Сергей Мальцев
Севастопольский журнал

Севастопольский журнал

… Я понял, что параллельно с нашим существуют другие, неведомые нам миры, и ни один учебник не может объяснить, какие они и откуда взялись. Думаю, что лучше всего забыть, что они есть. Если, конечно, удастся.

Стивен Кинг

«Если бы этот мальчик остался жив, не нужны были б ни я, ни Достоевский»

Л.Н.Толстой

Глава 1

11 июля 1840г. Северный Кавказ, 41-я верста к юго-западу от крепости Грозная.

… Перед глазами словно блеснула молния. Уклонившись от удара горской шашки, я встретил следующий клинком своей, зазвенела сталь. «Наверняка тоже гурда, по звуку похоже» не к месту промелькнуло в голове, но рука уже крутила мой любимый финт, который показал мне однажды старина Монго, а тому в свою очередь наш дядя Афанасий. До совершенства я довёл его в кавалерийской школе. Там мы с моим приятелем Мартыновым любили попрактиковаться с саблями, и вот пригодилось …

      Вылетевший из руки чеченца клинок сверкнул на солнце. Куда он улетел смотреть было некогда – горец не растерялся и, мгновенно вырвав из ножен кинжал, словно дикий барс, с криком «Алла!» прыгнул на меня, целясь своим оружием в грудь. Старый приём – быстро разорвать дистанцию и поразить противника коротким клинком, сабля и шашка при этом бесполезны – враг слишком близко, а для этих видов оружия нужно пространство. Ну, это если считать оружием только острые лезвия, а рукоять на что? И, увернувшись от кинжала, который всё-таки слегка, как мне показалось, задел мундир, я ударил своего врага в висок пяткой эфеса шашки. Удар оказался довольно силён, и чеченец рухнул на камни. «Скоро очнётся», – пронеслось в голове, – «Надо бы добить – в войне с горцами не до сантиментов. Этот джигит дорезал бы меня, не задумываясь».

Я огляделся – сражение подходило к концу. Горцы, подхватив своих раненых товарищей, отходили к лесу. Сил преследовать их у нашего отряда не было. Вокруг лежали окровавленные тела, раздавались стоны и мольбы о помощи на двух языках. Даже не на двух – неподалёку лежал в позе ребёнка в материнской утробе молодой прапорщик в окровавленном мундире и звал эту самую маму, по-французски. Я прислушался – у мальчика был хороший гувернёр, скорее всего француз из бывших пленных двенадцатого года.

В глазах помутилось и всё вокруг заволокло пеленой будто туманом и закачалось, словно я опять плыву на той лодке из Тамани …

– Вашбродь! Что с вами? Вы ранены?

Казак из моего отряда, соскочив с коня, подхватил меня под локоть.

– Эко вас!

Пелена спала с глаз, и я осмотрел себя – мундир на груди был вспорот, на сукне проступили кровавые пятна. Сняв его с помощью казака, я увидел, что всё не так уж и плохо – кинжал лишь слегка поцарапал грудь и, хотя из раны сочилась кровь, но всё могло статься гораздо хуже, если бы не … мой фамильный талисман, тот самый портрет, что в нашей семье называли образком. Это изделие неизвестного мастера передал мне отец в один из своих редких визитов в наши Тарханы. Бабушка не любила эти отцовские наезды, и всегда они заканчивались ссорами. Повзрослев, я понял причину этой вражды – в смерти своей дочери и моей матери бабушка почему-то винила отца. Ну да бог ей судья.

Так вот, однажды отец мне и передал реликвию, сказав, что это фамильный талисман клана ЛермОнтов, древнего шотландского клана, обедневший представитель которого поступил на службу к Русскому царю ещё в семнадцатом веке.

Реликвия сия представляла собой портрет весьма привлекательной дамы в изящной оправе из светлого серебристого металла. Металл тот не был серебром – гораздо легче и очень прочный. Острие вражьего кинжала из отличной стали кубачинских мастеров (я рассмотрел оружие, доставшееся мне трофеем – это был тот самый легендарный «старый базалай») не смогло полностью пробить образок и оставило только небольшое отверстие в самом углу портрета. Возможно этот чудесный металл смог бы когда-нибудь остановить и пулю из кухенрейтера, ведь площадь острия кинжала гораздо меньше диаметра пули, и законы физики дали бы шанс выжить одному благородному, но глупому дуэлянту … Однако, к чему это я?

– А образок то, – Семён, тот самый казак, что помогал мне, протянул уважительно, – видать то-о-очно заколдованный.

А потом встрепенулся и весело добавил, – вашбродь, а ловко вы чеченца то, того … угомонили! Ухватку такую впервой вижу, надоть запомнить, сгодится!

– Коли сгодится, то хорошо, – я начал приходить в себя и надо было начать командовать своим отрядом, который мне достался от поручика Дорохова, моего приятеля, даже, возможно, друга.

– Семён! Что там с нашими? Потери есть?

– Неа! Господь миловал! Тока Федюха пулю словил, гы-гы, – вашбродь, не могу сказать, звиняйте, в то самое место, на коем в седле сидят.

– В ж…у, что ли?

– Точно так вашбродь! В енту самую – ж…у!

– Ну так и говори, я не барышня какая. Кто ещё?

– Дак это, Галуб, кунак ваш, чуток без башки не остался. Чечена того я успел подстрелить, но он тако-ой живучий. Сам при смерти, а всё-равно шашкой Галуба достал – только папаха и спасла. Хо-орошая у него папаха. Обещал мне такую же новую подарить. Говорит «коли не твоя пуля, аман моя башка была бы». А больше никого, вашбродь. Все живы здоровы. Бог миловал, а Галубу – аллах евоный. А ентого разбойника куда девать? Шуволится уж. Можа добить?

– Нет, Семён. Чеченец наверняка не из простых будет. Видишь, какой кинжал?

– Да уж. Базалайка. Дорогая вещь

– А шашка, что вон там валяется …

– Вашбродь, ужель гурда?

– Она самая. Забирай себе. Ты моего кунака спас, которому я сам жизнью обязан.

– Благодарствую, вашбродь! А вона и сам он идёт!

К нам подошёл Галуб – мой кунак. Сам он чеченец, но служит в моём отряде. Кое-что случилось в его судьбе, и ему теперь все абреки кровники лютые. Однако никто не знает той причины, кроме Дорохова и теперь вот меня. А секрет тот романа достоин, может и напишу я его когда-нибудь. Случилось так, что влюбился горец наш в казачку. По-настоящему влюбился – до смерти. Почему-то все считают, что пылкая страсть есть удел только высших слоёв общества, а любовь дикого горца и простой казачки – это так … не достойно внимания. По моему мнению – достойно.

Так вот, против такой любви, естественно, воспротивились и семья казачки, и родня горца. Но горец если любит, то готов сам Эльборус свернуть, да и наши казАчки не хуже – без характера в горах не выжить. Так что решили они сбежать и от тех, и от других. Через Тамань в Крым и затеряться. Не получилось. Чеченская родня банду абреков наняла. Те выследили и в погоню. У Галуба и его невесты кони хорошие были, и они почти ушли, но шальная пуля не пощадила казачку. Скрывшись в лесу, Галуб увидел, что его любимая еле держится в седле, и кровь сочится из раны. Она умерла у него на руках …

      Семья Натальи – так звали казачку – поначалу хотела повесить Галуба, когда он привёз тело девушки в станицу, но, увидев, как он сам горюет, простили его – наш русский человек по натуре отходчив.

И с тех пор он состоит в нашем отряде и … мстит. Узнав, что его родня абреков наняла в погоню за ними, отрёкся и от семьи, и от своего народа. Такую историю мне поведал Дорохов.

Дорохов. Он, пожалуй, единственный, кто по-настоящему понимал меня, хотя сам и прослыл бретёром, да и вообще по мнению многих, был человеком несерьёзным. А по мне, так вполне себе серьёзный, коли из стольких дуэлей живым вышел – я в том немного понимаю. Это он мне шашку подарил. Гурда-а … Отличный клинок. Только по моей просьбе кузнец в Пятигорске на ней гарду соорудил – так мне, гусару, привычнее, поскольку все мои фехтовальные навыки под саблю заточены, как говорил один мой знакомец. Когда та глупость с Барантом приключилась, он, каналья французская, для поединка шпаги выбрал, а моя рука то к сабле более привычна. Ну и сломал я шпажонку ту хрупкую – ведь не сабля же, так – игрушка. Ну, а когда пистолеты взяли, понял, что не за что мне француза убивать – самому нужно за языком следить. Ну и пальнул на воздух.

Мои мысли прервал голос казака:

– Так, стало быть, вашбродь, чечена вяжем и языком в штаб везём?

Понятливый у меня в отряде народ.

– Точно так. Вяжем и везём

И вскоре надёжно связанного пленного перебросили через седло и увезли в штаб отряда.

Я огляделся. Равнина в долине реки была буквально завалена телами, местами лежащими друг на друге в два и даже в три слоя. Солдаты уносили раненых, но мертвых было гораздо больше. Везде кровь.

Моя рана была пустяковая, мне её перевязали, и кровь уже засохла, но от усталости шатало и хотелось пить. Я подошёл к реке и зачерпнул воды. Она была красной и пахла кровью …

– Кисмет, – раздался голос Галуба, – Брат мой, я думал, что аллах на меня прогневался и мне не жить. Помнишь, ты спас меня, когда мы сражались, стоя спина к спине, как братья, и остались живы.

– Помню, брат, не было бы тебя за моей спиной и мне бы тоже не жить.

– Всё верно, но то, что было сегодня … Я знаю, ты умный человек – скажи, зачем люди убивают друг друга?

– Не знаю, да, наверное, никто не знает … а как называется эта река?

– Валерик. По-вашему – река смерти …

Я стоял, словно окаменев – прапорщика, уже мёртвого, унесли. На камнях в луже крови лежала его белая холщовая фуражка …

В моей голове, как и раньше, в минуты сильного волненья, раздался голос, мой голос:

… и два часа в струях потока

Бой длился. Резались жестоко

Как звери, молча, с грудью грудь,

Ручей телами запрудили

Хотел воды я зачерпнуть …

(И зной и битва утомили

Меня), но мутная волна

Была тепла, была красна …

В ту ночь я не спал – писал, почти не правя, и закончил под утро. Названия этой поэме иного быть не могло – «Валерик».

Глава 2

Наше время. Западная Сибирь. Город N-ск. Государственный университет. Кафедра теории вероятностей и математической статистики

– Весьма любопытно, молодой человек. Но я всё-таки не пойму до конца ход вашей мысли … хотя она весьма оригинальна и я, пожалуй, не прочь её вместе с вами подумать. Но, как я полагаю, вы уже её думали, и посему давайте сэкономим наше время. Излагайте ваши умозаключения, – пожилой профессор с интересом смотрел на своего аспиранта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.