Юрий Снитков
Лица

Читаю чат.

Вылавливаю слова и фразы: ушел с остановки, трасса, лес, шизофрения, тридцать три года.

Долго лежу на кровати и смотрю в трещину под подоконником почтового общежития. Если правильно повернуть голову, прищуриться и настроить оптику, видна узкая полоска октября. Планирую заделать ее, но потом. Здесь нет кусочка обоев, отвалилась штукатурка, видна кладка. С наружной стороны, видимо, не достает кирпича. Все сложилось, и теперь из моей комнаты прямой доступ к улице шириной в пару миллиметров.

Встаю, доедаю оставшееся с обеда. Слипшиеся макароны и владимирская сосиска. Жую и думаю о шизофрении. В чате обсуждают подробности случившегося, но диагноз уже пишут иначе – «шиза».

Собирается дождь. На поисковые мероприятия ехать далеко. Завтра выходить на смену. Пишу об этом в чат и ловлю еще слова: пропал три дня назад. Точно не поеду.

Для такой погоды у меня нет нормальных вещей. Ладно, думаю, подойдет и эта куртка. Натягиваю термобелье. Фонарь и рация заряжены. Компас. Вечно его куда-нибудь суну. Нахожу во внутреннем кармане ветровки.

В волонтерском чате появляется снимок потерявшегося. Наверное, на паспорт. Думаю о лицах. Лица родных забываются быстро, эти на фото иногда помню долго. У мужчины блеклые глаза, темные волосы, рот расположен как-то криво, неправильно. Хочется поправить.

В трещину дует ветер. Накидываю рюкзак на плечо, беру пакет с сапогами и выхожу из комнаты. Внизу натыкаюсь на охранника.

– Опять? – говорит он. – Не сидится тебе.

Коротко отвечаю. Но ему мой ответ не нужен.

– Ага, – продолжает. – Раньше шести не возвращайся, я дрыхнуть буду. Не открою.

Дрыхни. В желтом автобусе понимаю, что от рюкзака пахнет болотом. Не страшно, не самый ужасный запах. Но и не самый приятный. Лицо охранника помню. На кой черт оно занимает место.

На парковке фабрики – точке сбора, встречаю энергичного Дока. На лету разговаривает, то ли по телефону, то ли с успевшими прибыть до меня. В руках видавший виды ноутбук. У Дока желтая водонепроницаемая куртка. Она успокаивает меня. Думаю, сейчас бы мне такую. Но яркую не хочу, лучше серую.

Лена и Настя. Всегда приезжают вместе, машину оставляют и пересаживаются. Спрашиваю у них как дела. Они у меня. Говорить о чем-то помимо поиска не получается, да и сказать нам друг другу особо нечего. Док что-то шутит про опаздывающих. Смеемся.

Прибывает буханка. Мне она нравится. Серьезный подход: серая, наклейки правильные, антенны, мигалка. Когда волонтеры едут на своих автомобилях, героизм происходящего теряется в обыденности. Чешу свою бороду и склоняюсь над картой, прикреплённой магнитами к серой двери.

– Что у нас? – спрашиваю Дока, хотя чат читал внимательно. Все знаю и все равно спрашиваю. Очень для меня характерно.

– Точка входа здесь (тык). Вот от этой дороги и пойдем (тык). Лес должен быть проходимый, зеленки мало. Может и рядом где-то лежит. Мать говорит: «отвернулась буквально на секунду, а его и нет».

Думаю, не на секунду. Решаем, что из леса надо выйти к пяти утра. Полтора часа пути обратно. И на работу к восьми.

Усаживаемся в буханку. Нас восемь плюс водитель. Внутри мрачно. Думаю о лицах, которых из-за темноты не видно. Дока помню, Лену и Настю – помню. С остальными знаком плохо, сомневаюсь в именах. Узнаю по лицам и одежде. Включается налобный фонарик. Шуршит бумага – Док расправляет карту. Рисует галсы. По одному из них, видимо, пойду я. Зачеркивает и перерисовывает что-то. Видимо, слишком короткие задачи. Нас всего восемь, это четыре группы.

– Лес более-менее чистый, – повторяет Док. – Дождь бы еще закончился, – и продолжает самозабвенно вырисовывать.

Пропал три дня назад. В лесу мокро и холодно. Шансов мало. Думаю, мы едем чтобы очистить совесть. Кто-то произносит это вслух. Запоминаю его лицо. В соцсетях мода на животных в фотографии профиля. Прикидываю, кто из них какой котик.

Водитель включает оранжевую мигалку. Свет медленно облизывает все вокруг. Идет по тянущейся полосе леса, по дороге, по встречным машинам. Отражается на наших лицах. Я достаю свой желтый жилет со светоотражающими полосками. Мне он нравится. Серьёзный подход: отрядная нашивка, царапины прошлых вылазок, приятные липучки.

Полтора часа пути. Пытаюсь вздремнуть. Но старый автомобиль шумит, Док с водителем хихикают, а я немного волнуюсь. Сотню раз так ехал, а все равно, волнуюсь. Очень характерно. Подъезжаем к тому самому месту. Точка входа. Я бы назвал по-другому, учитывая в каком состоянии мы иногда находили потерявшихся. Настя скрипит скотчем, и на остановке появляется ориентировка. Зачем-то читаю. Хотя уже все читал.

Помогите найти человека… Тридцать три года… темные волосы…

Про шизофрению здесь не пишут. Пишут: «нуждается в медицинской помощи». Если бы писали просто «в помощи», то на такой ориентировке можно разместить информацию о всех нас. Характерно. Фантазирую, что сам придумал эту фразу. Ловлю поэтичность этой мысли. Тогда, в двадцать, я считал, что все здесь происходящее поэтично.

Разбиваемся на пары. Поисковые группы зовутся «Лисами». Я с Леной. Док показывает маркерную загогулину на карте. По ней мы и пойдем. Мой китайский, довольно громоздкий, налобный фонарь светит в лес. Лучом ловит морось и клубы пара из моего рта. Совсем не хочу туда идти. Лена, уверен, хочет. Спешит помочь бедняге, а мне бы лежать и смотреть в трещину под окном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.