Elsvidn
Кости. Маргарита -код- источник

Любовь спасёт мир,

взамен уничтожив твой внутренний

ПРЕДИСЛОВИЕ

Вэйланд Вэй

10 июля, 2015 год.

Спрятать двух пленников в подземных комнатах – было отличным решением. При том условии, что об этой части поместья не знал никто, кроме хозяев.

Глазные яблоки, точно губки, впитывали темноту подземных коридоров, и когда в непроглядную черноту окуналось буквально всё, он встряхивал головой, часто моргал. До спасительной от тревоги лампы с тусклым светом оставалось буквально несколько шагов, и каждый раз стук ботинок о бетонный пол врезался в уши неприятным звуком. В мозгу клокотало от тяжелых мыслей, от стука подошвы, от страха – тот уничтожал оставшиеся нервные клетки беспощадней подземной ледяной темноты.

Он остановился под бледным светом лампы, будто бы тот являлся таковым от очень пыльного стекла, а не продолжительного срока службы. И он был бы рад окунуться в светлые мысли о долговечных лампах, но все мысли угасли – будто их, не пережевывая, проглотила темнота. Тишина в голове напрягала сильней, чем тишина подземных коридоров, – он отчетливо слышал своё собственное дыхание, размеренное, но тяжелое и глубокое. И он совсем не желал поднимать опухшие от слез глаза.

– Кто ты?

Охрипший и давно уставший голос заставил Вэйланда приподнять глаза, совсем немного – в поле зрения попала только нижняя часть металлической решетки и край потертого ковра.

И он замер.

– Что вам нужно? – вновь прозвучал мужской голос, куда более тусклый, чем свет в пыльной лампочке над головой. – Что с моей семьей?

И Вэйланд, считая себе достойным наказанием, поднял глаза.

Мужчина, с неопрятными волосами по плечи, смотрел на него серьезно, с давно потухшей надеждой на спасение. Безнадежность – вот, в чем сейчас Вэйланд понимал его больше всего.

– Здравствуйте, Арсений, – спокойно вымолвил он, сжимая правой рукой металлический браслет, сковывающий левое запястье. И кивнул на соседнюю решетку. – Что с дамой?

Мужчина перевел тяжелый взгляд влево.

– Устала, спит.

Зачем-то Вэйланд кивнул.

– Это плохое место, – сказал он как-то предельно просто. – Мне оно не нравится, непрактично было прятать вас именно здесь. У меня есть идея получше.

Арсений смотрел на него цепко, непонимающе. Голова разрывалась от боли.

– Что с моей семьей? – вторил он вопрос. – Кто ты такой?

Вэйланд цокнул языком.

– О, с ними всё хорошо, – он снова кивнул. – После сбоя в прошлом коде игры, были созданы новые испытания для поиска победителей, чтобы помочь Источнику. Ваш сын выиграл.

Арсений дернулся, подался вперед и ухватился за ледяные прутья решетки.

– Нет, – он замотал головой и повторил всё так же тихо, опустошенно: – нет…

Вэйланд улыбнулся уголком губ.

– Да. Феликс – новый победитель. Теперь же началась игра не только за жизнь целого мира, но и за его собственную.

– Меня подставили! – выкрикнул Арсений, ударил по железным прутьям ладошкой и зашипел от боли.

Девушка за соседней решеткой зашевелилась, приподнялась на деревянной скамье. И Вэйланд, скосив взгляд в её сторону, облегченно выдохнул.

– Я знаю, – кивнул он, возвращаясь взглядом к Арсению. – Поэтому вы здесь. Но мне не нравится это место, нужно другое. А пока, – он плавным движением провел рукой по воздуху и протянул её мужчине: – возьмите таблетку, она поможет от головной боли. Берите-берите, не бойтесь, мне незачем вас травить.

– Кто вы? – раздался тихий женский голос. – Когда нас отпустят?

Но Вэйланд намеренно проигнорировал её, внимательно наблюдая за Арсением, принимающим таблетку.

– Я вернусь скоро, не скучайте, – беспечно бросил он и зашагал прочь.

Весь день он сидел запертый в комнате, никаким образом не реагируя на стуки в дверь, просьбы выйти и вопросы, всё ли в порядке и тут ли он вообще?

Всю ночь он ворочался в постели, не мог уснуть, не смотря на то что хотел: закрывал глаза, и темнота сжирала его, пережевывая острыми, как гвозди зубами.

И везде брызгала кровь, стекая густыми струйками по черноте.

Искривленные стрелки часов почти добрались до трех часов ночи, когда с опухшими от слез глазами он отверткой пытался отцепить от своего запястья браслет. Несколько движений назад он уже нещадно разрезал руку, чудом не задев вену, и кровь струилась до самого локтя и по ладони.

Ему никогда не нравилась кровь. Она пахла неприятно и цвет имела такой, который ему почему-то был неприятен.

И сейчас запах её смешивался с запахом сырости в подземных коридорах. В четыре часа утра ему уже не спалось вовсе; горячо пульсировали виски, дрожали окровавленные руки, и опухшие глаза отчаянно смотрели на пробудившегося за решеткой Арсения.

– Я не знаю, что мне делать, – почти шепотом вымолвил Вэйланд.

Арсений Франц

Годом и четырьмя месяцами ранее.

Солнечный шар уже скрывался за горизонтом: уплывал медленно, неохотно, будто бы не желая, чтобы город погружался в темноту ночи.

Небо окрашивалось в тревожные пурпурно-красные тона, изрезанное вдоль и поперек обрывками облаков и полосами от самолетов, подсвеченными малиновым отсветом уходящего солнца. Загораясь по одной, звезды вытесняли солнце, и чем больше Мария подмечала их, тем больше небо теряло свой пестрый окрас.

Прохладный мартовский ветер скользнул по спине, и женщина зябко повела плечами. Нужно было одеваться теплее, подумала она и мысленно, как ребенка, сама себя же и пожурила за оплошность.

Зажигались фонари: вдоль парковых дорожек вспыхивали золотые шары, заливая тропинки теплым светом. Мария усмехнулась, вспомнив, как Маргарита сравнивала такие фонари со спустившимися с неба звездами и зависшими в воздухе; когда-то и вовсе фантазировала, что в шарообразных плафонах и есть звезды. К слову, Маргарита была более чем достаточно образованна: в гуманитарном и техническом направлении, в сфере науки и даже в сфере астрономии, но в то же время волшебного взгляда на мир у неё было хоть отбавляй. У Марии восприятие мира было совсем другим: звезды в фонарях она не видела, но слушать о них было интересно, и интересно только от Маргариты.

– Девушка, девушка! – спешно воскликнул кто-то рядом. – Осторожней!

Мужчина едва увернулся, чудом оставив кофе в стаканах, а не на блузке Марии.

Мария вздрогнула, отвлекаясь от фонарей.

– Да, простите, я… – и она замолчала, удивленно уставившись на мужчину, удивленно смотревшего на неё.

– Маша? – уточнил он, хотя сомнения таяли с каждой секундой. И он закивал с довольной улыбкой: – Маша!

С секунду она смерила мужчину взглядом, а после коротко рассмеялась.

– Ну, привет, Арсений, – она развела руками. – Ничего себе встреча.

– У меня сейчас голова лопнет от этого, – согласился мужчина. – Столько вопросов и мыслей, и все перепутались. Как ты тут? Где ты вообще сейчас, а Маргарита?

– Мы с сестрой на Грани живем, – поделилась Мария. – В том замке. У нас всё хорошо, порой вспоминаем игры, вас всех тоже. Маргарита всё порывалась устроить вечер встречи игроков.

– Сколько прошло лет… – Арсений отвел задумчивый взгляд. – Двадцать, верно?.. Маша, ты здорово изменилась, но узнал я тебя с первого взгляда.

Мария тихо рассмеялась, пожав плечами.

– Да, – кивнула она, – ты тоже. А прошел двадцать один год, – поправила она.

На короткий миг повисло вязкое молчание. Они оба смотрели друг на друга: Мария улыбалась, выжидающим взглядом скользя по лицу Арсения. Она успела приметить его добрый взгляд голубых глаз, каков был и раньше, в юности. И длинные до плеч волосы, убранные в хвост. Арсений же приоткрывал рот, собираясь что-то сказать, но слов не находил, водил стаканчиками с кофе по воздуху.

– Я в шоке, – посмеялся он и спохватился: – А я тут с семьёй гуляю, пойдем познакомлю?

– А… – растерянная улыбка скользнула по губам Марии. Она чуть прищурилась: – я не помешаю?

– Да ты чего?! – Арсений махнул рукой, и тут же вспомнил, что держит кофе. – Нет конечно! Я им рассказывал об играх, и о вас сестрой. Уверен, они будут рады, наконец, познакомиться лично!

Мария вздохнула, не пряча улыбки.

– Ну что ж, – она глянула на наручные часы. – Я не против, давай познакомимся.

Идти далеко не пришлось, буквально за поворотом, на скамейке расположились трое, – Арсений указал на них, сообщив, что это его семья.

– Ань, – позвал он жену.

Та тут же обернулась, с легким удивлением осмотрев Марию.

– Помнишь я говорил, что участвовал в спасении Источника, и про двух сестер? – спросил Арсений. – Так вот, познакомься, это Мария, сестра Маргариты.

Тут же с интересом обернулись и двое детей: девочка и мальчишка старше её.

– Ух ты, – вымолвила Анна. – Приятно познакомиться. А какими такими внезапными судьбами вы у нас? – поинтересовалась она, принимая стаканчик с кофе из рук мужа.

– Здравствуйте, – тем временем поприветствовала девочка женщину.

Мальчишка же молча и с задумчивым интересом смотрел на незнакомку.

– Привет, – улыбнулась Мария детям, а затем вернулась взглядом к Анне. – Судьбами я действительно внезапными: прибыла на Землю по делам рабочим, после них вышла прогуляться и внезапно столкнулась с Арсением, – она кивнула на мужчину. – Я, если честно, сама в недоумении, как так судьба свела. Однако, я очень рада.

Лицо Анны просияло приветливой улыбкой.

– Чудо, – развела она руками. – Что ж, а… познакомьтесь, это наши дети: Лиза и Феликс, – женщина указала на мальчика и девочку.

– Феликс мог бы и поздороваться, – Арсений с укором глянул на сына.

Мальчишка тут же нахмурился, впрочем почти сразу натянуто улыбнулся и выдал с некоторой язвительностью:

– Здрасти, – и обратился к матери: – ну что, мы идем домой? Похоже нам пора.

Проследив за его реакцией, Мария тихо усмехнулась, чуть выгнув бровь.

– Да… да, нам действительно пора, – спохватилась Анна, поднимаясь со скамейки. – Мария, а не хотите зайти к нам на ужин? Поговорим нормально, познакомимся поближе.

– Неплохая идея, – подтвердил Арсений, кивая.

– А еще у вас красивый наряд, – робко добавила Лиза, выглянув из-за плеча мамы.

– Благодарю, – улыбнулась Мария. – Не примите за грубость, но от ужина я откажусь, у меня есть еще некоторые дела, которые нужно закончить.

– Что ж, – развела руками Анна. – Может зайдете завтра на обед? Арсений столько о вас и об играх рассказывал, хотелось бы пообщаться с вами лично.

– А вот на обед с радостью зайду, завтра я абсолютно свободна, – тут же согласилась Мария и с долей шутливой иронии добавила: – если, конечно, Феликс не будет против.

Мальчишка тут же отвлекся от вечернего неба, выгнув бровь.

– Не будет, – ответил он, на секунду натянуто улыбнулся и тут же снова стал серьезным.

– А его никто не спрашивает, – Арсений весело потрепал сына по голове. – Приезжай к полудню, мы живем на…

– Ты нормальный? – перебила его Анна, а затем обратилась к Марии: – скажите, где вы остановились, и Арсений сам за вами заедет.

Феликс закатил глаза, что не скрылось от Марии, и улыбка непроизвольно скользнула по её глазам.

– Да, конечно, – довольно кивнула она.

Обговорив все детали и договорившись о времени, они разошлись каждый своей дорогой. До гостиницы, в которой она остановилась, Мария добралась быстро и, чтобы немного расслабиться после насыщенного дня – погрузилась в ванную, полную душистой пены.

Прихватив с собой бокал красного вина, Мария прикрыла глаза и ощутила полное удовлетворение к завершению дня. Только вот в голове все еще не укладывался факт встречи с Арсением! По юности они не так много времени провели вместе, – пока длились игры, – однако, общались очень хорошо, между ними в один момент даже вспыхнула взаимная симпатия друг к другу. Милые свидания, тайные встречи по ночам, небольшие подарки и робкие объятия. Мария тихо рассмеялась, не открывая глаза: вспомнила, как в те времена мечтала, что они поцелуются, но этого так и не произошло.

Распахнув глаза, Мария стянула со столика телефон и по видеосвязи набрала Маргариту. Та ответила совсем скоро.

– Ну ты бы передо мной еще голышом появилась! – сразу же заявила сестра.

– Сейчас вылезу из ванны, – отпарировала Мария. – Как дела? С Кларой всё хорошо?

Не выдержав, Маргарита вздохнула.

– Всё с ней отлично, – ответила она и с легкой язвительностью добавила: – в отличии от матери даже улыбается иногда.

Мария цокнула языком.

– Как я могу не переживать? Это мой ребенок.

– Ну отец же о ней не переживает, – хмыкнула Маргарита и, словив на себе хмурый ледяной взгляд Марии, тут же добавила: – прости. Ты все успела сделать?

– Да, идеально уложилась, осталось отправить отчет, – отпивая из бокала вино, кивнула Мария. – Завтра после полудня вернусь домой.

– Почему не с утра? – уточнила Маргарита, чуть прищурившись.

– Мм… Тут такое дело. Помнишь Арсения?

На некоторое мгновение Маргарита отвела задумчивый взгляд в сторону.

– Тот который был на играх? – уточнила она и не удержалась от ироничной вставки: – в которого ты была безответно влюблена? А потом протрещала мне все уши, а-ля: я так надеялась, что он меня поцелует; подскажи, как мне ему намекнуть… Ну и всё в этом духе.

Ничего, кроме недовольства на лице Марии в этот момент не отражалось.

– Позволь тебя поправить: я не была безответно влюблена, всё было более чем взаимно. И вообще, – Мария встряхнула головой, – какая уже разница, столько лет прошло, у него прекрасна жена и двое детей.

– Упустила ты мужчи… – Маргарита замолкла на полуслове, выгнула бровь и заинтересованно посмотрела на сестру.

– Я его сегодня встретила, – Мария развела руками, держа бокал с вином. – Случайно. Познакомилась с его семьей, они пригласили меня завтра на обед.

– Ух ты… ух ты, – повторила Маргарита, задумчиво хмыкнув. – Смотри, только не уведи мужчину из семьи.

Мария натянуто улыбнулась.

– Из семьи я могу увести разве что тебя, – сказала она. – Подальше от меня, чтобы мы не были родственниками.

Маргарита закатила глаза.

– Какой у тебя юмор не смешной.

– Правильно, – кивнула Мария. – Потому что в нашей семье клоун – только ты.

– А ты зануда, – и Маргарита по-детски показала язык. – Слу-ушай, так если всё вот так… может, пригласишь их завтра к нам в гости? Мне было бы интересно встретиться, поговорить, познакомиться с его семьей. Думаю, Арсению тоже.

Сомнение скользнула по лицу Марии.

– Ну не знаю… – она пожала плечами. – Может у них какие-то дела или еще что-то.

Маргарита цокнула языком.

– Ну так и спроси у них завтра. В общем, если что, жду вас после обеда!

Мария закатила глаза.

– Ладно, спрошу. А теперь пойду спать. Спокойной ночи, поцелуй от меня Клару.

– Да, и передам, что её мать зануда.

И изображение Маргариты исчезло, ровно на том моменте, когда она собиралась сказать что-то еще – Мария отключила звонок.

Белоснежное махровое полотенце уютно окутало мокрое тело, впитывая прохладную влагу. Колючие мурашки побежали по всему телу, но тут же стихли, стоило только укрыться воздушным одеялом. Ноутбук устроился на коленках буквально на тридцать минут: Мария внесла информацию о проделанной работе в отчет, еще раз пересмотрела, всё ли в порядке и с облегчено на душе отправила. Рабочий день на сегодня точно окончен, а впереди долгожданный отпуск.

Еще какое-то время Мария решила посвятить чтению перед сном и пыталась вникнуть в текст книги, но оставила тщетные попытки спустя пару страниц – сон брал своё, она за сегодня достаточно устала.

Свет погас, комната погрузилась в полумрак.

Мария

За обеденным столом раздался веселый хохот. Не смеялся только Феликс: он окидывал колючим хмурым взглядом сегодняшнюю гостью, Марию.

– Что? Так и было? – переспросила Анна, вытирая кончиком пальца капельку слезы с уголка глаза.

– Да-а, – закивала Мария. – Представляешь, пришел такой весь с печальным взглядом, как провинившийся котенок и говорит: «я хотел испечь для тебя вкусный пирог, но у меня все сгорело». И не успела я глазами хлопнуть, как он протягивает мне сложенный листок и говорит: «но у меня есть рецепт, возьми, может у тебя лучше получится, попробуешь».

– Да уж, Арсений Фёдорович, так себе у вас методы завоевания сердца девушки, – весело усмехнулась Анна. – Почему хотя бы не позвал попробовать вместе приготовить?

– Да откуда я знаю? – отмахнулся Арсений, отодвигая пустую тарелку. – Я тогда растерялся и хотел как-то смягчить ситуацию.

– А вам не кажется это… странным? – вдруг, подал голос Феликс, неодобрительно глянув на взрослых.

– Что именно? – уточнила Мария, выгибая бровь.

Феликс вздохнул, закатывая глаза. Вилка из его рук резко упала на тарелку, неприятно звякнув.

– Вы сейчас обсуждаете то, как папе нравилась другая, и как он пытался обратить на себя её внимание? – И Феликс сложил руки на груди, отодвинувшись на стуле. Осуждающим взглядом он посмотрел на родителей.

Арсений покачал головой. Мария весело усмехнулась. Анна вздохнула.

– Послушай, – сказала она, – это было очень давно, прошло уже много времени. Беззаботная юная симпатия, о которой весело вспомнить. Сейчас мы взрослые люди.

Феликс молчал, но всем своим взглядом показывал, что этот разговор ему все равно не нравится.

К счастью, ситуацию спасла его младшая сестра Лиза:

– Я готова! – счастливо заявила она, показавшись на лестнице. – Хочу уже быстрее побывать в другом мире! Я думала такое возможно только в книжках и кино, – и она запихнула несколько конфет со стола в карманы шорт.

Сегодня днем, только переступив порог дома семьи Франц, Мария сразу же рассказала им об идее отправить в гости, на Грань. Арсений, со светящимися от восторга глаза, поддержал идею тут же. Анна немного сомневалась, но тот быстро уговорил её, заверив, что всё будет нормально и им там понравится. Лиза, быстрей всех закончив с обедом, побежала на радостях собираться. Только Феликс пожал плечами, сказав, что ему вообще все равно.

– Пойду тоже соберусь, – без особого воодушевления сообщил он, поднимаясь из-за стола.

– Хорошо, – кивнула Анна. – А я пока уберу со стола. Арсений, помоги мне, пожалуйста.

– Я извиняюсь, а где туалет? – поинтересовалась Мария.

Анна оглянулась в сторону коридора.

– На втором этаже, – ответила она. – Внизу сейчас ремонт. Единственная белая дверь, сразу увидишь. Или тебя проводить?

– Нет, спасибо, я разберусь.

И, поднявшись из-за стола, Мария принялась подниматься на второй этаж, мимолетом разглядывая интерьер. В доме было достаточно светло благодаря широким окнам и светлой мебели. Кое-где в прозрачных вазах стояли цветы, исключительно нежных оттенков. В ходе разговора за обеденным столом Анна обмолвилась, что она работает дизайнером интерьеров. Интересно, задумалась Мария, осторожно вышагивая по длинному коридору, интерьер собственного дома продумала сама Анна или нет? Если да – у нее отличный вкус и умение создавать уют.

Возвращаясь из уборной обратно в столовую, Мария пересеклась с Феликсом: он как раз выходил из своей комнаты с рюкзаком на плече. Он молчаливо окинул Марию не самым дружелюбным взглядом и спешно зашагал по коридору.

– Стой, – окликнула его Мария. – Феликс, подожди.

Мальчишка замер и какое-то мгновение стоял спиной к женщине. Но, уловив паузу, он вздохнул и всё же обернулся.

– Ну что?

– Послушай, – Мария подошла ближе, и Феликс нехотя поднял на нее взгляд. – Я не знаю, что ты там придумал у себя в голове, но всё, что обсуждалось за столом, было лишь в прошлом, и осталось там же. Тебе не о чем переживать.

Феликс слегка дернул бровью.

– А я что-то придумывал? Разве? – переспросил он. – Думаю, вам просто показалось. Возможно, вы еще не отпустили прошлое, советую вам проработать это. Моему папе интересна только моя мама, на вас ему абсолютно безразлично.

И, натянуто улыбнувшись женщине, он развернулся и важно продолжил путь, поправляя рюкзак на плече.

«Вот говнюк мелкий», – Мария неодобрительно прищурилась, глядя ему вслед.

Подождав, когда Феликс скроется из виду, женщина и сама направилась в столовую.

Ни Арсения, ни Анны здесь уже не было. Лиза любезно сообщила, что родители ушли в комнату собираться. Феликс сидел за столом молча, лишь изредка поглядывал в сторону Марии колючим взглядом. Мария лишь загадочно улыбалась уголком губ, когда пересекалась взглядом с мальчишкой. Спокойствие женщины, её самодовольная ухмылка – всё это изрядно подбешивало Феликса. Мария ему не нравилась, казалась какой-то подозрительной личностью.

– А я всегда верила, что другие миры существуют, – вдруг нарушила молчание Лиза, с интересом уставившись на Марию.

– Ты и в Деда Мороза раньше верила, – хмыкнул Феликс. – А его не оказалось.

– А Грань существует, – хитро улыбнулась Мария. – Так что гордиться остаётся только вымышленным Дедом Морозом.

Феликс хмуро глянул на женщину.

– А игры, в которых вы участвовали, сложные были? – поинтересовалась Лиза.

– Ну… – на короткое мгновение Мария призадумалась. – Бывали не очень сложные, бывали и трудные достаточно. Зависело от того, к чему у тебя больше предрасположенности: кто-то хорошо разбирался в математике, кто-то в логических задачах. Но справедливости ради, в каждой игре была заложена проверка на какое-то человеческое качество. Всё считалось в совокупности, и выявлялись два лучших игрока для помощи Источнику.

Феликс хмыкнул.

– Вот в этом-то и дело, – сказал он, самоуверенно глядя в глаза Марии, – в предрасположенности. Если ума достаточно, то предрасположенностью прикрываться не придётся.

Мария с интересом посмотрела на Феликса.

– То есть, я правильно понимаю, ты хочешь сказать, что справился бы лучше меня?

Феликс развел руками.

– Какая бы проверка на человеческие качества ни была заложена в игру, всё равно важным фактором останется умение пользоваться частью мозга, отвечающей за логику.

– То есть, ты хочешь сказать, если у тебя с логикой всё отлично, то ты обязательно выиграешь все игры? – переспросила Мария, выгнув бровь.

Лиза вертела головой, глядя то на женщину, то на брата.

Некоторое мгновение Феликс молчал.

– Умение просчитывать ходы и сканировать ситуацию – вот, что принесёт тебе победу, – ответил мальчик, сложив руки на груди. – А помощь бабушке перейти дорогу вам корону победителя не наденет.

– Так как раз эта самая помощь и есть проверка перед Источником, – продолжила доказывать Мария. – Это не просто дополнительные баллы к победе. Источник выбирает не просто какого-то вундеркинда.

Феликс устало вздохнул.

– Ну так и помогите этой бабушке нестандартным методом, – развел он руками. – Так, чтобы и с человеческим качеством не облажаться, и себе баллов заработать по максимуму. Не думаю, что ваши игры были такими плоскими и в виде прямой дорожки: вероятно, они заключали в себе много ходов. Только вот не всем мозгов хватит просчитывать эти ходы. Источник же не дурак подпускать к себе людей, давая им решить, какой диаметр круга с известным радиусом.

– За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь, – только и ответила Мария.

– Без труда не выловишь и рыбку из пруда. Еще какие-нибудь пословицы вспомним?

Мария задумчиво хмыкнула.

– Слушай, Феликс, сейчас же вроде каникулы…

– Ух ты, правда? – иронично перебил мальчик. – А я думаю, почему в школу не надо ходить.

Лиза хихикнула и зажала рот ладошкой. Хотела было любезно сообщить, что Феликс, вообще-то, на домашнем обучении, но промолчала.

Мария цокнула языком.

– Не хочешь ли ты остаться погостить у нас в замке? – предложила она. – Я попрошу мужа Маргариты создать для нас пару виртуальных игр. Это, конечно, не игры от Источника, но всё же интересно было бы посоревноваться с тобой.

– Я «за», – внезапно и очень быстро согласился Феликс. – На что спорим?

– А мы спорим?

– Спорим, – кивнул Феликс.

– На желание, – Мария пожала плечами. – А моих желаний посоветую бояться.

– Зачем мне их бояться, если я выиграю? – Феликс иронично ухмыльнулся.

Лиза следила за их разговором с веселой улыбкой.

– Я смотрю, вы нашли общий язык, – послышался голос Анны со стороны. – Мы готовы, можем отправляться.

Арсений зябко повел плечами.

– Даже не верится, что я вновь окажусь на Грани спустя столько лет, – сказал он.

– Да еще и вместе со своей семьёй, – Феликс демонстративно посмотрел на Марию.

Та лишь глаза закатила и поднялась из-за стола.

– Сразу предупреждаю: идите по переходу смело, он будет казаться мягким, но не переживайте, вы не упадёте, через несколько секунд пространство под ногами станет твёрдым, – предупредила Мария, запуская руку в карман брюк.

– Может вы нам еще прочитаете инструкцию по технике безопасности? – вновь не сдержался от колкости Феликс.

– Феликс! – Анна строго глянула на сына. – Прекрати!

– Ничего страшного, – улыбнулась Мария. – Я абсолютно не реагирую на плохое настроение других людей.

– Феликс, ты вместо того, чтобы язвить, лучше бы взял Лизу за руку, – сделал замечание Арсений.

Мария достала из кармана брюк две игральные кости и лёгким движением руки кинула их в стену. Тут же образовался переход: высокий и овальный, насыщенного синего цвета, плавающий.

Феликс нахмурился. Осознание и прямое доказательство того, что существует другой мир, заставили сердце сжаться в тревоге. Да, отец рассказывал о своей юности и участии в играх на Грани, но сейчас Феликс убеждался во всём лично, и это ощущалось совсем иначе.

Он в последний раз оглядел гостиную, взял Лизу за руку и шагнул в переход. Мальчишка немного покачнулся, сильнее сжал ладошку сестры и зашагал уже более уверенно. Впереди всех шла Мария, запихнув руки в карманы брюк, и уже через несколько мгновений её поглотила синева перехода, и она пропала.

– Надеюсь, так и должно было быть, – донесся до Феликса голос мамы. Она усмехнулась.

А через пару секунд и они с отцом пропали в синеве.

Не успел Феликс подумать то же, что озвучила мама, как переход побледнел, а затем и вовсе пропал, – все они оказались в огромном светлом холле с высокими мраморными колоннами. С высокого потолка, захватывающего два этажа, свисала хрустальная люстра, отбрасывая радужные блики при попадании на неё солнечного света.

– Я так и знала, что у Машеньки получится вас уговорить! – раздался счастливый женский голос.

Ляна Шенфельд

Феликс поднял голову: со второго этажа на них смотрела женщина в тёмном костюме. Наверное, Маргарита. Она лучезарно улыбнулась гостям и поспешила спуститься.

– Да нас и не пришлось долго уговаривать, – улыбнулась Анна и представилась: – я жена Арсения, Аня.

«Машенька?» – подумала тем временем Мария, чуть нахмурив брови.

– Ну, обо мне вы, наверное, наслышаны. Маргарита, – улыбнулась женщина. – Очень, очень рада, что вы приняли приглашение! Можно ли познакомиться с вами, молодые люди? – она обратила свой взор на детей Анны и Арсения.

– Меня зовут Лиза, – скромно представилась девочка, чувствуя внутри некоторую тревогу.

– Феликс, – лениво бросил он, осматривая замок.

И вдруг, наверху, у лестницы, заметил темноволосую девчонку в изумрудном платье.

– Всем приветик, – жизнерадостно махнула она рукой и поспешила спуститься. – Я Ляна, – и быстрым взглядом окинула Феликса, оказавшись рядом.

Маргарита выдохнула, на мгновение прикрывая глаза.

– Ляна, какой «приветик»? – женщина строго глянула на дочь. – Поздоровайся нормально! – и она растерянно улыбнулась прибывшим гостям: – это моя дочь.

– Да всё нор…

– Добрый день, дорогие гости с Земли, – издевательски выдала Ляна, перебив Анну. – Я так счастлива, что…

– Прекрати, – оборвала её пламенную речь Мария.

Арсений улыбнулся.

– Всё хорошо, – попытался он сгладить ситуацию. – Не нужно ссор.

– Так, – вздохнула Маргарита. – Ляна, мы сейчас пойдём в гостиную поговорим, а ты возьми Феликса и Лизу, и покажи им замок. Позже приходите в столовую, мы соберёмся там отметить встречу.

Девочка выгнула бровь.

А Лиза уже с испугом и растерянностью смотрела то на Маргариту, то на родителей.

– А я, что, гид по замку? – с иронией поинтересовалась Ляна, не отводя любопытного взгляда от Феликса.

– Не показы…

– А можно я останусь? – с некоторой жалостью в голосе перебила Лиза Маргариту и сделала шаг назад, схватив маму за руку.

Маргарита ей улыбнулась, а затем вновь обратилась к Ляне:

– Не показывай свои капризы. Проведи Феликса по замку, сходите на улицу, к морю.

Девочка вдруг улыбнулась.

– С большой радостью, – сказала она. – Следуйте за мной, Феликс.

– А это обязательно? – поинтересовался он. Девчонка ему как-то не особо понравилась.

Ляна застыла в полуобороте.

– Если не хочешь заблудиться в бесчисленных коридорах и умереть от голода и одиночества, то, да, следовать за мной – обязательно.

Маргарита покачала головой.

– Не обращайте внимания, – махнула она рукой Арсению и Анне. – Ляна просто не в настроении.

– Мы прекрасно понимаем, – снисходительно улыбнулась Анна, провожая сына с новой спутницей взглядом. – У Феликса это частая практика.

Испытывая некоторое неудобство за поведение племянницы, Мария вздохнула.

– Тогда, уверена, они найдут общий язык, – сказала она, сцепляя руки в замок. – Проходите в гостиную, а я сейчас накрою на стол и всех позову.

Кинув еще один взгляд в сторону Феликса и Ляны, поднимающихся по лестнице, Мария поспешила в сторону столовой.

– К твоему сведению, от одиночества я не умру, – сказал Феликс, бросив в сторону девочки колючий взгляд.

Ляна весело заулыбалась.

– Моему сведению это не интересно, – пожала она плечами, на ходу оборачиваясь на гостя. – Вредина.

Феликс наклонился и ловко пролез под рукой Ляны, лежащей на перилах.

– А что же твоему сведению тогда интересно? – спросил он, оказавшись напротив девочки.

Та задумчиво хмыкнула, переступая последнюю ступеньку.

– Сколько лет? Чем увлекаешься?

– Без восьми месяцев шестнадцать лет, – сыронизировал Феликс, шагая спиной вперед и глядя на Ляну. – На данный момент моим главным увлечением является медицина.

– Так ты будущий врач? – поинтересовалась Ляна. – Искусственное дыхание делать умеешь?

– В теории.

Вдруг Ляна схватила Феликса за плечи и оттащила его чуть в сторону, чтобы тот не рухнул, столкнувшись с большой вазой посреди коридора.

– Девушка есть? – продолжила расспрос девочка.

– Нет.

– Была?

Феликс вздохнул.

– Нет.

– Ищешь?

Феликс хмыкнул.

– Нет, и специально не собираюсь, – ответил он, предельно честно. – Если судьбе велено меня с кем-то свести, то она сведет рано или поздно.

– А какие девушки тебе нравятся?

Загадочная улыбка скользнула по губам Феликса. Он остановился, внимательно глядя на Ляну.

– Ну вот смотри… Есть ты, да?

По телу Ляны будто пробежал легкий ток, сердце пропустило удар.

– Ну, вот я думаю, мне нравятся непохожие на тебя, – договорил он.

Девочка тут же приняла равнодушное выражение лица, а все бабочки, успевшие облепить её сердце – разлетелись.

– Тебе бы следовало поработать над вкусом.

– Ты замок мне собираешься показывать или как? – поинтересовался Феликс.

– Да, – кивнула Ляна. – Пойдем, покажу тебе самое классное место в этом замке. Нужно подняться на третий этаж, – и она указала на лестницу впереди.

Неохотно, но Феликс все же последовал за девочкой. До того самого места они шли в абсолютном молчании, наверное, – подумал Феликс, – Ляну всё же задело, когда он сказал, что ему нравятся девушки непохожие на неё, и она немного обиделась. Впрочем, его это нисколько не волновало, не будет значит задавать глупых вопросов.

Дверь, у которой они остановились, имела вид самый обычный, как и множество здесь дверей. И Феликс уже начал сомневаться, что за ней скрывается что-то поистине необычное и чудесное, вероятно Ляна просто решила над ним подшутить.

– Что ж, добро пожаловать в лучшую комнату этого замка, – торжественно объявила Ляна и распахнула дверь. – Проходи.

– И что же в ней такого классного? – переступая порог, поинтересовался Феликс. Обычная какая-то жилая комната с кроватью, столом, комодом, шкафом и светлым ковром на полу.

– В том, что это моя комната, – с иронией ответила Ляна и улеглась на кровать. – Всё, экскурсия по замку окончена, спасибо за внимание.

– А если я сейчас пойду и расскажу, что ты отказалась показывать мне замок? – Феликс скрестил руки на груди.

– Да жалуйся, – хмыкнула Ляна. – Что мне сделают? Посмотрят, что экскурсовод из меня так себе и больше не заставят заниматься всякой ерундой. – Девочка вздохнула, схватила Феликса за руку и потянула к себе на кровать. – Ну не будь занудой! Иди сюда!

Феликс споткнулся от неожиданности, едва не упал.

– Эй, ты чего, – он с трудом удержал равновесие, и только после прилег рядом, заложив руки за голову. – И что, так и будем лежать?

– А ты хочешь слоняться по огромному замку?

Феликс пожал плечами.

– Ну, это ты тут живешь, привыкла, а я в замках ни разу не был.

Ляна хмыкнула.

– Да, но… – она внимательным взглядом уставилась в потолок. – Я здесь бываю на летних каникулах, а в остальном живу с папой.

Феликс задумчиво свел брови и посмотрел на девочку.

– Твои родители не живут вместе?

– Нет, они разошлись, – внезапно, весь былой задор схлынул с лица Ляны. – В какой-то момент настал какой-то кризис в отношениях, папа очень много работал, они с мамой очень редко пересекались и проводили время вместе. Нет, у них прекрасные отношения, я вижу, что они обожают друг друга, но обратно сходиться пока не собираются.

Нахмурив брови, Феликс отвел взгляд в сторону.

– Прости, что спросил.

– Что? – встрепенулась Ляна, поднявшись на локтях. – Нет, ты чего? Всё нормально. Они обязательно еще сойдутся, а если нет, то я просто перестану верить в любовь.

– Симпатичная комната, – вдруг сказал Феликс, спустя некоторое время молчания. – Но не слишком ли здесь темно?

– Темно, – согласилась Ляна. – Я хочу здесь все переделать, но не знаю, чего хочу. Хочется, чтобы это была не просто комната, а место, где… хм, – девочка призадумалась. – Место, где хорошо будет душевно.

– Можешь обратиться к моей маме, – улыбнулся Феликс. – У неё большой опыт в дизайне. Может уже пойдем к ним?

Ляна пожала плечами.

– Ну как хочешь, – она слезла с кровати. – Пойдем. Попробуешь сам вспомнить дорогу?

Девочка с хитрой улыбкой глянула на Феликса. Вдруг, она разглядела его очень симпатичным! А его чудесные голубые глаза в сочетании с тёмными густыми волосами, кажется, уже начали сводить её сознание с ума. Где-то в области сердца что-то будто щелкнуло, заискрилось. Феликс оказался хоть и не самой вкусной конфетой, но зато в красивой обертке, а это заинтересовало Ляну многим больше.

– Попробую, – кивнул Феликс, выходя из комнаты. – Но не сегодня.

Ляна весело усмехнулась.

– А ты сразу поверил в существовании Грани? – поинтересовалась она, то и дело поглядывая на мальчишку.

Что-то произошло в её сознании за несколько секунд: он ей так сильно понравился! Хотелось как можно дольше говорить о чем-то, узнавать его, попытаться зацепить его внимание.

Феликс пожал плечами.

– Папа, сколько себя помню, часто рассказывал про участие в играх, – сказал он, разглядывая высокие окна, плотные шторы на них и разные картины на стенах. – Поэтому, каких-то проблем с восприятием не было.

– Ты сказал, что твоё увлечение – медицина, – продолжила интересоваться Ляна, понимая, что Феликс сам не собирается поддерживать разговор. – Хочешь стать врачом?

– Кажется, это очевидно, – развел руками мальчик, принявшись спускаться на второй этаж.

Ляна закатила глаза.

– А каким? – спросила она.

– Самым лучшим, – последовал ироничный ответ.

Мысленно Ляна закатила глаза.

– Я в тебе не сомневаюсь, – сказала она, стараясь вызвать у Феликса приятные эмоции.

– Я в себе тоже не сомневаюсь, – он пожал плечами, а затем кивнул в сторону лестницы, ведущей на первый этаж. – Нам сюда?

Ляна вздохнула.

– Сюда-сюда.

В абсолютном молчании они спустились в главный холл этажа, затем прошли через арку и оказались в длинном, менее освещенном коридоре. Феликс молча следовал за Ляной, размышляя на разные темы, касающихся замка: сколько, к примеру, уходит денег, чтобы его содержать? Или какие у него размеры? Сколько здесь комнат и как легко здесь заблудиться? И есть ли здесь подземные коридоры?

Ляна остановилась у широкой белой двери, развернулась к мальчику.

– Феликс, ты такой классный, – внезапно объявила она.

И он не успел толком ничего сообразить, как Ляна сделала шаг к нему навстречу и поцеловала его в губы.

Феликс тут же отшагнул, ошарашено глядя на неё.

– Так, стоп, – он выставил руки вперед. – Ты неадекватная что ли?

Ляна растерянно хлопнула глазами.

– Я просто…

– Жесть, – выдохнул Феликс и направился в сторону двери, полностью игнорируя Ляну. – Ненормальная.

На некоторое мгновение Ляна почувствовала себя полной дурочкой, но стойко решила, что отступать не собирается. Она еще обратит внимание Феликса на себя!

Феликс Франц

Ещё будучи дома, Феликс решил принять предложение Марии остаться погостить здесь, на Грани. Ему интересно было познакомиться с этим миром и хотелось побывать в виртуальных играх, которые, по обещаниям Марии, может создать муж Маргариты. Но для мальчика искренним удивлением стало то, что родители неожиданно тоже решили остаться здесь на несколько дней – их уговорила уже сама Маргарита. Отец согласился, потому что являлся участником испытаний по спасению Источника, и это место было ему по-своему дорого. А маме просто стало интересно, тем более, что у них с отцом отпуск, и они всё равно собирались куда-то выбраться. А Лизе просто некуда было деваться, но она особо сильно и не возражала.

И теперь всем семейством они решили задержаться здесь на недельку.

– Для Феликса уже есть компания, чтобы скучно не было – Ляна, – сказала Маргарита, кивнув в сторону дочери.

Ляна с Феликсом пересеклись неловкими взглядами: девочка немного обиженно посмотрела на него, наверное, из-за того, что он назвал её неадекватной. Впрочем, поразмыслил Феликс, она сама виновата – зачем полезла целоваться?

– Да лучше уж скучно, чем так весело, – себе под нос пробубнил Феликс.

До позднего вечера они провели время все вместе: родители активно общались с Марией и Маргаритой, вспоминая события прошлых лет. Лиза, забравшись в кресло с ногами, внимательно слушала разные истории, иногда тоже вступая в диалог, интересуясь той или иной информацией. Феликс же молчал почти всё время, лишь изредка кидал колкие ироничные фразы, в основном, в адрес Марии. Что-то не нравилось ему в ней, будто не была она такой милой и доброжелательной, какую строила из себя. Маргарита же, напротив, понравилась Феликсу: веселая, она умела подшутить и над собой, и над Марией тоже. В ней прослеживалась какая-то детская непринужденность и некоторая странность, которая только красила её, добавляя индивидуальности.

Отвлекся от своих размышлений Феликс лишь тогда, когда заслышал за спиной мужской голос.

– Добрый всем вечер, – в дверях показался высокий темноволосый мужчина.

Феликс успел проследить, как изменилось лицо Ляны: губы растянулись в счастливой улыбке, глаза загорелись радостным огнём.

– Папа! – воскликнула она, вскакивая с кресла.

И, мигом подлетев к мужчине, она крепко его обняла.

«Неплохой у Маргариты муж», – подумал Феликс, окидывая явившегося взглядом, пока тот приветствовал его родителей и знакомился с ними.

Высокий, чуть смугловатый, – наверное, Ляна этим как раз в него, – кареглазый, с выразительными чертами лица, он лучезарно улыбался гостям, едва ли не сверкая своими идеально белыми зубами. Мысленно Феликс описал его статным красавцем с обложки журнала. От него пахло дорогим парфюмом – ценник Феликс не мог знать наверняка, но этот приятный ориентальный шлейф просачивался в самый мозг, оставлял отпечаток и будто тут же забывался, его хотелось вновь втянуть носом, запечатать в памяти.

– Феликс, – представился мальчишка, когда мужчина подошел к нему, чтобы пожать руку.

Ляна с некоторой обидой глянула на него и тут же отвела взгляд. Феликс лишь вздохнул на это: она начинала его уже немного раздражать.

–Дамиен, а чем вы занимаетесь? – поинтересовалась Анна, делая глоток давно остывшего чая.

Мужчина улыбнулся, кивком поблагодарил Марию, поставившую рядом с ним чашку с кофе.

– У меня свой бизнес, своя студия, – ответил он. – Я занимаюсь разработкой видеоигр. Так же, на протяжении двух лет, мы с командой выпускаем игры, где действия разворачиваются в виртуальной реальности. Но это безумно сложно, поэтому такого вида игр у нас пока два. И, собственно, ключ к игре очень дорогой.

– А что значит в виртуальной реальности? – поинтересовался Феликс. – То есть, игроки надевают специальный очки?..

– Нет, – Дамиен мотнул головой. – Мы анонсируем игру, выпускаем её. Человек, который хочет в неё играть – покупает специальный ключ, в виде карточки. Можно купить пробную версию, тогда цена будет значительно ниже. Эта карточка открывает вход в настоящую виртуальную игру: ты сам там оказываешься, там можно менять обличие, специальные костюмы, там у тебя есть определенные возможности в рамках сюжета игры.

Задумчиво нахмурив брови, Феликс внимательно слушал мужчину, смотря в невидимую точку. Возник очередной вопрос, и мальчишка вновь обратил любопытный взор на отца Ляны.

– А как работают эти карточки? – спросил он. – В них, получается, что-то встроено?

– О, друг мой, – Дамиен коротко рассмеялся. – Это уже техническая часть, если хочешь, могу потом рассказать подробней.

Феликс кивнул, поблагодарил за ответы и вновь ушел мыслями в себя. А Дамиен тем временем переключился на разговор с остальными. Вскоре Ляна перебралась поближе к нему, на диван, и опустила голову на его плечо, обнимая за руку.

По стеклам заблестела яркая луна, когда Мария предложила заманчивую идею.

– Может, сходим в ресторан? – она посмотрела на гостей и Дамиена, принципиально игнорируя Маргариту. – Мы весь вечер сидим здесь. Отметим встречу…

Ляна, успевшая уснуть на плече Дамиена, сонно разлепила глаза.

– Вы куда? – спросила она.

– Точно! – восторженно воскликнула Маргарита. – Дами, забронируй на… – и она быстро глянула на наручные часы, – на час ночи столик.

– Марго, – одернула сестру Мария. – Аня и Арсений еще ничего не ответили! Может они не хотят никуда идти!

Ляна быстро поморгала, и вяло приподняла руку.

– Я хочу, – не особо бодрым голосом выдала она. – Я с вами.

И её как-то особо не волновал тот факт, что на неё никто не обращал внимания.

«Тогда я остаюсь здесь», – между тем подумал Феликс.

– Да нет, – поспешила заверить Анна. – Нам интересно, мы пойдем. Тем более что я под впечатлениями, эмоциями, и спать точно не хочется.

Маргарита одарила Марию самодовольным взглядом.

– Опять ты слишком серьезная, – последовал укор в адрес сестры.

Мария закатила глаза.

– При чем тут это? И вообще, тебе бы серьезности не помешало.

– Да нет, пускай в нашей семье занудой будешь только ты, – Маргарита небрежно махнула рукой.

Феликс, наблюдавший за ними, приподнял бровь. А Лиза пыталась спрятать улыбку: Маргарита с Марией ей нравились, казались такими забавными.

– Как занудство и серьезность связаны между собой? – поинтересовалась Мария.

– Ну вот, я же говорила, – Маргарита предельно просто пожала плечами.

– Девочки, хватит, – остановил их Дамиен, откладывая телефон. – Я уже забронировал столик, можете собираться.

Ляна, успевшая уже прийти в себя ото сна, первая покинула гостевой зал: упорхнула, как бабочка переодеваться. Феликс же заявил, что он не хочет никуда идти из-за накатившей за день усталости, и отправился к себе в комнату. Находиться в обществе Ляны еще и в ресторане он не горел желанием.

Уже лежа на кровати в выделенной для него комнате, Феликс задумчиво пялился в белый потолок: в голове то и дело сновали мысли, точно пчелы над цветочным полем в сезон сбора нектара. Больше всего и больнее жалила мысль о Ляне и её поцелуе. Как вообще можно было полезть целоваться к человеку, которого знаешь от силы полчаса? Может у неё не всё в порядке с головой? Феликс хмыкнул, но другую причину придумать не мог. Вроде симпатичная, красивая, а такая неадекватная.

Он прикрыл глаза, надеясь уснуть – от множества мыслей, особенно о Ляне, разболелась голова. Ему хотелось вернуться домой и чего-нибудь перекусить: живот громко урчал в тишине, еще больше нагоняя аппетит. Днём, когда в столовой накрыли на стол, кусок в горло не лез, зато сейчас мысли о еде перебивали даже мысли о поцелуе Ляны.

Скользнул холодный ветер по плечам и Феликс, зябко поведя ими, поднялся с кровати, намереваясь закрыть окно. Шуршание моря проникло в глубины сознания, очистив его от всех надоедливых мыслей, выступив в роли успокоительного. А бескрайние объёмы воды прочно приковали внимание. Еще холодное, бесконечное всегда красивое, пропитанное ночным звездным небом, оно будто приглашало Феликса устроиться на берегу. И он, не долго думая, принял приглашение. Оставив комнату насыщаться свежестью ночного моря через открытое окно, Феликс вышел в коридор. Предположив логически, как добраться к берегу, он зашагал по коридору так уверенно, будто жил здесь с детства. Уверенность не помогла с первого раза отыскать лестницы на первый этаж, наоборот, завела в незнакомые коридоры.

Феликс нахмурился, огляделся по сторонам. В полумраке, разбавленном несколькими горящими лампами и абсолютной тишине, становилось даже как-то не по себе.

«И как здесь можно ориентироваться?» – с некоторым раздражением подумал он и зашагал дальше.

Долгожданные лестницы показались спустя пару минут, ровно в тот момент, когда отчаяние начало пробираться в сознание Феликса.

– О, приветик, – раздался девичий голос со стороны главного холла первого этажа.

Феликс сию секунду вздрогнул, замер посреди лестницы и поднял голову.

Ляна приветливо улыбалась ему и держала на руках совсем маленького ребенка – месяцев шесть, не более.

Не самым доброжелательным взглядом Феликс окинул девочку, но всё же спустился к ней.

– Что ты тут делаешь? – поинтересовался он.

Ляна обвела взглядом просторный холл, лестницы и пожала плечами.

– Живу.

Феликс закатил глаза.

– Боюсь порезаться о твоё остроумие.

– Еще раз назовешь меня ненормальной – моё остроумие перережет тебе глотку.

– А какого черта ты полезла ко мне целоваться? – Феликс выгнул бровь, но не получив ответа, кивнул на ребенка. – Это чей?

– Дочь моя, – предельно просто ответила Ляна и зашагала в сторону арки по левую сторону от лестницы. – Пойдём со мной.

Феликс нахмурился и направился следом, планируя выпросить какой-нибудь еды. К морю, конечно, хотелось прогуляться, но кушать – больше.

– Ты же шутишь? – уточнил он.

– А что, осуждаешь?

И по губам Ляны скользнула хитрая улыбка, которую Феликс видеть не мог.

– Нет, просто…

Ляна тихо рассмеялась, перебивая речь мальчика.

– Да расслабься, – успокоила она. – Это дочь Марии, Клара.

– Почему ты не пошла в ресторан со всеми? – поинтересовался Феликс, присаживаясь на высокий барный стул у стойки.

Быстро он оглядел кухню-столовую, а затем встретился взглядом с Кларой и улыбнулся ей. И на душе будто ромашки расцвели, как только Клара одарила его милой улыбкой в ответ.

– Потому что… – Ляна подошла к Феликсу и протянула ему Клару. – Подержи, пожалуйста. Потому что там собрались только взрослые, а меня попросили посидеть с сестрой.

Феликс дотронулся пальцем до кончика носа Клары, и та заулыбалась, что-то залепетала на своём языке.

– Уже поздно, почему она не спит?

Ляна весело хмыкнула.

– Потому что она захотела есть, – и она протянула Феликсу бутылочку с кашей. – Покорми, пожалуйста.

Он нахмурился.

– Я, между прочим, тоже уснуть не могу из-за голода.

Ляна заулыбалась.

– В чем проблема? Я тебя накормлю. Картошку с мясом будешь?

Феликс поднял на неё взгляд.

– Буду. И кофе тоже.

Некоторое время, пока Ляна возилась с поздним ужином, Феликс старательно кормил Клару: та сама тянулась ручками к бутылочке и завороженно смотрела на него, будто он был каким-то сказочным персонажем.

– Может посмотрим фильм? – вдруг предложила Ляна, опуская перед Феликсом тарелку с картошкой. – Мне спать совсем не хочется.

Мальчик пожал плечами.

– Может лучше пойдём к морю?

Ляна цокнула, закатила глаза.

– Ну нет, – она едва ли не прохныкала. – Скукота смертная. Лучше фильм. Там, кстати, даже я снялась! Папа проплатил, меня и взяли.

– В массовку? – Феликс не удержался от колкости, выгибая бровь.

– Ха-ха. Ладно, – Ляна забрала Клару, – ты ешь, а я пойду её уложу спать и зайду за тобой, пойдём смотреть фильм!

Пережевывая очередной кусок картошки, Феликс прикрыл глаза. Тревога окутывала его, как липкая паутина, а причины её появления он не понимал от слова совсем. Что-то ему не нравилось в сложившейся ситуации: быстро, неожиданно, слишком складно. Еще и Мария – ей он не доверял больше всего. Возможно, размышлял он, следовало отказаться от предложения задержаться здесь? С другой стороны, успокаивал сам себя Феликс, что плохого может случиться? Скорее всего, его психику выбил из колеи неожиданно подтвердившийся факт существования другого мира, а туда же добавились переживания из-за услышанной истории, как отец и Мария были симпатичны друг другу в юности.

Еще и Ляна: вроде неплохая, но такая странная. Он знал её не полный день, пару-тройку часов в общей сложности, но её было уже слишком много. И Феликсу казалось, будто он попал в круговорот сумасшествия – мозг перегревался от происходящего, а восприятие реальности искажалось до степени возникновения тревоги, когда, казалось бы, ничего плохого не произошло.

– Прости меня.

Феликс открыл глаза, перевел взгляд на Ляну. Кажется, несколько минут фильма он проспал.

– За что? – ничего не понимая, поинтересовался он.

– Ну… За то, что я тебя поцеловала, – Ляна выдохнула. – Мне не стоило этого делать.

Феликс быстро поморгал – в глазах сосредоточилось напряжение.

На большом экране какая-то героиня бежала за целой кучей воздушных шариков, и мальчик абсолютно не мог вспомнить, при чем тут они и кто, в принципе, эта девушка.

– Зачем ты вообще это сделала? – спросил он, хмуря брови.

Ляна неопределенно пожала плечами.

– Сама не знаю. Просто… Ну, ты мне понравился, вот и все причины.

– Так быстро?

– Так быстро, – Ляна развела руками. – Ты красивый и прикольный, а у меня было плохое настроение. А тут ты, весь такой очаровательный и острый на язык… Меня будто током прошибло, в хорошем смысле этого слова.

– И ты так открыто и просто об этом говоришь? – удивленный её речью, спросил Феликс.

– Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на попытки скрыть свою симпатию к кому-то, – Ляна пожала плечами. – Что мне от того будет?

Феликс задумчиво хмыкнул.

– И ты прости, что назвал ненормальной.

– Что, больше не считаешь таковой? – хитро улыбнувшись, уточнила Ляна.

Феликс шутливо смерил её взглядом, улыбнулся.

– Да вроде более-менее адекватная.

Ляна цокнула языком и весело закатила глаза.

– А можно я еще немного побуду ненормальной? – спросила она.

Феликс нахмурился, непонимающе уставившись на Ляну.

Она быстро придвинулась ближе и поцеловала Феликса сначала в кончик носа, а затем и в губы, надеясь в этот раз на более положительную реакцию. И её надежды оправдались буквально сразу же: Феликс поцеловал её в ответ. Зачем – он не понимал сам, но сейчас это помогло мгновенно избавиться от тяжести, накопившейся в голове за последние сутки.

Чуть отодвинувшись, Ляна взглянула на Феликса, и на губах её просияла самая, что ни на есть счастливая улыбка. Он же лишь кратко и задумчиво усмехнулся, кивнул и вернулся взглядом к фильму. Мозг тут же принялась терзать мысль, что он поступил неправильно и глупо, хотя бы потому, что не испытывал веского желания целовать девчонку.

Но, сосредоточенно прищурившись, Феликс запретил этим мыслям посещать его голову. Пускай, решил он, главной проблемой сейчас будет непонимание сюжета фильма – не более того.

Маргарита

Бокал с коктейлем едва не выскользнул из рук Маргариты, когда та, открыв дверь в комнату, обнаружила сидящую на комоде заместительницу Хранителя Источника – Нику Нивимус.

Ника тут же спрыгнула на пол, одернула платье и серьезно уставилась на Маргариту. Плохо скрывая в глазах отблеск сумасшедшей тревоги.

– Вечер добрый, Маргарита Мариановна! – отчеканила она, склонив хрупкое тело на краткий миг.

Ничего не понимая, Маргарита выгнула бровь и прошагала в комнату.

– Ну привет, – она опустила бокал на столик у кровати. – В чем причина твоего визита?

– Маргарита Мариановна, есть серьезный разговор…

И Ника замолчала, в страхе сжимая юбку платья. Облизнула пересохшие губы, моргнула так спешно и тревожно, что ресницы её просто дрогнули.

– Ближе к делу, – Маргарита описала плавный жест рукой. – Отпуск хочешь? Не дам, работы много.

Ника отрицательно затрясла головой.

– Произошло некоторое недоразумение, – вымолвила она, наблюдая, как женщина присаживается на кровать. – Мои подчиненные допустили ошибку.

Нахмурив брови, Маргарита медленно подняла взгляд на Нику.

– Какую?..

Но Ника молчала, не понимая, как сообщить о случившимся так, чтобы смягчить ситуацию мировой важности.

– Какую, я спрашиваю?! – вскрикнула Маргарита, хлопнув ладошкой по столику.

Бокал с коктейлем пошатнулся, упал. Зазвенели осколки, напиток заструился по столу прямо на ковер.

На мгновение Ника прикрыла глаза. Этот день, когда её подчиненные пришли к ней с признаниями в ошибке, казалось, очернит всю её жизнь.

В мягкой тишине, так славно успокаивающей расшатавшиеся нервы после рабочего дня, сознание различило спешный стук каблуков. И Ника, помолившись всему, чему только можно, пожелала, чтобы этот некто спешил не по её душу.

Не убирая разложенных рук по подлокотникам кресла и не открывая глаз, Ника прекратила слушать шаги, становившиеся все более четкими, и представила себя сейчас на природе: горы, холодная река, зелени не меряно, шум ветра и стакан с лимонадом. В отпуск хотелось сильней, чем пить в знойный день.

– Госпожа Ника…

Девушка открыла глаза.

Ровно до этой фразы она не слышала открывшейся двери и, собственно, шагов, затихших где-то рядом с ней же.

– Почему без стука? – холодный тон Ники не обрадовал вошедшую девушку и заставил совсем потонуть в тревоге.

– Я… – едва выдавила она из себя, и ресницы её дрогнули. – Я стучалась, но вы…

– Ясно, – оборвала Ника и, наконец, обернулась. – Я просила меня не беспокоить, но раз уж ты здесь… Реа, что тебе нужно? Почему ты не на рабочем месте?

Девушка совсем поникла, заслышав вопрос о работе. Сжав ладони в кулаки, она жалостливым и еще более испуганным взглядом вцепилась в Нику Нивимус. И слезы горячими каплями покатились по щекам.

– Реа, что случилось? – ни разу не задетая за душу слезами подчиненной, поинтересовалась Ника. – Ты уже полгода занимаешь должность моего заместителя, и все эти полгода продолжаешь рыдать из-за каждой мелочи. Когда же ты уже запомнишь простое правило: твоя должность не позволяет тебе себя так вести.

Реа спешно замотала головой.

– Произошло кое-что страшное…

Ника подняла на неё тяжелый взгляд. И напряженное молчание затянулось.

– Бенголарреа, не испытывай мое терпение! – прикрикнула Ника, сопровождая свою злость хлопком руки по подлокотнику кресла. – Что произошло?!

– Когда мы очищали Древо, Перлита разбила один шар с желанием, – Реа судорожно выдохнула, опасаясь глядеть в глаза Нике. – Часть Древа начала чернеть…

Застывшим взглядом Ника остановилась на девушке. Наконец, нахмурив брови, она медленно поднялась с кресла и сделала неполных два шага по направлению к девушке. Реа, виновато опустив голову, с ужасом ожидала дальнейших действий.

– Что вы сделали?.. – переспросила она, протяжно выговаривая каждое слово.

Реа боязливо подняла голову.

– Перлита… она…

Не собираясь дослушивать, Ника сорвалась с места и стремительно быстро направилась к выходу из зала. Реа поспешила за ней, едва успевая шагать следом. Ника не говорила ни слова, и девушку это напрягало больше, чем радовало.

Преодолев длинный коридор, они спустились прямиком к огромному древу из миллионов шаров на его ветвях. Большие и маленькие, совсем крошечные, но все идеально круглые и хрустальные они переливались серебром и блестели на солнце, будто заполненные перламутровой жидкостью.

Спешно обойдя часть Древа, Ника подняла голову, и губы её дрогнули. Ужас ледяной рукой сжал сердце: одна из ветвей почернела уже на половину, и чернота медленно, но верно подбиралась не только к стволу, но и соседним ветвям.

Опустив голову, все подчиненные с тревогой ожидали хоть какой-нибудь реакции Ники.

– Вы же не картошку перебираете хорошую от гнилой, – наконец, с нажимом и холодом вымолвила она. – Каким образом вы это допустили?!

– Это моя ошибка, – дрожащим голосом призналась светловолосая девушка и шагнула вперед. – Не знаю, как так вышло, просто…

– Уволена, – резко оборвала Ника, махнув рукой.

– Но…

– Уволена, – сию секунду повторила Ника.

– Что если чернота коснется других шаров желаний?.. – имела смелость поинтересоваться другая девушка, переводя взгляд с Ники на множество ветвей.

– Маргарита придет и по головке погладит, – иронично, но с абсолютной злостью вымолвила Ника.

– Маргарите нужно всё рассказать, – неуверенно высказалась Реа и почувствовала себя врагом народа, словив на себе тяжелый от ненависти взгляд Ники.

– Нужно было работу качественно выполнять! – Ника цепким взглядом оглядела толпу девушек в светлых платьях. – Маргарите ни слова, я постараюсь придумать, как решить эту проблему. А пока продолжаем очищать Древо от шаров.

Девушки, не согласные с этим решением, лишь переглянулись, но сопротивляться не стали.

– Но это небезопасно, – решительно заявила Реа. – Мы можем этим сделать только хуже…

И Реа вздрогнула от того, как Ника резко обернулась к ней.

– Так значит сделайте только лучше! – и голос её, точно острый осколок стекла врезался в сознание каждой. – Ты, – она указала на Перлиту, – завтра с утра жду у себя в кабинете. А пока можешь придумывать тысячи оправданий своей ошибке, ни в одно из которых я не поверю.

И, прежде чем уходить, Ника еще раз взглянула на чернеющую ветку, а после прикрыла глаза, судорожно вдыхая.

Казалось, чернота пред глазами могла спасти от любой реакции Маргариты, а потому, склонив виновато голову, Ника не открывала глаз.

Маргарита же, самым спокойным и сосредоточенным взглядом смотрела на капли коктейля, падающие на пол, усыпанный осколками. Вздохнув, она подняла глаза, внимательно посмотрев на Нику.

– Вот ты же вроде не глупая девочка, – сказала она. – А потому ответь на один простой вопрос: почему вы не рассказали об этом сразу?

Спокойный тон напугал Нику еще больше, но все же дал надежду, что всё пройдет более менее гладко.

– Мы хотели как-то сами решить эту проблему и не тревожить вас, – не совсем внятно вымолвила Ника.

С несколько секунд Маргарита молча смотрела на девушку. Та же старалась смотреть куда угодно, лишь бы не в глаза Маргарите.

– Не заставляй меня повторять один и тот же вопрос повышенным тоном, – сказала она все так же, к сожалению, очень спокойно.

Ника подняла глаза, ничего не понимая.

– Мы хотели решить это сами, и…

– Еще раз, – перебила её Маргарита. – Попробуй еще раз.

Ника растерянно хлопнула глазами и слегка мотнула головой.

– Я хотела решить эту проблему без втягивания вас в…

– Еще раз, пожалуйста.

Не понимая, чего конкретного от неё требует Маргарита, Ника молча уставилась на неё, наблюдая, как та, сняв наволочку с подушки, принялась протирать столик.

– Мы испугались, что вы…

И, наконец, Маргарита закричала.

– Еще раз, я сказала! – ледяной взгляд её пронзил Нику дрожью до самых костей.

Девушка судорожно выдохнула, сглотнула тяжелый ком.

– Я испугалась вашей реакции, – вымолвила она. – Хотела разобраться с этим, чтобы вы об этом даже не узнали.

Маргарита улыбнулась.

– Молодец, – вновь, спокойно произнесла она. – Ты признала свою вину.

Ника замотала головой.

– Но… – она вздохнула, – но это не моя вина. Это Перлита допустила ошибку!

Маргарита замерла с наволочкой в руке, бросила её на столик и до невозможности неодобрительным взглядом вцепилась в Нику.

– Это в первую очередь ТВОЯ вина! – закричала она. – В твоих обязанностях было следить за процессом, ты – главное ответственное лицо в этом деле! И что бы там ни произошло, ответственность лежит на твоих плечах. В любой ошибке, какую бы не допустили твои подчиненные, виновата сначала ты, моя дорогая! Не Перлита, ни еще, кто либо, а ты! И как заместительница Хранителя Источника, солнце мое, тебе не подобает оправдываться и прикрываться Перлитой. И спрашивать я всегда буду с тебя, потому что мне не интересно, что там делают твои девочки: их результат – твоя работа, ничья больше. А свою работу ты, получается, выполняешь очень плохо.

– Но в чем моя вина? – Ника обиженно взглянула на Маргариту. – Не я разбила этот шар!

– Прекрати мне перечить! – женщина громко хлопнула ладонью по столу. – Разбила ты и это на твоей совести. Да ты еще и смолчала об ошибке! И, смотри-ка, подвергла весь мир опасности. И меня. Каждый шар, до единого, мое солнце, твоя ответственность. Вы не картину по номерам раскрашиваете, ошибившись с цветом в ячейке, а спасаете мир от гибели. И ты в этом деле ключевое звено.

Сцепив от злости зубы, Ника посмотрела на Маргариту первый раз с какой-то ненавистью.

– И что нам теперь делать? – твердо спросила она.

– Уйди, – Маргарита махнула рукой. – Просто уйди с глаз моих. Приходи завтра после полудня, обсудим. И очищайте Древо от шаров там, где распространяется чернота, чтобы она не коснулась ни одного шара.

– Я поняла, – кивнула Ника. – Доброй ночи.

И, взмахнув рукой, выпуская блестящую пыльцу из кольца, она спешно скрылась в ней, возвращаясь на Восьмой остров.

Тяжело вздохнув, Маргарита рухнула головой на подушку и уставилась в белый высокий полоток. Желание, чтобы произошедшее оказалось просто страшным сном имело силу большую, чем все мечты за всю жизнь. Проблема мировой важности придавила каменным одеялом, но вместе с тем думать о ней сейчас не хотелось вовсе. Хотелось все, что угодно: уснуть, прогуляться, напиться, потанцевать, устроить генеральную уборку во всем замке или сходить на свидание с немного бывшим мужем, но только не думать о случившемся. Первый раз за всю взрослую жизнь Маргарита почувствовала себя ребенком, пытающимся спрятаться от проблем и ожидающим, что их решат родители.

Дверь в комнату отворилась.

И, приподнявшись на локтях, Маргарита с облегчением и бескрайней радостью взглянула на вошедшего Дамиена.

– Да-а-ами, – протянула она, тут же поднялась с кровати и заключила мужчину в объятиях. – Любовь моя, помоги мне отвлечься от всего. Разреши мне только сосредоточиться на бесконечной любви к тебе.

И она чувственно поцеловала слегка бывшего мужа в губы, обнимая его за шею.

Дамиен тихо рассмеялся.

– Что происходит?

– Я просто тебя люблю, – вымолвила Маргарита. – Безумно сильно, до неадекватности обожаю тебя, до бесконечности счастлива быть с тобой, – почти прошептала она, оставляя спешные поцелуи на его лице и губах.

– И я люблю тебя, моя радость, – Дамиен улыбнулся, обхватил лицо Маргариты руками и коротко поцеловал её в кончик носа. – Очень сильно.

И, не смотря ни на что, в этот миг Маргарита почувствовала себя самой счастливой, полной уверенности, что она в силах разрешить любые неприятности. Заключив Дамиена в нежных объятиях, она опустила ему голову на плечо и в очередной, миллионный раз осталась благодарна судьбе за все то, что у неё есть.

Евгений

Он отвлекся от размеренных мыслей, стоило только заслышать стук каблуков по кафельному полу кофейни. Оборачиваться не стал лишь из соображений пустой гордости. И уже буквально через несколько мгновений он лицезрел её прекрасный лик спустя много лет.

– Привет, Жень, – буднично поздоровалась она, так, будто они встречались каждые выходные выпить кофе.

И опустилась в мягкое кресло напротив.

– Здравствуй, Маргарита, – кивнул он. – Кофе? Десерт?

Улыбка затронула её губы: легкая, мимолетная, но прекрасная во взгляде Евгения. У него был взрослый сын, бывшая жена, много лет учебы и опыта работы в программировании за плечами, да и Маргарита, с момента ушедшей юности, его больше не интересовала, как объект обожания. А всё его нутро невольно продолжало жадно восхищаться каждым движением Маргариты, её жестами, славной мимикой, тембром речи и мягким голосом.

– Разве кофе и десерт разделяются? – поинтересовалась она, бегая взглядом по меню. – Кофе без десерта – пустая трата денег и недобросовестное отношение к желудку. Как, в прочем, и десерт без кофе – неполноценное гастрономическое сочетание. Мне, пожалуй, бокал белого вина.

Она могла преподнести себя причудливо и элегантно, элегантно и чарующе. Чарующе во всем: что бы она ни говорила, как бы себя ни вела. Всё её естество было наполнено притягательной магией. И притягательная магия продолжала разрушать по крупицам спустя столько лет: с юности будто бы остался незакрытый гештальт в его чувствах к ней, так ни разу не получивших взаимности.

– Как жизнь? Как работа? – учтиво поинтересовалась Маргарита после того, как официантка отошла за заказом. – Как Эвелина?

Евгений поднял взгляд, не более трех секунд посмотрел на неё молча.

– Мы развелись еще десять лет назад, – сообщил он. – С работой всё хорошо, недавно закончили разработку крупного программного обеспечения, но в силу вынужденной конфиденциальности не могу сообщить подробностей.

– Да я и не собиралась вдаваться в подробности.

Вино принесли на красивом деревянном подносе, еще и с несколькими кусочками сыра.

– Так в чем же суть нашей встречи? – поинтересовался Евгений.

Маргарита вкусно ела сыр и запивала его вином так аппетитно, что сам Евгений не прочь был бы отведать ровно до того момента, пока не вспомнил, что сыр он, вообще-то, терпеть не мог.

Ответила Маргарита не сразу: то ли не собиралась говорить, пока жевала кусочек сыра, то ли воспользовалась этим моментом, чтобы раздумать над удачной постановкой ответа. Запивая сыр вином, женщина глотнула громче обычного.

– Нам нужна твоя помощь.

И она отодвинула поднос.

– Кому это «нам»?

– Мне… всему миру.

Накануне вечером, когда в замок вновь прибыла Ника, чтобы разобраться с проблемой мирового масштаба, Маргарита и Мария повздорили из-за кодов победителей. Мария предлагала переписать код победителя на себя, чтобы спасти Маргариту. Ника еще и поддакнула.

– В принципе, это возможно, – задумчиво протянула она. – Но все же рискованно для Марии.

Большего говорить и не нужно было – Маргарита тут же оказалась против этой затеи.

– Слышала?! Есть риски! – не выдерживая беспокойства за сестру, повысила голос Маргарита.

Мария устало и громко выдохнула.

– Да для меня единственный риск – потерять тебя!

– Я с тобой разговаривать не буду! – заявила Маргарита, когда, всё-таки ей пришлось смириться с неизбежным планом действий.

Закатив глаза, Мария покивала.

– Да молчи хоть всю жизнь! Но живая.

На следующий день, когда Евгений согласился помочь и прибыл в замок, Мария и Маргарита, действительно, практически не разговаривали – только по исключительным нуждам перекидывались парой слов. Обе злились друг на друга, обе друг друга раздражали своим поведением. И обе переживали друг за друга до удушающей паники.

Перед сном, на сообщение Марии, где она желала добрых снов, (дословно: «добрых снов, молчаливая булка»), Маргарита тоже не ответила, хотя это была их некоторая традиция вот уже много лет. Спалось плохо: к переживаниям за сестру, добавились еще и назойливые мысли о сообщении, оставшемся без ответа.

Больше всего, в эту бессонную для Маргариты ночь, страдал Дамиен. Ему приходилось то читать вслух забавные истории, чтобы отвлечь жену от тревоги, то несколько раз спускаться на кухню за бананами, чипсами, затем за холодным соком и мороженым. И только после булочки с молоком Маргарите удалось уснуть. Но и этот сон длился недолго – около четырех утра в замке раздалась тревога.

Накидывая халат на плечи, Маргарита выбежала в коридор. В первую очередь она отыскала глазами Марию и только тогда облегченно выдохнула. Затем, сонные и перепуганные подтянулись и все остальные. Но самым взъерошенным оказался Евгений.

– Он всех предал! – заявил он, пытаясь отдышаться. – Он всё испортил!

Нахмурившись, Маргарита встряхнула головой.

– Ты о чем? Кто всё испортил?

– А где папа?.. – раздался тихий голос Лизы, и она крепче вцепилась в руку Феликса.

– Вот именно! – Евгений злобно ткнул пальцем в их сторону, а затем обернулся к Маргарите. – Арсений. Он влез в ваши с Марией кода, чтобы переписать код победителя на себя, но допустил ошибку. И теперь вам, – он взглянул на Марию, – вам грозит опасность. Я пытался его остановить, но было слишком поздно: когда он понял, что совершил ошибку, то сбежал. Еще и Нику похитил.

Средь малого количества людей поднялся громкий гул.

– Тихо! – Маргарита сделала соответствующий жест ладонью. – Прекратить панику. Спускайтесь в гостиную, сейчас всё обсудим и проясним.

– Что теперь делать? – не сдержалась от вопроса Мария и с тревогой взглянула на Маргариту.

– С вашими кодами – уже ничего не сделаешь, я не знаю, – наконец, полностью отдышавшись, спокойно заговорил Евгений. – Произошел серьезный сбой.

Стефания Загорская

12 июля, 2015 год.

Единственное, что её не останавливало – ответственность и искреннее желание спасти мир, помочь Маргарите. Песок, нагретый под палящим солнцем, обжигал ноги, не позволял нормально и быстро передвигаться. А убегать следовало, как можно скорей. Внезапное происшествие на предпоследней игре подвергло жизни трех финалистов опасности.

Сердце ныло в тревоге: Феликса не было видно в поле зрения, и что с ним – девочка даже боялась представить.

Изнывая от жажды и бессилия, Стефания споткнулась и рухнула на горячий песок. С ненавистью подняла взгляд на Эниса.

– Я ненавижу тебя… – и голос её прохрипел. – Ты всех нас подставил.

Энис перевел взгляд за её спину, обнаружив приближающуюся мужскую фигуру, облаченную в черное одеяние. Поднимая руку, мужчина направил пистолет на Стефанию, еще ничего не подозревающую.

И, лишь задумчиво усмехнувшись, Энис бросил взгляд на окровавленную ногу девочки, а затем, развернувшись, зашагал прочь.

– Стефания, беги!

И только тогда, заслышав истошный крик Вэйланда, девочка обернулась. Мужчина в черном одеянии оставался всего в нескольких шагах от неё, и, не убирая пистолета, он стремительно приближался.

– Беги!

Вэйланд взмахнул рукой, и в то же мгновение зажал в ладони ярко-синий эластичный жгут. Но более у Стефании не было времени разглядывать. Из последних сил, сорвавшись с места, она ринулась прочь. В висках клокотала боль, будто по голове били раскаленным железом; болело пересохшее горло, с волос сыпался забившийся ранее песок, щекоча руки, а острая боль в ноге из-за травмы заставляла стиснуть зубы. Хотелось разрыдаться от страха, бессилия, предательства, от угасающей надежды, что всё будет хорошо.

Впереди замаячила фигура Феликса и он, заметив Стефанию, бросился бежать к ней навстречу.

Ноги, скованные болью, заплетались всё чаще. И в какой-то момент девочка рухнула, проникая руками в густой песок. По щекам полились слезы, и, вытирая их пыльными руками, Стефания на четвереньках поползла навстречу Феликсу.

Он опустился рядом, прижал её к себе, как самое ценное и единственное, что у него осталось в этом мире. Поцеловал в макушку головы и, дрожа всем телом, уткнулся носом ей в шею.

– Кажется… – едва прошептала Стефания, чуть отодвигаясь. – Мы проиграли, Феликс.

ГЛАВА 1

Огромная игральная кость

Месяцем ранее

Двадцатое число июня отличилось от прошлых дней изнывающей жарой и полной безветренностью. Весь день Стефания просидела у себя в комнате с закрытыми шторами, – чтобы солнечные лучи не раскаляли воздух хотя бы здесь. И только к вечеру, когда солнечный шар принялся медленно опускаться за горизонт, девочка решила выйти прогуляться по парку.

Стефания всегда любила гулять вечерами, когда уже начинали красиво золотиться уличные огни и сверкать неоновые вывески, – небо в это время только принималось темнеть, демонстрируя первые загорающиеся звезды. Именно поэтому, из-за своей любви к поздне-весенним или как сейчас – летним вечерам, – девочка решила гулять до глубокой темноты, собираясь вернуться домой только тогда, когда стрелки пересекут границу полночи. Разумеется, узнай родители о её замыслах, не одобрили и слушать уговоры никакие не стали бы, потому что она еще далеко несовершеннолетняя; но прелесть состояла в том, что мама с папой с утра уехали, а возвращение домой у них было назначено только на завтрашнее утро. Значит, никто и ничего не узнает, а если не узнает, то и ругать не будет.

Девочка натянула кеды на босую ногу и выскочила на улицу, мгновенно ощутив, как начала тонуть в горячем вязком воздухе, точно в только что сваренном киселе. Поэтому, не теряя времени, она направилась в парк: добралась довольно быстро и купила там огромный рожок мороженного, оставив сдачу симпатичному пареньку, обслуживающему её, а после опустилась на скамейку, поближе к фонтану. Фонтан вид имел чудесный именно вечерами: сиял и переливался сине-фиолетовыми оттенками с разбавлением розового, и частенько служил главным объектом фотосъемок.

Стефания откусила кусочек вафли от рожка, вместе с тем обводя взглядом парк.

Мимо не спеша проходили люди, беседуя о чем-то важном и не очень. В приятный звук сплелись и мягкие, медленные стуки каблуков по каменной тропинке, и едва уловимый скрип чьих-то новых лакированных босоножек, и тихий звон замочков да бляшек. А у кого-то даже цокали железные набойки по камням дорожки. Стефания так заслушалась, что и не заметила, как в мыслях её принялись мелькать картинки обуви самого разного вида. Она даже невольно нафантазировала себе красивые босоножки и остро захотела где-нибудь найти похожие. Девочка встряхнула головой и слизнула подтаявшую часть мороженого.

Один за другим ожили фонари, и теперь в воздухе будто бы зависли шары налитые сияющим золотом, отбрасывая мягкий свет на дорожку да окутывая стволы деревьев медовым покрывалом. Следом и ветви деревьев оказались осыпанными золотыми огоньками, словно монетками, а вода в фонтане засветилась ярче и принялась сиять сине-розовыми и фиолетовыми переливами, точно потусторонняя магия пыталась вырваться наружу. Стефания совершенно ясно понимала, что это обычная подсветка – не более, раньше даже красная была, но пофантазировать была не прочь, особенно в такой волшебный вечер.

Вскоре и небо уже стемнело, воздух немного остыл, однако от раскаленной днем дорожки все еще исходило тепло и обвивалось по ногам. За спиной приятно шумела разноцветная фонтанная вода, отовсюду слышался говор людей, а откуда-то издали доносилась приятная музыка и, кстати, кажется, инструментальная, в живом исполнении.

Стефания так бы и продолжила наслаждаться спокойствием и уютом летнего вечера, разбавленного едва уловимым запахом дождя и сладкой ваты в воздухе, если бы вдруг перед её глазами не завис… огромный игральный кубик!

Девочка сначала прищурилась, потом быстро поморгала, а затем огляделась по сторонам, но поняла, что совершенно никто не обращал внимания на это странное явление. Невольно проскользнула мысль о галлюцинациях от жары. Но большой кубик с черными точками висел в воздухе и никуда не собирался исчезать, даже чуть покачивался из стороны в сторону, словно находился на невидимой невооруженному глазу воде.

Стефания поднялась со скамейки и сделала пару робких шагов к белому кубику, даже осмелилась и протянула к нему руку, но быстро одернула. Наверное, со стороны выглядела она весьма странно, потому как вряд ли кто-то еще наблюдал данное явление. А кубик тем временем плавно поплыл по воздуху вперед, лавируя между прохожими. И девочка, сама не зная зачем, направилась за ним, словно завороженная – да не просто пошла следом, а побежала, едва ли не сталкиваясь с людьми. Весь посторонний шум смешался в единую массу, будто множество цветов пластилина, и померк – теперь в голове звучала обувь прохожих: бляшки, каблуки, металлические набойки, лакированный скрип, шуршание камушков под мягкой подошвой.

Очнулась Стефания от собственных мыслей о странном явлении не то, что бы поздно, но и не так рано, как следовало бы, чтобы не влипнуть в весьма странную ситуацию. А случилось это как раз-таки тогда, когда девочка перестала слышать обувь прохожих, шагнула в пышный куст, следом за игральным кубиком, и с пронзительным визгом полетела куда-то вниз.

Мимо пролетали растянутые цветные пятна, но разглядеть, что это точно – было совершенно невозможно из-за быстрой скорости падения, да и Стефания, к слову сказать этим не интересовалась на данный момент, а лишь верещала так истошно, что приятней было бы ножом ухо отрезать, чем слышать это. Совсем некстати появились мысли, облаченные в легкую иронию, о сказке про Алису в стране чудес, – только там был кролик, а тут огромная игральная кость. И Стефания, пока летела неизвестно куда и издевалась над горлом истерическим криком, успела даже подумать о том, а было ли лучше, если бы появился белый кролик вместо кубика, и она бы провалилась в кроличью нору?

Но все закончилось так же неожиданно, как и началось: под ногами образовался песчаный берег, а рядом разлилось прекрасного вида море. И самое главное – никаких кроликов и кубиков, к счастью, тоже. Хотя вот Безумного Шляпника Стефания не отказалась бы повидать.

Девочка поднялась, оглядываясь и вместе с этим отряхивая колени от песка. Обернувшись, она заметила высокую черную скалу и – вот чудо! – настоящий большой замок из темного камня с острыми крышами возвышался на ней!

– Помогите! – неожиданно выкрикнула девочка и завертела головой из стороны в сторону, продолжая пугливо оглядываться.

Но ответом была тишина и легкое шуршание морских волн.

Тогда Стефания кое-как собралась с мыслями и направилась к скале. Добралась она до неё достаточно быстро и к своему счастью заметила выдолбленные ступеньки в скале, довольно таки глубокие и удобные, как выяснилось, когда она принялась подниматься по ним. А еще металлические кованые перила тоже присутствовали – ну прямо-таки все для удобства… кого? Жителей замка? Непрошеных гостей, вот таких вот, как Стефания? Вряд-ли, конечно, здесь кто-нибудь живет. Только вот непонятно – хорошо это или плохо…

Взобравшись на самый верх, девочка опасливо приблизилась к огромной железной двери, оказавшейся приоткрытой. И этого оказалось предостаточно, чтобы спокойно нырнуть внутрь замка. Неужели её здесь кто-то ожидает?

«Ну да, конечно, – тут же подумала она в ироничной манере. – Специально для тебя уже стол накрыли, постель расстелили…»

Длинный коридор, к счастью, оказался довольно хорошо освещен настенными светильниками, и Стефания без особого страха зашагала вперед, прислушиваясь к тишине. Пока она шла, то её не покидали размышления о том, кто же может жить в этом замке, и где она вообще сейчас находится. В географии и истории девочка была не особо сильна, поэтому уж точно не могла припомнить, где бы мог находиться такой замок, да еще и обитаемый. По крайней мере об этом говорил свет в современных светильниках, развешанных по стенам коридора. Впрочем, это же не обязательно должно было быть какое-то историческое место, может это просто чей-то жилой дом… Тогда в голову взбрел следующий любопытный вопрос: насколько богатые хозяева, отстроившие и содержащие такое жилое место?

Остановилась Стефания в просторном холле, главным украшением которого служила огромная хрустальная люстра, свисающая с потолка на серебряной цепи, но совершенно не излучающая свет. Да и мебели здесь практически не наблюдалось: возле камина стоял лишь столик и два глубоких кресла с высокими спинками. Именно к ним-то и направилась девочка, потому как внезапно ощутила острое желание закрыть глаза и погрузиться в сон хотя бы на пару часиков. Конечно, не самое лучшее решение спать в чужих замках, но сон прямо-таки валил с ног.

Стефания едва-едва добралась до кресел, уже не видя ничего перед глазами, и плюхнулась на одно из них, укрывшись пледом, так удачно лежавшим рядом. Все это казалось ей весьма странным и даже неправдоподобным, словно она уже давно спит или просто потеряла сознание от жары, и теперь ей все это мерещится в обмороке, но подумать об этом более серьезно девочка решила, как только проснется, а сейчас… а сейчас она провалилась в сон, стоило ей только закрыть глаза.

Неизвестно сколько прошло времени, но неожиданно Стефания распахнула глаза и тут же увидела перед собой женщину с распущенными черными волосами, достающими ей до самого бедра и в пышном черном платье с оборками, сверкающими в тусклом свете. Она была похожа на очень красивую сказочную героиню, с выразительными насыщенно-зелеными глазами. Неужто королева этого замка? Как там к ним обращаются: высочество или величество?.. Нет, разум сильно затянулся пеленой сна, чтобы серьезно над этим поразмышлять…

И, на удивление, она казалась знакомой глазу.

– Кто вы? – сонно спросила Стефания, потирая глаза, но желание спать оказалось таким сильным, что они норовили тут же закрыться. – Вы поможете мне вернуться домой? Извините, я случайно тут оказалась.

Нет, наверное, стоило бы попроситься лечь спать на кровать… с подушкой и одеялом. А уж потом, как выспится, спросить о доме и нормально извиниться, а то поглядите-ка на неё: забралась в чужой дом и еще имеет наглость спрашивать, кто эта женщина. Хозяйка – не иначе.

Незнакомка кивнула с легкой улыбкой на губах и поманила девочку пальцем, чтобы та следовала за ней. И Стефания не посмела ослушаться. Она принялась шагать за женщиной, стараясь слишком часто не моргать, чтобы не заснуть на ходу. А пока, отвлекала себя размышлениями: где она могла видеть хозяйку замка?.. Но сон мутной и плотной пеленой застилал весь разум.

Поднявшись по широкой лестнице из белого мрамора, они прошли немного по коридору, еще раз поднялись по лестнице и, наконец, остановились напротив светлой двери. Недалеко были еще две таких же, по правую сторону, а дальше коридор уходил длинной лентой вперед. Незнакомка открыла дверь и пропустила девочку внутрь, а затем вышла из комнаты. Все происходило как в тумане, тумане сна, и напоминало больше, если не реальную сказку, то хотя бы сказочный сон.

Стефания, обрадованная мыслью, что ей помогут вернуться домой, как только она выспится, легла на кровать, укрылась мягким одеялом и вновь провалилась в глубокий сон. А может, подумала она напоследок, ей все это и так снится: она все еще на кресле и никакой незнакомки не было. Скорее всего, она от жары потеряла сознание, и это просто видение…

ГЛАВА 2

Та самая, двенадцатая

Проснулась Стефания не от яркого света солнечных лучей, а от того, что лучи эти так припекали, словно норовили прожечь дыру в щеке.

Девочка лениво разлепила глаза, обвела взглядом совершенно незнакомую ей комнату и вскрикнула, в тот же миг вскочив с большой кровати. Со страхом и растерянностью в глазах она завертела головой в разные стороны, пытаясь хоть что-то сообразить, но никак не понимала, что все это значит. Сердце заколотилось в бешеном ритме, отдавая слабую пульсирующую боль.

Неожиданно, в памяти вспыхнули моменты вчерашнего вечера: изнывающая жара, прогулка по парку, приторно-сладкое мороженое в рожке, огромный игральный кубик, зависший в воздухе, море и… замок на высокой скале! А еще до ужаса знакомая незнакомка вся в черном, проводившая Стефанию до этой самой комнаты…

– Так значит, мне это не приснилось, – задумчиво и со звенящими нотками растерянности в голосе произнесла девочка, опустившись обратно на кровать.

Никогда прежде она не разговаривала сама с собой вслух.

Стефания так крепко задумалась о сложившейся, ну до безобразия странной ситуации, что позабыла о панике, минуту назад полыхавшей страшным костром у неё внутри. Девочка, как бы ни старалась, не могла найти объяснений случившемуся. Все то, что произошло, никак не поддавалось логике. Но делать что-то надо было – это она знала точно.

Вдруг, дверь приоткрылась, и Стефания тут же вскочила, заметив ту самую женщину, которую видела ночью. В свете утреннего солнца она предстала не менее красивой: в длинном бордовом платье с черной сетчатой юбкой и черных коротких перчатках из атласа, а черные её волосы были убраны в пышный хвост, завитый в локоны на концах. И глаза – как самое главное украшение: выразительные, сверкающие изумрудным цветом и обрамленные длинными густыми ресницами.

И сознание прояснилось в секунду.

– Маргарита?! – Стефания пораженно хлопнула глазами. – Но… Я не понимаю. Вы, что, похитили меня? Учтите: я, если что, немного умею драться!

Она, конечно, не знала, как ей это «немного умею драться» поможет, но на всякий случай предупредила. И в то же мгновение девочка осознала, как нелепо сейчас прозвучала.

Женщина в удивлении выгнула изящную черную бровь, затем на какое-то мгновение смутилась и, наконец, произнесла:

– Оу… забавно, – она легонько улыбнулась. – Но мы выбрали тебя не поэтому.

– Кто это «мы»?.. – на всякий случай Стефания отступила на шаг назад и невольно скользнула взглядом по окну. – И куда выбрали?

Маргариту девочка вспомнила достаточно быстро, не смотря на то, что не видела её уже лет, эдак, восемь: уж слишком яркой личностью та являлась. Стефания помнила из детства, что Маргарита довольно часто наведывалась к ним в гости. Но в те времена хватало понимания, что она – хорошая подруга мамы, а о большем совсем не думалось. Только вот теперь оказалось, что давняя знакомая женщина, всегда приносившая Стефании конфеты, игрушки и побрякушки, жительница замка! Расположенного непонятно где.

– Мы с сестрой, – пояснила женщина. – Помнишь Марию? Мы искали двенадцать человек, которые видят игральную кость.

С несколько секунд Стефания молчаливо смотрела на Маргариту. Ощущение, будто это какая-то абсурдная шутка, а их сейчас снимает скрытая камера, усиливалось быстрей, чем успевала пройти секунда времени.

– Зачем? – спросила девочка и обхватила рукой прикроватный светильник, намереваясь швырнуть его, если женщина вдруг решит нападать.

Она не видела её около восьми лет, кто знает, может за это время Маргарита обезумила? Вон, бред какой-то несёт про игральные кости. Смущало Стефанию в её здравом рассудке только одно – она ведь и сама видела огромную игральную кость и с её помощью попала сюда. А понимание этого заставляло усомниться в том, что рассудок действительно здравый.

Женщина бросила короткий взгляд на светильник, усмехнулась и добродушно продолжила:

– Чтобы вы сыграли в семь игр, и в конце мы выявили двух победителей, которые помогут не погибнуть нашей Грани.

«Видимо, она сильно где-то головой ударилась, – невольно подумала Стефания, чувствуя, как сердце вновь заколотилось от страха. – Или я».

– Так, стоп, – мотнула она головой. – Скажите, что вы точно от меня хотите, ибо я ничего не понимаю. И вообще, вы меня похитили, а это сто двадцать шестая статья, между прочим, лишение свободы до пяти лет. Так что верните меня домой по-хорошему, у меня папа юрист, если вы забыли!

Маргарита как-то изящно и беззвучно хмыкнула – одной лишь мимикой.

– Его я, действительно, предпочла бы забыть.

Стефания нахмурилась, но цепкого взгляда не отвела.

– Не отходите от темы.

– А мы с сестрой победители прошлых игр, – с долей иронии отозвалась Маргарита на напоминание о профессии отца. – А я еще и королева. – И тут же добавила, отведя взгляд в сторону: – в каком-то смысле этого слова.

– Ну я поздравляю вас с этим, – иронично, даже грубо отозвалась Стефания и сделала еще шаг назад, встретившись спиной со шкафом. – Вам предоставят королевскую тюремную камеру с балдахином над койкой.

– Хорошее чувство юмора, – кивнула женщина, уголки губ её дрогнули в растерянной улыбке. – Но, Стефания, давай мы с тобой сейчас действительно отправимся к тебе домой и поговорим с твоей мамой? Не переживай, она в курсе вот этого всего, – Маргарита описала пальцем круг по воздуху. – Ты же помнишь, что мы с твоей мамой хорошие друзья.

Кажется, ей больше ничего не оставалось в данной ситуации.

– Ладно, – она медленно кивнула. – Хорошо.

Маргарита улыбнулась, а затем вдруг достала неизвестно откуда игральную кость, будто бы на платье у неё имелись карманы, и кинула её в стену, где сию секунду образовался светящийся, плавающий коридор.

– Ну что, пойдем? – спросила она и загадочно улыбнулась, видя изумленный взгляд Стефании.

Девочка проглотила тяжелый ком, застрявший в горле, немного поколебалась, и все-таки, неуверенно последовала за женщиной.

Колыхающийся, точно крупные ярко-синие волны, коридор еще больше заставил Стефанию впасть в неконтролируемую тревогу. И пол, и стены с потолком здесь казались до ужаса неустойчивыми, и всюду вокруг время от времени проглядывались извивающиеся, переплетающиеся между собой ленты.

– Иди спокойно, – произнесла Маргарита, заметив с каким трудом девочка решается на очередной шаг. – Не бойся.

Не прошло и минуты, как вокруг них завертелась широкая ленточка, похожая на атласную, и странный синий коридор исчез, а Стефания с облегчением заметила, что они действительно оказались в гостиной её дома.

Захотелось бежать. Хватать оружие из сейфа отца и защищаться любым способом.

– Мам! – тут же крикнула девочка. – Мама!..

Маргарита тем временем принялась с интересом разглядывать интерьер гостиной, и, к слову сказать, он пришелся ей по душе. За столько лет он сильно изменился. Затем женщина описала ладонью полукруг по воздуху, и в её руке тут же появилась фотография гостиной.

Стефания только открыла рот, чтобы снова позвать маму, но заинтересованно посмотрела на женщину.

– Что это вы сделали? – спросила девочка и выкрикнула еще раз: – мама, ты дома? Иди сюда!

– Фотографию, – пожала плечами Маргарита и дотронулась пальцем до снимка. В то же мгновение в воздухе появилась голограмма гостиной, и женщина продемонстрировала приближение нужного объекта, с помощью двух пальцев, прямо как на сенсорном экране смартфона. А потом даже повращала снимок по кругу и подняла изображение к потолку.

– Ух ты, – изумилась Стефания и добавила с некоторой иронией: – до чего дошел прогресс: снимки делают ладонью.

Маргарита открыла рот, чтобы что-то произнести, но в гостиную вошла женщина в бледно-желтом платье и со светло-русыми волосами.

– Привет, я вас уже заждалась! Марго, ты чудесно выглядишь! – обрадованно заулыбалась она. – Я уже завтрак приготовила, пойдем-те скорее.

Задетая неким безразличием матери, Стефания вытаращила глаза.

– Мам, а тебе не кажется подозрительным, что я не ночевала дома, а она – девочка бесцеремонно ткнула пальцем в Маргариту, – меня похитила!

Обида горячим пламенем охватила сердце: мама даже не спросила, где вообще была её пятнадцатилетняя дочь!

Маргарита устало вздохнула и тихо произнесла:

– Опять двадцать пять.

– Да никто тебя не похищал, – улыбнулась Александра. – Это же Марго, моя лучшая подруга детства. Она меня обо всем предупреждала, и сейчас за завтраком мы еще раз все вместе всё спокойно обсудим.

– Ладно, – едва выдавила из себя Стефания и вздохнула. – Хорошо, давайте поговорим.

– Вот и славно, – произнесла Маргарита. – А то уже начинала угрожать статьей за похищение…

– Стеша, читай нормальные книжки, а не уголовный кодекс отца, – шутливо пожурила Александра, а вот девочка не разделила её оптимистичного настроя и, вздохнув, первая направилась в кухню.

Мама действительно постаралась на славу: на столе источала приятный запах горка оладий, политая черничным сиропом; рядом расположился кувшин с соком, еще дымились горячие бутерброды с сыром и помидорами, и даже гренки. В вазочке были аккуратно уложены круассаны, а рядом стояла пиала полная горячего шоколада. И в центре стола расположилась прозрачная ваза с букетом ромашек.

– Обожаю твои гренки, – с удовольствием произнесла Маргарита, подхватила одну и тут же откусила, не успев еще даже присесть за стол.

– Обожаю твои гренки, – с удовольствием произнесла Маргарита, подхватила одну и тут же откусила, не успев еще даже присесть за стол.

– Я же давала тебе рецепт, – улыбнулась Александра, наливая сок в стакан.

– И у меня как всегда ничего не получилось, – отмахнулась женщина. – Устройся ко мне личным поваром, а? Я буду платить тебе куда больше, чем в твоей больнице.

– Нет, нет… нейрохирургия это моё все, мечта всей моей жизни, – воодушевленно произнесла Александра. – Но давайте уже поговорим о действительно важном деле.

– Но гренки это тоже весьма важно, – ответила Маргарита, и заметив на себе внимательный взгляд подруги, пожала плечами: – начинай ты. Тебе, как матери, она больше поверит.

Александра вздохнула, потому как сомневалась в этом, но собралась с мыслями и осторожно повела рассказ:

– Пожалуй, начну с того, что замок, в котором ты оказалась, находится в другом мире, именуемом Гранью… Родилась и до двадцати трех лет я жила именно там, ну а потом получилось так, что я познакомилась с твоим отцом здесь, на Земле, да так и осталась тут. Потому мы и знакомы с Маргаритой.

– Дурная женщина, – как бы для себя самой проговорила Маргарита, внимательно глядя на крупинки сахара, коими была посыпана гренка.

Стефания же, только на шестнадцатом году жизни узнавшая, что мама из другого мира, пораженно хлопнула глазами. Как реагировать и верить ли – она еще не знала.

– Но почему ты мне раньше обо всем не рассказала?.. – осторожно поинтересовалась девочка.

Мама отвела взгляд, вздохнула.

– Папа об этом не знает ничего, – наконец, ответила она. – И я не хотела, чтобы когда-нибудь узнал. На то были причины. А ты была еще маленькой, могла случайно разболтать.

– Бред какой-то… – Стефания мотнула головой. – Ладно, что дальше-то?

– В мире том всегда был и продолжает существовать, – Александра на короткое мгновение замолчала, скосив взгляд в сторону подруги, а потом продолжила: – Источник, питающий мир жизнью.

И внезапно слово взяла Маргарита, Стефания тут же перевела взгляд на неё.

– Источник – огромных размеров Древо, усеянное шарами желаний. Находится Древо на Восьмом, тайном острове. Впрочем, в давние времена тайным он и не был – люди могли приходить, просить помощи у Источника: Древо дарило каждому хрустальный шар, который заполнялся самым нужным, искренним желанием, а затем шар этот отправлялся обратно на ветви. И Источник помогал людям в их просьбах.

– Звучит абсурдно, но ладно, – закивала Стефания. – Что случилось-то?

Александра вздохнула, покачав головой.

Маргариту же вовсе не задели слова девочки, она абсолютно полностью принимала и понимала её реакцию.

– Но все же, людская жадность перешла границу, – продолжила рассказ женщина. – Всё чаще люди стали приходить с пустяковыми, мелочными желаниями, всё больше и больше засоряя Древо. Ветви перегрузились шарами желаний настолько, что Древо больше не выдержало. Пути на Восьмой остров были закрыты для всех. Источник не справлялся с нагрузкой, не мог в полной мере питать мир жизнью.

Маргарита, видимо, устав от рассказа, отвлеклась на гренку и ароматный чай. И Стефания перевела взгляд на взявшую слово маму.

– Еще в те времена прадед Маргариты и её сестры долго искал способ попасть на Восьмой остров, добраться до Источника и помочь ему, в противном случае, однажды мир бы погиб полностью. Есть даже вероятность, что он начал бы забирать жизнь Земли. Способ попасть на остров прадед их нашел, но не более, потому как скончался…

– Дай господь каждому прожить так долго да в здравом уме, – вставила свое слово Маргарита и осторожно махнула рукой: продолжай, мол, извини, что перебила.

– Дело его продолжили уже дед и отец Маргариты, да мой отец тоже, – вновь заговорила Александра, и на душе у нее стало неспокойно, ведь весь вид дочери говорил о том, что она совершенно ничему не верит. – И способ, как помочь, тоже удалось найти: приняли дар от Источника – два игральных кубика, с помощью которых велено было найти двенадцать человек для прохождения испытаний.

Стефания прожевала откусанное яблоко с большим и наигранным интересом слушая маму, а затем развернулась в сторону холодильника, сняла небольшой календарь и всмотрелась в него.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Александра.

– Нет, сегодня не первое апреля, – ответила девочка, пожав плечами.

– Хватит паясничать. – Женщина легонько стукнула ладонью по столу. – Я серьезно…

– Да ну какие другие миры? – перебила Стефания. – Какие Источники и Древо желаний? Вы серьезно думаете, что я в это поверю? Так, всё, я пошла…

– Сядь на место! – мигом приказала Александра.

И, насупившись, девочка присела обратно, исподлобья посмотрев на маму.

Маргарита, только собиравшаяся откусить гренку, отвлеклась на девочку:

– Поверишь, – уверенно произнесла она: мол, куда ты денешься? – Ты же сама видела переход, даже ходила по нему; и огромную игральную кость – тоже, с помощью неё на Грань попала.

Стефания чуть выгнула бровь.

– Почему такое название? Грань?

Маргарита, кажется, расцвела от заданного вопроса, будто только его и ждала.

– Потому как граничит с Землей, но если быть точнее, то миры как бы наслаиваются друг на друга… ну, в сравнение могу привести двукратную экспозицию, чтобы понятнее было. Потому Грань полностью копирует Землю по размерам, часовым поясам, расположению материков… А вот города, страны, острова у нас, естественно, свои. И климат, климат тоже другой, что логично.

Стефания задумчиво кивнула, даже не заметив, как она это сделала, но совершенно ничего не поняла. Она попыталась вспомнить названия всех материков, но не особо у нее это получилось.

– После семи испытаний, уготованных самим Источником, должны были определиться два победителя, способные помочь ему. – Тем временем продолжила Александра. – Среди участников испытаний была и я.

Заслышав последнею фразу Стефания едва-ли яблоком не подавилась.

– В смысле? – переспросила она. – Как ты-то туда попала?

– Два игральных кубика специальным образом отправляли по Земле и Грани, – принялась объяснять женщина, – те, кто их видел, являлся достойным поучаствовать в борьбе за звание победителей, которым откроется путь к Источнику и представится шанс помочь ему. Вас, новых игроков, нашли таким же способом.

– Мы с сестрой выиграли, – произнесла Маргарита. – Я оказалась лучшим игроком, и Источник показал мне к себе дорогу.

– Ну и как потом помогли Источнику-то? – со скептическими нотками в голосе спросила Стефания. – Нашли вы его и что потом?

И Александра, и Маргарита молчали.

– Наш с сестрой долг был в том, чтобы найти путь к Источнику, доказать, что готовы помочь от чистого сердца, без злого умысла и мы долг свой выполнили, – наконец, произнесла последняя. – Дальше уже с этим разбирались наши отцы.

Стефании не очень понравился ответ: скомканный, недосказанный от слова совсем.

– Круто, – с притворным восхищением ответила девочка. – Ну и в чем сейчас проблема?

– Ты сначала дослушай, а потом задавай вопросы, – Александра с укором глянула на дочь.

Маргарита кивнула, подцепила ногтем дольку лимона в кружке, закинула себе в рот и поспешила продолжить рассказ:

– Помощь Источнику состояла в том, чтобы очистить Древо от шаров желаний и перенести их, так скажем, в архив. Я, как первый победитель прошлых испытаний, являюсь главным ответственным лицом в помощи Источнику. У меня есть подчиненные, которые и занимались очисткой Древа, и полтора года назад они допустили серьезную ошибку: разбили шар с желанием, причем, значительно влияющим на ход событий и времени. Данная ошибка отрицательно сказалась на Источнике, и произошел сбой. Помимо произошедшего, мои подчиненные не сразу сообщили мне об этом, а ситуация ухудшалась.

Всё более внимательно Стефания прислушивалась к рассказу. Она задумчиво свела брови.

– И как теперь помочь Источнику?..

Маргарита широко улыбнулась, без капли искренности и подняла палец.

– Помочь Источнику был неплохой шанс: переписать код первого победителя на мою сестру, Марию. Не буду вдаваться в подробности, просто прими, как факт.

– Код? – переспросила Стефания, сама не заметив, как заинтересовалась историей.

Маргарита кивнула, доливая себе чай.

– Если кратко, то есть общий код игр, так сказать, данные участников и еще много разного, относительно испытаний. Так же, участникам предоставляются браслеты, где собираются их личные элементы, создавая в итоге целый код. Ты потом лучше разберешься в этом.

– Ладно, – вздохнула Стефания. – Что там дальше с помощью Источнику?

– Переписать код на Марию было рискованно, если честно, но, в целом, когда других вариантов нет – разумным решением, – между тем продолжила Маргарита, оторвала цветок ромашки и бросила в кружку с чаем. – Я связалась с Евгением, хорошим программистом и бывшим участником прошлых испытаний, чтобы он помог переписать код качественно. Любая ошибка могла стоить жизни и мне, и Марии, тем более.

– Переписали?

– Нет, – Александра тут же ответила на вопрос дочери. – За день до этого произошла судьбаносная встреча.

– Угу, – активно кивнула Маргарита, отпивая чай. – Мария пребывала здесь, на Земле, и случайно встретилась с Арсением, еще одним участником прошлых игр. Я пригласила его с семьей к нам в замок, на Грань. Пообщаться, повспоминать прошлое… В ночь, когда Евгений работал над кодом, Арсений решил влезть в это дело и переписать код победителя на себя. Но допустил ошибку, исправить которую можно лишь поиском новых игроков, новых испытаний и двух новых победителей. Два победных прошлых кода нарушены.

Некоторое время Стефания молчала: ей что-то не нравилось в этой истории, но она не понимала, что.

– А где сейчас этот Арсений?.. – уточнила она.

– Сбежал, – как-то излишне просто ответила Маргарита, даже плечами пожала. – Сбежал качественно, найти не удалось и по сей день.

– Какой ненадежный этот ваш Источник, – иронично хмыкнула Стефания. Ей хотелось спросить, мол, никого не смутило, что этот мужчина решил влезть в код после того как попал на Грань? Никто не предположил, что он мог как-то специально все это подстроить? Но промолчала, решив разобраться в этом позже.

И если Александра мельком поглядывала на дочь, намазывая джем на гренку, то Маргарита смотрела прямо на неё, не сводя взгляда ни на секунду времени.

И Стефания сдалась.

– Ладно, – выдохнула она. – Допустим, я согласна поучаствовать во всем этом сумасшествии.

Широкая улыбка засияла на лице Маргариты.

– Вот и славно! – женщина отсалютовала чашкой с чаем. – Выпьем же за это! А ты пока иди, собирайся. Скоро будем отправляться обратно, на Грань.

Стефания поднялась из-за стола и нехотя поплелась в свою комнату, но развернулась в дверях.

– А где папа? – спросила она.

– Он задержался по делам, – ответила Александра. – И кстати, ему ни слова об испытаниях, Грани и прочем… я скажу ему, что ты уехала в лагерь.

Стефания хмыкнула и вышла из кухни. Она и не собиралась ему ничего докладывать.

– Заверни мне с собой гренок, – произнесла Маргарита. – Мария их тоже любит.

Отчего-то поднималась по лестнице Стефания достаточно медленно. Погруженная в свои мысли, она оказалась будто в вязком болоте – каждый шаг на следующую ступеньку, казался сложней предыдущего. И посреди лестницы сковало ледяным страхом, девочка застыла: по правую сторону, на втором этаже, прямо перед глазами оказалась дверь в ванную комнату, в которую она не заходила вот уже несколько лет.

Пальцы сильней сжали перила. Двери в ванную комнату перед глазами больше не было.

Прилипшие волосы к лицу от ледяной воды, струившейся из душевой лейки; страх удариться головой о раковину, в попытках вырваться из грубой хватки, пронзил снова, спустя столько лет. Ужас и паника, от ощущения, что это последние секунды её и так недолгой жизни; желание сбежать так далеко, спрятаться, чтобы никто не нашел.

Статья 58 Федерального закона – лицо, достигшее четырнадцати лет, вправе переменить своё имя, а так же фамилию и отчество. И снова пробрало холодом прошлых лет, после ледяного издевательского душа. И вспомнилось чувство горького сожаления, от того, что ей еще четыре года до четырнадцати лет, и ей могла бы помочь мама, но та была бессильна в вопросе побегов и смены имени.

Колючие мурашки пробежали по всему телу, сконцентрировались на макушке головы, и Стефания зябко повела плечами, быстро заморгала: пред глазами вновь показалась белая дверь в ванную комнату. Девочка перевела взгляд влево, в сторону столовой: Маргарита размахивала рукой с гренкой, что-то активно рассказывала маме, а та смеялась и кивала головой. Стефания уставилась взглядом на следующую ступеньку так, будто шаг на неё был равносилен выбору из двух вариантов, определяющих её дальнейшую судьбу. Но, встряхнув головой, девочка поспешила к себе в комнату.

Первое, что довелось увидеть, переступив порог комнаты – свое же отражение в вытянутом зеркале у окна. Растрепанные светло-русые волосы и уставший взгляд сразу же дали понять, что себя следует привести в порядок. Даже выразительные прежде серо-зеленые глаза, сейчас померкли и приобрели цвет выцветшей травы, покрытой пылью. Стефания встряхнула головой, решив, что к глазам она уже явно излишне придирается. И по щекам полились слёзы, так неожиданно и так много, щекоча шею.

«И вот тебе уже почти шестнадцать», – подумала Стефания, глядя на своё заплаканное отражение в зеркале.

Быстро вытерев слезы, девочка вытянула из шкафа дорожную сумку и предельно быстро принялась скидывать в неё самые разные вещи, которые ей могли бы пригодиться вдали от дома: начиная одеждой с обувью и заканчивая средствами гигиены.

Перед тем, как вернуться обратно в кухню, девочка еще забежала в ванную, чтобы умыться и привести себя в более менее нормальный вид. После сна глаза казались тяжелыми, кожа неухоженной, а волосы спутанными до невозможности. Поэтому, прихватив с собой еще свою любимую расческу, она покинула ванную комнату и направилась в кухню.

– О, а вот и наш двенадцатый игрок! – обрадованно воскликнула Маргарита, вновь завидев Стефанию. – Ну что, ты готова? Мы можем отправляться в замок?

Девочка кивнула, вздохнув.

– Да.

Маргарита загадочно улыбнулась и кинула игральный кубик в стену, где сразу же образовался переход.

– Пожалуйста, не вредничай, – напомнила Александра, коротко обняв дочь. – Ты справишься, удачи!

Стефания неохотно кивнула и уже почти сделала шаг в переход, но замерла и обратилась к Маргарите:

– Стойте, а как я буду связываться с мамой?

– Я подарю тебе временную лицензию на голографическую связь с Землей, – поспешно ответила женщина. – Все, пойдем-пойдем.

Попрощавшись с мамой, Стефания шагнула в переход. В этот раз она прошла более смело, хотя время от времени с опаской озиралась по сторонам. Синие плавающие стены, пол и потолок её всё так е пугали.

Переход вывел их в комнату, где девочка проснулась сегодня утром. Однако постель на кровати уже оказалась идеально ровная, а на комоде стояла ваза с сиренево-синими гортензиями.

– Теперь это твоя комната, – оповестила Маргарита с таким воодушевлением, будто прибытие Стефании в замок являлось для неё самым ожидаемым событием. – Вещи разложишь потом, а сейчас мы пойдем знакомиться с другими игроками.

– А может я как-нибудь потом? В процессе испытаний… – натянуто улыбнулась Стефания, бросив рюкзак на кровать.

– Стеша, не вредничай, – покачала головой женщина и ухватила девочку за плечо. – Надо знакомиться, заводить друзей… пойдем-пойдем! Нас уже ожидают.

Стефании не осталось ничего, кроме как тяжело вздохнуть и последовать за Маргаритой. Но она все же осталась при мнении, что никаких новых знакомств и уж тем более друзей ей не нужно. В мыслях тут же вообразилась тяжелая металлическая дверь и с громогласным хлопком наглухо закрылась.

Они преодолели длинный коридор с рядом дверей, завернули направо и оказались в еще одном небольшом коридоре, откуда на второй этаж вела широкая лестница, устланная красным бархатом. Спустившись, Стефания успела разглядеть не только ажурные перила из позолоченной меди, но и небольшой скол на последней ступеньке. Каждый раз, оглядываясь по сторонам, девочка замирала от восхищения, через сердце будто бы проходил приятный ток от одного только вида узорчатых потолков, хрустальных и дорогих на вид, но не шибко вычурных люстр, да мраморных колонн – хотелось хоть ненадолго остановиться и рассмотреть темные прожилки на них, потому как те оказались не прожилками вовсе, а изображением созвездий. Маргарита, заметив заинтересованность Стефании, с легкой улыбкой на лице пояснила, что на колоннах изображены существующие в реальности созвездия, и ночью они излучают легкое сияние.

Вдвоем они завернули в сторону широкой арки и, пройдя через неё, оказались в огромном зале со стеклянным потолком. Первое, что привлекло Стефанию – сине-фиолетовые блики, мелькающие и расплывающиеся по стенам и полу; девочка подняла голову к потолку из стекла и обнаружила сверху еще один зал с высокими стрельчатыми окнами, полностью покрытыми витражом из мелких синих квадратиков – через них проходили солнечные лучи и создавали то самое волшебное сияние.

– Вот это красота… – восхищенно произнесла Стефания, когда они принялись подниматься по широкой винтовой лестнице из бело-серого мрамора.

– Нет-нет, ты еще не видела главного, – голос Маргариты прозвучал трепещущим от восхищения.

И, схватив девочку за запястье, женщина потянула её через весь зал, куда они только-только успели подняться. И небольшие каблучки на её туфлях звонко зацокали по стеклу, и вместе с этим прелестным звуком смешалось легкое таинственное шуршание её платья.

Стефания же напряглась: ей казалось, еще один стук каблуков, и стеклянный пол рухнет, а они вместе с ним.

Маргарита остановилась возле широкой двустворчатой двери из дерева, украшенной золотыми узорами в виде переплетений листков, цветов и птиц.

– Сейчас ты увидишь что-то запредельно прекрасное, – затаенно произнесла она и начала перемещать золотые узоры на двери.

Совсем скоро раздался тихий щелчок, и дверь сама медленно приоткрылась.

И Стефания замерла от восхищения. Она в то же мгновение пожелала оказать в этом зале, пройтись по лестницам, рассмотреть каждую деталь, но восторг сковал медными цепями.

По большому залу протянулось несколько светлых лестниц, некоторые из них были соединены друг с другом небольшими площадками. Перила их густо окутывали разнообразные цветы, пушистые ветви папоротника и широкие зеленые листы в серебристую крапинку. На одной из лестниц, прямо на ступеньках возвышалась серебряная статуя человека, держащего в руке канделябр свечей на двадцать – так точно! Арки с колоннами оказались расписаны золотистыми и серебряными узорами, среди них же виднелись рисунки игральных костей.

– Проходи-проходи, – едва ли не шепотом произнесла Маргарита и подтолкнула Стефанию вперед. – Не бойся.

Девочка осторожно переступила порог и сделала несколько робких шагов вперед, с восхищением цепляясь взглядом за каждую деталь.

– Здесь очень красиво, – оценила она.

Стефания подняла голову кверху и заметила куполообразный, очень высокий потолок насыщенных синих оттенков, словно это настоящие плещущиеся волны, застывшие в определенном мгновении. И с потолка этого на длинной цепи, в которую были вплетены живые цветы, свисала огромная хрустальная люстра с горящими в ней свечами.

– Здесь еще и балкончики есть! – удивленно воскликнула Стефания, не заметившая их сразу из-за свисающих всюду зеленых ветвей и цветов. – А лестницы еще и вниз ведут…

– Да-а, – кивнула Маргарита, довольная реакцией девочки. – Но вовсе не красота украшает эту комнату…

– А что? – спросила Стефания, затаив дыхание.

Женщина некоторое мгновение смотрела на девочку, загадочно улыбаясь. А потом поманила её следовать за собой и принялась не спеша спускаться по главной, самой широкой лестнице.

– Двое победивших, после семи испытаний, обязательно узнают главный секрет этой комнаты, – произнесла Маргарита, коснувшись до серебряной статуи, и кольцо на её пальце звонко брякнуло. – Ты удивительная девочка, Стефания…

– Чего? – переспросила она, ничего не понимая. – Что во мне удивительного-то? Я вроде обычная, как и все.

– Да-да, определенно, – поспешно, но в некой восхищенной задумчивости проговорила Маргарита, а потом резко развернулась в сторону девочки и положила руку на её плечо. – Но… я уверена, что одой из победительниц станешь именно ты, Стефания.

Девочка хлопнула глазами, хотела было подумать «упаси, Господь», но так и не допустила полноценно эту мысль к себе в голову.

– Ладно, допустим, вы просто решили меня подбодрить. Но вы так и не рассказали, что же в этой комнате не так?

– Если ты действительно станешь одним из победителей, то я тебе расскажу все… тебе и второму победителю, – полушепотом произнесла Маргарита, и глаза её заблестели от восторга.

– Да с чего вы вообще взяли, что я выиграю? – совершенно не понимала Стефания. И если честно, разговор этот её уже начал потихоньку напрягать.

А Маргарита лишь загадочно улыбнулась на это.

– Мне это не с чего брать, – она пожала плечами. – Просто смотрю на твою реакцию.

Стефания устало закатила глаза: настроения разгадывать шарады полоумной женщины у неё сейчас не было.

– Здорово.

– Пойдем, нас уже ждут, – Маргарита кинула игральный кубик в стену и потащила девочку за собой в образовавшийся переход.

Снова плавающие стены, пол и потолок, окрашенные в сине-фиолетовые цвета, с белыми узорами, переплетающимися между собой, составляя различные картинки: вот появилась игральная кость, рядом образовалась какая-то карта, за ней птицы, а потом целые букеты цветов… Но стоило лишь моргнуть и вдруг все исчезло.

Они оказались в цветущем саду с высокими клумбами, белыми статуями и деревьями разного виду с пышными кронами. Вокруг большого фонтана расположились светлые скамейки на коих восседали незнакомые Стефании люди – в основном это были подростки, лишь один парень казался старше всех на вид. А рядом стояла женщина в темно-синем платье, Маргарита быстро шепнула, что это её сестра, Мария.

– Ну, наконец-то! – произнесла она. – Мы договаривались встретиться здесь в половину одиннадцатого, а уже одиннадцать.

Маргарита посмотрела на сестру так, словно вовсе и не поняла причины её возмущений, пожала плечами и невозмутимо ответила:

– Я проводила нашей дорогой гостье экскурсию по замку.

И в этот момент Стефании стало неловко, особенно от любопытных взглядов ребят.

– И ты решила это сделать именно тогда, когда мы вас ждали, – Мария то ли сама для себя в этом убедилась, то ли спросила – осталось неясно даже для неё самой, и вместе с тем укоризненно глянула на сестру.

– Точно, – покивала Маргарита, улыбаясь. – Ты же терпеть не можешь опоздания.

Мария цокнула языком и недовольно закатила глаза. Она подошла к Стефании, ласково приобняла её за плечи и произнесла, обращаясь к ребятам:

– Познакомьтесь, это двенадцатая участница испытаний, Стефания Загорская. Теперь мы можем быть чуть спокойней за наше будущее, потому как все участники в сборе.

Девочка попыталась хоть как-то приветливо улыбнуться и взаимную улыбку получила лишь от двух девчонок, одна из которых была с воздушными светло-русыми волосами и с челкой, а другая темноволосая да чуть смуглее первой.

– Мы уже потеряли всякую надежду, но наконец-то нашли эту девочку! – взяла слово Маргарита и принялась называть имена собравшихся на скамейке у фонтана, показывая на каждого поочередно пальцем: – Энис, Ника, Таисия, Роман, Ася, Элиса, Финли, Александр, Снежана, Ляна, это моя доченька и Феликс, возможно, мой будущий зять.

Среди участников прошел смешок. Ляна же весело заулыбалась и толкнула хмурого Феликса в плечо.

Теперь Стефания знала, кто ей приветливо улыбнулся в ответ – Снежана и Ляна. Девочка быстрым взглядом оглядела ребят: первый, по левую сторону от нее, с слегка вьющимися русыми волосами, вторая с каре, выкрашенным в бледно-розовый цвет, третья девочка с двумя черными косичками и в очках; четвертый, вроде бы Роман, оказался черноволосым и довольно симпатичным, у Аси были большие выразительные глаза и достаточно короткие волосы, а вот Элиса оказалась младше всех: лет десяти, со светло-русыми вьющимися волосами. Следующий мальчик имел темные волнистые волосы до плеч, а вот Александр и был старше всех на вид, с темно-рыжими волосами. Снежана и Ляна – две девчонки, которые улыбались ей. И последний мальчишка тоже темноволосый, с насмешливым колким взглядом.

– Мне очень приятно со всеми познакомиться, – произнесла Стефания и вновь постаралась улыбнуться более-менее искренне, хотя сейчас она желала закрыться у себя в комнате и ни с кем не видеться.

– Да всем плевать, приятно тебе или нет, – высказался последний из представленных, Феликс. – И вот это мы ждали тридцать минут? Сегодня жарко, между прочим, – он приложил ладонь ребром ко лбу и глянул на ясное небо с полыхающим солнечным шаром.

Огонек негодования заполыхал внутри у Стефании: её вообще легко было задеть или вывести из себя, и девочка всеми силами старалась избавиться от этой дурной черты характера. Но сейчас возникло желание влепить этому парню хороший и звонкий подзатыльник.

– Феликс, – Маргарита укоризненно глянула на мальчишку и покачала головой. – Не начинай демонстрировать свой характер или я больше не буду отпускать Ляну на ваши ночные прогулки.

Раздался дружный смешок ребят, и девчонка недовольно цокнула:

– Ну мам!

Тем временем Феликс продолжал скептически разглядывать Стефанию.

– А никого получше найти не могли? – вновь произнес он, презрительно усмехнувшись. Его явно укололо замечание Маргариты.

И Стефания, будучи сейчас не в самом дружелюбном расположении духа, не стерпела.

– Надо же, как уверенно, – хмыкнула она и подумала, что следовало все же помолчать, но не сдержалась: – наверное, долго репетировал, глядя в зеркало?

Мальчишка, самый первый, которого представили Энисом, весело присвистнул:

– Ух ты, остро, – хохотнул он, бросив в сторону Феликса быстрый недобрый взгляд. – Стефания Загорская, мне кажется, мы обязательно подружимся.

Феликс закатил глаза.

– Вычитала в книжке «Хамим красиво»?

Ребята вновь рассмеялись. Только лишь Александр, самый старший из всех, не проявил никаких эмоций, кроме нахмуренного взгляда.

– Так, прекратите! – строго воскликнула Мария. – Я не потерплю ссор в моем замке!

– В нашем замке, моя дорогая, – тут же поправила Маргарита. – И то, этот замок больше мой… – она хотела сказать что-то еще, но промолчала.

– Да если бы замок был только под твоим присмотром, то он бы давно развалился, как песочный, – поморщила нос Мария, но на сестру даже не глянула.

– Я тебе это еще припомню, – кивнула Маргарита.

– Хорошо. Я свободна по четвергам, в семь часов вечера, – спешно отозвалась Мария и уже собралась сказать что-то ребятам, внимательно следившим за их разговором, как вдруг вновь заговорила Маргарита:

– Нет, подожди, – женщина в искреннем непонимании нахмурила брови. – Что тебе не нравится в моем управлении замком?

Мария тяжело вздохнула:

– Да хотя бы то, что на прошлой неделе ты умудрилась откуда-то притащить пять енотов, которые потом разбрелись по всему замку и напакостили!

– Я хотела личный енотовый зоопарк, – возразила сестра так, словно серьезно не понимала причины недовольства. – Что в этом такого? Они милые… И, вообще-то, не откуда-то, а их Дами купил. Они были чистые и неопасные.

Стефания нахмурилась. Еноты? И кто такой этот Дами?..

– Ты устроила пожар в главном зале и сожгла дорогие шторы! – не отступала Мария. – С ними что? Просто не нравились?

– Нравились, – невозмутимо ответила Маргарита. – Забыла канделябр со свечами на подоконнике. Я такая рассеянная в последнее время…

– Это бесполезно, – тяжело вздохнула Мария и покачала головой, а потом обратилась к участникам, внимательно наблюдавшим за их перепалкой: – приношу свои извинения за неподобающее поведение. Все свободны.

– И ради этого мы все здесь собирались? – недовольно высказался Феликс.

И Стефания заметила, как Ляна толкнула его в плечо.

– Что, задело твоё самолюбие? – весело хмыкнул белобрысый парень, кажется, Энис. – Ради тебя-то, никто так не собирался.

– Зато, мы все соберёмся, когда ты вылетишь пулей с испытаний в самом начале, – не задумываясь, отпарировал Феликс.

И как гром среди ясного неба, раздался строгий, жесткий, как металл, голос Маргариты:

– Прекратить! Иначе заставлю вручную отмывать полы во всем замке! И только попробуйте не успеть до начала испытаний.

– Оу, – отозвалась Мария, уже было собравшаяся уходить. – А что, денег Дамиена уже не хватает на клининг? Все потратила?

Маргарита одарила её ледяным взглядом, что у самой Стефании мурашки пробежали по плечам. Так вот, кто такой Дами, подумала она, видимо, муж Маргариты.

– Прости, – стараясь унять смех, прошептала Мария.

«И правда, ради этого всех собрали? – пронеслась мысль в голове у Стефании. – Чтобы представить меня?»

– Мой муж хотя бы все оплачивает, твой даже алименты ребенку выплатить не может, – на секунду Маргарита призадумалась и с издевательской веселостью добавила: – да и мужем-то не был.

Стефания нахмурилась, сочла фразу Маргариты весьма грубой и решила больше не прислушиваться к их словесной дуэли. Но что ей делать именно сейчас – не понимала, а потому продолжала неловко топтаться на месте.

Мария, неодобрительно взглянувшая на Маргариту, лишь махнула рукой и совсем скоро скрылась из виду за садовыми деревьями.

Участники спешно принялись расходиться, и противный Феликс тоже пропал из виду достаточно быстро, едва ли не раньше Марии. К сожалению, ни Снежаны, ни Ляны тоже было не видать – с ними Стефания хотела бы познакомиться поближе.

– Мисс, пойдемте, – раздался рядом тихий голосок, и Стефания вздрогнула. – Я покажу вам, как добраться до комнаты.

Славная на вид, точно миловидная кукла с аккуратными чертами лица и изящными руками, облаченными в белые атласные перчатки. В черном платье с белым фартуком, – Стефания предположила, что это кто-то вроде местной горничной.

Стефания искренни полагала, что они вернутся в замок опять по какому-нибудь переходу или хотя бы через главную дверь, но служанка повела её по тропинке меж деревьев и скамеек. И вскоре они вышли к красивой белой двери, казавшейся сплетенной из одних тонких узоров.

– А как вас зовут? – зачем-то поинтересовалась Стефания, не столько из любопытства, сколько из желания прервать это неловкое молчание.

– Деяна, – раздался ровный нежный голосок. – И я представлена лично к тебе. И если тебе понадобится какая-нибудь помощь, то соверши вызов со своего телефона, на номер «56311».

– Здесь работают телефоны? – удивилась Стефания и поспешно достала смартфон из кармана шорт. – Но ведь это другой мир…

– Наш мир является Гранью, пронизывающей Землю, – любезно пояснила Деяна и принялась подниматься по лестнице. – И здесь работают все средства связи, что и у вас, а так же есть свои собственные. Но с кем-то, кто находится на Земле, ты связаться не сможешь, либо для этого нужно покупать лицензию. А на Грани ты можешь связаться с кем угодно, только вот какой еще момент… – Девушка нырнула рукой в карман на белом фартуке и достала пластиковую карточку, на которой была прикреплена обычная сим-карта, только вся синяя, с золотой изогнутой полосой. – Возьми. Местная связь.

– Хорошо, спасибо, – кивнула Стефания.

Весь оставшийся путь на третий этаж они вновь провели в молчании.

– Вот ваша комната, мисс, – Деяна открыла дверь, пропуская девочку. – Так же, у вас, как и положено быть, есть личная ванная комната, – и девушка указала рукой на небольшую белую дверь, находящуюся по левую сторону от кровати.

– Ага, – ответила Стефания. – Только называйте меня на «ты», пожалуйста.

– Никак нет, – тут же отозвалась Деяна. – По правилам Документа, служанки имеют право обращаться к игрокам только на «вы» и никак иначе. Данное правило было принято Маргаритой.

– Ладно, – вздохнула девочка. – Правила так правила…

На самом деле ей было глубоко все равно, кто и когда принял какие-то там правила. Тем более, такие дурацкие.

– Хорошего вам дня, – пожелала Деяна. – Я зайду за вами в обед и провожу вас в столовую.

Стефания кивнула, и как только служанка закрыла дверь комнаты, принялась не спеша раскладывать свои вещи, которых взяла не особо-то и много. В голове, точно рой пчел, принялись жужжать слова, некогда сказанные Маргаритой. Интересно, что же женщина сумела заметить в ней удивительного? С дрогой стороны, размышляла девочка, складывая одежду на полку, Маргарита же сказала потом, что просто решила посмотреть реакцию. Судя по тому, как они общались с сестрой, поведение Маргариты совсем неудивительно.

«Да она просто странная, так что не обольщайся. Решила поиздеваться и всё», – сделала мысленный вывод Стефания и тут же вспомнила о енотах и горящих занавесках.

Разложив все по своим местам, девочка упала на кровать и почувствовала, как некая волна наслаждения разлилась внутри неё, от того, что спина, наконец-таки, ощутила мягкую поверхность.

И девочка сама не заметила, как провалилась в сон.

Ей снились огромные игральные кубики, плавно пролетающие мимо, переходы с плавающими стенами, девчонка с розовыми волосами, которую она видела сегодня у фонтана. А потом она вдруг оказалась в коридоре с синими глянцевыми стенами, по которым, словно за тонким слоем стекла протянулись веточки различных растений и цветов. И увидела перед собой ту самую дверь, ведущую в комнату, где они были с Маргаритой. Девочка подбежала ближе и распахнула дверь, но вдруг увидела на ступеньках того самого вредного Феликса. Он нагло улыбнулся и произнес издевательским голосом:

– А я знаю тайну этой комнаты!

И разлетелось громкое эхо по всему залу, отразилось от стен и остро врезалось в уши: «Знаю! Знаю! Знаю!»

Стефания вздрогнула и распахнула глаза, чувствуя, как сильно колотится её сердце. Девочка отдышалась, встряхнула головой, прогоняя остатки неприятного сна, и слезла с кровати.

За окном вовсю сияло солнце, но здесь, к счастью, не было так жарко, как в её городе, на Земле. После сна даже прохладно стало. В открытое окно задувал легкий ветер, пропитанный морской свежестью, и Стефания втянула носом приятный влажный воздух.

– А мне здесь даже нравится, – хмыкнула она, глядя на море. И вдруг ей остро захотелось в нем искупаться.

В дверь раздался легкий стук, а после в комнату заглянула Деяна.

– Мисс, уже первый час после полудня, – сообщила она. – Я обязана проводить вас в столовую.

Стефания безразлично кивнула и последовала за служанкой, на ходу проворачивая в голове увиденный сон. Среди всех этих раздумий девочка успела предположить, что они пойдут в столовую, воспользовавшись той самой лестницей, устланной красным бархатом и с отколотой ступенькой, но служанка пересекла лишь половину коридора, а затем завернула направо, в сторону двустворчатой двери.

Дверь вывела их в полукруглый, довольно маленький зал, больше напоминающий закрытый балкон, потому как из длинных окон просматривалась часть сада; здесь же расположилась и небольшая лестница из светлого дерева, самая обычная на вид. Деяна принялась спускаться на второй этаж, и Стефания последовала за ней. Затем они вновь спустились еще по одной лестнице и оказались в длинном коридоре, шедшим легким изгибом.

– Приятного вам аппетита, Стефания, – произнесла Деяна, когда они остановились у широкой, двустворчатой двери из темного дерева.

– Спасибо, – постаралась как можно искренней улыбнуться девочка. – А вы разве не будете обедать?

– У служанок в другой час, – ответила она и поспешно удалилась.

Стефания шагнула в столовую и первым делом заметила длинный стол, расположенный ближе к окну, за которым уже сидели ребята и, завтракая, переговаривались между собой.

Пройдя дальше, девочка обнаружила у одной стены полностью стеклянный шкаф, на каждой из полок которого присутствовали надписи: «Завтрак», «Обед», «Ужин» и «Перекус». Недолго думая, Стефания открыла стеклянную дверцу и тут же, возле каждой полки высветилось меню, которое можно было листать, как на сенсорном экране, да еще и разглядывать картинки, как то или иное блюдо выглядит.

Девочка быстро выбрала крем-суп с грибами, стакан яблочного сока и пирожное, затем, немного сомневаясь, нажала на кнопку «Готово», и заказ тут же появился перед ней на серебряном подносе.

Все еще не веря в подобные чудеса, Стефания потрясенно хлопнула глазами, но все же взяла свой обед и уверенным шагом направилась к столу, правда её успел разочаровать тот факт, что свободное место было между Снежаной и Феликсом.

«Ну почему нельзя занять место где-нибудь дальше от всех?» – мысленно прохныкала она, но тут же постаралась себя успокоить, решив, что сегодня потерпит, а завтра постарается прийти раньше и занять место подальше от вредного мальчишки.

Только Стефания подошла к столу и собралась опустить поднос у свободного места, как вдруг Феликс злобно глянул на неё и уверенно заявил:

– Ты здесь сидеть не будешь.

– Эй, Феликс! – в плечо его толкнула Ляна. – Ты чего?

Присутствующие ребята заинтересованно уставились на них.

Мальчишка опять бросил колкий взгляд на Стефанию.

– Здесь нет для тебя места, – вновь произнес он и отшвырнул ногой стул. – Можешь пойти обедать в коридор, там места достаточно.

– Феликс, ты ненормальный?! – вмешалась Снежана и тут же обратилась к Стефании: – не слушай его, садись к нам. Он сейчас сам в коридор пойдет!

Девочка растерянно хлопнула глазами и от тревоги сильней вцепилась пальцами в поднос.

– Нет, спасибо, – ответила она, стараясь, чтобы голос её не дрогнул от нахлынувшей обиды. – Я не голодна, если честно.

Опустив поднос на стол, Стефания уже было развернулась, чтобы покинуть столовую как можно быстрей, но все-таки задержалась: она схватила стакан с яблочным соком и выплеснула его прямо в лицо Феликсу. Тот захлопал глазами, явно ошарашенный произошедшим, а остальные ребята рассмеялись, кто-то даже выкрикнул «молодец!», похоже это был тот самый Энис.

– Ой, я случайно, – язвительно прокомментировала свои действия Стефания и опустила стакан в тарелку с супом мальчишки: брызги так и разлетелись по его футболке.

Развернувшись, девочка поспешила удалиться из столовой, стараясь не расплакаться.

ГЛАВА 3

Кто не рискует – тот не ест пирожные

Совсем скоро солнечный шар намеревался утонуть за горизонтом до следующего рассвета. Облака, цвета спелого грейпфрута, растянулись по тускнеющему небу – глядя на них, Маргарите остро хотелось цитрусовых. Душистый чай с лимоном, разлитый по кружкам, конечно, был вкусным, но желание откусить сочное облако заволокло разум настолько, что последние слова Евгения женщина пропустила мимо ушей.

– … и игры, в принципе, можно будет скоро начинать. Ты меня, вообще, слушаешь?

Маргарита отвлеклась, уверенно кивнула.

– Да… да, это отлично, – она снова кивнула. – Все игроки уже в сборе. Жаль, конечно, что мне так и не удалось уговорить одного юношу на игры. Сильный, предельно сильный кандидат мог бы быть.

Евгений в удивлении выгнул бровь.

– Юношу? Ты ничего не говорила об этом.

Маргарита сделала глоток остывшего чая и спешно отставила кружку.

– Зачем? – она махнула рукой, устремив взгляд в сторону шуршащего моря. – Он всё равно не согласился.

У самого берега морская вода пропиталась лучами закатного солнца и стала напоминать медовый сироп.

– Так кто это такой? – поинтересовался Евгений, учтиво подливая чай в кружку Маргарите. – Почему не согласился и в чем такая его значимость?

Отпивая чай, женщина подняла глаза на Евгения, не убирая кружку от губ. Улыбка скользнула по ним: легкая, загадочная, секундой позже утонувшая в крепком лимонном чае.

– Да был один кандидат, – отмахнулась Маргарита. – Можно сказать, давний знакомый. Источник выбрал его в числе первых, а я еще до этого знала, что так и будет. Сильный соперник абсолютно для всех, необычный мальчик, скажем так. Девяносто процентов, что мог бы стать победителем. Собственно, его и хотелось бы видеть – тот, кто, действительно, мог бы оказать Источнику достойную помощь.

Вспыхнувшая заинтересованность явно сверкнула в глазах Евгения.

– Но?..

– Что «но»? – переспросила Маргарита. – Говорю же, он отказался. Я самолично к нему приходила несколько раз, но он был категоричен. До сих пор жалею, что упустила его. Впрочем, все участники уже собраны, чего теперь попусту сетовать?

Евгений молчал, затянутый в болото размышлений настолько, что даже не замечал на себе пристального взгляда Маргариты.

– Я до последнего оттягивала поиск всех игроков, – вновь заговорила женщина, не сводя взгляда с задумчивого Евгения. – Всё надеялась, что он согласится.

Маргарита опустила глаза, стоило мужчине отвлечься от размышлений на неё.

– Чем он такой особенный?

На мгновение Маргарита призадумалась.

– Необычное рождение, скажем так, – туманно отозвалась женщина. – Прости, обещала его матери хранить секрет. Но можешь не сомневаться, это сильнейший был бы игрок. И я его упустила, – она вздохнула, слегка хлопнув себя ладонями по коленям.

– А что, если… – Евгений замолчал на некоторое время, обдумывая возникшее предложение. – Что, если убрать кого-то из игроков и на это место взять его?

Маргарита усмехнулась, едва не поперхнувшись чаем.

– Ты как это себе представляешь? – поинтересовалась она, опуская почти пустую чашку на стол. – Он не согласился спустя несколько моих попыток, думаешь, согласится сейчас? Впрочем, – женщина задумчиво прищурилась, прикусив губу. – Сейчас у меня есть идея, как его можно было бы уговорить, но я же не могу просто взять и убрать какого-то участника. Да и вообще, если так всё сложилось, значит, так и нужно было. Уже поздно думать о нём.

Некоторые время Евгений молчал, наклоняя чашку из стороны в сторону и сверля взглядом остатки чая на дне.

– Что ж, – он вздохнул, поднял глаза на Маргариту. – Возможно, ты права: всё, что ни делается – всё к лучшему.

– Вероятно, – кивнула женщина и поднялась с кресла. – У нас и без него самые лучшие участники, достойные помочь Источнику. А я, пожалуй, пойду.

Дверь хлопнула, задетая сквозняком. И на губах Маргариты застыла запредельно довольная улыбка. Внутри взрывался фейерверк эмоций: от тревоги за свои действия, от страха за безопасность участников, до предвкушения большой игры и ощущения собственной победы. Она знала: ввязываясь в новую игру ради помощи Источнику, – играть будет и сама. Первый раз она выиграла, чтобы помочь Источнику, второй раз должна одержать победу, чтобы помочь не только всему миру, но и защитить новых участников, защитить семью и саму себя. И пока её сердце связано с Источником – игра будет продолжаться бесконечное количество раз, и бесконечное количество раз она обязана побеждать.

– Марго, любовь моя.

Маргарита отвлеклась от мыслей, заполонивших голову, улыбнулась Дамиену.

– Ты-то мне и нужен, – она коротко поцеловала мужа в губы. – Нужна твоя помощь.

Дамиен приобнял её за плечи.

– У тебя же есть доступ к моей карте, можешь пользоваться и не спрашивать, – он легонько коснулся губами до макушки её головы.

Маргарита цокнула языком.

– Да при чём тут деньги? Мне нужно дополнительное испытание для участников. Внеплановое.

Ничего не понимая, Дамиен нахмурил густые брови.

– Внеплановое? – переспросил он. – Но зачем?

– Оно не должно будет влиять на ход основных испытаний, – продолжила Маргарита. – Так, пустышка. Но знать об этом должны только мы, для всех остальных это полноценное испытание.

– Что ты задумала?..

– Один игрок должен будет оказаться в опасности.

Дамиен резко остановился.

– Марго, что ты задумала?!

– Это наше спасение. – И Маргарита протянула ему руки ладошками вверх. – Так ты сможешь всё организовать?

С несколько секунд Дамиен не сводил тяжелого взгляда с ладошек жены, а затем взял её за руки, нежно сжимая.

– Смогу, – твердо ответил он, поднимая глаза.

– Обожаю тебя! – точно ребенок, обрадовалась Маргарита, крепко обняла Дамиена, а затем продолжительно поцеловала в губы. – Тогда жди меня в комнате, я приду, и мы всё обсудим. А сейчас пойду съем пирожное, только молю, не говори об этом Маше, не то опять начнёт упрекать!

Дамиен легко усмехнулся.

– Договорились, – он кивнул. – Жду тебя.

Провожая мужа взглядом, Маргарита невольно заулыбалась, намеренно игнорируя тревогу, полыхающую страшным костром внутри.

– Кто не рискует – тот не ест пирожных.

ГЛАВА 4

Незаманчивое предложение

Сложилось впечатление, точно кто-то распахнул дверь и вытолкнул Стефанию из прекрасного и уютного мира снов. Девочка разлепила глаза, противно ощущая, словно ресницы её залиты мёдом, и отключила будильник, лениво проскользнув пальцем по экрану телефона. Она полежала еще несколько минут, усердно борясь с желанием закрыть глаза и продолжить наслаждаться сном: кажется, ей снилось какое-то огромное поле, усеянное цветами и дерево посреди, на высокой ветке которого располагался уютный домик.

Впрочем, Стефания могла бы махнуть на все рукой и лечь спать дальше, но решила, что пока есть время – нужно восстанавливать режим сна, чтобы к моменту начала игр не было проблем с ранними подъемами. Почему она решила, что игры будут проходить с раннего утра – она даже не задумалась. Впрочем, еще в прошлом году она вставала рано, летом и того в пять утра, а потом мастерски сбила себе режим сна, что ей не нравилось от слова совсем.

Взяв себя в руки, Стефания откинула воздушное одеяло и слезла с кровати. И именно в это, весьма неприятное мгновение утра, над светловолосой головой девочки нависло хмурое облако, пропитанное не дождем, а куда более худшими осадками – желанием спать.

«Интересно, – подумала Стефания, натягивая джинсовые шорты. – Если бы действительно над головами людей висели такие облака настроений, внутреннего состояния или… здоровья, допустим. Наверное, было бы куда проще».

Переодевшись, умывшись и немного взбодрившись от утренних процедур, девочка принялась застилать кровать, что оказалось весьма неудобным занятием, так как та была довольно большой, человека три спокойно поместятся. В результате вышло, конечно, не так идеально, как у служанок, но выглядело куда лучше, чем скомканное одеяло и валявшиеся на полу подушки – об одну из них Стефания и споткнулась, чуть не свалившись на пол. Только она наклонилась, чтобы поднять её, как вдруг, выпрямилась, заслышав легкий стук в дверь. Сложилось впечатление, словно тот, кто находился по ту сторону, в паническом страхе боялся прикасаться двери. Невидимое, но ощущаемое каждой клеткой тела сонное облако над головой чуть дрогнуло в раздражении. Но как только Стефания увидела на пороге комнаты Деяну, то тут же подобрела и даже улыбнулась молоденькой бледнолицей служанке.

– Привет, – дружелюбно поздоровалась девочка.

– Доброе утро, мисс, – вежливо произнесла Деяна. – Позвольте сопроводить вас на завтрак в столовую замка.

– А можно не идти? – вымаливающим тоном маленького ребенка заканючила Стефания. – Тем более, я совершенно не голодна. Не могу есть с утра. У вас такое бывает?

– Нет, – четко и ясно произнесла служанка. – Это приказ госпожи Маргариты.

Ничего не оставалось делать, кроме как вздохнуть, показывая все недовольство ситуацией, и неохотно поплестись за хрупкой девушкой. Весь путь до столовой Стефания провела в глубоких и тревожных размышлениях о том, какие же испытания ждут её совсем скоро и когда точно они начнутся? Ожидание чего-то неизбежного всегда хуже, чем когда то самое неизбежное случается. Вместе с тем девочка усердно старалась убедить себя, что ничего страшного на этих играх не будет, ведь Маргарита обещала, что всё под контролем, и ни одно испытание не принесет вреда. В самом деле, не будут же Маргарита и Мария рисковать жизнями двенадцати человек? А может они маньячки?

«Нет, ну это уже совсем», – подумала Стефания, мельком глянув на приближающуюся двустворчатую дверь из темного дерева.

Девочка искренне полагала, что в столовой уже собрались все ребята, и она вновь придет самой последней, однако за столом сидели три человека: две девочки увлеченно о чем-то беседовали, а самый взрослый парень расположился в отдалении от них и с сонным видом размешивал ложкой напиток в кружке.

Еще со вчерашнего дня Стефания упрямо решила, что есть здесь не будет, поэтому на ужин вчера она не пошла. Однако, вечером пришла сама Маргарита с чашкой чая да тарелкой печенья, и принялась расспрашивать о произошедшей ситуации днем. Молчать – не было никакого смысла, но девочка все-таки не выдала Феликса, а просто сказала, что случайно пролила на него сок, а тот разозлился и накричал на неё, поэтому она теперь не хочет пересекаться с мальчишкой хотя бы пару дней, пока тот не остынет. Маргарита, конечно, слабо поверила в эту историю, но настаивать на правде не стала, а вот выпить чаю и съесть печенье заставила.

Стефания открыла стеклянный шкаф, выбрала кекс с малиновой начинкой и кружку кофе, взяла свой заказ и спешно направилась к выходу из столовой, но к несчастью умудрилась в дверях столкнуться с Феликсом, чудом не расплескав кофе ему на рубашку.

Девочка подняла голову, встретившись взглядом с голубыми глазами мальчишки и совершенно растерялась в выборе своих дальнейших действий. Огрызнуться по поводу того, что нужно смотреть, куда идет? Выплеснуть кофе ему на рубаху? А может прямо в лицо? Вежливо извиниться? Нет, всё не то… поэтому, она предпочла оторопело захлопать глазами.

Феликс окинул её снисходительным взглядом.

– Стол в другой стороне, – совершенно спокойно, без единой нотки раздражения произнес он, зато вот саркастичность едва заметно прозвенела в его голосе.

Стефания натянуто улыбнулась.

– Там нет места, – ответила она и поспешила наконец уйти.

На какое-то мгновение Феликс задумчиво уставился в одну точку, так и не сдвинувшись с места, потом обернулся, безразлично глянув на удаляющуюся фигуру девчонки и направился к столу, думая о том, что ему же лучше: не будет раздражать его своим присутствием.

Стефания же, стараясь быть никем незамеченной, осторожно пробралась обратно к себе в комнату и приступила к завтраку, удобно умостившись на кровати. Через несколько минут, расправившись с едой, девочка еще полистала журнал, который прихватила с собой из дома и после решила, что можно было бы немного прогуляться по замку и изучить его. Ей было любопытно, ведь она никогда не была в замках, но вместе с тем и страшно – замок это не её пятикомнатный дом, здесь заблудиться можно в пределах уже одного этажа, а тут таких пять. И, наверняка, соблюдая все традиции, есть даже подземные ходы, коридоры и комнаты.

Стефания покинула комнату, решив, что кружку из под кофе уберет потом, когда в столовой точно никого не будет.

Для первой самостоятельной прогулки девочка решила попробовать вспомнить, как Маргарита вела её вчера в сад на знакомство с остальными игроками. Стефании хотелось вновь оказаться в том зале с огромными витражными окнами и стеклянным полом, потому как он привел её вчера в восторг.

Оглянувшись по сторонам, девочка выдохнула и решительно направилась вперед по коридору, если ей не изменяла память – где-то по правой стороне должен был быть выход в следующий коридор с лестницей на второй этаж. В полной тишине раздавались лишь её шаги по деревянному полу и сейчас они казались громче обычного; в сердце же нарастала пустая тревога будто её кто-то поругает, если увидит, что та разгуливает по замку без спроса. Стараясь хоть как-то отвлечься от ненужных мыслей, Стефания принялась разглядывать коридор, пускай в нем особо ничего не было. Первым делом взгляд упал на следующую белую дверь сразу после её комнаты. Наверное, подумала девочка, здесь тоже живет кто-то из игроков, и тут же стало интересно, кто именно оказался её соседом? Решив, что об этом она все равно рано или поздно узнает, Стефания направилась дальше, переведя взгляд на темно-синие тяжелые шторы, подвязанные серебряными лентами. На стенах редко, но встречались небольшие картины с изображением городских улиц, а так же со смешением геометрических фигур и рядом чисел.

Когда Стефания вышла к тому самому коридору с лестницей на второй этаж, то облегченно выдохнула, потому как ей казалось, что с Маргаритой они добирались до него куда быстрей, а она сейчас шла дольше и уже сомневалась в правильности выбранного пути. Спустившись на этаж ниже, девочка замерла в восторге, потому как оказалась в том самом зале, где по колоннам рассыпались созвездия. А разве, подумала она, шагая мимо колонн, не было еще одного коридора, прежде чем зайти в этот зал? Но, решив не заморачиваться, Стефания остановилась напротив одной из колонн, как завороженная уставившись на тысячи звездочек, рассыпанных по синему мрамору, соединенных между собой тонкими-тонкими линиями, почти незаметными.

– Красиво, да? – вдруг раздался через некоторое мгновение мальчишечий голос.

Стефания тут же обернулась и облегченно выдохнула, заметив, что пред ней не тот наглый и гадкий Феликс. Правда, глядя на улыбающегося парнишку перед собой, она абсолютно не могла вспомнить его имени, и чувство неловкости разрасталось внутри всё больше.

Но вдруг мальчишка тихо усмехнулся и дружелюбно напомнил:

– Финли.

Стефания и сама заулыбалась, кивнув.

– Да, точно, – сказала она. – Извини, я не очень хорошо запоминаю новые имена.

Финли пожал плечами.

– Всё хорошо, не парься, – он обошел колонну, с любопытством разглядывая её. – Тем более, имя мое не самое привычное на слух.

– Это уж точно, – усмехнулась Стефания. – А я тут гуляю по замку, стараюсь хоть немного запомнить где что находится. Лишь бы не заблудиться.

И тут же мозг её пронзила странная мысль, а тело обдало жаром: «Лишь бы сейчас не предложил провести экскурсию!»

– Да не переживай, – улыбнулся Финли. – Куда-нибудь да выйдешь. Ну или тебя найдет Маргарита.

– Звучит как-то угрожающе.

И они вместе тихо рассмеялись.

– Представляешь, какая огромная Вселенная, – вдруг сказал Финли, внимательно разглядывая созвездия на колоннах.

Стефания растерянно хлопнула глазами, не зная, как отреагировать еще. Уж лучше бы он спросил что-то из разряда химии или биологии, подумалось ей, в астрономии она была не так сильно просвещена.

– Мне кажется, это даже невозможно представить, – все таки сказала она. – Я, на самом деле, когда-то думала обо все этом, но поняла, что мой мозг начинает ломаться.

Финли весело усмехнулся.

– Это ты верно подметила, – согласно кивнул он. – Мне всегда было интересно, кто мы, как вообще всё появилось, что было, когда не было ничего и что такое ничего?

– Я смотрю, ты увлекаешься всем космическим, – подметила Стефания, каждый раз бросая в сторону Финли короткие взгляды. – Будущий астроном?

Мальчишка весело заулыбался и мотнул головой.

– Нет, – ответил он. – Это просто вопросы, которые волнуют многих, думаю. Вообще, я увлекаюсь программированием: обожаю работать с кодами всякими, программами, вычислениями.

– И взломать что-то можешь? – Стефания хитро прищурилась.

Финли заулыбался, опуская взгляд.

– Если нужно будет, то могу. Но на Грани это очень тщательно отслеживается, так что интереса ради – лучше не рисковать. А ты чем увлекаешься? – поинтересовался он.

Почему-то некоторое мгновение Стефания молчала, будто этот вопрос застал её врасплох.

– Медициной, – ответила она. – В будущем буду взламывать людей.

Финли нахмурил брови, непонимающе глянув на девочку.

И та, усмехнувшись, пояснила:

– Хирургом хочу стать.

– Ух ты, – присвистнул Финли. – Это очень здорово. И тяжело. Думаю, хирургами рождаются, а не становятся. Наверное, это уже заложено с рождения.

Стефания с некоторой лукавостью глянула на Финли.

– В смысле, что у меня не получится?

– В смысле, что не придумывай то, о чем я даже и не подумал, – тут же отреагировал он. – Я просто констатировал факт.

– Ну ладно-ладно, – Стефания рассмеялась.

– Почему тебя сегодня не было на завтраке? – спросил Финли. – Это из-за Феликса, да?

– Нет, я просто, – тут же запротестовала Стефания, но вздохнула и сдалась: – да. Просто он… мне обидно! Мы не знаем друг друга от слова совсем, а он меня уже ненавидит. Впрочем, мне хватило, чтобы понять, какой он придурок и пересекаться с ним я собираюсь как можно реже!

– У него, конечно, такой себе характер, – согласно кивнул Финли. – Пускай я тоже мало с ним знаком, но хватило. Однако с чего он так тебя возненавидел – не понимаю.

– Мне все равно, – холодно отрезала Стефания. – Пускай идет к черту.

– Но это не значит, что нужно из-за него пропускать завтраки и обеды, – Финли внимательно посмотрел на девочку. – С этим ты прекращай. Если хочешь, может садиться рядом со мной.

Стефания выдохнула. Этот разговор ей уже не нравился.

– Я люблю есть в одиночестве, – ответила она. – И я пойду уже.

И, развернувшись, Стефания спешно зашагала куда глаза глядят.

Из зала с звездными колоннами она вышла в неприметный, самый обычный коридор, изгибающийся полукругом. По двум сторонам стен бежали ряды небольших светильников, но горела лишь малая часть из них, так, что в коридоре сохранялся некоторый полумрак. Интересно, задумалась Стефания, осторожно шагая вперед, сколько у Маргариты и Марии выходит оплата за электричество? Наверное, они какие-то очень богатые дамы.

«Ничего себе, какие у моей мамы подруги», – хмыкнула она.

Из коридора в следующий зал вела массивная арка, выполненная из темного дерева – она показалась Стефании какой-то очень тяжелой и неприятной не только на первый, но на и на второй, более внимательный взгляд. Зябко поведя плечами, девочка ловко юркнула в зал, и на душе сию секунду стало спокойно. Впрочем, зал не представлял из себя что-то, что потрясло бы сознание Стефании до глубины души: нет, он выглядел достаточно обычным и простым, и кроме небольшой софы, из мебели здесь больше ничего не наблюдалось. Серо-голубые, без какой либо лишней отделки; паркет на полу в некоторых местах блестел и отражал, как зеркало, в других же оказался потертым, а три огромных окна от потолка до пола выводили на длинный открытый балкон. Стефания уже отсюда увидела простирающееся море, и поспешила в сторону балкона.

Прикрыв глаза, Стефания сделала глубокий вдох, втягивая носом свежий морской воздух. Однажды она размышляла, каково это жить возле моря, но и подумать не могла, что ей представится такая возможность, да еще и в огромном замке. На некоторое мгновение девочка вообразила, будто она какая-то принцесса и совсем скоро её ожидает бал в честь какого-нибудь праздника. Улыбка скользнула по её губам.

Море шуршало волнами, мягко, так заманчиво и успокаивающе, будто зазывало спуститься к нему, окунуться или просто посидеть на берегу. Да, подумала Стефания, оказаться поближе к морю – было бы лучше, чем просто наблюдать за ним с балкона, но она боялась, что если покинет замок, то заблудится так, что её никто не найдет. Они с мамой ездили на море несколько раз, так что виды его были ей не в новинку, но это было каким-то другим, вызывающее иные чувства. Возможно потому что мозг понимал, что всё это находится в другом мире, но принимать – не принимал.

Возможно, Стефания так и продолжила бы наслаждаться видами, но внимание её привлекла небольшая дверь, расположенная ближе к правому краю балкона. Любопытство захлестнуло её сознание, и она зашагала к двери, будучи уверенной, что та, скорее всего заперта. Но дверь открылась легко. Удивившись сей факту, Стефания шагнула в длинный коридор. По одной стороне, вдоль всей стены тянулся длинный диван, обитый малиновым бархатом; освещение здесь тоже в основном преобладало в малиновых тонах и выполнено оно было в виде светодиодных лент, протянутых по потолку. Стефания слегка удивилась столь современному дизайнерскому решению, впрочем, как она успела заметить, интерьеры замка были выполнены в разных стилях. Малиновый коридор, как назвала его девочка, вывел в совсем обычный зал с голубыми стенами, диванами, хрустальной люстрой и пианино в центре.

Стефания переходила из одного коридора в другой, из одного зала в следующий, даже прошла по балкону, крытому стеклом, пока не оказалась в жилой части второго этажа. Это она поняла по более обжитому виду коридоров и стилям дверей, предназначенных для комнат.

– … да, двенадцатый игрок нашелся, – послышался мужской голос из-за двери, неподалеку от которой была Стефания, и она навострила уши, ведь говорили, судя по всему о ней. – Не знаю, какая-то неприметная девчонка с Земли. Да помню я, – раздраженно выдохнул мужчина спустя некоторое время молчания, – наблюдать за всеми, особенно за Францем. – Мужчина вновь замолчал. – Каким образом я узнаю про эти браслеты? – Уже более раздраженно спросил он. – Да-да, не умничай. Сам бы всё и делал. Всё, пока.

Стефания вздрогнула от звука телефона, брошенного на стол. Встряхнув головой, девочка поспешила покинуть данное место как можно быстрей. Из-за того, что речь в какой-то степени была о ней, она ощутила зародившуюся тревогу, но решила не накручивать себя раньше времени. Однако в голове зародился план: втайне проследить за этим мужчиной – по одному неясному разговору он уже показался ей подозрительным и. кажется, опасным. Впрочем, подумала она, направляясь в сторону своей комнаты, следовало бы присмотреться и к Маргарите с Марией, вдруг все они в каком-то нечистом сговоре? Стефании было крайне неприятно думать о женщинах в таком ключе, ведь они еще и лучшие подруги её мамы, но тревога успешно застилала весь имеющийся разум.

«Я просто буду держать ухо востро», – пытаясь успокоить себя, размышляла она.

Остановившись у своей комнаты, Стефания оглянулась по сторонам: в коридоре было всё так же пусто и тихо, и на душе у девочки всё больше разрасталось чувство одиночества и безысходности – ей придется здесь остаться и поучаствовать в играх. Светлую надежду давала лишь мысль, что на первой же игре она проиграет и вернется домой. И тогда впереди у неё будет еще много летних дней, которые она проведет со своей подругой-одноклассницей Ритой – Стефании сейчас очень не хватало её. А ведь Рита даже ничего не знает и не подозревает, и что вероятно, уже спрашивала у её мамы, куда она, Стефания, делась. Интересно, задумалась девочка, что мама ответила? Наверное, что-то в духе: Стефания уехала на отдых по путевке, которую раздобыл отец.

Стефании безмерно хотелось рассказать всё случившееся Рите, чтобы и самой успокоиться, и подругу успокоить. Девочка невольно задумалась, может можно как-то позвонить тому, кто находится на Земле без той лицензии, о которой говорила Маргарита? Решив хотя бы попробовать, Стефания нырнула рукой в карман шорт и тут же замерла, вытаращив глаза. Телефона не было.

«Я точно его брала!» – промчалась мысль, от которой сердце забилось еще более тревожно.

Изнутри обдало жаром, и девочка оглянулась, будто в надежде увидеть телефон где-то рядом на полу или на подоконнике.

– Не это ищешь? – вдруг раздался за спиной мальчишечий голос.

Стефания мигом обернулась, и злость заклокотала внутри, стоило только увидеть Феликса с её телефоном в руках!

– Отдай! – заявила девочка.

Феликс выгнул бровь и совершенно спокойно протянул ей телефон.

Некоторое мгновение Стефания просто смотрела, почему-то не решаясь подойти ближе и забрать смартфон. Но все таки она быстро шагнула, выхватила телефон и отшагнула назад.

– Но советую поставить блокировку, – сказал Феликс. – А то будешь и дальше разбрасываться телефонами…

– Ты что, лазил в нём?! – от негодования Стефания сжала кулаки и злобно глянула на мальчишку.

Но тот оставался совершенно спокоен и равнодушен.

– Я? – чуть усмехнувшись, переспросил он. – Нет привычки проверять чужие телефоны, так что успокойся.

Ничего не ответив, Стефания лишь хмурым взглядом проследила, как Феликс направился в сторону двери, неподалеку от её комнаты.

– Ты живешь в этой комнате? – поинтересовалась она, надеясь услышать отрицательный ответ.

Мальчишка пожал плечами.

– Ну да, а что? – и он хитро усмехнулся. – В гости хочешь зайти?

– Хочу как можно реже с тобой пересекаться! – холодно заявила Стефания и, решив закончить диалог, запрыгнула на один из подоконников и принялась набирать номер одноклассницы.

Сведя брови к переносице, Феликс задержался на пороге комнаты, а затем обернулся и внимательно уставился на девочку.

Набрав номер, Стефания приложила телефон к уху, но почти сразу же с досадой взглянула на экран, так как раздались короткие частые гудки. Но девочка вновь набрала номер, и вновь услышала всё то же самое.

– Дай угадаю, – скрестив руки на груди, усмехнулся Феликс. – Звонишь кому-то на Землю?

Стефания подняла на него ледяной взгляд.

– Не твое дело.

Феликс оттолкнулся плечом от стены и сделал пару шагов в сторону девочки.

– Да уж, умом ты явно не отличаешься, – сказал он. – И как тебя вообще выбрал Источник?

Стефания вздохнула и вновь посмотрела на мальчишку исподлобья, а затем жестом попросила подойти ближе.

Удивленно дернув бровью, Феликс все же подшагнул ближе.

– Будешь меня донимать – придушу ночью подушкой, – Стефания натянуто и мило улыбнулась. – Соседи ведь, – она быстро смерила взглядом расстояние между комнатами.

А затем вновь уткнулась взглядом в экран телефона.

– Для не особо сообразительных, раскрою страшный секрет: если у тебя нет Лицензии, ты не дозвонишься на Землю, – с долей насмешки сказал Феликс.

– Я знаю. – Холодно и твердо заявила Стефания.

– Ух ты, – делано удивился Феликс. – А не видно.

Раздраженно громко выдохнув, девочка спрыгнула с подоконника и спешно направилась в сторону своей комнаты.

– Ты мне, кстати, испортила любимую футболку, – припоминая вчерашний обед, сказал вслед Феликс. – Пускай это будет на твоей совести.

Стефания остановилась и, чуть обернувшись, смерила мальчишку взглядом.

– У меня совесть хотя бы есть, – отпарировала она и зашагала дальше к комнате.

На короткое мгновение Феликс нахмурил брови, а потом вдруг задумчиво улыбнулся уголком губ.

Глубоко вздохнув, Стефания упала на кровать и прикрыла глаза. День только начался, а она уже от него устала, и как бы ни старалась отвлечь себя иными мыслями, все равно возвращалась к словам того мужчины. Он с кем-то обсуждал браслеты, говорил о слежке и о ней самой! Где-то очень глубоко и очень тускло, так, что невообразимо трудно почувствовать, все же поблескивала надежда, что она всё не так поняла, так как даже не слышала полного разговора с обеих сторон. Но блеск угасал.

«Черт побери, во что я ввязалась?» – со вздохом подумала Стефания и зажмурилась так сильно, что мелкие точки замельтешили в темноте.

Девочка распахнула глаза и тут же вскочила с кровати – ничего кроме черноты она не видела. Сердце заколотилось в бешеном ритме, с каждым своим ударом посылая импульсы страха и паники. Стефания принялась оглядываться и нащупывать вещи рядом с собой: спинка кровати, подушка, тумбочка… Но и ощущения теперь тоже пропали. Девочка глубоко задышала и постаралась сосредоточиться на голосе, шедшим откуда-то издали, глухом, скомканном, абсолютно неразборчивым.

Стефания замерла, всеми усилиями отодвинула панику на задний план и прислушалась. Голова гудела, особенно пульсировало жаром в висках, и будто стараясь умерить эту боль, пальцы невольно сжали покрывало на кровати.

Голос приближался. И в черноте замаячили тусклые буквы: их было так много, они, будто стая рыбешек в пруду, неугомонно сновали из стороны в сторону. А затем вдруг сложились в её имя, другие же попросту растворились в темноте.

– Стефания, – совсем рядом раздался голос.

Кто-то сжал её плечо и слегка встряхнул.

Стефания распахнула глаза, сделав глубокий вздох. Сверху вниз на неё тревожно смотрела девочка из команды игроков, Снежана.

– Ты весьма крепко спишь, – сказала она, чуть улыбнувшись. – Прости, что разбудила. Я стучала, но ты не отвечала, поэтому я заглянула и… в общем, ты не пришла ни на обед, ни на ужин, и Маргарита, узнав об этом, отправила проведать тебя. На самом деле я бы и сама пришла, а не только потому что Маргарита так сказала. У тебя же всё хорошо? Если что, ты всегда можешь ко мне обращаться, не стесняйся.

Нахмурив брови, Стефания сонно смотрела на девочку.

– Что? – спросила она.

Снежана хлопнула глазами и только было собралась что-то снова сказать, как Стефания резко обернулась к окну: на улице уже был закат! Затем она глянула на часы и непонимающе мотнула головой, не веря, что уже восьмой час вечера.

– Я… Что, я проспала до самого вечера?! – изумленно спросила Стефания, а затем, прикрыв глаза, выдохнула. – Какой ужас. Казалось, я просто закрыла глаза на пару минут.

Снежана тепло улыбнулась.

– Всё нормально, – успокоила она. – Ты попала в другой мир, всё навалилось… конечно, тебе нужно пару дней чтобы привыкнуть.

Стефания раздосадовано цокнула языком и вздохнула.

– А что-нибудь перекусить уже поздно? – поинтересовалась она.

Глаза Снежаны тут же радостно загорелись.

– Нет конечно! – девочка вскочила с кровати. – Пойдем! Слушай, а почему ты утром не стала завтракать в столовой? – осторожно спросила Снежана, когда они вышли из комнаты. – Это из-за Феликса?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.