себя, что ничего не происходит, то ничего и не случится. Но решил всё же ускориться, надеясь, что на пути нет корней или кочек.

Что-то свистнуло, ноги словно приросли друг к другу, и Макс растянулся на дороге, едва успев выставить руки, чтобы не влепиться носом в землю.

– Ну что такое… – обречённо простонал он.

* * *

– Макс, умоляю, вернись в Храм! Не ходи туда! – Макс стоял, привалившись к дереву и восстанавливая дыхание, а Лика ползала перед ним на коленях и, размазывая по лицу слёзы, упрашивала его передумать. Последний раз в таком состоянии он видел девушку тогда, когда сам случайно попался в её аркан. Только тогда на ней были обноски отшельницы, а сейчас – одеяние Первой советницы. Впрочем, новый наряд, выигрывая в роскоши, проигрывал в «количестве» – больше всего он напоминал купальник-бикини, увешанный драгоценностями.

– Лика…

– Мааакс, – если стенания Лики были исполнены отчаяния, то фразы Эйки звучали так, словно она пыталась уговорить на что-то очевидное полного идиота. – Кончай валять дурака, Лика права: тебе совершенно нечего там делать! Ты – Глас Салангана, в конце концов! Пусть другие дерутся! – Эйка, держа в руках некое подобие фонаря, представляющее собой наполненный светящимися насекомыми стеклянный шар, и в самом деле смотрела на спецназовца как на дурака. Впрочем, то, что она, Вторая советница Гласа Салангана, уже полгода как обитающая в храме и показавшая большие успехи в делах налаживания контактов с зелирийскими королевствами, стояла сейчас тут, сама пытаясь продышаться, уже говорило о том, что ей вовсе не плевать на Макса и перспективу его бесславной кончины. Почему никто из них не рассматривал любой иной исход, – парень не понимал.

– Эйка права, Макс! – всхлипнула Лика. – Ты – Глас Салангана! Не уходи, не бросай Теократию! Только прикажи – армия будет готова выступить к утру! Хочешь, её возглавит Ласса, хочешь – я, но не ты сам, Макс! Ты нужен нам!

Макс вздохнул и сел на траву там же, где стоял. Он протянул руку и вытер слёзы с красных глаз Лики.

– У Теократии есть вы. Ты видела, что случилось, слышала мой пересказ слов Хамки, которые он сказал мне, уходя.

В самом деле, сегодня утром Коксик, все эти полгода исправно выполнявший роль бесноватой, но забавной аватары Хамки, словно сорвался с цепи. Он как обычно кружил над площадкой перед Храмом, но в какой-то момент издал дикий рёв и спикировал вниз. Его безразмерная пасть открылась, и острые как бритвы зубы клацнули в считанных миллиметрах от лица оказавшейся рядом послушницы. В следующее мгновение Хамки, который успел телекинезом остановить свихнувшееся создание, буквально разорвал летуна в клочья, потому что вернуть над ним контроль уже не удалось.

– Ты сказал, что это пришельцы из другого мира! – с новой силой завыла Лика. – И сказал, что Хамки считает это его личным делом! Его вендеттой! И что он просил не ходить за ним, Макс!

Макс вздохнул и, сев на землю, посмотрел в небо. Произошедшее за последние сутки поставило всю его уже наладившуюся жизнь с ног на голову. Как выяснил Хамки, Коксик «свихнулся» за считанные секунды до того, как объединённая Зелирийская армия, пусть и сильно поредевшая, всё же выдвинулась к Стене отторжения. Прошедшие полгода благородные зелирийские командиры и правители потратили на грызню и препирание между собой на той самой равнине, деля будущие лавры победителей и «вновь открытые территории». До прямых столкновений дело, к счастью, не дошло, но часть войск снялась и вернулась во владения своих правителей. Может на Зелирии пока и нет полноценной феодальной раздробленности, но с такой способностью к договорам – очень скоро именно она и наступит.

– Вероятно мы погибнем, как погибли бы зелирийцы, если бы не вмешался Хамки, но если ты считаешь, что это необходимо – мы выполним твой приказ! – воскликнула Лика. – Но не ставь под угрозу собственную жизнь!

Феерическое самопожертвование. Жаль, совершенно бесполезное. Отправляясь на свою «вендетту», Хамки успел сказать, что в момент, когда зелирийская армия немного приблизилась к парящему в небе сферическому судну пришельцев, оттуда прилетел плазменный сгусток. Он превратил бы всё живое в долине в пепел, но «пофигистичный саланганец» успел силой мысли создать силовой барьер на пути огненного заряда, и его взрыв почти не повредил зелирийцам: оглушённые, напуганные, но живые, они в панике кинулись прочь с потенциального поля боя.

Разумеется, у Макса и в мыслях не было повторять этот поход, но уже силами умари.

– Лика, Эйка, не надо считать меня идиотом, способным отправить кого-то на верную смерть. Я пошёл за Хамки в одиночку именно потому, что шансы выжить у меня сейчас, на мой взгляд, достаточно высокие. Я один вряд ли буду представлять для пришельцев такой интерес, как целая армия, пусть и вооружённая весьма примитивно. Кроме того, у них сейчас и так есть крайне увлекательное занятие – отбиваться от очень сердитого Хамки.

– Ну, вот и пусть отбиваются, – пожала плечами Эйка. – Только вряд ли отобьются – судя по твоим словам, он сказал, что им конец. Зачем тебе-то туда лезть?

Макс задумался. Сказать правду? Сознаться, что он волнуется за своего чванливого и зловредного, но всё же дорогого фиолетового друга? Что не до конца верит, что Хамки в одиночку может справиться с пришельцами? Что хочет если не помочь, то хотя бы как-то прикрыть саланганца? Не слишком ли самонадеянные мысли? И не случится ли паника на всю Теократию, если о его опасениях догадаются?

– Я хочу помочь ему, – аккуратно ответил Макс. – Он взялся защищать Зелирию. Не свой Саланган, а наш с вами мир, который он не может считать своим, – его спутницы уже достаточно знали о Салангане и самом Хамки, чтобы понять о чём речь. – И я считаю неправильным, если он один будет сражаться за нас. Пусть даже ему и не нужна моя помощь – я не могу быть в стороне. Я солдат, и Зелирия – мой дом. И я не хочу сидеть в Храме, прижав уши, пока солдат другого мира, солдат Салангана дерётся, чтобы защитить меня.

– Макс, я всё понимаю, – пролепетала Лика, – но тебе не нужно туда идти! Нам не нужно! Ты Глас Салангана, да, но… Пойми, Хамки – всесильное божество. Ни мы, ни даже ты не сравнимся с ним! Я сделаю всё, что ты прикажешь, но я не хочу, чтобы ты туда шёл. Я верю во всесилие Салангана как его преданная слуга. А как простая умари, я ощущаю своё бессилие и боюсь. Это еретичество, но я боюсь, что сейчас из другого мира к нам пришла сила, с которой не справится даже сам Хамки… И я ненавижу себя за эту слабость, но… Макс, давай не пойдём туда. Хамки вернётся. Вернётся с победой. Он должен вернуться! Он – божество! Он, Макс! Не мы!

Макс изо всех сил попытался не подать виду, что своим монологом розоволосая слово в слово озвучила его опасения.

– Всё, идём домой? – Эйка в этот момент неспешно протирала небольшой тряпочкой своё ожерелье, которое на поверку оказалось отличным боласом, броском которого она несколько минут назад и прервала побег Макса.

– Нет, – мотнул головой Макс. – Вы идёте в Храм, я – к Стене отторжения. Только я. Ни отряд, ни армия, за мной не должен идти никто!

– Я пойду с тобой, – Лика встала и отряхнула от пыли колени. – Я твоя рабыня и моё место рядом с тобой.

– Нет, – возразил Макс. – Ты – моя советница, но не рабыня. Я дал тебе свободу в тот день, когда возглавил Теократию. Ты не обязана следовать за мной.

– Ты освободил меня, но я уже говорила – свобода мне больше не нужна. Моё место рядом с тобой. Где бы ты ни был и куда бы ты ни шёл.

Спорить было бесполезно, Макс это знал. Да, лика была сговорчивой и уступчивой, могла в любой ситуации найти компромисс почти с кем угодно. Но не в этом вопросе.

– Ладно, – сдался он. – Пошли, только быстрее, я хочу попытаться миновать Стену отторжения затемно, не привлекая лишнего внимания.

– Я с вами! – ещё миг назад серьёзная, сейчас Эйка вдруг просияла улыбкой во весь рот.

«И эта туда же!» – мысленно закатил глаза Макс.

– Тебе-то чего неймётся?! – взвыл он.

– Я хочу увидеть пришельцев! – глаза Эйки горели. – Хамки наверняка обезвредит их к нашему приходу! Для нас это будет просто интересная экскурсия!

Макс с трудом подавил желание застонать.

Глава 2. Косплей на салями

Полчаса достаточно быстрого бега – и вся, за исключением Лассы, «правящая верхушка» Теократии уже стояла в нескольких десятках метров от того, что и называлось «Стеной отторжения». Погрузившись в дела Теократии, Макс так и не нашёл времени, чтобы изучить информацию о ней подробнее, – знал лишь, что она окружает Зелирию по периметру, как и было изображено на карте, что была у Вельги. Из всех обитаемых земель Зелирии границы владений умари как раз подходили ближе всего к Стене, почему этой ночи и хватило, чтобы добраться до Стены прямиком из Храма.

Макс понаслышке знал, что все, кто рисковал приближаться к Стене, погибали. Видимо, срабатывала какая-то установленная пришельцами защита, не подпускавшая к ней незваных гостей. Но сейчас было очевидно, что эта система дала сбой, – до странной полупрозрачной зеленоватой конструкции, словно растущей прямо из земли и уходящей выше крон деревьев, оставалось буквально десять шагов. Впрочем, Хамки, покидая Храм с весьма сердитым видом и самыми серьёзными намерениями, кроме просьбы не ходить следом озвучил и мысль, что первым делом нейтрализует все опасности, исходящие от Стены и охраняющих её инопланетных систем, если такие тут водятся.

«Не наврал, – подумал Макс. – Уже хорошо. И как минимум эту линию он успешно миновал». Другой информации у парня не было – с тех пор как Хамки отправился «вершить месть», больше он на мысленный зов Макса ни разу не откликался.

В самом деле, на идеальной глади Стены ярко выделялось лишь одно место – бесформенная дыра высотой пару метров от земли. Не ясно, была она тут всегда, или, что вероятнее, её пробил Хамки, но для Макса и девушек её размера вполне хватило бы.

– Была бы здесь Вельга – пустили бы её первой, – прохрипела бывшая Обречённая.

То, что Лика даже не сбилась с дыхания – нормально для нечеловечески сильной умари, а вот то, что Эйка сейчас стояла, согнувшись и тяжело дыша, Макса порядком удивило. Очевидно, её тренировали для более «взрывной» силовой активности, а не для долгих забегов в темноте по горным тропам, сопряжённым с попытками не шмякнуться, запутавшись в полах платья.

– Вельга работает с виконтом Кабиром над перспективой нашего союза с Кохроном, – напомнила Лика. – И если с нами что-то случится, то её миссия станет ещё важнее и труднее.

– Зато она всегда по уши закована в броню, а у нас нет ничего, – выдохнула Эйка.

– Да ты и без брони еле на ногах стоишь, – усмехнулась Лика.

Подруга наградила её испепеляющим взглядом, но ничего не сказала. Дыхания не хватило.

– Это не тот случай, когда броня может помочь, – заметил Макс. – Те ребята, что обосновались за Стеной, владеют технологиями, которые не известны даже землянам. Так что не важно, есть ли на нас броня: решат пристрелить – нам одного луча хватит… или чего у них там для стрельбы используется.

– И понесло же тебя… – закатила глаза Эйка.

– Храм – вон там, – указал назад Макс. – Можешь даже не бегом.

Эйка покачала головой, но больше ничего не сказала. Не решилась.

– Нам туда, – указал Макс на брешь в Стене. – Но бездумно соваться в пекло мы не будем. Подойдём к проёму, потом я осмотрюсь по ту сторону, и если всё нормально – пройдёте следом и продолжим путь. Что там – я не знаю. Как искать Хамки – пока тоже понятия не имею, но думаю, так или иначе зацепки мы обнаружим.

Они прошли чуть вперёд, и, когда до преграды оставалась пара метров, Макс снял рюкзак и поставил его рядом с Ликой. В ответ она лишь вопросительно взглянула на него.

– Не хочу терять в мобильности, – пояснил он. – Мы не можем быть уверены, что там нас не ждёт засада, а без рюкзака мне будет проще метнуться обратно сюда. Вряд ли такое произойдёт, но подготовиться стоит. Лика, Эйка, не суйтесь в дыру без моей команды. Как скажу – быстро по очереди идёте за мной, Лика первая, с рюкзаком на ней, Эйка, ты следом. Всё понятно?

– Да, – кивнула Лика, хоть и без присущего ей энтузиазма.

– Уф… Хорошо, Макс, – девушка уже почти перевела дух.

Макс подошёл вплотную к разрыву – края чуть заметно пульсировали и слабо переливались серебристым мерцанием. Сама Стена оказалась тонкой, как лист бумаги. Спецназовец вытащил пистолет и постучал рукояткой по полупрозрачному материалу.

Ничего не произошло – не было даже звука ударов – пистолет словно просто останавливался, а Макс не ощущал даже характерной «отдачи», которая бывает, когда сильно бьёшь в закрытую дверь и отбиваешь руку. Стена поглотила и энергию удара, и звук.

Попытка царапнуть ножом дала тот же эффект: тишина, отсутствие сопротивления и следов от лезвия.

Жестом приказав девушкам молчать, Макс нырнул в проход и, присев, осмотрелся вокруг, вскинув оружие. Судя по звукам из-за спины, Лика обнажила свои клинки. Краем глаза он заметил, что Эйка, видимо, пыталась держать себя в руках и за оружие не схватилась. Но, судя по положению рук рядом с поясом, была готова в любой момент извлечь свои убийственные приблуды и пустить их в ход.

Макс прислушался. Тишина. Пустота. Кажется, волновался он напрасно – в этом лесу нет ни единой живой души. Стену никто не охраняет – в этом нет смысла – зелирийским оружием её не пробить, а вверх она уходит за кроны деревьев – перебраться невозможно. Что же до автоматики, следящей за периметром, она, очевидно, уже разобрана на мелкие запчасти усилиями Хамки.

Парень встал и убрал оружие. Как минимум сейчас они в безопасности. Обернувшись на девушек, он произнес:

– Всё тихо, идите сюда.

Лика подхватила рюкзак и уже через мгновение шагнула в прореху, но Эйка, не дождавшись своей очереди, с горящими от любопытства глазами рванула ей наперерез. Девушки буквально заткнули проём, застряв в нём, на миг застыли, пытаясь сориентироваться, и в этот момент…

Края разрыва слабо блеснули, и он схлопнулся!

Лица Лики и Эйки исказила гримаса боли – их буквально раздвоило тонкой Стеной, в один миг снова ставшей монолитной!

Макс застыл от неожиданности, а Лика сумела лишь перевести на него гаснущий взгляд и прошептать:

– Макс…

Обрубки тел девушек рухнули на траву, а Стена начала меняться – вся полупрозрачная гладь резко стала матовой, а через считанные секунды – белой. Исчезли даже следы крови.

Макс присел на траву, но всё было уже кончено – две пары пустых поблёкших глаз безжизненно уставились в небо, не видя ни его, ни чего-то другого. Они умерли мгновенно, не успев даже понять, что произошло. За чертогом Зелирийских стен Макс остался один.

Глава 3. Радость пионера

Голова гудела. В мозгу Макса стояли лишь вопросы. Как? Почему? Почему дыра схлопнулась? Из-за того, что Лика и Эйка надавили на края разрыва? Или она «заросла» сама?

– Чёрт, какая уже разница! Они мертвы! – прорычал он, стоя на коленях рядом с телами девушек. – Мертвы, потому что мы все хотели попасть сюда. Потому что этого хотел я… Хотел так, что проигнорировал все предупреждения и просьбы Лики. Мертвы, окончательно и бесповоротно… Или нет?

Закрыв мёртвые глаза погибших подруг, Макс двинулся вперёд и очень скоро вышел из леса. В этот момент он уже знал, что нужно делать. Знал, кто может исправить непоправимое. Знал, как заставить его это сделать.

– Хамки, настало твоё время, – прошептал он себе под нос. – Твоё и твоей НОРЫ.

Взору предстала бескрайняя, уходящая резко вниз долина, покрытая лесом. От того места, где стоял Макс, расходились две едва угадываемые тропинки. Одна – в лес, а вторая… Она кончалась выгоревшей пустошью, заваленной обломками какой-то техники и обугленными остатками древесных стволов. Невысоко в небе над этим пожарищем висел тот самый корабль пришельцев – блестящая сферическая громадина с пробоиной в боку, из которой валил чёрный дым.

Ровно впереди, далеко в лесу, поблёскивало что-то серебристое, но разглядеть детали с такого расстояния было невозможно, а зрительная труба спецназовца осталась в рюкзаке.

Первая же «тропинка» казалась самой отчётливой и чуть дальше того места, где она уходила в лес, виднелись несколько едва различимых столбиков дыма. Что там может находиться – трудно даже представить.

Макс задумался: «Побоище справа выглядит свежим, неужели его и в самом деле устроил Хамки? В одиночку?! Но что, если это был лишь первый кордон без усиления более серьёзной техникой и подразделениями? Что, если дальше он встретит более серьёзные силы врага?»

«Надо помочь ему, а потом заставить воскресить Лику и Эйку, – решил Макс, но тут же осёкся. – Помочь… Заставить? – он грустно усмехнулся, только сейчас осознав, в какой западне оказался. – Я не могу помочь ему. Он прав, моё оружие слишком слабое. Шансов почти нет. Да и заставить этого поганца что-то сделать против его воли – нереально. Но что тогда? Забыть о нём, забыть о Лике и Эйке, и пойти своей дорогой? – он усмехнулся. – Нет уж, дружище ты мой фиолетовозадый, я тебя одного не отпущу».

«Этот дуралей запросто мог недооценить врага, – про себя проворчал Макс. – А я найду, чем поживиться на побоище, без нормального оружия не останусь! Да и ему аргументы для воскрешения девчонок придумаю!»

Решив действовать немедля, Макс начал спускаться вниз. Дорога была не слишком покатой, но совершенно открытой. Если кто-то из врагов уцелел, то «снять» парня одним прицельным выстрелом ему проблем не составит. И не важно: пойдёт он пешком или поползёт по-пластунски – большой разницы не будет. Разве что умрёт перепачканным.

Поразмыслив, он вынул пистолет из кобуры и убрал за спину. Пока от него никакого проку, а лишний раз показывать, что он вооружён, пусть даже убого, по критериям пришельцев, не стоит.

Сунул руки в карманы и не торопясь продолжил брести вперёд, пытаясь вспомнить какую-нибудь песенку, чтобы начать насвистывать. Да, прогуливающийся по пустому склону мужик – весьма заметное существо, но ему хотелось верить, что он придал себе максимально не агрессивный вид. Пока это всё, что он мог предпринять.

* * *

Макс был уже достаточно близко к тому месту, где ещё недавно начинался лес, а сейчас уже дотлели последние деревяшки и дым от сгоревшей техники окончательно рассеялся, и сохранять вид просто прогуливающегося человека становилось всё сложнее, да и нелепее.

Но до ближайших обломков иномирной техники, за которыми можно скрыться и внимательно рассмотреть обстановку, было ещё слишком далеко. Поэтому Макс решил сменить образ на более адекватный ситуации – не праздно шатающегося мужика, а удивлённого праздно шатающегося мужика!

Мужчина вынул руки из карманов и немного ускорил шаг. Осознанно придавать лицу удивлённое выражение не требовалось: чем ближе он подходил к пожарищу, тем сильнее отвисала челюсть и округлялись глаза.

Судя по всему, эта местность ещё считанные часы назад была покрыта лесом, а в нём дислоцировалось войсковое подразделение пришельцев. То, что сперва показалось Максу просто взрытой землёй, было канавами от корней. Словно неведомая сила в одно мгновение вырвала большую часть деревьев и… выкинула за горизонт? Сколько хватало глаз – поваленных деревьев или просто валяющихся на земле не было. Те же немногие, что остались тут, были сожжены до состояния обугленных брёвен.

И эта «инопланетная техника»… Парень подходил ближе и уже мог разглядеть валяющиеся повсюду трупы гуманоидных существ в коричневых доспехах. Лиц рассмотреть было нельзя, – просто потому, что у всех замеченных тел отсутствовали головы. Боевые машины – нечто крупное, по размерам превосходящее земные танки. Эти конструкции, судя по всему, и были инопланетными аналогами танков, но сейчас больше напоминали раздавленные и помятые куски металлолома. Один из «танков» выглядел так, словно его сжала и «процедила» сквозь пальцы огромная четырёхпалая рука.

«Или лапа?.. – вырвалось у Макса. – Неужели всё это в самом деле работа Хамки? Он это сделал один? Без оружия?! Как же сильно я ошибся в мощи фиолетового поганца…»

Спустя ещё несколько минут Макс добрался до одной из покорёженных машин. Рядом с ней сидел пришелец, точнее – его тело. Ещё точнее – остов робота. Конструкция имела человеческие пропорции, но была лишена головы и правой руки. Из разрывов не сочилась кровь, а торчали провода и трубки. «Робот? Киборг? Андроид?» – парень не особо разбирался в классификации фантастических созданий, но точно понимал, что это не просто биологическое живое существо.

Присев, он тщательно осмотрел «тело» и… автомат? Нечто, отдалённо похожее на стрелковое оружие, валялось рядом с трупом и, видимо, являлось его инопланетной разновидностью. Прислушавшись и осмотревшись, Макс убедился в том, что вокруг нет ни одной живой души… и ни одного функционирующего механического создания, раз на то пошло.

Более тщательное изучение останков робота и его оружия показало, что нательная броня – не часть конструкции, а отдельный доспех, который Макс, вероятно, смог бы использовать. «Автомат» же, судя по отсутствию отверстия на конце ствола и присутствию там некоего подобия линзы, был лучевым. Пушка показалась спецназовцу немного тяжеловатой, когда он поднял её и осмотрел, но рукоять и курок оказались расположены достаточно удобно для человеческой руки. Вскинул, попробовал прицелиться с помощью хитроумной надстройки на верхней части оружия, но стрелять пока не решился.

«Хм…» – протянул он, разглядывая свою находку.

Вдруг у него над головой раздался оглушительный хлопок, и парень рефлекторно метнулся вперёд, забившись под нависающий над землёй кусок развороченного танка.

Сделал он это очень вовремя – несколько здоровенных кусков обгоревшего металла рухнули в считанных десятках метров впереди него, и, судя по звуку, этой «бомбардировке» подверглась вся территория вокруг.

Выждав несколько минут, Макс аккуратно высунулся из-под своего укрытия и взглянул вверх. Станция просела ещё ниже, а дыра в её боку стала ощутимо больше. Оставалось надеяться, что она не рухнет ему на голову.

Макс ещё немного посидел для верности под крышей, за это время прикидывая план дальнейших действий. Главным было попасть на корабль, вопрос был лишь в том, как это сделать: на этой выжженной пустоши не видно рабочих агрегатов, а просто взлететь, как это, видимо, сделал Хамки, увы.

Он вздохнул. Летать-то вопящее создание умеет, да и кордон здесь саланганец лихо раскидал, но кто знает, что представляют собой основные силы пришельцев. И не переоценил ли Хамки свои возможности?

Макс выбрался, наконец, из своего «схрона» и ещё раз взглянул на останки пришельца. Броня выглядит надёжной, но она сделает его чуть менее подвижным, оружием можно воспользоваться и для защиты, и для нападения, но с ним он будет однозначно восприниматься как опасный противник, которого следует устранить. За «бродящего без дела любопытного мужика» в броне и с пушкой сойти уже не удастся.

Подумав и решив, что негоже солдату без оружия, он ещё раз примерился к «автомату» и, прицелившись в искорёженный кусок металла чуть поодаль, нажал на курок.

Ничего.

«Эм?» – удивился Макс. Он сделал ещё несколько попыток, но стрелять устройство в его руках упорно отказывалось. Проверил весь корпус на предмет переключателей и предохранителей – их не оказалось. Либо оружие сломалось в пылу сражения, либо просто отказалось работать в руках «неавторизованного пользователя». «Тьфу ты! – выругавшись, Макс в сердцах отшвырнул пушку в сторону. – Надеюсь, хоть защита на меня налезет».

Пришлось разобраться в хитрых защёлках, но бронежилет с робота он снять сумел. Надевать его, правда, пришлось весьма необычным способом, буквально заныривая в него, как в средневековую кирасу.

«Да налазь ты, зараза!» – прошипел Макс, когда в один момент ему показалось, что он намертво застрял в полуодетом бронежилете. Пошевелив плечами и покрутив головой, он окончательно «вполз» в броню. К счастью, на этом проблемы с ней кончились – сидела она очень удобно и оказалась весьма лёгкой.

Закончив приготовления, Макс медленно двинулся вперёд по выжженному пространству. Он шёл, осматриваясь вокруг и готовясь в любой момент укрыться под чем-нибудь металлическим, благо крупных обломков вокруг валялось в достатке. Впрочем, в глубине души он понимал, что если наверху хорошенько рванёт, спрятаться он не успеет, а если станция рухнет, – его похоронит под обломками и никакое укрытие не поможет.

«Эй, больше оптимизма!» – вслух подбодрил он сам себя. Окружение, правда, оптимизма не прибавляло: хоть трупы андроидов и остались позади, сейчас его по-прежнему окружали разбросанные куски опалённого железа и покорёженные боевые машины. И никакого намёка на что-то, что могло бы помочь ему попасть на станцию.

Конечно, нельзя было исключать, что «танки» пришельцев имели возможность летать, а, значит, никакой прямой связи станции с поверхностью могло и вовсе не быть. Правда, гусеницы у них выглядят прямо как у земных танков, что может означать, что это исключительно наземные машины. Но кто их, этих инопланетян, знает.

Он прошёл ещё совсем немного, как сообразил, что напоминает ему одна из видневшихся впереди установок – нечто, похожее на телефонную будку, посреди царящей разрухи выглядящее немногим уместнее, чем дверь в поле.

«Или сортир, или телепорт», – вслух подумал Макс. И, оглядевшись, чтобы в очередной раз убедиться в отсутствии опасности, быстрым шагом добрался до «будки» и вошёл внутрь.

Дырка в полу или что-то, похожее на унитаз, отсутствовали, как, впрочем, и любые видимые кнопки. Вероятно, это устройство активировалось при приближении существ только определённого биологического вида, либо, что более вероятно, было также безвозвратно испорчено, как и всё на этой пустоши, пусть и сохранило свой внешний вид.

«Эх, ты, сортирчик», – грустно хмыкнул Макс, выходя из «будки».

Глава 4. Хомячка может обидеть каждый

Простой вариант доступа на корабль пришельцев отпал, и сейчас Макс судорожно старался придумать какую-нибудь альтернативу. Он возвращался к подножию холма, где меньше часа назад изображал «праздношатающегося мужика», сам ещё толком не зная, куда направиться дальше. Основной проблемой стала вода – хоть он и напился после забега по темноте, но рюкзак остался по ту сторону Стены, и теперь у него не осталось ничего из взятых в дорогу припасов, кроме привычной фляги на поясе, но её надолго не хватит. Так что действовать требовалось быстро.

Впрочем, выбор был не велик: лезть в лесную чащу не имело смысла, поэтому оставалась лишь первая тропинка с холма. Там, куда она уходила, виднелся дымок, значит там располагалось какое-то поселение, или лежал очередной дымящийся осколок корабля. Но об этом Макс старался не думать. Он ещё раз попробовал мысленно позвать Хамки, но ответом ему была лишь тишина.

Пройдя вдоль лесной опушки, парень вышел на тропинку «к деревне». Струящийся над деревьями чуть поодаль дымок больше всего напоминал дым из печных труб или от небольших костров, на гарь от повреждённой механики это было не слишком похоже.

«Значит, там либо деревенька, что весьма неплохо, либо стоянка племени приматов, которых я встретил в свои первые мгновения на этой планете, – хмуро подумал спецназовец. – А что, там тоже была окраина Зелирии, хоть и с внутренней стороны Стены отторжения…

Как бы там ни было, если там обитают разумные существа, возможно, что они контактировали с пришельцами и знают, как с ними можно связаться. Или хотя бы смогут дать больше информации об окружающей обстановке – вдруг у пришельцев был не один лагерь, где-то в лесу есть ещё одна база, где тоже имеется телепорт на корабль».

«В любом случае, – вслух успокоил себя Макс, – я вооружён, и даже если местные проявят агрессию – отбиться и спастись смогу. А если всё пойдёт хорошо – то получу достаточно информации, а то и к телепорту проводят».

Постепенно Макс углубился в лес. Надо признать, этот «лес» имел мало общего не только с земным, а даже с зелирийским, который он видел в начале своего путешествия. Издалека в глаза бросались огромные листья неведомой травы, которые торчали из гущи деревьев на многие десятки метров в высоту, отчего вся картина заставляла почувствовать себя муравьём, ползущим посреди травы. Но вблизи лес заставил Макса и вовсе непроизвольно округлить глаза – деревья в нём были… причудливо разные! Словно каждое из них было взято с отдельной планеты, а здесь их высадили всей кучей, получив в итоге весьма странную картину. Огромные разноцветные грибы, какие-то полупрозрачные травинки в несколько метров высотой, похожие на перевёрнутые бутылки деревья с пучками крупных листьев на макушке, и даже нечто, на первый взгляд имеющее вид обычной берёзы, если бы белый ствол этого дерева не был покрыт крупными синими иголками.

Тропинка, по которой брёл Макс, ныряла в лесную чащу, но оставалась весьма различимой. Это означало, что не он первый шёл по ней за последнее время.

Подумав о том, что пистолет лучше держать наготове, ибо монструозными здесь могли быть не только деревья, но и местное зверьё, парень вытащил его из-за пояса и дальше шёл с ним в руке.

Миновав ещё сотню метров, Макс словно оказался в другой климатической зоне – лес снова изменился, став весьма похожим на уже знакомый ему зелирийский, хотя по сторонам и попадались странные разноцветные грибы и кусты травы, по размеру превосходящие окружающие деревья. Раньше ничего подобного он на этой планете не видел.

Мужчина шёл, прислушиваясь к каждому звуку, и вскоре слух спецназовца уловил тихий смех. Сперва он решил, что показалось, но нет – смех повторился, и, судя по тональности, смеялось несколько существ.

Отведя руку с оружием за спину, парень ускорил шаг, и через несколько минут веселье слышалось уже совсем рядом – метрах в пятнадцати или двадцати от тропинки. Но от источника звука его отделяли хоть и не колючие, но весьма густые заросли кустарника.

«Придётся лезть», – подумал Макс, подкравшись к кустам и аккуратно протискиваясь между мясистых стеблей, покрытых крупными оранжевыми листьями.

Стараясь не шуметь, он раздвинул ветки и сразу отшатнулся назад, чтобы остаться незамеченным, но и не потерять из виду открывшуюся картинку – в небольшом пруду в нескольких метрах от него плескались нагишом несколько девушек.

То, что это именно «девушки», Макс определил по их «округлым частям тела» и первичным половым признакам. Ибо ни зелирийками, ни умари они не были! Больше всего эти существа походили на некий гибрид зелирийца и зайца – человеческие пропорции тела, но заячьи уши, чуть вытянутое лицо и куцый хвост! Но главное – короткая шерсть по всему телу! Сомнений не было – перед ним пришельцы!

Впрочем, несмотря на некоторые отличия от представительниц человеческого вида, выглядели гости с другой планеты весьма и весьма симпатично.

Они о чём-то весело болтали, но Макс почти не мог разобрать слов. Сначала он решил, что Хамки слегка приврал, сказав ему: «Теперь ты можешь понимать речь любых существ, если она хоть сколько-то структурирована», но быстро сообразил, что не понимает их просто потому, что все девушки говорят одновременно, сквозь смех и плескание воды. Отдельные слова вроде «грядка», «обжора» и «капуста» ему вскоре удалось расслышать весьма чётко.

Неизвестно, сколько бы Макс ещё просидел в зарослях, подглядывая и подслушивая, но девичье купание было прервано весьма внезапно – сбоку, вероятно со станции, раздался громкий хлопок, от которого Макс рефлекторно пригнулся, а перепуганные инопланетянки с визгом выскочили из пруда и кинулись куда-то в сторону. Видимо, как раз по направлению к деревне, куда он и шёл.

«Надеюсь, от корабля осталось ещё хоть что-то», – про себя проворчал Макс, вылезая из кустов и возвращаясь на тропу. Он попытался осмотреться, но без толку – лес был слишком густым, и корабля он не увидел. Впрочем, взрыв был только один, если бы станция рухнула целиком или частями – грохот был бы слышен и здесь. Значит, ещё не всё потеряно.

Уже не слишком опасаясь нападения, Макс убрал оружие в кобуру и ускорил шаг. Вскоре тропинка резко вильнула, и за поворотом парня ожидал весьма неприятный сюрприз – прямо у него на пути лежал маленький зверёк, тело которого было насквозь пробито обгорелым металлическим штырём, пригвоздившим несчастного к земле. Судя по тому, что задняя лапка существа всё ещё рефлекторно подёргивалась, железяка прилетела сюда только что – очевидно, выброшенная со станции последним взрывом. Максу оставалось лишь порадоваться, что этот «снаряд» не прилетел в него.

«Да ну, нахер… – слова вырвались рефлекторно, когда Макс, наконец, понял, кого ему напомнил этот трагически погибший грызун. – Хамки?!»

Макс рывком приблизился к тельцу и с облегчением понял, что ошибся, – мех существа хоть и был фиолетовым, но светлее, чем у Хамки, однако остальные пропорции, внешность и размеры совпадали полностью.

«Неужели это… Саланганец?! – ошеломлённо пробормотал Макс. – Какой-то бред!»

В голове зазвенело. Парень не мог осознать, как возможно, что один представитель вида голыми лапами крошит всё и вся, а другой гибнет от куска гвоздя?!

– Минки! Иди сюда! – раздался поблизости чей-то звонкий голос.

Макс встал и огляделся. Чуть впереди дорога резко сворачивала в сторону, скрывая говорящего за стволами деревьев.

– Минки, где ты, малыш?! – снова позвал кто-то. Высокий женский голос. Может быть, одна из девушек кого-то потеряла? И не эту ли зверушку она ищет?

Макс аккуратно выдернул из земли ещё тёплую от взрыва железку и взял тушку зверя в руки, чтобы отнести его хозяйке. Он пошёл по тропинке на голос и через полминуты миновал поворот.

Глава 5. Следуй за серой кроликой

Как и ожидалось, в нескольких метрах впереди, чуть сбоку от тропы, шаря руками по траве, ползала девушка-кролик с серой шерстью на теле и длинными светло-голубыми волосами на голове. Она была одета в короткое коричневое платье без рукавов, а головным убором ей служил венок из свежих цветов. Сомнений не было – она искала этого зверька. Но делала это странно, словно не видя ничего перед собой и просто ощупью пытаясь обнаружить его.

Макс сделал шаг, а девушка, резко отпрянув назад, не удержалась и плюхнулась на землю.

– Кто ты?! Где мой Минки?! – перепугано затараторила она.

Сейчас она, напуганная и растерянная, напомнила Максу Айли, но было одно существенное отличие – девушка смотрела не на Макса, а словно сквозь него – по её блеклым глазам парню стало ясно, что она совершенно слепая.

Макс не успел быстро сформулировать ответ, как у неё тут же возник новый вопрос.

– Я не знаю твоего запаха! – воскликнула она. – Ты не из наших мест! Кто ты? Почему я чую кровь? Ты ранен? Тебе нужна помощь?

– Эм… – растерянно протянул Макс. – Я… Не отсюда. Меня Макс зовут…

– Я Тиара. Запах крови – откуда он? Что с тобой? Помоги мне найти моего зверька, и я провожу тебя в деревню, где смогу вылечить!

– Тиара, – вздохнул Макс, – твой зверёк… Минки… Ты чуешь его кровь – его убило куском металла. Ты слышала взрыв? Осколок погубил твоего питомца…

Не найдя ничего лучше, он протянул ей ладонь с лежащим на ней мертвым Минки. Тиара подалась вперед, втянула носом воздух и, закрыв лицо руками, зарыдала.

Обстоятельства знакомства были не самыми приятными, но из её слов можно было сделать вывод, что в деревне ему если и не помогут, то хотя бы не воспримут как врага. В нынешних условиях это уже можно было считать успехом. Осмотреться, разведать обстановку, а там и дальше идти.

– Тиара, позволь, я помогу тебе подняться и провожу в деревню. Она ведь дальше по тропинке? – Макс подошёл ближе к девушке.

Не прекращая плакать, она едва заметно кивнула головой и протянула вперёд сложенные лодочкой ладони.

– Дай мне… его… я сама…

Макс положил тельце Минки в её ладони и помог Тиаре подняться.

– Пойдём, – кивнул в сторону дороги, запоздало поняв, что его жеста она увидеть не могла.

Тиара чуть заметно кивнула, спецназовец взял её под руку, и они медленно побрели вперед по тропе.

Несколько минут Тиара брела неуверенно, то и дело всхлипывая и гладя большим пальцем головку мёртвого зверька. Макс было решил, что это из-за слепоты, но совсем скоро она перешла на спокойный шаг, и он рискнул отпустить её руку. Видимо, сначала она просто сильно разволновалась, и ей стало трудно ориентироваться даже в знакомой обстановке.

– Не волнуйся, можешь не держать меня, – успокоила она спутника. – Я отлично знаю эти места, мы с Минки исходили здесь всё вдоль и поперёк, – она снова погрустнела и ещё раз погладила своего поводыря.

– Эм… Прости за бестактность, но ты совсем ничего не видишь? – это казалось очевидным, но степень слепоты всё же бывает разная, поэтому Макс решил уточнить.

– Совсем ничего. Я с рождения слепая, поэтому привыкла обходиться без зрения. Селяне помогают мне, родственники заботятся, так что со мной всё в порядке, – уже почти спокойно сказала Тиара. – Зато, – она слегка улыбнулась, – у меня лучшие в деревне слух и нюх!

Только сейчас Макс обратил внимание, что её огромные заячьи уши не просто торчат вверх – каждый шаг или движение Тиары они сопровождали несколькими быстрыми поворотами или изгибами. Видимо, она привыкла использовать их для ориентации в пространстве.

– А твоя деревня… Можешь рассказать о ней? – не видя смысла медлить с расспросами, поинтересовался Макс. Ему нужно было получить максимум информации о том месте, куда они шли, но времени на это было очень мало, так что решил спрашивать прямо.

– Что тебе рассказать? – пожала плечами Тиара. – Она называется Унгин, наше племя жило в ней столько, сколько помнит себя. Мы выращиваем овощи, возделывая землю, потому что больше нам есть нечего. Нас совсем немного, меньше сотни, а недавно стало ещё меньше…

Она вдруг погрустнела и, сама того не заметив, прижала к себе Минки, оставив кровавое пятнышко на платье.

– Несколько месяцев назад мой отец – вождь племени, и наши самые сильные мужчины ушли в поисках нового дома. Они надеялись найти нам место для переселения. Такое, где земля будет щедра на урожай и, может быть, будут расти съедобные растения. Но прошло уже много недель, а они не вернулись. Они взяли с собой столько еды, сколько могли унести, но этого запаса не хватит и на треть того времени, что минуло с их ухода.

Внимательно анализируя каждое её слово, Макс успел сделать основные выводы о том месте, куда предстояло попасть. И, к счастью, он нашел минимум одну причину, которая могла позволить ему на короткий промежуток времени стать для этой деревни «ценным кадром», на правах которого он смог бы получить от местных всю доступную помощь и информацию. Но стоило в этом убедиться.

– Тиара, а вы всё время возделываете одни и те же участки земли? – аккуратно уточнил он.

– Конечно! А как иначе? – удивилась она. – Они близко к деревне, ими пользовались наши мудрые предки, зачем что-то менять?

«Так и думал, – мысленно хмыкнул Макс. – «Обедневшая» земля и отсутствие удобрений. Интересно, кстати, кто был этими «мудрыми предками» и как они сюда попали. Надо постараться это выяснить».

Тиара вдруг остановилась.

– Макс, эм… – она запнулась, повернувшись к нему. – Позволишь мне посмотреть на тебя?

– Посмотреть?! – растерялся он. – Э… Ну, посмотри…

Тиара приблизилась к нему почти вплотную и несколько секунд стояла неподвижно, лишь её уши и нос-кнопка активно шевелились.

«Шикарно, меня только что обнюхали!» – сообразил спецназовец.

Закончив шевелить носом, Тиара протянула к нему руку. Тонкие девичьи пальцы пробежались по лицу, шее и волосам парня.

– Э…

– Ты не такой, как мы… – улыбнулась Тиара. – Я не знала, что существуют такие усугуми…

– Кто?

– Усугуми… Ты не знал этого слова?

– Нет, – помотал головой Макс. – Впервые слышу. Я не отсюда.

– Это удивительно! – воскликнула девушка. – Усугуми – так называются жители нашего племени. Мы не знали, что где-то есть ещё кто-то, кроме нас. Но были уверены, что если и есть, – то они такие же, как и мы. А ты совсем другой! Откуда ты?

– Я с Земли. Человек. Я действительно отличаюсь от вас, – лишь сказав это, Макс, погружённый в переваривание поступающей информации, понял, как нелепо проболтался. Оставалось надеяться, что осознание его слов не приведёт его новую знакомую и её соплеменников к мысли, что его, как опасного пришельца, было бы неплохо сжечь, четвертовать или придать ещё какой-нибудь ритуальной казни.

– Это же замечательно, Макс! – воскликнула Тиара.

«Кажется, зря переживал», – мысленно выдохнул он.

– Раз наша деревня не единственное обитаемое место в мире, значит, есть шанс, что мой папа вернётся! – радостно продолжала она. – Может быть, они нашли новое место и обустраиваются там, а потом вернутся за всеми нами!

«Плохо дело. Если они ушли «сами не зная куда», то либо у них нет контакта с пришельцами на станции, либо по каким-то причинам они не поддерживают с ними никаких связей», – хмуро подумал Макс, а Тиара теперь буквально лучилась счастьем, словно забыв на миг, что держит в руках своего мёртвого спутника.

– Мы почти пришли! – вдруг объявила она. – Уверена, все в деревне будут рады слышать эту новость!

Спустя несколько минут они вышли из причудливого леса, оказавшись на окраине небольшой деревни. Макс не был знатоком сельской архитектуры, и увиденные домики показались ему чем-то похожим на смесь избы-мазанки и индейского вигвама. В любом случае было понятно одно: даже если обитающие здесь кролики и в самом деле с другой планеты, то технологиями они не располагают и с кораблём не связаны никак.

«Твою же мать… – сказал Макс это или только подумал, он не понял и сам. – И что мне теперь делать?..»

Глава 6. К бабушке в деревню

– Я вернулась! И я не одна! – звонкий голос Тиары разлетелся по деревне, когда они подошли к ближайшим домикам. Тотчас тишина сменилась множеством звуков: заскрипели дверные петли, затрещали ветки кустов, казалось, что все жители спали, но очнулись от одного оклика девушки.

– Ты всегда так со всеми здороваешься? – удивился Макс.

– Нет, но сейчас особый случай! Надо, чтобы все узнали о тебе как можно скорее! Я хочу представить тебя всем! – воскликнула его спутница.

Не сказать, что Максу сильно понравился её энтузиазм, но возражать было поздно – перед ними начала собираться толпа, и по лицам жителей было заметно, что они не разделяют восторга Тиары. По большей части тут были пожилые крололюди, некоторые из которых были с маленькими детьми.

Очевидно, по запахам и звукам определив, что они уже не одни, Тиара объявила:

– На прогулке я встретила Макса! Он человек из Земли! Значит, мы здесь не одни, есть и другие поселения! Значит, мой отец мог найти новое место для деревни и начать обустраиваться там, чтобы вскоре вернуться за нами!

– «Человек из земли…, – подумал Макс. – М-да, так меня ещё не называли. Впрочем, спешить с объяснениями про разные планеты пока не стоит, а то развалю всю её красивую теорию на корню».

– Я всегда верила и ждала, что они вернутся, но теперь я убеждена в этом!

Толпа, шушукаясь, не обращала внимания на радостную Тиару – все с недоверием смотрели на спецназовца. В тихом перешёптывании можно было разобрать «лишний рот» и «и без него голодать скоро будем».

– Тиара, а что у тебя в руках? – вдруг спросил один из кроликов. Судя по тому, что он опирался при ходьбе на костыль, его правая нога была почти нерабочей. – Минки, что ли?

Девушка мигом погрустнела.

– Да, – вздохнула она. – Вы слышали этот громкий хлопок? Всё из-за него! Минки погиб, когда в него попала острая щепка. Макс нашёл моего зверька и вернул мне, так мы и встретились.

Снова шушуканье. Видимо, рассказу не поверили.

– Тиара, ты хоть видела, кого привела в деревню? – проворчал один из пожилых кроликов. – Он же…

– Дурак ты безголовый, Словли! – закричала одна из ушастых старух. – Как же она его увидит, она же слепая!

– Ну, по запаху же ясно, что он не наш! – от такого натиска дед аж попятился назад.

– Я знаю, что Макс не похож на нас, но это не значит, что он плохой или желает нам зла! – спокойно ответила Тиара. – Он просто другой! Он из Земли! Может быть, там все так выглядят! Мы же никогда не видели других живых существ!

– А ты зачем к нам пожаловал-то, юноша? – ещё раз наградив старика испепеляющим взглядом, старая женщина обратилась к Максу.

Он на миг задумался. Сказать, что пришёл пополнить запас еды-воды и разжиться сведениями о корабле пришельцев – не поймут. Пришлось импровизировать.

– Я пришёл из селения за горами, – осторожно начал он. – Тиара права, там все похожи на меня и…

Договорить ему не дали – толпа мгновенно загудела и на разные голоса послышалось «врёт». Макс не стал их перекрикивать, просто ненадолго умолк и, выждав момент, когда кролики немного угомонились, продолжил.

– Раньше сюда пути не было, но сейчас я обнаружил дыру в Стене и прошёл сквозь неё. Но дыра схлопнулась, я не смог вернуться, и мне пришлось спускаться сюда.

– Не ври! – закричала одна из девушек. – Тебя бы убили чудовища! А раз не убили, значит, ты один из них!

– Какие чудовища? – удивился Макс. – Я не встретил по пути от гор сюда никаких чудовищ! И никого другого тоже. И, как видите, вот он я, перед вами, и на чудовище, кажется, не тяну, – заметив недоверчивые взгляды, он решил, что немного подыграть их страху всё же стоит. – Может мне, конечно, просто повезло – я спустился с гор всего пару часов назад.

Судя по подозрительны взглядам, его аргументы не убедили деревенских до конца, но накал в отношении Макса, кажется, немного спал.

– Макс не чудовище! Он помог мне дойти сюда, нашёл моего Минки! Макс не злой! – продолжала настаивать Тиара.

– А что ты видел, когда с горы спускался? – вновь спросила старушка. – Почему прямо к нам пришёл?

Вопрос показался Максу нелепым. В самом деле, от этой деревеньки до дорожной развилки было меньше часа пути даже шагом этой бабули. Как получилось, что она даже не имеет представления, что там есть тропинка?

– С горы я увидел дорожную развилку, и одна из троп вела прямо к вам. По пути я слышал голоса и плеск воды – наверное, кто-то из ваших купался в озере или реке.

Стоило ему это сказать, как одна из девушек поменялась в лице, а Макс запоздало узнал в ней одну из тех, кто плескался в озере.

– Ах ты, паскуда! Я тебе говорил, чтобы не ходила туда! – стоявший рядом с ней старик орал уже на пустое место – девушку как ветром сдуло. Похоже, дома ей теперь светил первоклассный нагоняй.

– Так, говоришь, тропинка есть и дальше озера? – переспросила старушка. – И там пройти можно?

– Ну, да, – кивнул Макс.

Судя по виду, пожилая женщина крепко над чем-то задумалась. Тем временем сквозь толпу протиснулся паренёк, очень выделяющийся на фоне остальных – он был, похоже, единственным местным жителем, страдающим ожирением.

– Тиара, что ты творишь?! – закричал он. – Нам самим жрать нечего, а ты ещё один лишний рот сюда притащила! Как так можно?!

– Свон? – удивилась Тиара. – А почему ты не в полях?

– Я… Э… – юноша заметно растерялся. – У меня сегодня бок болит, не могу работать!

«Чёрт, этот парень может посоревноваться с Хамки за приз в номинации «самый бездарный врун», – пронеслось в голове у Макса.

Но Тиара только вздохнула и покачала головой.

– Свон-Свон, бедный мой братик… Прости, я не подумала об этом. Тебе не стоит тогда быть здесь, лучше полежи и отдохни. Сейчас придём домой – сделаю тебе еды.

– Э!? – сперва Макс решил, что это был сарказм, но постепенно до него дошло, что Тиара поверила своему брату. И всерьёз сочла себя виноватой за бестактный вопрос. Неужели и впрямь можно быть столь наивной?

– Конечно, сделаешь! – недовольно проворчал Свон. – Но этому «Максу» в нашей деревне делать точно нечего! Он вот куда шёл, туда пускай и идёт, мы тут сами голодаем!

Макс с большим трудом удержался от комментария в духе: «Чувак, ты выглядишь, как причина этого!».

– Макс же сказал – он не может вернуться домой! – возразила Тиара. – Выгнать его из деревни – значит обречь на верную смерть, мы не можем этого сделать!

– Можем! Он к нам никаким боком не относится! Накой он тут нужен?! – продолжал возмущаться толстяк.

– Нет! Я уверена, Макс будет помогать нам, он не станет обузой! Он должен остаться тут! – в её голосе уже слышалось отчаяние.

Спецназовец напрягся. В его планы не входило надолго задерживаться здесь, но информация и запас еды были ему необходимы в любом случае. А если окажется, что тут вообще больше нигде нет ничего съедобного, то вопрос проникновения на корабль отходит на второй план, уступая более банальной задаче – не сдохнуть с голоду. Придётся изображать крайнюю заинтересованность.

– От работы не откажусь, – громко объявил он. – Тиара верно заметила – идти мне теперь некуда, я бы очень хотел остаться с вами. Я многое умею, так что в долгу не останусь, – врать, так по-крупному, решил он.

– Вот видите, это здорово, что мы встретили Макса! – воскликнула Тиара. – Сейчас наши самые сильные мужчины в путешествии, и он может помочь нам в полях!

– Да пусть проваливает! Мы сами справимся! – не унимался Свон.

– Да кто бы говорил! – напала на него всё та же старушка. – Жрёшь за четверых, а в полях бываешь в месяц раз!

– Да я болею просто часто! – Свон аж отступил. – Мне выздоравливать надо! А без него уже справлялись, работать будет один, а жрать за троих! Гнать его в шею!

«Со школы не люблю жирдяев…»

– Нет! Мы не можем оставить Макса умирать! Так нельзя! – глаза Тиары наполнились слезами. – Если так – я уйду вместе с ним! Он совсем ничего не знает в наших краях! – навзрыд выкрикнула она.

«Вот это поворот!» – удивлённо подумал Макс.

Макс уж было подумал, что Тиара умудрилась получить на нём какую-то гиперфиксацию, как в своё время Лика на «Гласе Салангана», но нет, очевидно, всё было куда проще. Эта девушка оказалась феноменально доброй ко всем.

– Ты… – растерялся Свон. – Ты серьёзно?!

– Да! Я не смогу жить, зная, что оставила кого-то умирать от голода!

– Ладно, будь по-твоему… – вздохнул он. – Пусть остаётся.

Толстый кролик раздосадовано махнул рукой и растворился в толпе.

«Молчаливое большинство» кроликов, похоже, не сильно удивилось такому повороту событий. Всё ещё бросая на Макса косые взгляды, они стали постепенно расходиться по домам. А Тиара, вытерев слёзы и смешно шмыгнув своим заячьим носом, вдруг взяла Макса за руку и потянула вперед.

– Идём, мой дом совсем близко, – позвала она.

Глава 7. Насколько глубока кроличья нора?

Когда Макс и Тиара вошли в один из домов, внешне ничем не отличимый от всех остальных, их там уже ждал недовольный Свон.

– Ты что, и поселить его хочешь у нас?! – возмутился он.

– Конечно! Других вариантов нет, никто больше его к себе не пустит, ты же понимаешь, – пожала плечами Тиара.

– А как же я?!

– Я как раз хотела попросить тебя пожить некоторое время с бабушкой, – сказала Тиара. – Пока папа в походе – ей одиноко, а поселить к ней Макса нельзя – бабушке будет неуютно.

– А я? – продолжал негодовать толстяк. – Обо мне ты подумала? Мне что, теперь вещи туда-сюда таскать?

Макс успел принять как факт наивность и доверчивость Тиары, но поведение Свона поразило его куда сильнее. Ведь сейчас, когда его добренькая сестричка решила поселить к себе буквально первого встречного, Свона волновали не её безопасность и комфорт, а исключительно собственные неудобства вроде перетаскивания вещей. Максу подумалось, что эти двое поделили по-братски все качества – Тиаре достались доброта и красота, а ему… всё остальное. Разум или хотя бы здравый смысл, судя по поведению обоих, в разделе не участвовали вовсе.

– Не переживай так! – улыбнулась Тиара. – Мы тебе поможем!

– И неделю ты будешь отдавать мне половину своей порции! – нахмурился Свон.

– Но я и так часто отдаю тебе еду… – прошептала Тиара. Вздохнув, она кивнула. – Хорошо, я согласна. – Чудо, что с таким братом и своей добротой она ещё с голоду не померла. Хотя можно было предположить, что пока здесь был их отец, он такого не допускал. По крайней мере, не давал внаглую объедать и без того худую Тиару.

– Ладно уж, сам всё унесу, – пыхтя и что-то сердито ворча себе под нос, Свон собрал разбросанную по комнате одежду и, подхватив её в охапку, вышел из хижины.

Максу захотелось как-нибудь колко прокомментировать его поведение, но пришлось сдержаться. Спецназовец был в селении на птичьих правах, и испытывать терпение даже этого бурдючка с салом ему пока не стоило.

– У тебя с собой вообще ничего нет? – уточнила Тиара.

Вопрос вновь заставил Макса взгрустнуть об утраченном рюкзаке. Хорошо ещё, что нож и пистолет с ним остались.

– Нет, я остался с пустыми руками после того, как Стена схлопнулась, – ответил он, решив не уточнять про оружие.

– Макс! – вдруг воскликнула Тиара. – Точно! Ты ведь пришёл с тех гор! Ты в самом деле никого там не встретил?

– Нет, – пожал плечами он. – Я не понимаю, о каких чудищах говорила та старушка.

– В тех краях живут чудовища, как и почти вокруг всей деревни. Мы можем отходить от нашего поселения только в ту сторону, – она махнула рукой куда-то в сторону. Даже слепая, она прекрасно ориентировалась и в своём доме, и во всей деревне и её окрестностях. Чего нельзя было сказать про Макса. – Там, где горы, и там, где светит Стальное солнце – запретные места. Мы не должны ходить туда, чтобы не попасть в лапы к чудищам. Но и они не могут подойти к нашей деревне, так что не бойся, тут мы в безопасности.

Макс задумался. Стена отторжения была создана вокруг Зелирии, значит, сейчас они находились с её «внешней» стороны. Станция не атаковала деревню, но могло ли быть так, что она начинала стрелять при приближении к Стене даже с этой стороны? Но стрельба – это не чудовища. А вот те андроиды, что Макс видел недавно, в теории могли за них сойти. Выходит, что деревня не имеет отношения к пришельцам? Но ведь все, кого он встретил на Зелирии, и даже Хамки, ничего не знали про существ, похожих на этих кроликов. Как-то странно.

– Тиара, а Стальное солнце – это та огромная штуковина в небе? – это, конечно, казалось очевидным, но в его положении с минимумом информации лишних уточнений быть не могло.

– Наверное. Я же её никогда не видела. Но да, мне рассказывали, что если посмотреть на запад, то в небе там всегда висит гигантский блестящий шар, который мы называем Стальное солнце.

В этот момент в хижину вошёл Свон и, смотав в узел бельё на своей лежанке, взял его и вышел, бросив на Макса косой взгляд.

– Прости, Макс, у нас нет больше постельного белья, так что я сейчас постираю своё и повешу сушиться – этой ночью ты сможешь хорошо выспаться после своих потрясений, – осознав возникшую проблему, тут же решила Тиара.

«Эта девушка вызывает желание обнять её и плакать, – подумал Макс. – Нет белья? Не проблема, отдам своё! Интересно, если скажу, что трусы менять не на что – свои предложит? И есть ли они у неё вообще?»

Макс плюхнулся на освободившуюся лежанку и вытянулся во весь рост – коротковата кроватка будет, ну да не беда.

– Мне не нужно бельё, посплю так, не надо ничего отдавать. Скажи лучше, чем я могу вам помочь? Вообще, расскажи про свою деревню. Как я понимаю, у вас проблемы с едой?

Девушка села на свою кровать и повернулась к окну.

– Ты мог бы помогать нам в полях. Мы выращиваем овощи, это и есть наша еда. Леса поблизости от деревни не богаты на съедобные плоды, а уходить далеко мы не рискуем – опасаемся чудовищ. Раньше, когда я была младше, урожая хватало, чтобы кормить всех нас и даже делать какие-никакие запасы, но с каждым годом плодов вырастает всё меньше и они всё хуже. Растения чаще болеют и сгнивают. Мы не знаем в чём дело, может быть это злая магия чудищ, может что-то ещё. Мы можем лишь гадать. Обычно я тоже работаю в полях вместе со всеми, но сегодня утром Минки услышал хлопок и убежал от меня. Видимо, он сильно испугался и в панике умчался в лес. Я искала его по запаху, снова хлопок и…

Она снова погладила тельце зверька у себя в руках.

– Макс, я должна похоронить его. Побудь тут, пожалуйста. Я вернусь и приготовлю вам со Своном еды.

Не успел парень и рта раскрыть, как Тиара буквально выскочила из домика. Похоже, она снова расплакалась.

«Странные вещи она рассказывает, – вслух подумал Макс, глядя в потолок. – Но, что интересно, проблемы здесь всё те же, что и на Зелирии – жрать нечего. – Он расслабился, вслушиваясь в окружающие звуки». Где-то вдалеке слышались голоса деревенских жителей, ветер шелестел в листьях кустов. Но чего-то не хватало…

И тут до него дошло – птицы! С того момента, как он миновал Стену, он не видел ни одного живого существа. Ни одной ящерки в горах или в лесу, ни одного насекомого или самой маленькой птахи. Здесь вообще не было никакой живности!

В этот момент его взгляд зацепился за висящий на стене череп. Трудно было понять, как именно выглядело это рогатое существо при жизни, но сам факт наличия его останков в доме говорил о том, что когда-то такие создания водились здесь. Интересно только, куда делись. Про охоту и животноводство Тиара не говорила, да и выглядел этот череп старым и побитым, истёршимся. Очевидно, что он был здесь обычным украшением, пусть и весьма своеобразным, и найденным, скорее всего, где-то в земле, а не охотничьим трофеем хозяина дома.

«Если я смогу дать им несколько ценных советов по части садоводства, они могут поделиться со мной своими знаниями, – про себя продолжил размышлять он. – Другой вопрос, есть ли они у них вообще? Или проще добыть запасы еды-воды и слинять?»

Вдруг дверь скрипнула, и в домик шаркающей походкой зашла старушка. Не та, с которой Макс общался на улице. Эта пожилая крольчиха прошоркала по комнате, опираясь на клюку, и села на кровать Тиары. Видимо, та самая «бабушка», про которую она говорила.

– Здравствуйте. Меня зовут Макс, – запоздало вспомнив земной этикет, он вскочил на ноги и поздоровался.

– Да лежи ты уже, – махнула рукой она. – Чего подскочил? Макс, говоришь? Ну, рада познакомиться. Меня Ганабирой звать. Внучка моя тебя к нам привела, Тиара. Где она, кстати?

– Пошла хоронить Минки, – он вкратце рассказал ей о случившемся со зверьком Тиары.

– Плохо это. Двое их у нас теперь осталось. Перевелись…

– Их? – не понял Макс.

– Сумими, зверьков этих. Наследие наше от предков, – она вздохнула и посмотрела на парня. – Ты садись, садись. Чего зря стоять.

Макс сел на лежанку, а старушка не сводила с него задумчивого взгляда.

– К добру ли ты к нам пришёл, или к худу… Всегда говаривали, что к горам ходу нет – чудища там страшные живут, спасенья, мол, от них нет. А ты говоришь, что нет там никого…

– Я не утверждаю, что там совсем никого нет, – осторожно поправил её Макс. – Но за то время, что я шёл до озера, где купались ваши девушки, я не встретил никого.

– Стальное солнце вчера и сегодня полыхало алым огнём. Дважды посреди ясного неба раздавался гром. И потом появился ты. И пришёл из мест, где чудища обитают. Странно всё это, потому все и взволновались.

Если принять во внимание то, что творилось возле станции, а также лютую дикость этих кроликов, Макс понял, что ему очень повезло – деревенские могли его и молча на вилы поднять, объявив чудищем.

– Там, за горами, есть другие деревни и селения. Там живут такие существа, как я, – сказал он. – Мы не чудовища, мы так же выращиваем овощи, собираем ягоды и охотимся. И в горах есть Стена, которую мы не могли преодолеть. Но сегодня утром я обнаружил в этой Стене брешь и через неё пришёл сюда. Увы, за мной дыра захлопнулась, я не смог вернуться.

– Собираете ягоды? – удивилась Ганабира, отчего её глаза очень по-человечески округлились, а седые длинные уши встали торчком. – Охотитесь? Это как?

Макс с трудом скрыл собственное удивление такой постановкой вопроса и постарался спокойно и подробно провести для старушки «ликбез». Он поведал ей про мисюков, про грибы и ягоды, птиц, и всё остальное. Та только удивлённо вздыхала и качала головой.

– Да, у вас там жизнь полегче нашей будет, – под конец сделала вывод она. – Ну, что уж имеем. Ладно, ты обустраивайся, но на поблажки не надейся. У нас кто не работает – тот не ест, – на этой фразе её лицо вдруг приобрело сердитое выражение, словно она вспомнила о чём-то неприятном. – Тиара тебе всё расскажет-покажет, будешь помогать в полях.

– Конечно, я работы не боюсь, – заверил Макс. – Видимо, мне и в самом деле придётся тут оставаться, больше идти некуда. Да и вам лишние руки в хозяйстве пригодятся, – Как и Тиаре, знать о его настоящих планах старушке было ни к чему.

Покряхтев, бабуля встала и медленно вышла из хижины.

Глава 8. Австралопитек со смартфоном

Тиара вернулась, когда на улице уже порядком стемнело.

– Прости, Макс, я задержалась, – тут же начала извиняться она. – Сейчас приготовлю еду.

Парень почувствовал себя неловко оттого, что прошедшие несколько часов просто лежал и смотрел в потолок, размышляя о жизни и строя планы, вместо того чтобы что-то сделать. Впрочем, рыться в чужом доме даже с самыми благими намерениями – не показалось ему хорошей идеей.

– Отдыхай, – он встал с кровати и потянулся. – Я сам сделаю нам ужин, только скажи, где лежат продукты и что надо готовить.

Тиара удивлённо уставилась на него. Взгляд её белёсых пустых глаз был жутковатым, но выражение лица стало растерянно-удивлённым.

– Отдыхать? Ты приготовишь? – изумилась она. – Правда? Ты умеешь?

«Охренеть! Она меня за безрукого держит?» – мысленно поразился Макс.

– Да, умею, – проворчал он.

– Хорошо! – обрадовалась Тиара. – Я буду тебе очень благодарна! Овощи и масло лежат вон там, в тумбочке, а сковорода и остальные приборы – в шкафу, на средней полке.

Быстро достав продукты, оказавшиеся кучкой пожухлой морковки и свёклы (или чего-то очень похожего на них), Макс почистил их и, поставив сковороду на импровизированную плитку посреди хижины, развел огонь, благо спички в кармане остались.

– Как ты так быстро развёл огонь? – удивилась сидевшая на кровати Тиара. – Я не слышала щелчка зажигалки.

– У меня с собой спички, они позволяют разжигать огонь без дополнительной мороки, – пояснил Макс.

– Здорово! В твоей Земле живут сообразительные человеки!

– Да, есть такое, – усмехнулся Макс. – А что за зажигалка?

– Да там, рядом со сковородой лежит, – махнула рукой девушка.

Макс достал и повертел в руках странный чёрный прямоугольник. На нём было чуть заметное углубление. Нажал – и голубоватый огонёк вырвался с переднего торца устройства.

«Газовая зажигалка? – подумал Макс. – Нет, она бы не проработала столько лет… Чёрт его знает, на каком принципе работает эта штука, но она, похоже, вечная…»

Он налил на сковороду масло и начал резать овощи.

– Тиара, вот вы говорили про чудищ, твоя бабушка, когда приходила познакомиться со мной, говорила про сумими, которые для вас – наследие предков. А можешь рассказать больше о вас? Ну, в смысле, о деревне, о ваших предках, как вы тут вообще живёте.

Девушка на мгновение задумалась, а у Макса вновь возникло странное чувство нереальности происходящего: откуда здесь, за Стеной отторжения, вообще взялось это поселение диких кроликов? В месте, где поблизости висит станция пришельцев, захвативших, кажется, остальную планету, прямо у них под носом.

– Наши предки – те, кто основали деревню, – начала Тиара. – Они обладали знаниями, но мы, потомки, не смогли сохранить их. Почти всё, что ты видишь здесь – создано ими. Они определили все законы нашей жизни – это они постановили, что приближаться к горам нельзя, что Стальное солнце опасно. Они засеяли наши поля и построили наши дома. Мы лишь пользуемся их наследием.

Понятнее после её слов для Макса ничего не стало.

– Но созданное ими не вечно: поля дают всё меньше урожая, жилища нуждаются в ремонте, а многое из того, что они использовали, мы и вовсе не можем восстановить, – она махнула рукой в сторону, и Макс заметил криво висящую дощечку на одной из тумбочек. Судя по всему, чтобы вернуть её на место хватило бы одного гвоздя, но похоже до этой технологии кролики ещё не дошли. – Наша деревня в упадке, Макс. Может быть ты заметил, что у нас мало молодёжи, а малышей и того меньше. С каждым годом нехватка еды ощущается всё сильнее, и мы не знаем, что нам делать. Если мой папа с его спутниками не вернутся – нас ждёт совсем безрадостное будущее… Но я уверена, что они скоро придут! Они должны прийти! – она попыталась улыбнуться.

Это её блаженное состояние чем-то напомнило Максу веру Лики в могущество Салангана и в то, что он явит свою мощь и принесёт счастье всем умари. Правда, в её случае примерно так и произошло… Здесь же, если верить словам Тиары, шансов, что экспедиция ещё цела, практически нет.

– А что случилось с вашими предками? – спросил Макс.

– Они умерли от старости. Это было давно. Даже бабушка Ганабира, старейшая жительница деревни, не помнит никого из них. Но мы сохранили их заветы.

– Но они разве не оставили вам своих знаний?

Вопрос, кажется, поставил девушку в тупик. Она молчала почти минуту.

– Не знаю. Мы сохранили их заветы, но я не помню, чтобы там были какие-то наставления или знания, касающиеся нашего быта.

Её рассказ выглядел очень странно. Судя по всему, обстановка в комнате сохранилась ещё от «предков» – шкаф, кажется, был готов вот-вот развалиться от времени, постельное бельё выглядело затёртым. Да и платье Тиары, как и одежда других деревенских, выглядело сильно поношенным.

Макс протянул руку и потрогал шкаф. Лакированная поверхность, на сколе видна структура – нечто, очень похожее на обычную древесную плиту… Точнее, было бы похожим, если бы не выглядело так, словно скол изначально был гораздо больше, но шкаф частично «зарос». Кто бы ни сделал это чудо столярного ремесла – он имел в своём распоряжении оборудование и материалы, о которых кролики, похоже, не имеют представления. Да что там кролики! Подобных технологий нет и на Земле!

К этому моменту овощи уже поджарились, Тиара достала три тарелки и разделила овощи на порции – две больших и одну маленькую. Ну конечно, себя не обделишь – день прожит зря.

– Можешь есть, Макс, я отнесу еду Свону и приду.

– Я подожду тебя. А… Бабулю он накормит?

– Что ты?! – Рассмеялась Тиара. – Свон никого не может накормить! Нет, у бабушки своя еда, она сама готовит.

Она взяла одну из больших порций и вышла из хижины.

Хоть и слепая, Тиара прекрасно ориентировалась здесь. Её уши постоянно дёргались туда-сюда, кончик носа непрерывно шевелился, в остальном движения ничем не выдавали её слепоту. Она не спотыкалась, не обшаривала руками поверхности; даже накладывая еду, она отмерила Максу и Свону две совершенно одинаковые порции овощей.

– Приятного аппетита! – вернувшись, Тиара села на свою кровать и, взяв тарелку с ложкой, принялась за ужин.

– Спасибо! И тебе.

На вкус блюдо оказалось настолько отвратительным, что если бы зелирийский повар подал такое к столу, то даже добрая и благородная Вельга приказала бы его казнить… с особой жестокостью.

Тиара же уплетала овощи, сияя от удовольствия.

– У тебя отлично получилось, Макс! – похвалила она. – Спасибо за вкусный ужин.

– Пожалуйста… – проворчал он.

Кое-как дожевав овощи, он вытянулся на лежанке. Тиара тем временем достала из шкафа две глубоких мисочки и нечто, похожее на кожаный мешок. Оказалось, это была всего-навсего вода. Причём, когда Макс поднёс плошку с жидкостью к губам, с удивлением обнаружил, что она была прохладной и на удивление свежей!

Он потрогал бурдюк – тот был вполне тёплым на ощупь. И лежал просто в шкафу. Как такое вообще возможно?

– Сегодня был такой сумасшедший день… – вздохнула Тиара, залпом осушая свою пиалку. – Нужно выспаться, сегодня я не работала в полях, завтра буду навёрстывать.

– Я тебе помогу, не переживай, – успокоил её Макс. – Только скажи, чем заняться, – вопросами мобильного холодильника он решил озаботиться позже.

– Обязательно! Спасибо тебе огромное, Макс! Твоя помощь очень пригодится!

– Угу… Спокойной ночи!

Тиара ловко вынула из-под своей кровати металлический лист и накрыла им огонь. Комната погрузилась в полумрак, освещаемая лишь слабым свечением разноцветных грибов, росших в ящике под потолком. Интересная лампочка, ничего не скажешь.

– Спокойной ночи!

Глава 9. Первая кровь!

– Макс! Макс, просыпайся! – пробился сквозь сон почти истерический крик.

«Чёрт, ну почему всё повторяется из раза в раз…» – мысленно простонал он, вспомнив, как в его первый день на Зелирии Хамки разбудил его словами: «Проснись, тебя сейчас сожрут людоеды!» – «Надеюсь, крололюди – вегетарианцы и мне не предложат сейчас проследовать на вертел…»

Не успел он открыть глаза, как ощутил на своих плечах тёплые ладони Тиары – она буквально начала трясти его, пытаясь разбудить.

– Макс, проснись! У нас случилась беда! – почти кричала она прямо ему в лицо.

«Нашла чем удивить… Вот если бы вдруг, для разнообразия, случилось что-то хорошее…» – мысленно проворчал он, с трудом подавив желание произнести это вслух. Вместо этого просто спросил:

– Что такое? В чём дело?

– Пошли скорее! – Тиара сильно потянула его за руку. – Улирми умерла!

– Э?.. – Макс так и застыл с полуоткрытым ртом от такой новости.

– Просто не проснулась! – ответила на неозвученный вопрос Тиара. – Все напуганы! Все думают, что её смерть связана с тобой!

– Чёрт, только этого мне не хватало, – закатил глаза спецназовец. – Надеюсь, хотя бы ты понимаешь, что я тут ни при чём?

– Что ты, Макс! Конечно, я знаю, что ты не виноват! – горячо заверила его Тиара. – Ты спал всю ночь как убитый, и если бы вставал – я бы услышала это!

Максу показалось, что она сейчас его перед ним же и оправдала.

– Идём скорее! – ещё сильнее потянула Тиара. Максу ничего не оставалось, как встать и отправиться следом за ней.

* * *

Едва Макс появился на пороге хижины, как собравшаяся в нескольких шагах от неё толпа крололюдей сердито загудела.

– Это твоя вина! – крикнул кто-то из них. – Ты с собой проклятье чудищ принёс!

«И как я должен парировать такие заявления?» – подумал Макс, рукой начиная нашаривать кобуру пистолета. Повод для беспокойства действительно был – некоторые кролики держали в руках вилы, и не было гарантии, что ими они планировали шевелить траву, а не его внутренности.

– Нет! Макс здесь ни при чём! – Тиара, выскочив из-за его спины, буквально загородила собой парня, картинно расставив руки в стороны. – Я уверена в этом! Он устал с дороги и всю ночь проспал, даже не шелохнувшись!

– Зачем ты его покрываешь? – возмутился кто-то другой. – Улирми мертва, а ты его защищаешь!

Максу очень хотелось ответить резко, но накалять ситуацию не стоило.

– Мне очень жаль эту девушку, но я даже не знаю, кто она такая, – как можно более спокойным голосом сказал он. – Я не желаю зла никому из вас, и никакого проклятия на мне нет! Я такой же, как и вы, я жил за горами, но волею судьбы оказался лишён возможности вернуться домой. Я не сталкивался ни с какими чудовищами и не представляю для вас опасности!

Он вздохнул и, попытавшись придать голосу максимально убедительную интонацию, продолжил.

– Я благодарен вам, что вы согласились пустить меня в деревню, я готов работать, чтобы не быть вам обузой, и я уверен, что смогу стать полезным жителем… э…

«Чёрт, забыл, как называется эта дыра!» – занервничал Макс.

К счастью, его заминку быстро заполнила своими воплями Тиара:

– Макс не врёт! Я верю ему! Вечером он приготовил нам ужин и расспрашивал о том, какую работу нужно делать! Он будет нам хорошим помощником, не нужно обвинять его!

– Позвольте мне осмотреть погибшую, возможно, я смогу определить причину смерти. – Конечно, Максу было совершенно плевать, кто и от чего тут помер, но если он сможет помочь кроликам, это упростит ему выполнение его планов по проникновению на корабль и спасению Лики и Эйки. Тем более, что эти планы и без того подозрительно напоминали воздушные замки. – Я немного разбираюсь в… – когда он это сказал, начавшиеся было расслабляться жители деревни вдруг снова посуровели.

– Незачем тебе её видеть! Моя сестра мертва! – закричала девушка-кролик. – И даже если ты не виноват – это не твоё дело!

– Если это какая-то болезнь, лучше заранее узнать это, чтобы никто больше не… – начал было Макс, но его снова перебили:

– Без тебя разберёмся!

Макс ощутил, как Тиара едва уловимо потянула его за руку, намекая видимо, что спорить не стоит.

– Как скажете, – вздохнул он, пожав плечами. – Я просто хотел помочь.

– Иди работать лучше, если хочешь помочь! – проворчала девушка.

Продолжая кидать на парня исподтишка хмурые взгляды, кролики начали расходиться.

– Макс, сейчас быстро перекусим, и за дело, – шепнула ему на ухо Тиара. – Сегодня можешь не напрягаться, тебя и так расстроили с утра, – даже в такой ситуации она нашла благовидный предлог, чтобы разрешить ему, чужаку, работать поменьше, хотя сама же всем рассказывала, как хорошо он будет работать.

– Угум, – Макс задумался. Он ни на миг не забывал о своей цели – от кроликов ему требовалась информация и припасы. В теории, добыть еду и свалить, не было бы для него проблемой, но без понимания «куда именно валить» – всё бесполезно. Слоняться без единого ориентира по лесу, где нет ни зверья, ни съедобных растений – самоубийство, а значит, пока придётся всеми силами отыгрывать «хорошего парня» и надеяться, что кролики не придумают какой-нибудь нелепый повод поднять его на вилы. Да, в селе были в основном старики, полукалеки и девушки, но их было очень много. Убежать от этого парада уродов, случись что, конечно, можно без проблем, но это возвращало его в ситуацию «без ничего в пустом лесу». Мрачная перспектива.

– Вот ваша еда, ребятишки, – погружённый в свои мысли, Макс и не заметил, как к ним подошла вчерашняя старушка и протянула четыре небольших свертка из листьев похожего на лопух растения. – Это вам на завтрак и на ужин. Свеженькие. Кушайте, у вас трудная работа, вам хорошая еда нужна.

– Э… Спасибо! – растерялся Макс, принимая угощение.

Тиара, втянув носом воздух, буквально просияла.

– Спасибо, бабушка Долония! Вы всегда так заботитесь обо мне! – радостно прощебетала она.

Старушка кивнула и пошла по своим делам, а Тиара потянула парня в хижину.

* * *

Макс положил свёртки на стол, а Тиара сразу взяла один из них и, развернув у себя на коленях, захрустела свежими листьями капусты. Кроме них там были кусочки уже знакомой местной свёклы и моркови, а заодно пара больших непонятных ягод, по виду напоминавших сливу, а по вкусу, как вскоре выяснилось, – помидор.

– Макс, кушай скорее! Овощи такие вкусные и свежие! Бабушка Долония всегда старается отложить для меня лучший кусочек. Сначала я сопротивлялась, делилась с друзьями и братом, но она настояла, чтобы я всё съедала сама. И ругала остальных.

«Ну, хоть один кролик тут не является козлом по жизни, – подумал Макс. – Это радует».

А вот рацион оставлял желать лучшего. Он сел на лежанку и принялся уплетать свой завтрак: содержимое доставшегося ему свёртка не отличалось от порции Тиары, и сытным его назвать ну никак было нельзя.

– Это новый урожай! Поля плодоносят дважды в год, но каждое из них засеивается по своему расписанию, поэтому трижды в год у нас появляется вкусная еда. Наверное, это самые ранние плоды, и через пару недель все будут лакомиться такими!

«С таким рационом у меня у самого через годик заячьи уши отрасли бы, – хмуро подумал Макс. – Надо поскорее убираться отсюда, но если запасами будут вот такие овощи – худо дело. Это не сухпайки, и даже не умарийские дуклики – овощей можно набрать целую сумку и уже через три дня остаться голодным».

– И на ужин у нас тоже будут такие же свежие овощи! – искренне радовалась Тиара. – За день они не успеют завять!

– Это здорово! – через силу улыбнулся Макс, про себя вспомнив старика с известной картинки. Достижение «почувствуй себя Гарольдом» он теперь мог считать полученным.

Дожевав завтрак, они отправились «в поля». Что интересно, не прихватив никаких инструментов.

Глава 10. На картошку!

Далеко идти не пришлось. Поле, в котором предстояло работать, начиналось сразу за деревней. Здесь почти ровными рядами росли те самые «помидорные сливы», которые на завтрак принесла Долония.

– И что тут делать? – растерянно оглядевшись по сторонам, спросил Макс, обращаясь скорее не к Тиаре, а просто в пространство.

– Окучивать! – воскликнула кролодевушка.

«Да тебя и окучивать не надо, достаточно попросить – и ты всё сделаешь!» – подумал Макс, вслух же уточнил:

– Что и чем?

– А, точно, ты же не знаешь, как работать в полях, – спохватилась Тиара. – Сейчас…

– Погоди! – попытался остановить её Макс. – Я хорошо знаю сельское хозяйство, но не вижу тут ни тяпки, ни граблей. Чем мы будем работать?

– Ой, прости, я не подумала про инструменты. Вот они!

Она сделала несколько шагов в сторону и подняла с земли две странного вида деревяшки. Как-то идентифицировать в них орудия труда парню не удалось – это были просто два куска доски. Вместе с ними валялись ещё пара десятков таких же.

«Это у них склад инвентаря такой?!» – Макс не мог поверить собственным глазам.

– И… что ими делать? – оторопел он.

– Ну вот, а говоришь, что разбираешься в хозяйстве! – улыбнулась Тиара. В её устах даже упрёк звучал почти как похвала. – Смотри!

Ловко схватив эти шедевры инженерной мысли, она медленным шагом подошла к ближайшему ряду растений и, нагнувшись к одному из кустиков, дощечками подгребла побольше земли к его стволу, создав там насыпь рыхлой земли, скрывшей выступившие на поверхность корни.

– Вот как надо! Всё очень просто! – воскликнула она.

Макс стоял с вытаращенными глазами, не в силах осознать увиденное. Эта деревня и всё происходящее в ней всё больше казалось ему чем-то нереальным.

Держа в руках две грязные деревяшки, Тиара сияла победоносной улыбкой. Её платье было целым, но сильно потёртым. И, если присмотреться, создавалось впечатление, что раньше на нём были дыры, но они каким-то образом затянулись – коричневая ткань с чётким рисунком чёрных линий местами была слово «замыленной», как будто ткань там прижгли утюгом… Или она «зажила» сама, а эта «замыленность» – эдакий аналог шрама. Макс не мог избавиться от мысли, что эта нелепая, на первый взгляд, гипотеза и есть самая правильная. Других вариантов, как в дикой деревне могла так долго сохраняться одежда, сделанная почти наверняка фабричным способом, у него просто не было.

Парень смотрел на Тиару, и в голове у него невольно возник образ Мисси – голодной и нищей девочки из зелирийской деревни. Почти такой же феноменально доброй и при этом, без сомнения, куда более просвещённой в хозяйственных и бытовых вопросах, чем это чудо с длинными ушами… А то и чем вся деревня вместе взятая!

– Тиара, позволь, я кое-что сделаю. Подождёшь минуточку? – копаться в земле почти голыми руками не хотелось категорически.

– Да, конечно… – Тиара удивлённо «посмотрела» на Макса, видимо, пытаясь понять, что он хочет сделать.

Тем временем спецназовец подошёл к ближайшему дереву, присмотрел ветку подходящей толщины, не без труда, но отломил её, обработал ножом от мелких сучков и, сделав прорезь, вогнал в неё наиболее ровную из имеющихся дощечек. Конечно, надолго такой импровизированной тяпки не хватит, но сделать что-то более адекватное здесь и сейчас он просто не мог.

– Держи, – он протянул Тиаре плод своего «инженерного гения». – С этой штукой ты сможешь окучивать овощи, не наклоняясь. Я себе сейчас такую же сделаю.

Девушка сделала большие глаза и с минуту просто стояла, ощупывая выданную ей конструкцию.

– Что ты сделал, Макс? – понять суть идеи ей не удалось.

– Тяпку с ручкой, – пояснил Макс. – Окучивать точно так же, как и этими палочками, но не придётся наклоняться.

– Это удобно, – Тиара на миг задумалась, но в итоге просто покачала головой. – Боюсь, мне такое не подойдёт – я не вижу кусты и могу повредить их, если не буду чувствовать руками их листву… Так что ты работай этой штукой, а я – как раньше! – она пожала плечами и вдруг снова засветилась. – Ты такой молодец! Всего лишь первый день в полях и уже придумал такую полезную штуковину! Так будет и впрямь гораздо легче!

– Раньше это никому в голову не приходило? – вскинул бровь Макс.

– Нет… – словно оправдываясь, протянула девушка. – Мы никогда не задумывались, что надо что-то улучшать. У наших предков всё хорошо получалось, мы просто продолжаем делать, как заведено.

– А подумать?! – не выдержал Макс. – Ну, как-нибудь улучшить свой быт?! Кстати, я видел что-то похожее на вилы в той толпе, которая собиралась поглазеть на меня.

– Не знаю, – растерянно развела руками Тиара. – Сколько себя помню, никто ничего не выдумывал нового. У нас есть всё необходимое. Зачем нам что-то ещё? Те вилы нам тоже от предков остались, ими копают землю…

– Вон оно что… – понять именно её позицию Макс в целом мог. Слепая, она была вынуждена во всём ориентироваться на других и просто учиться жить в суровых условиях со своим увечьем. Уже то, что она была полностью самостоятельной, да ещё и полезной работницей – само по себе великое достижение для неё самой и тех, кто учил её всему. Она не видела ничего вокруг и придумать что-то новое не могла практически никак. Но остальные кролики инвалидами не были! Почему же никому из них не пришло в голову ни единой мысли типа: «Что можно улучшить в нашем быту?».

Решив пока не забивать голову этой кроличьей философией, Макс приступил к работе: пока Тиара медленно ползала от одного кустика к другому, он, пользуясь «самым прогрессивным в этом мире орудием труда», достаточно быстро окучил большую часть произрастающих на этом поле кустиков. При этом он обратил внимание, что многие из них были весьма повядшими, а некоторые и вовсе засохли. Собственно, в лучшем случае половина растений выглядела более-менее здоровой, и на них уже виднелись плоды.

– Не похоже, что урожай будет богатым, – заметил Макс. – Может, им не достаёт полива?

– Обычно им хватает дождя, – пожала плечами Тиара, не отрываясь от своего занятия. – В этом сезоне мы их почти не поливаем, некому таскать бурдюки с водой от речки – они тяжелые, поэтому сейчас поливаем только ближайшие к речке поля.

«Ясно, выкопать оросительный канал никому тоже в голову не пришло, – мысленно закатил глаза Макс. – Кажется, не тех существ Хамки идиотами звал».

– Кажется, я уже придумал, как решить эту проблему. Но, конечно, потребуется вначале приложить усилия, без этого никак.

– Макс, ты такой умный! И такой сильный! Ты уже сделал столько работы! – не переставая, восхищалась Тиара. Парень не понимал, как она определила объём сделанной работы, может быть, ориентировалась по слуху. – Тебе нужно лучше питаться! Я отдам тебе часть своей порции! – восторженно объявила она.

«Да-да, а сама помру с голоду, я уже понял», – подумал Макс, но вслух сказал иначе:

– Слушай, тебя и так твой братец объедает, а ты ещё со мной делиться собралась. Я у тебя и крошки не возьму, а на твоём месте ещё бы и Свона послал куда подальше со всеми его запросами. Он и так на бочку похож.

– Нет-нет! – горячо запротестовала Тиара. – Свон же мужчина! Ему надо много еды!

Макс не решился напоминать ей, где сейчас находятся все нормальные мужчины их племени. Не стоило лишний раз давить на больную мозоль. Он только вздохнул и покачал головой, тут же решив сменить тему, а заодно и начав постепенно добывать информацию об этих местах.

– Честно говоря, я не понимаю, как вы живёте тут, – издалека начал он. – Ты говоришь о предках и их наследии, но вы, кажется, не получили от них никаких навыков, уж прости за прямоту.

– Ну, они оставили нам налаженный быт, вот мы и пользуемся тем, что есть. А навыки… – она ненадолго замешкалась. – Не помню, чтобы кого-то чему-то отдельно учили. Мы все учимся в детстве у взрослых, копируя их действия. Конечно, я слепая, поэтому мне помогали научиться всему необходимому – окучивать поля, рыхлить землю, готовить еду. Но остальные дети сами осваивали эти занятия.

– Ну, а что-то типа школы… Я не знаю, просто какая-то систематизированная передача знаний у вас есть?

– Школы? – удивилась девушка. – Я не знаю, что это такое. У нас дети учатся у родителей, и всё. А родители учились у их родителей, копируя их поведение. Так и шло от времён предков.

«Странная система. Очень странная».

– А письменность у вас есть? – вдруг сообразил парень.

– Что?! – её кроличьи уши аж встали торчком от удивления.

– Ну, ты писать умеешь?..

– Нет. Я не понимаю, о чём ты, – покачала головой Тиара.

– Ладно, – вздохнул Макс, – с этим понятно. Но одежда! Где вы берёте одежду?

– Ну, она у нас есть, – развела руками Тиара. Она встала, чтобы немного размять затёкшие ноги. – Население деревни сокращается, мы стираем старые вещи. Я вот хожу в платье мамы. Она умерла, когда мне было два года, – девушка погрустнела. – Тяжёлые роды – она и моя новорождённая сестра умерли, и мы остались с папой и Своном… А маме оно досталось от её бабушки…

– Эм… – озвученная история платья поразила Макса до глубины души. Именно она, а не душещипательная история младенческой и родительской смертности в деревне – в этом, как раз, странного было мало. – Может быть, вопрос немного бестактный, но сколько тебе лет?

«Если они живут по пять лет – это могло бы объяснить хоть что-то…» – пронеслось в голове у Макса.

– Мне восемнадцать.

– Эм… А бабушке твоей мамы?

– Ей было шестьдесят, когда она умерла.

У Макса задёргался глаз. Происходящее всё больше напоминало феерический бред и пародию на реальность.

– Дай угадаю, – сказал он. – Вся существующая одежда тоже досталась вам от предков?

– Ну, да, – как ни в чём не бывало, кивнула Тиара.

– Мм… – больше ничего произнести Максу не удалось. Мысли неслись вскачь, пытаясь найти какое-то объяснение происходящему. «Откуда это всё здесь? Как появилась мебель, изготовленная явно на промышленном оборудовании? Кто соткал одежду из материала, который, судя по всему, не снашивается за столетия активного использования?»

Ответов не было, лишь вопросы, но уже они сами по себе отчасти объясняли полную недееспособность нынешних кроликов-потомков – они получили всё готовое в условиях отсутствия необходимости хотя бы поддерживать это в рабочем состоянии. Удивительным было ещё и то, что они были смертными – Хамки не раз повторял, что получить биологическое бессмертие достаточно просто.

Этой пищи для размышлений хватило Максу ещё на пару часов. За это время он пришёл к выводу, что в целом он «копает» в верном направлении и, возможно, кролики всё же связаны с пришельцами, а значит оставалось только найти ту самую связывающую их нить, которая и могла привести его на корабль. А заодно – окучил все оставшиеся кусты на этом «поле», при том, что Тиара, копаясь своими дощечками, едва ли сделала двадцатую часть того, что успел он.

– Макс, ты просто чудо! – ликовала она. – Это поле мы со Своном должны были обрабатывать пять дней, а ты управился почти один и всего за день! Значит, мы сможем теперь помочь другим!

«Свону мы, похоже, уже помогли», – про себя проворчал парень.

– Пошли домой! Ты наверняка проголодался! – сказала Тиара.

Есть и впрямь очень хотелось. Настолько, что в этот раз, пожалуй, даже овощи пищей богов покажутся. Дожил.

Глава 11. Саланганские технологии воспитания

Темнеет на Зелирии быстро, поэтому, когда Тиара и Макс неспешным шагом добрели до хижины, по пути помыв руки в одиноко стоящей возле низенького заборчика деревянной плошке с водой, вокруг уже царил полумрак. Погода здесь, как и там, за Стеной, – на самой Зелирии, была такой же тёплой и приятной. Сейчас, под вечер, стало чуть прохладнее, но отсутствие ветра позволяло не мёрзнуть.

Когда входил в дверь жилища, Макс боковым зрением заметил, что кусты неподалёку дёрнулись, словно от порыва ветра, но не придал этому значения.

Как вскоре выяснилось – зря.

– Макс, я не могу найти еду, – растерянно сказала Тиара, ощупью изучая стол. – Я точно помню, что оставила свёртки на столе, но тут, кажется, пусто… Посмотри ты, пожалуйста.

Было уже темно, и комнату освещали лишь те странные светящиеся грибы в корытце под потолком, но и этого света было достаточно, чтобы понять – припасённые на ужин продукты исчезли.

– Нету, – проворчал он.

– Жаль, – сникла Тиара. – Придётся есть старые овощи. Отдохни, ты устал больше меня, я сейчас их приготовлю.

– Подожди несколько минут, – сказал Макс. – Сейчас вернусь. Ничего не готовь!

– Макс, ты куда? – удивилась Тиара.

– Ожирение лечить!

Она сказала что-то ещё, но Макс уже вышел из хижины. Благо, расположение жилища бабушки и Свона он сумел запомнить – оно располагалось через дом от хижины Тиары.

* * *

Настроение было ниже плинтуса, Макс не хотел влезать в местные разборки и прекрасно понимал, что излишне накалять обстановку не стоит. Но голодать, а заодно и оставить голодной Тиару, не хотелось куда сильнее. Постучав для приличия, он открыл дверь и вошёл в дом.

Внутри помещение почти ничем не отличалось от хатки Тиары: тот же стол-жаровня в центре, «грибной» светильник под потолком, шкаф у стены и две лежанки. На них и сидели, с удивлением глядя на него, Свон и Ганабира.

– Э… Чего тебе тут надо? Дверью ошибся? – тут же начал негодовать Свон.

– Ошибся, – хмуро сказал Макс. – Ты. Зачем наш ужин утащил?

– Да не я это! – закричал толстяк. – У Тиары мозги набекрень! Витает в облаках и забывает всё! Поди, сама всё раздала, а ты меня обвиняешь! Не брал я их!

– Отдать не хочешь?

Краем глаза Макс заметил, что бабуля встала с кровати и, прихватив клюку, подошла к Свону с хмурым лицом.

– Я ничего не брал! – почти выкрикнул Свон. – У меня ничего нет!

– Даже двух свёртков со свежими овощами, которые бабушка Долония дала Тиаре в руки? – с ухмылкой уточнил Макс, почувствовав, что внезапно обрёл поддержку.

– Отстань от меня! И вообще, иди отсюда, мы ужинать будем! Решайте свои проблемы сами!

Ганабира поменялась в лице.

– Ах, ты, паскуда прожорливая! – Клюка в её руках описала в воздухе дугу, приземлившись прямиком на спину Свона. Взвыв, тот подскочил с кровати и чуть отшатнулся от разъярённой старушки. – Я тебе говорила, что будешь еду у внученьки воровать – я тебе черепушку проломлю!?

«Суровая бабуля, однако», – восхитился Макс.

– Бабушка, я… – Свон развернулся, но сделал это неудачно – направленный на его спину удар палки пришёлся по щеке.

– А ну, отдавай еду ребятишкам, ненасытная ты туша! Как отец за ворота – совсем обнаглел!

– Да она мне сама всё отдала! – заверещал он.

Бабуля на миг остановилась. Видимо, знала внучку хорошо.

– Врёт, – вынес вердикт Макс.

Ба-бах! Очередной удар прошёлся по телесам Свона.

– Да отдам я сейчас, отдам, бабушка, не бей! – чуть не плача, заорал он.

Глядя на щуплую старушку и здорового Свона, дрожащего от её крика, Макс понял, что уважение к предкам тут не пустой звук. Кажется, у кролика и в мыслях не было сопротивляться. В голове невольно всплыл рассказ Хамки об «избиении» как методе наказания на Салангане. Хоть местные и не блистали техническими и всеми остальными знаниями, но подобный передовой метод воспитания освоили отлично!

– Сейчас-сейчас! – испуганно поглядывая на бабулю, Свон опустился на четвереньки и, пошарив под кроватью, достал два свёртка.

«Отлично, наш ужин хоть и запылился, но он хотя бы ещё существует», – с облегчением подумал спецназовец. Он протянул руку, и Свон, с видом «последнее забираешь, сволочь», отдал ему еду.

– Спасибо, – хмуро поблагодарил он.

– Вы кушайте-кушайте, мне девочки рассказали, как вы сегодня работали! – с улыбкой сказала Ганабира, садясь на свою кровать. – Ты добрым работником оказался, Макс. Рада, что судьба тебя к нам послала.

Свон же с хмурым видом улёгся на койку и демонстративно отвернулся к стене, иногда потирая ушибленные места.

– Эм? – не понял Макс.

– Девушки наши, когда между полями шли, видели, что ты уже половину своего участка обработал! Они мне сразу всё рассказали! Ты молодец! Не ошиблась в тебе внученька!

– Э… Спасибо, я старался быть полезным, – растерянно ответил он.

– Ну, ты иди, иди, кушать вам с внученькой нужно. А Свона прости, дурной он у нас, поесть любит. Пока отец был – держал его в узде, и то внученька иногда с братом едой делилась. А теперь некому его одёрнуть, совсем бедную объедать стал. Я-то старая, не могу за ними доглядеть, – она вздохнула и, посмотрев на спину недовольно сопящего толстяка, сказала:

– Ты уж присматривай за ней. Не давай голодной оставаться, а то ведь и впрямь последнее отдаст!

– Хорошо. Я позабочусь о ней, – пообещал Макс. – Спасибо вам. И доброй ночи!

Не зная, как себя лучше вести, он кивнул на прощание и вышел из домика.

Глава 12. Как ХРЕН, но мягкий

Когда Макс вернулся в хижину Тиары, то по тихому сопению определил, что девушка уже спит.

– Ясно всё с ней. Нет еды – и леший с ней, лягу спать голодной. Солнечное создание, ничего не скажешь, – проворчал он и добавил уже громче. – Эй! Тиара, проснись!

Он разложил ужин на столе и потормошил девушку.

– Макс? – встрепенулась она. – Что такое?

– Я тебе покушать принёс! – улыбнулся парень.

– Но ведь ты сказал ничего не делать, – забавно протирая спросонья свои большие глаза, удивилась крольчиха. – Я и решила лечь спать.

– Я нашёл наш ужин, – пожал плечами Макс. – Свон немного перепутал порции. Ну, ты сама знаешь, как это бывает. Бабушка Ганабира уже оценила его честность, так что он с радостью вернул продукты.

Тиара резко сникла.

– Бабушка суровая, – вздохнула она. – Надеюсь, Свону не сильно досталось…

– Кости целы, – махнул рукой Макс. – Садись ужинать.

Макс потянул Тиару за руку и, придав ей сидячее положение, положил на коленки еду. У спецназовца проскочила мысль, что надо обязательно проследить, как она ест, – это единственная гарантия, что овощи достанутся именно ей.

Видимо, ощущая, что он так и стоит у неё над душой, Тиара покорно начала есть. Только после этого Макс отвлёкся и, достав плошки, извлёк с полки бурдюк с водой.

– Полный, – удивился он. – Что за?! – он не видел, чтобы Тиара доставала бурдюк из шкафа или наполняла. Может, это бабушка приходила, воду принесла? Или Свон в качестве «извинений» бурдюк наполнил? – Да ну, бред!

– Макс, что-то не так? – спросила Тиара.

– Этот мешок с водой… Я удивился, что он полный… – с трудом выдавил Макс. – Я же больше половины отлил утром.

– А, это Наливайка, – махнула рукой Тиара. – Тоже досталась нам от предков. Она всегда полная. Даже если выпить досуха – через несколько часов снова наполнится сама.

«У нас нет ума, чтобы придумать мотыгу, зато есть бурдюк, который каким-то образом сам создаёт воду» – подумал Макс.

– Ни хрена не понял, но очень интересно… – вслух проворчал он. – А много у вас таких Наливаек?

– В каждой хижине есть. Нас становится всё меньше, так что их хватает.

«Так, значит, проблему с водой можно считать решённой, – мысленно прикинул Макс. – Забрать одну такую Наливайку из деревни, и свежим питьём я буду обеспечен. Нужно ещё побольше информации, набрать овощей – и вперёд… Жаль, пока не ясно, куда.

Обрадованный внезапной находкой, Макс быстро съел овощи и улёгся на кровать, собираясь спать.

– Завтра на закате состоятся похороны Улирми, – вдруг сказала Тиара. – Нам тоже надо там быть. Она была моей подругой. Не то чтобы близкой, но мы иногда проводили время вместе.

– Как скажешь, – согласился Макс. – Завтра будем другое поле окучивать?

– Посмотрим, будем делать то, что скажет бабушка-смотрительница полей, – сказала Тиара.

«Да у них тут сплошной «карга-культ», я смотрю, – мысленно усмехнулся парень. – Впрочем, местным бабулям я, похоже, пришёлся по нраву, так что проблем быть не должно».

– Хорошо. Я не боюсь любой работы. А как выдастся день посвободнее – посмотрим, что можно в вашем хозяйстве улучшить, чтобы поменьше времени кверху задом в поле торчать, окучивая помирающие кустики, – усмехнулся он.

Тиара немного нахмурилась, но промолчала.

– Расслабься. Я просто хочу сделать как лучше. И раз уж у меня есть знания обитателей моей деревни, почему бы мне не применить их на благо моего нового дома?

«Не дай бог, если мои слова про новый дом станут пророческими, – осёкся он. – Я не готов провести остаток дней в этой дикой деревне! Направляясь сюда, я не подозревал, что тут всё настолько плохо!»

– Ты прав, это здорово! – воскликнула Тиара. – Я очень рада!

Макс только тяжело вздохнул, закатив глаза.

Глава 13. Крольчатина в собственном соку

– Макс, просыпайся, случилась беда! – и снова панический вопль Тиары вырвал Макса из объятий сна. Сплошной день сурка.

– Да какого чёрта происходит?! – простонал он, ещё даже не успев разлепить веки.

– Макс, Зинери при смерти! Она дышит, но без сознания! Её не могут привести в чувство! – причитала Тиара.

«Она ж вроде вчера померла… Или ту как-то по-другому звали?» – соображал он ещё медленно, но суть угадал сразу:

– Что, снова по мою душу пришли?

– Да! За дверью собрались!

«Ну что за люди… Хотя, они и не люди».

Решив в этот раз брать наглостью, Макс вскочил с кровати, прочистил горло и, проверив оружие, выбежал из хижины, не дав Тиаре сделать это первой и снова начать загораживать его собой.

* * *

В самом деле, перед домом, всего в нескольких метрах от двери, снова стояла сердитая толпа кроликов. В этот раз оправдываться у спецназовца не было ни желания, ни настроения. Достали!

– И чего вы тут собрались? – крикнул он в толпу, не дожидаясь, пока там найдётся смельчак, способный кинуть претензию ему самому.

– Это ты виноват! – надо признать, приём сработал – фраза была сказана сердитым, но не слишком уверенным голосом.

– А доказать ты это можешь? – так и не поняв, кто именно говорит, спросил он сразу всех. – Я ещё вчера сказал, что хоть и оказался здесь не по своей воле, но я хочу остаться здесь и заслужить ваше доверие. Тебе не сказали, что я вчера помог Тиаре полностью окучить все растения на том поле, где она собиралась работать больше недели?

Никто не откликнулся.

«И славненько».

– Ещё раз повторяю, – почти прорычал Макс. – То, что я появился здесь, и одновременно начались эти странные происшествия – просто совпадение. Я могу только повторить свою вчерашнюю просьбу – пустите меня к пострадавшей! У меня дома мы сталкивались с разными болезнями, и, возможно, я смогу помочь или хотя бы выясню причину смерти, чтобы мы могли избежать трагедий в дальнейшем.

– Пустить его туда нужно! – вдруг подала голос Ганабира. Парень не видел её, очевидно, она стояла позади более высоких молодых девушек, но по голосу узнал безошибочно. – Я верю Максу, и Долония тоже. Он толковый парнишка, не лжёт он нам. Мы же вчера так и не поняли, почему погибла Улирми. Может быть, знания Макса помогут нам спасти Зинери!

«Вот уж воистину – бабки решают всё…» – про себя усмехнулся Макс, чувствуя заметное облегчение.

Толпа погудела, но было заметно, что речь Ганабиры подействовала на них успокаивающе.

– Я не обещаю, что смогу помочь, – на всякий случай предупредил он. – Я не лекарь. Но я постараюсь.

– Пойдём скорее, – вынырнув из толпы, старушка взяла его под руку и, семеня и больше держась за него, нежели опираясь на палку, направилась к дому, стоявшему наискосок от их со Своном жилища. Тиара, удивлённая, что всё кончилось так быстро и ей даже не пришлось никого защищать, пошла следом.

Остальной народ, продолжая сердито коситься на Макса, тоже начал расходиться.

«Чёрт, похоже, разобраться в происходящем – теперь моя первоочередная задача, – с неудовольствием отметил про себя спецназовец. – Иначе, ещё один инцидент – и меня точно поднимут на вилы, не обращая внимания на старушек».

* * *

Ганабира привела парня не в саму хижину, а провела вокруг неё – пострадавшая лежала на каком-то паласе в тени большого куста под окном.

– Она холодная, её вынесли сюда, чтобы ей было теплее, – пояснила старушка.

«Спорный аргумент, но ладно, медики из них никакие».

Девушка-кролик, одна из тех, кого Макс видел купающимися в пруду, похоже, жила здесь одна. Даже несмотря на шерсть по всему телу, она сейчас казалась какой-то бледной и осунувшейся. Но парень точно помнил – вчера в толпе она стояла впереди остальных и выглядела совершенно здоровой.

Он подошёл поближе и сел на корточки рядом с ней. Ладонью проверил дыхание – слабое, пощупал пульс на шее – частый, ударов под сто сорок, а то и выше.

«Стоп, а каким он должен быть вообще?» – осёкся он. Это для людей такой пульс считается сильно учащённым, а тут всё же внеземные кролики.

– Тиара, подойди сюда и сядь рядом со мной, пожалуйста, – позвал он. Ганабира молча следила за его действиями, не мешаясь и не задавая вопросов. – Позволь… – держа пальцы левой руки на шее умирающей, правую Макс приложил к шее Тиары. Было заметно, что она сильно волнуется, и всё же её пульс был намного медленнее сердцебиения Зинери. Кроме того, тело Зинери было ощутимо холоднее. И, кажется, она была покрыта липкой испариной.

– С кем-то здесь уже случалось нечто подобное? – спросил он.

– Нет. Никто из нас ещё никогда не умирал в таком молодом возрасте, – вздохнула Ганабира.

«Ценная информация…» – мысленно закатил глаза Макс. И тут до него полностью дошёл смысл сказанного.

– Что?! Вы хотите сказать, что никто ни разу не умер от болезней? – он ошарашенно уставился на пожилую женщину.

– О чём ты говоришь, Макс? – не поняла она. – Что такое «болезней»?

– Э… – он ждал любого ответа, но не такого. – Ну… Допустим, искупались в озере, а погода испортилась – под дождь-ветер попали. А на утро – кашель, насморк, горло болит…

– Странные вещи ты описываешь, Макс. Я не знаю значения этих слов, – покачала головой собеседница.

– Ну, вот вы ходите с палочкой, у вас болит спина, ведь так?

– Да, – вздохнула она. – Кости поизносились, ещё бы – столько лет в полях проработала. Конечно, болят теперь. Но это мне, старухе, позволительно. Молодые-то не страдают!

– Что, во всей деревне никто никогда ничем не болел?! – не мог поверить своим ушам Макс.

– Нет, – за бабушку ответила Тиара. – Старики, конечно, мучаются от болей в спине и костях, если кто-то поранился – тоже болит, конечно, но больше ничего.

«Как так? – недоумевал Макс. – Зелирию постоянно «пропалывают» эпидемии, а здесь никто ни разу не болел за хрен его знает сколько лет. Абсолютный иммунитет? Или тут даже бактерий и вирусов нет?! И что, чёрт возьми, тогда случилось с Зинери? Я принёс заразу? Маловероятно. Слишком быстро проявилось, да и я не общался ни с одной из пострадавших. Зато Тиара, которая была со мной всё это время, больной не выглядит.

Но если это не болезнь, то что? Что произошло, что могло бы дать такие последствия?» – продолжал рассуждать он.

«Взрыв на космической станции. Минки убило прилетевшей оттуда железякой. Но деревня не пострадала. Что ещё? Выброс радиации? Ядовитого топлива? Оружейных химикатов или биологического оружия? Мало ли что могло попасть в атмосферу после взрыва.

Нет, исключено. Если бы деревню накрыло облаком газа или заразы – мы бы тут все дружно коньки отбросили.

Хм… Ещё, в деревню пришёл я, через дыру…»

– Точно! – догадался Макс. – Как же я сразу не подумал?!

– Что такое? – нахмурилась Ганабира.

– Макс?! – Тиара со страху даже отшатнулась от него.

– Я пришёл сюда сквозь дыру в Стене, – сказал он. – Она захлопнулась за мной, но я не знаю, что там происходило до моего появления. Что, если кто-то ещё проник сюда?

– Чудища! – всплеснула руками Тиара.

– Предки говорили, что нет им в деревню пути, – покачала головой старушка.

– А это что?.. – из-за шерсти Макс сразу не заметил какие-то бугорки на липкой шее Зинери, но когда начал убирать пальцы, вдруг ощутил их. – Рана? – раздвинув короткий мех, он увидел две красные точки, расположенные на некотором расстоянии друг от друга.

«Укус?!» – пронеслось в голове.

– Быть не может, – ахнул он, присмотревшись получше.

– Что такое, Макс?! – заволновалась Тиара.

– Мне срочно нужно осмотреть труп умершей вчера девушки, – сказал Макс.

– Родня не захочет тебя пускать, – покачала головой Ганабира. – Придётся убедить их, что это необходимо. Так зачем ты хочешь увидеть тело?

– Потому что у меня есть все основания полагать, что кто-то пришёл в вашу деревню раньше меня, – вздохнул Макс. – И до сих пор никто из вас не увидел его.

– Но ведь предки говорили, что чудища не могут явиться к нам, – возразила Ганабира.

– Я не знаю, что они говорили и про каких чудищ речь. Но дыра в той Стене была до меня. Я не знаю, когда именно она образовалась, и кто мог появиться здесь за это время.

– Но ведь ты оттуда родом, – напомнила старушка. – Неужели у вас были свои чудища?

– Чудищ не было, но всякой живности хватает, – уточнил парень. – Леса у нас большие, я не могу быть уверен, что мы знаем всех их обитателей. В любом случае, если мы сейчас не осмотрим труп, – так и будем теряться в догадках. И ничем не сможем помочь ни Зинери, ни следующим пострадавшим. А сейчас я почти уверен, что они будут.

На самом деле ситуация казалась Максу нелепой. Ни от кого из своих спутников на Зелирии он не слышал о существах, способных оставить такие мелкие следы на коже и при этом столь сильно повредить жертве. Потому что единственное, на что походил укус на шее Зинери, – след зубов вампира, как его изображают в ужастиках.

Макс отмёл бы эту мысль как бредовую, если бы не состояние девушки. Все её симптомы, состояние и внешний вид подходили под весьма типовую картинку критической кровопотери. На такой поверхностный, но от того не менее верный анализ, его знаний полевой медицины хватало с лихвой.

«Но ведь на Зелирии не водятся вампиры!» – подумал он.

Дыра в Стене была близка к владениям умари. Случись это раньше, то одна из отшельниц могла бы и впрямь проникнуть сюда и навести шороху. Но сейчас, когда жизнь в теократии резко улучшилась, и отшельниц не стало, ибо всем нашлись дела внутри страны, вряд ли кто-то захотел бы бежать невесть куда. Ну, кроме него самого, конечно.

– Хорошо, – от раздумий его отвлёк тяжкий вздох Ганабиры. – Будьте тут, я попробую уговорить родственников Улирми, – сказав это, она направилась в сторону другого дома, а Тиара взяла Макса за руку.

– Макс, ты сможешь спасти Зинери?

– Вряд ли, – покачал головой он. – Насколько я могу судить, она потеряла много крови, и сейчас всё зависит от того, сумеет ли её организм справиться с этим, или нет.

– А… А я могу отдать ей свою кровь? – глаза Тиары наполнились слезами.

Спецназовец хотел было начать описывать ей всю сложность процесса, но быстро передумал. Не поймёт. Будет настаивать попробовать, а без знания физиологии кроликов рисковать жизнью ещё и Тиары смысла не было.

– Нет. У всех живых существ кровь разная, твоя не подойдёт Зинери, – даже если он и соврал, то не думал жалеть об этом.

– Зинери была сильной. Я надеюсь, что она справится. Но можем мы сделать хоть что-то?

Макс вздохнул и покачал головой.

– Только ждать. И сделать всё, чтобы не допустить ещё смертей.

Тем временем вернулась Ганабира.

– Макс, пойдём. Они согласны.

Он взял Тиару за руку и двинулся следом за старушкой.

Глава 14. Следствие ведёт человек

Дом, где жила Улирми, также мало чем отличался от всех уже виденных Максом ранее. Собственно, они хоть и были деревянными, но из-за полной внешней идентичности создавали впечатление, что их напечатали на 3D-принтере или чём-то подобном. Вручную было просто физически невозможно создать столько абсолютно идентичных зданий.

Внутри, стоя рядом с накрытым потёртым покрывалом телом, их уже ждала ещё достаточно молодая селянка – видимо, мать покойной. Поздоровавшись, Макс сразу подошёл к трупу и, откинув разноцветную тряпку, проверил раны на шее.

– И здесь то же самое, – резюмировал он.

Тело Улирми выглядело так, будто из него вытянули все соки, а при этом ранки на шее выступали как два заметных холмика.

– Она умерла от потери крови, – сказал Макс. – Кто-то был здесь той ночью, когда она скончалась?

– Я была в соседнем доме – нас пригласили в гости, – ответила её мать. – Вернулась уже очень поздно и сразу легла спать.

– А Улирми? Вы смотрели на неё?

– Нет. Я видела, что она лежит на кровати, и мне в голову не могло прийти, будто что-то случилось. Я думала, что она просто спит.

– А сами потом ничего не слышали?

– Нет. Я спала спокойно, а наутро… – она закусила губу, кажется, чтобы не заплакать.

– То есть, в обоих случаях пострадавшие были в одиночестве, когда случилась трагедия, – вслух задумался Макс.

– Ты уже что-нибудь придумал? – в голосе Тиары, до этого молча стоявшей рядом, слышалась надежда.

– Да, – кивнул парень. – У меня есть кое-какие мысли, но нужна будет ваша помощь.

– Что ты хочешь делать? – нахмурилась Ганабира.

– Объясню потом. Это не для посторонних ушей. Мне нужно поговорить с самыми сильными из оставшихся мужчин и всеми стариками, кто есть в деревне.

– Молодёжь в полях, – покачала головой старушка. – Может быть, хватит нас, стариков?

– Если вы сможете донести сказанные мною сведения до других жителей так, чтобы никто не мог подслушать разговоры, и сможете убедить их сделать то, что я скажу, то хватит.

– Сможем, сделаем, – после недолгой паузы согласилась Ганабира. Может она и доверяла Максу, он всё же был чужаком, да и обстоятельства не располагали к беззаботному настроению. Но выбора у неё не было. – Тиара, приведи его через час в хижину Вуруна. Там всё обсудим, – сказав это, она вышла.

Ещё раз внимательно осмотрев тело и не заметив больше ничего необычного, Макс накрыл усопшую и, кивнув матери Улирми, вышел на улицу.

* * *

– Макс, я не понимаю, что ты придумал, расскажи! – Тиара начала трясти его сразу, как они переступили порог хижины.

– Услышишь, когда я буду излагать план старейшинам, – хмуро ответил спецназовец. – Возможно, это и перестраховка, но думаю, дело того стоит.

– Но что ты вообще хочешь сделать?

– Разобраться с этим «чудищем». И заодно убедить твоих собратьев, что сам я не представляю угрозы ни для кого из жителей деревни.

– Макс, но ведь это теперь, наверное, всем очевидно! – искренне изумилась Тиара. Сама наивность!

– Да ладно! – вспылил Макс. – Всего несколько часов назад они пришли по мою душу с вилами, а ты говоришь, что им что-то очевидно?

– Ну… – заикнулась девушка.

– Я почти уверен, что если не смогу разобраться в ситуации, и погибнет ещё хоть кто-то – мне точно лучше удирать отсюда, – вздохнул он. – Тут уж ни твоя бабушка, ни кто-то другой не поможет. Многие жители деревни всё также смотрят на меня с опаской и подозрением. Сейчас обстановка слишком накалена: одно неверное действие – и меня с удовольствием прикончат. Просто потому, что меня обвинить куда легче, чем искать реальную причину бед.

– Нет-нет, Макс! Так не может быть! – принялась выгораживать своих собратьев Тиара. – Все жители нашей деревни очень добрые! Они ни за что так не поступят!

«Да-да, конечно. Только вот проверять это совсем не хочется».

Договорив, Тиара вдруг нахмурилась. Похоже, она и сама задумалась над последней фразой. Пусть она была безмерно доброй и наивной, когда надо было оправдать чьё-то скотское поведение, но глупой её назвать было нельзя – ушастая понимала, что всё не так безоблачно, как ей хотелось, и другие селяне отнюдь не ангелы. Тем более, когда они до смерти напуганы.

Некоторое время они молча побродили по деревне туда-сюда, пока Тиара вдруг резко не свернула к одному из домиков. Внешне он ничем особо не отличался от всех остальных.

– Пойдём, Макс. Нас уже ждут, – коротко сказала она.

– Эм… – Макс так и не понял, как она это определила. Тем более, что по его ощущениям, с момента ухода Ганабиры не прошло ещё и получаса. Но спорить не стал и быстро направился следом.

Глава 15. Волк и семеро крольчат

Едва они вошли в хижину, похожую на все остальные, как капли воды, Тиара прикрыла дверь, и помещение внезапно погрузилось в полумрак.

Здесь не было кроватей, и в целом обстановка немного отличалась от других домиков, которые Макс видел раньше. Пол был застелен большим квадратным ковром чёрного цвета, на котором сидели трое старых кроликов – Ганабира, Долония и очень древний на вид кролик с большим деревянным посохом в руках. Ещё один старик восседал на некоем подобии колченогой лавочки у стены. Посередине стоял низкий круглый столик. А темно в хижине было, потому что окно…

– Ого! – Макс не смог сдержать удивления. Окно было затянуто чуть заметной сеткой. Сперва он подумал, что это защита от насекомых, но сразу отбросил эту мысль – насекомых тут нет. Да и эта штука явно была чем-то иным, более сложным. Словно какая-то сероватая плёнка, отчего вид из окна был сильно затемнён, и в комнату проникало очень мало света.

– Что тебя так удивило, Макс? – нахмурилась Ганабира.

– Э… Я… Здравствуйте, – он на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки и уже спокойно сказал:

– Извините. Просто мне показалось странным ваше окно.

– Оно одно такое в нашей деревне, – сказал один из кроликов. – И вся хижина такая. Благодаря этому нас никто лишний не услышит. Ты ведь хотел поговорить без посторонних ушей, – надо признать, в устах кролика эта фраза приобретала особый колорит. – Меня зовут Вурун, – продолжал пожилой собеседник. – Я старейшина деревни. Ганабира и Долония рассказали о тебе. Мы обсудили твоё появление здесь и твои дела. Не могу сказать, что мы полностью доверяем тебе. Но у нас также нет причин не верить в твои благие намерения. Поэтому мы хотим выслушать твои мысли по поводу случившегося. Если ты сможешь убедить нас в том, что твой план хороший, – мы поступим так, как ты предложишь. Присаживайтесь оба.

Они послушно уселись к столу, вокруг которого расположились старые кролики.

– Не стесняйся, Макс, рассказывай, – уже с улыбкой обратилась к парню Ганабира. – Что ты придумал?

Под их пристальными взглядами спецназовец почувствовал себя первоклассником, которого впервые вызвали к доске и которого добрая учительница всячески подталкивает к правильному ответу. Только вот от «ответа на пятёрку», похоже, зависела сейчас если не его жизнь, то его подготовка к дальнейшему путешествию точно. Он уже не сомневался, что сможет отбиться от толпы кроликов и сбежать, прихватив Наливайку и немного еды, но ответа на вопрос «куда именно бежать?» у него по-прежнему не было. А значит, и бежать пока рано, надо продолжать изучение обстановки.

«Что ж, постараемся…»

Собравшись с мыслями, Макс максимально подробно и правдиво рассказал им всю историю его прихода в деревню. Конечно, он умолчал обо всём, что было до этого момента, и не стал рассказывать про «вояж по обломкам», но остальное передал точно. Дальше уже пошла теория.

– Как я уже говорил, я никого не видел по пути к вам, – сказал он. – Но это не значит, что никто не прошёл через дыру в Стене до меня. Я осмотрел тело Улирми и рану Зинери, и мне кажется, что я нашёл причину, – глаза стариков округлились, а парень продолжал. – Очевидно, какое-то существо проникло в деревню немногим раньше меня. Я не знаю, что оно такое, как выглядит, и на что способно. Но, судя по характеру ран и состоянию пострадавших, это вампир.

Удивлённое выражение лиц кроликов сменилось испуганным.

– Больше информации у меня пока нет. Я не слышал, чтобы в наших краях водились твари, питающиеся кровью. Хищников много, но они съедают жертву целиком, а не высасывают кровь. Также нам пока не известно, разумное это существо или просто дикий зверь, действующий на инстинктах, но в том, что оно представляет угрозу всей деревне, мы уже, к сожалению, убедились. Я предполагаю, что это «нечто» прошло через дыру на несколько часов или, быть может, дней раньше меня. Нашло деревню, понаблюдало за вами и выбрало тактику для нападения. Мы пока ничего не знаем о нём, поэтому не можем исключать абсолютно ничего. Вплоть до того факта, что тварь может быть невидимой.

– Невидимой?! – ахнула Ганабира.

– Да, маловероятно, но не исключено. Также мы не имеем представления о её физических способностях. Она атаковала спящих, когда те были одни. Значит, на силу в нападении она ставку не делала. Скорее – на скрытность и тишину, – он задумался и обратился к Тиаре. – Когда мы встретились, ты сказала, что у тебя лучшие в деревне слух и нюх. Это так?

– Да, – энергично закивала она.

– Когда мы были в домах Улирми и Зинери, ты не чувствовала ничего странного? – Максу пришла в голову запоздалая мысль, что он может использовать слепую крольчиху в качестве ищейки-нюхача.

– Нет, – медленно покачала головой Тиара, словно не до конца уверенная в своих словах. – У Зинери мне ещё показалось, что я что-то ощутила, но настолько слабо, что я скорее всего даже не узнаю этот запах, если услышу его вновь.

– Паршиво. Животные всегда оставляют свой запах, так или иначе. И полное его отсутствие говорит об очень классной маскировке, – вздохнул Макс.

«Неужто очередной попаданец? – внезапно подумал он. – Да ну… Нас тут уже и так больше, чем местного населения. Это всё же защищённый «АПОСТОЛОМ» мир, а не проходной двор… Хотя нет, проходной. Прилетели невесть кто и построили Стену вокруг обитаемой части мира – защитной системе хоть бы хны. Ведь «ни один саланганец не пострадал».

Макс только головой покачал.

– Значит, у нас нет ни единой зацепки насчёт этого существа. Как в деревне обстоят дела с оружием?

– А что такое… – начала было Тиара, но Вурун её перебил.

– У нас нет оружия. Я знаю значение этого слова, но ни у нас, ни у наших предков его не было. Нам не с кем бороться, чудища не могут попасть в деревню, а больше здесь никого нет.

– Ну, как минимум можно использовать вилы, которые у вас есть, – заметил Макс. – Надо определиться с тактикой борьбы, причём прямо сейчас. Я боюсь, что если мы промедлим даже одну ночь, – жертв станет ещё больше. Поэтому считаю, что действовать надо незамедлительно.

– Что именно ты предлагаешь? – уточнил кролик.

Присутствующие, кроме Ганабиры и Тиары, смотрели на парня с некоторой опаской, и он мог их понять. Для них всё происходящее было слишком внезапным, а он сам – по сути таким же чужаком, как и неизвестное «нечто». И у них не было гарантии, что он развил свою бурную деятельность не для того, чтобы скрыть собственную причастность к нападениям. Максу требовалось быстро и любой ценой развеять их сомнения.

– Сегодня ночью никто, кроме Зинери, не должен находиться в своём доме один. Пусть те, кто живёт отдельно, пойдут в гости к своим друзьям или родственникам – как угодно. Но не сбивайтесь в несколько больших компаний – это может дать нашему врагу понять, что мы что-то замышляем. Достаточно собраться по двое-трое под одной крышей, это минимизирует риск нападения. И в каждом доме ночью кто-то должен не спать, а наблюдать за происходящим.

– Ты хочешь оставить Зинери одну? – подозрительно прищурился другой старый кролик, до этого пристально изучавший Макса взглядом. – Это ведь…

– Нет-нет! – помотал головой Макс. – Не одну. С ней буду я. Но не просто сидеть рядом и караулить: я спрячусь в её комнате и буду дежурить. И если тварь снова придёт по её душу – я смогу дать отпор.

– Думаешь, справишься? – спросила Ганабира.

– Проверим опытным путём, – пожал плечами Макс. – Я сильный, достаточно ловкий, думаю, проблем быть не должно – в конце концов моё нападение будет внезапным, и это даст мне преимущество, – про нож и пистолет он упоминать не стал. Местные блаженные кролики, в упор глядя на его оружие, даже ни разу не поинтересовались, что же он такое везде таскает с собой. Вполне возможно, любознательная Тиара проявила бы интерес к этим вещам, но она этих «аксессуаров» просто не видела.

– Хорошо, думаю, нам стоит поступить так, как ты предлагаешь, – помолчав, вынес вердикт Вурун. – Что скажете? – он окинул взглядом остальных собравшихся. Ганабира кивнула, Долония и не представленный Максу старый кролик пожали плечами. – Значит, решено. Думаю, вы можете идти, – обратился он к Максу и Тиаре.

– Ещё нет. Мне будет нужна ваша помощь, – сказал Макс.

Вурун подозрительно вскинул кустистую бровь.

– Помощь?

– Да. Как я уже говорил – мы не знаем ничего про это существо. И главное – про его способности к маскировке. И не исключено, что даже сейчас оно следит за тем, что происходит здесь, в деревне. И если оно увидит, что я просто пришёл в дом Зинери и остался ночевать, – может не решиться напасть.

– Что же ты хочешь?

«Шоу, блин!»

– Нужно, чтобы с десяток жителей деревни, включая меня, вошли в дом Зинери. Желательно, чтобы в руках у них были факелы или что-то с сильным запахом, и все громко разговаривали. Я же буду в самой середине этой толпы. Пусть все они побудут в доме несколько минут, громко разговаривая. И затем все, кроме меня, выйдут, также громко шумя, и пройдя всю деревню, разойдутся по домам.

– Зачем тебе это представление, Макс? – прошептала Тиара. – Зинери едва жива, а ты…

– Тиара, он прав, – кивнул Вурун. – Если мы хотим скрыть Макса, то нужно отвлечь внимание чудища. Мне не хотелось бы беспокоить Зинери, но другого способа я тоже не вижу.

– Отчасти я надеюсь ещё на то, что такое сборище отпугнёт существо, и оно предпочтёт на некоторое время отойти на безопасное расстояние, – признался Макс. – А значит, не сможет проследить, кто вошёл в хижину и кто вышел из неё. А дальше уже дело за мной – замаскироваться в комнате не трудно.

– А если чудище не придёт в эту ночь? Что тогда?

– Значит, продолжим охоту, – решительно сказал Макс. – Завтра, послезавтра, сколько угодно. Если расслабимся – рискуем получить ещё один труп.

– Хорошо. Действуйте! – кивнул Вурун. – Надеюсь, всё получится. Наши дела и так плохи, смерть молодых – катастрофа для деревни. Это надо остановить.

«Что ж, мой план поддержали. Это радует. Осталось не провалить его, и всё будет хорошо. Наверное…»

Глава 16. Рандеву с вампиром

Начало прошло по плану: вопящая и причитающая на разные голоса процессия кроликов сопроводила Макса в хижину Зинери, потом они все весьма искренне поохали и поплакали над всё так же едва дышащей девушкой, после чего разошлись, не прекращая шуметь.

Мать Зинери отправились ночевать к друзьям, Тиара потеснила в домике бабушку и брата, остальные жители, надеялся спецназовец, тоже выполнили наказ старейшины, который Ганабира и Долония в лучшем стиле «сплетен» за полчаса донесли до всей деревни.

* * *

Макс уже третий час сидел у стены в углу хижины, заваленный разноцветным тряпьём, и старался не шевелиться. Кроме него в комнате была лишь Зинери, чьё дыхание оставалось почти неслышным – девушке не становилось лучше, никто не знал, как ей помочь, поэтому просто ждали, чем всё кончится. И как бы ни хотелось парню ей помочь, он опасался, что сделает своими действиями только хуже. А в его положении это сулило неприятности в первую очередь ему самому – рисковать не стоило.

Он положил ладонь на пистолет, лежавший на полу рядом с ним, – держать его в руках не было желания, а пригодиться оружие могло в любую секунду. Выхватывать его из кобуры, учитывая сидячее положение и уже начинающее затекать тело, было непозволительной тратой времени в случае опасности.

«Надеюсь, эта тварь почтит нас своим визитом, – подумал он. – У меня нет никакого желания сидеть тут ещё несколько ночей».

Посмотрел на Зинери. Если сравнивать её с Улирми – она была выше ростом и в целом немного массивнее. Возможно, поэтому Улирми умерла от потери крови сразу, а Зинери ещё дышит. Или же Улирми попала в лапы сильно изголодавшегося существа, и оно не могло остановиться, пока не высосало её досуха, – такой вариант тоже нельзя было исключать. Собственно, вся стратегия спецназовца и строилась на том, что кровопийца вернётся сюда, чтобы «допить» ослабевшую жертву. Оставалось надеяться, что ставка сыграет.

Что-то зашуршало в тишине.

«А вот и мой клиент, похоже…»

Дверь распахнулась совершенно беззвучно. В комнате стало чуть светлее – пусть и слабый, но свет звёзд с улицы проник и сюда. И на фоне этого света глазам Макса предстал силуэт незнакомого существа – нечто, то ли четвероногое, то ли ползущее на четвереньках, тенью метнулось в комнату. В слабом свете были видны лишь идеально белые зубы по краям рта и сияющие зелёные глаза.

«Неважно, как выглядит эта тварь. Пора принимать меры!» – у Макса в голове прозвучали слова его командира: «Сначала стреляешь – потом задаёшь вопросы, если ещё есть кому на них отвечать».

Он вскочил, вскидывая оружие и…

– Твою мать! – Макс неудачно наступил на край одной из тряпок, под кучей которых сидел, и начал валиться назад. Он успел дважды выстрелить в вампира, прежде чем рухнул обратно на гору тряпья.

Не ожидавшая атаки тварь испуганно взвизгнула и через мгновение истошно вскрикнула – минимум одна пуля ей всё же досталась. Осознав, что охотник и жертва поменялись местами, она метнулась прочь из хижины.

Вскочив на ноги, Макс бросился за ней. Тем временем вокруг начали раздаваться испуганные голоса. Неудивительно: звуки стрельбы поставили на уши всю деревню. А на длинных ушах стоять, наверное, неудобно.

Существо, вскрикивая на каждом шаге, рвануло через кусты и заборы напрямую в лес. Глаза Макса уже привыкли к темноте, но для него всё равно вокруг было слишком темно, – пару раз выстрелив наугад вперёд себя, он сообразил, что дальнейшая трата патронов впустую себя не оправдает. Вампира надо было догнать, во что бы то ни стало!

Перепрыгнув через заборчики и едва не увязнув в кустах, через считанные минуты Макс уже бежал по лесу, ориентируясь на слух по стонам раненого вампира и звуку ломающихся веток. Ему стоило больших усилий маневрировать в кромешной тьме между деревьями, при этом пытаясь не отстать от подстреленного врага.

– Да когда ж ты, сука, от кровопотери отрубишься, – прошипел Макс спустя добрых четверть часа погони. И в этот же миг до него дошло, что уже несколько секунд он не слышит никаких звуков впереди. – Всё, готов?..

Замедлившись, он сделал несколько шагов, как что-то рухнуло на него сверху, и последнее, что он ощутил перед тем, как потерять сознание, была сильная боль в шее.

Часть 2. Борьба со счастьем

Бокал альтруизина на брудершафт не желаете?

Глава 17. Прости, обозналась!

Тихо. Пусто. Сознание медленно возвращалось к Максу. Он попытался пошевелиться или хотя бы открыть глаза, но не смог – тело не слушалось. Пришлось напрячь память даже чтобы просто осознать, кто он такой и где вообще находится. Издалека послышался звук, словно шум реки по камням.

Напрячь память в этот раз получилось лучше, чем полгода назад. Зелирия, все дела. А ещё вампир.

«Так меня чуть не сожрали, – запоздало догадался Макс. Впрочем, чувствовал он себя вполне сносно и через пару секунд даже сумел открыть глаза. Снова ранним утром в лёжку на траве, как и в прошлый раз. Журчащий звук повторился, но сейчас, уже ясным сознанием, Макс понял, что это был не шум ручья.

Кто-то старательно блевал.

Парень собрался с силами и, поднявшись на руках, сел. Укус на шее немного болел, но других неудобств не доставлял. Слабость, проявившаяся в первые моменты после пробуждения, схлынула, словно по волшебству. Видимо, тварь не успела выпить много крови. А судя по звукам – и этой порции хватило для мощного несварения желудка.

«Помнится, когда меня чуть не съели людоеды, я успел понадеяться, что буду кислым и невкусным, – мысленно усмехнулся он. – Похоже, для вампирчика я таким и оказался».

Макс встал и, понимая, что опасности никакой нет, позволил себе немного размяться. Он огляделся в поисках пистолета, прекрасно понимая, что шанс найти его приблизительно равен нулю, и с удивлением обнаружил оружие на положенном месте – в кобуре.

– О, как, – вслух удивился Макс. Огляделся уже внимательнее. Небольшая лесная опушка, вокруг густые и высокие кусты, за которыми ничего не видно. Солнце взошло совсем недавно, было еще прохладно и совсем тихо. Лишь изредка откуда-то издалека раздавались мерные металлические скрипы. Где он находится – парень не имел ни малейшего представления. – Ну, охренеть теперь… И куда идти?..

Кусты зашевелились, Макс отскочил на противоположный край опушки, рефлекторно выхватив оружие.

С видимым трудом, едва переставляя по земле грязные когтистые руки, из зарослей выползла девушка. Не зелирийка. Не кролик. Не умари. Её одежда чем-то напоминала одежду Лики, когда та ещё была отшельницей, но в остальном… Почти человек, но с длинными голубыми волосами, заострёнными, лишёнными меха ушами, тонким кожистым хвостом с неким подобием «сердечка» на кончике и крыльями! Правда, они были непропорционально маленькими, напоминали крылышки летучей мыши и росли по бокам весьма аппетитной «пятой точки» юной вампирессы. В самом деле, ей было в лучшем случае лет двадцать, хотя сейчас, иссечённая ветками и перепачканная грязью, она едва ли соответствовала этой оценке.

– Умоляю, – едва слышно прошептала она, с трудом пытаясь поднять голову и заглянуть в глаза Максу. – Прости мой грех, Великий Глас, прости, наш свет. Ибо не ведала я, что творила, и не видела, на кого подняла руку… Отпусти мой грех, дай умереть спокойно…

«Ну что за идиотка!» – почему-то фраза прозвучала в сознании Макса голосом Хамки, хотя это и была его собственная мысль.

Стало ясно, что несчастная потерпевшая – такая же умари, как и остальные его «подданные», пусть и имеющая весьма экзотическую внешность. Он знал от Лассы о таких «особых экземплярах», она сперва называла их «выродками» и говорила, что им нет места в Теократии, но после долгой и нудной лекции о равенстве и братстве согласилась, что они, в общем-то, почти ничем, кроме каких-то нюансов внешности, от других умари не отличаются.

Какие-то сбои в неустойчивом генетическом коде, как рассказывал про это Хамки, приводили к тому, что в одном из десятков тысяч случаев умари рождались не похожими на своих собратьев. Видимо, эта девушка и была одной из таких. Бывшая отшельница, по новым законам она должна была уже иметь все права в теократии. «Так что же погнало её сюда, через дыру? Искать приключения на крылатую задницу собралась? Что ж, нашла».

Макс вздохнул и подошёл к ней, собираясь сесть на карточки и взять её на руки, чтобы вытащить из кустов. Она была ранена, значит, надо было оказать ей помощь. Вчера он не видел, в кого стреляет, считал это существо врагом, но сейчас эта несчастная, израненная и убитая горем от собственного поступка умари, вызывала в нём почти отеческую жалость. Земной спецназовец и зелирийский Глас Салангана за прошедшее время слились в нём в единое целое, и умари стали для него столь же родными, как и люди.

– Нет, – девушка, пробороздив лицом по земле, неуклюже попыталась отшатнуться. – Не трогай меня. Я грязная, мерзкая и отвратительная. – Она подняла на него заплаканные глаза. – Прости, если сможешь быть столь великодушен, и отпусти мою душу.

– Успокойся, всё будет хорошо, – Макс подхватил её под руки и, вытащив из кустов, положил на тёплую траву – солнце уже начало понемногу заливать светом поляну. Его удивило, что девушка оказалась на удивление лёгкой. Она весила как… ну, как обычная девушка, а не как сделанная словно из свинца умари.

Макс быстро оценил повреждения, и пришёл к выводу – вампир попался дурной, но везучий. Кроме того, что пуля всего лишь обожгла ей левую ногу, а кусты оставили хлёсткие «ожоги» на прикрытом лишь куцым кожаным лифчиком торсе, других видимых повреждений на ней не было. Парень достал из заднего кармана оставшуюся ещё со времён сухпайков дезинфицирующую салфетку и аккуратно обработал ссадины, где это было возможно. Девушка лежала, не шелохнувшись и, кажется, боясь даже лишний раз вздохнуть.

Закончив с очищением ран, он перевязал имевшимся бинтом наиболее повреждённые участки, включая рану на ноге. Увы, на этом его «карманный медицинский НЗ» кончился – все остальные чудеса человеческой полевой медицины остались в рюкзаке по ту сторону стены. Накормить потерпевшую ему было нечем, но небольшая фляга с водой, которую он всегда носил за спиной на поясе, имелась – приглушить жажду после «фонтанирующих эмоций» её хватит.

– Пей, – приподняв голову неподвижно лежащей на спине девушки, приказал он и поднёс открытую флягу к её губам.

Её глаза на миг округлились: то ли от ужаса, то ли от удивления, но уже в следующий миг природный инстинкт взял верх над разумом – она начала жадно глотать воду. Сильно отравление, как оно есть. Вызвано, очевидно, кровью Макса.

– Спасибо, Великий Глас Салангана, – прошептала она, с видимым трудом прекращая пить, – в какой-то момент вампиресса вернула себе контроль над телом и, наполовину осушив ёмкость, отвернулась, всем видом показывая, что уже напилась. – Я молю тебя… – зелёные глаза вдруг закатились, и она лишилась сознания.

Глава 18. С какой стороны тут должен быть мох?!

Умарийский вампир провалялась без сознания почти до темноты. Макс, чувствуя себя с одной стороны, в полной безопасности рядом с ней, а с другой – совершенно не имея представления, где он сейчас находится, воспользовался моментом и тоже сладко выспался на шелковистой травке под ближайшим кустом. Глас-не глас, а солдатские привычки просто так не выветриваются. Делать всё равно было нечего – парень не знал, где относительно него находится деревня, да и беспокоить девушку перетаскиванием по лесу ему не хотелось. Впрочем, вопрос: «Что с ней делать дальше?» стоял в полный рост – вести туда существо, убившее как минимум одного селянина, чревато, мотаться по лесу в поисках невесть чего – тоже удовольствие ниже среднего. Конечно, Тиара наверняка приложит все усилия, чтобы добиться всеобщего прощения для незваной гостьи, но другие, вероятно, сразу схватятся за вилы. И, в общем-то, будут правы.

Голод уже начал доставлять ощутимый дискомфорт. Макс не ел почти сутки, и, что куда хуже, следующий приём пищи сейчас планировался где-то между «очень нескоро» и «никогда».

– Ах! – Макс обернулся на громкий восклик и увидел, что девушка сидит на земле с круглыми от ужаса глазами и смотрит на него.

– Добрый вечер! – усмехнулся Макс. – Как ты?

Вместо ответа она вскочила на ноги, перепугано оглянулась по сторонам и, вцепившись себе в волосы, с силой рванула их в стороны. На её счастье, руки бедолаги ещё были ослаблены, и выдрала она у себя лишь по нескольку волос с каждой стороны.

– Так это был не сон! – похоже, физические раны не доставляли ей никакого дискомфорта, чего нельзя было сказать о душевных. – Какая же я жалкая! – где-то Макс уже определённо это слышал. Совпадали даже интонации.

Она рванулась к Максу, и уже через миг оказалась на земле у его ног, носом в траву.

– Я приму любую кару, о Глас Салангана! – взмолилась она. – Убей, но прости перед смертью!

– Дура! – не выдержав, заорал Макс. – Кончай этот цирк! Встать немедленно!

Он даже не заметил её движений, как вампиресса уже стояла перед ним по стойке смирно, вытянув руки вдоль туловища и подобострастно снизу вверх заглядывая в глаза – росту в ней было сантиметров сто шестьдесят от силы.

– Так, слушай меня, – пару раз глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, начал Макс. – Я прощаю тебя. И не собираюсь ни убивать, ни наказывать. Давай по порядку. Как тебя зовут, как ты тут очутилась и почему ты меня цапнула?.. Нет, даже не так – ты можешь питаться чем-то кроме чужой крови?

Несколько секунд девушка беззвучно шевелила губами. Макс сперва подумал, что она просто собирается с мыслями, но вскоре догадался, что она говорит, но так тихо, что до его ушей не долетело ни звука.

– А теперь ещё раз и так, чтобы я услышал, – проворчал он.

– Меня зовут Маинаки, – пискнула девушка, сжавшись, словно опасаясь удара. – Я прошла в дыру в стене почти сразу, как она появилась. Я собирала фрукты по разнарядке от Хранительницы Горных Рощ и вдруг услышала, как что-то громыхнуло вдалеке. Мне стало интересно, и я… – она густо покраснела. – Я бросила работу и побежала смотреть, что там такое. Мне стало очень любопытно. Я сама не заметила, как миновала Запретную Линию и углубилась в лес. И там увидела стену, которая преграждала мне путь, но в ней была прореха. Я не удержалась и отправилась туда… Я вышла к той деревне, ощутила запах жителей и потеряла голову. Я поняла, что они… – она сделалась пунцовой. – Они вкуууусные, – протянула она, сглатывая слюни и шмыгая носом. – Я начала охоту, днём спала вдалеке от деревни, а ночью охотилась. Пока не наткнулась на тебя, Великий Глас Салангана…

– Просто Макс, – устало вздохнул он. – Поняла?

– Да… Макс…

– И что дальше?

– Я не узнала тебя, поэтому в лесу, когда ты почти догнал меня, я спряталась за деревом и сумела немного взобраться по нему, чтобы напасть на тебя… Вааааа! – с видимым трудом она подавила желание снова рухнуть на колени, помня приказ «стоять». Но снова разреветься ей это не помешало.

– Ближе к делу, – хмуро проворчал Макс. – Ты можешь питаться чем-то, кроме крови?

– Да, – кивнула она. – Раньше, до явления твоего, я питалась чем придётся, как и все остальные отшельницы, а когда твоими стараниями мы стали полноправными членами общества, я ела вместе с остальными работницами горных фруктовых плантаций. Иногда мне даже стали разрешать попить кровь рабочих вурлов. Немного, чтобы не навредить им, но всё же, я была очень благодарна…

– Ты слабее других умари, так? – уточнил на всякий случай Макс.

– Да, – понурив голову, сказала Маинаки. – По силе я не отличаюсь от зелирийцев. Зато я могу влиять на других! – вдруг просияла она.

– Влиять? – вскинул бровь Макс. – Это как?

– Если я выпью чью-то кровь, то какое-то время моя жертва будет слушаться меня! – объявила она и вдруг стушевалась. – Ну, если не умрёт сразу от потери крови, как было с той пушистой девушкой…

Интересная особенность, надо запомнить.

– Учту, – кивнул Макс. – А теперь нам надо выбираться. Я понятия не имею, где мы находимся. Ты, случайно, не запомнила дорогу, когда убегала от меня?

– Нет, – она снова рухнула на колени. – Прости мою недальновидность, Макс, я не знаю, в какой стороне деревня.

«Приплыли».

– Только это не хватало, – покачал головой Макс. – Мы наглухо заблудились.

Глава 19. А стоп-слово какое?

– Это моя вина! Я всё испортила! – снова заныла Маинаки. – Ты простил меня за покушение, но я снова подвела тебя! Накажи меня! Прошу, облегчи мою душу!

– Нам надо придумать, как выбираться отсюда… И куда выбираться тоже, а ты со своими глупостями! – вспылил Макс.

– Ты не понимаешь, – проскулила она. – Я уже дважды совершила непростительные для умари поступки, и я жить не смогу, если ты просто простишь меня! Это слишком великодушно для такого ничтожества, как я! Когда мы вернёмся в Теократию, – как я в глаза остальным смотреть буду, после всего что сделала, если не понесу наказания?

– Да что же с тобой делать, – закатил глаза Макс.

– Ударь, избей, убей, я приму любую кару!

Спорить дальше Максу было просто лень. Жестом он приказал Маинаки подняться. Та подчинилась.

– Что ж, хотела наказания? Как скажешь! – Макс размахнулся и со всей силы влепил ей по попе ладошкой. Звонкий шлепок разлетелся на весь лес и наверняка распугал бы окрестных птиц, если бы они тут были.

– Ммммыыы… – зубы девушки сжались, из округлившихся глаз брызнули слёзы. Максу даже стало неуютно. На миг он отвёл глаза, а когда снова посмотрел на лицо умари, с трудом удержал собственную челюсть на месте – её лицо расплылось в блаженной улыбке, глаза закатились, рот открылся, а язык вывалился наружу. – О, да… Великий Глас! Я с радостью принимаю твою кару! Дай волю своему гневу! Накажи недостойную глупую девку!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.