Ольга Ярыгина
Мне карты встречу обещали 2. Мой родной-знакомый

Глава 1. Полный стакан паники

– У вас бывают панические атаки?

– Знаете, я настолько эмоционально истощена что они меня уже не атакуют, а просто садятся рядом и закуривают.

– Что вы подразумеваете под словами «морально истощена»?

– За прошение два месяца столько произошло… Меня бросил парень, то есть он мне изменил, а бросила его я. Я слетала в Питер, успела влюбиться…

– В кого?

– В город…

– Любовь к тому или иному месту обусловлена чувствами, которые мы там испытали, Саша.

Ты не помогаешь!

– Я, я не знаю… После отпуска я пытаюсь вернуться в привычную колею. На работе бардак. Да и переезд дался мне не легко. Нужно поклеить обои и купить наконец кровать… Мой самый родной человек, моя бабушка в последнее время плохо себя чувствует. Я просто пытаюсь не развалиться на части. На панику времени не остается.

Психолог кивнула. Она просто слушала, и Сашка не понимала, то ли ей продолжать говорить, то ли подождать вынесения вердикта: «очередная городская сумасшедшая и неудачница». В кабинете все было иначе, ни как в американском кино. Ни стеллажа с цветком и уютной кушетки, ни стола с кружкой чая. Саша сидела коричневом кресле из искусственной кожи рядом с окном. Оно было завешано практичными офисными жалюзи. Светло-бежевые стены и белый стол, за которым молодая женщина за тридцать решала на сколько Сашка вменяема.

– С вами все в порядке.

– Правда?

Женщина улыбнулась.

– Разумеется. Отношения рушатся, люди навсегда уходят из жизни, мы меняем локацию и окружение. Жизнь циклична, и в этом ее плюс.

– Правда? – безразлично повторила Саша.

– Помните, на прошлой встрече мы говорила про рычаги. Они помогают нам переключаться, они наши спасатели. Работа концентрирует ваше внимание, не давая боли разрыва свести с ума. Новая квартира требует новых обоев, и вот вы, того не ведая, поглощены выбором фактуры, а не болезнью близких. И вы не плохая, вы нормальная. Жить свою жизнь, это нормально. Страдая наравне с теми, кому плохо, вы не вылечите их! А не страдая не станете жестокой эгоисткой. Каждый несет ответственность за себя, если мы не говорим о детях конечно. Вы можете проявлять участие, но страдание наравне – это путь к гибели.

Саша кивнула. Она опять хотела плакать. Почему она каждый раз ревет в этом противном жестком кресле!

– Саша, с вами все нормально. И с вашей жизнью тоже. Возьмитесь за рычаг и потяните его. Переключите внимание на то, что важно для вас. Смотри, как это работает. Кто-то или что-то занимает часть вашей жизни – психотерапевт взяла стакан с канцелярией и вывалила их на стол. – Вы живете свои тридцать процентов, – она бросила туда резинку, точилку и карандаш. – и делите с кем-то еще семьдесят, – затем добавила в стакан степлер, ручку, канцелярский нож и маркер, который поместился с трудом. – А когда этот кто-то уходит у вас остается, – она вновь перевернула стакан и вернула туда резинку, точилку и карандаш, – только тридцать. А в основном пустота, видите? – она показала Саше практически пустой стакан.

– Да…

– Все что нужно сделать, это заполнить стакан чем-то (кем-то) другим.

– Звучит не сложно.

– Вам придется заставлять себя какое-то время. Идти, разговаривать с людьми, выполнять разные задачи. И так, шаг за шагом, стакан вновь станет полным. И вы заслуживаете заботы, любви и уюта. Но сперва дайте это себе сами, а потом, из состояния изобилия, предлагайте другим. И вот тогда начнутся чудеса, тогда и вы сами почувствуете это от других людей.

– Наверное вы правы…

– Я не выпишу вам лекарств. Вернитесь к музыке. Вы распаковали рояль, как я рекомендовала?

– Еще нет, но я сделаю это.

– Отлично! Вы записались в тир?

– Знаете, я не уверена… оружие, и прочее, не совсем мне подходит.

– Хорошо.

– Но что мне делать дальше?

Господи, ну как ты не поймешь, мне нужны конкретные советы!

– В ближайшие выходные?

– Хотя бы…

– Вы говорили, что ваша бабушка живет в деревне?

Глава 2. Настойчив как бабулина газонокосилка

Пуховое одеяло было невозможно пышным и уютным. Как и два матраса на кровати Саши. Она потянулась. Вторая кровать в этой же комнате была пустой. Саша закуталась в одеяло, перья захрустели. Маленькие окошки были завешаны тюлем. На дощатом полу лежал коврик. В доме было прохладно. Саша укуталась, опустила ноги с кровати. За окном было сыро. В доме тишина, часы в гостиной приятно тикали. Саша откинула одеяло, вышла из комнаты, обогнула обеденный стол и свернула в ванную. Умылась ледяной водой, на лето горячую отключали вместе с отоплением. Переоделась в трико и свитер. Из гостиной попала в кухню, которая ранее была верандой, пока ее не утеплили. Да и на кухню она мало чем походила. Закуток в пять квадратов – печь, столешница, посудный шкаф над столом, холодильник в углу. Перегородка отделяла диван и зону прихожей. Над диваном окно в раме, из которого виден весь огород и стайка, справа летняя кухня.

Саша вышла на улицу. По ощущениям было часов пять утра. Легкий туман от реки, что была в ста метрах от дома, за кустами черемухи. Поникшая зелень в огороде, слегка замерзшая, придавленная тяжестью ночной росы. Рассветная тишина, когда не слышно даже щебета птиц и словно зеленоватый воздух, ведь солнце едва-едва показалось за лугом. Животные в стайке спали. Саша нарвали зелень с грядки, поднесла к носу и вдохнула аромат укропа и лука. Она отперла дверь стайки и взяла с полки пластиковую чашку, с трещиной по центру. Куры закудахтали. Коза встала на копыта. Саша открыла калитку в курятник и запустила руку под задницу одной из куриц. Там уже лежало свежее горячее яичко. Куры закудахтали громче, когда Саша собрала все яйца и вышла. Коза недовольно мекнула. Следом прозвучал голос коровы. Саша подошла к двери коровника и только тогда увидела бабушку. Она прислонилась к стене.

– Бабуля? Ба?

Бабушка не ответила. Саша до смерти испугалась. Она поставила чашку и присела на корточки перед бабушкой.

– Ба?

– А… задремала…

– Давай я, иди-ка, приляг.

– Да ты с ума сошла!

– Я сказала, я справлюсь! Вставай, ну же…

Саша бережно подняла бабушку и проводила в дом.

– Помню, помню… теплица с помидорами – перевязать, грядку с огурцами – прополоть. Укроп проредить. Животных выпустить. Я справлюсь. Обещаю!

Саша уложила бабушку на кровать, заботливо поправила одеяло. У самой наворачивались слезы. Сколько энергии в ней было, когда еще месяц назад она приехала спасать Сашу после очередного фиаско на личном фронте. Какие глупости в сравнении с бабушкиным здоровьем! Сашка готова была отдать свое, лишь бы снова увидеть огонь в глазах Ба!

– Сперва Лору, а потом Дору.

– Хорошо, я знаю. Отдыхай.

– Я заварю тебе чай.

– Я все уже сделала. Пожалуйста, не вставай. Иначе мне продеться забаррикадировать спальню. Клянусь, я это сделаю.

– Дафна, Жозефина, Душечка и Осгуд…

– Я выпущу твоих кур и петуха из курятника. Ей богу, Ба, смех сейчас неуместен, но твое увлечение старым голливудским кино…

– Иди, Шурочка, коровка ждет. Я буду лежать.

После этих слов бабушка отвернулась и засопела. Саша стало еще более тревожно. По дороге к стайке она попыталась вызвать фельдшера, найдя номер в коробке со всякой всячиной, которая есть на любой кухне. Мед сестра сказала, что он занят, но для Агаты Тихоновны она попробует что-нибудь придумать. Саша сердечно отблагодарила и направилась в стайку.

– Лорелея… кх…, боже, ну и имечко! Так, вы трое, – Саша подошла к калитке с курами. Петух сидел отдельно и Сашка его побаивалась. Однажды он кинулся на нее пока она шла с ведром к поселковой мусорной яме. Шрам на ноге остался до сих пор. Саша взяла в руки лопату.

– Осгуд, дорогой, давай-ка сегодня без рук… бери своих куриц и дуй на улицу. Я тебе пшена насыпала. Шевелись!

Петух встрепенулся и вальяжно проковылял по мостику, идущему через окно в загон для кур, огороженный рубероидом. Все три курицы направились следом, не взглянув на Сашку. Все еще дулись из-за яиц.

– С этими все, – Саша поставила лопату и стряхнула ладоши. – Дороти, ты после подружки, – коза недовольно мекнула и потопталась на месте. – Лорелея, серьезно, так тебя Ба и зовет?

Белая, в рыжих пятнах корова натужно промычала и попятилась назад, когда Саша подняла ведро с пола.

– Да ладно тебе, у меня это вообще впервые!

– Помощь нужна?

Сашка уронила ведро на пол. Обернулась. Перед ней стоял не высокий, но крепкий мужчина. На нем были сильно поношенные голубые джинсы и белая майка, запачканная бог знает чем, но отлично демонстрирующая широкие плечи и крепкие руки.

– Дима?

А еще этот коренастый блондин был ее первым мужчиной и биологическим отцом ее сына.

– Я так изменился?

– Ты что тут делаешь?

– Заметил скорую у дома, решил зайти к Агате Тихоновне, узнать что случилось.

– Вы что общаетесь?

– А она не говорила?

– Ладно, неважно, – Саша попыталась обойти «давнобывшего». – Пойду проведаю бабушку, – ей пришлось поднять его руку, упирающуюся в дверной проем, чтобы пройти. Димка не спускал с нее глаз.

В слове «давнобывший» стоило бы поменять одну букву, но Сашка уже отпустила ту историю и не сложившейся союз. Мать Димки тогда сказала, что сыну семья не к чему. Парень на пороге новой жизни, поступления в институт, ведь он у нее мальчишка перспективный, и впереди должно светить светлое будущее, а не обкаканные пеленки. Ба тогда заявила, что если увидит ее в радиусе ста метров от своего правнука зашибет лопатой. И ведь сработало. Димка в жизни сына стал соучастником лишь спустя тринадцать лет. Когда не надо пеленки менять, не спать ночами, сидеть на больничном, при этом учиться и работать, собирать в школу, сохрани господь бабушку, которая всегда материально поддерживала правнука! Когда руки уже не были нужны, ребенок был во всем самостоятельным. Сам себя оденет, накормит и сводит куда надо. Димка выучился на электрика и работал на местном предприятии главным инженером. Пять лет назад овдовел, у него остался сын на шесть лет младше Женьки. Как похоронил жену, в нем проснулась нужда в родной кровиночке. Наверное, хотел заполнить душевную рану. Сашке было его жаль, и она не смогла возразить. Она была из тех матерей, которые не заставляют ребенка плясать под свою дудку. Она присматривала, наставляла, но не указывала как жить. Но Агата Тихоновна крепко держала поводья. Женька всегда знал, как был зачат и выращен, кто всегда был рядом, а кто намеренно отстранился, когда был действительно необходим. Поэтому все старания отца Женька воспринимал равнодушно, со сводным братом не общался.

Сашка вообще заметила, что матери готовы на все, лишь бы не выпустить своих сыночков из-под юбки. С единственным Сашкиным мужем, хоть он и был таковым от силы сутки, а точнее его матерью, отношения не сложились с той самой секунды, когда Саша рассказала о том, что у нее есть ребенок. И не важно, что сама она из благополучной семьи врачей, что у нее есть образование, чистая совесть и доброе сердце. Она тащила за собой прицеп, выражаясь словами свекровки. Их же бросил в нее бывший муж на разводе, сказав, что не знает, как он вообще решился жениться на ней и каким был дураком, не послушав мать. Он кстати стремительно женился на той, с кем изменял. Состряпал двойню и вновь развелся.

С Вовкиной матерью, последний из своих несостоявшихся тещ, Саша была знакома задолго до их знакомства, ведь она дружила с его сестрой Верой. Ни раз была у них в гостях и даже присутствовала на нескольких семейных праздниках. И вот парадокс, как только она познакомилась с Вовкой, то сразу ощутила холодок от его матери, которого раньше не было. Она была крупной и веселой женщиной, имела двух сестер, которые часто собирались у нее за чашкой чая или бутылкой Бьянки. У них в доме всегда было шумно, весело и душевно. Но как только Саша переступила порог дома в роли женщины сына хозяйки, как почувствовала смену настроения. Она во всем видела оценку своих слов и поведения. Теперь ее не посвящали в семейные секреты, которые раньше с легкостью выдавались на кухне у Леры. Словом, все стало иначе.

– Велико хозяйство для вас. От половины точно нужно избавляться.

– Я лучше от тебя избавлюсь, Татьяна!

– Агата Тихоновна, я же как лучше… Ой, Александра!

– Здравствуйте теть Тань. Ну как она?

– Воюет, как обычно.

– Идите вы в баню обе. У меня корова не доена!

– Я все сделаю, я же сказала.

– Мне уже полегчало!

– Нет, Ба. Ляг!!! Я сказала, ляг!!!

– Вот и правильно, хоть кто-то вас вразумит. Меня не слушает, хоть ты тресни. В вашем возрасте пора начать себя беречь.

– О! За это будьте покойны. Я не уйду на тот свет пока при мне мои ноги и моя косметичка!

– Ха-ха… Мне бы в мои пятьдесят да вашу энергию.

– А надо меньше внимания на дураков всяких обращать и никогда не из-за чего не расстраиваться. Все мимо, не про вас! А ты будто со стороны наблюдаешь. Вот и весь секрет.

Ба посмотрела на Сашку. Та опустила глаза. Врач сложила инструменты в чемоданчик.

– Дуй в стайку, а то я встану и меня уже не уложишь до вечера, у меня потом «Дорога к счастью» начинается…

– Ладно, я пошла. Теть Тань, ты оставь на столе рецепт для нее. Я потом сбегаю в аптеку.

– Да, все уже написано, вот.

Саша убедилась, что бабушка легла в постель, забрала листок и вернулась в стайку. Димка уже насыпал животным корм. Куры вовсю клевали пшеницу с камушками. Как-то Саша видела, как Ба разделывает домашнюю курицу и была шокирована тем, что у кур в желудке настоящие камни! Петух косился на Сашу сквозь сетку. Коза с овальным животом довольно жевала траву. Димка привязал ее к березе за длинную веревку, чтобы та не ушла в загул по огороду. Лора недовольно мычала в коровнике.

– Иду я, иду, – Саша взяла ведро и подошла к корове. – Ну что, начнем малышка. Ты у меня первая, так что на удовольствие не рассчитывай. Но обещаю, я буду нежной.

Саша подставила табурет и придвинулась ближе. Лоралея треснула ее хвостом по щекам и отступила.

– Так ничего не выйдет! Думаешь мне хочется потискать тебя за сиськи? Никакого желания! Сплошная нужда.

Саша болтала без умолку и поглаживала корову по рыжему боку. Та немного расслабилась и не заметила, как Саша снова придвинулась.

– Так… сперва эти две потом эти? Или по очереди каждую?

– Сперва смажь, так они станут более податливыми.

Саша обернулась и застыла. Майка Димы была перекинута через плечо. Растянутые джинсы сидели низко на бедрах. У него был небольшой живот, но не тот живот, появляющийся от пива или переедания, а такой что укрепляет торс к сорока и наоборот делает мужчину более крепким и мужественным. И вот по этому самому животу, который был измазан то ли землей то ли кормом, стекал пот.

– Ты что разделся?

– Жарко. Я натаскал воду и раздал корм. Мешок с пшеном теперь стоит у стены, так тебе будет проще.

– А… спасибо.

– Так помощь нужна или разберешься?

– С коровой я как-нибудь справлюсь сама, – Саша вся напряглась.

– Я не тебе помочь хочу, мне животных жалко.

– Надо же…. Ты что делаешь?

Дима поставил табурет позади Саши и сел. Она почувствовала его грудь за спиной, запах сигарет вперемешку с сеном и потом.

–Если осилишь корову, с козой точно управишься. Смотри.

Он смазал ладони маслом и взял один сосок. Потянул вниз и сжал. Тонкая упругая струя воткнулась в эмалированное ведро.

– Захватила – сжала – потянула, захватила – сжала – потянула…

Повисло молчание. Тишину разбавляли Лоркино жевание и взмахи хвоста, молочная струя, стремящаяся в десятилитровую посудину, дыхание Димки над плечом, жужжание мухи, пытающейся пробить окно.

– Давай теперь сама.

Саша смазала ладони и взяла другой сосок.

– Сперва они тугие и может потребоваться усилие.

Саша выдохнула. Ее окутало легкое чувство дежавю. Когда Дима соблазнил ее без особых усилий. Он был невозможно хорош восемнадцать лет назад. С тех пор стал только лучше. Она взяла сосок и потянула. Вышло неловко и брызги парного молока попали ей прямо на лицо.

– Кх… Ничего, – Дима взял сложенную в несколько раз белоснежную марлю и вытер с лица Саши молоко.

– Это… это молоко процеживать. Так, ладно, – Саша растерялась лишь на секунду, но быстро взяла себя в руки.

Когда у них все только начиналось, деревенские девчонки сговаривались проучить Сашку! Подумать только, явилась городская и сходу захомутала первого местного красавца. Но их зависть быстро сменилась злорадством, когда стала известно о том, что у Саши будет маленький, а Димки в ее жизни больше не будет.

– Принцип мне ясен, можешь идти! – она забрала марлю и взглядом потребовала, чтобы он убирался.

Димка встал на ноги. Отодвинул свой табурет.

– Я зайду вечером проведать Агату Тихоновну.

– Так, стоп! Лора, две минуты!

Лоралея недовольно замычала. Сашка подскочила на ноги.

– Тебе мама то разрешает со мной общаться?

– Саш, мне тридцать пять.

– То есть можно? Я о твоем благополучии переживаю и только.

– Мама не против, не волнуйся.

– Ну слава богу, сегодня буду спать крепко. Спасибо за помощь, тебе пора.

– До вечера.

– Никакого вечера…

Саша поставила руки в бока, показывая, что она не шутит. Дима не ответил. Он молча шел… к лошади?! Гнедая упитанная кобыла стояла на привези у штакетника, сразу за стайкой. Легким прыжком Димка запрыгнул ей на спину.

Твою мать, он что издевается? Люди верхом на коне всегда выглядят лучше! Это визуальный обман!

Саша гневно захлопнула дверь, опустила крючок.

– Муууу!

– Заткнись! Если ты поднимешь бабушку, клянусь богом, я перекручу тебя на котлеты!

Лора уставилась в пол, хвост безжизненно повис. Саша протерла руки, смазала вымя и стала доить. Все ясно, это гораздо легче, когда ты зол! Главное сжать посильнее!

Весь день Саша провела с животными и в огороде. На кой черт бабушке такое хозяйство в ее возрасте! Корова, коза, куры. Конечно вся эта домашняя еда жутко вкусная. Холодильник Ба был набит трехлитровыми банками молока, творогом, сливками и яйцами. Все это она продавала и получала отличную надбавку к пенсии. Городские присылали ей заказы по Ватсап на две недели вперед. Ба хранила свои деньги в жестяной банке, где хранились мечты Сашки об Италии.

Саша полила огурцы на навозной грядке, прополола клубнику, морковь и свеклу, проверила помидоры в теплице. Если бабушка появлялась на улице, Сашка сразу загоняла ее домой. В восемь она упала без сил. Конечно бабушка не смогла остаться без дела и нажарила пирожков с картошкой и беляшей. Заварила чай из листьев малины, смородины и мяты.

– Увольняйся и перебирайся ко мне.

– Ну и фантазии у тебя бабуль. И вообще…почему он сюда таскается?

– Мужская рука нужна, я баба сильная, а не все сама могу. Я когда в город к тебе приезжала, кто думаешь за животиной ходил? Он и ходил.

– То есть ты сразу сообразила о ком я?

– Естественно. Что смотришь? Виноват, понял, хоть и поздно. Мать его все про Женьку болтает. Как узнала, что мальчишка сам в Питерский институт поступил, да еще и на бюджет, все успокоится не может. Хочет повидать перед смертью.

– Так молодая еще, помирать.

– Жизнь она знаешь какая внезапная. Сегодня ты есть, завтра нет. Димка вон локти кусает. Как Людки не стало шесть лет назад, все про тебя спрашивает.

– Есть такое распространенное убеждение бабуль, что какому-либо делу можно помочь если постоянно о нем говорить.

– Верно Шурка.

– Одни мужчины трогают сердце другие застревают в печенках. Вот он сперва был в первой группе, а теперь резко перешел во вторую. Для этого хватило одной встречи, сегодня.

– Ха-ха. Пирожки плохи?

– Нет, как всегда на высоте. Тесто нежноеее, – протянула Саша и положила голову на плечо бабушки.

– А что кислая такая?

Саша пожала плечами.

– Ты сама говорила, любовь к жизни первый симптом старости, так вот я, просто пытаюсь оставаться молодой. Этот еще притащился сюда. Не хочу его видеть.

– Не хочешь и ладно. Что сделано то сделано, лет не воротишь. Девять! Сериал у меня.

– Ложись, я приберу. Завтра корову беру на себя, отсыпайся и не о чем не переживай. До конца недели у тебя отпуск.

Саша накрыла тазик с пирожками полотенцем. Налила кружку смородинового чая и вышла на крыльцо. Оттуда открывался превосходный закат. Воздух стал прохладным. Надоедливые мошки кружили поблизости. Долетал визг с речки. Сашке вдруг дико захотелось искупаться! Она обязательно сходит на речку, но не сегодня. Нужно добраться до койки.

Следующие два дня Саша работала по хозяйству как каторжная. Димка так и не появился. Мысли Сашки периодически крутились вокруг него, но уже через секунду она переключалась то на грядки, то на сбежавшую козу, то удирала от петуха, прикрываясь чем придется. Жизнь в деревне была не скучная и тяжелая. Зато Сашке некогда было грустить и вспоминать Питер…

Между ног Сашки скользнул кот Чебурек. Аринка переселила его к бабушке на время отпуска. Саша должна была вернуться в город вместе с ним.

– Ну и как тебя увезти от Доркиной титьки? – Чебурек без памяти влюбился в козу и всюду таскался за ней. – Ну и отъел же ты себе бока! – Саша погладила мурлыкающего кота, – да и я тоже.

– Саня!

Саша оглянулась. Димка спрыгнул с коня и накинул узду на штакетник. Слава богу сейчас он был одет.

– Привет, – Саша приложила ладонь ко лбу, чтобы рассмотреть идущего к ней мужчину в лучах слепящего солнца.

– Прости, не смог тогда вырваться, на работе была авария. А твоего телефона у меня нет…скажи, я запишу на будущее.

– У нас нет никакого будущего, Дим…

– Это мы еще поглядим.

– Дима…

– Какие планы на вечер?

– Ам… – Сашка осмотрела фронт, все было идеально. За эти несколько дней она преобразила бабулин участок до уровня журнала «Сад и огород». Лора и Дора привыкли к ее рукам. Первая не хлестала Сашку хвостом, вторая больше не пыталась насадить на рога.

– Раз ты свободна, приглашаю тебя на прогулку.

– Я не свободна.

– Или ты просто не хочешь идти со мной?

– В точку!

– Давай я хотя бы тебя познакомлю.

Дима показал на лошадь. Это было еще одной несбывшейся мечтой. Освоить верховую езду Сашка мечтала с детства, но мать невзначай ляпнула, что Саша крупновата для подобного спорта. С тех пор она даже не пыталась попробовать.

– Поехали на речку.

– Что я там не видела.

Саша нагнулась к грядке. Дима подошел ближе.

– Давай, что ты теряешь. Прокачу верхом. Правда она у меня своенравная кобыла, к ней подход нужен.

– В другой раз обязательно, Дим, – не поднимая головы ответила Сашка.

Она хотела и лошадь, и речку, и ледяного пива. Но не мужчин, только не это!

– Сань?

– Катись к черту!

– Кажется в каких-то древних культурах это означало приглашение на свидание?

Сашка не выдержала и улыбнулась. А он настойчив, почти как бабулина газонокосилка. Саша подошла к ней и завела с полпинка.

– Мне еще траву на подъездной дорожке поправить нужно.

– Эй-эй!

Димка отскочил, когда Сашка всей мощью направилась в его сторону. Лезвия кромсали сочную траву, воздух наполнился ароматом зелени.

– Не путайся у меня под ногами!

Глава 3. Большой ствол

Саша вышла опустошенной. Так было после каждой встречи с психотерапевтом. Облегчение наступало позже, но оно было временным. Саша честно выполняла все, что та ей говорила. После недели каторжного труда в деревне, по приезду в город она все-таки записалась на ипподром и в тир. Саша сразу попросила самую спокойную и медленную лошадь, но в назначенный день та приболела. Поэтому сегодня ей предстояло пустить пулю во все, что ее мучало. И к Сашкиному удивлению, ей не хотелось наклеить на головы манекенов Вовкино фото. После того как по совету психолога она избила и покромсала три подушки, на душе действительно стало легче.

– Ноги на ширине плеч.

Мужчина своими ногами развел Сашкины стопы.

Он стоял сзади. Зрелый, лет пятидесяти. Крепкого телосложения с проступившей проседью на висках и бороде, стриженой на модный манер. Одет в камуфляжные брюки и жилетку поверх черной футболки.

– Вы могли бы так ко мне не прижиматься.

Бог мой, еще месяц назад Саша не за что бы не сказала подобного другому человеку. А теперь заявляла всем о том, что ее не устраивало.

– Стреляли раньше?

– Нет.

– Тогда поверьте, вам же лучше, если я останусь на своем месте.

Он вытянул руки Саши вперед и держа пистолет вместе с ней, подсказал как прицелиться.

– Готовы?

– Вроде да.

Не дожидаясь разрешения Сашка стрельнула и ее отшатнуло назад.

– Шшш, не спешим! Еще раз, по моему сигналу.

Предыдущая пуля попала в стену. Бумажный человек остался невредим.

– Давай!

Снова выстрел, следом Саша выпустила еще две пули, но только первая попала в плечо.

– Так, стоп, – серьезно произнес инструктор. – Это тебе не игрушка. Если я говорю не спешить, значит не спешить!

– Знаете, что, я, пожалуй, пойду!

Он почему-то страшно разозлил Александру. Да кто он такой чтобы указывать ей!

– У тебя еще целая обойма! Вернись и закончи начатое!

Саша резко обернулась и сразу отметила, что с таким мужчиной спорить будет сложно. Он нахмурил брови, бицепсы угрожали порвать рукава футболки. Широко расставив ноги, он взирал на нее с высоты своего роста. И даже гладкая лысина, разделившая его темно-русые волосы на два берега, никак не портила внешность. У Сашки мелькнула мысль, что у него наверняка огромный ствол…

– Вернулась на место. И теперь без шуток, – он указал пальцем туда где Сашка стояла еще минуту назад. Но она вросла как дерево.

– Считаете, если хамить, то женщина с большей долей вероятности будет вас слушаться?

– Почему ты пришла?! Ради развлечения?

– Я пришла только потому, что меня направила к вам мой психотерапевт. От услуг которой я теперь, пожалуй, откажусь, как и от ваших! До свидания!

Сашка развернулась на каблуках и дернула стальную дверь, та была заперта.

– Техника безопасности! Деньги я тебе не верну, а за так брать не стану. Вести себя нужно как взрослый человек, – он стоял не шевелясь, держа пистолет обеими руками, которые были опущены вниз, как раз в районе его паха.

Сашке точно не выиграть эту борьбу в гляделки.

– Я с вами на «ТЫ» не переходила.

Инструктор хмыкнул.

– Вста-ла сю-да, – отчеканил он и указал на место между своих ног.

– Мне не комфортно с вами, я не хочу! – голос Саши дрогнул.

– Ц… Как зовут помнишь?

– …

– Николай.

Николай взял Сашу за предплечье и медленно вернул на место. Напротив Сашки болтались бумажные мужчины. Саше вдруг захотелось поджечь, спалить каждого из них! Чтобы одна зала! Просто дыры в голове недостаточно!

– Замужем?

– Это не имеет значения.

– Тогда представь, что это твой бывший, или бывшие…

– Или вы, кхы, – Саша не удержалась и хмыкнула. Сразу ощутила, как человек позади нее напрягся. Она робко оглянулась. Николай был хмур.

– Сосредоточься.

Он взял руки Саши и положил на ствол…

На пистолет!

– Правая на рукоятку, левая накрывает.

Сверху положил свои и поднял ствол…

Пистолет!

– Не спеши. Это стрельба двойным хватом, так руки будут меньше дрожать. Самое важное – это правильно прицелиться. Правильное расположение мушки по центру целика. Помнишь я объяснял, что такое мушка?

– Да, вроде.

– Не двигайся и дыши ровно. И так… по центру целика и на одной линии с ним. Так… все верно, не спеши.

Саша прицелилась в сердце.

– Так будет вернее, – Николай поднял дуло на уровень головы.

ТЫЩ!!!

– Саша!

– Вы правы, между глаз будет вернее.

Николай всмотрелся в кусок бумаги, болтающийся на прищепке.

Саша прикончила всю обойму, где-то в цель где-то мимо, но она была довольна!

– Умница. Но тебе нужно поработать над выдержкой!

– Выпустила пар… Спасибо за занятие.

Саша сняла очки, поправила волосы и взяла сумку с крючка.

– Хочешь выпустить пар по-настоящему?

Звучит двусмысленно, не так ли?

– Тогда приходи завтра по этому адресу.

– Школа бокса? Нееет, – Саша вернула ему визитку.

– Приходи, не пожалеешь.

– Завтра я не могу, я работаю.

– Есть воскресные занятия, для девушек-новичков. Если хочешь конечно. Вот где действительно можно выпустить пар.

Глава 4. Дилетантка

Половина лета осталась позади. Жизнь Саши летела как московский сапсан. По сторонам мелькали картинки из лиц и улиц. Работа высасывала все соки, подруги-коллеги истории из отпуска.

Прошел месяц после ее возврата.

Ей никто не звонил, никто не писал.

Арина вернулась к работе. Которой было море! Прилетевшие с заграницы женские промежности требовали осмотра, так как некоторые из них вернулись не одни, а с багажом. Саша привезла из деревни и временно приютила Аринкиного кота. У сестры не было времени забрать Чебурека домой. Да и Сашке так было веселее. Теперь личная жизнь кипела у Арины, и та винила в этом кота, утверждая, что как только она подобрала его, у нее появились сразу три ухажера! Анестезиолога она отбросила еще во время отпуска, переключив внимание на бизнесмена-сантехника. К тому же она умудрялась поддерживать связь с тем питерским мальчишкой. Сашка любила поддразнивать ее песней Тани Овсиенко, Арина в ответ хихикала, и конечно не строила на него серьезных планов.

Саша провела день в магазине обоев. Бюджет на ремонт был очень скромный, а проценты по новой ипотеке заоблачные! Поэтому сейчас о дизайнерах не могло быть речи, да и от одной мысли о них ее начинало тошнить.

Сейчас все было скромно. В коридор три рулона светло-серых. В единственную комнату жемчужные, на кухню бледный лимон. Правда ей все же придется нанять рабочих положить ламинат, к счастью стяжка была ровной. Обои она специально выбирала без рисунка, чтобы не заморачиваться еще и с ним. На этих выходных она планировала сделать спальню и выбрать кровать. На этих выходных?

Саша полезла в сумочку за визиткой.

«Женский бокс – поможет там, где не помогают слова!».

А, по-моему, пуля меж глаз куда действенней!

Саша набрала номер, но ей не ответили.

Она вернулась домой и легла спать, когда на улице было еще светло. Дети за окном визжали. Пришлось терпеть шум, кондиционера в новой квартире не было. Саша залезла в телефон, вошла в соцсеть. Страница Лии была закрыта, Саша иногда подглядывала за ней. Наверное, это один из видов мазохизма – трепать свое сердце, глядя на любовницу желанного мужчины, который никогда не станет твоим. Но сегодня профиль оказался открыт! Сашка нетерпеливо перешла на страницу и села. Сон напрочь улетучился. Ее страничка была красивой, яркой и гармоничной. Европа, стильный интерьер, мерседес, он… Вот они стоят спиной держась за руки, здесь его рука на ее тощей коленке, они едут куда-то на машине. Открытие ресторана… черт.

Саша отвела глаза и уставилась в окно. Осмотрела белую штукатурку на стенах. Погладила кота. Она пыталась находиться в моменте, как учила психолог. По ее словам, это должно было помочь избежать дурных мыслей. Мысли на мгновение исчезли, склонность к мазохизму нет. Саша вновь перевела взгляд на экран. Шикарное платье Лии, декольте, в котором можно разглядеть пресс без грамма жира, сплошной белок. Манур… Саша ощутила, как всколыхнулось сердце, задрожали пальцы. Давление подкатило к глазам, закололо. Саша все листала и листала кадры, на всех он был хорош как бог. А вот и Тайланд. Белый песок и они под пальмами. Саша осмотрела тело Манура, вспомнила запах кожи и то, как он прижимал ее к себе.

Ей стало интересно, о чем они говорят, ложась в постель? Интересно какое у нее лицо, когда она стоит перед ним на коленях. Лия наверняка горячая в постели, и минеты делает отменные с таким-то количеством гиалуронки в губах.

В целом не так больно. И слез уже нет. Держишь обещание, молодец.

Так… стоп! Саша открыла сохраненные истории…

«Разоблачение таролога»! Всплыла надпись жирным по центру. Фото Сашиной страницы, расклад Лии – когда она смогла его снять? Комментарии других тарологов о том, что почерк дилетанта на лицо. Затем Саша обратила внимание, что ее страница не единожды была отмечена. Ясно, значит это сука уже разнесла по сети свою наглую ложь!

Саша закрыла телефон. Включила на ноутбуке «Bridge tv classic» и отправилась в кухню клеить обои. Она развела клей в новом розовом ведре, купленным специально для новой квартиры, отмерила необходимую длину. С метровыми обоями одной было не просто, но внутри кипела злость и негодование, а все это требовалось экологично выпустить, говоря словами психолога.

С чего бы Лие злиться на Сашу? Если она знает об измене, то вероятно злиться нужно на того, кто изменяет – своего мужчину!!! Но она просто не может знать. Подозревать – да, но на одних подозрениях построить целую цепочку клеветы и пустить ее бродить по интернету?! Это она выследила Сашку, ее счастье что в России подобное остается безнаказанным! Законодательство страны не накажет человека даже если он сутками будет дежурить под дверями вашей квартиры. Если он вас не обокрал и не избил, ему ничего не светит. Саша была честна и предупредила Лию, что исход расклада может ей не понравится! Саша не соврала ни в чем! Как и карты… Неужели та брюнетка, предрекаемая картами, и есть Саша? Нет, не может быть. Все было ошибкой и больше не повториться. Их разделяют не тысячи километров, их разделяет сама жизнь. Почему Саша должна переживать за Лию? Кто она ей? Дерзкая, заносчивая стерва, сделавшая все чтобы испортить отношение к себе. Она не могла знать наверняка об измене Манура с Сашей, в конце концов Саша всего на всего «корова» которую он подвез. Да и отношений между ними не было, они незнакомцы, никто друг другу.

Саша прошлась резиновым валиком по обоям и оценила стену. Выглядело свежо. На лимонный оттенок ее вдохновила мечта, которую она бережно лелеяла в своем сердце уже несколько лет – путешествие по Италии. Амальфи, Сардиния, Портофино, Тоскана, да разве можно здесь выбрать! Саша присела на пол и пролистала доску в Pinterest. Наверное, если душа заслуживает рая, она попадает жить в какое-то подобное место.

Саша размяла затекшие ноги, а затем мысленно поставила себя на место Лии. Она переживала, ревновала, шла к своей цели. И пусть путь, который был избран, Сашка не разделяла, но это был ее путь. Она боялась, подозревала, злилась. И вот ее реакция, от такой как Лия она была вполне логичной. Стоп! Ведь даже Манур говорил об этом!

Что ж, раз так, Саша имеет право на аналогичную реакцию, со своей стороны.

Она нашла фото расклада, который, нутром чуяла, не стоило делать, и взялась за подробный рассказ о том, как Лия ее выследила, каков был запрос и что Саша предупреждала о последствиях, поэтапно, буквально по косточкам разобрала все карты! Объяснила цель поста и пристыдила «коллег» за профанство. Мягко намекнула о том, что некоторые люди не принимают ничьей правды кроме своей. Добавила пару строк что на этом тема закрыта, сделала ссылку на множество хороших отзывов и отсутствие хотя бы одного отрицательного.

«ОПУБЛИКОВАТЬ», а следом в вечные сторис! Страницу Саша оставила открытой, ей скрывать нечего! А если этой мокрощелке вздумается выложить пост об измене, что ж, Саша и на это ответит.

Глава 5. Голубцам здесь не место

Саша проснулась от телефонного звонка. «Николай – большой ствол».

– Алло, – сонно пробубнила Саша.

– Доброе утро. Вчера вы мне звонили.

– Ах, да. Это Саша, Александра… я была в тире, на стрельбе…

– Александра? Утро доброе. Надумали прийти на занятие?

– Доброе утро, – Саша как-то сразу привстала. – Знаете, скорее наоборот. Я не смогу.

– А в чем причина?

– Вообще-то она и правда есть, – Саша услышала нотку сомнения в его голосе.

– Какая?

– А я разве должна оправдываться?

– … я думал, что смогу помочь.

Ой, а такого поворота Саша никак не ожидала.

– Мне нужно поклеить обои в квартире, – сам же спросил.

– И большая квартира?

– Тридцать восемь квадратов. Кухня, спальня коридор.

– Почти напугала.

– У меня еще кладовка есть!

– Все ясно. Значит все-таки не замужем?

– А вы догадливы.

– Тебе повезло, у меня большой опыт по части ремонта.

– Я за вас рада, но у меня большая дыра в бюджете, так что…

–Давай так, я помогаю с обоями, а ты приходишь на занятие по боксу.

– Моя выгода очевидна, но в чем ваш резон?

– Недельный гороскоп советовал оказывать помощь нуждающимся…

– Ух, Николай, вы меня удивили. Никогда бы не подумала, что такой суровый мужчина слушает звезды.

– Не я, дочка увлечена астрологией.

– Сколько ей?

– Семнадцать.

Саша не заметила, как зашла в кухню, включила кофеварку, стоящую на полу. Уже потом обрадовалась, что поклеила половину комнаты и ни одна из полос не отпала! Она распахнула окно, чтобы выветрить запах мокрой бумаги.

– Саша, я освобожусь после одиннадцати. Говори адрес.

Переход был резким, и Саша не сразу поняла, о чем речь.

– У меня двенадцать рулонов…

– А у меня свободный день. Адрес.

Саша глотнула кофе. Почему собственно не воспользоваться помощью?

– Набережная, дом два. Я встречу у консьержа, – пока она не готова назвать квартиру.

– Это в Выставочном?

– Да.

– Буду в двенадцать.

Он положил трубку. Саша посмотрела на часы, без четверти одиннадцать. Она умылась, сделала хвост. Обновила горшок коту. Сложила постель, облокотила матрас о стену и сделала бутерброд со сливочным маслом. В конце концов этой ночью она сожгла куда больше калорий! Кстати о ночи. Саша зашла в соцсеть. В сообщениях горел красный значок. Конечно там масса негатива в защиту этой суки. «Открыть». К ее удивлению там было много слов поддержки. Несколько гневных, и судя по адресатам, близких друзей Лии. Саша определила это по внешности авторов писем, содержание которых едва ли можно публиковать без риска быть заблокированным. А Саше это было ни к чему, страница давала ей клиентов и путь развития. На всякий случай Саша заскринила несколько плохих сообщений, еще раз перечитала хорошие и поблагодарила людей.

Она заглянула в холодильник. Если ей и вправду будут помогать клеить обои, было бы неплохо отблагодарить человека хотя бы ужином. Посещение секции по боксу все еще было для Сашки под вопросом. Она, кулаки, груша… сомнительное предприятие.

Саша натянула шорты, сменила майку и спустилась в магазин. Теперь ей приходилось шуровать через три дома, что она и сделала. Саша купила сыр, пастрому, черный хлеб и помидоры, еще эклеры с вареной сгущенкой, зеленый чай и лимонад. Идя с пакетами домой, Саша представляла, с чего им начать. Стоило закончить с кухней, так как установка гарнитура была запланирована на конец июля. Никакого белого и мрамора! Оливковый фасад и столешница из искусственного коричневого камня. Стол Саша забрала из прежней квартиры, он был целиком ее выбором! Саше предстояло успеть положить плитку. С рабочими беда, одни задирали цену, со вторыми не сходились сроки. Вся эта кутерьма с переездом была крайне энергозатратной, а ремонт и того хуже. Но Саша чувствовала, что действительно начала жить. Физически и эмоционально, с чистого листа. Проходя мимо прежнего дома Саша замедлила шаг. Воспоминания были тут не причем. Она увидела…

Его… боль знакомой волной пронзила все тело и застыла в сердце. Саша сжала пакеты, остановилась. И дело было вовсе не в том, что она встретила бывшего в не самом лучшем виде, это уже была закономерность. Дело было в самом человеке! Какого черта он здесь делает? И упаси бог если он с ней!

Саша стояла за колонной, ряд которых украшал фасад первого этажа, где располагалась кофейня «Сливочный человек». Она робко выглянула, он смотрел в телефон, оглядывался. Он совсем не изменился за эти недели. Прежние темные волосы и большие глаза. Слегка одутловатое лицо, плотный живот. Бейсболка, да, он их любил. Сейчас на нем была красная. Он поднял лицо, Саша быстро отвернулась, он шел в ее сторону. Она забежала в кафе. Как назло, сегодня работали новенькие!

– Желаете кофе?

– Здрасьте… можно я… черт!

Саша рванула в туалет, когда заметила его в дверях.

– Саша! Саш!!!!

Она прекрасно слышала свое имя, но успела забежать в туалет. Она не могла сидеть в нем вечно, поэтому, когда часы показали без пяти минут двенадцать, ей пришлось выйти.

– Это было очень по-взрослому.

– Нет, это было ребячество. По-взрослому это вылизать промежность другой бабы в квартире своей девушки. Ну ты понимаешь, о чем я!

Люди обернулись. Саша подхватила пакеты и вылетела на улицу. С ума сойти, она смогла напрямую, вот так, без прикрас, плеснуть ему в лицо его же дерьмом! Сашка почувствовала, что стала взрослее, ведь раньше она бы устыдилась своего побега, а после долго ругала за глупые слова и поступки.

Но не сейчас, уже нет. Черт возьми, как приятно, и совсем не страшно!

– Я ошибся, я понял это когда потерял тебя!

– Вова, уйди! Видеть тебя не могу!

– Ты подстриглась? И сменила цвет волос? И похудела?

– И еще много чего! Так что спасибо, сейчас я выгляжу гораздо лучше чем до того, как ты изменил мне!

– Я не знаю, как это вышло, между нами давно ничего нет!

– Считаешь, это что-то меняет?!

– Да остановись ты!

Вовка схватил Сашу за руку. Саша увидела его глаза, близко, как прежде. Как сильно она любила… два месяца назад! Как жалок был он теперь, ища оправдание своей паршивой натуре!

– Я ошибся, Санька, любимая… я идиот… не знаю, что на меня нашло! Где ты теперь? Ты переехала? Ты одна? Если ты не одна, я убью его, я не могу без тебя!

– О боже… я не могу… я не хочу и не могу тебя видеть!

– Я буду ждать! Я не уйду!

– Отпусти меня! Ты спятил!!!

Он схватил Сашу за руки и притянул к себе. Прижал крепко, что сперло дыхание, пакеты свалились на землю.

– Я не отпущу тебя, я выслежу… я не верю, что ты нашла кого-то, ты не могла!

– Пусти, пусти! Вова, я сказала отпусти!

Прохожие оборачивались, Сашке было плевать. Она чувствовала, что закипает. Все слова мира с губ этого мужчины не могла повлиять на ее помять, на те чувства что осели в душе горьким пеплом. Чем сильнее он сдавливал ее тело, тем сильнее она злилась, его прикосновения отвращали, как насильственная близость незнакомца.

– Отвали, идиот!!!

– Ты переехала?! – Вовка оглянулся. Они стояли посреди новых, едва сдавшихся домов. – У тебя кто-то появился?

Саша подняла пакеты.

– Да, мозг, – она безразлично пошла прочь.

– Стой!

– Пошел ты!

– Так это правда?

– Какое это имеет значение, это ты мне изменил!

– Просто интересно сколько времени нужно женщине, которая любит «больше жизни» – процитировал он Сашкино признание, – чтобы забыть?

– Только не надо делать меня виноватой.

– Я и не делаю. Но разве, когда любишь не даешь шанса тому кто ошибся?

– Ошибся?! То есть ты по ошибке уткнулся головой в промежность нашего дизайнера?!

– Ты должна признать, что и твоя вина в этом есть!

– ЧТО?! – Саша вросла в землю.

Вовка провел рукой по волосам, растерянно обернулся.

– Я намекал тебе, я пытался поговорить деликатно… ты перестала следить за собой!

– Следить?!

– Да! Раньше ты всегда ходила на каблуках, мужчины это любят! Ты делала макияж…

– Это же ты говорил, чтобы я не мучала себя шпильками и перешла на кеды!

Вова закатил глаза.

– Ты был против, чтобы я по два часа просиживала на маникюре!

– Я имел ввиду…

– Ты не разрешал мне надевать обтягивающие платья!

– Ты восприняла мои слова слишком буквально!

– Ты… боже… да я себе не верю что вообще говорю с тобой…

– Я ведь в самом начале отношений предупреждал тебя, я сложный человек!

– Кто сложный, ты? Не льсти себе, Вов, ты обычный лицемер, лжец и нытик. Катись к черту, а еще лучше В ПИЗДУ! Там тебе самое место!

Саша неслась как ошпаренная, моля бога, чтобы Николай подъехал к ее дому на чем-то приличном! Конечно ей хотелось утереть нос бывшему, да так чтобы знал, что она не свалилась в депрессию на недели, а живет вполне себе бодро и даже весело. Ей хотелось причинить ему такую боль, которую испытала она сама, когда увидела измену. Но у дома ее никто не ждал.

– Не ходи за мной!

– Здесь ты теперь живешь?

– Не твое дело, пошел к черту! Или в трусы Иришки! Так ты ее называл? «Наша Иришка снова что-то выдумывает», ха-ха…

– Да, она мне нравилась! Но с ней все кончено! Ты должна меня простить, ты должна понять, я мужчина!

– Ты мудак! А теперь отвали!

– Ну ты и сука!

Саша больше не могла этого выносить, она вошла через холл консьержа, Вовка последовал за ней.

– Я не дам тебе спокойно жить!

– Не пускайте его, он здесь не живет! – попыталась защититься Саша, обращаясь к консьержу.

– Я тебе сказал, я не дам тебе спокойно жить…

Вовка схватил Сашу за плечо, та попыталась вырваться. Консьержка что-то закричала. Пакеты упали на пол, когда Саша начала отбиваться обеими руками.

– Так ты меня любишь? Что через два месяца и думать забыла?

– Ты мерзок! Ты ничтожен! Я была не в себе, когда решила связать свою жизнь с тебе подобным!

С каким удовольствием Саша выкрикивала эти слова, сквозь слезы. Но она наконец-то сказало все что чувствовала, что следовало сказать сразу. Выпустить боль наружу, вместо того чтобы позволить рушить ее мир изнутри долгие-долгие дни и бессонные ночи!

– Гадина, я не дам тебе жить, – прошипел он ей в ухо.

– Ненавижу тебя, ненавижу!

– Помогите, он там! – внезапно закричала консьерж.

Николай залетел в холл и откинул от Сашки бывшего. Тот быстро опомнился и накинулся на мужчину. Он бы не был так смел, зная профессию Сашкиного защитника. Николай быстро, но довольно деликатно скрутил руки несчастного влюбленного и потребовал от консьержа, чтобы она вызвала полицию. Саша пробовала отговаривать, но потом поняла эту необходимость, ведь Вовка грозился испортить ей жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.