Юсиф Гасанов
Синтезированное счастье

Глава 1: "Утро нового дня"

Солнце, подобно огромному золотому диску, медленно восходило над горизонтом, вырываясь из плена ночи и окутывая мир своим теплом. Его лучи, словно золотые стрелы, пронзали утренний туман, окрашивая его в нежные оттенки розового и оранжевого, создавая картину, от которой захватывало дух. Они мягко скользили по величественным колоннам и огромным куполам Дворца Советов, монументального здания, возвышающегося над городом, словно незыблемая скала, символизирующая мощь и процветание Нового Советского Союза. Дворец Советов, словно колосс, выросший из земли, своими размерами и великолепием поражал воображение. Его фасады, украшенные искусной резьбой и барельефами, изображающими героев труда и триумфы научно-технического прогресса, казались живыми, дышащими историей. На самом высоком куполе, подобно венцу, сияла надпись, высеченная из золота: "Слава труду!", словно призыв, обращённый ко всему народу. Эта надпись, словно символ веры, заставляла сердца каждого гражданина биться в унисон с пульсом страны.

Именно этот величественный пейзаж, открывающийся каждое утро, наполнял сердце Алексея неизменным чувством гордости и непоколебимой уверенности в правильности пути, избранного его родиной. Он просыпался в своей просторной квартире, расположенной в одном из самых современных зданий города. Его квартира, словно оазис уюта и комфорта, была обустроена по последнему слову техники и отличалась функциональностью и элегантностью. Огромные панорамные окна, занимавшие всю стену, открывали потрясающий вид на город будущего, простирающийся внизу, словно огромный ковер, усыпанный огнями. Его взгляд, скользивший по стройным рядам высотных зданий, устремлялся вдаль, где серебристой лентой сверкала река, вдоль которой тянулись живописные набережные и парки, словно изумрудные нити, вплетенные в серую ткань города. Легкий ветерок, проникавший сквозь систему вентиляции, наполнял комнату свежим и чистым воздухом, прошедшим через многоступенчатую систему фильтрации, словно глоток бодрящего эликсира. Алексей, медленно разминая затекшие за ночь мышцы, с удовольствием вдыхал этот прохладный бриз, словно впитывая в себя энергию и жизненную силу. Он чувствовал себя бодрым и отдохнувшим, словно новый человек, готовый к новым свершениям.

Алексей был программистом в Главном Нейро-центре, и его работа была краеугольным камнем этого процветающего общества. Он отвечал за поддержание стабильности "Эмоциональной сети" – сложной технологической системы, которая, как считалось, обеспечивала счастье и благополучие каждого гражданина страны. Он считал свою работу очень важной и нужной, словно врач, спасающий жизни, и он был горд тем, что служит на благо общества.

"Именно это отличает нас от тёмного прошлого!" – думал он, с улыбкой рассматривая свои награды за выдающиеся достижения в труде, словно сокровища, добытые в честном бою.

Ордена и медали, аккуратно расставленные на полке, сияли, словно маяки, указывающие на его преданность делу, которому он посвятил свою жизнь. Он смотрел на них с удовлетворением, словно воин, рассматривающий свои трофеи после победоносного сражения. Он был уверен, что он вносит свой вклад в светлое будущее своей родины, и это наполняло его сердце гордостью и радостью.

Он подошел к шкафу, где был аккуратно сложен его рабочий костюм, словно к алтарю, где хранились священные одежды. Синий, как безоблачное небо, с эмблемой Нейро-центра на левой стороне груди, он был одновременно строгим и элегантным, словно униформа, достойная героя. Он посмотрел на своё отражение в зеркале, словно разглядывал свой портрет, и с удовлетворением отметил своё свежее и отдохнувшее лицо, и про себя похвалил себя за то, что он выглядел так хорошо, словно спортсмен, готовящийся к важному соревнованию. Легкая улыбка скользнула по его губам, словно солнечный луч, озаряющий его лицо, и подтверждая его внутреннюю гармонию.

После пробуждения Алексея проснулась и его жена, Алина. Её улыбка, озарявшая всё вокруг, была словно утренний луч, прогоняющий все тревоги, и её глаза сияли, словно два бриллианта. Она была не только прекрасной женщиной, но и идейной соратницей Алексея, работавшей в отделе пропаганды и занимавшейся созданием позитивных новостных репортажей, прославляющих достижения Нового СССР, словно летописец, записывающий историю своего народа. Они вместе сели за стол, где их уже ждал автоматический завтрак, словно гостеприимные хозяева, готовые угостить своих гостей. Еда была не только свежей и вкусной, но и сбалансированной, с точно выверенным набором питательных веществ, необходимых для поддержания здоровья и бодрости, словно зелье, дающее силу. Алина с удовольствием откусила от сочного яблока, словно наслаждаясь дарами природы, и её глаза засияли ещё ярче, словно звёзды, освещающие ночное небо.

"Как же нам повезло, что мы живём в такое время, когда нет ни голода, ни болезней, ни войн!" – сказала она, словно повторяя слова, которые она говорила каждое утро, как молитву, возносимую к небу.

"Истинно так, милая. Наши предки даже мечтать не могли о таком, а теперь мир, процветание, счастье!" – ответил Алексей с неподдельной гордостью, словно провозглашая победу светлого будущего над мрачным прошлым.

Он с нежностью взглянул на свою жену, словно любуясь произведением искусства, и видел в её глазах отражение своей собственной веры в светлое будущее, словно в зеркале, отражающем его душу.

Они вместе покинули квартиру, словно пара, готовая к новым приключениям, и спустились на улицу. Их ждали персональные электрические автомобили, бесшумно скользящие по магнитным рельсам, словно грациозные рыбы, скользящие в кристально чистой воде, они ждали своих хозяев, как преданные слуги, готовые выполнить любую их команду. Алексей и Алина заняли свои места в кабинах, и их автомобили, повинуясь командам, плавно тронулись в путь, словно по волшебству, устремляясь к местам их работы, как стрелы, выпущенные из лука, летящие прямо в цель.

В этот момент к ним, с радостными криками, подбежал маленький мальчик, словно посланец мира и доброты, с букетом полевых цветов в руках, словно дарами земли, принесёнными в подарок богам. Он смущённо протянул их Алине, словно робкий гость, подносящий подарок своей хозяйке, и она, растроганная этим жестом, нежно улыбнулась, словно ангел, одаривающий своей благодатью. Это был типичный пример проявления детской непосредственности и чистоты, которые так ценились в этом новом мире, словно подтверждение того, что их жизнь была наполнена светом и радостью.

И тут Алексей увидел на противоположной стороне дороги своего соседа, Ивана. Его лицо выражало недовольство, нескрываемую раздражительность, и какое-то глухое, но упорное неприятие, словно буря, готовая разразиться в любой момент. Иван работал в отделе контроля, и его обязанностью было следить за соблюдением всеми гражданами установленных правил, словно стражник, охраняющий ворота крепости. Он был педантичен и дотошен до мелочей, словно скрупулёзный учёный, изучающий каждую деталь, и всегда был готов найти нарушение даже там, где его не было, словно охотник, ищущий свою добычу. Заметив взгляд Алексея, Иван лишь раздражённо хмыкнул, словно бык, недовольный своим хозяином, и отвернулся, словно не желая его видеть, и пряча свой гнев в глубине своей души. Алексей, стараясь не обращать внимания на его угрюмость, словно не слыша грохота грома, сел в машину, и включил двигатель, готовый отправиться в свой путь. Он знал, что сегодня его ждет много работы, и ему нужно сосредоточиться, словно спортсмен, готовящийся к важному соревнованию.

Дорога до Нейро-центра пролегала по улицам, которые пульсировали жизнью, словно кровеносные сосуды, несущие жизнь в каждую клеточку организма. Электрические самолёты, похожие на гигантских серебристых птиц, парили в небе, словно гордые орлы, создавая завораживающую картину, от которой захватывало дух. Дирижабли на солнечных батареях, словно огромные воздушные киты, плавно скользили по небосводу, словно стражи этого идеального мира, следящие за порядком и спокойствием. Радиоуправляемые автобусы, с точностью швейцарских часов, доставляли граждан к местам их работы, словно слуги, выполняющие волю своего господина, и казалось, что в этой совершенной системе нет места для беспорядка или хаоса, словно всё было подчинено жёсткому контролю. Алексей, с нескрываемым удовольствием, наблюдал за этой идиллической картиной, словно любуясь произведением искусства, чувствуя себя частью этого великого созидания, словно песчинка, вплетенная в гобелен. Он всё чаще смотрел на купола зданий, на которых были фрески, изображавшие героев труда и триумфы науки, и его сердце наполняла гордость, словно его собственными руками создавались эти шедевры. С каждой фрески на него смотрели счастливые лица тружеников, словно отражения его собственной души, и эта картина вызывала в нём чувство глубокой благодарности и признательности к своей стране, словно он был частью одной большой и дружной семьи.

Глава 2: "Сны о прошлом"

День в Главном Нейро-центре пролетел словно в лихорадке, не оставляя ни единой минуты на передышку или осмысление происходящего. Алексей и его коллеги, словно шестеренки в огромном механизме, с маниакальной тщательностью и скрупулёзностью трудились над новой программой. Она была призвана, по их общему мнению, поднять эмоциональный фон населения на качественно новый уровень, и достичь невиданных ранее высот гармонии и счастья. С каждым новым кодом, с каждым новым алгоритмом, который они внедряли в систему, Алексей ощущал свою значимость и неотъемлемую нужность этому, как он верил, идеальному миру. Он был твердо убежден в том, что он, как и его коллеги, самозабвенно делает всё возможное, чтобы сделать мир лучше, более гармоничным и счастливым, словно садовник, ухаживающий за своим садом. Он был горд тем, что он был частью этого великого созидания, и он верил в то, что его работа принесет пользу всему человечеству. Он был словно воин, сражающийся на передовой, защищая свой народ от бед и несчастий.

В обеденный перерыв, который всегда был похож на глоток свежего воздуха в этом монотонном дне, Алексей встретился с Алиной. Она, как всегда, сияющая и полная энтузиазма, приехала в Нейро-центр, чтобы получить очередную порцию свежих новостных и пропагандистских материалов для своих репортажей, словно посланец мира и добра, несущий благую весть народу. Алина, словно неутомимая птица, рассказывала Алексею о своих последних достижениях в области распространения позитивной информации, словно хвастаясь своими трофеями, и она излучала уверенность в завтрашнем дне, словно солнце, освещающее мир. Они вместе обедали в просторной и светлой столовой Нейро-центра, где за другими столиками, словно на большой сцене, сидели их коллеги, также занятые трапезой, и все вокруг было пропитано духом радости и счастья. За каждым столиком слышались смех и шутки, и казалось, что нет ни одного человека, которого бы не устраивала жизнь в этом мире.

За одним из столиков Алексей, словно наблюдатель, приметил Михаила, своего коллегу, который, как всегда, был погружен в свои размышления, словно философ, пытающийся найти истину. Михаил, словно фанатик, был убежден в том, что только благодаря достижениям науки и техники можно построить идеальное общество. Он был искренне уверен, что только наука может разрешить все проблемы человечества, и что именно технический прогресс приведет их к процветанию. Он верил в то, что каждый гражданин должен трудиться на благо страны, и что личное счастье напрямую зависит от общественного благополучия, и что только через коллективный труд можно прийти к истинному процветанию. Его глаза горели фанатичным блеском, как у человека, который нашел смысл жизни, и он не упускал ни единой возможности, чтобы вовлечь своих коллег в дискуссии о важности их работы, словно проповедник, проповедующий свою веру. Он был словно пророк, возвещающий о наступлении светлого будущего.

Алексей с интересом слушал его, хотя и не всегда разделял его крайний фанатизм, как скептик, всегда сомневающийся в истинности утверждений. Он считал, что, несмотря на важность их работы, необходимо сохранять баланс, и не забывать о личных чувствах и эмоциях, и что только так можно сохранить человечность, и не превратиться в бездушные машины.

После окончания рабочего дня, словно путники, завершившие свой путь, Алексей и Алина, решили отправиться на прогулку в Центральный Парк, словно в оазис, где они могли бы отдохнуть от суеты и шума. Парк был огромным, словно гигантский сад, с широкими аллеями, вымощенными белым камнем, живописными клумбами, усыпанными цветами всех цветов радуги, и многочисленными фонтанами, сверкавшими под лучами заходящего солнца, словно бесценные сокровища, рассыпанные в этом райском уголке. Вокруг играла спокойная и приятная музыка, словно небесные арфы, наполняющая воздух лёгкостью и безмятежностью, словно волшебная сказка, ожившая наяву. На скамейках, расположенных вдоль аллей, словно на тронах, сидели счастливые семьи, с улыбающимися детьми, и ничто не предвещало никаких тревог, как будто мир был полон радости и спокойствия.

Однако, в последнее время Алексея стало посещать странное чувство неудовлетворенности, которое он не мог себе объяснить, словно невидимая тень, преследующая его по пятам. Он чувствовал, что, несмотря на всю гармонию и благополучие, которые он видел вокруг, чего-то не хватает, что-то важное, словно ускользающая нить, исчезает из его сознания. Он чувствовал, словно у него отняли что-то очень важное, и он не мог вспомнить, что именно. Иногда, засыпая, он видел странные сны, словно кошмары, которые, как чёрные тучи, омрачали его сознание, и наполняли его сердце тревогой и беспокойством. Они были мрачными, тусклыми, и наполненными какими-то тенями, словно призраки из прошлого, и непонятными звуками, словно крики страдающих душ. Во сне он видел тёмные коридоры, бесконечно тянущиеся в никуда, пустые комнаты, наполненные тишиной, и неясные фигуры, которые, словно призраки, пытались что-то ему сказать, и указывали на то, что он не замечал, на то, что от него пытались скрыть. Эти сны пугали его, вызывали чувство тревоги и беспокойства, словно зловещие предзнаменования, и он никак не мог понять, почему они его посещают, и что они пытаются ему сказать. После таких ночных кошмаров, он долго не мог прийти в себя, и чувство, что что-то не так, становилось всё сильнее, и его тревога нарастала с каждой минутой, словно снежный ком.

Он начал обращать больше внимания на окружающих, словно детектив, пытающийся разгадать сложную тайну. Ивана он стал избегать, словно боясь столкнуться с его угрюмым взглядом, от которого по его коже пробегали мурашки. При виде его лица Алексея начинало морщиться, как будто от боли, и ему становилось не по себе, словно он видел привидение. В парке, где всё должно было быть идеально, он обратил внимание на группу молодых людей, которые вели себя как-то странно, словно чужаки, попавшие в этот мир из другого измерения. Они сидели на скамейке в отдаленном углу парка, словно изгои, и не участвовали в общем веселье, словно они не были частью этого идеального общества. Их лица были угрюмыми и мрачными, словно тучи, закрывающие солнце, а их взгляды были отстранёнными, словно у людей, живущих в каком-то другом мире, и не разделяющих общую радость. Один из них, худой и бледный юноша, которого он узнал как Петра, держал в руках какой-то потрёпанный журнал, словно ценное сокровище, спрятанное от чужих глаз. Его характер всегда отличался легкомыслием и беззаботностью, он всегда был за любой движ, и никогда не задумывался о последствиях, и его мало интересовала политика, и все серьёзные темы, словно он был подростком, живущим одним днём. Но почему же он сидит в этом углу, словно в тайном сговоре, с этими мрачными людьми, словно он стал частью их таинственной игры?

Петр, словно зверь, почуявший опасность, заметив взгляд Алексея, резко опустил глаза, словно испугался чего-то, и спрятал свой потрёпанный журнал, словно он был уликой в преступлении. В его глазах, словно вспышка молнии, мелькнул страх, который, на мгновение, открыл его истинную сущность, скрытую за маской легкомыслия, и это озарение поразило Алексея, словно удар грома. Он хотел подойти к ним и поговорить, словно врач, желающий вылечить их от болезни, но Алина, словно ревнивая возлюбленная, схватила его за руку, и её пальцы впились в его руку словно когти.

"Не нужно, Алексей, не надо обращать на них внимания. Они странные какие-то, и лучше с ними не связываться, – сказала она, и её голос дрожал от страха, словно от прикосновения привидения, и она сжала его руку еще сильнее, как будто боялась, что он вырвется и убежит к ним. – Они не такие, как мы, и они могут принести нам неприятности."

Алина, как и большинство граждан, старалась избегать любого, кто не вписывался в общую картину "идеального" общества, словно боялась заразиться от него какой-то болезнью. Он знал, что она права, и, покоряясь её желанию, пошёл с ней дальше, как послушный ребенок, не желающий огорчать свою мать. Но его начал терзать вопрос, который, словно острый гвоздь, вонзился в его мозг, и не давал ему покоя. Почему Петр испугался? И что они все вместе там делают, словно заговорщики, планирующие преступление? Почему они так отличаются от остальных, словно пришельцы, прибывшие из другого мира? Что они скрывают, и какая тайна кроется за их мрачными взглядами?

Придя домой, Алексей, словно безумный учёный, снова сел за компьютер, и снова погрузился в свои исследования. Он ещё раз просмотрел старые записи со своего рабочего компьютера, словно ища ответ в старых книгах, пытаясь найти ответы на свои вопросы, и разрешить свои сомнения, словно детектив, ищущий улики. Он всё больше и больше понимал, что в этом "идеальном" мире что-то не так, что за внешним благополучием скрывается какая-то тайна, словно за красивой маской прячется монстр. Его стали беспокоить эти чувства, которые, словно колючки, царапали его сердце, и терзали его совесть. Он всё чаще стал задумываться о том, что происходит вокруг, и куда на самом деле движется этот мир, словно пытаясь найти дорогу в лабиринте. Но как понять правду, если она так тщательно скрыта, словно сокровище, спрятанное в глубокой пещере? Это был вопрос, на который ему предстояло ответить, и он был готов к любым испытаниям, чтобы найти истину. Он с надеждой посмотрел на тёмный силуэт города за окном, словно на мрачного великана, скрывающего свою тайну, и твёрдо решил, что он докопается до истины, чего бы это ему не стоило, словно исследователь, стремящийся к открытию.

Глава 3: "Тревожные звоночки"

Ночь, подобно огромному чёрному покрывалу, вновь окутала город, погружая его в глубокий сон, и уступая свои владения ночным кошмарам. Но в этот раз, в отличие от предыдущих ночей, она не принесла Алексею долгожданного покоя и восстановления сил, а наоборот, принесла еще более мучительный и тревожный сон. Этот сон, словно жуткий монстр, вырвавшийся из глубин его подсознания, набросился на его разум, увлекая его в пучину мрачных образов и пугающих видений. Он был словно зловещая симфония, наполненная ужасом и страхом, и она играла на струнах его души, как на скрипке, извлекая из него самые тёмные эмоции. Этот сон был словно предупреждение, словно голос его подсознания, кричащего о том, что он должен проснуться, и увидеть истинную реальность.

Он видел перед собой темную комнату, словно пещеру, наполненную тусклым, мерцающим светом, словно свет умирающей звезды, готовой погаснуть в любой момент. Этот свет, словно призрак, метался по стенам, и создавал причудливые тени, которые словно живые, двигались и дышали, и окружали его со всех сторон. В этой комнате, словно мумии, сидели люди на старых деревянных стульях, которые казались такими же древними, как сама пещера. Их лица были абсолютно пустыми, словно выбелены мелом, а глаза были неподвижными, словно у кукол, и смотрели в никуда, словно не видя ничего вокруг. Все они, казалось, были погружены в глубокий и неестественный сон, словно очарованные колдовством, и они не реагировали ни на какие внешние раздражители, словно они были мертвы, но их тела еще дышали. Они казались марионетками, чьи нити были в руках невидимого кукловода, и он дергал их за нитки, и они слепо выполняли его волю. Их молчание было зловещим и напряженным, словно предвестник беды, и казалось, пронизывало собой всю комнату, словно ледяной ветер, замораживающий все на своем пути. Алексею казалось, что он попал в какой-то потусторонний мир, словно в ад, и он не мог оттуда выбраться, словно пленник, запертый в темнице. Он чувствовал, как его сердце сжимается от ужаса, словно от прикосновения ледяной руки, и его тело покрывается холодным потом, словно от прикосновения смерти.

Алексей проснулся в холодном поту, словно после жестокой пытки, с бешено колотящимся сердцем, словно барабан, в который ударяют со всей силы. Он долго не мог заснуть, словно боясь вернуться в этот жуткий сон, и он пытался отогнать от себя образы кошмарного сна, но они преследовали его, словно навязчивые призраки. Ему казалось, что он задыхается, и ему не хватает воздуха, словно ему связали руки и ноги, и он был готов вырваться из плена сна, и спастись от ужаса. Он понимал, что этот сон был не просто плодом его воображения, что в нем крылся какой-то скрытый смысл, какой-то страшный намек на ужасную реальность, которую он боялся признать, словно он знал ответ на загадку, но боялся его услышать. Он понимал, что его подсознание пытается донести до него какую-то важную истину, словно голос свыше, и что он должен прислушаться к своему внутреннему голосу, и не игнорировать его предостережения.

Утром, после бессонной ночи, и разговора с Алиной, Алексей почувствовал, что его сомнения и тревоги стали еще сильнее, и что он больше не может терпеть это состояние, и что он должен действовать. Он понимал, что больше не может закрывать глаза на происходящее, словно страус, прячущий голову в песок, и что он должен действовать, и идти к своей цели. Он решил поговорить с Алиной, поделиться с ней своими кошмарами, и своими опасениями, но она лишь отмахнулась от него, словно от назойливой мухи, и ее слова были пустыми и бессмысленными.

"Ну, что ты такое говоришь? – сказала она с долей раздражения в голосе, словно учительница, поправляющая ученика. – У тебя просто переутомление. Тебе нужно больше отдыхать, и меньше думать о всякой ерунде, и тогда всё будет хорошо. Ты всё принимаешь близко к сердцу. Расслабься, и всё будет хорошо."

Она сказала это с таким безразличием, словно он жаловался на пустяк, и ее слова прозвучали словно звонкий удар, от которого его сердце сжалось еще сильнее. Алина, казалось, совсем не замечала того, что происходило вокруг, и ей было комфортно в этом "идеальном" мире, словно в тёплой ванне, где она ни о чем не беспокоилась. Она не хотела ничего менять, словно боялась спугнуть свое счастье, и не понимала, почему Алексей так переживает, словно он был инопланетянином, живущим в другом мире. Алексей понял, что Алина не может его понять, и что он не может рассчитывать на ее поддержку, и он почувствовал себя одиноким в своей борьбе за истину, словно отшельник, живущий в пустыне. Он понял, что он должен действовать сам, и что ему придется полагаться только на себя, словно одинокий воин, идущий на войну против целой армии.

После пробуждения от жуткого сна, и разговора с Алиной, который, как обычно, был бессмысленным, Алексей начал замечать всё больше странностей, которые раньше ускользали от его внимания, словно он смотрел на мир сквозь мутное стекло, или которые он старался игнорировать, словно боясь признать истину. В столовой Нейро-центра, где всегда царила атмосфера радости и благополучия, он обратил внимание на одного из сотрудников, который, видимо, только что пришел на работу, словно новый ученик в классе. Сотрудник, проходя мимо стола с напитками, случайно пролил на себя тарелку горячего супа, словно неловкий ребёнок. Но, вместо того, чтобы выразить недовольство, или хотя бы вскрикнуть от боли, он не проронил ни слова, не показал никакого недовольства, а лишь тупо улыбнулся, словно марионетка, выполняющая приказ, и его взгляд был пуст, как у куклы, и его лицо не выражало никаких эмоций, словно он был неживым, а просто выполнял свою программу. Алексей был поражен, словно увидел привидение, и он понял, что это ненормально, и что это как-то связано с теми ужасами, которые он увидел во сне.

На улице, которая всегда была полна радостных и счастливых людей, он увидел группу людей, которые шли в одном направлении, словно управляемые кем-то, словно стадо, ведомое пастухом. Они не разговаривали друг с другом, словно им запрещено, и они не улыбались, словно им не знакомы эмоции, они просто шли, как запрограммированные роботы, выполняя свою миссию, и все они, как один, были счастливы, или делали вид, что счастливы, словно играли свои роли в этом спектакле. Он заметил, что в газетах и новостных репортажах стали всё чаще появляться лозунги о том, что счастье – это норма, и что недовольство – это аномалия, словно их пытались убедить в том, чего не было, и что тот, кто не счастлив, тот враг народа, словно все несогласные были объявлены преступниками. По радио стали транслировать музыку, которая, как будто бы, заставляла людей чувствовать себя счастливыми и довольными, словно гипноз, усыпляющий их разум, и погружающий их в искусственный сон. Алексей начал понимать, что всё это неспроста, и что всё это – часть какого-то зловещего плана, словно он разгадывает сложный код, и он понимал, что он все ближе и ближе к разгадке.

Однажды, случайно проходя мимо кабинета Ивана, словно шпион, подслушивающий чужие разговоры, он услышал часть его разговора с кем-то по телефону, и его сердце забилось сильнее. Он узнал, что таких людей, как он, которые сомневаются в "идеальности" мира, называют "дефектными", и что их нужно "лечить", или изолировать от общества, словно они были больны заразной болезнью, и что их нужно отправить в карантин. Он понял, что Иван давно подозревает его в "дефектности", и что он не может ему доверять, словно он был шпионом вражеской армии, и он понял, что этот "идеальный" мир – это на самом деле тюрьма, где все люди, как марионетки, выполняют волю тех, кто стоит у власти, словно он смотрел за кулисы, и видел, что творится за красивым фасадом. Он вспомнил про старую дискету, которую он нашел в одном из пыльных шкафов в архиве Нейро-центра, и на которой было написано слово "Архив", словно ключом, открывающим двери к тайне. Он с тревогой посмотрел на неё, словно на опасный предмет, и он знал, что на ней может быть какая-то информация, которая поможет ему понять правду, и вырваться из плена лжи. Он решил, что должен узнать эту правду, чего бы это ему ни стоило, словно искатель сокровищ, идущий на поиски, и что он не остановится, пока не доберется до нее.

Вечером, когда Алина уже уснула, словно невинный ребёнок, Алексей достал дискету из тайника, словно грабитель, укравший ценность, и вставил её в компьютер, словно разгадывая сложный код. На экране, словно призраки прошлого, появились старые фотографии и видеозаписи, которые перенесли его в другой мир, словно в другой временной отрезок. Он увидел другой мир, мир, где были проблемы и страдания, но в нем было и много хорошего – эмоции, чувства, свобода, выбор, которые в его "идеальном мире" были стерты, словно ластиком. Он видел лица людей, которые умели смеяться и плакать, любить и ненавидеть, словно живые существа, полные страсти и огня, которые могли выбирать свой путь, и не были ограничены в своих действиях. И тут он увидел видеозаписи, на которых учёные проводили ужасные опыты над людьми, словно безумные исследователи, и их глаза были полны ужаса. На них было видно, как людям вводили какое-то вещество, словно яд, и как их лица менялись, как их глаза становились пустыми, и как они становились счастливыми, но, при этом, безжизненными и покорными, словно они были не людьми, а куклами. Он понял, что это и есть "синтезированное счастье", словно горькая правда, которую ему боялись сказать в лицо. Его охватила дрожь, словно он проснулся от кошмара, и в его груди поднялась волна гнева, словно ураган, готовый смести всё на своем пути. Теперь он всё понял. Мир, в котором он жил, оказался не таким, каким он его представлял, он был полон лжи и обмана, словно фальшивая монета, выдаваемая за золото, и он решил, что он не может больше оставаться в нем, и что он должен что-то сделать.

Глава 4: "След в подземелье"

Бессонная ночь, подобно зловещему духу, преследовала Алексея, не давая ему ни минуты покоя, и в то время как город погрузился в глубокий сон, его мозг, словно лихорадочно работающая машина, продолжал перерабатывать поток информации, обрушившийся на него после просмотра архивных материалов. Он, словно безумный ученый, постоянно пересматривал старые записи, фотографии, и видео, пытаясь сложить все разрозненные фрагменты в единую, целостную картину, подобно мозаике, состоящей из множества осколков. Он пытался понять, как он мог быть настолько слеп, чтобы не замечать всего этого раньше, как он мог жить в этом мире лжи и обмана, и при этом считать себя счастливым, словно он жил в сказке, и не видел окружающего его мира. Он понимал, что он жил в иллюзии, и эта иллюзия рухнула, словно карточный домик, оставленный на произвол судьбы, и от нее остались только руины, и обломки надежд. Он чувствовал себя обманутым, преданным, и он не мог больше молчать, словно он был заперт в клетке, и он рвался на свободу.

Утро, словно незваный гость, принесло с собой не облегчение, а лишь усиление его внутреннего конфликта, и после бессонной ночи, он понял, что пришло время действовать, и что он не может больше откладывать свой план. Он больше не мог жить в этой лжи, словно он тонул в болоте, и он должен был выбраться из него, он не мог притворяться счастливым, когда его сердце кричало от боли, словно раненый зверь, и он больше не мог терпеть эту несправедливость, словно он был свидетелем преступления. Он чувствовал в себе прилив сил, словно он нашел источник энергии, и непреодолимое желание бороться за правду, и за свою свободу, словно он был воином, готовым к битве, и он был готов идти до конца, и не сдаваться. Он решил во что бы то ни стало найти Петра, и поговорить с ним, словно он был его последней надеждой, и узнать, что он знает о происходящем, словно он владел ключом к разгадке этой тайны. Вечером, после окончания рабочего дня, который казался ему вечностью, он направился в Центральный Парк, в тот самый укромный уголок, где он видел Петра с его друзьями, но там никого не было, словно их след простыл, и они растворились в воздухе. Парк был пуст и тих, словно замер в ожидании чего-то страшного, словно сцена перед началом трагедии. Алексей понял, что он ошибся, словно искатель, идущий по ложному пути, и что его поиски должны быть более точными, и более продуманными. Тогда он решил пойти к дому Петра, словно он шел по следу, и он надеялся, что он приведет его к разгадке. Он знал, что Петр и Иван живут в одном подъезде, словно они были близкими соседями, и он решил проследить за Петром, словно он был шпионом, и он хотел узнать, где он проводит свое время, и что он скрывает от него.

Когда он подошел к дому, он заметил, что в одном из окон на первом этаже мигает свет, словно маяк, призывающий к себе. Сначала он подумал, что это обычное явление, словно кто-то не выключил свет, но потом он присмотрелся внимательнее, словно пытаясь рассмотреть скрытую деталь, и ему показалось это странным, и он почувствовал, что там происходит что-то неладное. Он решил обойти здание, словно разведчик, изучающий местность, чтобы проверить, что происходит, и не пропустить ничего важного. Обойдя дом, он обнаружил, что окно, из которого доносился свет, находится в подвальном помещении, словно в катакомбах, скрытых от посторонних глаз, и его сердце забилось чаще, словно предчувствуя опасность. Он понимал, что это может быть тот самый тайный проход, который он искал, словно дверь, ведущая в другой мир, и он не мог отступить, и он должен был пойти вперед, и узнать правду. Он долго стоял возле этого окна, словно на перепутье, взвешивая все "за" и "против", словно он стоял перед сложным выбором, и он не знал, что его ждет впереди. Его терзали сомнения, словно демоны, пытающиеся его сбить с пути, но в то же время им двигало неудержимое любопытство, словно магнит, притягивающий к себе. В конце концов, он решил попробовать открыть окно, словно он собирался раскрыть тайну, и он подошел к нему, и осторожно нажал на раму, словно он был в храме, и он боялся нарушить тишину. И, к его удивлению, окно поддалось, и открылось с лёгким скрипом, словно впустило его в другой мир, и он был не заперто, словно кто-то нарочно оставил его открытым, чтобы он вошел внутрь. Он понял, что это знак, словно судьба, указывающая ему его путь, и он не мог больше сомневаться, и отступать. Он пролез в окно, словно грабитель, проникающий в сокровищницу, и оказался в темном и сыром подвале, словно в утробе земли. Запах плесени и затхлости ударил ему в нос, словно ядовитое облако, и он почувствовал, что его окружает какая-то тайна, словно он попал в иной мир, полный загадок и опасностей.

Он медленно продвигался вглубь подвала, словно исследователь, изучающий новую территорию, ощупывая стены, словно ища путь в лабиринте, и стараясь не издавать ни звука, словно охотник, преследующий свою жертву. В углу помещения горел тусклый свет, словно огонек, едва мерцающий во тьме, и Алексей увидел группу людей, которые сидели вокруг стола, словно заговорщики, готовящие заговор, и что-то тихо обсуждали, словно они были в тайном сговоре. Их лица были серьезными, словно они решали важные дела, а их глаза горели решимостью, словно они были готовы к любым испытаниям, и в их взглядах была надежда на лучшее будущее. Все они были похожи на тех людей, которых он видел в парке, и среди них был Петр, словно лидер, собравший своих сторонников.

Увидев Алексея, словно долгожданного гостя, Петр поднялся со своего места, и подошел к нему, словно друг, встречающий своего товарища. Его глаза, больше не были пустыми и безразличными, как раньше, словно они были наполнены жизнью, а горели, словно угли, раздуваемые ветром, и они излучали уверенность, и готовность к действию.

"Я знал, что ты придешь, – сказал он, и его голос звучал уверенно, словно голос лидера, идущего в бой. – Мы ждали тебя."

Алексей был поражен, словно гром среди ясного неба, он не ожидал такого приема, и он почувствовал, что он оказался в нужном месте, и в нужное время.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.