Сладкая Арман
Искушение. Отец подруги

Глава 1
Даша

– Представь, Дашка! Теперь мы гуляем до самой осени! – воскликнула Машка. – Можем оторваться по полной! Не надо зубрить проклятые уроки!

Мы шли по тротуару рядом с проезжей частью. Еле заметный ветер колыхал красиво уложенные волосы.

– Угу, – кивнула я. – А потом опять учиться, учиться и учиться. И так еще пять – шесть лет.

– Ты ничего не понимаешь! – возразила подруга. – Студенческая жизнь – это совсем не школа! Там все по-другому! Прикинь, мы вступили на взрослую жизнь! Свобода!

И она закружилась на месте, поднимая в воздух фалды нарядного платья.

– Погоди, сумасшедшая! – старалась я остановить Машку. – Сейчас всю одежду забрызгаешь!

Последнюю неделю почти без перерыва шел дождь, и дорогу покрывали здоровенные лужи. Но именно сегодня, в день, когда мы получили аттестаты, наконец, тучи рассеялись, и золотистые лучи солнца постепенно боролись с излишками влаги. Стоял жаркий июньский день, и испарения тонкими струйками поднимались от земли. Капли на траве и листьях деревьев исчезали. Маша сорвала отмытый листик клена и крутила его в руке.

– Кстати, у тебя же скоро днюха? – уточнила Мария.

– Ага, – кивнула я. – Первого.

– А давай закатим гулянку по такому случаю? – предложила она. – Восемнадцать лет в жизни – один раз! – запела Маша.

– Нууу, не знаю… – промямлила я. Для меня такие празднования были непосильной ношей.

– Если ты насчет денег, то не переживай, – успокоила подруга. – Батя должен с экспедиции скоро вернуться. Бабло подкинет. Вот на них и сообразим. Бухла купим, мальчишек позовем! Герку с Васькой! Герка за тобой два года собачкой ходит, вот и будет повод поближе с ним пообщаться.

– Машка! – отмахнулась я от подружки. – Не нравится мне этот дурачок! Даром что здоровяк, а в голове пусто!

– Тебе зачем умный? – удивилась Маша. – В штанах надо побольше, а мозгов нам и своих хватит!

– Ну ты вообще! – смутилась я. – Что там в штанах, я не проверяла. Не до этого как-то было.

– Вот и проверишь, – усмехнулась Мария. – Ты ж даже еще и не целованная. Для кого невинность хранишь? Для принца? Перестань, Дашка! Прекрати этот прошлый век! Присмотрись к Герке. Он красивый, высокий! Силой природа не обидела, мышцы какие – видела? А то, что особо умом не блещет, только на руку. Будешь руководить им, как захочешь. А то найдет он себе другую.

– Да, и пусть ищет! – отмахнулась я. – Не нравится он мне!

– Ох и дура ты, Даша, – покачала головой подруга. – Мужиками надо пользоваться, а у тебя все воздушные замки в голове… Но день рождения мы все равно отметим на славу! Даже не думай отказываться! Я сама все сделаю! Могу же я своей лучшей подруге сюрприз сделать?

– Спасибо, Маша, – поблагодарила я. – Я обязательно тебе все расходы верну, как подработку найду.

– Ты опять? – насупилась Мария. – Я же сказала! Отец денег даст. Считай, это мой подарок будет на твое совершеннолетие.

Я хотела еще привести какие-то аргументы, что все равно отдам деньги, как какой-то урод на мазде со всей дури проехал по огромной луже рядом с нами, окатив с ног до головы грязной жижей.

– Ааа! – закричали мы с Машкой, отскакивая от шоссе.

– Дебил! – орала подруга, грозя кулаком вслед уехавшему лихачу. – Сволочь! Чтоб тебя разорвало! Сука!

Я молча старалась отряхнуть грязь с одежды, понятно, что это не удавалось. Мое новое желтенькое платьице все покрыли коричневые разводы. Я с ужасом думала о том, в чем же я теперь пойду на выпускной. Других стоящих нарядов у меня не было. Я жила с бабушкой, и ее скромных доходов не хватало. Это платье мне сшила она сама из запасов материи, найденных в закромах.

– Так, – остановилась Маша. – Пошли ко мне! – безоговорочно сказала она. – Благо моя хата рядом. Там помоешься и застираешь платье, пока грязь не въелась.

– А как же твой отец? – с сомнением спросила я. – Не будет против? Он же не любит гостей, сама говорила.

– Я же сказала – он в экспедиции, – напомнила Маша. – Его еще несколько дней не будет. Только к самому выпускному обещал приехать. Так что все нормально.

Прохожие с пониманием смотрели нам вслед, когда мы бежали к Машкиному дому. Сегодня город был полон нарядными выпускниками. Во всех школах получали аттестаты. Только, наверно, им больше повезло, чем нам. Их козлы грязью не поливали! А послезавтра нас ждал выпускной бал.

– Раздевайся! – велела Маша, когда мы очутились в ее квартире.

Она стянула грязную одежду и стояла в трусиках и лифчике. Я тоже скинула грязное платье.

– Я сейчас тебе что-нибудь из своих вещей принесу, – сказала она, закидывая нашу одежду в стиралку. – А ты иди в ванну. Полотенце там есть.

Я послушно скрылась за дверью. Пустила воду и посмотрела на себя в висящее над раковиной зеркало. Да уж! И мы так шли по улице! Кошмар! Все лицо и шею покрывали коричневые пятна. Хорошо хоть на бюстгальтер не перешло. Он был пределом моих мечтаний – атласный, белый и с ажурными вставками. Пришлось копить на него целый год, откладывая те копейки, что давала бабушка, на булочку с соком в школьной столовой. Я аккуратно сняла лифчик и повесила его на вешалку. Туда же попали и стринги. Залезла в ванну и встала под горячие нити душа. Подо мной растекалась коричневая вода, смывая грязь и косметику.

Вдруг дверь распахнулась, и на пороге появился незнакомец – высокий темноволосый мужчина с недельной щетиной на лице.

– Ой! – споткнулся он, увидев меня.

И обвел тяжелым взглядом темных синих глаз. Взор мужчины остановился на моей обнаженной груди и сумеречно вспыхнул.

– Ты кто? – спросил он.

– Даша, – машинально ответила я, не успев смутиться.

Глава 2
Александр

Случилось так, что мне удалось вернуться домой на несколько дней раньше. Мы вели раскопки на одном из островов в тихом океане, когда нас предупредили о приближающемся тайфуне. Пришлось срочно собирать все добытые артефакты и возвращаться на материк. Связь была плохой, и дозвониться до дочери я не смог, а потом, вообще, решил не сообщать, устроив ей сюрприз.

Дверь в квартиру оказалась незапертой. Ох, и получит сейчас Машка за коммунизм! Я бросил рюкзак в коридоре. По полу были размазаны мокрые разводы.

– Машка! Это я! – выкрикнул я. – Я приехал! Ты где?

Никто не появился, и я проследовал дальше. В ванной лилась вода, поэтому, скорее всего, Мария меня не услышала. Я подумал, что она в процессе мытья полов, поэтому толкнул дверь ванной. Она тоже оказалась не запертой. Но только дочери там не было. Под душем стояла необыкновенно красивая девушка. Мокрые пряди волос лежали на плечах. Я обвел взглядом длинные стройные ноги, прикрытый темными кудряшками треугольник лобка и завис на ее груди – полной, с торчащими сосками, по которым стекала вода.

– Ой! – я аж чуть не упал. – А ты кто?

Видимо, девушка так опешила, что даже не прикрылась.

– Даша, – ответила она.

До меня стало доходить, что это подруга дочери. В этот момент красавица очухалась. Ее щеки вспыхнули. Она тихонько взвизгнула и повернулась ко мне спиной. Я с волнением заметил острые лопатки и упругие ягодицы с дорожкой между ними. Мне почему-то не хватало воздуха. Сердце заколотилось. Рот сразу пересох, и я с трудом сглотнул вязкую слюну.

– Папка! – услышал я возглас за собой. – Ты, что ли?

Я сбросил наваждение и повернулся. Дочь шла к ванной, сжимая в руках халат.

– Вернулся, – подтвердил я. – А меня никто не встречает. Кричал, кричал – а ты не вышла. Вот и сам пошел искать.

– А что это ты в ванной забыл? – спросила Мария. – Подругу вон смутил!

– Так двери запирать принято! – недовольно произнес я.

– Даша, – обратилась к купальщице Маша. – Я халат на вешалку повесила. Домоешься – наденешь. В кухню приходи чай пить.

Я не стал поворачиваться, чтобы больше не мучить девушку. Хотя, грех врать, очень хотелось. Перед глазами до сих пор стояли напряженные соски и попка красавицы. Я почувствовал, как внутри все яростно запросило женского тепла и ласки. Понятное дело, три месяца ни одной не встретил, не считая пару сотрудниц, участвовавших в экспедиции. Но их и женщинами можно было назвать с трудом – все огрубевшие и мужеподобные. Да и относились мы за столько лет к ним как к партнерам по работе, а не как к подруге по койке.

– Пойдем на кухню, – дернула меня дочь. – Рассказывай! Почему не позвонил?

– Сюрприз решил устроить, – ответил я, наблюдая, как Машка наливает мне чай. – Да только не я, а ты мне его устроила. Почему девочка в нашей ванной? Что произошло?

– Да понимаешь, мы шли из школы, и нас облил какой-то м…дак! Я почти не пострадала, а Дашка прям у самой дороги шла. Ее всю окатило. А так как до своего дома ей далеко, а мой как раз рядом оказался, я и предложила пойти к нам.

– Понятно, – хлебнул я горячей жидкости. – Кстати, я там тебе подарков привез. Накупил всякой экзотики.

– Где! – обрадовалась Машка.

– Так ты мне сначала аттестат покажи, – улыбнулся я.

В кухню вошла Дарья. Ее щеки до сих пор покрывал румянец. Мокрые волосы рассыпались по плечам. Девушка судорожно сжимала халат на груди.

– Иди чай пить, – дружелюбно произнес я, отодвигая табуретку от стола. – Не стесняйся. Извини, что напугал в ванной. Я думал, там дочка.

– Да я сама виновата, – тихо произнесла красавица и посмотрела на меня огромными карими глазами олененка. – Дверь не заперла. – она присела на предложенное место.

И снова внутри все непонятно сжалось. Хороша девушка! Очень хороша!

– Так ты ж не знала, что вдруг ввалится такой бесцеремонный медведь, – улыбнулся я. – Поверь, для меня это тоже было неожиданностью… Приятной. – добавил я.

Даша еще больше смутилась и склонилась над чашкой чая, поставленной перед ней Машкой.

– Пап, а пап, – заныла дочь. – А я обещала день рождения Дашке у нас устроить. Ты же не против?

– День рождения – это хорошо, – заметил я. – А когда?

– Первого июля, – еле слышно проговорила Даша.

– А что, так тихо? – решил я приободрить девушку. И правда, совсем загнобил бедную. – Первого, так первого! Раз дочка обещала, значит, справим. Мы, Доброхотовы, всегда свое слово держим! Освобожу, когда надо, квартиру, чтобы не мешаться под ногами молодежи. К соседу пойду футбол смотреть. – пообещал я.

– А почему это вы мешать будете? – удивилась Даша.

– Так я же старпер, – усмехнулся я. – У вас свои гулянки, у меня брюзжание.

– И ничего вы не старый, – возразила Дарья и снова посмотрела на меня своими огромными глазами.

– Конечно, папа, брось ерунду говорить! – присоединилась дочь. – Ты у меня еще ого-го какой молодой! Многим нашим парням фору дашь!

– Ну спасибо, успокоили, – улыбнулся я. –Ты же знаешь, не люблю я вечеринки.

Я вспомнил о Дарье. Машка дружила с ней еще с первого класса. У нас тогда нормальная семья была – я, жена и Мария. Вернее, почти нормальная. Позже все развалилось.

Моя первая и пока единственная бывшая жена Нина оказалась любительницей тусовок. Я тогда еще работал школьным учителем истории. Приходил домой уставший, брал много часов, чтобы позволить жене не работать. А тут шум, гвалт, музыка грохочет! Полуголые пьяные девки с такими же парнями по комнатам шлындают. Мне и отдохнуть негде. Я сто раз просил Нину не затевать такое среди недели, да где там! В общем, приходилось забирать дочь и проситься в гости к соседу, одинокому пожилому человеку. Я терпел долго, очень долго. Но всему наступает конец. В один из дней застал ее с одним из гостей в нашей постели в невменяемом состоянии. Маши, слава богу, не было дома, она как оказалось, у Даши в гостях засиделась. В общем, вылетели у меня они все из квартиры в тот же миг. Вместе с вещами жены.

Правда, Нинка потом несколько раз пыталась вернуться, да только я не позволил. Перегорели у меня к ней все чувства. Да и дочь, зашуганная ее выходками, дороже была. Через суд лишил ее материнских прав. И стали мы с дочерью жить поживать вдвоем. Но вот вечеринки я с тех пор совсем возненавидел. И вообще людей. Бросил школу и подался в археологию. Благо Маше уже тринадцать исполнилось. Могла одна оставаться. Первое время ездил в недолгие экспедиции, а как Маша взрослее стала, смог позволить и более длительные путешествия. По несколько месяцев отсутствовал, как в этот раз. Зато потом по полгода мог отдыхать и заниматься дочерью.

– Так покажете ли вы мне уже аттестаты! – сбросил я тяжелые воспоминания.

Девочки бросились в коридор и уже через минуту демонстрировали свои книжечки. Я обратил внимание, что Даша училась гораздо лучше моей Машки. У дочери была половина троек, а у ее подруги почти все пятерки. Не только красивая, но и умная, – подумал я.

– Молодцы! Поздравляю! – похвалил я девочек.

– А может, ты нас шампанским угостишь? – спросила дочка. – Отметим окончание школы!

Мне не нравилось порой поведение дочери, боялся, что она пойдет по стопам своей матери.

– Еще чего! – поэтому ответил я. – Вот исполнится восемнадцать, тогда посмотрим.

– Так мне ж скоро, – заныла Машка. – Осенью!

– Маша, – тихо произнесла Дарья. – Я не буду пить. Спасибо вам, Александр Степанович. Я сейчас уже домой пойду.

Ишь ты, когда она мое имя-отчество успела узнать? Я ж не представлялся. Неужто запомнила с детства. Пришлось мне их семье однажды помогать. Давно.

– Просто Александр, – сказал я. – Не надо никаких Степановичей. А то я тогда себя вообще древним стариком ощущаю.

– Куда это ты собралась? – спросила Мария. – В чем интересно? В трусах и лифчике по улице пойдешь? Или в халате моем? Так люди в психушку отправят. Платье-то твое стирается. До утра точно, сохнуть будет.

– Никуда Даша не пойдет, – решил я. – У нас переночует. Я в гостиной посплю. Пусть мою комнату занимает.

– Спасибо большое, – поблагодарила Дарья. – Я вам очень благодарна, Александр. Я не буду мешаться. Утром сразу уйду.

– Что за глупости, – сморщился я. – Ты мне не мешаешь. Вы тут сами как-нибудь с ужином разбирайтесь, а я пойду себя в порядок приведу. Душ в человеческих условиях приму. А то в том месте где я был, в речках местных да океане, приходилось.

Я встал и потянулся, растягивая затекшие мышцы. Взял чистое белье и пошел в ванную. Уже стоя под освежающими струями, я вспоминал, как вода стекала по груди Дарьи. И почему-то в третий раз за последний час все сжалось внутри. И это еще было бы не так страшно, если бы мой давно не напоминавший о себе член вдруг поднялся к самому пупку. И это была уже серьезная проблема.

Глава 3

Я включил холодную воду, но даже она не помогла. Мне срочно понадобилась возможность кончить. Провел по своему концу, открывая чувствительную головку. Стыдоба какая! Не занимался таким с подросткового возраста. Почему же эта девочка так на меня повлияла? Да и не должен я на нее смотреть с вожделением – она же ровесница дочери! Но организм не хотел воспринимать никаких доводов. Он требовал разрядки. Я тихо застонал, прислонился к стене и закрыл глаза. Рука продолжила движение по члену. Я вспоминал обнаженную Дашу, и возбуждение нарастало. С каким же наслаждением я бы провел языком по ее соску, ощутил под ним твердые кончики! Сжал бы руками упругие ягодицы и вошел в ее дырочку между длинных ножек! Наверняка туда еще никто не совался. Даша выглядит невинной. Я вспомнил ее чувственные, полные губы, отблеск белых зубов при улыбке. Нежные крылышки черных ресниц на щеках, когда она смущенно прикрыла глаза. И снова мозг упрямо перенес мысли к ее груди. Истинное искушение.

Мне давно была знакома Даша, она дружила с Машкой с первого класса. Несчастье случилось, когда ее родители разбились при крушении самолета. Осталась девочка с бабушкой. По просьбе классного руководителя я и еще несколько родителей помогали с похоронами. Невозможно забыть полных слез огромных глаз девочки, прижавшейся к бабушке. Но кто мог подумать, что из худенькой растерянной малышки вырастет такая красавица.

Я представил, что раздвигаю ее ножки и проникаю между складочек. Как кружу по промежности и клитору. А затем вхожу внутрь, в горячее лоно. Моя рука двигалась по члену, приводя к быстрому освобождению. Оргазм пронзил настолько ярко, что в глазах помутилось. Я закусил губу, чтобы не закричать. Густая сперма оросила пальцы, и я смыл проявление моего безобразия.

Еще раз обдал себя холодной водой и вылез из-под душа. Посмотрел в зеркало на выбритое лицо с лихорадочным блеском глаз. Да уж! Неужто втюрился в малолетку! Еще не хватало! Я же ей в отцы гожусь! Я нахмурился и потер переносицу – прочь запретные мысли! Быстро вытерся и надел спортивный костюм. Пора напомнить девочкам о своем присутствии.

Подружки все еще сидели на кухне и о чем-то разговаривали. Увидев меня, они замолчали.

– Я не помешаю? – спросил я, открывая холодильник. – А что это у тебя, дочка, в холодильнике мышь повесилась? Это не дело! Молодому организму пища нужна.

– Да некогда мне было по магазинам ходить, – отмахнулась Маша. – К экзаменам готовилась. Сам знаешь, готовить не люблю.

– Понятно, – усмехнулся я, залезая в верхнюю тумбочку. – Одни сладости и печенье. Ты и так у меня плюшка! Нельзя столько конфет есть!

– Ничего я не толстая! – надулась дочка. – Просто в меру упитанная и грудь большая.

– Да я ничего и не говорю, – улыбнулся я. – Но кушать надо все-таки разнообразную пищу.

– Ну вот, – заныла Маша. – Сейчас снова лекцию будешь читать о пользе правильного питания!

– Вот еще, – опроверг я сказанное дочерью. – Больше мне делать нечего! Я спать хочу, дорога вымотала. Да только на голодный желудок не очень как-то. Закажи-ка нам пиццу на ужин, дочь. А я вещи пока свои разберу.

Маша кивнула и с готовностью набрала номер фаст фуда. Я забрал из коридора свой рюкзак и пошел в гостиную.

– Даша, Маша! Идите сюда! – позвал я, доставая подарки.

Девочки прибежали в комнату.

– Что ты мне привез? – радостно бросилась ко мне Маша.

– Много разного, на вас обеих хватит, – заметил я, увидев, что Дарья осталась стоять у порога. – А ты что там застряла? Иди ближе.

Девушка подошла. Я достал яркий платок с этнической вышивкой местных племен Полинезии и накинул его Даше на плечи.

– Это передай своей бабушке, – сказал я. – Надеюсь, ей понравится.

– Конечно, понравится! – ахнула Даша. – Великолепие какое! Только куда она в нем ходить будет?

– Так на твою свадьбу и наденет, – заметил я, ощутив, как непонятная холодная волна пробежала внутри. Красивая будет невеста, да не твоя.

– Когда это еще будет! – засмеялась Дарья. – Не до этого! Мне бы институт закончить, да на работу пойти. Освободить бабушку от непосильной ноши.

– Так ты мужа ищи, который поможет, – заметила дочка. – Спасибо папа, – взяла она у меня ожерелье из экзотических раковин и надела на шею. – Красота! Я его на выпускной нацеплю. Как раз к моему открытому платью подходит.

– А это тебе, Даша, – протянул я браслет из крупных бусин. – Дай руку.

Девушка протянула ладошку, и я взял ее в свою руку. Маленькие какие пальчики! Я еле остановил себя, чтобы не поцеловать. Надел на ее запястье подарок.

– Спасибо, – прошептала девушка. – Мне никто не дарил ничего подобного. Это очень красиво.

– Вот и носи на здоровье, – пожелал я, еле заметно поглаживая ее пальчики.

Даша смущенно опустила голову, но руку не забирала. Что-то екнуло у меня внизу живота. Дочь недоуменно покосилась на нас. Хорошо, что в этот момент раздался звонок.

– Пиццу, наверно, привезли! – воскликнула Машка и побежала открывать.

Даша мягко высвободилась из моей лапы.

– Пойдем поедим, – я попытался снять смущение. – Уж очень я проголодался.

– Пойдемте, – кивнула девушка, и я снова утонул в ее необычайно прекрасных глазах.

– Кушать подано! – услышали мы крик дочери. – Вы где?

Я стряхнул наваждение и заметил, как заалели щечки у Даши. Интересно, что она обо мне думает? Наверно – странный дяденька, ухаживать пытается! И верно, кто я для нее – старый дед!

Мы ели пиццу и смеялись. Я рассказывал разные байки из своих экспедиций.

– Интересная у тебя жизнь, папка! – восхитилась дочка. – Мне бы так!

– Это только на словах так все замечательно, – заметил я. – А на самом деле полно проблем. Там нет удобств, полно хищников и нет развозчика пиццы. Так что вряд ли тебе подойдет.

– Все равно отучусь в историко-архивном, а потом на раскопки, – заупрямилась дочка. – Пойду по твоим стопам.

– Я ж только за! – заверил я. – Просто предупреждаю! А ты, Даша, куда собралась поступать?

– Я в медицинский как мама, – тихо ответила кареглазка. – Тоже в родильном отделении хочу работать. Помогать детям на свет появляться.

– Благородная профессия, – похвалил я. – Желаю, чтобы у тебя все получилось.

Мы доели пиццу. На улице потемнело. Пора было на боковую.

– Даша, а бабушка не будет волноваться, что тебя нет? – уточнил я.

– Я ей уже позвонила, пока вы купались, – ответила девушка. – Она в курсе произошедшего. Все в порядке.

– Ну и хорошо, – успокоился я. – Пойдем, я тебе комнату покажу. Маш, ты уберись пока, здесь.

– Ладно, – недовольно пробурчала дочка, но послушно стала вытирать со стола.

Я привел Дашу в свою комнату.

– Вот, – кинул на кровать чистое постельное белье. – Надевай и ложись. Завтра я тебя отвезу домой. Машину только из гаража привезу.

– Да я и сама бы, – она снова столкнулась с моим взглядом. Я поморгал, чтобы снова не зависнуть. До чего же глаза красивы! А губы!..

– Я же сказал, отвезу, – непререкаемо сказал я. – Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, Александр, – пожелала Даша.

– Просто, Саша, – остановился я у выхода. – Можно Саня, можно Шура…

– Лучше Саша, – выбрала девушка и улыбнулась. В отсветах блеснули белизной ее ровные зубки.

– Ну, значит, так, – кивнул я, улыбаясь в ответ.

Все улеглись, погасили свет, а я все еще ворочался на твердом диване в гостиной. Мне не давал покоя ее приоткрытый ротик с пухлыми розовыми губами, я до сих пор ощущал на своей ладони шелковистую кожу ее нежных пальчиков. Искушение…

Глава 4
Даша

Я отмывалась под душем, когда ворвался неизвестный мужчина. Я опешила – даже забыла, что голая. Он, кажется, тоже не ожидал увидеть такое. На его лице, обросшем щетиной, обветренном и загорелом, сверкали темно-синие, почти черные глаза. Я поняла, что это вернулся отец Машки. Сообразила повернуться к нему спиной. Щеки горели от стыда. Хорошо, что его забрала Маша, иначе я с ума сошла бы от смущения. И ведь он так смотрел на мою грудь! Ужас какой! А вообще он красивый, мужественный, сильный. Я думала, у Машки отец в возрасте, а этот совсем не такой.

Немного отойдя от произошедшего, я надела принесенный подругой халат. Какой же он огромный! Я могу завернуться в него дважды. Маша выше меня на голову и раза в два крупнее. Этакая пышка с соблазнительными формами. Это я, худышка сорокового размера. Благо хоть грудь есть, полная двоечка. Понятно, что привлекла внимание ее папы. Я немного помнила его со дня похорон родителей. Но, честно говоря, мне в тот момент было не до разглядываний посторонних. Поэтому остался образ чего-то большого и сурового.

Я позвонила бабуле и объяснила произошедшее. Сначала она ругалась, требуя вернуться домой, но, когда услышала, что рядом отец Маши, смягчилась. Да и в чем бы я пошла? Мое платье мокрое, висело на веревке.

Потом мы пили чай и ели пиццу. Александр вручил мне шикарные подарки, цветастый платок для бабушки и необыкновенный, ручной работы браслет, созданный руками аборигенов. Стеклянные бусины разных оттенков сверкали на свету. Не буду его снимать, очень красивый!

Еще несколько раз я замечала пристальный взгляд отца Маши, но отбросила глупые мысли, решив, что это простое сочувствие. Он ласково провел по моим пальцам, когда надевал браслет, а потом я незаметно выскользнула из его руки. Хотя, как ни странно, мне было приятно его внимание. Почему-то я ощутила расположение к этому взрослому мужчине. Скорее всего, я доверяла ему как отцу лучшей подруги. А что еще? Какое у меня должно быть к этому отношение? Я же для него как дочь.

В спальне, где я осталась ночевать, Александр дал чистое белье. Он пообещал, что утром сам отвезет меня домой, хоть я отказывалась. Пожелав друг другу спокойной ночи, мужчина пошел к выходу. На пороге комнаты он остановился и снова окинул меня пронизывающим взглядом темных глаз. Я назвала его Александр, но он не захотел, чтобы так официально.

– Просто, Саша, – сказал он. – Можно Саня, можно Шура…

– Лучше, Саша, – я улыбнулась.

– Ну, значит, так, – кивнул он и тоже улыбнулся, превращаясь из медведя в привлекательного мужчину.

Я легла спать, утопая в душистом белье. В душе стало отчего-то радостно. Мне очень давно не было так легко, со смерти родителей. Я погладила подарок Саши и крепко уснула.

Утреннее солнце подняло меня своими лучами, скользящими по лицу из открытого окна. Я потянулась, и снова внутри появилось ощущение праздника. Вскочив с постели и накинув Машкин халат, я побежала умываться. Все еще спали. Мне пришло в голову состряпать завтрак. Что я и не преминула сделать.

В холодильнике Марии обнаружила десяток яиц в картонной коробке и пару подгнивших с одной стороны томатов в овощнице. Быстро сообразила яичницу с помидорами, добавив немного соли и перца. Обжарила подсохший хлеб, тоже оказавшийся в хозяйстве. Завтрак был готов, и я пошла проверить, как там платье.

Мой наряд просох, но оказался безвозвратно испорчен. Ткань изменила цвет, став из ярко-желтого, каким-то серым. Фалды юбки опали бесформенными кусками, корсет перекосило. Скорее всего, его нельзя было стирать в машинке, но кто же знал. Я с грустью разглаживала на коленках испорченное платье. Вот и накрылся мой выпускной. Мне не в чем на него идти. А сшить новое бабушка не успеет. Бал уже завтра.

– Чем это так вкусно пахнет? – вошел в кухню Александр. Он был в одних боксерах, и я обратила внимание на его мускулистую грудь и кубики пресса на животе.

– Я тут завтрак приготовила, – ответила я. – Доброе утро! Присаживайтесь, я сейчас все подам.

Вскочила со стула и стала накладывать яичницу на тарелку. Поставила перед мужчиной вместе с парой кусочков поджаренного хлеба.

– Ты сама тоже садись, – велел Александр. – Поешь. Мы скоро поедем.

Я кивнула, положила себе и взяла вилку. Да только есть расхотелось, меня переполняла досада из-за платья. Я отложила прибор и снова взяла испорченный наряд. Стала разглаживать ткань рукой. Хотелось плакать, но я сдерживала эмоции. Незачем портить всем настроение. Это только мои проблемы.

– А что это ты такая грустная? – заметил мое состояние Александр. – Очень вкусно, – похвалил он мою стряпню. – Что стряслось?

– Дашка! Ты никак пожрать приготовила? Во, даешь! – ввалилась еще сонная Маша. – Мне бы твоя энергия.

Она навалила в тарелку остаток яичницы и тостов. Налила себе и нам горячего чаю и, понятное дело, поставила на стол вазочку с любимыми конфетами.

– Вкусно! – промычала она, с аппетитом поглощая пищу. – А ты что, не ешь?

Маша только сейчас заметила, что я расстроена.

– Вот я тоже хочу узнать, в чем дело, – произнес Саша, отодвигая пустую тарелку.

– Да, платье вот… – растерянно сказала я.

– Батюшки! – Маша выхватила из моих рук бывший наряд. – Да оно же испорчено! Елки! Что же ты не предупредила, что его надо вручную стирать!

– Так сама не знала, – всхлипнула я, уже не в силах сдерживать слезы. Они непрошенной дорожкой побежали по щекам.

– Отставить слезы! – поднялся Александр и подошел ко мне. – Ну что ты, девочка, это разве горе, чтобы такие красивые глазки слезками портить? – он ласково улыбнулся и провел ладонью по моим щекам, стирая влагу. – Ерунда какая! Купим новое! Вот сейчас поешь, я машину пригоню и поедем.

– Но как же! – воскликнула я. – Это неправильно! Вы не должны тратиться на незнакомого человека!

– А кто здесь незнакомый? – удивился мужчина. – Нет таких! Тебя я с самого детства знаю. Да и праздник у тебя, школу окончила. Хочу поздравить! Имею право, как друг твоей бабушки, – пошутил он. – Так что перестань переживать! Позавтракай, а я за транспортом пошел! Машка! – обратился он к дочери. – Найди что-то из своих вещей, чтобы Даша надеть могла. Понимаю, что у вас размеры разные, но, может, подыщешь что-то подходящее?

– Я попытаюсь, пап, – кивнула Мария. – Посмотрю свои детские вещи. Авось что-то придумаю.

Я с благодарностью смотрела на этих людей, все-таки какая удача, что у меня есть такие друзья. Чтобы я без них делала – не представляю. Скорее всего, не пошла на выпускной, это точно.

– Ладно, девочки, я скоро, – надевая тренировочный костюм сказал Александр.

Прихватив кусок поджаренного хлеба, он ушел. Машка с сожалением посмотрела на свой недоеденный завтрак.

– Пойдем, что ли, посмотрим мои закрома, – решительно встала она из-за стола. – Отец ждать не будет, потом доем.

Я направилась с Машей в ее комнату. Подруга раскрыла шкаф, и я увидела полки, заваленные грудами одежды.

– Ничего себе! – присвистнула я. – Никогда столько не видела!

– Это все папа, – махнула рукой Маша. – Он меня балует. Покупает все, что захочу. Выбирай!

Она стала выкидывать на кровать одежду, по ее мнению, более-менее подходящую мне по размеру. Я с волнением рассматривал ворох дорогого и почти неношеного тряпья.

– Что сидишь, – покосилась на меня подруга. – Меряй!

И я принялась примерять кофточки, брюки и платья. И почти все было мне сильно велико.

– Погоди, – остановила меня Маша. – Ничего ты не умеешь!

Она схватила одно из платьев балахонистого вида, вишневого оттенка и широкий черный пояс. Надела на меня. Умело расправила складки, создавая силуэт.

– Ну вот, – развернула она меня к зеркалу. – Вроде не плохо.

– Машка! Да ты волшебница! – восхитилась я, рассматривая себя.

Умелые руки Марии сделали из меня необыкновенную красавицу, готовую хоть сейчас на красную дорожку. Шелковое платье, утянутое на талии резиновым поясом, окружило фигуру мягкими складками, подчеркивая изгибы. Мои черные волосы локонами спускались по плечам и оттеняли густой оттенок ткани. Из глубокого выреза была видна ложбинка между грудей, приподнятая любимым лифчиком. Я показалась себе взрослой женщиной. Непривычный облик волновал воображение.

– А вырез не очень открытый? – забеспокоилась я.

– В самый раз, – успокоила Маша, показывая большой палец. – То, что надо!

– Ничего себе! – застыл на входе в комнату вернувшийся отец подруги. – Да ты принцесса, Дарья! Никогда такой красавицы не встречал!

– Это Маше надо сказать спасибо! – заметила я. – Она сумела меня одеть, как в лучших модельных агентствах!

– Да нет, – покачал головой мужчина. – Тут не в одежде дело, а в тебе самой. Ты очень красивая, Даша.

Он с таким восхищением смотрел на меня, что я смутилась.

– Так мы едем или нет! – скептически поджала губы Маша. – Сто лет смотреть друг на друга будем?

– Поехали, – встрепенулся Александр. – Пообедаем где-нибудь по дороге.

Машка натянула джинсы и футболку и казалась пончиком рядом со мной. Ее пушистые золотистые волосы, взбитые к верху и поднятые на затылке в высокий хвост, щекотали шею. Большая грудь вываливалась из круглого выреза. Тугие джинсы обтянули пухлые бедра.

– А что-то приличнее нельзя было надеть? – недовольно спросил Саша.

– И так сойдет, – отмахнулась Мария. – Мне нравится!

– Ну, как знаешь, – пошел на попятный мужчина. – В какой магазин поедем?

– Да куда же еще? – ответила Маша. – В центральный бутик, конечно. Только там можно найти приличные вещи. Нам же на выпускной покупать, а не повседневное.

Александр кивнул. По дороге я прихватила свою сумочку с аттестатом. Хорошо хоть она не пострадала. Это была вечерняя сумочка мамы, из золотой парчи на цепочке. В ней только и полагалось иметь косметичку и самое необходимое на вечеринке – носовой платок, деньги и расческу. Косметички у меня не было, как и денег, поэтому легко поместился аттестат. Подарок бабуле, платок, пришлось повязать на одной из цепочек, что даже придало шарма старой вещице.

– Красота! – обвел меня еще раз взглядом Александр.

Затем открыл дверь и пропустил меня и Машу вперед. Я слышала, как он запер за всеми.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.