Виктор Молотов, Алексей Аржанов
Последний Охотник на Магов. Том 2

Глава 1

– Давай, Белов! Атакуй! И я заставлю тебя встать на колени! – со всей яростью воскликнул Павел Мясников, взмахнув перед собой родовой саблей.

Но мои мысли были уже совсем не о дуэли. Какой подонок посмел поднять руку на мою семью? Ранили Сергея, забрали Аню… Всё только начало налаживаться, и снова чёрт знает кто вставляет нам палки в колёса.

И всё дело в отцовском долге. Если бы этот безответственный урод не бросил семью с кучей долгов, Аня сейчас была бы дома – в безопасности.

– Ты смеешь меня игнорировать? – рявкнул Павел. – Владимир Белов, я к тебе обращаюсь! Ты готов к дуэли или нет?!

– Готов, – коротко ответил я. – Если хочешь выжить, показывай всё, на что способен.

Неожиданно для себя я понял, что инстинкт охотника отступил. Голос в голове больше не вопил о необходимости убить Мясникова. Что это значит? Моё беспокойство о безопасности семьи вытеснило устоявшийся инстинкт?

Мне лишь хотелось как можно быстрее разделаться с Павлом и направиться домой – спасать Аню.

Сейчас каждая минута была дорога, но и уйти просто так я не мог. Пять минут. Большего Мясников не стоит!

Я сжал саблю в руках и сделал шаг вперёд, навстречу Павлу. В воздухе завибрировала магия крови. Мясников попытался остановить кровообращение в моей голове, но я моментально отразил атаку обратно в него же самого. Павел схватился за лоб и пошатнулся. Свою собственную кровь он быстро привёл в порядок, но сам факт того, что я отразил в него его же магию, поверг Мясникова в шок.

– Что такое, Павел? – изо всех сил, ударив по его клинку, воскликнул я. – Не нравится вкус собственной магии?

Времени на эту дуэль у меня совсем не было. Нужно было срочно заканчивать бой и уходить.

Павел ускорил ток своей крови, укрепил мышцы рук и замахнулся. Я рубанул клинком в ответ. И в этот момент Павел допустил свою главную ошибку.

Он вложил в удар слишком много силы, хрупкая родовая сабля треснула и раскололась надвое от столкновения с моим клинком.

Шикарный клинок явно был не предназначен для ближнего боя. Могу поспорить, что Павел им даже ни разу не пользовался. Сплошная показуха!

Осколки оружия разлетелись в разные стороны. Я рывком сократил расстояние между нами до нуля и схватил Павла за плечи обеими руками.

Направил все силы на один-единственный удар!

Я заблокировал его магию. Каналы моей силы распахнулись на полную мощность и ударили Мясникова огромной дозой отражения. Я почти опустошился… Но выигранное время того стоило!

Я не планировал выплеснуть такой поток сил. Если уж на то пошло, вообще не ожидал, что на моём нынешнем уровне получится создать такое мощное отражение.

Но оно и к лучшему. Хватит с меня его выкрутасов. Пусть этот избалованный идиот почувствует, каково это – быть обычным человеком! Хоть и на время. Ведь нельзя навсегда отобрать у колдуна дар, иначе бы и ордена моего не было.

Частичка моего отражения ворвалась в его магические пути и посеяла там свою «скверну». Я был жутко вымотан, весь организм трещал по швам, но я заблокировал магию Мясникова на несколько недель. Я не делал такого очень давно. Видимо, медитации дали свои плоды.

Странно, похоже, это тело имеет огромный потенциал к развитию отражения. В прошлой жизни я наращивал мощь куда медленнее!

– Что ты наделал… – прошептал Павел, глядя на уничтоженный мною родовой клинок Мясников. – Что ты наделал?

Павел с криком бросился на меня и попытался ударить всем запасом маны. Но магия крови не послушалась. Павел замер в метре от меня, осознав, что колдовство его подвело.

И тогда я изо всех силврезал ему в челюсть. Мясников отлетел на несколько метров и потерял сознание. Из его кармана выпал ключ с цифрой «шесть».

Нескоро он сможет вновь пользоваться своей магией.

Зрители затихли, а затем взорвались неистовым ликованием. Дворяне аплодировали мне так, будто я подарил им бесплатный билет на зрелищное представление. Но ничего зрелищного в нашей дуэли не было. Я уделалМясникова меньше чем за минуту. Хотя давал себе пять… И довёл себя до состояния полного истощения.

– Заканчивайте, – грозно сказал я. – Больше такого бардака в Закрытом Клубе не будет. Веселье на сегодня окончено. Клуб закрывается по техническим причинам. Работа возобновится через двое суток.

– И-извини! – воскликнул молодой человек из толпы. – А можно я заберу назад свою саблю?

– Да, спасибо, онамне верно послужила, – кивнул я и отдал студенту его оружие.

Парень с трепетом обхватил пережившую бой с Мясниковым саблю и закричал:

– Моей саблей победили самого Павла Мясникова!

В Закрытом Клубе вновь воцарился бедлам. Я быстрым шагом подошёл к своим соратникам.

– Как ты его! – хлопнул меня по плечу Бродский.

– Володь, что-то случилось? – взволнованно спросила Колокольцева. – На тебе лица нет.

– Случилось, – кивнул я. – Проблемы с семьёй. Оставляю всё на вас. Николай, тащи Ковтунова в лазарет. Юля, доверяю тебе и Марии закрыть клуб на ключ, когда все уйдут. Мария!

Я позвал сестру Мясникова. Та вздрогнула. Она до сих пор не могла прийти в себя после столь насыщенного вечера.

– Да? – спросила она, всячески стараясь скрыть своё напряжение.

– С твоим братом всё будет в порядке. Оклемается, – сообщил я. – Как и договаривались, теперь ты – моя правая рука в этом клубе. Можешь отказаться и уйти с братом. Твоё право.

Мария думала недолго. Видно, что этот выбор давался ей нелегко.

– Достаточно с меня его тирании, – произнесла она. – Я с тобой.

– Предательница! – крикнул Погребицкий. – Собственного брата…

– Заткнись, – смерив барона грозным взглядом, произнёс я. – Бери с Великановым своего предводителя и валите отсюда. Задержитесь хоть на минуту – и я сделаю с вами то же самое, что и с Павлом.

Разумеется, я блефовал. Эта атака истощила меня настолько, что я бы даже Бродского сейчас не смог бы победить. Но моих слов было достаточно, чтобы довести Погребицкого до тряски в коленях.

Барон подбежал к телу Павла и подхватил его за руки.

– Чего стоишь?! – крикнул он Великанову. – Помогай!

Весь покрытый синяками после сражения с Ковтуновым, Великанов поспешно подхватил ноги Павла. И вся троица покинула Закрытый Клуб. Навсегда.

– Я не буду с ней работать! – указав пальцем на Марию Мясникову, крикнула Колокольцева. – Ни за что в жизни!

– Ну-ка, цыц! – крикнул я. – Наши сложные взаимоотношения с Марией будем обсуждать позже. Она знает, как работает клуб. Пока что я оставляю её за главную. Таков был уговор. Всё, ребят. Рассчитываю на вас. Я побежал.

Больше оставаться в Закрытом Клубе я не мог. Бегом я покинул секретное подземелье, проскочил мимо библиотечных полок и вырвался на улицу.

Поймав первое попавшееся такси, я рванул к особняку Беловых.

Ситуация накалилась до предела. Я еду спасать свою сестру будучи абсолютно обессиленным. Единственное моё оружие – слово. Ничего другого проклятым кредиторам я противопоставить не смогу.

Достаточной суммы у меня сейчас нет, а отражению предстоит длительная перезагрузка. А Аню нужно спасти любой ценой. И это ещё неизвестно в каком состоянии Сергей. Мать сказала, что эти ублюдки его ранили! Такого я точно не прощу!

Вот же дьявол, рано или поздно меня доведут до убийства!

По дороге к особняку я долго смотрел на огни ночного Санкт-Петербурга и думал. Мои мысли метались между семьёй и целью ордена.

Похоже, всё-таки есть другой способ исправить этот мир. В прошлой жизни я сильно развил своё отражение, но в этом теле мощь наращивается в десять раз быстрее. Не знаю, откуда у бывшего Белова такой антимагический потенциал, но факт остаётся фактом.

Я могу достичь куда большего. И…

Что, если я научусь запечатывать магию не на день и даже не на неделю?

А навсегда?

Что, если я научусь стирать магию с помощью отражения? Тогда я смогу очистить этот мир, не пролив ни капли крови. Я смогу уничтожить магию, не убив при этом никого из своих друзей и своих врагов. Бродский, Колокольцева, Ковтунов, мой брат Сергей – все будут жить, но останутся без магии.

Без магии, от которой они без ума, несмотря на все сопутствующие проблемы. Тогда и Тёмный Мир навсегда отстанет от нас со своими уродливыми фобами. Но маги на это никогда не пойдут по своей воле, и это большая проблема.

Нужно найти артефакт, что дал силу всем отражателям. Нужно разгадать шифр в книге ордена, которую хранит семья Лазаревой уже много веков. Нужно превзойти себя прошлого. И нужно много чего ещё, чтобы окончательно разобраться.

И возможно, тогда мне удастся сделать этот мир лучше, как я всегда и хотел. Чтобы никто из моих близких больше не опасался вторжения фобов…

Но всё это потом. Сейчас нужно спасти семью.

Машина подъехала к особняку Беловых.

Я бросил пару купюр водителю.

– Сдачи не надо, – произнёс я и выпрыгнул из автомобиля.

На бегу я влетел в дом. Входная дверь была сломана. В прихожей виднелись следы борьбы. На стене – кровавый отпечаток…

В гостиной слышался тихий плач мамы. Женщина сидела на коленях у дивана, на котором лежал мой младший брат Сергей.

Грудь юноши была перебинтована. Белоснежные бинты уже стали алыми от свежей крови. Опыта мне хватало, чтобы с первого взгляда понять – ранение неглубокое. Серьёзной угрозы для жизни Сергея нет.

– Володя, слава богу! – воскликнула мама. – Я не знаю, что нам теперь делать, сынок! Что нам делать?

– Успокойся, мама, – попросил я, – сядь.

Я подошёл к Сергею и оценил длину его раны. Брат был бледным, то ли от шока, то ли от потери крови, но держался в сознании.

– Сколько их было и чем они тебя так? – спросил я.

– Двое, – простонал Сергей и отвёл глаза, будто стыдился чего-то. – Они ворвались внутрь и стали требовать деньги. Само собой, нам нечего было им отдавать! Тогда они решили забрать Аню. Я схватил саблю, которую ты мне подарил и…

Сергей замялся.

– Не бойся, – успокоил его я. – Говори, как всё было. Мне важно это знать.

– Ониеё отобрали и ей же ударили меня, – с трудом сдерживая слёзы, прошептал брат.

Я прекрасно понимал, откуда в его голосе эта горечь. Не из-за боли или страха. А от беспомощности. Сергей винил себя за то, что не смог своими силами спасти Аню.

– Ты сделал всё, что мог, – сказал я. – Правильно сделал, что не стал использовать магию. Тогда бы они тебя убили.

– Я использовал магию! – воскликнул Сергей. – Я укрепил кожу защитной оболочкой, но всё равно не смог им противостоять!

– Погоди… – прошептал я, резко осознав, что на самом деле случилось.

Клинок не должен был даже поцарапать укреплённую магией кожу Сергея. Если они смогли нанести такую рану сквозь магическую броню, значит, всерьёз пытались убить моего брата. Сволочи хотели зарубить его саблей, которую я же ему и подарил!

Гнев заполнил всю мою душу, но я изо всех сил старался не отдаваться ему. Нельзя было терять здравомыслия, иначе Анечку точно уже никто не спасёт. Это моя задача, и я должен с ней справиться любой ценой.

– Кем были эти люди? Кредиторы? У кого конкретно занимал деньги наш отец? – спросил я.

– Серебряковы, – тихо всхлипывая, произнесла мама. – Ваш отец поначалу водил дружбу с графом Серебряковым. А потом… Не знаю, что конкретно произошло между ними, но Алексей задолжал им тридцать тысяч рублей. И они хотят, чтобы все эти деньги мы вернули сегодня же ночью!

Мать снова принялась рыдать.

– Адрес! – потребовал я. – Они оставили адрес?

Мама трясущимися руками протянула мне клочок бумаги. На ней была указана улица и номер дома. Я быстро прикинул расстояние и понял, что место встречи не так уж и далеко. В трёх-четырёх кварталах от дома Беловых.

– Ждите здесь, я иду на встречу с этими Серебряковыми. Вернусь с Аней до рассвета, – сказал я.

– Стой! – крикнул Сергей и попытался подняться с дивана. – Я пойду с тобой.

– Ага! Как же! С ума, что ли, сошёл? – я силой положил брата обратно на диван. – Лежи и не дёргайся, пока рана не разошлась. Почему вы до сих пор не вызвали лекарей?

– Они запретили, – ответил Сергей. – Представители Серебряковых сказали, что убьют Аню, если мы обратимся в полицию или к лекарям. Они запретили нам вообще с кем-либо связываться, кроме тебя и отца!

– Эти идиоты всерьёз думают, что наш папаша выходит с нами на связь? – воскликнул я. – Сильно сомневаюсь, что он вообще до сих пор жив.

– Почему ты не хочешь взять меня с собой? – обиженно спросил Сергей. – Я ведь… Я ведь вообще ничего не смог сделать! Какая от меня польза этой семье?

– Ты сделал всё, что мог, – успокоил его я. – А пользы от тебя действительно не будет, если ты погибнешь по дороге к Серебряковым. Если действительно хочешь мне помочь, Сергей, позволь мне взять твою саблю. Она пролила недостаточно крови.

– Володя, что ты такое говоришь?! – испугалась мама. – Не надо, не смей драться с ними. Они же и тебя…

Я поднял саблю, на которой всё ещё блестели капли крови моего брата и убрал её в ножны.

– За меня не беспокойтесь. К утру Аня будет дома. Даю своё слово, – сказал я и быстрым шагом направился к выходу.

Мне было больно смотреть на то, что наш отец и Серебряковы сделали с семьёй Беловых. Нас превратили в жалких бедняков, которых может зарубить любой желающий. И это – дворянская семья? И это я ношу титул графа? Довольно унижений.

Сегодня моя семья будет отомщена!

Пусть во мне не осталось ни грамма отражения, пусть моё тело изношено после схватки с Мясниковым. Но я ещё не разучился пользоваться старым добрым холодным оружием.

Было время, когда я побеждал боевых магов, используя лишь свои собственные силы. Отражение – лишь инструмент. Настоящая угроза – сам отражатель.

Я решил, что вызывать такси – пустая трата времени и денег. Ждать буду дольше, чем идти.

На своих двоих я добрался до поместья Серебряковых чуть больше, чем за полчаса.

У массивных металлических ворот меня встретили двое мужчин в строгих чёрных костюмах. Их глаза мне рассказали о многом. Я ни с чем не спутаю взгляды убийц. Эта парочка явно не из знати. Обычные наёмные головорезы. И интуиция мне подсказывает, что именно они хозяйничали в нашем доме.

– Кто такой? – спросил меня один из них.

– Владимир Белов, – ответил я. – Быстро ведите меня к главному.

Охранники переглянулись.

– Граф Серебряков ждёт тебя, Белов, – усмехнулся головорез и приоткрыл ворота. – Только оружие придётся сдать.

Он потянулся за моей саблей, но я резким движением отбил его руку и наполовину достал клинок из ножен.

Охранники потянулись за своим оружием.

– Ты совсем обозрел, щегол?! – рявкнул охранник.

– Одно неловкое движение – и я срублю вам обоим головы, – произнёс я.

Охранники переглянулись. И залились хохотом.

– Да ладно? – загоготал головорез. – Так же срубишь, как и твой брательник? Он, кажется, даже угрожал нам тем же самым.

– Так это вы двое ранили моего брата? – спросил я, не отпуская рукоятки клинка.

– Ну, допустим, – ухмыльнулся охранник.

– Кто из вас это сделал?

– Я это сделал! – рявкнул мужчина и шагнул на меня. – И что ты мне сделаешь?

– Как тебя звать? – перебил его я.

– Какая тебе разница?

– Я задал тебе вопрос, – терпеливо повторил я. – Назови своё имя.

– Дима, – представился он. – И что тебе это дало? Впишешь в тетрадочку своих личных врагов?

Охранники вновь рассмеялись.

– Око за око, Дима, – произнёс я и молниеносным движением руки рассёк грудь этого мерзавца.

Он не успел даже ухватиться за свой клинок. Я действовал с ювелирной точностью. Рана такой же длины и глубины, как и на теле моего брата. Убивать этих отбросов нет никакого смысла.

Второй охранник потянулся за оружием.

Резким движением руки я шарахнул рукоятью по лбу уцелевшего охранника, а затем вырубил раненного ударом локтя.

Оба мужчины упали на холодный асфальт.

Я убрал саблю в ножны и вошёл через скрипучие металлические ворота во двор поместья Серебряковых.

Каждый сегодня получит по заслугам. Я сдерживал себя очень-очень долго. Если в этом поместье есть маги, я, наконец, покажу, на что способен главный каратель.

Я вышиб ногой входные двери и вошёл в фойе. Увидевший меня дворецкий замер в ужасе около лестницы, что вела на второй этаж. Я жестом показал старику, чтобы уходил, и он быстро скрылся в коридоре. А я поднялся на второй этаж.

Судя по приглушённому звуку голосов, прямо за дверью находилось несколько людей.

Я распахнул широкие двери и вошёл в обеденный зал. За столом сидело несколько дворян. И все они ошарашенно смотрели на меня.

– Ужин окончен, Серебряковы, – заявил я. – Где моя сестра?

Глава 2

– Чего молчим? – тяжёлым тоном спросил я. – Я задал вам вопрос.

В обеденном зале нахолодилось четыре человека. И все они оторопели от моего появления. Во главе стола восседал мужчина в чёрном фраке. Полный, розовощёкий, с лысиной на макушке. Он грозно смотрел на меня из-под широких бровей. Судя по всему, это и был глава семейства Серебряковых.

Рядом сидела женщина – ровесница моей матери. По-видимому, его супруга. От одного взгляда на её упитанную физиономию мне стало тошно. Пока моя мать – урождённая дворянка, голодает, а эти уродцы набивают свои животы, да ещё и требуют от нас денег.

По бокам сидели двое молодых парней. Один моего возраста, второй чуть постарше. Такие же упитанные, как и все Серебряковы.

Я невольно сжал челюсть от злости. Но сдержался… Перед тем как рубить головы, надо поговорить.

– Как ты посмел? – рявкнул один из младших Серебряковых и, попытавшись выскочить из-за стола, перевернул бокал с вином.

– Тише, Олег, успокойся, – попросил его отец. – Не будем затевать ссору. Перед нами ведь сам Владимир Белов! Нынешний глава рода Беловых.

Скользкий тип говорил это с нескрываемым сарказмом. Видимо, собирался ужалить меня посильнее.

Он взглянул на меня и столкнулся с тяжёлым взглядом, полным ненависти. Так, охотник смотрит на свою жертву. Но мужчина выдержал моего взгляда, чем не могли похвастаться его подчинённые.

– Хотелось бы и мне узнать имя человека, который не гнушается избиением и похищением детей, – произнёс я, не скрывая пренебрежения. – Назови своё имя.

Мышцы лица старшего Серебрякова сократились от раздражения. Я его задел, но глава семьи смог скрыть эмоции.

– Семён Андреевич Серебряков, – представился он. – А ты очень похож на своего отца, Владимир. Вылитый Алексей Белов! Такой же наглый и бесцеремонный. Правда, после своих эмоциональных взрывов он сразу же принимался вылизывать всем ботинки, чтобы загладить вину. Тоже так станешь делать? Тогда сходство будет стопроцентным!

– Как бы тебе и всей твоей семье не пришлось повторять за моим папашей, – произнёс я. – Повторю вопрос в последний раз. Где моя сестра?

– Анна Белова в этом доме. Накормлена и согрета, хоть и связана в одной из гостевых комнат, – скрестив жирные пальцы, произнёс он. – Уверен, что у нас в плену она питается куда лучше, чем в вашем нищем доме.

– Верните Анну домой, – потребовал я. – Отцовский долг будет возвращён, и очень скоро. Я уже взялся за этот вопрос. Вы получите свои грязные деньги, и семья Беловых больше никогда не попросит у Серебряковых ни копейки.

Не стал пока говорить, что за похищение Анны они поплатятся при любом раскладе! А деньги… их скользкие деньги нам не нужны. Пусть подавятся.

– Владимир, ну что ты в самом деле? – усмехнулся Семён Серебряков. – Ты правда думаешь, что мне так срочно нужны эти жалкие тридцать тысяч? Дело совсем не в этом, и ты наверняка сам это понимаешь.

– А что я должен понимать? – спросил я. – Тогда ради чего вы вломились в этот дом, если не из-за денег? Чтобы унизить нас? Ткнуть лицом в бедность нашей семьи?

Серебряков нахмурил брови. По какой-то причине мои слова его удивили. Чем же, интересно…

– Погоди-погоди, Владимир, – замахал руками он. – Уж не хочешь ли ты сказать, что твой отец тебе ничего не рассказал?

– Я своего отца в последний раз видел лет десять назад. Даже если он и говорил мне что-то, какое это имеет теперь значение? – не понял я.

– Подумать только! – воскликнул Серебряков. – Нет, вы его слышали? Глава семьи Беловых не имеет ни малейшего понятия о том, за что с него хотят содрать деньги. Мальчик, ты хотя бы пытался разобраться в этом вопросе? Неужели ты всерьёз поверил, что такой богатый род, как мой, станет мучить каких-то нищих из-за жалких тридцати тысяч?

– Если я услышу ещё одно оскорбление своего рода, я без лишних раздумий устрою здесь резню. И плевать, что погибну в процессе, зато половину вас, ублюдков, отправлю на тот свет, – процедил я.

И все сидящие за столом поняли, что угроза была реальной. Это читалось в их глазах.

– Дорогой, он меня пугает, – пролепетала шарообразная Серебрякова.

– А ты дерзкий парень! – усмехнулся Семён Андреевич. – Всё-таки не все черты своего отца перенял. Но, чтобы нас убить, придётся пройти через Службу безопасности рода. Я уже подал условный сигнал, и через пару минут они прибудут.

Об этом я тоже догадывался. Двух охранников мало для столь богатого дома. Но время ещё есть…

– Ха! – фыркнул один младших Серебряковых. – Сомневаюсь, отец. Он такой же трус, как и его отец. Ясное же дело, парень блефует.

– Нет, Олег, он не блефует, – не согласился Серебряков. – Посмотри на его взгляд. У него глаза убийцы. По такому признаку я набираю в наш дом охранников. Не первый раз вижу такое лицо. Правда… Раз ты здесь, Владимир, значит, мои охранники на входе уже мертвы, я полагаю?

– Нет, я отплатил им за ранение Сергея, но убивать не стал, – серьёзно ответил я. – Но в одном я с тобой соглашусь. Убивать – мне не впервой. Я готов убивать и умирать. И свою готовность я подтвержу действиями, если моя сестра сейчас же не будет освобождена. И плевать, сколько твоих шавок сейчас придёт. Я буду стоять до конца… или же ещё одно оскорбление от вашей семьи, и я начну прямо сейчас.

Серебряковы старались не шевелиться. Все они были магами, но я оказался для них настоящей загадкой. Они не знали, на что я способен, и опасались этого. По моему взгляду Семён Андреевич понял, что я действительно готов умереть, пытаясь вспороть его жирное брюхо.

А такой риск ему был ни к чему.

– Твою сестру освободят, Белов. Но лишь при одном условии, – твёрдо произнёс Серебряков.

По лбу мужчины бежала тонкая струйка пота. Испугался всё-таки хряк.

– Называй условия, и я подумаю, – коротко ответил я.

– Думать уже поздно, Владимир, – заявил он. – Время размышлений для Беловых закончилось. И мне плевать на то, что все эти годы ты знать не знал об условиях нашего с твоим отцом уговора.

– Так просвети же меня! – воскликнул я. – Ты уже сказал, что тебе не нужны деньги. В таком случае, что нужно Серебряковым от Беловых?

– Мне нужен ваш дом, – сказал Семён Андреевич. – И только он.

– Эта рухлядь? – усмехнулся я. – Что-то мне подсказывает, что он и тридцати тысяч не стоит. В чём подвох?

– Твой отец, Владимир, был очень азартным человеком. Но страсть его не ограничивалась картами и выпивкой. Однажды он пришёл ко мне и сказал, что собирается найти какой-то древний артефакт. Уж не знаю, кто ему нашептал об этой небылице, но Алексей Белов всерьёз задумал снарядить экспедицию и отправиться на его поиски. Он занял у меня кругленькую сумму и пообещал, что по возвращении из своего путешествия разделит со мной добытые артефакты. Вот тут-то и кроется эта маленькая проблема. Он вернулся, и не с пустыми руками, насколько мне известно. Но мне не вернул ни копейки. А после этого и вовсе исчез без следа.

– Значит, тебе нужны не только деньги, но и артефакты? – спросил я. – Но при чём здесь дом? Думаешь, что мой отец спрятал добытое где-то в особняке?

– Именно, – кивнул он. – Я это точно знаю. Но всё это – мелочи. Алексей Белов не просто меня обманул, он ещё и украл у меня крайне важную вещь. Наш родовой свиток с очень мощной магией. Футляр, в котором хранился свиток, запитан особым колдовством, благодаря которому я всегда могу определить с точностью до ста метров, где он находится. И прямо сейчас он в вашем доме.

– Деньги, артефакты, свиток, – подытожил я. – И чего же вы не забрали всё это, когда вломились в наш дом? Зачем было похищать Аню?

– Да потому что кабинет Алексея Белова запечатан магией щитов, которую никто, кроме главы рода, не сможет распечатать! – неожиданно сорвался на крик Серебряков.

Вот он, наконец, вышел из себя. А я то жду, когда же глава Серебряковых лишится своего лживого спокойствия.

– Слишком многого хочешь, – злобно ухмыльнулся я.

– Хватит испытывать моё терпение, Белов! – брызжа слюной, пригрозил мне Семён Андреевич. – Ты жив до сих пор лишь потому, что кроме тебя никто не может открыть проклятый кабинет этого алкоголика!

– Что-то этот разговор затянулся… – вздохнул я и присел за обеденный стол. – Думаю, вы не против, если я немного перекушу. Умаялся сегодня.

Я взял с тарелки кусок сыра и принялся его жевать, продолжая смотреть в глаза Серебрякову.

– Ты издеваешься надо мной, Белов? – нервно усмехнулся он.

– Да, самую малость, – пробубнил я с набитым ртом. – Раз уж вы меня убить не можете, чего тогда мне бояться?

– Бессмыслица какая-то! Ребячество! – завопил Серебряков. – Чего ты пытаешься добиться своим нахальством?

– Адекватной сделки, – ответил я. – Мои требования таковы…

– Ты не можешь ничего требовать! – перебил меня Семён Андреевич.

– Но всё же требую через не могу, – спокойно парировал я. – Сестру вы отдаёте прямо сейчас. О доме можете забыть. Я верну вам артефакты и свиток, который украл отец. В придачу передам половину суммы. Пятнадцать тысяч рублей. И ни копейкой больше.

– И с чего же ты решил, Владимир, что я соглашусь на такие условия? – ехидно произнёс он.

– Потому что в случае отказа я уничтожу и свиток, и артефакты. И ты потеряешь самое ценное. То, чего тебе так хотелось заполучить все эти годы.

– А ты не подумал, что я прикончу твою сестру, если ты будешь бросаться такими требованиями?

– Нет, ты этого не сделаешь, – помотал головой я. – Ты знаешь, что я могу сотворить с твоей семьёй, если хоть волосок упадёт с головы Ани. Я – не мой отец. У меня есть сила, есть воля и есть союзники. Даже умирая, я утащу за собой всё, что тебе дорого.

Серебряков скрежетал зубами. Он был готов стол перевернуть, но его останавливал мой взгляд. Повезло, что Семён Андреевич знает, как отличить простого человека от убийцы. Он не знает меня, но видит во мне опасность.

И это его пугает больше всего. Он не может понять, откуда во мне этот характер.

– Тебе же всего восемнадцать лет… – будто прочитав мои мысли, произнёс он. – Откуда в тебе эта кровожадность? Через что ты прошёл, чтобы стать таким, Владимир Белов? Что за монстра воспитал твой отец?

– Монстра? – ухмыльнулся я. – Может быть. Но с одной поправкой. Монстр воспитал себя сам.

Серебряков задумался. Его жена и сыновья вообще выглядели так, будто это их похитили и держат в плену. Властная семейка чуть не обгадилась от моей речи. И это они даже не догадываются, что я сейчас сижу перед ними полностью обессиленный.

Серебряков шарахнул кулаком по столу и выпалил:

– Решено! Чёрт бы тебя подрал, Владимир Белов, но будь по-твоему.

– О-отец, ты чего? – испуганно прошептал один из младших Серебряковых.

– Тихо! – рявкнул он. – Довольно разногласий. Вы, Беловы, так и будете сосать мою кровь, если я не соглашусь. У тебя двое суток, чтобы принести сюда артефакты, свиток и деньги. Всё перечисленное! Чтобы каждый пункт нашей сделки был соблюдён. Не будет хватать хотя бы одного компонента – и вашей семьёй несдобровать.

– Вот и договорились, – кивнул я. – Вот так бы сразу! А то заладили: дом отнимем, сестру убьём. Можно ведь решать вопросы и цивилизованным путём. А теперь отдавайте Аню.

– Олег! Пётр! – рявкнул Серебряков сыновьям. – Ведите девчонку сюда. И проследите, чтобы эти двое покинули дом, как положено. В последний раз, когда член семьи Беловых покидал мой дом, мы потеряли родовой свиток. Не хватало, чтобы загребущие ручонки прихватили что-то ещё.

– Мне от вас ничего не надо, – твёрдо ответил я. – Только покой. Хотя дворецкого я бы забрал. Нам как раз своего не хватает.

Серебряков решил ничего не отвечать на мои остроты и принялся набивать себе рот свининой. Видимо, хотел поскорее избавиться от накопившегося стресса.

Убогое зрелище.

Через пару минут сыновья Семёна Андреевича привели Аню. Я сразу же встал с места и направился к ней.

Сестра бросилась ко мне на шею и крепко обняла.

– Аня, ты как? – взволнованно спросил я. – Тебе не делали больно?

– Нет, – помотала головой девушка. – Но мне очень страшно. Мы ведь пойдём домой? Правда?

– Правда, солнышко, – кивнул я. – Больше ты здесь не задержишься.

– Свои сюсюканья продолжите дома, – сказал Серебряков. – А теперь уходите. И помни, Владимир, у тебя двое суток. Иначе – пеняй на себе.

– Не стоит беспокоиться, – ответил я, сдерживая злобную ухмылку. – Уже очень скоро мы разойдёмся навсегда.

Навсегда… И Серебряков даже не подозревает, какая участь его ждёт за похищение моей сестры. Я верну ему всё вышеперечисленное, чужого мне не надо. Но добавлю к этому списку кое-что ещё.

Нас с Аней сопроводили до ворот. Тут и хвалёная служба безопасности подоспела. Аж двадцать человек. Им бы над скоростью прибытия поработать… Чёрт, и не сомневаюсь, что на следующий раз они это учтут.

Завидев охрану, Олег и Пётр Серебряковы присвистнули и принялись затаскивать избитых мною мужчин на территорию поместья.

Я вызвал такси, и через двадцать минут мы были уже дома. Меня успокаивал тот факт, что эти сволочи, по крайней мере, не посмели ранить Аню. Её лицо было заплаканным, платье потрёпано. Но ни ран, ни ссадин на её коже я не видел.

Хоть какие-то жалкие крупицы достоинства ещё сохранились у Серебряковых, стоит отдать должное. Учитывая, что они сделали с Сергеем, я бы не удивился, если бы и нашу сестру наказали бы за грехи отца. Тогда бы ничто меня не оставило, чтобы залить кровью их весь их дом!

Аня вбежала в дом. Мама, не веря своим глазам, вскочила с дивана и бросилась навстречу дочери.

– Слава богу, Анечка, слава богу, – бормотала она, обнимая девушку. – Я не верила. Хоть Володя и сказал, я всё равно не верила, что ещё смогу тебя увидеть.

– Серёжа! – воскликнула Аня. – Что с Серёжей?

Девушка вырвалась из объятий матери и упала на колени перед диваном, на котором лежал наш раненый брат.

– Живее всех живых, – прохрипел он. – Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, сестрёнка.

– Володя, боже мой, – тяжело дыша, повторяла мама. – Как же ты это сделал? Как тебе это удалось?

– Это не важно, мам, – ответил я. – Главное, что теперь вся семья дома.

– А что же с долгом? – обеспокоенно спросила она. – Они же от нас не отстанут!

– Отстанут. Вопрос уже практически решён, – сообщил я. – Через двое суток мы навсегда отделаемся от Серебряковых.

Я снял с пояса саблю и положил рядом с Сергеем.

– Спасибо, что одолжил, – сказал ему я. – Хороший всё-таки клинок. Сегодня ночью он пролил твою кровь, Сергей, а затем отомстил за тебя.

– Ты что… – не поверил своим ушам брат.

– Нет, не убил, – успокоил его я. – Будет ходить с таким же шрамом, как у тебя. Кстати, когда выздоровеешь, шрам получится добротный.

– Добротный? – не понял Сергей. – В каком смысле?

– Он будет говорить о тебе, как о настоящем мужчине. Шрам на груди, не на спине. Признак человека, который не бежит от опасности, а встречает её лицом к лицу. Можешь собой гордиться.

– Анечка, иди в свою комнату, отдыхай, – сказала мама. – Я буду обрабатывать рану Сергея.

– Нет, я останусь и помогу тебе! – упёрлась сестра. – Володя, а ты? Ты же останешься с нами сегодня?

– Конечно, разве ж я вас брошу посреди ночи. У нас завтра нет занятий, – сказал я. – Но мне сейчас нужно заглянуть в кабинет отца.

Всё семейство Беловых одарило меня взглядами, полными смятения.

– Зачем ты опять туда идёшь? – спросил Сергей.

– Опять? – не понял я. – Я разве уже был там.

– Да, месяц назад, – сказал Сергей. – Не знаю, что ты там искал, но копался ты в нём достаточно долго.

Интересно-интересно… Что же бывший Белов забыл в отцовском кабинете? Не удивлюсь, если он опять подложил семье свинью… во всех смыслах этого слова.

– Не переживайте, я ненадолго. Нужно решить одно дело, – уклончиво ответил я и поднялся по лестнице.

Кабинет отца был на втором этаже сразу за лестницей. Я коснулся рукой двери и почувствовал мощное магическое сопротивление.

Такую печать можно было бы снести отражением, но навряд ли при нынешнем уровне мне хватило бы сил. Печать была невероятно могущественной. Похоже, мой отец и вправду был одарённым магом. Щиты у него вышли на славу.

Благо я могу открыть их по праву своего статуса.

Я провёл ладонью по двери, невидимый магический щит почувствовал кровь главы Беловых и растворился.

Я вошёл в кабинет отца и зажёг старую магическую лампу. Весь кабинет был забит самым различным хламом. В такой куче сложно будет найти те самые артефакты. Придётся хорошенько покопаться в отцовских вещах.

Так… что тут у нас? Куча счетов. Долговые расписки. Три набора игральных карт. Магические шахматы. Два сломанных щита. И куча всякого хлама, который я завтра же выброшу на помойку!

Однако с поиском родового свитка Серебряковых проблем не возникло. Тот самый футляр, о котором говорил Семён Андреевич, лежал на письменном столе.

Я аккуратно открыл изящный футляр, пронизанный золотыми узорами, и заглянул внутрь.

Но он был пуст. Свитка там не оказалось. По моей спине пробежали мурашки.

Я перевернул футляр и увидел на оборотной стороне надпись с названием утерянного свитка.

И понял всё.

Свиток не пропал. Его уже использовали. Надпись на этикетке гласила: «Свиток призыва великого воина».

Именно этим свитком прошлый Владимир Белов призвал меня. Из-за этого родового заклятья Серебряковых меня затянуло в это время.

Получается, что у меня всего двое суток, чтобы добыть артефакты, деньги и свиток, которого на свете уже не существует? И что же теперь?

Готовиться к войне с родом Серебряковых?

Глава 3

Кто бы мог подумать, что всё так обернётся… Сергей сказал, что бывший Владимир Белов копался в кабинете отца месяц назад. Теперь понятно, чем он тут занимался. Искал, что можно продать, и наткнулся на этот свиток.

А на дуэли с Погребицким понял, что у самого силёнок не хватает, и воспользовался редчайшим свитком призыва великого воина.

И вот он – я!

Серебряков сказал, что сделка не состоится, если не будет хватать хотя бы одного предмета из списка. И ладно бы я денег не смог найти, но тут пропал сам родовой свиток! Этого Серебряков со своим свино-семейством меня точно не простит. Да и гордость не позволила бы принять его жалость…Тогда вся моя семья вновь окажется в опасности. А я не смогу реализовать задуманный план мести.

Эффект неожиданности больше не сработает. Серебряков теперь знает, что я могу дать отпор. А значит, он будет готовиться, чтобы меня прижать.

Что тут можно сказать? Бывший Белов и его отец, уже будучи мёртвыми или пропавшими без вести, продолжают гадить на пороге у собственного дома. А я всё прибираю за ними и прибираю. Да сдалось бы оно! Но хочется, чтобы мама и Серёжа с Аней жили, как подобает аристократам. Они таких бед ничем не заслужили.

Ясно одно: договориться с Серебряковыми уже не выйдет. Тут даже думать не о чем. Остаётся что? Правильно, придумать новый план, лучше прежнего! Но пока все мои сводились к войне родов, которую нам сейчас не потянуть.

Убивать их мне не хотелось, это накликает лишнюю беду. А вот разрушить всё, что у них есть и сделать их нищими похлеще Беловых – это можно! И для таких людей… это будет хуже самой смерти!

Остаётся главный вопрос – как?

Я решил отложить рассуждения на эту тему и принялся перебирать отцовские вещи. В основном кабинет был завален всяким барахлом: книги, записные книжки, одежда, пустые бутылки из-под вина.

В записях отца я нашёл несколько интересующих меня моментов. Экспедиция Алексея Белова происходила в горах Кавказа. В дневниках он излагал свои мысли очень коротко и невнятно. Возможно, боялся, что их прочтёт кто-то, кому эта информация не предназначена.

Но я прочёл между строк и понял самую важную вещь, которую скрывал в тексте отец.

Все, кого он взял с собой, погибли. Но ему удалось найти то, что он искал.

Вопрос в том – что он искал-то?

К разгадке этого вопроса я пришёл достаточно быстро. Под грудой хлама скрывался маленький сундучок. Он был заперт, причём скважины замочной было не видать. Как же, интересно, его заперли? Магией?

Я провёл рукой по старинной древесине и почувствовал мощнейший импульс энергии. Волосы на голове встали дыбом.

Нет, он заперт не магией. Сундучок запечатан отражением.

– Вот же дьявол… – прошептал я, пытаясь отойти от переполняющего меня чувства ностальгии. – Неужели Алексей Белов искал информацию об отражателях?

Нужно срочно изучить содержимое сундучка. А что, если главный артефакт ордена сейчас прямо передо мной?

Я провёл ладонями по крышке и ответил печати особыми колебаниями отражения. Раздался щелчок, и сундук открылся. Фух!

Я приоткрыл крышку, преодолевая волнение. Для меня это был слишком важный момент. Появился шанс получить хоть какую-то весточку из прошлого.

Но увиденное повергло меня в шок. В сундучке не было никаких артефактов. Он был до упора набит каким-то песком.

Нет… Не песком. Пеплом…

Я опустил руку в пепел, и вся моя нервная система загорелась. По магическим каналам полилось тепло…

Через моё тело пронеслась энергия отражения. Каналы моей силы распахнулись на максимум. Меня бесконтрольно напитывало мощью, и я даже не смог сразу понять, что со мной происходит.

Я отдёрнул руку от содержимого сундука, когда поток силы прекратился. Всё тело дрожало. Усталость, как рукой сняло.

Лишь вкусив эту силу, я понял, что за пепел был передо мной.

Мои товарищи. И я сам.

Господи…

Понятия не имею, кто это сделал, но пепел, что остался от наших тел после сожжения на костре, бережно собрали и спрятали в сундук.

А после – запечатали его отражением.

Значит, кто-то из ордена всё же остался в живых. Это объясняет, откуда этот сундук с пеплом, что был скрыт в горах. Объясняет, откуда зашифрованная книга ордена в семье Лазаревых.

Кто-то всё же пытался оставить в наследство то, что нажил наш орден. Не знаю, кто ты, мой дорогой друг, но ты до последнего верил, что отражатели вернутся в наш мир.

И я вернулся.

– Так вот, оно что! – воскликнул я, когда сложил всю картинку воедино.

Родовой свиток Серебряковых пролежал в этом кабинете несколько лет в непосредственной близости к моему праху. Видимо, это сильно повлияло на него. И поэтому был призван именно я.

Кто бы мог подумать, что идиотские действия моего отца приведут к такому стечению обстоятельств! Благодаря его хаотичному поведению, я вернулся с того света.

Хотя я бы и так вернулся, но гораздо позже.

Можно сказать, что Алексей Белов приходился мне отцом дважды. Хах! И он дважды никчёмно исполнил свою отцовскую роль.

– Владимир? – постучал в дверь Сергей. – Я могу войти?

Я поспешно закрыл сундук и спрятал футляр для свитка в ящике стола.

– Да, брат, конечно, – ответил я.

Сергей, опираясь о стену, медленно вошёл в кабинет.

– Чего тебе не лежится? – спросил я. – Так, твоя рана точно не заживёт!

– Да брось, – махнул рукой Сергей. – Просто царапина.

Сергей был ослаблен, но изо всех сил хотел казаться крутым. Парень хорошо держался!

– И как тебе мама с Аней только позволили с дивана встать? – удивился я.

– А я их и не спрашивал, – ответил Сергей. – Они вырубились. Слишком много горя за одну ночь. Ты-то чего тут так долго возишься? Уже третий час идёт.

– Чего-чего? – не поверил его словам я.

– Долго ты, говорю!

Видимо, синхронизация с пеплом прошла не так быстро, как я думал. Похоже, поток силы отражения ввёл меня в состояние вынужденной медитации. Да уж, давненько со мной такого не было.

– Нашёл то, что искал? – спросил брат.

– Даже не знаю, как ответить на твой вопрос, Серёж, – вздохнул я. – Скажу честно – дела у нас снова покатились не туда, куда надо.

– Хватит говорить загадками! Объясни уже, наконец, – попросил Сергей.

– Я договорился с Серебряковыми, что отдам им некоторые вещи нашего отца. Но есть одно большое «но». Отец их уничтожил.

Я решил поведать Сергею только часть правды. Рассказывать брату о свитке призыва и прахе отражателей – не самая лучшая затея.

Лучше дать ему понять, что нас ожидает прямое столкновение с Серебряковыми. Свитка нет, прах своих товарищей и свой собственный прах яэтим толстосумам ни за что не отдам. А пятнадцать тысяч рублей… Что? Зря мы с Бродским зелья, что ли, варили ночами напролёт? Эти деньги уже ничего не решат, пусть лучше они пойдут на благо семьи.

Серебряковы ничего не получат. И это будет пример для остальных аристократов. Нельзя безнаказанно вторгаться в мой дом и похищать моих родственников!

– И что нам теперь делать? – испугался Сергей.

– Так простоонинамэто не простят, братишка, – пожал плечами я. – Будет сражение.

– Война? Война родов?! – воскликнул Сергей.

– Тише! – шикнул я. – Не хватало ещё, чтобы мама с Аней это услышали. Хватит уже с них переживаний. Я решу эту проблему раз и навсегда. И постараюсь избежать настоящей войны. Обойдусь малой кровью.

– Как? – собравшись всё мужество кивнул Сергей. – Я тоже готов драться!

– Да какой тебе драться? Нет, драться буду я. Ты останешься дома.

– Я так не согласен! Если не разрешишь, сам приду и помогу!

– Сергей, понимаешь… Ты должен быть в безопасности, иначе я буду отвлекаться и следить за тобой.

– Понимаю, – брат печально склонил голову.

– Мы договоримся с Серебряковыми о встрече. Послезавтра вечером я принесу имто, чего они требуют.

Пока это был лучший план из всех, что я придумал. В нём рисковал только я, но никто из моих близких.

– Но у нас ведь этого нет, – возразил брат.

– А я сделаю вид, что это принёс, – пояснил я. – Семён Серебряков гарантированно явится лично. Он ожидает, что я передам ему артефакты, которые не должны попасть в чужие руки. Даже в руки его охранников.

– Допустим, так оно и будет, – задумчиво произнёс Сергей. – Но что будешь делать, когда он поймёт, что ты принёс липу?

– Тогда я вызову его на дуэль, – пояснил я. – Но пойми, Сергей, он придёт лично – это факт. Но придёт не один. Сопровождение у Серебрякова будет – к гадалке не ходи. Сыновья, охрана. Человек пять он с собой притащит. О честности разговор не идёт.

– И как ты собираешься в одиночку уделать главу рода и его сопровождение?! – воскликнул Сергей. – Володь, да тебя на фарш пустят!

– Не забывай, что у меня в арсенале не простые магические щиты, – ответил я. – Я пробудил родовую магию, которая всем Беловым и не снилась. Её хватит, чтобы справиться с Серебряковыми.

Пусть думает о моей магии невесть что. Зато не станет подозревать, когда увидит отражение в действии. Рано или поздно это всё равно случится.

– Ну не знаю, Володь, – засомневался Сергей. – Я тебе верю, можешь в этом не сомневаться. Но всё равно звучит эта затея очень опасно. Один против фиг знает скольких… Лучше бы со спины напал, и дело с концом.

– Нет, брат, честь рода мы срамить не станем.– Должен быть другой способ! – брат искренне переживал за меня.– Будет опасно для всех, если я буду сидеть сложа руки и искать способ попроще, – настоял на своём мнении я. – В следующий раз они похитят не только Аню, но и маму. И одним богам известно, что они с ними сделают. Тебя убьют. Да и меня рано или поздно настигнут. Нужно бить первыми, застать их врасплох. Выложиться на полную. Тогда у нашей семьи будет шанс.

Сергей долго думал, глядя куда-то в пустоту. Затем резко сорвался с места и пинком ноги перевернул отцовский стол. Сделав это, он тихо вскрикнул, схватился за рану на груди и сполз по стене на пол.

– Это всё он! Он во всём виноват! – прорычал он. – Этот подонок свёл себя в могилу, и всю семью за собой тащит. Если бы его тело нашли и похоронили, я бы плевал на его надгробие каждый чёртов день!

– Успокойся, Сергей, – твёрдо сказал я. – Отец оставил нам в наследство много проблем. Но ты себя-то побереги. Ты нам ещё нужен.

– Да, прости, – кивнул брат. – Пожалуй, я всё же прилягу на несколько часов. Что-то силы совсем меня покидают.

– Правильное решение, – согласился я. – Иди. Я пока всё приготовлю к назначенному вечеру.

Сергей покинул кабинет отца и ушёл в свою комнату. Мою голову начали разрывать сотни мыслей о том, как правильно подготовиться к предстоящей войне. Иливернее, к дуэли.

А иного способа свести опасность для близких к минимуму просто не было. Не убивать же их исподтишка. Хоть я всю жизнь и охотился на безумных магов, но о чести сражения не забывал.

Я сделал глубокий вдох и…

Почувствовал внутри себя огромный запас энергии. Прах моих товарищей хранил в себе запас отражения несколько сотен лет. И сегодня я забрал его себе. Мой уровень сил разом подскочил до третьего ранга и приблизился к четвёртому.

Теперь я могу куда больше, чем раньше. Этого хватит, чтобы лишить всю семью Серебряковых сил хотя бы на несколько минут. Будет сложно, но ради семьи Беловых я уже готов на многое.

Я отправился в свою комнату. Этот день сильно меня измотал. Я решил немного помедитировать, но даже не заметил, как провалился в сон.

Утром меня разбудила вибрация мобильника. Я с трудом продрал глаза и посмотрел на экран вызова.

Бродский.

– Да, Николай? – я снял трубку.

– Володя, ты куда пропал? – прокричал Бродский. – Мы тут без тебя, как без рук!

– Как без лапок! – послышался голос Гаспара.

– Пошёл вон отсюда! – послышалась ругань Бродского, а затем звуки борьбы с голубем-фамильяром. – Володь, ты тут?

– Тут я, тут. Решаю семейные проблемы. В ближайшие два дня меня не ждите, – сказал я. – Что там с Закрытым Клубом? Мария взяла всё в свои руки, как я её просил?

– Взяла – не то слово! Она теперь нами командует так, будто мыеё слуги. Сделай то, сделай сё! Я на такое не подписывался, – обиженно пробубнил Николай.

– Нет, друг. Делай, как она говорит. Клуб нужно поскорее подготовить к открытию. Это наш новый плацдарм для заработка и торговли зельями. Возможно, скоро сможем даже расширить нашу алхимическую лабораторию. Наймём новых сотрудников.

– Ого! Далеко глядишь, Володь! Я об этом как-то даже и не подумал, – удивился Бродский. – Слушай, а что у тебя с семьёй, если не секрет? Может, мы чем-то помочь тебе можем? Не забывай, у нас же теперь студенческий клан!

– Нет, дружище, втягивать вас в эти дела я не намерен. Это касается только меня и моего рода. Но… Гаспар мне пригодится, – недолго подумав, сказал я. – Собери ему мешок с зельями. Закинь несколько зелий силы и пару-тройку взрывных. Только ради всех богов, объясни этому чучелу, что нести зелья нужно аккуратно! Не хватало ещё, чтобы он кого-нибудь взорвал. Опять.

– Без проблем, Володь! Будет сделано, – ответил Бродский.

– Ах да, ещё одна просьба. Пусть захватит с собой два кристалла – оранжевый и зелёный. Я оставил их в Тайном Убежище.

Два кристалла, которыея достал из убитых мноюфобов, точно сыграют мне на руку.

– Я вам что, лошадь возовая? – послышался недовольный крик Гаспара.

– Ты – не лошадь, ты – мой ужин, – пропыхтел где-то на заднем плане дед Аким, и из трубки вновь послышались голубиные вопли.

– Николай, попроси Ковтунова, чтобы он хорошенько зарядил эти кристаллы. Пусть напитает их своей боевой магией, – попросил я. – Пожалуй, это всё, чем вы можете мне помочь.

– Хорошо, Володь, уже приступаю. Береги себя! – сказал напоследок Николай и положил трубку.

Гаспар прилетел достаточно быстро. За счёт нашей связи «фамильяр-хозяин» голубь мог интуитивно находить меня, в какой бы точке города я ни оказался. А удобно, однако!

Он ворвался в окно во время завтрака. Всё семейство Беловых оцепенело, увидев у себя дома голубя с огромным мешком в лапах.

Гаспар не рассчитал силы и чуть не уронил груз прямо на обеденный стол. Я выхватил мешок из его лап и оттащил в сторону.

– Совсем спятил? – прикрикнул на него я. – Просил же аккуратно нести!

– Это ещё что такое? – удивился Сергей.

– Не «что», а «кто»! – обиделся голубь. – Я Гаспар!

– Ой! – Аня приложила ладошки к щекам. – Какой милый голубок!

– Ой! – запрыгал по столу Гаспар. – Какая милая девушка!

Я схватил Гаспара за хвост и подтащил к себе, пока тот не добрался до Ани.

– Знаю ятвои наклонности, – прошептал емуя. – Станешь подглядывать за моей сестрой – все перья тебе поотрываю.

– Ладно, – разочарованно прошептал Гаспар.

Вот засранец! Даже не скрывает своих намерений.

– Спасибо за обед, мам, – поблагодарил женщину я и жестом позвал Сергея за собой. – Мы отойдём. Нам с братом нужно кое-что обсудить.

Я, Сергей и Гаспар переместились на второй этаж – в кабинет отца. Там мы оборудовали маленький штаб для подготовки к моей дуэли. Брат был рад помочь хотя бы с этим, и я не стал отказывать в такой мелочи.

– Одуреть… – выдавил из себя Сергей, осматривая принесённый Гаспаром арсенал. – Это же темномирские камни! Володь, ты где их достал?!

– У нас в академии был Тёмный Час. Поохотился немножко, – решил подразнить брата я.

– Да ладно? – удивился он. – Ты убил целых двух фобов? Ну тогда Серебряковы нам совсем не страшны!

– Фобы – это ерунда. Люди куда опаснее, – объяснил ему я. – Монстры предсказуемы, а проклятые маги – нет.

Сергей вопросительно посмотрел на меня.

Тьфу ты! Случайно вырвалось про магов. Привычки так просто не исправить. В любом случае, вряд ли он что-то заподозрил. Нужно отвести тему.

– Выпей вот это зелье, – протянул я Сергею склянку с отваром силы. – Оно не целебное, но организм укрепит. Может, и рана затянется быстрее.

– Целое состояние, наверное, стоит, – почесал затылок Сергей. – Может, не будем его тратить на меня?

– Мыих с другом сами варим, – решил рассказать я. – Пей, не стесняйся. Ты мне завтра живым нужен.

– Гаспару не нравится, – пробурчал голубь. – У Гаспара плохое предчувствие.

Мы с Сергеем вопросительно посмотрели на Гаспара.

– Чего тебе не нравится? – не понял я.

– Не знаю… – протянул голубь и принялся ходить взад-вперёд, что-то курлыкая себе под клюв. – Чувство, будто какая-то беда приближается.

У меня не было повода доверять странному чутью голубя. Как-то раз я уже прислушался, и ничего хорошего из затеи не вышло.

– Это он о чём? – спросил Сергей.

– Не обращай внимания, – махнул рукой я. – Гаспар – хороший фамильяр, но не самый надёжный. Видимо, в очередной раз себе что-то надумал. Предчувствие у него! Тоже мне, предсказатель пернатый. Давай лучше перейдём к обсуждению плана.

Сергей утвердительно кивнул.

– Сегодня я позвоню Серебрякову и договорюсь о завтрашней встрече, – начал я. – На встречу приду один я. И даже не думай приближаться, чтобы поглазеть! Произойдёт кое-что, отчего тебе лучше находиться подальше.

– Что-то я тебя не понимаю. Ты это о чём? – разволновался Сергей.

– Начнётся суматоха, – продолжил я. – Место для сражения выберу безлюдное. Но если появится полиция, дам официальное заявление, что здесь идёт дуэль по дворянским законам. Они не станут вмешиваться. Но присутствие несовершеннолетнего может всё испортить. Хоть мы и из одного рода, но докопаться можно.

– Уверен в этом? – с сомнением в голосе спросил Сергей.

– Уверен, я изучил все законы на эту тему. Полиция не встревает в войны родов и дуэли, если боевые действия не подвергают риску мирных жителей. А особенно – детей.

Договорить мы не успели…

– Беда… Беда… – курлыкал Гаспар. – Кто-то совсем близко…

Гаспар резко остановился и поднял на меня взгляд маленьких глазок.

– Фамильяр, – прошептал он.

Послышался взмах крыльев. Мы с Сергеем резко обернулись к окну. Снаружи парил огромный ястреб. Его хищные глаза внимательно наблюдали за нами.

– Ястреб Серебряковых… – прошептал Сергей. – Он слышал наш разговор.

Птица взмахнула крыльями и полетела прочь от нашего особняка. Докладывать хозяину о готовящемся заговоре.

– Гаспар! – крикнул я, откупорил зелья наращивания мышц и бросил голубю. – Пей и в погоню!

Глава 4

Гаспар явно не хотел лететь за ястребом, но выбора у него не было. Между нами был заключён контракт. Связь «хозяин-фамильяр». Гаспар набросился на откупоренную мной бутылку с зельем силы и залпом выжрал всё содержимое.

Мы с Сергеем одновременно рванули к окну, чтобы открыть Гаспару выход наружу. Но было уже поздно. Напитанный зельем силы и одержимый моим приказом Гаспар врезался в стекло и выбил собой всю оконную раму, после чего исчез.

Мы с Сергеем переглянулись.

– На улицу! Быстро! – крикнул я и рванул из отцовского кабинета к выходу из дома.

Пропустив несколько ступенек, я за долю секунды добрался до первого этажа и выскочил через сломанную входную дверь.

На всю улицу разносился шум воздушного боя. Гаспар и ястреб-фамильяр Серебряковых бились изо всех сил над крышей нашего дома. Кто бы мог подумать, что голубь сможет нагнать и схватить хищную птицу за хвост.

Хотя, о чём это я? Вряд ли какой-либо птице в природе приходилось сталкиваться с перекаченным голубем. Ужасающее существо!

– Давай, Гаспар! Вали этого мерзавца! – крикнул ему я. – Но учти! Он нужен нам живым!

– За последнее даже с учётом твоего приказа не ручаюсь! – ответил Гаспар и, схватив зубами хвост ястреба, выгнул шею и ударил противника об крышу. На нас с Сергеем посыпались осколки черепицы.

– Что там происходит? – послышался взволнованный голос мамы.

– Всё в порядке, мам! Не выходи из дома! – ответил ей я и приметил на водосточную трубу.

Решил забраться по ней на крышу и помочь Гаспару. Сплошь проржавевшая труба со скрежетом оторвалась от дома и рухнула на землю вместе со мной. Да уж, паршивая была идея. Но попытаться стоило. Хоть уже зелье левитации с собой таскать.

Но, к счастью, Гаспару помощь была не нужна.

Голубь взлетел ввысь, держа несчастного ястреба в своём клюве, и бросил врага на землю. Ястреб не успел расправить крылья и провалился в дымоход.

В доме послышался грохот и женские крики. Когда мы с Сергеем забежали внутрь, перед нами предстала совсем безумная картина.

Весь покрытый сажей вражеский фамильяр метался по гостиной, уворачиваясь от летящих в него сковородок, кастрюль и ножей. Мама с Аней забрасывали ястреба всем кухонным арсеналом.

Озлобленная птица, уклонившись от очередной поварёшки, извернулась и полетела прямо на Аню.

– Сдохну, но глаза тебе выклюю, стерва! – прохрипел фамильяр.

Аня взвизгнула. Меньше чем за секунду я преодолел половину дома и пинком откинул ястреба от своей сестры.

Птица ударилась о стену. Родовой щит пошатнулся, слетел с креплений и полетел прямо на изувеченного фамильяра Серебряковых.

Бум. А не зря я попросил Колю отправить мне щит курьером! Пригодился!

Вся семья Беловых замерла в ожидании дальнейших событий. Из дымохода с боевым кличем выпрыгнул чёрный, как уголь, Гаспар.

– Где этот петушара?! – прокричал он и изобразил, как закатывает рукава, но все перья, к счастью, остались на месте. – Ох, я сейчас ему покажу!

– Всё, Гаспар, отбой. Мы, кажись, его раздавили, – сказал я.

Гаспар бросил взгляд на родовой щит и горько плюнул. Не знал, что голуби вообще могут плеваться.

– Да что ж такое! Проклятый щит сделал за меня всю работу, – хмыкнул Гаспар.

Я кивнул Сергею, давая понять, что щит нужно приподнять.

– Мама, Аня, – обратился к женщинам я. – На всякий случай отойдите. Ещё не известно, в каком он там состоянии.

Мы с Сергеем приподняли щит, а Гаспар вытянул тело ястреба из-под него. Повезло птице – тяжеленный артефакт его сильно оглушил, но не раздавил. Видимо, в последний момент ястребу удалось проскользнуть под вогнутую часть металла.

– Ну что, красавчик? – сказал Гаспар, хрустя крыльями. – Сейчас я тебя потискаю. Ух, иди сюда, мой хороший!

– Гаспар, отставить! – приказал я. – Отойди от него. Он нам живым ещё пригодится. Погоди… Чего? В смысле, потискаешь?

– А? – опомнился Гаспар. – Ой… Не знаю. Я не знаю, зачем это сказал!

Гаспар тяжело дышал. У него аж слюна изо рта потекла.

– Ты чего, совсем, что ли, спятил? – удивился я. – Ты чего так похотливо на ястреба глазеешь?

– Я не знаю! – принялся оправдываться Гаспар. – Это всё ваше дурацкое зелье силы! Оно поднимает моё либидо!

– Ну не настолько же, чёрт тебя возьми, чтобы на раненого ястреба бросаться! Живо успокойся, он нам нужен живым.

– Зачем? – обиделся Гаспар. – Тебе мало одного фамильяра?

– Нет, дурень. Нам нужно его допросить.

– Я ничего вам не скажу… – прохрипел ястреб. – Лучше сразу убейте.

Ох, какой верный. Ладно, на этот счёт у меня есть козырь в рукаве. Бродский мне все уши прожужжал своей новой разработкой. Пора проверить её в деле.

– Гаспар, срочно лети к Николаю, – приказал я. – Скажи, что мне нужен тестовый образец зелья правды. Заодно и посмотрим, как оно работает. Прежде чем поить студентов всякими новинками, лучше проверим на птицах.

– Курлык! Надеюсь, на мне проверять ничего не планируете? – испугался Гаспар.

– Лети уже! Нельзя терять ни минуты!

На голубе под клятвой уже смысла проверять не было, поэтому и зелье осталось в экспериментальном образце.

Гаспар покинул особняк, а мы с Сергеем достали из отцовского кабинета старую клетку, чтобы временно заточить ястреба. Уж не знаю, кого раньше отец держал в этой темнице, но прутья были прочными.

– Точно не хочешь рассказать нам всю подноготную добровольно? – в последний раз спросил я фамильяра. – Учти, зелье, которым мы тебя напоим, может иметь очень нехорошие побочки.

– Мной уже всё было сказано, – пропыхтел уставший ястреб. – Вы ни слова из меня не достанете.

– Похвальная преданность, – сказал ему я. – Серебряковы не заслуживают такого фамильяра, как ты. Будь на твоём месте Семён Андреевич – готов поклясться, что он бы всё уже выложил.

– Заканчивай ко мне подлизываться, Владимир Белов. Моя клятва слишком сильна, – произнёс ястреб. – Я буду молчать.

– Да разве ж я подлизываюсь? Ошибаешься, это не в моих принципах. Я лишь констатирую факт. Скажи хоть, как тебя звать, гордая птица? – улыбнувшись, спросил я.

Ястреб молчал.

Почему-то этот фамильяр пришёлся мне по душе. Да, он шпионил за моей семьёй, но таковы были приказы его хозяев. Если я прикажу Гаспару следить за женской раздевалкой, извращенцем это сделает меня, а не его. Хотя о чём это я, речь же про Гаспара…

Через полчаса мне позвонил Бродский.

– Володь, я сдуру отдал этому шизоидному голубюнаше тестовое зелье и даже не уточнил у тебя, правду он говорил или нет? – спросил Николай.

– Правду-правду, – ответил я. – Но поступок, Колька, очень опрометчивый! Забыл, чем дело со взрывными зельями кончилось? Давай аккуратнее. Он хоть и под моим контролем, но всё же Гаспар – голубь хитрый и скользкий, как ни крути.

– Кто это тут скользкий голубь? – прокурлыкал Гаспар, влетев в моё окно.

– Ого! А ты быстро! – удивился я. – Всё-таки хорошо на тебя влияет зелье мышечной силы.

– Да я готов жрать эту байду сутками! Я ещё никогда не чувствовал себя так хорошо! – воскликнул Гаспар.

Я внимательно осмотрел голубя и заметил одну любопытную деталь. Прошло уже два часа, эффект зелья должен был выветриться. Но Гаспар не уменьшился в размерах. Его тело осталось слегка укрупнённым. Интересно, он теперь навсегда останется таким голубем-переростком?

Надеюсь, что нет, иначе нам придётся для него отдельно сделать противоядие. Иначе он все свои шпионские навыки потеряет. Голубь-качок точно не затеряется в толпе.

– Ну что ж, приступим к допросу, – заявил я. – Сергей, подойди сюда.

Брат встал около клетки рядом со мной.

– Я просуну руки внутрь и буду держать его, а ты вливай ему в клюв зелье правды, – предложил я. – Готов?

– Готов, – кивнул Сергей, откупорив дурно пахнувший травами отвар.

Я схватил ястреба и прижал его крылья к телу. Старый побитый фамильяр почти не сопротивлялся. Сергей влил содержимое бутылки в птичью глотку.

Мы одновременно отскочили от клетки, когда ястреб начал биться о металлические прутья и громко кашлять.

– Сработало? – забеспокоился Сергей.

– Есть только один способ это узнать, – произнёс я и спросил. – Как тебя зовут, ястреб?

Птица бросила на меня злой взгляд, но всё же ответила:

– Теодора.

– Самка! – завизжал Гаспар и радостно запрыгал вокруг клетки. – Хвала богам, это самка! А я думаю, чего меня так тянет к этому ястребу! Фух…

Гаспар деланно протёр крылышком свой лоб.

– Я уж испугался, что со мной что-то не так… А то Бродский какое дерьмо только не варит! – голубь выдохнул с облегчением.

– Эх ты, Гаспар! – рассмеялся я. – Как же ты пол у птицы-то определить не смог?

– В пылу битвы и не такое бывает! – выдумал отговорку он. – Да, голос у неё хриплый. Видимо, я переборщил с ударами.

Гаспар резко замолчал.

– О боги, я избил женщину… – в ужасе прошептал он.

– Стыд и срам, Гаспар! Но это уже не важно. Главное, что зелье правды работает. Если понадобится, мы её потом к ветеринару отведём, или какой врач магических животных лечит… – сказал я и снова обратился к ястребу. – Хорошо, Теодора. Тогда следующий вопрос: почему Серебряковы приказали тебе шпионить за нами? Мы ведь заключили с ними новую сделку.

– Они не собираются следовать уговору, – ответила Теодора. – Они не доверяют тебе, Владимир Белов. И поэтому Семён Андреевич Серебряков хочет предпринять решительные меры.

– Вот как? – удивился я. – Это какие же?

– Серебряков ждёт твоего звонка. Вы договоритесь о встрече. А когда он получит то, что желает, его люди всё равно избавятся от тебя и твоей семьи.

Моя рука невольно сжалась в кулак. Ногти впились в ладони.

Вот Серебряковы и показали своё истинное лицо. Плевать они хотели на эту сделку. Даже если я им миллион заплачу и отдам все сокровища мира, они всё равно нас предадут. Этого следовало ожидать. Мы разошлись мирно, чтобы сойтись в войне. Как я и говорил, сочетание мага и аристократа – очень мерзопакостная штука.

– Сколько человек придёт на встречу? – спросил я.

– Я не знаю, – помотала головой Теодора.

– Серебряков планирует атаковать только меня или параллельно отправит людей в наш дом?

– Не могу сказать точно… – задумалась птица. – Скорее всего, он направит все силы, чтобы убить тебя. И лишь потом придёт за твоей семьёй.

– Хорошо, Теодора, – кивнул я. – Последний вопрос. Какой силой обладает Семён Серебряков и его сыновья?

– Серебряковы – семья призывателей, – ответила она. – Младшие не шибко талантливые маги. Другое дело – их отец. Семён Серебряков – могущественный маг. Он разбогател за счёт своей магии. Ему принадлежит несколько строительных фирм. Призванные элементали строят дома куда быстрее других магов и простолюдинов.

Магия призыва элементалей… Неприятная штука. Фактически, он – маг универсал. Элементали могут атаковать любыми стихиями. Бой обещает быть не из лёгких.

– А теперь последний вопрос! – воскликнул Гаспар и просунул в клетку с Теодорой свой клюв. – Я тебе нравлюсь?

– Нет! – воскликнула Теодора.

У неё аж голос прорезался и стал действительно походить на женский.

– Тьфу ты! Бездарь – этот Бродский! – разозлился Гаспар.

– А Бродский-то тебе чем не угодил? – не понял я.

– Как, чем? Действие зелья правды уже закончилось! – заявил Гаспар. – Видишь? Она начала лгать.

– Уверенности тебе не занимать, Гаспар, – усмехнулся я. – Так, ну и что же мне теперь с тобой делать, Теодора?

– Сделай меня своим фамильяром, – предложила она. – Моя связь разорвалась.

– Разорвалась? – удивился я. – С какой это стати?

– Её разрушили побочные эффекты зелья правды, – объяснила Теодора. – Но Серебряков этого ещё не почувствовал. Если я вернусь домой и доложу итоги шпионажа, он ничего не заподозрит.

– И снова Бродский свалил зелье с чёрт знает какими свойствами! – воскликнул я. – Но на этот раз нам повезло. Только одно меня смущает: ты ведь только что не хотела предавать своих хозяев. С чего вдруг такие перемены?

– Это всё моё обаяние, – подмигнул Гаспар сначала мне, а потом Теодоре.

– Таковы были требования Семёна Серебрякова. Беспрекословное подчинение. Он давным-давно отобрал меня у одного из своих должников. Моего хозяина убил, а меня сделал своей рабыней.

– Хотел бы я тебя сделать своей рабыней, – блаженно протянул Гаспар.

– Заткнись! – хором рявкнули на голубя мы с Теодорой.

Гаспар, похоже, совсем нас не слушал. Не знаю, что за муть взбрела в его птичью голову на этот раз, но гормоны явно взяли над фамильяром верх.

– Хорошо, Теодора, меня устраивает твоё предложение, – заключил я. – Расклад будет следующим: я отпущу тебя, и ты доложишь Семёну Андреевичу, что мы подготовили все компоненты сделки. Артефакты, родовой свиток, деньги – всё при нас. Если будет спрашивать, собираемся ли мы его атаковать, скажешь, что Белов намерен прийти безоружным.

– Я сделаю так, как ты велишь, – кивнула Теодора и тут же запнулась.

Похоже, полная покорность вошла ей в привычку.

– Послушай, – начал я. – Я бы хотел сделать тебя своим фамильяром, но прежде тебе нужно понять, что я не намерен лишать тебя свободы воли. Ты будешь служить мне, но тирании от меня не жди. Я не такой, как Серебряков. Я уважаю своих соратников.

Услышав мои слова, Теодора распушила свои перья и прямо-таки расцвела.

– Я согласна, – кивнула она.

И между нами образовалась нить магической связи. Скоро я таким макаром себе целый зверинец соберу! Ну или вольер для птиц.

Теодора улетела выполнять мои указания. Гаспар подорвался, чтобы полететь за ней, но я остановил распутного голубя, вовремя ухватив того за хвост.

– Заканчивай это, Гаспар, – велел я.

– Но… Но… – заикался голубь. – Но она мне понравилась!

– Ты унижаешься. Этим ты самку привлечь не сможешь, – объяснил Гаспару я. – Я что, должен учить тебя даже этому?

– Откуда ты знаешь птичьи законы? – удивился Гаспар.

– Законы межполовых взаимоотношений у всех одинаковые, Гаспар. Будь сильным; покажи, что на тебя можно положиться. И она – твоя.

– А ты умный, Владимир Белов! – восхищённо заявил Гаспар. – И много птиц у тебя было?

– Давай я всё-таки не буду отвечать на этот вопрос, – сказал я и устало прикрыл глаза рукой.

Пора звонить Серебрякову.

Я набрал номер Семёна Андреевича. Не прошло и двух гудков, как он ответил на мой вызов.

– Ты всё собрал, Владимир Белов? – спросил он вместо приветствия.

– Конечно, Семён Андреевич, – солгал я. – Как и договаривались. Встречаемся завтра вечером на старой парковке в двух кварталах от вашего дома. На нейтральной территории.

– Идёт, – согласился Серебряков. – И даже не вздумай притащить с собой друзей. Разговаривать будем один на один.

– То же касается и тебя, Серебряков, – твёрдо сказал я. – Никаких друзей. Только ты и я.

– Завтра в восемь вечера. И без опозданий, – процедил сквозь зубы Семён Андреевич и бросил трубку.

– Ну как? – нетерпеливо поинтересовался Сергей. – Он придёт?

– Придёт, куда он денется! – ответил я. – Только что-то мне подсказывает, что не станет этот свинтус рисковать. Он обязательно захватит с собой пару-тройку человек. Но это и не важно. Я справлюсь с ними в любом случае.

– Возьмёшь мою саблю? – предложил Сергей. – Тебе она нужнее, чем мне.

– Нет, братишка, – отказался я. – Спасибо, она уже достаточно мне послужила. Негоже пользоваться оружием младшего брата. Я дойду до торгового центра и приобрету личный клинок. Но на завтрашнюю встречу я возьму не только его.

Я решил не мелочиться и купил закалённый боевой магией меч. Сабли были мне не по душе. Оружие с двумя режущими поверхностями – вот выбор, достойный истребителя магов!

Этой ночью я вновь медитировал, держа в руках сундучок с пеплом своих павших товарищей. Отражения в них больше не осталось, я поглотил всё до последней капли. Но близость к чему-то, что связано с давно забытым орденом, грела мне душу.

Закончив все приготовления, я выдвинулся к месту назначения. На парковку пришёл первым. Гаспар изучал местность с неба.

Через десять минут с небольшим опозданием появился мой противник.

Семён Андреев Серебряков шёл один, тяжко переставляя широкие ноги.

– Это что на тебе такое, Белов?! – рявкнул он.

На моей спине висел родовой щит, на поясе висели ножны клинка. В правой руке был сундучок, а в левой – футляр от родового свитка.

– Щит и меч – это древнейшие артефакты, которые хранил в особняке мой отец, – солгал я. – В сундуке – пятнадцать тысяч рублей. А вот – родовой свиток.

– Ты меня удивляешь, Владимир Белов. Очень удивляешь, – рассмеялся Серебряков. – Ты куда интереснее, нежели твой отец. Но и куда опаснее.

Серебряков взмахнул рукой. Он подал кому-то сигнал. Но кому?

Нить связи с Гаспаром неистово завибрировала. Голубь предупреждал меня об опасности.

Из заброшенных гаражей, из кустов, из стоящих вокруг машин стали появляться силуэты. Поначалу я подумал, что Серебряков активировал магию призыва, но нет…

Меня окружала толпа его охранников. Двадцать широкоплечих головорезов. А ублюдок решил не мелочиться!

– Мы договорились, что придём без друзей! – крикнул ему я.

– И я тебя не обманул, Владимир! – улыбнулся Серебряков. – Эти молодцы мне не друзья. Они мои подчинённые.

– Всё с тобой понятно, вероломный кусок сала, – вздохнул я, аккуратно опустил сундучок с рамкой на землю и достал из ножен свой меч.

Левую руку я просунул в родовой щит. Он был чудовищно тяжёлым, но зелья силы и запитанные силой Ковтунова кристаллы сполна это компенсировали.

– Я вызываю тебя на дуэль, Семён Серебряков! – заявил я. – За честь и свободу моей семьи ты падёшь.

– Дуэль? – удивился Серебряков. – Ты совсем с ума сошёл, Белов? Какая ещё, к чёртовой матери, дуэль?

– Отказываешься от честной битвы?

– Довольно разговоров, – заключил Серебряков. – Ребята! Валите его!

Глава 5

Серебряков отдал своим головорезам приказ атаковать. И началась бойня.

Двадцать крепких мужчин, на ходу доставая оружие, ринулись на меня. Клинки, дубины, ножи. Все охранники Серебрякова были простыми людьми, без магических способностей. Но вот насчёт их орудий убийства я так уверен не был.

Видимо, Серебряков решил сэкономить на магах, ведь дам им магическое оружие гораздо дешевле.

– Прикончите этого молокососа! – визжал Серебряков. – Только артефакты его не повредите!

Ну и чёрная же душонка этот Серебряков! Я подготовил такой прекрасный план с дуэлью. Но как и предполагал, о чести и достоинстве здесь никто не слышал.

На меня налетела первая партия противников. Двое мужчин справа и трое слева. Хоть передо мной и простые головорезы, но убивать их я не желаю. Они всего лишь выполняют свою работу. Да и проблем потом не оберёшься. Одно дело – поединок дворян, другое дело – убийство наёмников Серебрякова. Мне разбирательства с местной полицией не нужны.

Ох, чувствую, скоро придётся нанимать хорошего адвоката! Долго я в этом мире без убийств не продержусь такими темпами.

– Ну что, ребята, давайте веселиться! – воскликнул я.

Но ирония была лишь для того, чтобы ввести их в смятение. Люди всегда опасаются того, что не понимают. И сейчас они не видели во мне ни капли страха!

Я прикрылся родовым щитом от налетевших на меня противников слева. Три клинка со звоном ударились о магический металл, и врагов отнесло в сторону мощной магической волной.

Клинок в моей правой руке плясал, вторя бьющему в висках пульсу. Я ранил двух мужчин одним мощным ударом.

Ну и дилетанты! Они не успели даже подобраться ко мне вплотную.

Глубоких ранений я старался не наносить. Мой меч работал с ювелирной точностью. За считаные секунды я вывел из строя сразу пять противников. Двух – мечом, трёх – щитом.

Сказались годы тренировок в прошлой жизни. Старые привычки постепенно подстроились к новому телу.

А родовой щит Беловых – очень даже полезная штука. Огромный синий кристалл в его сердцевине был напитан колоссальным количеством защитных чар. Каждый, кто пытался ударить по щиту, тут же отлетал в сторону. Основной защитой служил не сам металл, а магия, которой он был закалён.

– Вы совсем спятили? – рявкнул Серебряков. – Он же один, а вас двадцать человек! Атакуйте все разом!

На меня набросились оставшиеся на ногах пятнадцать бойцов. Ох, сколько же чести в этой битве! Столько же, сколько совести у Гаспара.

– Ну, ребята, пеняйте на себя! – крикнул я.

И, крепче схватившись за щит, раскрутился вокруг своей оси. Металл выплеснул из себя поток магии и заставил весь атакующий меня отряд замереть и покачнуться.

Я решил воспользоваться их замешательством и перешёл из защиты в нападение. Мой клинок прорвался через толпу врагов. Я целился по ногам и бил эфесом меча, лишая противников возможности передвигаться и продолжать бой.

Я считал в уме. Минус один. Минус два. Минус три.

Двое особо крепких парней попытались атаковать на меня со спины. Сталь просвистела рядом с виском.

Вот же сволочи, реально убить пытаются! Таких щадить нельзя!

Я извернулся и, напитав ноги боевой магией, оттолкнулся от земли. В прыжке я шарахнул родовым щитом по врагу, и тот втемяшился своим толстым лбом в затылок своего товарища.

Минус пять.

Половина бойцов лежали на земле без сознания. Вот Серебряков и поплатился за свою скупость. Хотя я и с магами бы справился, и возможно, даже быстрее, чем с простолюдинами.

Оставшаяся десятка бойцов, тяжело дыша, взирала на меня с ужасом. Они не понимали, как такое возможно.

Даже такой толпой они не могли совладать со мной. Знали бы они, как жалко они выглядят в сравнении с учениками боевых магов, которых я выносил такой же толпой.

Сколько же их тогда было? Два или три десятка? Вот тогда действительно было жарко!

– Чего вы встали, как истуканы? – продолжал отчаянно вопить Семён Андреевич. – Да сделайте вы хоть что-нибудь! За что я вам плачу такие деньги?

Всё-то у этого уродца сходится к деньгам. Смешно даже. Я понимаю, когда человек идёт на верную смерть ради своей мечты или идеи. Но ради денег? Это мне было чуждо.

Эти головорезы лишь марионетки. И ниточки, на которых они висят, свиты из денежных купюр. А жаждой наживы меня не одолеть.

– Вы слышали своего господина, – сказал имя. – Нападайте. Хотя бы попытайтесь, что ли.

Спровоцированная мною толпа бойцов сорвалась с места и с боевым кличем рванула на меня.

Хоть я и выпил двойную порцию зелий силы, но всё же на такой бой я не рассчитывал. Мышцы уже начали ломить, а дышать становилось всё труднее и труднее. И это я ещё не вступил в бой с самим Серебряковым.

Два силуэта пронзили воздух и влетели в толпу врагов. Гаспар и Теодора выцепили по одному противнику и принялись царапать их острыми когтями. Вот молодцы!

– Теодора! – закричал Семён Андреевич. – Проклятая предательница! Я приказываю тебе остановиться!

– Теперь она служит мне, – произнёс я с ухмылкой и вступил в финальный акт побоища вслед за своими фамильярами.

Моё тело работало на инстинктах охотника. Отбил удар щитом, затем контратаковал… Но продолжал считать по старым привычкам.

Я поднял клинок над головой последнего бойца. Все остальные уже лежали в отключке.

– Пощади! – закричал он и упал на колени.

Я тяжело выдохнул и опустил меч.

– Свободен, – отрезал я, вытирая пот со лба.

Не в моих принципах бить того, кто стоит на коленях. Он ведь даже не маг!

Испуганный до смерти головорез сорвался с места и побежал прочь с парковки, которая стала для нас полем боя.

– Куда ты?! – заверещал Серебряков. – Дерись до последней капли крови, чёртов трус!

– Хватит орать, – тяжело дыша, произнёс я и вновь поднял клинок. – Твой черёд, Серебряков. Я вызываю тебя на дуэль. Во имя своего рода.

Семён Андреевич попытался что-то вякнуть, но не смог. Лишь через мгновение я понял, в чём причина его замешательства.

В пылу схватки я даже не заметил, что территорию парковки окружили зеваки. Более десятка гражданских наблюдали за этим побоищем. С соседнего квартала доносился звук полицейской сирены.

А вот это уже очень нехорошо… Надо будет не только над силой тела поработать, но и над собственным вниманием.

Приди Серебряков в одиночку, и наш конфликт вряд ли бы кто-то заметил. Но этот болван сам заманил себя в ловушку. Устроил тут такое побоище, что остаться незамеченными было невозможно.

А на людях он не сможет отказаться от дуэли. Ему слишком дорог авторитет.

– Молчать изволите, Семён Андреевич? – с ухмылкой спросил я. – Как выколачивать деньги из моего рода, похищать девочек и атаковать толпой – так вы болтать горазды! А теперь в чём дело? Неужто струсили?

Я специально выводил его на эмоции. Так он сделает больше ошибок.

– Закрой свой рот, щенок, – тихо процедил сквозь зубы Серебряков. – Не смей устраивать тут сцену.

– Сцену? Какую сцену? – как можно громче прокричал я. – Я всего лишь вызвал вас на дуэль, а вы отказываетесь!

Среди окружавших нас людей послышались шепотки.

– Я? – оскорблённо положил руки на грудь Семён Андреевич. – Да разве ж я отказывался? Клевета! Я такого не говорил. Я лишь хотел предложить иной способ решить конфликт…

– Поздно предлагать другие способы, – перебил его я. – Я уже вызвал вас на дуэль. Ваше дело – принять вызов или отказаться.

Последствия отказа он хорошо понимал – позор для всей семьи.

Семён Андреевич был готов взорваться от переполнявшей его ядрёной смеси ярости и стыда. Но держался. И выдавали его лишь раскрасневшиеся щёки.

– Что здесь происходит, господа? – из толпы зевак появился полицейский.

– Добрый вечер, офицер, – кивнул я. – Моё имя – Владимир Алексеевич Белов. Делаю официальное заявление: здесь идёт противостояние родов Беловых и Серебряковых. И сейчас оно подойдёт к кульминации. Семён Андреевич пытается определиться, хочет ли он сдаться и проиграть войну или же согласится на дуэль.

– Вы подтвердите слова Владимира Алексеевича? – обратился полицейский к Серебрякову.

Серебряков с трудом проглотил сухой ком. Он пыхтел, как разъярённый бык, пытаясь совладать со своими эмоциями.

– Да… – проскрежетал Семён Андреевич. – Подтверждаю. И принимаю вызов Владимира Белова.

Разумеется, принимаешь… У тебя теперь нет выбора, Серебряков. Ты опозоришься, если откажешь юнцу вроде меня.

Никогда бы не подумал, что юность настолько сыграет мне на руку.

Офицер достал блокнот и спешно в нём зафиксировал наши показания.

– Ваше заявление принято, Владимир Алексеевич, – кивнул полицейский и перевёл взгляд на Серебрякова. – Семён Андреевич.

Представитель правопорядка развернулся к гражданским, поднял руку с дубинкой, на конце которой сиял ярко-красный магический свет.

– Всем отойти минимум на двадцать метров от враждующих господ, – велел он. – Здесь происходит официально задокументированное столкновение рода Беловых и рода Серебряковых. Во избежание травм и ранений требую покинуть территорию парковки.

Люди отошли, но большинство осталось наблюдать. И это бесило Серебрякова больше всего. Ох, как же некстати для него собрались свидетели нашей схватки.

– Ты представляешь, во что ты ввязался, щенок? – злобно прошипел Семён Андреевич. – Да какой бы силой ты ни обладал, до меня тебе ещё расти и расти.

Сказав это, Серебряков неожиданно расплылся в злобной улыбке.

– Но дорасти тебе не суждено, – продолжил он, мерзко похрюкивая от смеха. – Сегодня ты умрёшь. И никто меня за это не накажет. Ведь ты сам объявил войну родов. Заметь. Не я, а ты!

– Хватит чесать языком, Серебряков, – устало произнёс я. – Твои визги меня утомляют. Покончим с этой враждой здесь и сейчас.

Мы оба понимали, что нам предстоит бой насмерть. Из этой схватки победитель выйдет только один. Он же будет единственным выжившим.

Ох, как же давно я этого ждал… Возможность убить мага безо всяких последствий! И сейчас она мне представилась.

Воздух пронзила волна магической вибрации. Серебряков распахнул все свои каналы и закричал:

– Я призываю вас, мои элементали! Цари четырёх стихий, что сотворили этот мир!

Над нами сгущались тучи. Казалось, в любой момент на Санкт-Петербург обрушится очередной ливень. Но я знал, что означала эта тьма, окутавшее небо.

Такое происходит, когда маг-призыватель притягивает в наш мир крайне могущественных слуг. Таких существ даже слугами назвать – язык не повернётся. То, с чем мне предстоит столкнуться, и в подмётки не годится чёртикам Черновского.

Уверен, что усатый профессор куда могущественнее Серебрякова, но всё же…

Элементалей эта жирная скотина призывать умеет. А значит, бой меня ждёт крайне не простой.

Асфальт на парковке затрещал. Из подземных глубин вырывались четыре силуэта. Мой череп гудел, и даже зелья Бродского плохо сдерживали эту боль.

Первым появился Огонь. Пылающий силуэт огненного элементаля выплыл из образовавшейся расщелины вместе с потоком лавы.

Вслед за ним появилась его противоположность – Вода. Мощный гейзер подкинул в воздух чью-то машину. Из жидкости собрался человекообразный силуэт, в основе которого была кристально чистая, прозрачная вода.

Следующий элементаль заставил вздрогнуть всю парковку. Лёгкое землетрясение сотрясло наш район, и из недр вырвался широкий каменный силуэт Земли.

И напоследок – самый опасный из них. Самый быстрый и неосязаемый. Из туч, что закрывали небо, родилась длинная цепь молнии. Разряд громыхнул, ослепив всех, кто окружал парковку. А на месте удара появился сияющий элементаль. Электричество. Он сочетал в себе сразу две стихии – воздух и молнию. Вокруг пылающего силуэта витали мощные потоки ветра.

Я не мог удержаться. Такая картина могла заставить понервничать даже самого стойкого охотника на магов. А с любым стрессом я всегда справлялся простейшим инструментом.

Юмором. Хоть в душе и оставался серьёзен, подобный внешний настрой всегда заставлял нервничать моих врагов.

Я громко зааплодировал.

– Браво! – воскликнул я. – Браво, Семён Андреевич. Представление выдалось зрелищным. Уверен, с собравшихся здесь простолюдинов вы сполна сдерёте за билеты. Но, может, мы уже к дуэли перейдём?

– Убейте его, – злобно прошипел Серебряков.

Семён Андреевич достал тонкую шпагу из ножен на случай, если я смогу к нему подобраться. А я смогу – это лишь вопрос времени.

От элементалей веяло мощной магией, но это далеко не цари стихий, какими могут становиться некоторыемаги-стихийники.

С этими у меня есть шанс справиться.

На мои плечи присели Гаспар и Теодора.

– Мы поможем тебе, мастер, – воинственно прошептала самка ястреба.

– А… А может, не надо? – взмолился Гаспар.

– Не надо, пташки мои, – ответил я. – Летите отсюда подальше. Наблюдайте издалека. Я сражусь с ним один на один.

– Это совсем не «один на один»! – воскликнула Теодора. – Мастер, их же пятеро!

– Ну и что? Только что было двадцать. И ничего, справился, – пожал плечами я.

Теодора с Гаспаромрешили послушаться меня, и покинули поле боя.

Шутки шутками, но элементали – это не горстка тупорылых головорезов. Нужно одолеть их быстро. Нельзя дать им разыграться. Тогда я погибну. С нынешним запасом сил точно погибну…

Я мысленно дал себе две минуты. Этого времени должно хватить. Тогда элементали не смогут войти во взаимодействие. А уж если они начнут кооперироваться… Тут начнутся и огненные штормы, и каменный дождь. Нет уж. Наелся я таких сюрпризов в прошлом.

Элементали полетели на меня. Финальная схватка с Серебряковым началась. Обратный отсчёт пошёл.

На меня обрушился плотный поток стихийных заклятий. Я сжал в кулаках кристаллы, запитанные Ковтуновым, и те лопнули. В моё тело устремилась боевая магия.

Я пронёсся между летящими каменными и электрическими снарядами и оказался между двух элементалей. Огонь и Вода. Пока всё шло по плану.

– Давайте, выродки, – я поманил их пальцем. – Убейте меня, чтобы папочка вас похвалил.

Я знал, что самый агрессивный – Огонь. Он рванул на меня с такой реактивной скоростью, что увернуться практически не было шансов. Если бы не мощь усиленных боевой магией мышц, я бы отскочить не успел.

Надо будет отблагодарить Ковтунова. Хорошо поработал, Алексей. Даже в этой битве я не одинок с его магией.

Я отлетел в сторону и упал на асфальт. Щит сорвался с моей спины и улетел на несколько метров в сторону. Телу стало значительно легче. Но не это главное.

Элементаль огня не смог вовремя затормозить. Он врезался в Воду и провалился внутрь его тела. Раздалось оглушительное шипение, парковку накрыло непроглядной пеленой тёплого пара.

Прошло тридцать секунд. Минус два элементаля. Я уже не раз проделывал такой трюк. Эти двое всегда так себя ведут. Века идут, а они умнее не становятся.

Но вслед за таким хитрым ходом всегда наступает основная проблема. Двух других элементалей совсем не видно.

В нескольких метрах от меня громыхнул раскат молнии. Я перекатился в сторону. От атаки удалось увернуться, но моё тело сковало жуткой болью. Облако пара этот засранец всё-таки наэлектризовал.

Усилием воли я заставил свои мышцы вновь сокращаться, как прежде, и побежал к центру парковки. Искать Серебрякова в этой мгле не имело смысла.

Призыватели умеют хорошо прятаться. Даже такие заметные, как Семён Андреевич. Но он сильно ослабнет, когда я отправлю всех призванных им чудовищ в мир иной. Нужно было продолжать бой до тех пор, пока мы с графом Серебряковым не останемся здесь вдвоём.

За моей спиной послышалась тяжёлая поступь. Несложно догадаться, меня нагонял земляной элементаль. Щита под рукой нет – и это беда. От удара этого товарища от меня и мокрого места не останется.

Я споткнулся обо что-то, не разглядев препятствия под ногами, и рухнул на землю. Земляной элементаль нагнал меня. И это могло означать конец боя. Для меня.

Но нет.

Я споткнулся о сундучок, в котором ранее хранился прах отражателей. Однако перед боем я поместил туда кое-что другое.

Я схватил сундук, развернулся и метнул его в каменного воина.

– Подавись, ублюдок!

Сундук врезался в грудь Земли. Он уже поднял кулаки, чтобы вмазать по мне.

И в этот момент раздался оглушительный взрыв.

Взрывные зелья разбились внутри сундучка и запустили реакцию, которая в считаные секунды уничтожила земляного элементаля. Горячим потоком воздуха разогнало пар. Осколки камней разлетелись во все стороны.

Я прикрыл голову руками, но на остальных частях тела синяки точно останутся.

Надеюсь, никто больше не пострадал. Взрыв был достаточно сильным, чтобы отправить камни в мирных жителей.

Мысленный таймер в моей голове твердил, что осталось всего полминуты.

Мы остались один на один с самым опасным элементалем.

Электричество-Воздух медленно приближался ко мне, паря над землёй.

Козыри в моих рукавах кончились.

– И что же ты будешь делать, Белов? – послышалось откуда-то из-за моей спины.

Это был торжествующий голос Серебрякова. Он ослаб, но теперь был уверен в своей победе.

Как бы не так, Семён Андреевич. Это ещё не конец. Я не привык сдаваться.

Я вскочил на ноги и набросился на элементаля с голыми руками.

– Поглощение! – прошептал я и раскрыл сразу все свои магические каналы.

Через пути отражения в моём теле понёсся поток электричества. Мои волосы встали дыбом. Каждую клеточку тела сотрясало от жгучей боли, но я держался. Победа уже была у меня в руках.

Потратив последние силы, я поглотил всего электрического монстра целиком. Ох, чуть не пережёг все свои каналы, но справился.

Затем я прорвался через пелену пара, выхватил саблю из ножен и остановил её прямо у шеи изнывающего от слабости Серебрякова. Вместе с элементалями, я и его лишил сил.

Шпага сама выпала из его ладоней.

– Прошу… – умолял он. – Прошу тебя, Владимир Белов, пощади!

Убить его? И снова в голове противоречия… Я так долго ждал возможности убить мага, и вот она настала.

Нельзя щадить врагов…

Но интуиция и опыт подсказали вариант гораздо лучше смерти врага. Ох, теперь Серебрякову точно не позавидуешь!

– Для тебя, Семён Серебряков, я уготовил кое-что пострашнее смерти, – сказал я, и лицо невольно расплылось в злобной ухмылке.

Глава 6

Лицо Семёна Андреевича стало бледнее мела. Мой инстинкт, как и всегда, требовал лишь одного. Казни для мага.

– Пощади, пощади, пощади, – повторял Серебряков, кланяясь мне в ноги.

До чего же жалкое зрелище. Но меня это не проняло. Никакой жалости для того, кто хотел убить всю мою семью!

– Каково тебе теперь, Серебряков? – спокойно спросил я. – Теперь ты знаешь, что значит – быть на нашем месте. Ты мучил мою семью годами и теперь рассчитываешь, что я тебя пощажу?

– Пожалуйста, Владимир, ты можешь просить у меня всё, что хочешь! – сложив вместе толстые пальцы, произнёс он.

– Просить? – со злостью усмехнулся я. – Беловы больше никогда у тебя не будут просить. Нашей войне пришёл конец. Твоё имя больше ничего не значит. Его забудут, Семён.

Я лишь пугал его. Нельзя сказать, что у меня не было желания его убить. На этот раз не только мой инстинкт, но и сам страстно жаждали расправы.

Однако разум диктовал иное.

Я могу извлечь из него куда больше пользы. Я могу заставить его позориться, унижаться и страдать. И даже инстинкт охотника на магов на этот раз не может противиться моему решению. И я знаю почему. Я уже давно об этом подозревал.

Моё желание помочь семье многократно сильнее старого инстинкта. Вот он – способ его контролировать. Нужно всегда действовать в интересах своего рода. И тогда я больше не стану кровожадным убийцей колдунов, которым был прежде.

А найду другой способ помочь этому миру.

– Что ты хочешь со мной сделать? – заикаясь, прошептал Серебряков.

– Ты дашь мне клятву, – коротко ответил я.

– Клятву? – замер Семён Андреевич. – Какую клятву?

– Ты и вся твоя семья поклянётесь мне в верности. Семья Серебряковых станет вассальным родом Беловых. Такова цена твоей жизни. Только при таких условиях я позволю тебе продолжить своё жалкое существование.

– За что же ты так со мной… – пролепетал Семён Андреевич. – За что, Белов?

Да. Такое наказание действительно было страшнее смерти. Из властного рода обратиться в нищую семейку.

– Считаешь, что я наказываю тебя понапрасну? – пожал плечами я. – Так это ещё не всё. Кроме клятвы верности, я требую компенсации. Однажды мой отец взял у тебя взаймы тридцать тысяч. А я хочу, чтобы ты даровал Беловым в сто раз больше.

У Серебрякова отпала челюсть.

– Три миллиона рублей, – подытожил я. – Такова компенсация. Но поверь мне, Семён. Даже эти деньги не стоят оскорбления моей матери и сестры. Даже эти деньги не стоят ран на теле моего младшего брата. Считай, что я обошёлся с тобой милостиво.

– Но это же… Это же почти всё моё состояние… – прошептал Серебряков.

– Почти – ключевое слово. Видишь? Я даже оставляю тебе что-то, – заявил я. – А ты хотел отнять у моей семьи всё. Даже жизни.

И в этот момент Серебряков повёл себя крайне неожиданным образом. Он откатился в сторону и схватил предмет, что лежал на асфальте. Который я там специально оставил.

Семён Андреевич вскочил на ноги и бешено рассмеялся.

– Вот ты и доболтался, Белов, – рассмеялся он.

В руках Серебрякова был футляр от его родового свитка.

Призыв великого воина.

Смотря на действия врага, я едва сдерживал внутри себя смех. Этот воин уже здесь. В теле Владимира Белого.

– Ты забыл, что я всегда чувствую, где он находится? – торжественно произнёс Серебряков. – Довольно унижений! Этот свиток мой род хранил две сотни лет. Тот, кого я призову… О-хо-хо! Элементали по сравнению с ним – детский лепет!

Я скрестил руки на груди и улыбнулся.

– Ладно, Семён, – сказал я. – Давай, показывай, что там у тебя.

Серебряков раскрыл футляр и вытянул оттуда свиток. Он поднял его над своей головой и воскликнул:

– О, великий воин! Именем своего рода я заклинаю,приди – и защити своего хозяина!

Но, разумеется, ничего не произошло. Серебряков замер в глупой позе, так и не получив своей подмоги.

Семён Андреевич в ужасе посмотрел на свиток. Развернул его другой стороной. И обнаружил, что в его руках детский рисунок с изображением единорога.

– Это… Что такое? – заикаясь, спросил он.

– О! Это? – улыбнулся я. – Моя сестра в детстве нарисовала. Аня сказала, что это один из лучших её рисунков. Вот я и решил сохранить его в футлярчике.

– Ты обманул меня? – будто обидевшись, спросил Серебряков. – Где мой родовой свиток, Владимир?

– Его больше нет, Семён. Ни артефактов тебе, ни свитка, ни денег. А раз уж ты умудрился снова подняться против меня – только смерть.

Мой голос звучал холодно. Он заставил врага покрыться мурашками и выронить из рук рисунок моей сестры.

– Ладно, ладно, ладно! – затараторил Серебряков, вновь упав на колени. – Я согласен, Белов. Я на всё согласен.

– В таком случае, звони своим сыновьям и говори, чтобы тащили свои задницы к моему родовому особняку, – приказал я. – И пусть прихватят с собой три миллиона. А юриста для заверки документом ясам найду, к твоим у меня нет доверия.

– Хорошо… – сокрушённо просипел Семён.

– И чтоб без глупостей, – предупредил я. – Если хоть один из них пукнет своей магией, смерти вам уже точно не избежать. Ни тебе, ни твоим сыновьям.

Мы с Серебряковым покинули парковку под крики толпы. За время схватки в округе собралось ещё больше людей. Да чего мелочиться! Тут была половина нашего района. Все они знали и Беловых, и Серебряковых. И, похоже, каждый гражданин был рад узнать, что власти последних пришёл конец.

На пороге дома меня ждала вся семья. Мама, Аня и Сергей подскочили на месте, когда увидели, какого именитого гостя я веду к нашему особняку.

Через минуту подъехал чёрный автомобиль, и из него вышли Олег и Пётр Серебряковы. Каждый из них нёс по два кейса с деньгами.

– Володя, что происходит? – прошептала мама.

– Происходит справедливость, – ответил я.

– Ты… Ты одолел их? – не веря своим глазам, спросил Сергей.

Я решил придержать интригу и не ответил на вопрос брата. Пусть всё увидит своими глазами.

– Давайте, Серебряковы, – кивнул я. – Время для клятвы.

Семён Андреевич первым встал на колени перед крыльцом нашего ветхого особняка. Сыновья не спешили кланяться, но отец жестом поторопил их.

– Пусть магия в моих жилах, – дрожащим голосом начал старший Серебряков, – будет связана клятвой. Я и вся семья Серебряковых даём слово, что с этого дня мы будем служить роду Беловых и беспрекословно подчиняться их главе – Владимиру Алексеевичу Белову.

Между мной и этой троицей образовались особые нити связей. Я знал, что так и будет. Прежде чем идти на стычку, я хорошо подготовился и подробно изучил законы современных магов-аристократов.

Теперь никто из присутствующих здесь Серебряковых не сможет предать нас. Любое неповиновение убьёт их ещё до того, как кто-то из них попытается навредить моему роду.

Отринуть это клятву могут попытаться лишь внуки Семёна Андреевича, которые ещё не появились на свет. Но об этом думать пока что рано. Главное – справедливость восторжествовала. Весь род магов, что притеснял мою семью, склонился перед нами.

– Я принимаю вашу клятву, – кивнул я. – Что ещё нужно сказать, Семён Андреевич? Как считаете?

Серебряков и его сыновья поняли меня без прямого приказа. Трое мужчин уткнулся лбами в землю и хором произнесли:

– Мы искренне просим прощения у всей вашей семьи!

По щекам матери потекли слёзы. Аня и Сергей открыли рты и не могли проронить ни слова.

– Поднимитесь, Серебряковы, – приказал я, а затем обратился к Сергею. – Брат, будь добр, отнести в дом все кейсы, что они принесли. Они нам, мягко говоря, пригодятся.

Серёжа решил не задавать лишних вопросов и приступил к делу.

– Володенька, а что в них? – спросила мама.

Её голос дрожал так, будто она боялась услышать ответ.

– Три миллиона, – ответил я. – Та малая компенсация, которуюони могут себе позволить.

Аня подхватила маму под руки, чтобы та от удивления не потеряла сознание.

– Всё хорошо, мама, Аня, – успокоил я женщин. – Тёмные времена Беловых закончились. Теперь наша жизнь кардинально изменится.

– Мы… Можем идти? – аккуратно спросил меня Серебряков.

– Можете, – ответил я. – Но перед этим последнее указание.

– Что… будет угодно? – выдавил из себя Семён Андреевич.

Ему было ой как непросто привыкнуть быть подчинённым. Ничего, пусть входит в новую роль. Заслужил.

– Один миллион рублей вернётся к вам, – сказал я.

Серебряковы заулыбались так, будто я сделал им самый лучший подарок.

Но я поспешил их разочаровать.

– Ваша семья ведь владеет многими строительными компаниями, верно? – продолжил я. – Используйте этот миллион на реставрацию нашего особняка. Я хочу, чтобы уже завтра вы приступили к работе.

Глупые ухмылки исчезли с их лиц. Они понимали, что больше им меня не обмануть. И даже с ремонтом не накосячить по собственной воле. Удобная штука – эти клятвы.

– Как будет угодно, Владимир Алексеевич, – неохотно ответил старший Серебряков.

И на этом этот безумный день подошёл к концу.

Этим вечером мы праздновали безоговорочную победу. Вражда с Серебряковыми была окончена, и Беловы, наконец, обрели свободу. Такого пира у нашей семьи не было уже давно. А, может быть, и никогда.

Впервые мама с сестрой не горбатились у плиты, чтобы накормить родню. Я решил, что по такому поводу мелочиться не стоит, и оплатил услуги повара, что работал в одном из ближайших ресторанов.

Сытые и уставшие от переживаний мама и Аня уснули раньше всех. Мы с Сергеем ещё долго сидели на веранде и разговаривали о жизни и о дальнейших планах.

Я не стал посвящать его во все свои амбициозные идеи, хоть таковых у меня было очень много.

В первую очередь я собрался разделить полученную сумму на три равные части. Миллион – на ремонт дома. Ещё один – на личные сбережения и прочие траты семьи. И, наконец, последнюю треть я был намерен вложить в развитие своего дела.

Мы с Бродским заложили добротное, хоть и крайне новичковое начало новой алхимической промышленности. Но этого мне было мало. Это дело нужно было сделать чем-то большим. Чем-то, что захватит умы всех людей в Санкт-Петербурге. А быть может, и за его пределами.

Но мысли об этом я решил отложить на потом.

– Володь, я должен поблагодарить тебя, – неожиданно заявил Сергей, прервав нашу с ним мирную беседу.

– Даже не думай, – отмахнулся я. – Я – не чужой человек. Я – твой старший брат и глава нашего рода. То, что я сделал сегодня – было моим долгом.

– И всё же, Володь, спасибо, – повторил Сергей и улыбнулся. – Ты не представляешь, как я горжусь тем, что у меня есть такой старший брат.

Я не смог ничего ему ответить, поскольку всего меня переполнили трепетные чувства. Я был по-настоящему счастлив. Эта семья стала мнетем недостающими звеном, которогомне всегда не хватало.

В рядах ордена, в этой бесконечной мясорубке я никогда не испытывал ничего даже близко похожего на это. Это что же получается?

Семья важнее ордена?

Да. Похоже, так оно и есть. Но цели ордена важнее всего прочего. Потому что оттого, достигну я их или нет, зависит судьба моей семьи и всего мира.

Допив чай, мы с Сергеем разошлись по своим комнатам и крепко уснули. Сквозь сон я ещё долго слышал, как Гаспар и Теодора о чём-то мирно переговаривались на крыше у моего окна.

После напряжённых месяцев борьбы и адаптации в новом мире, наконец настала идиллия.

На следующий день я с утра отправился в академию. Осенние выходные заканчивались, и через сутки вновь должна была начаться учёба.

У массивных ворот своего учебного заведения я встретил того, кого меньше всего ожидал увидеть этим утром.

Павла Мясникова.

Он медленно брёл навстречу мне, и, кажется, даже не замечал, что перед ним стоит человек, который пару дней назад лишил его всего.

Мясников выглядел осунувшимся и поникшим. Меня Павел заметил лишь тогда, когда мы с ним поравнялись.

– А… Белов? – вяло произнёс он.

Его лицо не выражало никаких эмоций.

– Здравствуй, Павел, – холодно поприветствовал его я.

– Ты постарался на славу, Владимир, – горько улыбнувшись, сказал он. – Прошло уже три дня, а моя магия так и не вернулась. Твои щиты уничтожили всё, что у меня было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.