Виктор Молотов, Алексей Аржанов
Последний Охотник на Магов. Том 1

Глава 1

– И это всё, что ты можешь, крыса? – где-то на краю сознания раздался насмешливый голос.

Сейчас он у меня узнает, как над Главным Карателем ржать! Стоп… А где я вообще оказался?! Где тот костёр, на который наш орден охотников на магов сгоняли целой армией?

Неужели я выжил? Всё тело ныло от боли, но крови не было… Видимо, с момента казни прошло много времени. Месяц, может, два.

Меня ударили по рёбрам. Суки! С каких пор имперские собаки действуют так низко? Очнуться не успел, а уже заново казнить хотят! Мало им одного предательства!

В глазах был сплошной туман. Я постепенно начинал ощущать руки, ноги. Приподнял голову.

Понял, что лежу на земле. Хотел подняться, но тело не слушалось. Как ватное, словно я зомби, а не живой человек. Не ноги, а деревяшки! Последний раз я такое испытывал в битве с магом льда. Правда, в итоге благодаря моему дару отражения ноги себе отморозил этот психопат, а не я. А весёлые были времена! Тьфу, не время отдаваться воспоминаниям.

Нужно взять себя в руки, ноги и разобраться, что здесь вообще происходит.

Я проморгался, заставляя зрение слегка проясниться. Мне стоило больших усилий, чтобы подняться.

– Чё пялишься на меня, Белов? – рявкнул светловолосый парень в спортивном костюме. – У нас дуэль или избиение? Какое же ты ничтожество! А как себя расхваливал-то! Выходит, просто перед девками выделывался?

Да какого ж лешего творится? Минуту назад меня, как нового врага империи сожгли на костре, а теперь какой-то юнец пытается меня унизить. Как же смешно его попытки смотрятся со стороны. Вот сейчас оклемаюсь и получит он у меня ремнём по заднице!

Голову пронзили болезненные воспоминания. Чёрт, а да что ж такое!

В одно мгновение я осознал, что со мной произошло на самом деле… Выжег всю свою силу, но выдал самое мощное отражение за свою жизнь. Отразил смерть! Вау! Сам от себя не ожидал такой мощи!

Ай, так я ещё и предателей имперских убил вместо себя. Ведь смерть – тоже в каком-то роде магия, которую я смог направить на палачей. Выкосил всех! Это и стало моим последним воспоминанием: смертельный холод, что окутал каждого из них.

Так им и надо, будут знать, как уничтожать мою семью, который был наш орден! Сейчас с эти гавнюком разберусь и пойду искать императора, который отдал приказ о моей казни! Видите ли, у его наследника открылся магический дар, и теперь законы перепишут, а орден не нужен! Хрен вам!

А потом была пустота… Забвение, что длилось то ли вечность, то ли всего час. Но… это была не смерть. Уму непостижимо! Это же вершина мастерства. Отразить смерть и вернуться!

Только это всё никак не объясняет, откуда взялся этот дерзкий парень со шпагой в руке. И где моё оружие? Надо найти хотя бы револьвер.

– Белов, мне должно тебя ждать? Я ещё на ужин успеть хочу. Ты или падай и признавай поражение, или дерись!

Доля чести у него была, раз не стал атаковать меня в таком состоянии. Нужно быстро собраться! А это не так легко после воскрешения!

Опустил взгляд к земле, но ничего не увидел. Значит, оружия у меня при себе и правда не было. Эх!

Придётся по ходу разбираться! Жить я хочу, а второй раз отразить смерть точно не получится… пока что. Нет у меня столько жизненных сил.

– Чего молчишь? Я с тобой разговариваю, Белов! – продолжил напирать мой оппонент.

– Дуэль, говоришь? – потирая кружащуюся голову, спросил я. – А чего ты в меня этой железкой тычешь? Раз мы на дуэли – где огнестрел? Помнится мне, на клинках уже давным-давно дуэли не проводятся. Брови блондина от удивления поползли на лоб. Так, походу я чего-то не понимаю.

– М-да… Видать, сильно я тебя головой приложил, – протянул он. – Ты историю что ли прогуливал? Какой к чёртовой матери огнестрел? Он запрещён конвенцией об огнестрельном оружии!

Во дела! Так, а я вообще в Российской империи? Нет, неправильный вопрос. Я вообще в своём мире?

Решил воспользоваться замешательством оппонента и беглым взглядом осмотрел окрестности. Зрение уже достаточно прояснилось.

Безлюдный пустырь. Зелёная трава под ногами.

На горизонте виднелись огромные здания из стекла. Я стоял в парке посреди большого города. Москва? Санкт-Петербург? На последний похоже, но узнавался он с большим трудом.

Вечерело. Закатное солнце окрасило небосвод своими тёплыми красками. Давно я не обращал внимания на такие мелочи…

Так, нужно отделаться от этого сморчка и поскорее понять, где я. Потом можно будет вдоволь насладиться закатом.

Однако скорого завершения нашего поединка жаждал и мой противник. В сантиметре от меня свистнула шпага. Если бы не рефлексы, он бы уже продырявил мне голову.

Да этот парень всерьёз намеревался прикончить меня! Ну уж нет, на свой шампур он меня не насадит. Не для того я всю жизнь тренировался в сражениях!

– Хватит вертеться! Дерись со мной! – размахивая шпагой, прокричал он. – В чём дело? Нет оружия – дерись магией! Слабак никчёмный!

Магией? Какой к чёрту магией? Орден только вчера упразднили!

Я несколько раз уклонился от выпадов оппонента. Тело начало уставать. Словно я никогда не тренировался. Пора это дело заканчивать!

Я бросился под шпагу и точно выверенным ударом подбил ногу противника. От моей подсечки юнец упал на задницу и уронил свой клинок. Судя по выражению лица парня, такого трюка он от меня никак не ожидал.

Я отбросил шпагу в сторону и прижал противника к земле. Надавил ногой на грудь.

– Всё? Порезвился и хватит? – холодно спросил я. – Будешь в следующий раз знать, как на взрослых дядек нападать!

– Т-ты чего несёшь, Белов? – глядя на меня, как на безумца, спросил блондин. – Мы же одногодки!

Одногодки? Да ему не больше восемнадцати! Так-с, минуточку…

Мой взгляд остановился на руках. Тонкие пальцы, гладкая кожа, на ладонях нет ни единого шрама.

Это точно не руки главного охотника на магов…

– Всё, достал! – буркнул парень. – Хотел тебя отделать без магии, но ты сам напросился!

Я почувствовал лёгкое покалывание в затылке. Магическое чутьё. Но очень слабое, неразвитое. Сейчас оно находилось на грани с интуицией. Словно я только вчера открыл в себе талант отражателя.

Но ясно одно, этот засранец – маг! Он не смог вырваться из моего захвата, отчаялся и решил колдовать!

– Магия Грёз: амнезия! – заорал он.

Из ладони моего противника вырвался плотный поток серебристого пара. Магическое облако окружило моё тело и…Пар сменил свою траекторию и устремился в ноздри своего же создателя.

– Нет! – бессвязно завопил блондин. – Куда?! Тьфу! Нет! Не надо!

Я отпустил звучно чихающего паренька. Он перевернулся на живот и принялся громко выдыхать из себя серебристый пар. Но тщетно. Магия уже начала действовать.

Хах! Будешь знать, как на Отражателя нападать! Вновь посмотрел на свои руки, ощутил в них до боли знакомое жжение. Я погиб, но моя сила – отражать магию – всё ещё со мной.

Но что это за жалкие крупицы? Раньше я мог отбивать горящие метеориты, отражать смертельные заклятья! Только что моё тело еле-еле перенаправило дурацкую магию грёз. А ведь раньше у меня к ней был стопроцентный иммунитет. Ради такого трюка даже напрягаться не приходилось.

А впрочем, всё не так уж и плохо! Я погиб, но душа осталась. А вместе с ней и моё драгоценное отражение. Ну что, жалкие маги? Засуньте своё колдовство куда подальше. Отражатель вновь явит себя миру!

– Сударь, могу я задать вам один вопрос? – позвал меня пришедший в себя блондин.

– Чего тебе? – отмахнулся я. – Я занят, не видишь?

– Я покорнейше прошу прощения, но тут такое дело… Я забыл, кто я и как здесь оказался, – испуганно произнёс он. – Должно быть, на меня было совершено нападение.

Доигрался он со своей магией. Скольких же я таких повидал… Ладно, ничего страшного с ним не случится. Слишком слабый из него маг, чтобы вызвать абсолютную амнезию. Через часок-другой оклемается.

– Карманы проверь, может, документы какие найдутся, – предложил я.– Ох, ну разумеется! – радостно воскликнул мой бывший противник и принялся шарить по карманам.

Через минуту он извлёк из внутреннего кармана пиджака паспорт и торжественно поднял его над головой, словно трофей.

– Нашёл! – улыбаясь, сообщил он мне и начал зачитывать вслух. – Антон Сергеевич Погребицкий. Две тысячи шестого года рождения…

– Чего-чего? – меня аж передёрнуло. – Ну-ка дай сюда!

Я выдернул паспорт из рук Погребицкого и пробежался глазами по содержанию документа.

Две тысячи шестой год. Если предположить, что парню лет восемнадцать… Погодите-ка… Это что же получается?

Я не в другом государстве, и не в другом мире. А в другом времени!

Вот тебе и отражение смерти. Доотражался…

Я вернул паспорт Погребицкому и, махнув рукой на прощанье, удалился в неизвестном мне самому направлении.

– Бывай, парень! В паспорте глянь адрес – и шуруй домой, – посоветовал ему напоследок.

Не знаю, что предыдущий хозяин этого тела не поделил с этим блондином, но я за своё избиение отплатил сполна. Пусть уходит. Надеюсь, ему хватит мозгов, в следующий раз не попадаться мне на глаза.

Кстати, про мозги – что ж я сам-то свой паспорт не проверил до сих пор? Пора уже начинать ясно мыслить, если я не хочу еще раз умереть. Уж очень мне не понравилось находиться веками в забвении. А смерть… она будет ещё хуже. Ведь насколько мне известно, это не перерождение, а полноценный конец. От меня разве что капля это эктоплазмы останется. Такая себе перспектива.

На ходу достал из кармана документы и принялся их изучать.

Так-с, что тут у нас: «Владимир Алексеевич Белов. 20.05.2006 года рождения. Место рождения: Российская Империя, г. Санкт-Петербург».

На цветной фотографии красовалась физиономия парня, то есть – нынешнего меня. М-да, совсем не похож… А нет, глаза голубые!

Парню на фото лет шестнадцать. Сейчас я должен выглядеть более мужественно. Но мой предшественник зеркало с собой не носил. Стоп, а он-то сам куда делся? Ай, ладно, потом разберусь.

Но больше всего меня смутило, что я теперь дворянин, как гласила приписка в паспорте. Сын графа и наследник древнего рода. И в подтверждение всему – дуэль. Простолюдины не станут шпагами махаться. У них обычно другие заботы. Денег на жизнь заработать, например.

На выходе из парка меня пронзил приступ острой головной боли. Снова. А вместе с ней разум заполнили воспоминания, которых у меня никогда не было.

Вот и узнал, куда делся предшественник. На свою голову! Лучше бы не узнавал. Этот умник активировал заклинание, призывающее великого воина. И словно других зависших вне времени душ не нашлось… Хм, а может, не по случайности я именно в этом времени оказался? Но тогда надо хорошенько поразмыслить, кто этому поспособствовал.

Только вот головная боль никак не давала сосредоточиться.

Произошло слияние моей памяти и памяти бывшего Белова.

Затылок адски пекло! А я понятия не имел, где здесь взять добротное зелье от головной боли.

Воспоминания восстановились частично, но теперь я по крайней мере знал, чуть больше о семье Беловых. Любопытно… Мать, сестра и младший брат. Ну что ж, родственнички, я уже иду знакомиться.

Что может быть самое ужасное для последнего охотника на магов? Правильно, переродиться в семье магов.

Много я разных передряг пережил, но во времени ещё ни разу не скакал. В такой ситуации главная задача – быстро адаптироваться. В первую очередь нужно найти место для ночлега и разузнать всё о новом мире. А затем уже буду решать, куда двигаться дальше.

Главное, по привычке никакого мага не убить, раз они теперь наравне с дворянами.

Если наш орден действительно закрыли триста лет назад, и маги расплодились, как тараканы… Это что же получается, мне теперь с целым миром воевать? Глупо и опрометчиво. Это слабое тело с минимальными навыками отражение едва ли атаку двух магов сразу переживёт.

Нужно стать сильнее. В первую очередь. А по ходу пойму, стоит ли восстанавливать орден. Ведь наша цель была – не просто уничтожение магов.

Орден умер, но цель его создания осталась в последнем последователе. Во мне.

За чертой парка передо мной предстала картина современного Санкт-Петербурга. Спину покрыла волна мурашек.

Если бы память предыдущего владельца тела не поделилась обрывками знаний о новом мире, я бы точно сейчас сошёл с ума.

Вокруг одна сплошная магия… Металлические повозки без лошадей сновали туда-сюда по ровным серым дорогам и подпитывались от магии. Вся улица была опутана чудными металлическими тросами, по которым неслась магия молний.

Автомобили. Электричество. Мобильная связь. Хоть в словарь записывай! От окружающей меня магии затылок скоро пополам треснет.

Да уж, столько сразу мне никак не отразить. По крайней мере, без других членов ордена. А судя по тому, что я сейчас вижу – я последний из ордена карателей. Охотников на магов больше нет. А появятся ли новые – зависит только от меня.

Ну что ж, кем бы ни был прошлый Владимир Белов, а тело твоё теперь под моим контролем. Нечего было баловаться древними заклинаниями, которых не понимаешь.

Вот так, банальная ошибка поменяла наши души местами. И ещё неизвестно есть ли у настоящего Белова шанс не раствориться в пустоте. Не стану скрывать, что совершенно не жажду его возвращения.

Теперь остатки его интуиции диктуют мне поймать такси, чтобы добраться до дома. Какое слово-то диковинное это «такси».

Я вышел к дороге и выставил руку вперёд. Металлическая карета не заставила себя долго ждать. Жёлтый автомобиль остановился около меня, и из окошка выглянула небритая физиономия современного кучера.

– О, студент академии! – радостно воскликнул он. – Присаживайтесь, уважаемый!

– Премного благодарен! – ответил я и уселся на заднее сиденье.

Благо мышечная память ушедшего Белого работает бок о бок с интуицией и не даёт оплошать с открытием замысловатой дверцы «кареты».

Минуточку. Как он меня назвал? Студент академии? Вопрос в другом – как он это понял? У меня на лбу что ли это написано? Зеркала-то нет, чтобы узнать.

– Куда вас доставить? – учтиво спросил водитель.

Я назвал адрес из своего паспорта, машина тронулась, и я тут же решил уточнить:

– Как вы поняли, что я студент?

– Как же, уважаемый! – улыбнулся он, не скрывая удивления. – Это всем известно. На вас форма студента главной магической академии города. Спортивный вариант для тренировок, но на плече эмблема академии Имени его императорского величества.

Я оттянул рукав и посмотрел на эмблему. Огонь и меч. Магия и оружие.

Вот оно как… Это даже не смешно. Это какое-то издевательство от судьбы! Десятилетиями я истреблял магов по указке императора, а теперь сам учусь в магической академии. Которую, судя по всему, один из императоров же и основал.

Ну дела…

– Уважаемый, а позвольте нескромный вопрос? – спросил водитель.

Обожаю разговорчивых кучеров. Никогда не дадут заскучать в поездке.

А в моём случае, ещё и важную информацию смогу выведать.

– А давайте! – ответил я и вальяжно расположился на заднем сидении.

Моя манера речи явно застала водителя врасплох. Дворяне так не разговаривают, надо привыкать. Не буду соответствовать – быстро вычислят восставшего отражателя. А мне пока лишние проблемы не нужны.

– А вы случайно не с дуэли ко мне вышли? – спросил он.

– В точку попали, – кивнул я. – С неё самой. Как вы это поняли?

– Форма у вас перепачкалась, – улыбчиво ответил водитель. – Да и частенько я из этого парка подравшихся студентов забираю. Бывает, я развожу по домам. Бывает, мой знакомый везёт. В морг.

– Ну об этом переживать не стоит! Мой оппонент до дома сам доберётся.

Наверное.

– Эх, завидую я вам, уважаемый, – тяжело вздыхая, произнёс таксист. – Хотел бы и я вести такую насыщенную жизнь! Моя бабка говорила, что в роду у нас были маги, но до меня их способности не дошли. Вот и катаю теперь туда-сюда. Но я не жалуюсь…

И на этом моменте говорливость кучера вышла из-под контроля. Я привык говорить, а не слушать, поэтому улавливал продолжение истории вполуха. Мне помимо его сказок, было над чем подумать.

Голова начала ломить сильнее. Поначалу я думал, что это связано с болтовнёй моего попутчика, но голова не прошла и после завершения рассказа. Чёрт, да это не просто головная боль… Это мой дар вопит, что повсюду магия!

Магический фон был до безумия высок. Ведь в новом мире магия лилась отовсюду. Даже топливо, которое питало эту карету – магическое. А меня десятилетиями, как ищейку, тренировали, улавливать даже мельчайшие «запахи» магии.

Нужно срочно что-то придумать с этой проблемой. В противном случае, моё магическое чуть меня же и убьёт. Так и сдохну в первый день новой жизни.

– А у вас, случаем, не аллергия на магическое топливо? – обеспокоенно спросил таксист. – Что-то вы побледнели.

– Точно. Она самая, – решил, что мне выгоднее согласиться. – Не подскажете действенного средства?

– Как же! На такой случай у меня всегда под рукой есть запас таблеточек, – просунув руку в бардачок, ответил он. – Однако они в основном для простолюдинов. Дворян с непереносимостью магии я ещё не встречал.

– Редкий случай, и очень тяжёлый. Неизлечимый, я бы сказал, – сказал я, проглатывая протянутую водителем таблетку.

Через пару минут боль начала отпускать. Как раз к этому моменту автомобиль остановился.

– Приехали, уважаемый. С вас десять рублей, – сообщил водитель. – Вам как удобнее? Наличными, картой? Или, быть может, счёт выписать?

Ох, и не хочется же сейчас разбираться с этими законами современного мира!

– Счёт, пожалуйста, – ответил я.

Так будет проще. Оплачу, когда разберусь что к чему. Да и денег нет у этого Белова при себе – уже все карманы излазил! Странная история, словно я не в аристократа переродится, а в обычного крестьянина. В моё время только простолюдины думали о деньгах…

Водитель выписал мне счёт и вежливо попрощался. Да уж, времена меняются, а отношения между простолюдинами и дворянами остаются теми же. Будь я из простого народа, вряд ли ко мне бы стали так относиться. Уж кому, как не мне это знать. В прошлой жизни я был далёк от дворянского титула, хоть и занимал крайне высокую должность.

Но и должность мою император умудрился сравнять с нулём… вернее – с огнём.

Семейство Беловых проживало в старом двухэтажном особняке на окраине Санкт-Петербурга. И что самое важное – богатством и аристократией тут и не пахло.– М-да… Ну и развалюха, – невольно произнёс я, представ перед своим новым домом.

Здание накренилось, доски местами подгнили и отходили от стен особняка. Окна не меняли уже очень давно, и логика подсказывала – ветер гуляет по комнатам, как у себя дома.

Я поднялся по скрипучим ступеням и отворил дверь дома своим ключом. Благо, его я не потерял во время дуэли. А то интуиция мне подсказывает, что бумажник с купюрами остался где-то на пустыре в парке. Возвращаться за ним не было смысла. Там помимо меня полно «добрых» людей ходит, которые нуждаются в деньгах.

Я зашёл в тёмную прихожую и сразу же увидел перед собой исхудавшую женщину лет сорока-сорока пяти. Если бы не обрывочные воспоминания Белова, я дал бы ей куда больше. Похоже, несмотря на дворянский титул, мать Владимира Белова, живёт, мягко говоря, не богато.

– Володенька… – она слегка удивилась. – Чего же ты тут делаешь?

Следовало разговаривать с ней аккуратно. Побольше разузнать об обстановке в нашей семье и в то же время не вызвать подозрений на счёт своей новой личности.

– Как же, мам? – дружелюбно улыбаясь, я пожал плечами. – Я домой вернулся. Разве плохо?

– А что с общежитием? – взволнованно спросила она. – Ты же сам настаивал, чтобы я оплатила проживание при академии. Отсюда ездить же далеко, сыночка.

Настаивал? Чтобы оплатила? Ездить далеко? Сыночка?!

Держите меня семеро, как бы самому себе не врезать! Да прошлый Владимир Белов, похоже, был тем ещё маменькиным сыночком.

Я ещё не знаю всей истории этой семьи, но уже испытываю жалость к этой женщине. Учитывая состояние дома и характер ушедшего Белова, дураку понятно, как ей нелегко пришлось.

В одном я ошибся. Не понял, что нужно ехать в это самое общежитие. Видимо, речь о каком-то здании по типу казарм. Ладно, придётся выкручиваться, раз уж начал разговор о возвращении домой.

– Не беспокойся, мам, – проходя в дом, произнёс я. – Решил вас проведать. Где младшие?

– На прогулку ушли и ещё не вернулись, – ответила она, а затем вздрогнула и схватилась за голову. – Ой, да что же это я! Ты ведь, наверное, голодный! Я сейчас тебе что-нибудь приготовлю!

– Не суетись, мам. Я сам себе что-нибудь сварганю. Ты лучше чайку приготовь. Нам нужно поговорить с тобой. С чайком-то разговор куда приятнее идёт!

Мать замерла и посмотрела на меня так, будто видит впервые в жизни. И в каком-то смысле так оно и было. Остаётся надеяться, что материнский инстинкт не подскажет ей, что в теле далеко не её сыночка. Чёрт, меня даже в мыслях от этого слова коробит.

– Володенька, ты как-то повзрослел с прошлой нашей встречи… Всё, проходи на кухню, я за заварочкой сбегаю!

Матушка удалилась в соседнюю комнату, а я прошёл на кухню. Изнутри особняк выглядел ещё хуже, чем снаружи.

Теперь я понимаю, в чём проблема. Род Беловых обнищал. Ни слуг, ни добротного особняка, одна лишь бедная суетливая женщина.

Раз уж я забрал себе тело её сына, нужно будет вернуть должок. Хоть я в этой семье и новый человек, но в беде их оставить никак не могу. Меня с детства учили поступать по-человечески.

Тем более, мать была без магического дара, как я сразу понял, против неё я ничего не имел… Не представляю, как сложно вырастить магов, чтобы они ещё весь дом не разнесли.

Тишину нарушил стук во входную дверь. Из другого конца дома раздался голос матери:

– Это почтальон, сынок! Я открою!

Пока матушка забирала почту, я обнаружил на кухонном столе счета, похожие на тот, что мне выписал таксист.

Только числа в них были несоизмеримо больше. Примерно тридцать тысяч рублей долга. М-да…

Если учесть, что за проезд я заплатил десять… Великий орден, да Беловы в долговой яме!

Чтобы отработать такую сумму, придётся хорошенько повертеться. Кроме университета, обязательно нужно будет найти хороший источник доходов.

Я мог уйти… Выйти и закрыть за собой дверь, чтобы больше не вернуться. Тогда бремя ответственности не легло бы на мои плечи. Но… не мог. Не только из-за своей принципиальной позиции. Вместе с памятью Белова мне достались и тёплые чувства к этой женщине.

– Сынок… – медленно заходя в кухню, позвала меня мать.

Если до этого она выглядела болезненно, то сейчас на женщине совсем лица не было. В трясущихся руках матери лежало распечатанное письмо с гербовым знаком, как на моей форме.

– Володя, так вот почему ты приехал… – дрожащими губами осознала она. – Так тебя отчисляют?

Глава 2

Отчисляют?

Как только это слово достигло моих ушей, в старых воспоминаниях Владимира Белова оно вспыхнуло крайне нехорошими ассоциациями.

Вот ведь сопляк бестолковый! Умудрился накосячить так сильно, что довёл дело до отчисления из академии. А мне разгребать!

В моё время маги по лесам прятались, чтобы изучать и практиковать ремесло… Им и имперские законы не мешали развиваться. А тут на уроки ходить и с учителем практиковаться предшественнику, видите ли, сложно было!

– Володенька, мы же столько денег вложили в твоё обучение, столько денег! – застонала от отчаяния мать.

Надо срочно привести её в чувство. С отчислением разберусь завтра утром. Уж моего характера хватит, чтобы уболтать декана.

Декана?

Кажется, слияние памяти прогрессирует. Я уже на автомате воспроизвожу слова, которые никогда не знал. Тем лучше. Если бы мне пришлось с нуля заучивать все современные понятия, на привыкание к новому миру ушло бы не меньше года.

– Забыл тебя предупредить, мам, – сказал я. – В академии допустили ошибку. А когда разобрались – письмо уже было выслано. На данный момент вопрос решён, можешь не переживать, меня не отчислят.

– Правда? – с надеждой в голосе спросила она.

– Правда-правда, расслабься. Лучше давай продолжим приготовления к чаепитию, – предложил я. – А письмо давай мне. Я завтра занесу его обратно в деканат.

И я не лгал. Так и есть, вопрос можно считать решённым. Завтра я отправлюсь в деканат и исправлю ситуацию любой ценой. И у меня на то целых две причины.

Первая – я хочу помочь семье Беловых. Мне нужны хоть какие-то близкие люди в этом мире. И за тело сыночка следовало бы отплатить. А без опыта, сил и магического образования в этом мире сложно будет что-то сделать.

Вторая – именно в магической академии я смогу изучить врага. Да, там мне не помогут развить отражение, но с этим я и сам справлюсь. Не в первый раз за это дело берусь. А вот получше изучить тех, с кем мне в дальнейшем, возможно, предстоит биться – это очень полезный опыт. От проклятых магов можно ожидать чего угодно! Не уверен, что смогу ужиться с ними в одном мире, но несколько лет с колдунами за одной партой уж как-нибудь переживу.

Пока мама заваривала чай, я быстро изучил холодильник и обнаружил, что он наполовину пустой.

Аристократы ещё называется… О каких тут долгах идёт речь? Они с голоду скоро помрут, если я не решу вопрос их финансов.

Ясно. Значит, сегодня обойдусь без ужина. Объедать новую родню не стану.

– А вот и чай! – позвала меня мама. – Володь, а ты так ничего и не приготовил?

– А знаешь, мам, я решил надолго не задерживаться. Чай попьём, поговорим – и я поеду в общежитие. Там перекушу. Ещё с учёбой надо разбираться.

Мне искренне не хотелось лгать этой бедной женщине. Но эта ложь во благо. Беловы ещё заживут, как аристократы. Уж добиваться своего я умею, раньше с этим никто не мог поспорить.

Не станут спорить и здесь!

– Володенька, я всё у тебя стесняюсь узнать, – усевшись за стол с чашкой чая, спросила мать. – В тебе силы магические проснулись? Ты в последнее время как-то уклончиво отвечал про инициацию. У вас же скоро распределение на специализированные группы должно начаться.

Ага, как же. В этом теле, похоже, не только магии, но и банального мужского начала-то не водилось.

– Проснулись-проснулись, – кивнул я. – Как раз завтра буду разговаривать с деканом на эту тему.

– Ох, – вздохнула мать, радостно прикрыв ладонями рот. – И какая ветвь, сынок? Какое направление?

Не разговор, а хождение по канату! Ну ничего, сейчас выкручусь, ещё и информацию полезную получить смогу.

– Преподаватели говорят, что сила должна быть, как у отца. Проявит себя в ближайшее время, – ответил я.

Заодно и про отца своего предшественника узнаю.

По лицу матери пробежала смесь радости и печали. Нехорошая смесь.

– Магические щиты, значит? – спросила она. – Это хорошо. Безопасная магия.

Магические щиты? А вот это уже интересно. С такой магией можно легко подогнать мою легенду и выдать старинную технику отражения за магические щиты.

Хоть в чём-то мне повезло. А то будь у отца дар стихии воды, я бы уже не вывернулся.

– Ты погрустнела, – заметил я. – Из-за того, что отца вспомнили?

– Ты же знаешь, Володь, – со вздохом произнесла она. – Я всегда очень боялась, что ты пойдёшь по его стопам. Алкоголь, азартные игры… Никакие щиты его в итоге не спасли. И долгов теперь… И сам он где неизвестно.

Мать резко замолчала и начала искать счета, которые я успел спрятать в свой карман.

– Они у меня, не ищи, – признался я.

– Так ты видел!

– Видел-видел. Не переживай. Я этот вопрос беру под свою ответственность.

– Володь, да как же ты его возьмёшь? – мать с трудом сдерживала слёзы. – Они наш дом собираются забрать…

Последнее, что осталось у Беловых. Правда, дом – это громко сказано. Было бы что забирать!

– Я же сказал, проблему долгов я решу самостоятельно, – настоял я, выходя из-за стола. – Если кто будет приходить с вопросами – направляй сразу ко мне. Пусть со мной говорят.

– Володя, а ты куда собрался? Младших не станешь дожидаться? Они уже скоро будут! Серёжка с Анечкой по тебе соскучились.

Хотел бы я с ними познакомиться, но не сейчас. Учитывая, что до этого из себя представлял Владимир Белов, мне даже подумать страшно, что думает обо мне его семья. А младшим нужен хороший пример, раз нет отца. Вернусь, когда смогу им его показать.

– Заскочу на выходных, – решил утешить её я. – Вот тогда и пообщаемся в спокойной обстановке. А сейчас мне пора. Меня ждёт много работы.

Я попрощался с матерью, покинул особняк Беловых и поймал очередное такси. Благодаря конверту с извещением об отчислении, мне удалось узнать адрес своей академии.

– Вас куда? К общежитию? – спросил таксист.

О, какая удача! И «казармы для студентов» искать не придётся.

На этот раз водитель попался не из болтливых и мне удалось спокойно изучить письмо декана.

Если опустить всю мишуру, суть в нём была изложена следующая: Владимир Белов – ленивый, безалаберный оболтус. Умудрился пропустить больше половины занятий за два прошедших месяца. Деньги за обучение никто возвращать не собирается, а вот приказ об отчислении будет подписан уже завтра.

Хорошая получается история… Чем же, интересно, этот болван занимался вместо учёбы? Не могу представить, чтобы он кутил и пропивал родительские деньги, поскольку этих денег нет и быть не могло.

На что же он тратил своё время, когда род Беловых буквально загибается от нищеты?

Подозреваю, что ответ на этот вопрос мне ещё предстоит узнать.

Так вышло, что я слишком быстро проникся тёплыми чувствами к семье Беловых. Может быть, это произошло из-за слияния моего разума с памятью ушедшего владельца тела.

А, может, я получил то, чего у меня никогда не было – семью? Да, с долгами. Да, волкодав меня дери, с дворянскими магическими корнями! Но всё же в этом новом мире у меня уже есть место и люди, которым я нужен.

Триста лет назад моей семьёй был орден, искореняющий магов и прочую нечисть. А сейчас я собираюсь жить среди тех, кого бы без раздумий прикончил ещё тогда. Вертлявая же девка эта судьба!

Но больше поражает, как я вообще смог свыкнуться с этим парадоксом. Да ещё и так быстро. Возможно, так меня изменили годы в забвении и пустоте.

Я получил на руки ещё один счёт за пользование такси и высадился на одной из центральных улиц. На город уже опустилась плотная завеса ночного мрака.

Да… В это время суток особенно хорошо видно, как магия преобразовала этот мир, пока меня не было.

За широким трёхэтажным зданием общежития возвышалось громадная магическая академия. Десятки башен, рассекая небеса, сияли голубыми огнями, как маяки. А эти огни явно не естественного происхождения. Куда ни глянь – везде магия!

Быстрым шагом я пересёк аллею и вошёл в широкие двери общежития.

– Кто там всё шастает посреди ночи? – послышалось возмущённое ворчание из-за длинной стойки, что стояла слева от входа.

Полный усатый мужчина щелчком пальца зажёг лампу, и та ослепила меня тем же надоедливым голубоватым светом.

Ещё один маг? Нет. Не чувствую знакомого покалывания. Простолюдин. А вот лампа у него магическая. Ну и ну! Раньше магией стирали с лица земли города, а теперь используют её для освещения комнат. Похоже, колдуны уже не знают, как повыделываться со своим мастерством.

– А-а, это ты, Белов? – сонно протянул мужчина и громко зевнул. – Опять неприятности ищешь, авантюрист ты наш?

– А вы кто такой, чтобы интересоваться моими личными делами? – ответил я вопросом на вопрос.

Мужичок от удивления продрал заспанные глаза.

– Не понял? А где привычное «прости-и-и-те, только не рассказывайте дек-а-а-ану»? – мерзко проскулил он, явно изображая прошлого Белова.

Я медленно подошёл к стойке и склонился над вахтёром. Магическая лампа начала интенсивно мигать и с громким хлопком потухла. Мужичок вздрогнул.

– Прошу прощения, – ледяным тоном прошептал я. – Вы смеётесь надо мной?

Я не сводил с него пронзающего взгляда. Таких людей сразу нужно ставить на место. Пусть привыкает, что я – другой человек, и со мной нельзя разговаривать, как раньше.

– Да будет вам, Белов! – махнул рукой вахтёр. – Уже и пошутить нельзя!

Вот, он уже и на «вы» перешёл. Значит, сноровку я не потерял при перемещении в это тело.

Ладно, попугали – и хватит. Но свой авторитет в академии нужно восстанавливать. А уж если говорить прямо – создавать с нуля.

– Давайте, отмечайтесь в журнале, и идите спать, – предложил мужчина. – Время уже позднее.

Я молча вписал своё имя и время возвращения в общежитие. Знания о местной письменности тотчас вспыои в голове. Но почерк был мой, а не прошлого Белова.

Посмотрел время на круглых часах, которые противно тикали на стене. Но один вопрос так и оставался не решённым…

В какой из сотен комнат в этом здании я живу?! Да и на каком этаже?

Вредный вахтёр, заметив моё замешательство, хитро заулыбался.

– Что такое, Владимир Алексеевич? – спросил меня он. – Неужто номер своей комнаты позабыли? Не серчайте, Погребицкий его тоже не вспомнил.

Погребицкий… Точно, это тот парень, с которым я на дуэли подрался.

– Так он добрался всё-таки? – решил разузнать я.

– Жив-здоров, за полчаса до вас прибыл. Видать, хорошо вы друг друга амнезией приложили, раз оба дорогу до кровати найти не можете.

Отлично. Вахтёр сам же для себя и сочинил идеальную легенду. Амнезия. Пусть будет так.

– Дуэль – есть дуэль, – пожал плечами я. – В пылу боя всякое бывает. Так вы номер комнаты не напомните?

– Триста четвёртая, – ответил вахтёр. – А я – Виталий Петрович Собакин, приятно вновь познакомиться. Это я так, напоминаю, на всякий случай. А то Погребицкий даже мать родную вспомнить не мог.

Уж не знаю, как у них зашёл разговор про мать Погребицкого, но я решил дальше не продолжать эту занимательную беседу.

Сильно клонило в сон. Перед завтрашней беседой с деканом нужно хорошенько выспаться.

Я поднялся на третий этаж и быстро нашёл свою комнату. Однако и на этом мои приключения не заканчивались. Около моей двери тёрся какой-то длинный худощавый парень в чёрном пальто.

Старые привычки моментально привели тело в боевую готовность. Сколько ж раз я натыкался на подобные засады около своего дома. Маги способны на любую подлость.

– О, Вовка, я тебя заждался! – воскликнул незнакомец и вышел на свет.

Я невольно вздрогнул, увидев лицо молодого человека. Бледный, как сама смерть. Под глазами чёрные круги. Длинные тёмные волосы завязаны в конский хвост.

– Мать моя родная, это где ж тебя так помотало? – не удержался я.

– А? – удивился незнакомец. – Ты о лице, что ли? Да не переживай, это я новое зелье тестировал. От бессонницы.

В памяти всплыли воспоминания об этом человеке. Николай Бродский. Единственный приятель Владимира Белова, и просто непревзойдённый чудак. Если так о нём думал даже бывший «я», это говорит о многом!

– От бессонницы, говоришь? – уточнил я. – И как, работает? Что-то вид у тебя больно болезненный.

– Работает! Даже лучше, чем я думал, – воодушевлённо заявил Николай. – Третьи сутки уже не сплю.

– Хм… А разве должно быть не наоборот?

– Должно быть! Но, по крайней мере, отвар начал на сон влиять – это уже победа. Из-за прошлой его версии у меня прыщи вылезли на…

– Не надо подробностей! – остановил его я, пока не стало слишком поздно. – Лучше скажи, чего меня под дверью поджидаешь посреди ночи? Сразу скажу – пить эту дрянь я не стану.

– Да я тут не за этим! Слушай, – Николай перешёл на шёпот, – ты вроде говорил, что можешь один запретный ингредиент достать? Мне для нового отвара нужно позарез.

Это ещё что за новости? М-да…

– Откуда я тебе его возьму? – решил прощупать почву я.

– Как откуда? – удивился Николай. – Ты же говорил, что состоишь в подпольном клубе. У них там, вроде, всё достать можно.

Ого-го! Да я полон сюрпризов! Только что-то мне подсказывает, что с такой информацией нужно быть поаккуратнее. Особенно в беседе с Николаем. Особенно в общем коридоре. Особенно тихой ночью.

– Не знаю я ни о каких клубах, – ответил я. – Иди спать, Бродский.

– Ну ты чего, Вов? – обиделся Николай. – Хорошо же общались!

– Спать иди, говорю, – настоял я, попутно открывая дверь в свою комнату.

– Да как же я теперь засну?

Но ответ на этот риторический вопрос Николай не получил, поскольку я захлопнул дверь перед его носом. Информация о закрытом подпольном клубе, конечно, полезная. Но у меня сейчас и так проблем навалом. Разберусь с отчислением, а потом уже попробую выяснить, что это за опасные знакомства имел Белов до моего вторжения в его тело.

Моя комната была совсем небольшой. Шкаф, кровать да письменный стол – вот и всё убранство. Хоть я в прошлом и не был дворянином, но жить привык в более просторных покоях.

А уж бардак-то какой! Никакого уважения к собственному жилищу! Я быстро раскидал книги и грязное бельё по своим местам и рухнул на кровать.

Кто бы что ни говорил, а перерождение – очень выматывающая штука!

Проснулся я от громкого звона. Будильник – так называют в современном мире этот маленький металлический шарик, напитанный одновременно магией звука и магией времени.

Магам правда некуда свои силы что ли девать? И чем же вам не угодили механические часы? А уж проснуться организм и сам может, достаточно хорошенько его натренировать.

– Какой-то инструмент слабаков, – хмыкнул я, рассматривая магический механизм.

Я переоделся в повседневную униформу академии, умылся, и сразу же выдвинулся на встречу с деканом. Утро было прохладным для позднего апреля, но редкие солнечные лучи и пение птиц настраивали на хороший лад. Первое утро новой жизни – не часто приходится испытывать такие эмоции!

Мышечная память привела меня в главный корпус. По пути я не встретил ни единой души. Должно быть, встал слишком рано. Оно и к лучшему. Компания алхимика Коли Бродского мне сейчас совсем ни к чему.

Хотя и с ним бы не помешало наладить отношения. Единственный друг предшественника, как никак.

Но добраться до кабинета декана без новых знакомств оказалось задачей невыполнимой.

– Владимир! – услышал я тонкий женский голос за своей спиной. – Владимир! Белов! Ты куда собрался?

Громко цокая каблуками, меня догоняла стройная блондинка. Шагала она настолько быстро, что её длинные волосы плясали на плечах, словно морские волны.

Ну и походочка! Грациозная, как кошка. Создавалось впечатление, что каждый её шаг был заточен на то, чтобы показать изящество изгибов её тела. Я невольно засмотрелся на приближающуюся ко мне девушку и на мгновение забыл, что собирался к декану.

– Доброе утро, – поприветствовал я незнакомку.

– Да какое же оно доброе, Владимир? – насупив брови, спросила она. – Ты неделю на занятиях не появлялся. Я уже вся изволновалась.

В голове быстро всплыло её имя. Юлия Колокольцева. Интересно, кем она приходилась Белову? Никаких подсказок, кроме её имени память мне не подкинула.

– Не стоило обо мне волноваться, – ответил я. – Я решал личные вопросы.

– Как это не стоило? – воскликнула девушка. – Это моя прямая обязанность, как старосты первокурсников – волноваться о таких прогульщиках, как ты, Владимир.

Ах, вот оно что! Староста. Я уж было подумал, что тут дела любовные. Но нет, куда уж там прошлому Белову! От мамкиной юбки так и не успел оторваться.

Удивительное чувство – вновь оказаться в теле молодого юнца. Скольких женщин за свою жизнь я повидал, а в груди-то всё равно что-то ёкает. Ладно, сейчас на это нет времени. Сначала разговор с деканом, потом флирт с однокурсницами. Главное – не перепутать.

– Больше переживать обо мне не придётся, – уклончиво ответил я. – А пока, прошу меня простить, Юлечка, меня ждёт декан.

– Юлечка? – удивилась девушка за моей спиной. – Владимир, зачем же фамильярничать?

На этот вопрос я отвечать не стал. Привыкайте потихоньку к новому Владимиру Белову.

Мне настолько не терпелось поговорить с деканом, что я прошёл прямиком в его кабинет мимо секретарши, которая вопила что-то о предварительной записи.

Какая к чёрту запись, дамочка? Тут главного охотника на магов отчислять собираются!

– Аркадий Сергеевич! – завопила за моей спиной секретарша. – Я его не пускала. Этот нахальный юноша сам вошёл!

Декан моего факультета – Аркадий Сергеевич Быков мирно попивал утренний кофе, когда мы с его секретаршей вошли в его кабинет. Судя по приближающемуся цоканью каблуков, сюда же направлялась и Колокольцева.

– Ну куда ж вы такой толпой! – вскрикнул он, чуть не пролив кофе на белый костюм. – Ну, право слово, как стадо баранов! Белов, входи. Остальные – на выход!

– Аркадий Сергеевич, – кричала откуда-то позади Колокольцева. – Я принесла вам списки…

– Потом! Всё потом, Колокольцева! – перебил её Быков. – Оставьте меня с юношей наедине.

Когда дверь, наконец, захлопнулась, Аркадий Сергеевич произнёс:

– Присаживайтесь, Владимир. Я, честно, и не рассчитывал, что вы придёте.

– Благодарю, – кивнул я и уселся в комфортабельное кресло напротив декана.

Одного взгляда на Быкова было достаточно, чтобы оценить его происхождение. Статный выхоленный мужчина средних лет; аккуратно уложенные волосы с редкой сединой. Настоящий аристократ. Граф – это меньший титул, который можно дать ему за одну лишь внешность.

И чем ближе я к нему приближался, тем сильнее ломил затылок. Передо мной сидел действительно могущественный маг.

– Хочу поговорить по поводу моего отчисления, Аркадий Сергеевич, – сообщил я.

– Сразу к делу? – улыбнулся Быков. – Это хорошо. Правда, говорить тут, особо не о чём. Как видите, приказ о вашем отчислении уже лежит на моём столе. И я сильно сомневаюсь, что вы сможете изменить моё мнение, Владимир.

– Если подпишите его – лишитесь способного студента, – уверенным тоном заявил я. – Вам это ни к чему.

– Способного студента? – хмыкнул Быков. – Владимир, при всём уважении к вашему роду, ваше отношение к учёбе не оставляет мне иного выбора. За два месяца учёбы вы посетили едва ли половину занятий. Поздно проявлять ответственность и инициативу. Вы сами прекрасно понимали, к чему всё это приведёт. Теперь же, для вас это вопрос жизни и смерти, вот вы и готовы наговорить мне, что угодно, лишь бы я вас оставил.

Так, а это были уже совсем нехорошие новости… Надо срочно разбираться.

– Что вы имеете в виду? – решил уточнить я.

– Ну как же? – пожал плечами Быков. – На востоке вовсю идёт война с ханствами. А вы знаете, что вытворяют их шаманы на поле боя. Или вы новости не читаете?

Инстинкт самосохранения выудил из памяти факты, которые мне следовало бы раскопать заранее. Теперь всё ясно. Дворян мужского пола, не закончивших академию или попусту не поступивших сюда, отправляют в регулярную армию. Российская Империя находится в состоянии войны сразу с несколькими государствами.

Значит, слабых аристократов используют, как пушечное мясо? Интересный факт. Жаль, что я не узнал об этом заранее. Придётся принимать решение быстро.

Но моя стихия – не война, а охота. Я привык действовать незаметно. В одиночку или с малой группой орденцев. Мы могли месяцами выслеживать мага… Но прямое противостояние на поле боя – это совсем другая тактика.

Я мог бы плюнуть на эту академию и отправиться на поле боя добровольцем. Однако есть один большой нюанс. Я больше не тот всемогущий отражатель, от которого даже молния может отрикошетить. Это тело слабо и нуждается в тренировках. Попаду на войну – и Владимиру Белову крышка. А на ещё одно отражение смерти сил у меня точно не хватит.

Пока не время истреблять магов… Иначе я сам могу стать для них лакомой добычей. Еще один повод задержаться в академии.

Пришлось идти на риск.

– Аркадий Сергеевич, как я и сказал, академии не выгодно терять такого студента, как я. Во мне проснулась родовая магия.

– Хмм, – Быков сверлил меня взглядом. – Магические щиты? Ваш отец хорошо владел этим направлением. Жаль, свернул на скользкую дорожку. Однако, простите за прямоту, ничего выдающегося в этой ветви нет.

– Если вы так считаете, давайте проверим это на практике, – предложил я.

– Что-что, простите? – растерялся декан.

– Ударьте меня магией.

Глава 3

Декан глядел на меня, не моргая. Должно быть, думал, что я пошутил и вскоре в этом признаюсь. Но как бы не так.

Я решил идти на рожон!

– Владимир, вы сами-то понимаете, о чём просите? – ответил Аркадий Сергеевич. – Если я ударю вас магическим разрядом…

– То ничего страшного не произойдёт, – перебил его я. – Я всю неделю оттачивал пробудившуюся силу своего рода. Именно по этой причине я и не появлялся на занятиях. С момента поступления я был отстающим, но теперь собираюсь догнать и перегнать своих однокурсников.

– Похвальное рвение! Но всё же, боюсь, вы перегибаете палку. Моя атака может не только ранить, но и убить вас.

Быков спорил со мной, но огонёк любопытства скрыть не мог. Искорка во взгляде выдавала его желание испытать на мне свою магию. Видимо, он не мог решиться, поскольку опасался ранить студента.

Логично, но поправимо.

– Аркадий Сергеевич, в таком случае подайте мне лист бумаги и ручку, – попросил я.

– Это ещё зачем? – удивился декан.

Аркадий Сергеевич не стал дожидаться ответа на свой вопрос и передал мне бланк для заявлений. Он был явно заинтригован.

– Сейчас вы всё узнаете, – произнёс я, и принялся осуществлять задуманное.

Быков терпеливо ждал. Через минуту я закончил и передал ему заявление с личной подписью.

– Добровольно прошу… – бегая глазами по тексту, бубнил про себя Быков. – Никаких претензий не имею… Подпись, Владимир Белов…

– Это моё согласие на испытание магией. Как видите, о риске получить смертельные травмы там тоже описано. У вас никаких проблем не будет, – пояснил я.

– Да будет вам, Белов! – воскликнул декан. – Я, в первую очередь, не за свою репутацию боюсь, а за ваше здоровье!

Я за своё здоровье тоже переживал, но более быстрого выхода из ситуации не видел. Привык доказывать на практике, а не чесать языком.

Да и риск был оправдан. За ночь я успел подкопить достаточно сил. На одно отражение должно хватить. Надеюсь…

– Если меня отчислял, в регулярной армии моё здоровье может пострадать гораздо сильнее, – ответил я. – Так что предлагаю переходить к делу.

– Ладно, – недолго подумав, ответил Быков.

Но перед тем, как приступить к испытанию, всё же поставил свою подпись и печать на написанном мною заявлении.

– Ну? – не понял декан. – Вы так и будете сидеть или мы, наконец, начнём? Тренировочный зал этажом ниже…

– Атакуйте прямо так, – предложил я, удобнее устраиваясь в кресле. – Не беспокойтесь, мебель не пострадает.

Я рискую… Ох, как же я рискую! Моё отражение сейчас крайне далеко от идеала. И поглотить урон я не смогу, этот навык придётся развивать с нуля. Но отразить атаку декана я должен. Этот зачерствевший организм нужно хорошенько встряхнуть. Уверен, добротный магический удар заставит мои силы проснуться.

– Готовы? – в последний раз спросил Быков.

– На все сто! – воскликнул я.

И время для меня будто замедлилось…

Быков поднял правую руку. По ней пронеслась электрическая волна. Я сделал глубокий вдох, заставив дремлющую во мне силу равномерно разлиться по всему телу. Затылок вспыхнул обжигающей болью, когда запах озона заполнил помещение.

Декан не произносил заклинание вслух, лишь пошевелил губами. Но я успел прочитать в его немом жесте фразу: «Магия молний. Малый разряд».

Только могущественные маги умеют колдовать, не произнося ни слова. Для борьбы с ними я долгие годы учился читать по губам.

Сияющая синяя дуга вылетела из ладони Быкова и ударилась о мою грудь. Я быстро сконцентрировал всё отражение в одной точке и оттолкнул от себя крохотную молнию.

Крохотную! Да как бы не так! А декан не мелочился. Силы в этом малом разряде было достаточно, чтобы пронзить насквозь трёх человек одной лишь температурой.

Мне пришлось приложить дополнительные усилия, чтобы отразить магию не в декана. А для этого понадобилось забрать у этого тела пару месяцев жизни.

Электрическая дуга отлетела от моей груди и с грохотом врезалась в стену за спиной Быкова. Декан быстро вскинул руку и впитал выпущенную им энергию обратно, чтобы избежать пожара.

На несколько секунд в кабинете воцарилась гробовая тишина. Я тяжело дышал. По лбу бежали капли холодного пота. Удалось. Мне всё-таки удалось!

Быков глядел на меня так, будто я на его глазах высшего некроманта пополам разорвал. Надо же, как сильно удивила его эта мелочь! Посмотрел бы он на то, что я творил раньше! Челюсть с пола без магии левитации точно не поднял бы.

– Впервые вижу такой магический щит… – прошептал он. – Разряд отрикошетил! Интересно… Очень интересно.

Быков встал из-за стола и принялся бродить по кабинету. Оставалось надеяться, что он не увидит разницы между магическими щитами и техникой отражения. Ведь все сведения о моём даре давно потеряны или уничтожены.

– Что скажете, Аркадий Сергеевич? – поторопил его я. – Мне идти на занятия? Или пора паковать вещи?

– Стойте, Белов! Не торопитесь, мне надо подумать, что с вами делать, – поспешно возвращаясь на своё место, сообщил он. – И давно вы так умеете?

– Я же говорил. Силы пробудились всего неделю назад.

– Недурно, Белов, – улыбнулся декан. – Очень даже недурно. А я уже начал на вас злиться. Я был уверен, что вы блефовали.

– Вашу злобу я почувствовал, – кивнул я. – Вы меня прикончить попытались.

– Так вы ведь документ приложили. Чёрным по белому: «никаких претензий не имею. О риске смертельных ранений осведомлён», – перечитал Быков моё заявление.

Хм, вот так просто декан был готов избавиться от неугодного ученика. Это говорило о многом. Либо под маской декана скрывается настоящий маньяк, либо он настолько упёртый, что готов и прикончить ради доказательства своей правоты.

Буду с ним поосторожнее… Пока что.

– Я и не спорю, Аркадий Сергеевич. Итак, ваше решение? – холодно спросил я, чтобы показать, что выходка декана не смогла вывести меня из равновесия.

– Вы остаётесь, Белов. Однозначно остаётесь, – заключил декан. – Однако несколько нюансов всё же нужно будет уладить.

Быков поднял трубку для связи с секретарём.

«Телефон» – пронеслось у меня в голове. Наделили кусок металла магией телепатии! Что дальше? Может, и магию иллюзий присобачат к этому аппарату, чтобы ещё и своё лицо показывать на расстоянии?

– Пусть Колокольцева войдёт, – сказал секретарше декан. – И да, я в курсе, что вы обе подслушиваете под дверью. Это первое и последнее предупреждение для обеих!

Дверь распахнулась, и староста первокурсников Юлия Колокольцева с характерным цоканьем заскочила к нам в кабинет.

– В-вызывали, Аркадий Сергеевич? – опасливо спросила она.

– Надолго не задержу вас, Юль. У меня к вам небольшая просьба, – произнёс декан более мягко и бросил короткий взгляд на меня. – Знакомы с этим юношей?

– Да! Владимир Белов, главный прогульщик и нарушитель спокойствия… – затараторила она.

– Нет, Юлия, – помотал головой Быков, – это весьма способный ученик, которому требуется контроль более ответственного студента. Возьмётесь?

– Аркадий Сергеевич, я сам в состояние наверстать упущенное, – возразил я.

– Я в вас не сомневаюсь, Белов, – ответил он. – Но другие преподаватели однозначно продолжат голосовать за ваше отчисление. Вам придётся походить на дополнительные занятия. Колокольцева договорится и проконтролирует, чтобы вы следовали своему новому расписанию.

– Но я ведь ещё не согласилась, – возмутилась Юля.

– Это входит в ваши обязанности старосты. Я спрашивал лишь из уважения к вам, Юлия, – хитро ухмыльнулся Быков.

– Поняла вас, Аркадий Сергеевич, – тяжело вздохнула девушка.

– Вот и славно! А теперь идите. Вас ждёт много работы.

Волкодав бы подрал этого Быкова! Своего я, конечно, добился, но дополнительной опеки мне не было нужно от слова совсем. Ладно, это меньшая из моих проблем. Как избавиться от компании Колокольцевой придумаю чуть позже.

Мы с Юлией покинули кабинет декана. До выхода из главного корпуса она не проронила и слова. Но стоило нам покинуть здание деканата, и староста сразу же взорвалась.

– Ну что ты за человек, Белов? Ты занятий напропускал, а мне теперь с тобой возиться? Я за целый курс отвечаю. С чего бы такое внимание к твоей персоне?

Ох и раскудахталась! Будто мне её компания сильно нужна!

Я тут вообще только осваиваюсь и изо всех стараюсь по привычке не начать убивать магов. Пока нельзя, если я сам хочу остаться в живых.

– Перестань вопить, как сирена в заливе, – заткнул Колокольцеву я. – Голова уже от тебя болит.

Голова у меня болела по другой причине, но Юлия моё состояние только усугубляла.

– Никакой благодарности, – обиженно хмыкнула она и отвернулась.

– Послушай-ка, давай лучше поступим иначе, – предложил я. – Я сам договорюсь с преподавателями о дополнительных заданиях, и сам же всё организую. А декану скажем, будто ты всё сделала сама. И не будем путаться друг у друга под ногами.

– Обманываешь, – не поверила она. – Знаю я тебя, Владимир. Сейчас я тебя отпущу – и ты опять на месяц пропадёшь!

Вот настырная баба! Привязалась, как банный лист. Я ей предлагаю, как всё упростить, но она сама же себе роет яму!

Хотя, с другой стороны, из этого тоже можно извлечь выгоду.

Я бы не стал главным карателем ордена, если бы не умел обращать в свою пользу любую ситуацию.

– Хорошо, Юлечка, тогда сделаем так: сегодня ты мне покажешь, где у нас проходят занятия, увидишь, что в учёбе я заинтересован. А с завтрашнего дня разойдёмся, как в море корабли. В твоём контроле я не нуждаюсь.

– Ладно-ладно, – согласилась она. – Будь по-твоему. А то ещё решат, что я за тобой бегаю.

В ответ я лишь усмехнулся.

– Что тут смешного? – смутилась она. – Ах да, я что-то не поняла. Зачем тебе показывать, где проходят занятия? Ты же был на нескольких лекциях. Не мог же ты забыть расположение аудиторий?

– Мог, мы с одним товарищем друг друга амнезией поразили, – решил придерживаться легенды я.

– Ещё и в дуэлях участвуешь! Ну что за наказание, – тяжело вздохнула она. – Ладно, пойдём на первую пару.

Отлично. Сегодня она проведёт мне экскурсию, а завтра отвалится. Из сложившейся ситуации я выжал максимум пользы.

Первое занятие проходило в огромной аудитории, которая вмещала в себя не меньше сотни человек разом. Когда мы с Колокольцевой вошли внутрь, я в очередной раз столкнулся с проблемой своего магического чутья.

Эх, были ж времена, когда моё обострённое восприятие помогало разыскать затаившегося в лесу мага. Одного-единственного на несколько гектаров! И что теперь? Я торчу в настоящем магическом муравейнике.

– У тебя кровь из носа течёт, – прошептала мне Юлия. – Всё твои дуэли.

Я поспешно вытер рукавом алую струйку.

Дело дрянь. Мозг уже начал страдать из-за магического окружения. Нужно решить эту проблему сегодня же после занятий. В противном случае, всё содержимое моего черепа рискует выползти через ноздри.

Без качественных зелий не обойтись. Раньше рядом со мной всегда был верный товарищ с запасом трав и знаний. Самому учиться этому ремеслу сейчас времени нет. Мне нужен хороший алхимик. Срочно.

Я занял свободное место в третьем ряду. Юлия уселась рядом.

– Ты так и будешь за мной шастать? – прошептал я. – Мест свободных – целая куча.

Колокольцева хотела чем-то возразить, но в аудиторию вошёл лектор.

– Тишина! – громко произнёс крепкий седовласый старичок в бирюзовой мантии. – Мы начинаем! Советую вам не проспать тему этой лекции, она крайне важна. Сегодня мы поговорим о слабых местах различных магических ветвей.

Бесово вымя! Да скучнее этой темы что-то придумать сложно. Неужели магов обучают такой элементарщине? Дураку понятно, какие слабые и сильные стороны есть у того или иного направления…

Этой темой я овладел ещё в детстве. Мой наставник подробно разъяснил, какие палки лучше вставлять магам в колёса. Единственная трудность возникает с нестандартными колдунами, чьи способности выходят за рамки привычных стихий. Но это уже отдельная история.

Колокольцева старательно записывала каждое слово лектора. Мне же его болтовня быстро наскучила, и я принялся рассматривать присутствующих молодых дворянинов.

И обнаружил на себе пристальный взгляд двух пар глаз.

На соседнем ряду сидел, темноволосый парень и сверлил меня жуткими красными глазами.

Этот взгляд был мне хорошо знаком. Красные радужки выдавали его с потрохами. Типичная черта магов крови. Опасные ребята, никогда не любил задания по их отлову. Эти маги всегда учиняли хаос и оставляли после себя… Скажем так, не самый лицеприятный беспорядок. Маньяки – одним словом.

Рядом с юношей сидела пышногрудая студентка с яркими фиолетовыми волосами, её взгляд был ничуть не лучше. Создавалось впечатление, что она меня живьём сожрать хочет.

И что этой парочке от меня надо? Неужто Белов умудрился насолить каждому второму в этом проклятом городе?

– Не смотри на них, – шёпотом попросила Юля. – Теперь из-за тебя и у меня будут проблемы.

– Не понял. Ты о чём? – переспросил я.

– Да тише ты! – шикнула Колокольцева. – Лектор услышит.

– Какие проблемы? Кто эта парочка? – перешёл на шёпот я.

– Мясниковы, – со страхом в голосе, ответила Юля. – Павел и его сестра Мария. Насколько же сильно тебя ударили амнезией?

– Я чем-то их обидел? Смотрят на меня, будто на костре сжечь хотят.

– На счёт Павла не знаю, а вот его сестрица относилась к тебе, как к домашней собачке. Забыл что ли, как за ней бегал?

– Я? Да быть того не может, – решил поспорить я.

Хотя с бывшим Беловым могло любое дерьмо случиться, судя по всему.

– Они ненормальные. Теперь эта Мария и меня прикончит, – дрожащим голосом произнесла Юлия.

– Да с какой стати? – не понял я.

– Из-за того, что я с тобой рядом сижу. Она же тобой помыкает, как вещью, – вспрыснула Колокольцева. – Уж извини за прямоту.

– Да успокойся ты, – попросил я. – Никаких у тебя проблем не будет. Я разберусь с ними.

– Белов! – голос лектора эхом пронёсся по всей аудитории. – Вижу, молодой человек, что вы хорошо знаете тему.

Тьфу ты! Атакуют со всех сторон, куда ни глянь!

– Да, – заявил я и поднялся с места. – Тема действительно мне хорошо известна.

Юля легонько толкнула меня в бок локтем.

– С ума сошёл? Ты чего делаешь? – прошипела она.

– Вот как? – хмыкнул лектор. – Тогда вы без труда ответите на мой вопрос. Какая магия абсолютно бесполезна для борьбы с некромантом?

Детский сад. Времена меняются, а задачки всё те же.

– Магия яда, – ответил я. – Яд служит подпиткой для нежити, которую поднимает некромант. Именно поэтому господам, владеющим некромантией, лучше заводить с такими магами полезные знакомства.

В аудитории послышались шепотки. Похоже, никто не ожидал, что я хотя бы попытаюсь ответить на этот вопрос.

– Весьма неплохо, Белов. Вижу, тему вы действительно усвоили, – удивился лектор. – Должно быть, неделя пропусков не была вами потрачена совсем уж бездарно. Но всё же попрошу, не отвлекаться и не отвлекать других студентов от лекции.

– Без проблем, профессор, – кивнул я и сел на своё место.

Оставшуюся часть лекции я решил больше не испытывать терпение преподавателя. Однако после моего ответа кое-что изменилось. Колокольцева изредка поглядывала на меня восхищённым взглядом.

Что? Неужели она этого не знала? Либо современные маги – непроходимые болваны, либо их образование намеренно урезают.

Но для чего? Чтобы сократить интенсивность войн между дворянскими родами? Логично, в каком-то смысле. Чем меньше маги знают о способностях друг друга, тем реже будут идти на риск и затевать вражду.

Когда лекция окончилась, Юля выговорила всё, что держала в себе целый час:

– Ну ты даёшь, Владимир! Откуда ты это узнал? Этой информации не было в учебнике. Я это точно знаю! Я на пять параграфов вперёд прочитала!

– Да тише-тише, уймись ты, – успокоил её я. – В домашней библиотеке вычитал.

– Ага! – хитро ухмыльнулась Колокольцева. – Значит, изучал тайные записи своего рода. Умно-умно. Может быть, поделишься как-нибудь? Я их больше никому не покажу, обещаю!

Да она не Колокольцева, а самая настоящая – Репейникова! Кто бы мог подумать, что простой ответ на занятии так изменит её отношение ко мне. Как бы из-за этого она не стала ещё чаще искать моей компании.

– Ты бы потише кричала, – посоветовал я. – Вдруг Мясникова услышит.

Улыбка тут же сползла с лица Колокольцевой.

– Ты прав.

Да что ж она так боится этих Мясниковых? Меня уже заинтриговало это семейство.

– Я шучу, – утешил её я. – Жди у выхода из аудитории, я переговорю с профессором на тему дополнительных заданий.

Я спустился к кафедре и подошёл к старому лектору. Лишь разглядев его сморщенное лицо вблизи, вспомнил, что передо мной профессор Сокольников – специалист по основам магических искусств.

Удивительно, что прошлый Белов хоть кого-то из преподавателей запомнил!

– Ещё один вопрос, Владимир, – произнёс Сокольников, так и не дав открыть мне рот. – Какая ветвь магии напрямую зависит от света?

Этот допрос сегодня закончится или нет?

– Магия теней, профессор, – ответил я.

– Неужели? – усомнился в правильности моего ответа он. – А почему же не магия света?

– Свет маг может создать самостоятельно, а вот тень без света нежизнеспособна, – пожав плечами, ответил я.

– Прекрасно, Белов, прекрасно, – улыбнулся старик. – Вы, наверное, хотели поговорить об отработках?

– Верно, – кивнул я.

– Считайте, что на первый раз прощаю, – сказал он и похлопал меня по плечу. – Не стану спрашивать, откуда вы достали информацию вне программы. Просто постарайтесь и впредь заниматься в том же духе.

Минус одна проблема Белова. Если другие преподаватели будут такими же сговорчивыми, все долги по учёбе я закрою достаточно быстро.

Колокольцева, как я и просил, ждала меня у выхода из аудитории.

– Ну как? Договорился? – обеспокоенно спросила она.

– Всё-то тебе знать надо, – улыбнулся я. – Да. Никаких долгов. Поехали дальше, кто у нас следующий?

– Ого! Вот это настрой! – удивилась Юля. – Ты собрался за один день все прогулы закрыть?

– А почему бы и нет?

– Да не спеши ты так, сейчас время обеда.

– О, отлично. Умираю с голоду, – честно признался я. – Надеюсь, что я хотя бы столовку не прогуливал.

Юля хихикнула, но быстро взяла себя в руки. Как же! Надо ведь поддерживать образ строгой старосты.

На время обеда мне удалось отделаться от компании Колокольцевой. Уж больно напрягал меня этот надсмотрщик в юбке! Хотя, если дело и дальше пойдёт в том же духе – она и сама перестанет за мной ходить. Судя по всему, программу первого курса это академии я изучил ещё в десятилетнем возрасте.

Иронично выходит. Убийцы магов изучали магию куда дотошнее, чем сами маги. Всё правильно – врага нужно знать в лицо. А ещё лучше, как говорил мой наставник, почувствовать себя на месте врага. Ох, и ведь возможно, следовать этому совету я теперь буду целую жизнь.

Столовую я нашёл без особых трудов – туда стекалась вся академия. Я протиснулся через толпу и взял поднос с обедом, ожидавший меня у витрины.

Вот это да! Вот это я понимаю – питание! Ростбиф, большая порция картофельного пюре, соляночка. При желании можно было положить добавки.

Что я могу сказать? Любят маги пожрать! Простой и действенный способ подпитки. Жаль, с отражением не всё так просто работает. Мою энергию быстро восполнить могут только особые зелья.

Я сел за свободный столик и сразу же поймал неприятное ощущение. Как любили говорить у нас в ордене: «Если в ушах начинает долбить – маг хочет тебя убить».

Мало мне головной боли, так теперь ещё и эта проклятая барабанная дробь! Так отражение намекает, что на меня смотрит маг, желающий мне смерти. Если дробь прекращается – маг отвёл взгляд.

Но на этот раз стук в ушах не останавливался. Какая-то озлобленная скотина глядит на меня, не моргая. Да разве ж в такой толпе найдёшь своего врага?!

– Вова! Вот ты где! – воскликнул знакомый голос.

За мой столик плюхнулся Николай Бродский. Я уж, грешным делом, подумал, что это он меня прикончить хочет.

Но нет. Его взгляд мне дискомфорта не приносил.

– Привет, чего тебе? – спросил я, поспешно набивая рот мясом.

Мне хотелось как можно скорее заполнить желудок и покинуть столовую. Если кому-то хочется совершить на меня покушение, этот человек последует за мной, и я смогу его вычислить.

– Ты извини, если я вчера слишком сильно на тебя наседал со своими расспросами, – протирая уставшие глаза, сказал Коля. – Но ты моё предложение всё равно держи в уме. Если вдруг сможешь достать ингредиенты, я тебе подкину парочку зелий.

Точно, этот парень – алхимик! В последнее время судьба подбрасывает мне одни сплошные сюрпризы. Как только мне понадобился знаток зелий, тут же появился Бродский. Но в его алхимическом мастерстве я что-то очень-очень сильно сомневаюсь.

Ну, как говорится, на безрыбье и алхимик-недоучка сойдёт за рыбу. Надеюсь, я об этом не пожалею. Хотя, кого я обманываю? Но иного выбора нет. Зелье нужно раньше, иначе голова взорвётся… в прямом смысле этого слова.

– Знаешь, Николай, есть одно дело. Зелье нужно хорошее. Достанешь – сможешь рассчитывать на мою помощь.

– Я весь внимание, – широко распахнув большие воспалённые глаза, прошептал Бродский.

– Нужно зелье от головной боли. Для начала, – сказал я. – В идеале мне нужно заглушить магическое чутьё.

– Чутьё заглушить? – не понял Бродский. – Какое ещё чутьё?

Ну да, конечно, маги же вообще такими навыками не обладают. Придётся объяснить простым языком.

– Отвар от непереносимости магии. Вот – что мне нужно.

– Ого, – присвистнул Бродский. – Сложная штука! Это надо хорошенько обмозговать…

Внезапно по голове словно ударили молотком. В ушах заиграли громовые раскаты. Я резко вскочил из-за стола и пролил чай на стол.

– Извиняй, дружище, – бросил ему Бродскому. – Позже договорим.

Быстрым шагом я направился к выходу из столовой. Желающий мне смерти был совсем близко.

Когда барабанный гул достиг своего пика, я был уже в дверях. В этот самый момент кто-то толкнул меня плечом. Справа от меня стоял Павел Мясников. Его красные глаза смотрели на меня, не моргая.

– Может, ты барона Погребицкого и контузил, – тихим холодным голосом произнёс он, – но долг до сих пор висит на тебе, Белов. Не вернёшь – урою.

Глава 4

– Ну-ка стой, – я схватил Павла Мясникова за предплечье.

Красноглазый юноша уже собирался уйти, но я не дал ему этого сделать. А как он думал? Выскажет мне свои угрозы – и свалит в закат? Ну уж нет, так дела не делаются.

– Быстро отпусти меня, Белов, – злобно зыркнул на меня Павел.

В голове вновь зазвучали барабаны. Вшивый маг крови не шутил. Он и впрямь на полном серьёзе готов был наброситься на меня и убить. В любую секунду.

– Поумерь свой пыл, – ответил я и ещё сильнее сжал его руку. – Отпущу, когда перестанешь бросаться пустыми угрозами и поговоришь со мной по-мужски.

Мясников оскалился и резким рывком освободился из моей хватки. Ярость в нём вскипала до немыслимых температур. Будь он магом огня – уже давно спалил бы всю столовую.

– Ты странно ведёшь себя, Белов, – сказал он, поправляя рукав. – Чудом победил Погребицкого и решил, что можешь горы свернуть?

– Погребицкий был пустым местом. Сам же на своё собственное заклинание напоролся. Кстати, как он? Оправился?

– Погребицкий тебя больше не побеспокоит. Я его отозвал, – сказал Мясников. – Однако не думай, что мы тебя оставим в покое. Я решил взяться за тебя лично.

– Напомни, чего там тебе от меня надо? – прищурив глаз, спросил я. – Пока ты болтал, я что-то позабыл, с чего весь сыр-бор.

– Две тысячи рублей, Белов, – прорычал Павел. – Более того, ты знаешь о нашем закрытом клубе. И с этой информацией я тебя отпустить никак не могу. Ты сам виноват, что ввязался в эту игру. Погребицкий должен был отбить у тебя память и отпустить. Но ты не дался. Теперь пеняй на себя. Процент будет капать каждый день. Если не поторопишься, вряд ли вообще когда-нибудь сможешь вернуть сумму. Твой нищебродский род…

Во мне вспыхнула ярость. Мало того что этот подонок угрожал мне, так ещё и решил оскорбить мою семью. И пусть я этих людей ещё совсем не знаю, это не важно. Важно то, что так Мясников пытался унизить весь род Беловых.

Теперь плевать, какой у него титул. Пусть передо мной хоть сам императорский первенец.

– Сегодня вечером встретимся в закрытом клубе, – твёрдо сказал я. – Там и рассчитаемся.

– Да неужели? – ехидно усмехнулся Мясников. – Откуда в тебе столько гонору взялось, Белов? Ты же последний трус! Уж я-то тебя знаю. Что, правда собираешься вернуть долг?

– Смотри, как бы ты мне должен ни остался, – ответил я.

Мясников долго смотрел мне в глаза. Казалось, он пытался сломать меня взглядом, но никак не мог.

– Ладно, – произнёс, наконец, он. – В восемь вечера у фонтана. Сегодняшний пароль «Червонный король». Я буду тебя ждать.

Мясников резко развернулся и исчез в толпе покидающих столовую студентов. Звук барабанов в ушах утих.

Смерти, значит, мне желаешь? Что ж, посмотрим, маг крови, посмотрим. Давненько я таких не ставил на место. В мои времена этих кровопийцев было очень мало. Чаще мне приходилось биться с некромантами или огненными магами – от них проблем было больше всего. Остальные, как правило, были хитрее и старались не светиться перед простым людом.

И о чём это он говорил? Закрытый клуб, карточный долг. Две тысячи рублей. Ну, бывший Белов, ну ты и прыщ на заднице некроманта! Значит, всё-таки пошёл по стопам отца. Проиграл в карты последние деньги.

А мне теперь разгребать…

Из-за азартных игр и алкоголя наш папашка потерял всё имущество. Один титул остался. А прошлый Белов, похоже, решил, что клин клином вышибать надо! Болван.

Хотя не будь он таким дураком, то я бы и не занял его тело на дуэли. А раз уж переселился, надо работать над своей репутацией.

– Вов! Вова! – послышался за моей спиной голос Бродского. – Ты зачем с Мясниковым повздорил? Он же тебя прибьёт!

– Да что ж вы все так боитесь этого Мясникова? – воскликнул я.

– Ну как же? – пожал плечами Николай. – Он – самый сильный маг на курсе. С ним все стараются лишний раз не пересекаться.

– Поздно. Я с ним уже пересёкся несколько раз. Посмотрим, из какого теста сделан этот пирожок с мясом.

Я посмотрел на истощённую физиономию Бродского, и мне в голову пришла замечательная идея.

– Коля-Коля, – я схватил приятеля за плечо. – Пойдём-ка подальше от лишних ушей.

– Куда? Зачем?! – испугался Николай.

– Дело одно обсудим. Тебе понравится.

Я оттащил Бродского за столовую и спросил:

– Помнишь, что я тебе сказал на счёт зелий?

– От головной боли? Помню!

– До вечера сможешь сделать?

– Кого? – глаза Бродского медленно закрывались.

– Зелье, Коль, хватит спать! – встряхнул я его.

– До вечера боюсь не успеть, у меня ещё занятия… – начал оправдываться Николай.

– А если я проведу тебя в закрытый клуб? – заговорщически прошептал я. – Ты же хотел, чтобы я достал оттуда запретные ингредиенты? Предлагаю тебе вариант получше. Я тебя самого туда доставлю.

Бродский оживился и принялся бешено кивать так, будто зелье судорог проглотил.

– Давай-давай! Давай! – выпалил он. – Я согласен!

– Тише-тише, не спеши, – успокоил его я. – Сначала зелье, потом закрытый клуб. И чтоб без всяких побочных эффектов. Чистое, как слеза ангела.

– Да вообще без проблем! Я прямо сейчас приступлю.

– Ты же вроде занятия боялся пропустить? – усмехнулся я. – Впереди ещё три пары.

– Да пошли они лесом – эти пары! Если проведёшь в закрытый клуб – я на парах вообще больше никогда не появлюсь!

– Ну ты палку-то не перегибай, дружище. На такие жертвы идти не нужно. Давай подытожим: сегодня в пол восьмого вечера у фонтана. С зельями. Договорились?

– Договорились! – Бродский схватил мою руку и несколько раз ею встряхнул. – Так, только объясни – у какого фонтана? У того, который в западном дворике?

– А у нас на территории фонтанов много?

– Нет, только он один.

– Вот и не задавай глупых вопросов!

Так-с, благодаря Бродскому удалось аккуратно выяснить, где находится фонтан. А то пришлось бы блуждать по академии ещё фиг знает сколько.

Николай убежал в общежитие, а я вернулся к своей миссии «закрыть все долги по учёбе за один день». У Белова не жизнь – а один сплошной долг! Угораздило же меня попасть в тело такого дурачины.

Хотя, если разобраться, я за сутки решил больше проблем, чем он за всю жизнь. Посмотрим, может, уже через недельку фамилия Беловых будет полностью очищена.

Две следующие лекции пролетели незаметно. На одной дотошно разбирались механизмы работы магии, а на второй история магического мира. С первым преподавателем никаких проблем не возникло. Мы договорились, что я напишу парочку эссе и разошлись с миром. А вот с историком дело обстояло ой как не просто!

– Молодой человек! – возмущённо вопил профессор Черновский. – Вы несёте сущую чепуху!

А всё так хорошо начиналось. Я подошёл к нему, чтобы ответить на пару вопросов. Всё шло гладко, я рассказал о некромантских войнах, подробно расписал сожжение Сибири огненными магами. И это было не трудно, ведь я сам участвовал в этих событиях.

Но когда вопрос зашёл о том, как появилась магия в роду императора, начались серьёзные проблемы.

– Вы на полном серьёзе заявляете, что первый маг в семье правителей наших Невских родился всего-то триста лет назад? – чёрные тараканьи усы историка дрыгались туда-сюда и отвлекали всё моё внимание.

Вот уж магия гипноза – не иначе!

– Белов, вы меня вообще слышите? – продолжал Черновский.

– Слышу, профессор, – поморщившись, ответил я. – В таком случае, просветите меня, когда родился первый маг-император.

– Неслыханная наглость, невежество и нахальство! – выпалил он. – К завтрашнему дню подготовите подробное сообщение о первом маге-императоре. И если оно мне понравится, тогда уже поговорим об отработках. Свободны!

Черновский махнул рукой, желая прогнать меня как можно скорее.

Спокойно-спокойно. Я не хочу убивать магов. Я не хочу убивать магов.

Бесово вымя! Нет, я хочу убивать магов, особенного этого скользкого таракана-историка! Так, надо успокоиться.

Задержись я там ещё на минуту – и точно наколол бы дров. Но кто-то схватил меня по другу и вывел из аудитории.

– Владимир, не обращай на него внимания! – сказала Юля Колокольцева.

Девушка заметила, что держит меня за руку, и резко отпрянула.

– Ты отлично отвечал. Правда, с последним вопросом оплошал, переволновался, да? – спросила она.

Ага! Выходит, это не Черновский сошёл с ума. Это все здешние маги считают, что Невские испокон веков были магами. Ну разумеется, что же я сразу не догадался! Кому же это выгодно – рассказывать о том, как орден карателей истреблял обезумевших магов несколько столетий подряд?

До меня только сейчас дошло. Всё, что было сделано мной, моими соратниками, нашими наставниками и предшественниками… Всё вычеркнуто из истории.

Остались только великие деяния дворянских магических родов.

Дьявольски обидно. Получается, что вся моя прошлая жизнь – ничего не стоила. Все мои подвиги, все спасённые нашим орденом жизни – всё это забыто.

Ну ничего, раз уж я жив, то смогу восстановить былую славу! Тогда уж и о просвещении народа можно будет подумать.

Хорошо, что мне хватило ума, не упоминать свой орден. Это бы привлекло совершенно ненужное внимание.

С другой стороны, в этой ситуации есть один-единственный плюс. В современном мире никто не знает об отражателях. Уверен, что эта тайна известна лишь императорской семье – и более никому.

Ну что, современный народ, вы, наверное, даже не осознаёте, на что вас всех обрекли? У нас были большие планы. Если бы вы знали… Если бы вы только знали то, что было известно нашему ордену…

– Владимир? – дёрнула меня за ворот пиджака Юлия. – Ты как? На тебе лица нет.

– Да вот думаю, какое же замечательное эссе я напишу профессору Черновскому! М-м-м. Закачается! – отшутился я.

Правильно. Нечего ударяться в воспоминания. Для начала надо решить более приземлённые проблемы.

– Ну ка быстро убрала руки от моего щеночка, – послышался надменный женский голос.

Мы с Колокольцевой одновременно обернулись. В коридоре корпуса не было никого, кроме нас троих.

Я, Юля, и Мария Мясникова.

Ну и бестия, скажем прямо! Своей грацией и дерзким выражением лица она больше всего напоминала мне готовую атаковать в любой момент пантеру.

Не припомню, чтобы в моё время существовали фиолетовые пантеры, но современники могут лицезреть минимум одну самку этого вида.

Будь я менее искусным убийцей магов, решил бы, что она – пиромант. Вокруг неё витала взрывная огненная аура. Но если учесть, что её брат – маг крови, нетрудно предположить, что и она унаследовала похожую магию.

– О-ой, – только и смогла выдавить из себя Колокольцева.

Юля быстро отпустила мой рукав и на всякий случай отошла от меня на пару шагов в сторону.

– Умница, девочка, – ухмыльнулась Мясникова.

– Ты где здесь щеночка увидела? – спросил я. – Я смотрю, у всей вашей семейки явные проблемы с головой.

Улыбка быстро сползла с лица Марии.

– А Павел был прав. С тобой явно что-то не то, Белов, – произнесла она и злобно улыбнулась. – Ты где свою трусость зарыл, щеночек? Может, пойдёшь и раскопаешь, пока не поздно?

– Володя, нам лучше уйти, – прошептала Колокольцева.

– Поздно уходить, Юлечка, – ответил я, не отводя взгляда от Мясниковой. – Уж больно у меня сегодня плохое настроение, чтобы терпеть унижения от какой-то стервы.

– Как ты меня назвал? – вздрогнула Мария.

Я медленно шёл к ней навстречу. И каждый мой шаг порождал в Мясниковой страх. Я чувствовал это по колебаниям её магической силы.

– Ты не глухая. Всё слышала, – ухмыльнулся я.

Она уже начала колдовать и рассчитывала остаться незамеченной. Дилетантка. Я уже раскусил её. Значит, бегал я за ней, как щеночек, говорите? Семейка с магией крови? Редкий же ты экземпляр, Мария Мясникова. Признаться честно, я таких ещё не встречал никогда! Только слышал рассказы наставника.

Магия очарования – одно из ответвлений магии крови. Такие колдуньи способны выделять из своей кожи вещества, привлекающие противоположный пол.

С таким сущим пустяком моё отражение справится даже сейчас.

Я остановился в паре сантиметров от Марии. Она оцепенела, как кролик перед удавом. Я практически касался торсом её выпирающих грудей. Но магия всё равно не действовала.

Затылок гудел от боли, а кожа отталкивала миллионы мельчайших магических феромонов. Это ей ещё повезло, что рядом нет ни одного мужчины – вот было бы веселье, если бы я отразил эту магию в толпе студентов. Бедняжку бы на кусочки разорвали.

– Ну? – вскинув брови, спросила она. – В чём дело? На колени!

Я тихо прошептал прямо перед её ухом:

– Твоя магия, Машенька, больше на мне не работает. Я больше не твой щеночек. Я дьявольская гончая.

– Угрожать мне вздумал?

– Нет. Констатирую факт. Ещё раз попытаешься меня унизить, я вызову тебя на дуэль. И не посмотрю, что ты девушка.

Мясникова вздрогнула и отступила. Её грудь тяжело вздымалась и опускалась. А на лице читалось недоумение.

– Пойдём, Юль. На последнюю пару опоздаем, – позвал я девушку за собой, поскольку больше не было смысла церемониться с Мясниковой.

Юля, громко цокая, пробежала мимо оцепеневшей Мясниковой, и вместе мы покинули корпус. Мария так и осталась стоять в коридоре, словно в землю вросла.

Что-то мне подсказывает, что за сегодняшний день я сделал всё семейство Мясниковых своими кровными врагами.

Кровными… ну и каламбур.

– Володь, что происходит? – обеспокоенно спросила меня Колокольцева. – Ты никогда так с ней не разговаривал! Ты… Да ты сам на себя не похож!

– Что поделать, Юлечка, – пожал плечами я. – Люди меняются.

– Но не так кардинально.

– Можешь считать, что я решил вернуть все долги. Не только по учёбе.

Колокольцева вряд ли поняла, что я имел в виду, а потому ничего не ответила.

Но должок Мясниковым я ещё верну. Их семейство ещё шарахаться будет при встрече со мной.

Проклятье, главное, чтобы эта головная боль скорее прошла! Ну, Бродский, у тебя осталось три часа. Надеюсь, не подведёшь.

Следующее и последнее на сегодня занятие было практическим. Два часа подряд мы должны были применять наши магические навыки на практике. Но в связи с тем, что моя способность предполагает защиту от нападения, преподаватель предложил мне не участвовать в сегодняшней практике и отпустил в библиотеку.

Слава ордену! Если бы я остался в классе, где творится эта магическая какофония, я бы показал им содержимое своей черепной коробки.

Остаток дня мне пришлось провести в библиотеке за учебниками по истории магии. Да уж, ну редкостный же бред они понаписали в этих книгах! Десять томов по пятьсот страниц – и всё сплошное враньё! Мне хотелось плеваться на каждом абзаце. Тьфу, да слюны не хватит на эту чушь.

Большие часы показали семь вечера. Эх и засиделся же я! Правильно говорил мой наставник: за страданием фигнёй время пролетает незаметно.

Я выдвинулся к месту встречи. На город уже опустились сумерки, по всей академии начали загораться синие магические огни.

Уважаемые маги, ну чем же вам не угодил обычный человеческий, сука, огонь? От этой синей лабуды можно глаза себе выколоть.

В проулке, ведущем к западному дворику, кто-то крепко схватил меня за плечо. Если бы меня хотели убить, я бы почувствовал. Поэтому произошедшее оказалось для меня полной неожиданностью.

Сработали рефлексы, я резко развернулся и ударил незнакомцу кулаком в живот.

– Ой-ой-ой, Вов, ты чего творишь? – простонал Николай.

– Бродский? Твою-то мать! – выругался я. – Какого лешего ты в темноте на людей бросаешься? Ты уж не обижайся, у меня рефлексы.

– Я сделал! – импульсивно подпрыгнув, заявил он.

И протянул мне плотно закупоренный бутылёк с коричневатой жидкостью.

Я недоверчиво взял склянку в руки и вгляделся в содержимое. Зелье чем-то напоминало кофе или крепко заваренный чай.

– Николай, я надеюсь, ты ничего не перепутал? А то выглядит, как твоё зелье от «бессонницы».

– Обижаешь, Вов! Я на него весь вечер убил. И не только вечер…

– Не понял? Кого ты ещё убил из-за него?

– Скажем так, не все ингредиенты растительного происхождения. Короче, лучше тебе не знать, – заявил Бродский и добродушно улыбнулся.

– Надеюсь, люди из-за этой бурды не пострадали? – на всякий случай уточнил я.

– Конечно, нет, друг. Ни одного человека! Только ползающие, прыгающие и летающие мелкие твари.

– Ты прав. Лучше бы я этого не знал…

Я откупорил бутылку и аккуратно поднёс её к носу.

– Как-то странно даже! Совсем ничем не пахнет, – сказал я.

– Так и должно быть.

– Ну не знаю, не знаю, Коля. Зелья без запаха – звучит, как затишье перед бурей. Хреновое у меня предчувствие.

– Да ну тебя, Вов! Много зелий что ли пробовал? Что за гурманские наклонности?

Знал бы он, сколько я этой дряни перепил в прошлом. Мой товарищ из ордена варил добротные зелья. С качеством ни разу не облажался.

Ладно, чего уж тут. Мой нынешний алхимик – не мастер варки, да и я уже не главный каратель. Всему своё время. Может, и из Николая выйдет толк.

Выхода у меня всё равно не было. Кровь из носа текла весь день напролёт. Голова-то и гляди раздуваться начнёт. Так дальше продолжаться не может. Если меня сегодня ждёт столкновение с магами, а может, даже и очередная дуэль – без болеутоляющего никак не обойтись.

– Ладно, Коль, – собрался с силами я. – Твоё здоровье.

Я залпом осушил склянку.

Затишье… перед бурей.

Вкус у этого пойла заставлял о многом задуматься. В первую очередь о том, когда убить Бродского: сейчас или чуть попозже?

– Ты бы его хоть посахарил, – просипел я.

– Терпи-терпи, сейчас подействует! – воодушевлённо произнёс он.

– Да некогда ждать, – ответил я и выбросил склянку. – Пойдём к фонтану. Выполню свою часть сделки.

Мы с Николаем вышли на безлюдный западный дворик академии. В центре него располагался массивный многоуровневый фонтан. Его громкое журчание заглушало даже не прекращавшуюся болтовню Бродского.

– Стоять! – рявкнул широченный бугай, появившийся прямо перед нашими носами.

– Ты из земли, что ли, вырос? – ухмыльнулся я.

– Неверный пароль, – монотонным низким голосом произнёс он.

Словно и правда – неживой. Не удивлюсь, если он создан из магии. Встречал в прошлой жизни редкий дар, когда маг мог создавать свои материальные копии.

– Мы в клуб, – коротко сказал я. – Пароль: «Червонный король».

– Хмм, – внимательно осматривая нас, промычал охранник. – Этот с тобой?

Он указал широким пальцем на Бродского.

– Со мной.

– Пусть тоже скажет пароль, – потребовал охранник.

Мы с Николаем удивлённо переглянулись. Удивительно, как с таким болваном на входе этот клуб ещё оставался закрытым.

– Король Червей! – воскликнул Николай.

– Неверно! – запротестовал бугай и начал засучивать рукава.

– Червонный король! Червонный король! – быстро затараторил Коля. – Что? Это ведь одно и то же!

– Проходите, – недовольно рыкнул охранник.

Похоже, ему очень хотелось подраться с нами, но повода мы ему так и не дали.

Бугай щёлкнул пальцем и один из секторов фонтана отключился. Следом за водой исчезла и часть мрамора, открыв для нас проход в подземное помещение.

Магия Иллюзий. Только очень способный маг мог создать такой вход прямо посреди академии.

Когда мы оказались в подземном коридоре, а проход за нами закрылся, я толкнул Николая локтем.

– Ай! За что?! – возмутился он.

– Бродский, ты зачем клоуна из себя строишь? Ты же слышал пароль!

– Да я просто пошутил! Я же не виноват, что этот узколобый придурок шуток не понимает!

– Смотри, внизу ни с кем не шути. Место не безопасное для таких шутников, как ты.

– Ух! Я уже предвкушаю! – потирая ладонью об ладонь, воодушевлённо прошептал Николай.

Закрытый клуб оказался совсем не таким, как я себе представлял. Я ожидал увидеть каморку с маленькой группой людей, играющих в картишки. Что-то вроде тайного общества местной элиты. Но под западным двором академии скрывалось огромное помещение, заполненное десятками посетителей.

Внизу кипела жизнь. Громко играла музыка. Кто-то танцевал, кто-то мирно трапезничал, попивая вино. В дальнем конце комнаты находилась… зона для азартных игр. Вот и мои воспоминания начали возвращаться потихоньку. Именно здесь бывший Белов провёл ни одну ночь. За играми и выпивкой.

– Ты как хочешь, Вов, а я пошёл искать местный чёрный рынок! – воскликнул Бродский.

– Никуда вы не пойдёте, – прорычал за нашими спинами низкий голос.

Позади стояли ещё двое охранников. От предыдущего они ничем не отличались. Трое из ларца – не иначе. Или же магия создания големов…

– Вас приказано отвести к главному, – сказал охранник и жутко ухмыльнулся. – И ещё приказано передать, что вас ждёт весёлая ночка!

– Бродского хотя бы отпустите, – сказал я. – Он тут ни при чём.

– Нет, – упёрся здоровяк. – Ты его сюда привёл, значит, он пойдёт с тобой.

Вот оглобля настырная!

Я глянул на Бродского и обнаружил, что всё его веселье, как рукой сняло. Николай испугался не на шутку.

– Расслабься, Коль, – попытался успокоить его я. – Всё схвачено. Я быстро решу свои дела – и мы отсюда уйдём.

– А кто вам сказал, – вмешался охранник, – что вы уйдёте отсюда живыми?

Глава 5

Вот так закрытый клуб! А современные студенты знают толк в развлечениях. Чёрный рынок, запретные азартные игры, угрозы смерти. Нет, серьёзно, охранники даже не пытаются скрывать, что нас собираются вынести отсюда вперёд ногами. Сильное заявление.

Вот почему я ненавижу магов…

– Какой толк вам нас убивать? – спросил я. – Из-за двух тысяч рублей? Понимаю, карточный долг – дело серьёзное. Но всё-таки труп деньги вернуть не сможет.

Охранники переглянулись и одновременно принялись ржать. Они даже двигались одинаково – как отзеркаленные! Интересно, чем это их так рассмешили мои рассуждения?

Триста лет назад было проще. Маги не ржали, а сразу убегали от меня.

– Что тут смешного? – холодно спросил я.

– А ты что же, Белов, забыл, что ли? – спросил один из охранников. – Забыл, что в прошлый раз поставил на кон свою жизнь?

– Да не может такого быть! Не мог я такого сделать! – не поверил я.

Хотя учитывая всё, что я сегодня узнал о своём предшественнике, тут нечему удивляться. Этот дурак таки лишился жизни, правда, по другой причине. Вот прямо стремился к этому, как погляжу.

Охранник достал из кармана лист бумаги и сунул мне его в нос. На нём красовалась, будь она проклята, подпись Владимира Белова.

– Ага, – пробегая глазами по тексу, сказал я. – Значит, всё-таки мог.

А Павел Мясников – тот ещё хитрый лис. Он не упоминал, что бывший Белов поставил на кон свою жалкую душонку. От которой уже и без того мало, что осталось.

И теперь мне понятно, почему он умолчал об этом. В расписке указано, что ставка будет считаться действительной, если я ещё раз появлюсь в закрытом клубе.

И вот – я здесь! Ставки сделаны, господа, ставок больше нет. И не факт, что будут. Видимо, Мясников решил, что мне отбило память в дуэли с Погребицким, и я забыл об этой договорённости. Хитрец сделал так, что я сам завёл себя в ловушку.

Ну ничего, это мелочи. И не из таких передряг выбирались. Если вспомнить, сколько раз моя жизнь висела на волоске, пересчитать у всей академии пальцев не хватит.

– Ну, чего встали? – развёл руками я. – Ведите нас к своему главарю. Будем разбираться.

Охранники зажали нас с Николаем с двух сторон и повели в секцию со столами для азартных игр. Жизнь в закрытом клубе бурлила, как кровь огненного мага. Никто из отдыхающих даже не обращал на нас внимания.

Одни были увлечены азартом, упивались превосходством над проигравшими. Другие целиком и полностью отдавались отчаянию. Отовсюду доносился звон игральных фишек и бокалов с выпивкой. Приятная тут атмосферка, если не учитывать тот факт, что я сегодня сам тут вместо фишек.

Нас усадили за свободный столик, покрытый зелёным сукном.

– Сидеть здесь, – рявкнул охранник. – Я пошёл за главным.

– Пусть пошевеливается! – крикнул я ему вслед. – Мы люди занятые.

Бродский ткнул меня в бок локтем.

– Ты зачем их злишь? – прошептал он. – Что тут вообще происходит?

– Не дрейфь,Коль, – ответил я. – Всё идёт по плану. А прогибаться под них не надо. Таким только дай волю – начнут нас крутить – вертеть, как им заблагорассудится.

– Вов, я тебя не узнаю, – не поверил своим ушам Бродский. – Ты уж прости, но мне казалось, что раньше ты Павлу Мясникову был готов пятки лизать. А теперь говоришь, что нельзя прогибаться!

Ну, приехали. Если прошлый «я» умудрился даже перед Бродским свой авторитет подорвать, дело действительно дрянь, как ни крути.

– Времена изменились, Коль, – сказал я. – И сегодня ты сам всё увидишь. Даю слово, к концу ночи мы оба выйдем отсюда целыми и невредимыми. Может, ты даже успеешь на свой чёрный рынок сгонять – это уже не обещаю.

Стоило Николаю услышать про чёрный рынок, и он сразу же взбодрился. Чудной он, всё-таки парень. Но каким бы странным он ни был, с одним фактом поспорить я не мог никак.

Голова больше не болела. Учитывая, какое количество магов вертелось в клубе, вывод напрашивался один. Зелье Бродского работало. Я вновь почувствовал себя живым человеком. С непривычки даже появилось ощущение, что я могу горы свернуть, как в старые добрые! Ух!

Дверь, что вела в служебные помещения, открылась. Послышались шаги, к нам шла целая группа людей.

Глава закрытого клуба – маг крови Павел Мясников вместе со своей свитой.

Мрачный темноволосый юноша присел за стол напротив меня, и я вновь испытал неприятное покалывание в затылке. Так вот, в чём было дело! Когда я впервые почувствовал жажду убийства с его стороны, я решил, что он банально хочет избавиться от меня. Но нетушки! Этому психу, судя по всему, очень хотелось, чтобы я сам проиграл свою жизнь в чёртовы карты.

За спиной Мясникова стояли ещё трое людей. И все они были мне знакомы. Сестра Павла – Мария Мясникова. Ух, ну и горячая же всё-таки она штучка! Эта дама умела привлекать к себе внимание и без всяких магических феромонов. В закрытом клубе она носила ещё более откровенный, подчёркивающий фигуру наряд. V-образный разрез на её груди, судя по отвисшей челюсти Бродского, притягивал не только мой взгляд.

Сама же Мария глядела на меня исподлобья и всё время нервно поправляла свои фиолетовые пряди. Вот уж кто был действительно не против меня убить! Она всё ещё обижалась на меня из-за того маленького инцидента. А что я должен был сделать? Поддаться её магии очарования? Нет, Машенька, мне привычнее самостоятельно соблазнять прекрасных дам. И без всякой магии.

Кроме Марии, за спиной Павла стоял уже известный мне Антон Погребицкий. Глаза белобрысого барона нервно бегали из стороны в сторону. Что-то мне подсказывало, что эта придурь аристократская до сих пор себе память не восстановила. Да уж, не верхушка закрытого клуба – а цирк уродов.

С ностальгией вспоминаю времена, когда в цирке уродов на самом деле выступали маги. Эх, сколько же трупп я тогда разогнал… Никогда не забуду, как тот клоун убегал от меня, попутно пытаясь отбиться магией смеха.

Вот только в ту ночь всему отряду карателей было не до смеха.

Последним членом группы Мясникова был тот самый коротко бритый здоровяк, копии которого ходили по всему клубу. И тут без всяких сомнений передо мной стоял оригинал. От одного взгляда на его глупую рожу, у меня включалось магическое чутьё. Не хило же он запасся маной, если поддерживал сразу несколько своих клонов-големов.

– Ну надо же, пришёл всё-таки, Белов? – не скрывая презрения, спросил Павел Мясников.

– А ты что же, Павел, сомневался во мне? Зря-зря. Я своё слово всегда держу, – заявил я и положил локти на стол, стараясь занять как можно больше пространства.

На таких выродков, как он, нужно оказывать давление любыми способами. Пусть почувствует, что я здесь чувствую себя комфортно.

– Держишь своё слово? – по его лицу пробежала еле заметная улыбка. – Ну-ну. Признаться честно, я удивлён. Ты много шуму наделал в последнее время. Избил Погребицкого, оскорбил мою сестру, принудил меня к конфликту в столовой. Выходит, ты одного Вячеслава пока ничем не обидел.

– Угу, – буркнул здоровяк.

Видимо, этот хрен великана – и есть Вячеслав.

– Как ты всё гладко расписал, Павел! Прямо-таки и не придраться, – усмехнулся я. – Вот только вы трое первыми спровоцировали меня на конфликт. И все трое заслуживаете сдачи.

Антон Погребицкий вздрогнул, услышав слово «сдача».

– Антоха, тебя это не касается! – успокоил барона я. – Ты уже достаточно получил. Считай, что наш с тобой конфликт полностью исчерпан.

– Ты сейчас разговариваешь со мной, а не с Погребицким, Белов, – злобно процедил сквозь зубы Павел. – Смотри мне в глаза.

– Павел, дорогой, мы так и будем глазки друг другу строить или уже перейдём к делу? – передразнил его я, чтобы вывести из равновесия. – Я вообще-то пришёл решить проблему своего долга. Две тысячи рублей. Играть будем или боишься?

– Боюсь? Тебя? Белов, не смеши меня, – обнажив белые зубы, ухмыльнулся Павел. – И должен тебя поправить. Не просто две тысячи рублей. Ты пообещал, что поставишь свою жизнь, если вернёшься в клуб.

– Разумеется, расписку я свою видел, спору нет. Повторяю вопрос: играть будем?

Внешне я выглядел спокойным и даже слегка весёлым, но вот внутри всё трепетало. Конечно, мы в ордене любили перекинуться в картишки по вечерам, но до серьёзных ставок дело никогда не доходило.

Мясников замер. Его дружки глядели друг на друга с не меньшим удивлением. В толк взять не могу, что ж их так удивляют мои слова?

– Погоди-погоди, Белов, – Павел принялся нервно стучать пальцами по столу. – Ты точно понимаешь, что говоришь? Объясню для непонятливых. Поставить свою жизнь – равно умереть в случае проигрыша.

– Ты меня по себе-то не суди, Паш, – ответил я. – Я не идиот. Повторяю в третий и в последний раз: играть мы сегодня будем или нет?

И Павел Мясников показал своё истинное лицо. Его рот расплылся в дьявольской ухмылке. Глаза прищурились, обдав меня холодком его жуткого самодовольного взгляда.

– Разумеется, будем, Владимир, – радостно прошептал он.

Видать не всех демонов-магов перебил мой орден. Одна побитая сволочь точно выжила и основала род Мясниковых. Такой кровожадной улыбочки я давненько не видел. Самый типичный, я бы даже сказал клишированный, маг крови. Психопат, как и все они.

Павел специально мучил меня вопросами, надеясь, что меня придётся заставлять играть силой. Нет, дружок, не на того напал.

– Значит, так, – сказал я, упёршись руками в стол. – Предлагаю такой расклад. Моя жизнь – штука не дешёвая. И деньжат у вас точно не найдётся, чтобы уравновесить ставки. Но я – парень не жадный. Поэтому сделаем так: с меня жизнь, с вас – четыре тысячи рублей.

Некромантовы пятки! Да это даже в голове звучит, как бред…

– А ты не слишком ли нарываешься, козёл? – рыкнул верзила Вячеслав.

– Тихо-тихо, Слава, – махнул рукой Павел. – Я согласен с Беловым. Если выиграет – сохранит свою жизнь, вернёт долг и получит две тысячи рублей чистыми. Более чем честный расклад.

– Брат, но он оскорбил меня, – зашептала Мария. – Ты не можешь ему позволить указывать в твоём же собственном клубе.

– Да-да! – поддакивал Погребицкий. – А мне он вообще от…

– А ну, заткнулись оба! – приказал Мясников. – Вы со своими проблемами разберётесь сами, если вас что-то не устраивает. А мы с Беловым уже всё решили, правда ведь, Владимир?

Павел скрестил руки на груди и добавил:

– Тем более, Белов ведь ещё ни разу не выигрывал в магический покер. Чего нам бояться?

Эх, расклад так себе, тут и без гадалки понятно. Гением азартных игр быть не надо, чтобы догадаться, что засранцы жульничают. Либо прошлый носитель моего тела был совсем уж конченым идиотом. Такой вариант тоже исключать нельзя.

Нужно быть начеку.

– Я… Э… Прошу прощения, – неловко подняв руку, пролепетал Бродский. – А мне можно уже идти? Или как?

– О! А я и забыл, что ты здесь сидишь, – сказал Мясников. – Ну что ты, Николай! Конечно, нет. Если Владимир проиграет, то ты умрёшь вместе с ним.

Готов поклясться, что услышал, как беззвучно взвизгнул Бродский.

– Так, стоять! – со сталью в голосе заявил я. – Николая не трогать. Он должен уйти отсюда живым при любом раскладе.

Бродский интенсивно кивал, соглашаясь с каждым моим словом.

– Нет, такой роскоши мы вам позволить не можем, – помотал головой Павел. – Загибай пальцы, Белов. Его сюда никто не звал; он знает про закрытый клуб; он может стать свидетелем смерти студента, то есть – тебя. И как прикажешь нам его отпустить?

М-да, получается, что я раздобыл зелье, но подставил Николая. Такой себе из меня друг… Надо срочно исправляться!

Ведь, как говорится, дурак не тот, кто не совершает ошибок, а тот, кто на них не учится.

– Хмм, – задумавшись, промычал я. – И вправду, никак. Ну, хорошо. Тогда за жизнь Николая Бродского накидываем ещё две тысячи рублей к общей сумме выигрыша!

А другого выбора не было. Мясников ни за что не согласится отпустить Николая в случае проигрыша. А значит, я должен выиграть любой ценой. И не важно, что Коля – маг, а я их с детства ненавижу… Он мне помог и пострадал из-за меня. Блин, кажется, я впервые переживаю за мага.

– Вов! Вов! – завопил Бродский. – Да ты чё!?

– Доверься мне, Коль, в этот раз не подведу, – тихо сказал я и вновь обратился к Мясникову. – Таково моё окончательное решение. Две жизни против шести тысяч рублей. Звучит безумно, но игра стоит свеч, не так ли, Павел?

Павел Мясников смотрел на меня, не моргая, не меньше минуты. Наконец, он выдохнул и произнёс:

– Пусть будет так! Погребицкий, неси сюда карты для магического покера. Сегодня будет игра года.

Погребицкий поспешно удалился в служебные помещения. Я наклонился над трясущимся Бродским и прошептал:

– Всё в порядке. Я же тебе пообещал. Я их сделаю. Часть выигрыша – твоя.

– Вов, ты точно уверен, что сможешь его одолеть? Он вроде сказал, что раньше тебе ни разу не удавалось, – забеспокоился Николай.

– Сам увидишь. Этой ночью закрытый клуб познакомится с новым чемпионом.

С чего во мне столько уверенности? Да всё очень просто! Магический покер. Карточная игра, завязанная на магии. А с магией у меня разговор короткий.

Осталось только правила узнать…

– Павел, я не помню, где мы храним коробку с покером! – послышался крик Погребицкого из служебных помещений.

– Клянусь кровью моего рода! – выругался Павел. – Этот болван теперь вообще ничего не помнит! Слава, помоги ему.

Здоровяк ушёл вслед за Погребицким. В служебной комнате послышался звук ударов и жалобные крики забывчивого барона. Через минуту Слава вернулся с колодой карт. Погребицкий появился чуть позже, с синяком под глазом.

– Ну что, Белов, начинаем? – тасуя карты, спросил Павел.

Ему явно не терпелось поскорее приступить к смертельной игре.

– Погоди, ещё один вопрос, – остановил его я.

– Да чего тебе ещё нужно? – прикрикнул Мясников.

– Напомни правила игры. И не надо злиться, скажи спасибо Погребицкому за частичную амнезию.

– А чё я-то опять? – испугался Погребицкий.

– Правила предельно просты, – начал Мясников. – Это не покер для простолюдинов. Здесь нет мастей, сложных комбинацией и прочей бурды. Карты в колоде изначально запитаны разными магическими зарядами. Мы с тобой берём по пять карт. И приступаем к первой фазе игры. Всё начинается с двух дуэлей. Мы дважды берём по одной карте с руки и играем ими друг против друга. Карты соприкасаются. Если у моей карты заряд больше, чем у твоей – твоя карта сгорает. После дуэлей – вторая фаза. Тут всё просто. Мы выкладываем все оставшиеся в руке карты и побеждает тот, чей общий магический заряд оказался сильнее. Вспомнил правила, Белов?

Болтовня Мясникова довела меня до очередного приступа головной боли. Признаться честно, я не понял практически ничего, кроме одного простого факта. И этого факта для игры мне хватит с головой.

Нужно просто копить карты с сильным зарядом.

– Белов, ты понял или нет? – раздражённо переспросил Павел.

– Да понял, понял. Всё проще некуда. Давай начинать!

– Ты же ни черта не понял… – в ужасе простонал Бродский, нервно теребя свой конский хвост.

Таким макаром, у моего личного алхимика скоро волос на голове не останется.

– Играем до двух побед. Итого – максимум три раунда, – заключил Мясников. – Приступим.

И игра началась.

Объяснения Павла заставили меня понервничать. Я уже начал прикидывать план «Б» на случай, если отражение не выручит меня в этой игре.

Перевернуть стол, отразить атаку сразу четверых магов. Прикрывать Бродского… Эх, гиблое дело. Лучше до такого не доводить.

Мы с Павлом взяли по пять карт. Я осмотрел свою руку. Пять бумажных пластинок без каких-либо изображений. Ну и хрень – этот ваш магический покер!

Заряд карточек нигде не был отмечен. И тут до меня дошло, что эта игра имеет парочку подводных камней.

Во-первых, этот покер целиком и полностью рассчитан на удачу. Далеко не все маги умеют считывать, сколько энергии в том или ином предмете. А значит, карты большинство игроков выбирают наугад.

Ну и тупость! Какой же толк – играть в это дерьмо? Уж лучше бы за шахматы засели. Если, конечно, вонючие маги не создали какие-нибудь дурацкие магические шахматы, где вместо фигур одни пешки.

Во-вторых, Мясников совершенно точно рассказал мне не все правила. Всё-таки эта игра – битва магов. А как маги меряются писюнами? Правильно! Бодаются, у кого больше маны. А это значит, что картишки можно запитывать своей магической силой.

Которой у меня нет!

Но ничего, это ещё не значит, что я проиграю.

– Чего застыл, Белов? – ехидно ухмыльнулся Павел. – Опять правила забыл? Выкладываем по одной карте.

– Я помню. Дай подумать, – коротко ответил я.

Мой палец пробежался по картам. Я включил отражение и почувствовал, что каждая карточка оказывает разное сопротивление.

Хе-хе-хе.

В задницу вашу удачу! Я с помощью отражения могу понять, где заряд больше, а где меньше.

Я отложил в сторону три карты с наибольшим сопротивлением и сказал:

– Конец тебе, Пашка.

И выложил на стол первую карту с самым минимальным зарядом.

Павел улыбался. Он даже не догадывался, в какую ловушку я его загнал.

Мясников, недолго думав, выложил свою карту. Лишь на долю секунды я почувствовал зуд в затылке. Всё, как я и предполагал. Павел только что добавил своей карте заряда из своего личного запаса маны.

Наши карты соприкоснулись.

Вспышка!

Карта Мясникова взорвалась, стоило ей соприкоснуться с моей.

Вся группа Павла вздрогнула. Бродский торжествующе вскрикнул и тут же прикрыл рот руками.

Ну и рожа у Мясникова! Как будто зелий Николая напился. Болван даже не подозревает, что я отражаю в его карту его же собственную магию. Отражение. Перегрузка. Бах! Взрыв!

Вот и стопроцентная тактика, которая приведёт меня к победе.

– Ай-яй-яй, – улыбнулся я. – Кому-то не повезло.

– Неплохо для начала, – быстро оправился Павел. – Впервые в жизни тебе повезло. Должно быть, под угрозой смерти даже тебе начинает улыбаться удача. Но это ненадолго. Вторая дуэль!

И Павел положил ещё одну карту. Снова зуд в затылке. Ну и игра! Мне даже думать не надо.

Я вновь выложил самую слабую карту и проделал трюк с отражением.

Очередная вспышка. Мясников вздрагивает, не веря своим глазам.

– Ты… Ты совсем с ума сошёл, Белов?! – воскликнул он. – Ты же себе смертный приговор подписал!

– Не понял, – удивился я. – Это ещё почему?

– Ты все свои козыри израсходовал! Теперь у тебя на руках одна шелуха осталась, – Мясников рассмеялся. – Да-а-а. Поторопился я с выводами. Нет у тебя никакой удачи. Вторая фаза!

Мясников бросил на стол три свои карты.

– Да мне и не нужна удача, чтобы тебя уделать всухую, – пожал плечами я и выложил свои карты. С самым высоким зарядом.

Победная вспышка заставила всех посетителей закрытого клуба обратить внимание на нашу игру.

– Ого! – воскликнул кто-то из толпы. – Смотрите! Тот парень обыграл главного!

– Да ну? Мясникова, что ли?! Пошли посмотрим! – затараторили люди.

На Павле не было лица. Его и без того красные глаза налились кровью.

– Один – ноль, в мою пользу, – сказал я. – Ещё не пожалел, что согласился со мной играть?

– Ты как… это сделал? – прошептал Мясников, но больше эмоций показать не мог.

Ведь теперь у нашей игры появились зрители. Я загнал его в ловушку. Он не мог прогнать собравшийся народ, но и проигрывать у них на глазах не желал.

Страсти накаляются.

– Неплохо, Владимир, неплохо! – наигранно улыбнулся он. – В этот раз тебе повезло. Но второй и третий раунды точно будут за мной!

Мне искренне хотелось ржать от его натужной улыбки. Мясников выглядел так, будто его заставляют танцевать вальс с некромантом и выглядеть при этом самым счастливым человеком на свете.

Мы приступили ко второму раунду. Народ начал делать между собой ставки, и по счастливой случайности голоса разделились пополам.

Павла это сильно обижало. Он ведь глава этого расчудесного заведения, а тут его неожиданно перестают поддерживать. Доигрался, аристократишка. Твоя гордыня тебя же и задавит.

Я взял новые карты и вновь распределил их по заряду. Нужно следовать той же стратегии – и всё будет пучком.

В первой дуэли карт я победил, как и ранее. Мясников истерично посмеивался, приговаривая что-то себе под нос.

– Вов, – шепнул мне Бродский. – Вова, что-то не так.

– В чём дело?

Из-за шума толпы, Мясников не слышал наших переговоров. Похоже, Бродский что-то заподозрил.

– Павел только что шепнул что-то своей сестре.

– Марии?

– Да! И она куда-то ушла.

Я пробежался глазами по комнате. Действительно. Мария Мясникова куда-то исчезла. Что-то тут не чисто.

Я приготовился выкладывать следующую карту и тут же почувствовал лёгкую магическую вспышку за спиной. Знакомая, ох, какая знакомая магия. Магия очарования.

Мария была в толпе за моей спиной. Видимо, Павел приказал сестре сбить меня с толку, отвлечь от игры.

Ну, ребята, вы сами напросились. Вы даже не представляете, какую ошибку сейчас совершили. Дамы и господа, сейчас будет представление!

В течение следующих десяти секунд произошло сразу два событие. Первое – моя карта вновь взорвала карту Мясникова. Второе – моей шеи коснулась тонкая струйка концентрированной магии очарования.

Которую я тут же отразил в толпу посетителей.

– Мария! – воскликнул какой-то парень из толпы. – Мария, я прошу вас стать моей!

– Отошёл от неё! – крикнул другой. – Я любил её всю свою жизнь!

– А ну быстро убрали от неё свои руки! – кричал третий. – Она моя и только моя! Иди ко мне!

– Паша! Спаси! – завизжала Мария, но было уже слишком поздно.

Не менее двадцати парней разом набросились на девушку. Взъерошенная, как драная кошка, она выскользнула из толпы и с криками рванула к выходу. Орда одурманенных студентов понеслась за ней. Бродский попытался вскочить со стула и последовать за ними.

– Стой! Ты-то куда? Сиди смирно, – прошептал я и схватил его за ладонь.

Одно прикосновение, и моё отражение очистило Николая от наплыва похотливой дурости.

По удивительному стечению обстоятельств, в комнате остались только дамы. Все их кавалеры убежали вслед за Мясниковой прочь из закрытого клуба.

– Вот дура… – едва слышно прохрипел Павел. – Слава, отправь своих големов за ней!

– Ух, ну и весело же у вас тут! – усмехнулся я. – Ну что, дружище? Пора заканчивать?

Мясников был сломлен. Он уже ничего не мог предпринять. Жульничать больше не выйдет, ситуация с Марией и так могла вызвать лишние подозрения.

Ему остаётся только принять своё поражение. Началась вторая фаза, завершение игры. Трясущимися руками он положил на стол оставшиеся карты.

Оставшиеся в зале дамы взволнованно смотрели на меня. Ох, ну надо же. Кажется, в этой маленькой игре я обзавёлся поклонницами.

– Вот и всё, Павел, – заключил я и положил карты на стол. – Наши с Николаем жизни и шесть тысяч рублей.

Последние карты Мясникова сгорели. Я почувствовал жуткую усталость. Слишком много отражения за один вечер.

Студентки, наблюдавшие за нашей игрой, восхищённо воскликнули. Я уделал Павла всухую на глазах у посетительниц закрытого клуба. Такого унижения он точно сегодня не ждал.

Но приключения на этом не закончились. Входная дверь клуба вылетела вместе с петлями. Один из големов Вячеслава кубарем скатился со ступеней.

– Что случилось? – усталым голосом спросил Павел.

– Босс! Шухер! – закричал голем.

– Слава, переведи мне речь своего голема, пока я окончательно не вышел из себя, – раздражённо прошептал Павел.

– Нас спалили! – вновь воскликнул голем. – Там преподы снаружи! Они нашли вход!

Глава 6

У бедного Павла Мясникова глаза на лоб полезли.

– Как они могли найти вход? – не поверил Павел. – Он же запечатан магией иллюзий!

– Видимо, ваша сестра привлекла слишком много внимания, – почесав ушибленный затылок, пояснил голем Вячеслава. – Она пробежала по всей территории академии с толпой студентов на хвосте.

– Это всё ты виноват, Белов! – указав на меня пальцем, обвинил Мясников.

– А я-то тут при чём? – удивился я. – Это твоя сестра табун женихов утащила за собой, а не я.

– Эта магия должна была воздействовать на тебя! – злобно прошептал Павел.

– Что-что? – я повернулся к нему ухом. – Не слышу! Хочешь признаться, что жульничал?

Павел напрягся не на шутку. Вся эта вакханалия происходила на глазах у посетительниц закрытого клуба. Авторитет Мясникова падал. Нет. Лавиной катился с горы.

– Нужно скрыть проход, пока не поздно, – вскочив со стула, произнёс он.

– А что такого? Ну, увидят преподы наш маленький клуб, – пожал плечами я. – Взрослые люди имеют право на развлечения.

– Ты соображаешь, что несёшь, Белов? – выпалил Павел. – На территории академии запрещены не связанные с учёбой клубы. За это отчисляют! Неужели ты и это забыл?

– Некромантовы труселя, да здесь за всё на свете отчисляют! – воскликнул я. – Тогда чего мы стоим? Нужно забаррикадироваться. Дамы, ну-ка разойдитесь!

Студентки отскочили в разные стороны, освободив мне проход.

Ну и вляпался же я в очередной раз. Только-только разобрался с отчислением и снова нахожусь на грани! Нет, не на того напали. Больше вести переговоры с деканом в мои планы не входит.

Я подскочил к лестнице, что вела к выходу наружу. У фонтана над нами были слышны голоса. И что куда более не приятно, что чувствовал, как преподаватели начали колдовать.

– Они пытаются снять иллюзию с фонтана, – крикнул я Мясникову. – Насколько иллюзия сложная? Много у нас времени?

– Белов, ты чего раскомандовался? – фыркнул Павел.

– Отвечай, кому говорю! – со сталью в голове указал я.

Сейчас не было времени на бессмысленные споры, поэтому я сразу обозначил свою позицию. А что еще делать, если больше никто не ищет решение? Правильно, брать всё в свои руки!

– Эту иллюзию делал не я, – ответил Павел. – Эта магия – дело рук Мастера Тайн.

– Кого? – переспросил я.

– О! А я слышал! Слышал о нём! – встрял в разговор Бродский. – Так прозвали студента иллюзиониста. Он, говорят, по всей академии свои секретные комнаты и загадки рассовал. Он уже давно выпустился, но его иллюзии до сих пор находят студенты.

Ох уж эти маги! Им лишь бы загадки свои клепать. Нет бы серьёзным делом заняться.

– Надеюсь, этот Мастер Тайн был достаточно хорошим иллюзионистом, – сказал я. – Чувствую, как преподаватели уже начинают серьёзно давить на скрытый проход.

– Что нам делать? – разволновалась одна из студенток. – Даже если они сюда не войдут, то будут ждать нас снаружи! Мы не хотим отчисления! Павел, ты же обещал, что закрытый клуб абсолютно безопасен!

– Спокойно, дамы, спокойно! – попросил я. – Не паникуем. Мы с Павлом сейчас решим проблему. Этой ночью никого не отчислят, даю слово.

– Меня отчислят! – чуть не плача, воскликнул здоровяк Вячеслав. – Они моих големов видели!

– Я про дам говорю, а не про тебя, – бросил я и перевёл взгляд на Мясникова. – Павел, тут есть запасные выходы? Хоть какие-нибудь?

– Нет, – помотал головой он. – Только фонтан. Западный двор плохо просматривается преподавателями. Видимо, по этой причине Мастер Тайн и не предусмотрел аварийных выходов.

– Либо вы их плохо искали, – предположил я. – Если этот иллюзионист такой крутой профи, как вы его описываете, значит, он гарантированно сделал дополнительный выход.

Уж в этом я был уверен на сто процентов. Сколько раз сталкивался с иллюзионистами – всегда одно и то же. У них убежище, как матрёшка. Иллюзия на иллюзии и иллюзией погоняет.

– Так, слушайте внимательно, – я взял инициативу в свои руки. – Погребицкий, Слава – вы баррикадируете вход. Если преподаватели войдут, ваша задача – задержать их. Амнезией и толпой големов.

– А с чего ты взял, что можешь нам указывать? – вякнул Погребицкий.

– Павел, заткни свою шестёрку, пока я ему про дуэль не напомнил, – сказал я.

– Делайте, как он говорит, – кивнул Мясников. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Белов.

– Знаю, уж поверь. Николай, Паша, осмотрите служебные комнаты. Если обнаружите что-то подозрительное, сразу зовите меня, – приказал я и обратился к студенткам: – А вы, дамы, мне тоже пригодитесь. Все за мной – в главный зал клуба.

Мы разделились. Все приступили к исполнению моих указаний. Толпа девушек поспешила за мной в опустевшую секцию клуба, где располагался ресторан и танцпол.

Чем-то мы с Марией Мясниковой похожи. За ней бегает толпа мужиков, за мной – десяток дам. Одна лишь разница – я это делаю без вшивой магии.

– Что нам нужно делать? – спросила меня самая инициативная из студенток.

Черноволосая красавица была в белом магическом платье, которое сияло, словно миллионы осколок разбитого стекла.

– Проверьте все стены и пол. Если почувствуете что-то странное, любое малейшее колебание магии – сразу кричите. Здесь должна быть иллюзия, я вам это гарантирую.

Девушки разбежались по комнате. Их отряд перевернул весь ресторан вверх дном. Я же принялся исследовать барную стойку, поскольку рядом с ней мой затылок начинал жужжать. Буквально, будто за ушами вился рой голодных мух.

Где-то рядом была магия иллюзий, причём очень хорошо скрытая.

– Ребята, быстрее! Они скоро прорвутся! – кричал Погребицкий.

И в эту злосчастную секунду в моей голове, наконец, взорвалась бомба замедленного действия. Бомба, которую заложило зелье Николая Бродского.

Его долбанное зелье от головной боли дало свои побочки.

Сначала я подумал, что меня отравил Мясников, но тут же вспомнил, что в закрытом клубе я ничего в рот не брал.

Живот проурчал так, будто пытался сказать мне: «Да что же ты натворил, безумец? Всё, я устал, я ухожу».

Следом за урчанием в животе, меня всего повело в сторону. Голова закружилась так, что я чуть не поцеловался с барной стойкой.

– Бродский, – попытался я произнести фамилию Николая. – Ты что натворил?

Язык работал, как веник. Каким же, зараза, ядом отсроченного действия он меня напоил?

И ведь не отразить! Я, конечно, всякое раньше умел, но желудок свой отражать палёные зелья не обучил.

А зря… Да и не сработало бы это в новом теле.

Мне пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы встать на ноги и подойти к источнику магии иллюзий. Я коснулся висящей горлышком вниз бутылки с вином и использовал отражение.

Комнату окатило тёплым ветерком. Иллюзия развеялась. Стеллаж с винами испарился, будто его и не было. Передо мной появился узкий проход с лестницей, ведущий куда-то вверх – на поверхность.

Я сделал глубокий вдох, поставил свой язык на место и закричал:

– Народ! Нашёл! Все сюда!

Фух. Получилось.

Это было сложно. Но обрывочными фразами говорить всё же получалось.

– Мы тоже что-то нашли! – крикнули девушки. – Тут под столом какой-то люк. Мы его открыли, а там – темнота. Ничего не видно.

– Нет времени, все сюда! – потребовал я.

Дамы рванули в тайный проход. Вслед за ними, толкаясь, пытались пробиться Погребицкий, крепыш Вячеслав и пять его здоровенных големов.

– Да отзови ты их! Они мешают эвакуации! – прикрикнул я на Славу.

Мясников и Бродский бежали последними. За их спинами раздался громкий хлопок. Нехороший хлопок. Он мог означать только одно.

Преподавателям удалось сломать иллюзорный барьер.

– Быстрее! – крикнул я.

Павел проскочил в потайной проход, а Николай… Исчез.

Последнее, что я услышал – его удаляющийся крик. Как сквозь землю провалился!

Стоп. Он что…

До меня дошла страшная истина. Николай Бродский провалился в люк, который нашли девушки.

Да что ж ты за человек-то такой, Коля?

– Белов, чего встал? Заходи! – крикнул мне Павел.

А мы ведь были так близки к свободе. Но не бросать же товарища в беде? Чувствую, я ещё пожалею об этом решении. Но об этом буду думать позже.

– Закрывай проход, Паш, – сказал я. – Бегите. Я остаюсь.

Мясникова долго уговаривать не пришлось. Он лишь глянул на меня, как на безумца, и сразу же повернул рычаг.

Иллюзорная стена вернулась на место, а я со всех ног рванул к люку. Над головой были слышны шаги. Ещё пара секунд, и профессора ввалятся в закрытый клуб, как мой орден на шабаш ведьм.

Ноги заплетались. Чуть ли не на четвереньках я добрался до люка и, недолго думая, прыгнул внутрь. Дверца сама захлопнулась за мной и исчезла.

Несколько секунд падения сквозь непроглядную темноту и…

Удар? Нет. Удара о землю не последовало. Моё тело повисло в воздухе, а затем мягкое приземлилось на пол.

Вокруг тишина.

– Коля? Ты здесь? – крикнул я.

За моей спиной послышалось недовольное урчание.

– На учёбу пора? Уже встаю… – сонным голосом пробубнил Бродский.

– Коля, циклоп тебе в лоб, ты совсем сдурел? Ты зачем сюда прыгнул?

Николай молчал. Видимо, приложился головой при падении и теперь пытался понять, где он и зачем он.

– Вов, я знать не знаю, откуда этот люк подо мной взялся, – начал оправдываться Бродский. – Я готов поклясться, что он был вообще в другом месте.

– Слушай, а ведь, правда…

Я начал вспоминать. Прекрасные дамы отыскали этот люк совершенно в другом месте. Он никак не мог оказаться в полу посреди прохода. В таком случае его бы уже давным-давно нашли.

– Хотел бы повидаться с этим Мастером Тайн. Таких матрёшек я ещё не встречал, – усмехнулся я.

Несмотря на непроглядный мрак, почувствовал на себе тревожный взгляд Бродского.

– Вов, ты с ума сошёл? Ты о чём вообще? Какие матрёшки?

– Не бери в голову, – отмахнулся я. – Лучше подумай хорошенько о том, что ты за бурду мне сварил вместо зелья! Я чуть концы не отдал!

– Я думал, оно работало!

– Оно и работало! Первые два часа. А потом шарахнуло мне в голову так, будто я винный погреб императора опустошил.

– О-о-о! – как-то радостно протянул Бродский. – Значит, всё получилось!

– Что получилось?

– Успокоительный эффект. Надо будет немного подкрутить его силу, конечно. Но в целом работает!

– Коль, ты мне скажи, пожалуйста, тебе просто нравится надо мной издеваться, да? – спросил я. – За что ты мне так мстишь? Я просил зелье от головной боли, а не успокоительное!

– Так, одно другому не мешает! – не согласился Николай. – Ты в последнее время какой-то буйный стал. Я подумал, что голова у тебя от этого болит.

Подумал он, блин…

– Слишком много думаешь, дружище, – вздохнул я. – Ладно. Главное, что первая половина вечера прошла, как по маслу. Жаль, деньги не успели с этого Павлуши содрать.

– Успели, вообще-то, – самодовольно сообщил Николай. – Пока мы Павлом искали тайный проход в служебных помещениях, я забрал у него из сундучка восемь тысяч рублей.

– Восемь? – удивился я. – Ну ты даёшь, Бродский! Мы же с ним на шесть тысяч договаривались. Он, надеюсь, ничего не заметил?

– Отнюдь! Он всё видел. Мясников сам сказал, чтобы я взял на две тысячи больше.

– Что-то подозрительно, – засомневался я. – С чего вдруг такая щедрость?

– Не знаю. Он сказал: «Бери восемь. За причинённые закрытым клубом неудобства», – Николай изобразил холодный голос Павла.

– О-о-о, как интересно. Может быть, не такой уж и бесчестный подлец. Нет, сволочь он, конечно, редкостная, тут не поспоришь! Но, похоже, парню стало стыдно из-за сложившейся ситуации. Такие, как он, всегда заглаживают вину деньгами.

Хотя всё равно выглядит подозрительно. Очень. Ну, тут уже время покажет, насколько я был прав.

– Держи, – Николай протянул мне деньги.

Я взял купюры и на ощупь пересчитал их.

– Ты мне все что ли отдал? – спросил я. – Нет уж. Три оставь себе.

– Три тысячи? – изумился Бродский. – Куда так много?

– За твоё зелье офигительное! – пошутил я. – Ты же тоже рисковал. Эта компашка нас запросто могла пришить после игры. Так что – забирай.

– Спасибо, Вов! – обрадовался Николай.

Я положил деньги во внутренний карман пиджака и осознал, что щедрость Мясникова куда больше, чем может показаться. Я ведь ему ещё две тысячи был должен. Неужели решил простить мне долг?

Нет уж, не нужны мне такие подачки. Две тысячи верну ему, две отправлю маме, одну оставлю себе.

Неплохое начало. Так, постепенно и закрою долги Беловых. Хотя какой там – постепенно? Я за пару суток наколотил восемь штук на ровном месте. Адаптируюсь, а дальше посмотрим. У каждого человека должно быть родовое гнездо, кем бы он ни был. Магом или охотником на магов. Вот для этого мне и предстоит хорошенько поработать.

До меня только сейчас дошло, что мы с Николаем уже пятнадцать минут сидим в кромешной тьме на дне какого-то магического погреба.

– Что-то мы с тобой засиделись, – высказался я. – Надо выбираться из этой дыры.

Я поднялся и пополз вдоль каменной стены. Голова всё ещё кружилась, но ругать Бродского желания уже не было. Бедняга и так сегодня настрадался.

Мои руки наткнулись на дверной проём.

– Коля, нашёл, – предупредил я и дёрнул ручку.

Как только дверь приоткрылась, меня ослепило вспыхивающими повсюду факелами. Магия. Куда ни сунься – везде магия. Даже в каком-то богом забытом погребе.

Ну сколько можно? Если так и дальше пойдёт, я себе сделаю комнату вообще безо всякой магии. Буду там сидеть и медитировать.

Бродский проскользнул в открывшуюся дверь вперёд меня и забормотал:

– Это же… Поверить не могу… Вова! ВОВА!

– Чего ты там разорался?

Я прошёл в комнату вслед за Николаем. И замер.

Перед нами открылся просторный зал. В центре стоял рабочий стол. Вдоль каменных стен, какого добра только не было! Десятки книжных полок, стеллажи с зельями и сушёными ингредиентами, два кузнечных стола и…

Глаза разбегались от увиденного. Я оказался в самой настоящей тайной берлоге какого-то мага. Но в современном времени это не имело никакого смысла! Триста лет назад маги выстраивали подобные помещения, где могли сутки напролёт заниматься своими богохульными делами и не показываться на свет.

Но сейчас-то зачем кому-то такое строить? Весь мир заполнен магами дворянского происхождения. О каких тайных убежищах может идти речь?

– Очуметь! – прошептал Николай. – Вов, это же убежище Мастера Тайн!

– С чего ты это взял?

– Сам посуди! – Николай принялся загибать пальцы. – Проход сюда был скрыт за двумя иллюзорными стенами; здесь целая куча литературы, которую даже в академической библиотеке не найти; алхими… алхимическая лаборатория!

Последнюю фразу Бродский сказал с таким благоговением, что даже у меня мурашки по спине пробежали. Не столько из-за восхищения, сколько от ужаса, что этот алхимик может здесь наворотить с таким оборудованием.

– Одно смущает, – сказал я. – Проход в тайную мастерскую иллюзиониста нашла группа едва ли трезвых студенток совершенно случайно и впопыхах? Звучит не очень правдоподобно.

– Кое-кто со старших курсов как-то находил подсказку. В ней говорилось, что иллюзорная стена открывается перед тем, кто обладает достаточно большим потенциалом.

– Достаточно большим потенциалом для чего?

– Чтобы владеть всем этим! – сказал Николай, обводя руками всю комнату. – Открывается только перед сильным магом!

– Если верить твоей логике, то одна из тех студенток – чуть ли не архимаг! – усмехнулся я.

– Нет-нет-нет, Вов, ты не понял! – Бродский суетливо подбежал ко мне. – Вряд ли проход открылся для них. Он почувствовал присутствие куда более сильного человека.

– Кого? – мне не терпелось узнать мнение Николая.

– Меня! – трепетно произнёс он. – Люк же сдвинулся прямо ко мне под ноги.

Я пытался удержаться, но у меня не вышло. Смех вырвался из меня через мою волю.

– Ты чего смеёшься? – обиделся Николай.

– Прости, Коль, просто забавный ты человек. Не обижайся, – сказал я. – Я, кстати, до сих пор не в курсе, а какая у тебя ветвь магии? Не одной же ты алхимией владеешь.

– У меня… Э-э-э… – замялся Николай. – Я гербомант.

– А-а! Траву, что ли, выращиваешь? – спросил я.

– Да не только траву! Любые растения! – Бродский принялся активно жестикулировать. – Это, между прочим, очень полезный навык для алхимика!

– Не спорю, не спорю, Коль, – согласился я. – На самом деле, такой человек, как ты, мне бы очень пригодился. Конечно, навыки алхимии тебе бы подтянуть самую малость, но… Думаю, обилие литературы в этой комнате тебе точно поможет.

– Тогда замётано! – обрадовался Бродский. – Погоди, только я до сих пор в толк не возьму, а зачем тебе личный алхимик?

Да что ж он взялся неудобные вопросы задавать!

– Слушай внимательно, Николай, – я заговорщически положил ему руку на плечо. – У меня есть одна тайная миссия, и я должен её выполнить. Я, знаешь ли, и сам своего рода Мастер Тайн.

– Да ну! – удивлённо воскликнул Бродский. – А мне расскажешь?

– Коль, это же тайна! Когда-нибудь расскажу, но пока что рассчитываю на взаимное доверие и помощь. Согласен на такой расклад?

– Спрашиваешь ещё! – улыбнулся Бродский. – Тем более, мы с тобой вдвоём нашли саму секретную комнату во всей академии! Нам теперь не резон расходиться.

– Давай-ка ещё немножко изучим эту тайную обитель, а потом пойдём искать выход отсюда.

– Думаю, с этим проблем не будет, – ответил Николай. – Сюда точно должно вести несколько проходов.

Мы с Николаем разделились и обошли все комнаты, что входили в состав этого тайного убежища. Доступа ко всем помещениям у нас не было. Некоторые комнаты оказались закрыты на магические замки. Я мог бы попробовать сломать их отражением, но сил и так уже не осталось. Было принято решение отложить это занятие на потом.

Мы проторчали в тайном убежище целый час и не изучили даже трети всего, что оно в себе хранило. Свитки, книги, оружие. Думаю, этим местом заинтересовалась бы местная полиция магов, будь оно раскрыто.

Когда изучение комнат меня утомило, мой взгляд случайно упал на круглый стол.

И я замер.

Там лежал запечатанный конверт, буквы на котором выводились буквально у меня на глазах. Я подошёл ближе и прочёл появившееся послание.

«Если ты читаешь это, значит, проход в моё тайное убежище открылся для тебя. Открой конверт, когда рядом никого не будет».

Я убедился, что Бродский на меня не смотрит, и быстро спрятал конверт за пазуху.

Не люблю я эти магические штучки, но это письмецо выглядело крайне интригующе. Интересно, может. Эта надпись появляется для всех, кто проходит рядом? Нужно проверить.

Я подошёл к Николаю и как бы невзначай показал конверт.

– Коль, не сможешь прочесть, что тут написано? – спросил я. – От твоего зелья рябь в глазах стоит.

Бродский прищурился, а затем ответил:

– Так он пустой.

– Правда? – пожал плечами я. – Значит, я подобрал какой-то мусор.

И убрал конверт обратно за пазуху. Похоже, текст действительно вижу только я.

– Я думаю, на сегодня хватит. Давай выбираться отсюда, – предложил я.

– Ты прав, пойдём, – кивнул Бродский. – Я как раз нашёл проход, который может оказаться выходом отсюда.

Мы с Николаем прошли по длинному коридору, факела за нашими спинами начали поочерёдно затухать. Коля показал мне небольшую дверку в стене. Она была не больше полутора метров в высоту.

– Это что, выход для детей, что ли? – удивился я. – Выглядит как-то подозрительно.

– Да отвечаю тебе, это – выход! – убеждал меня Николай. – Видишь, даже факелы погасли. Как бы намекают, что работа окончена, можно уходить.

– Логично, – кивнул я. – Ладно, погнали. Хуже уже точно не будет.

Мы протиснулись через маленькую дверцу и тут же оказались в каком-то тесном пыльном коробе. Куртки, портки висят… Шкаф?!

Точно. Никаких сомнений. Мы с Николаем выбираемся из тайного убежища через чей-то шкаф.

Я прислушался. Дверки шкафа вибрировали от какого-то рыка. Будто снаружи нас ожидал мифический зверь. Или…

Или кто-то очень громко храпел.

Николай аккуратно выглянул из шкафа. Снаружи была небольшая комнатка. На односпальной кровати лицом к нам лежал крупный молодой человек и сопел, как медведь. Стоит отметить, он и выглядел, как медведь. Высокий и накаченный – настоящий боец.

Подумать только, до чего я докатился. Наблюдаю за каким-то спящим мужиком из его же шкафа!

– Чёрт… – цыкнул Бродский.

– Что такое? Ты его знаешь? – прошептал я.

– Это мой сосед. Он живёт в комнате справа от меня. Алексей Ковтунов.

Так. Стоп. Давайте-ка подумаем… Мы спустились в запретный клуб, потом спустились ещё ниже под землю в тайное убежище… И вылезли из шкафа на третьем этаже общежития? Магия. Проклятая магия. Ненавижу её!

– А чего ты так испугался его? – спросил я Николая.

– Как думаешь, что с нами сделает самый крепкий боевой маг на курсе, если увидит, что мы из его шкафа посреди ночи вылезаем?

– Да уж. Резонное замечание! Давай по-тихому к выходу из комнаты – и побежим к себе. Спать.

Я аккуратно выбрался из шкафа и на носочках пошагал к двери. Николай начал выходить вслед за мной, но задел плечом дверцу, и та пронзительно скрипнула.

– М-м-м? – сонно промычал Ковтунов. – Кто здесь?

Парень был в полудрёме. Даже глаза не открыл. Если Бродский не станет шуметь, он снова заснёт.

– Это я лягушка. Твой ночной кошмар, – исказив голос, пропел Николай. – Ква!

Домовой меня подери! Бродский совсем обезумел!

– Нет-нет-нет… – забормотал Ковтунов.

– Не открывай глаза, ква, – продолжил Николай, медленно шагая вслед за мной. – Откроешь – и я заберу тебя, ква, с собой!

– Нет-нет-нет, не надо! Я сплю, я сплю! – умолял Ковтунов.

Мы с Николаем выскочили из комнаты и добежали до соседнего коридора, чтобы нас уж точно никто не стал преследовать.

– Это что сейчас было? – воскликнул я. – Ты… У меня слова закончились!

– Не переживай ты так, – рассмеялся Бродский. – Я с Ковтуновым давно знаком. Он до жути боится лягушек.

– Впервые вижу, чтобы такой здоровый детина боялся лягушек. Ты его зельем, что ли, каким-то опоил?

– Я тут ни при чём! Просто фобия у парня, – оправдался Николай.

– Слушай. Получается, что у него в комнате находится вход в тайное убежище, – подметил я. – Если захотим снова туда попасть… Будут сложности.

– Да ладно! – махнул рукой Коля. – Разберёмся. Погнали отсыпаться.

Я попрощался с Николаем и направился к себе. Да уж, не думал, что за эту ночь мы с ним так сблизимся. Вроде маг, а ощущается, как соратник из ордена.

Видимо, я устал. Мысли не те лезут в голову. Надо глянуть, что за конверт я подобрал – и на боковую.

Я сбросил с себя верхнюю одежду и прыгнул на кровать. Всё тело гудело от усталости. Надпись с адресованным мне посланием так и не исчезла. Интересно, что внутри?

Я аккуратно открыл конверт и прочитал первую строчку письма. В нём в принципе была одна-единственная строчка. И она заставила меня напрячься.

«Добрый вечер, Владимир Белов! Выгляни в окно».

Глава 7

Это что ещё за чертовщина?

Вот с такими магическими выходками мне не приходилось сталкиваться за десятки лет охоты на магов. Когда буквы пишутся сами – это не только магия иллюзий. Здесь постарался хитрец, который был сведущ сразу в нескольких направлениях.

Кроме того, ему откуда-то известно моё имя. И он хочет, чтобы я выглянул в окно. Опасная ситуация. Что это, если не покушение? По-хорошему бы не лезть на рожон.

Но как же съедает любопытство! Я же охотник, и риск у меня в крови!

Слез с кровати и медленным шагом направился к окну. Напряжение нарастало из-за тихого монотонного постукивания. Будто кто-то легонько бил пальцем по окну.

Но меня это лишь раззадоривало. Словно там пряталась очередная жертва.

Была не была! В крайнем случае шарахну отражением по недоброжелателю. Падение с третьего этажа вряд ли закончится для него чем-то хорошим. Но этого мало, чтобы убить опытного мага. У них же и артефакты от урона при себе, и регенерация прокачана.

Я распахнул окно.

Холодный ночной воздух ударил лицо и заставил прищуриться. Однако я так никого и не увидел. На подоконнике ничего не было, и на улице тишь да гладь. В свете синих магических огней сновали силуэты охранников – и больше никого. Середина недели, поэтому даже неугомонные студенты уже спали.

Должно быть, охранники до сих пор ищут нарушителей режима. Надеюсь, тот потайной проход вывел Мясникова и остальных в безопасное место. Не то чтобы я переживал за этих выскочек, но мне всё же хочется, чтобы мои усилия не прошли даром.

Да и нет гарантии, что они и меня не сдадут со всеми потрохами!

– Эй! Придурок! – проурчал чей-то голос. – Ты меня чуть окном не убил!

Из-под открытого окна выполз… голубь. Обычный, откуси ему лапу, голубь…

Я уставился на птицу и затаил дыхание. Да нет, не может быть, чтобы это он…

– Оглох, что ли? – недовольно подпрыгнув на маленьких лапках, повторила птица. – Я с тобой говорю, Белов!

Приехали. Куда я дел свой маленький костёр для птиц-колдунов?

– Только не говори мне, что ты и есть Мастер Тайн, – предположил я.

– Спятил, что ли? – гаркнул голубь. – Я его фамильяр. Меня зовут Гаспар.

– Не слишком ли брутальное имя для столь наглого голубя? – серьёзно спросил я, поскольку его стиль общения меня совершенно не устраивал.

Я не клоун в подпольном цирке магов, чтобы со мной так обращались. Ах да, смерть голубя моим планам никак не повредит!

– А как давно ты не получал люлей? – разозлился Гаспар и прищурил свои круглые глаза.

Я учился убивать магов и их прихвостней. И плевать мне голубь это или дракон. Ни одна живая тварь не смеет унижать карателя!

– Голубь, у тебя есть минута, чтобы свалить! Иначе я тебе ритуал самосожжения организую, – процедил я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.