Кирилл Кудряшов
Круги на воде

Считается, что большинство войн в истории мира, случились из-за любви. В пример, почему-то, всегда приводят Троянскую войну, причиной которой считают Елену Троянскую, знаменитую разве что чуть меньше, чем Троянский конь. Спорный вопрос… Кто знает, как давно нарастали противоречия между Грецией и Троей, и не послужила ли измена Елены лишь поводом для того, чтобы Минелай бросил свои войска на неприступные стены ненавистного ему города?

Но я что-то не припомню, чтобы жена или любовница Гитлера сбежала в Польшу, спровоцировав Вторую Мировую, или чтобы герлфренд Наполеона переметнулась в Россию в 1812-м году.

Войны происходят от ненависти. От любви же происходит кое-что другое – глупости и недоразумения, зачастую становящиеся трагическими.

Сколько молодых парней побились насмерть на своих машинах, просто ради того, чтобы сидящая рядом с ними девушка мечтательно произнесла: "Какая же классная у тебя машина!"? Сколько молодых людей ввязывались в драки, доходящие до поножовщины, просто ради того, чтобы покрасоваться перед своей возлюбленной? А сколько девушек сбегали из дома, чтобы быть вместе с теми, кого они любят, а потом оставались и без мужа, и без крыши над головой, потому что подлецы нередко маскируются под честных и добрых людей.

Говорят, что любовь зла – полюбишь и вонючее животное с большими рогами. Еще говорят, что любовь – это болото, в котором тонут два идиота. Второе выражение – как раз про меня, а история последнего месяца моей жизни – великолепная иллюстрация этой поговорки.

Месяц назад, шагая в распахнувшееся передо мной зеркало, я и не подозревал о том, что этот шаг будет шагом в болото, из которого нет спасения… Впрочем, к чему сгущать краски? К чему драматизировать? Ведь в этом болоте было много хорошего, а все происшедшее я могу назвать болтом в первую очередь потому, что выбраться из этой истории, как и из трясины, оказалось невозможно.

Я встретил ее в Клубе Одиноких Сердец, более известном в Медянске под аббревиатурой КОС. Собственно, когда КОС только начинал свою работу, он действительно задумывался как место встречи тех, кто хочет найти свою вторую половинку, и лишь затем, когда КОС стал постоянным местом встречи более двух сотен человек, начальство задумалось о смене названия, ибо у многих КОСовцев (как, собственно, и у меня) на пальце было обручальное колечко. Народ встрепенулся и дружно проголосовал за то, чтобы КОС остался КОСом, ибо как не называй селедку попугаем – ни летать, ни чирикать она все равно не будет. Название не меняло ничего – суть клуба определяли люди, регулярно приходившие туда по вечерам четвергов… И КОС, переросший из места встречи в место общения, так и остался КОСом – веселой тусовкой молодых и не очень молодых людей. Большой и шумной компанией, внутри которой бурлила жизнь и кипели страсти. Компанией, в которой я встретил Сашу…

Даже сейчас я затрудняюсь сказать, чем она покорила меня, ибо я уже попросту не помню ее. Не помню ту Сашу, что встретил в моем родном мире – память услужливо подбрасывает лишь образы и воспоминания о другой. О той, что создал я сам, отправляясь в этот мир. А ведь они совершенно разные. Реальная девушка, и девушка моей мечты!

Сложно выложить на бумагу все те чувства, что вихрем завертелись в моей голове при встрече с ней. Нет, это не была любовь с первого взгляда, ибо я вообще не верю в этот феномен. С первого взгляда возникает влечение, чаще всего – сексуальное, и не более того. Я полюбил ее с первого слова. С того момента, когда она, посмотрев на меня, спросила: "Ты, наверное, и есть тот самый Артем?"

Почему "тот самый"? – ответа на этот вопрос я так от нее и не добился. Должно быть, кто-то из моих новообретенных знакомых в КОСе успел рассказать ей про меня, и, видимо, что-то хорошее. Но это было не так уж и важно. Следующий час мы не отходили друг от друга, обмениваясь шутками и веселыми историями из жизни, в результате чего, сами того не желая, собрали вокруг себя немалую толпу КОСовцев, желавших внести свой вклад в веселую беседу. Собственно, ничем другим, кроме болтовни, в КОСе и не занимались…

А потом, отделавшись ото всех, мы уединились в дальнем уголке клуба, и уже там, вмиг став серьезными, говорили обо всем, о чем хотели, делясь друг с другом самым сокровенным. Мы как будто были созданы друг для друга! Мы одинаково смотрели на многие вещи, любили одну и ту же музыку, одни и те же фильмы… Разница в возрасте – пять лет, в беседе со многими казавшаяся мне непреодолимым барьером, в разговоре с Сашей не ощущалась совершенно. Она понимала меня, как никто другой, и это было прекрасно.

Чем же она покорила меня? Своим таинственным взглядом из-под приопущенных ресниц? Она всегда и на все смотрела так, чуть прищурив глаза, не то выражая презрение к этому миру, не то просто защищая глаза от яркости красок жизни. Хотя, быть может, все было проще, и Саша попросту была чуток близорука, но стеснялась одеть очки, и потому прищуривала глаза? Я не знал этого тогда, и уж тем более не знаю этого сейчас.

Даже моя Саша – та, которую создал я, и та не знает ответа на этот вопрос. Она прищуривает глаза просто потому, что делала это всегда. Всю свою жизнь, которую она помнит, но которой, на самом деле, никогда не было.

Быть может, меня покорил ее звонкий голос, переливавшийся в моей душе всеми тональностями звука. Быть может, ее внешность в целом? Она была маленькой и хрупкой – почти наполовину ниже меня, от чего во мне периодически вспыхивал инстинкт первобытного самца. Защити слабую самку… Наверное поэтому говорят, что большие женщины созданы для работы, а маленькие – для любви. Люди, сами того не сознавая, слышат голос предков из своей крови. Генетическая память – штука серьезная.

Я мог бы описывать ее бесконечно долго, но вместо этого скажу лишь одно. Саша была самым прекрасным созданием, которое я встретил в своей недолгой, но богатой приключениями жизни.

Мы расстались тем вечером только для того, чтобы на следующий день встретиться вновь. Мысль о том, чтобы пригласить Сашу к себе, созрела у меня в голове спустя пять минут после того, как я, проводив ее до метро, двинулся ловить троллейбус. "А почему бы, собственно, и нет?" – спросил я себя, и тут же, не колеблясь больше ни секунды, набрал номер ее мобильного.

"А почему бы, собственно, и нет?"

Теперь, оглядываясь назад, на свою жизнь, я понимаю, что именно этот принцип испортил мне все. Я всегда делал то, что хотел, руководствуясь логикой "Чтоб было!" Если мне чего-то хотелось, и я не видел причин мешавших этому желанию – я исполнял его, даже если не видел в этом особой необходимости. Необходимость не необходима! Достаточно лишь одного желания.

Наверное, именно поэтому я и научился входить в зеркала… Потому, что этого мира было недостаточно для того, чтобы исполнять мои желания.

"Почему бы и нет?" – спросил я Сашу, когда она спросила "Зачем?".

– Почему бы тебе просто не заглянуть ко мне? Попить чаю?

– Но мы можем встретиться через неделю в КОСе.

– Мы и встретимся. Но до того – встретимся еще раз.

Это была логика человека, привыкшего получать то, чего он хотел. Логика избалованного ребенка, которому родители покупают ту игрушку, в которое их чадо ткнет пальцем. В тот день я хотел Сашу!

Не знаю, отдавала ли она себе отчет в том, что колечко на моем безымянном пальце – это не просто модная и блестящая штуковина, которую я ношу ради своего удовольствия. Может быть она просто не уделила этому достаточно внимания? Но уж придя ко мне она не могла не почувствовать женской руки в доме. И, конечно же, она почувствовала ту ауру, что навсегда остается в доме, в котором есть хозяйка. Ауру, которую типичный мужчина не ощутит никогда в жизни.

– Ты женат? – напрямую спросила она меня. Спросила неожиданно, но не похоже было, что она пытается застать меня врасплох. Это было сказано настолько будничным тоном, каким я мог бы спросить "Ты любишь мороженное"?

– Да, – поставив на стол чашку чая, ответил я.

– Давно?

– Почти три года.

– Где она сейчас?

– На работе… Вернется к шести часам. К этому времени тебе, я думаю, лучше будет уйти.

– Тогда что я делаю здесь сейчас?

– Пьешь со мной чай.

Это был ответ из той же оперы, что и "А почему бы и нет"? Моим кредо было "Идти по жизни проще!". Не создавать проблем там, где их нет, принимать наиболее простые и наиболее логичные решения. Логика компьютера – единицы и нули, ничего больше. Никаких "может быть", никаких "не знаю". Только "да" и "нет"!

Саша была не глупа! Не смотря на свой третий курс какого-то дизайнерского института и не смотря на свою привлекательную внешность. Чушь, что девушка бывает ИЛИ умная, ИЛИ красивая. Человек, красивый в душе, красив и внешне, вот только в обратном направлении этот принцип не работает. А Саша была красива в душе. В ее глазах светился разум – я видел, что она обдумывает ответ, анализирует свои дальнейшие действия, и что самое важное, что еще больше тянуло меня к ней – она пыталась "просчитать" меня.

Думаю, что я зря пошел учиться на психолога. За все пять лет институт так и не научил меня ничему сверх того, что я знал сам. А я знал, как "просчитывать" людей, как предугадывать их действия, как читать мысли в их глазах… А значит и как управлять людьми! И Саша, я видел это в ее взгляде, тоже владела этим искусством. И сейчас мы не пили чай – сейчас мы стояли друг против друга на вымышленном поле боя, существовавшем лишь в наших умах. Сейчас мы сражались с ней, ведя разведку боем. Пытаясь понять, кто из нас сильнее, а главное – понять, враги мы друг другу, или союзники.

Я нашел ответ на эти вопросы давно. Саша, похоже, еще нет.

– Мне религия запрещает встречаться с женатыми мужчинами, – сказал она.

– А я – атеист, – парировал я.

Поединок умов, оружие в котором – слова. И противники были достойны друг друга…

– Я не хочу никому причинять боли…

– Тогда просто не бей никого.

Я знал секрет победы в любом споре или диалоге. Свести его к абсурду, разбить все сложные аргументы противника о камни моих единиц и нулей. Она не знала что ответить…

– Артем, пойми, я не хочу разрушать семью. Твою семью!

– Представь, что ты – связка динамита, – начал я, – И ты лежишь себе в кармане у профессионала-подрывника. И вот он закладывает тебя под фундамент дома, предназначенного под снос, и подносит спичку к фитилю. Бабах! Дома больше нет! Скажи, кто виноват в гибели здания? Неужели ты?

Рискованный ход. Я никогда бы не рискнул повести диалог в таком направлении, говори я с обычной девушкой. Обычная девушка, стандартная как пробка на "Coca-kol'e", любит во всем быть главной. Ей не понравится аналогия с динамитом – она ощущает себя подрывником, пусть и никогда не поймет, что является даже не динамитом, а лишь спичкой в руках человека. Нет, серной головкой на этой спичке!

Но я верил, что Саша – необычная девушка!

И не ошибся!

– Не я, – ответила она, – Но и не подрывник.

– А кто же тогда? – улыбнулся я, уже чувствуя, что победа у меня в кармане. Любой диалог – сражение, либо, если повезет – дружеский поединок. Особенно если твой собеседник имеет IQ выше ста двадцати.

– Те силы природы, что заложены внутри динамита, то есть внутри меня. Ты прав, Артем. Налей-ка мне еще чайку!

Это было поражение, которое она милостиво согласилась заменить на боевую ничью. Я проиграл, но иногда и проигрывать бывает приятно.

И практически до самого возвращения Томы с работы, мы говорили. Говорили обо всем, о чем только можно. Она очаровала меня, и я уверен, продлись наша беседа еще пару часов, и я выболтал бы ей все, вплоть до своего самого главного секрета. Умения входить в зеркала!

Когда она поднялась, чтобы уйти, бросив мимолетный взгляд на часы, я понял, что хочу пойти за ней. Пойти на край света, если потребуется, только бы обладать ею!

– Мне пора, – сказала она, – Скоро вернется твоя жена, а тебе еще нужно замести следы своего преступления.

– Стереть отпечатки пальцев? – усмехнулся я, – Ну, во-первых, у нас с Томой, как это модно нынче говорить, свободная любовь. А во-вторых, ведь мы же не совершили ничего предосудительного?

– Открой Библию, Тема! – назидательно посоветовала мне она, – Прочти, что там сказано о возжелавшем чужую жену? Прелюбодействует ли он?

Я вновь был разбит, в который раз за день. Впервые мои единицы и нули оказались бессильны против красноречия и очарования. Нет, я пошел бы и дальше конца света, ради того, чтобы она была моей. Но лучше, чем кто-либо, я знал, что такие женщины не принадлежат никому. Саша была воздухом, которым следовало дышать, закатом, которым следовало любоваться. Огнем, который согревал… Разве может простой смертный обладать огнем? Он может лишь призвать его себе на помощь! Разве может закат принадлежать кому-то одному?

Саша была не просто дорогой игрушкой, она была луной, которую маленькие дети так хотят достать с неба. Звездой, которую влюбленные подростки обещают подарить своей избраннице.

Как же я хотел звезду!

В тот день я еще не задался вопросом, может ли человек, страстно желающий держать в руках звезду, довольствоваться ее отображением в воде. Я и не мог задуматься об этом, ибо тогда еще не сознавал отличий между звездой и ее отражением, тем более, что различия эти не так уж и велики.

Спустя пол часа с работы вернулась Тома… Моя жена Тамара, которую я, в кругу хороших знакомых, обычно именую Томагавком. Старая добрая шутка – жена у меня не из индейцев, просто зовут ее Тамарой, и гавкает она часто. На самом деле, это, конечно же, всего лишь шутка, но в каждой шутке, как известно, есть лишь доля шутки…

Тома вернулась, а значит прекрасный день закончился. Начинался обыденный вечер.

Помните "Щоу Трумэна"? Историю человека, однажды обнаружившего, что всю жизнь он прожил в нереальном мире. Что всю жизнь, от самого его рождения, он был героем реалити-шоу, длившегося 24 часа в сутки. Миллионы телезрителей во всем мире наблюдали, как Трумэн растет, влюбляется, спит и чистит зубы… На него делались ставки – в каком возрасте он впервые переспит с девушкой, набьет ли морду своему сопернику и т.д. Ради него построили целый город, ставший одной громадной декорацией. Город, все обитатели которого – актеры.

Наибольшую прибыль приносила реклама, но так как показ "Шоу Трумэна" не прерывался ни на секунду и вставить ролики очередных прокладок с крылышками было некуда – рекламу вставляли в само шоу! Компании-производители платили баснословные деньги за то, чтобы Трумэну навязывали именно их продукты, и в результате его жена, приходя домой из магазина, комментировала каждую жестянку, которую доставала из сумки. "Это, дорогой, новый "Пэдигри-комплит меню"! Он сделает твою шерсть мягкой и шелковистой! И если раньше твои волосы были сухими и безжизненными, то теперь они будут жирными и шевелящимися!"

И Трумэн жил в этом сумасшедшем доме, искренне полагая, что так живут все.

Но я-то не Трумэн! И про меня никто не снимает шоу!

Или снимает?!

Нет, моя Тома – не сериальная жена, получающая деньги за каждую ночь со мной. И доставая продукты из сумки, она не нахваливает их картинно-рекламными фразами. У нее есть другая любопытная особенность – она говорит, совершенно не интересуясь вопросом, слушают ли ее…

Впрочем, в этом Томогавкином пороке отчасти виноват я. Уже в первые пол года брака мы оба почувствовали, что начинаем отдаляться друг от друга, но оба старались не подавать виду. И вот итог – я провожу весь день с Сашей, а Тома, приходя домой, рассказывает как прошел день у нее. Она – радио. Она – звуковой фон, который сопровождает мой ужин. Я редко задумываюсь, о чем она говорит. Как правило лишь поддакиваю в нужно время, и все…

А Тома продолжает говорить, совсем как сериальная жена Трумэна, которая просто не имела права молчать, ведь контракт обязывает…

– И ты представляешь, она еще смеет обвинять меня в том, что это мой отдел плетется в хвосте фирмы! Да видела бы она годовой отчет, который, кстати, я и составляла! Да ее бы к такому документу и на километр не подпустили! Кралья!

– Точно! – соглашаюсь я, пережевывая пельмень и думая о Саше, – Кралья! Самая настоящая кралья…

Интересно, как эта самая "кралья" пишется? С мягким знаком, или без? И вообще, есть ли такое слово в словаре русского языка? Впрочем, наверное все же есть. Иначе как, кральи есть, а слова нет?

– А Сергей Анатольевич мне, значит, говорит: "Тамара Петровна, а не могли бы вы…"

Нет, не Томагавк. Гавкает она, на самом деле, редко. Зато трандычит постоянно.

– Тома, а ты слышала, вчера Владимир Кличко под машину попал.

– Да ты что? Хороший был человек… А он в нашем подъезде жил? Ну ничего, все там будем… Так вот, я Сергею Анатольевичу говорю…

Я давно замечал, что она слышит меня также, как я ее. Между нами слишком широкая пропасть. Ее уже не только не перепрыгнешь – через нее уже невозможно даже докричаться друг до друга. И Томина болтовня – это, пожалуй, всего лишь защитная реакция. Ее способ врать самой себе, что все хорошо. Что у нас счастливая семья, и вот сейчас мы оба пришли с работы и оживленно обсуждаем сегодняшний день.

Пусть так… Побуду немного Трумэном. Пусть Тома убеждает саму себя в том, что ее семья близка к идеалу, если ей это нужно. Хотя в глубине души и она знает, что брак по любви (а точнее – по мимолетно вспыхнувшей страсти), давно превратился в брак по расчету.

Тамара – начальник какого-то отдела в какой-то крупной дизайнерской компании. Никто этого не афиширует, но отбор кандидатов на высокие посты там ведется очень и очень строго. По заданию совета директоров кадровики тщательно проверяют личное дело каждого претендента, вплоть до его родословной и связей на стороне. Мне это больше напоминает какой-то шпионский роман, ибо по рассказам Томы каждое брошенное в стенах компании слово будет кем-то подобрано и подшито в специальную папочку.

Пять лет назад напился и по пьяни разбил машину? – Тебе не место в руководящем звене. Твоя троюродная сестра сидит за убийство, а ты смеешь носить ей передачки? – Ты недостоин того, чтобы подняться выше повдала это фирмы. Тебе двадцать пять, а ты еще не замужем? – Ты можешь претендовать только на место старшего менеджера…

У Томы блестящий послужной список, два высших экономических и папа – директор одного из крупнейших банков в Медянске, с которым, кстати, близко сотрудничает Томина компания. Она – финансовый гений, но она точно знает, что весть о ее разводе тут же облетит совет директоров, и за ней начнут приглядывать…

Логическая цепочка: неблагополучная семья – развод – нервы – сотрудница на взводе – она допускает ошибки – фирму ждет скорое банкротство.

Да, в теории это так. А на практике? На практике Тому ненавязчиво "уйдут", как только она совершит первую же ошибку. И та же "кралья", быть может, работающая с ней на одном этаже, с готовностью донесет на нее вышестоящему начальству. Быть может, ей отдадут Томино место. А быть может, она просто получит от этого моральное удовлетворение.

"Пациент, вспомните, пожалуйста, самый счастливый случай в Вашей жизни. – О, да, доктор! Вчера сосед на новеньких "Жигулях" в столб въехал!"

Кроме чужих неприятностей есть и другие радости в жизни… народная мудрость, однако.

Поэтому, спустя три года, последний из которых мы спим на разных кроватях и в разных комнатах (Тома жутко пинается во сне, а я – храплю как ржавая газонокосилка), мы все еще муж и жена. И Тому ценят на работе уже только за то, что она – бизнес леди, под каблуком которой живет ее мелкий и незаметный муженек. Она – сильный человек, а ее конторе нужны сильные люди.

А кто же я? Зачем этот брак мне?

Три года назад я думал, что люблю ее… К тому же, это был вызов! Влюбить в себя случайную девушку, встреченную на одной вечеринке. Красивую, сексуальную, и при этом еще и умную. Тот самый принцип: "А почему бы и нет?!" Приглашая Тому на наше с ней первое свидание, я еще не знал, кто она, а точнее – кто ее отец. А когда узнал… Когда я узнал об этом, вызов просто стал более серьезным.

Бедный студент ухаживает за дочерью директора банка. Это произвело фуррор в кругах моих знакомых, и долгое время я купался в лучах славы.

Нет, это была не любовь – всего лишь яркая и обжигающая вспышка страсти, которая потухла в первую брачную ночь. Сладок лишь запретный плод. Когда Тома наконец-то очутилась в моих руках, ощущение поединка с самой жизнью пропало. А когда мы с ней отправились в Тунис, в медовый месяц, оплаченный ее отцом – я понял, что совершил ошибку.

Впрочем, нет. В тот момент я еще не понял ничего. Я был ослеплен собственной удачей и считал, что теперь моя жизнь обеспечена до самого ее финала. Никогда не понимал мужчин, комплексующих из-за того, что их жены зарабатывают больше них самих. Красивая и богатая жена – что еще нужно для счастья?! Сиди у нее на шее и болтай ногами! Наслаждайся жизнью, строй ее по своему усмотрению!

А еще через пол года я впервые шагнул в зеркало, и пиджак альфонса-подкаблучника, вдруг, стал мне не в пору. Теперь я мог сам обеспечить свою жизнь – такую жизнь, какую хотел я. Жизнь, свободную от обязательств и шаблонов… Но обручальное колечко уже сидело на моем пальце.

Да, дорога назад была, и остается даже сейчас. Но я не хочу! Все и так хорошо… Да, все считают меня подкаблучником, живущим на содержании жены, но я то знаю, что это не так. Тома считает, что у меня небольшая практика в каком-то центре душевного здоровья, где мне платят неплохие деньги – и пусть и дальше считает! На деле же я свободен! Мне не нужно вставать рано утром и идти на работу – если мне что-то нужно – я просто подхожу к зеркалу, и мгновение спустя уже исчезаю в нем. А затем возвращаюсь из этого зазеркалья с тем, за чем я уходил.

Тома искрененне поражалась, откуда в Новый Год я притащил несколько сахарных, истекающих соком дынь. Она хлопала в ладоши и смеялась как ребенок, когда я рассказывал ей, что один мой пациент привез мне этот подарок откуда-то с югов. Хотя, если честно, я и сам не знаю, возможно ли даже на югах зимой выращивать дыни…

Вся мебель в доме, вся бытовая техника – все оттуда. Пусть Тома считает, что я зарабатываю лишь немногим меньше нее, раз каждый месяц у нас дома появляется новый компьютер, взамен морально устаревшего. Пусть она радуется, когда на каждый праздник я балую ее изысканными деликатесами, которых даже ее папочка никогда не ел в своих заморских командировках. Пусть… Мне не так уж трудно…

Хотя протащить сквозь зеркало громадный плазменный телевизор было не так-то уж и просто!

Зазеркалье! Мое зазеркалье! В детстве я думал, что когда-нибудь обязательно совершу великое открытие, и подарю его всем людям без исключения, чтобы каждый мог взять себе его кусочек.

Счастья! Счастья для всех, сразу! И пусть никто не уйдет обиженным!

Но мировая история не знает таких прецедентов. Все, что было открыто или изобретено, в первую очередь пытаются заставить приносить деньги своим хозяевам. Каждый работает исключительно на себя, и я, открывший дорогу в параллельные миры – не исключение.

Я мог бы подарить Зазеркалье военным, и они обязательно повернули бы его так, чтобы увеличить военную мощь России. Я уже представляю гигантское зеркало, через которое я перевожу в наш мир чудовищные ракетоносцы с баллистическими ракетами.

Я мог бы открыться медикам, и стать проводником в иные миры для смертельно больных. В миры, в которых атмосфера убивает рак, но не причиняет вреда здоровым клеткам… Или в миры, вода в которых излечивает от синдрома Дауна…

Мог бы, но не сделал этого. И, я уверен, и вы поступили бы также.

Представьте, что вы случайно стали обладателем ТАЙНЫ! Скажем, вы нашли озеро, искупавшись в котором раз в год можно смыть с себя бремя этого самого года, то бишь, проще говоря, помолодеть на 365 дней. Вы искупаетесь? Без сомнения! А придете туда год спустя? Конечно же! Быть может, даже, спустя месяц. А расскажете ли вы кому-то еще? Вот это уже вопрос посложнее.

Своей престарелой бабушке? Своей матери, которой вы обязаны всем, что имеете? Своей жене или своему мужу?

А что, если целебные силы озера могут иссякнуть? Нет, я не утверждаю этого, но и не говорю обратного. Что, если оно способно омолаживать только одного человека? Вдруг если ваша жена/муж окунется в его воды, целебной силы уже не хватит на вас?

Ну хорошо, допустим, что волшебства в озере хватит на двух человек. Вы расскажете о нем своей второй половинке? А что, если у этой самой второй половинки есть любовник/любовница? А может быть внебрачный сын, к которому она испытывает жуткое чувство вины. Ведь она приведет его к озеру!

Целебных вод хватает на двоих, но не иссякнет ли волшебство, если им воспользуется третий?

А что, если у этого любовника/любовницы/внебрачного ребенка есть кто-то еще? Улавливаете логику? Рискнете ли вы раскрыть ТАЙНУ, если сами толком не знаете ее природы?

Да и вообще… Мать когда-то давно выгнала вас из дому, когда вы вернулись домой заполночь, вдребезги пьяный, с полуголой девицей подмышкой. Жена не позволила посмотреть поединок Кличко с Бердом, заявив, что без очередной серии своего "мыла" она зачахнет и умрет. Сын… Сын вообще постоянно приносит из школы двойки! Охламон! В кого он вообще пошел?! Явно не в вас! Быть может жена гульнула где-то на стороне?

Достойны ли они того, чтобы знать ТАЙНУ?

Кому вы доверяете на все 110%? Я, вот, только себе. Поэтому мое Зазеркалье оставалось моим, и я никому не собирался его отдавать.

Оно было моим! Но зеркала больше не пускают меня к себе. Я больше не отражаюсь в них, застряв в одном из сотен тысяч миров, вертевшихся бешеной каруселью вокруг меня. Поэтому мой вам совет, наткнувшись на ТАЙНУ трижды подумайте, стоит ли поднимать ее с земли. А уж если подняли – оглядитесь по сторонам, нет ли кого-нибудь, кто захочет разделить ее с вами. Если вы нашли озеро бессмертия – подарите его жене и ее любовнику. Пусть передерутся из-за него!

Тома для меня – маскировка. Пусть мои друзья-приятели думают, что я живу нахлебником, сижу на шее богатой женушки. Для настоящих друзей это не так уж и важно, а что касается всех остальных, то мне не слишком-то важно, что думают обо мне они. Иногда я чувствую себя этаким Джеймсом Бондом, который женился просто ради того, чтобы его не раскрыли…

Я мог бы притащить из других миров столько золота, что смог бы купить банк Тамариного папочки. Да что банк, я мог бы выкупить обратно Аляску, если бы захотел. Но это привлекло бы ко мне слишком пристальное внимание, которое мне не нужно.

Зеркала были моей игрушкой, и я не хотел, чтобы у меня ее отобрали.

Я вполне отдавал себе отчет, что лишь играю. Играю с зеркалами, с путешествиями в иные миры. Играю со своей жизнью! И часто думал о том, что повзрослев, перестану испытывать потребность в подобных играх, и тогда я подарю кому-нибудь свою ТАЙНУ. Не вышло… Теперь не тайна принадлежит мне, а как раз наоборот. Я принадлежу тайне…

Я хорошо помню тот день, когда я впервые шагнул в зеркало два с половиной года назад. Еще бы, ведь этот день перевернул всю мою жизнь!

Тома уже ушла в свою контору, которую я про себя называл "арийской" за ярко выраженное стремление к чистоте рядов, а я же собирался на работу, прихорашиваясь у зеркала. Ну, "прихорашиваясь" – это, пожалуй, слишком громко сказано – я причесывал свою отросшую шевелюру, повязывал галстук и т.д. Начинающий психолог должен выглядеть подобающим образом, как, впрочем, и любой начинающий специалист.

Традиционно я беседовал сам с собой, а точнее – со своим отражением в зеркале. Уже не помню, что точно я говорил – должно быть, подбадривал себя, напоминая себе о том, что я не так уж плох, как думает мое начальство, что все у меня получится и т.д. В общем, обычная чушь… Потом я сбегал на кухню, налил себе стакан минералки и, стоя перед зеркалом, поднял стакан, поднимая тост за самого себя.

– За тебя! – сказал я своему отражению в зеркале, и мое отражение, взяв стакан в правую руку, тоже подняло его, беззвучно произнося мои слова.

В правую руку! Я правша…

В первое мгновение я не понял ничего – просто что-то показалось мне странным. А секунду спустя я весь покрылся холодным потом, и отшатнулся от зеркала, бешено моргая глазами. Я ущипнул себя, дернул за волосы, и только тогда вновь рискнул поднять глаза на свое отражение. Тот я, я из Зазеркалья, по-прежнему держал стакан в правой руке…

Когда-то давно, еще когда я учился в 11-м классе, изучая физику на том примитивном уровне, что дает нам среднее образование, учитель ошарашил нас простым, но неожиданным вопросом: "Почему зеркало путает право и лево, но не путает верх с низом"? Ответ должен был основываться на знании хода лучей в зеркале и т.д. и т.п. Но на первый взгляд это действительно казалось странным. Встаньте перед зеркалом и внимательно вглядитесь в него. На вас смотрите вы сами! Ваша точная копия, за одним маленьким исключением… Надпись на его футболке будет читаться не привычно по-русски слева направо, как-то по-китайски, справа налево! Помашите своему отражению правой рукой, и оно махнет вам левой.

В зеркале всегда все наоборот… Правая сторона становится левой, левая правой, и лишь верх и низ по-прежнему остаются верхом и низом.

Но мое отражение держало стакан в правой руке!

Не веря своим глазам я шагнул к зеркалу, и едва не отпрянул, когда отражение сделало шаг ко мне. Оно было всего лишь отражением, и лишь повторяло мои действия… Вот только повторяло оно их в точности – если я делал шаг правой ногой, то и оно ставило вперед правую ногу. Зеркальная симметрия пропала, как будто ее и не было…

Я протянул правую руку и коснулся зеркала указательным пальцем… Повторите это действие, и вы увидите, что ваше отражение вытянет левую руку, и его указательный палец окажется точно напротив вашего. Повторите это, и тогда вы поймете, что испытал я, когда мое отражение вытянуло ПРАВУЮ руку, и его указательный палец уперся в зеркало сантиметрах в тридцати от моего! Но и на этом чудеса не закончились.

Зеркало поддалось под давлением моего пальца. По ровной стеклянной поверхности побежали круги как от камня, брошенного в воду. И круги от моего прикосновения встречались в кругами, шедшими от прикосновения к зеркалу моего отражения с той стороны!

Я надавил сильнее, и мой палец прошел насквозь… Я не ощущал ничего необычного – не смотря на то, что внешне зеркало теперь напоминало водную гладь, я не ощутил ни перепада плотности, ни перепада температуры.

Зато меня самого бросило в холод. Когда я увидел торчащий из зеркала указательный палец моего отражения!

Я отдернул руку, и мой двойник сделал то же самое. На его лице застыло то же самое выражение удивления и ужаса, которое, наверное, было и на моем.

Мой палец свободно проходил сквозь зеркало, значит должно было пройти и все остальное!

Да, было страшно. Да, было ощущение, что я вхожу в темную пещеру, над которой высится гора, с которой в любой момент может сорваться камнепад, который навеки замурует вход. Но с другой стороны мне представлялась возможность сделать то, чего до меня, наверное, не делал никто.

"А почему бы и нет?"

И я, закрыв глаза, двинулся вперед, мысленно стараясь успокоить трепещущее в груди сердце, и думая о том, что хорошо бы на той стороне меня ждал флакончик валерьянки… Зеркало было достаточно широким для того, чтобы в него свободно прошли мои плечи, и я шагнул вперед, наклонив голову и ожидая удара лбом о холодное стекло. Но удара не было. Не произошло вообще ничего, только мои колени ударились о дверцу шкафа, на котором висело зеркало.

Я открыл глаза, и первым делом опустил взгляд вниз. Верхняя часть моего туловища торчала из зеркала, висевшего на дверце шкафа в коридоре до мельчайших подробностей напоминавшем мой собственный. Повернул голову и скосил взгляд назад – увидел белую матовую поверхность, по которой шла мелкая рябь, время от времени подгоняемая более крупными волнами.

Как ни странно, но в этот момент, в момент истины, когда я впервые оказался в другом мире, первой моей мыслью было "Интересно, как я сейчас выгляжу с той стороны?" Автоматически я представил себе свои ноги, оканчивающиеся задницей, оставшиеся в моем мире, при том, что все остальное исчезло в зеркале, больше напоминающем теперь мутную воду.

Тут же я подумал и о другом… Если находясь "там" я видел палец моего отражения, прошедший сквозь зеркало, то почему сейчас, стоя между мирами, я не вижу задницы своего зеркального двойника, который, по логике, должен был бы стоять сейчас в той же позе, что и я. Однако с этой стороны зеркала никакой задницы не наблюдалось вообще… Ни моего двойника, ни моей собственной. Последнее, впрочем, было делом легко поправимым…

Я перегнулся через край зеркала и, коснувшись пола руками, втащил свою филейную часть в этот мир, вместе с последовавшими за ней ногами. Никаких ощущений… Никаких жутких видений, сопровождавших Кинговское джонтирование, никаких головокружений, свойственных героям различных фантастических романов, шагающих в параллельные миры. Вообще ничего особенного – как будто я всего лишь пролез в окно…

Ничего особенного за исключением того, что я только что прошел через зеркало…

Я вновь ущипнул себя, хоть и сам не верил в то, что это может оказаться сном. Таких реальных снов не бывает! Нет, щипок ощущался вполне явственно, равно как и прохладный линолеум на полу под моими ногами.

Я поднялся во весь рост и взглянул в зеркало. Мое отражение смотрело на меня недоумевающим взглядом. Я махнул ему правой рукой, и мой двойник махнул мне в ответ. Разумеется, тоже правой… Как будто я смотрел не в зеркало, а в окно, за которым стояла моя точная копия…

Я помахал рукой перед зеркалом. Двойник поступил точно также. Я резко шагнул вправо, затем также неожиданно пригнулся и дико замахал руками, не отрывая взгляда от зеркала. Мой двойник скопировал все движения в точности, без малейшей паузы на обдумывание. Даже его напряженно-растерянный взгляд был точной копией моего! Сомнений не было, если мы с моим отражением поменялись местами, то оно в данный момент точно также не понимало происходящего, как и я. От этого мне стало смешно…

И вместе со смехом в голову пришло воспоминание о допотопной английской комедии из серии о мистере Питкине. Сцена оттуда весьма напоминала происходившее со мной…

"Мистер Питкин в тылу врага"… Питкин – редкостный балбес, волею случая оказался на фронте второй мировой и каким-то образом оказался в глухом немецком тылу. И тут судьба делает ему подарок – Питкин оказывается точной копией одного нацистского генерала. И вот классическая сцена для комедий 50-х годов – Питкин и генерал стоят по разные стороны пустой рамы. Одинаково одетые, абсолютно идентичные друг другу. При чем Питкин, дабы не быть пойманным, отчаянно изображает генеральское отражение. Генерал поправляет галстук – Питкин делает то же самое. Генерал приглаживает волосы рукой – Питкин повторяет этот жест. Генерал поправляет торчащий из кармана цветок – Питкин обнаруживает что этого цветка у него как раз нет…

Генерал слегка озадачивается, видя что его отражение не совсем точно повторяет его действие, и в этот момент отражение, то бишь Питкин, стоящий позади пустой рамы, делает презрительный взмах рукой, мол, "Ну и черт с ним!" и со всей дури бьет генерала в глаз… Финита ля комедия… Генерал в ауте, Питкин в бегах.

Я улыбнулся своему отражению, и оно улыбнулось мне. Если мой двойник повторяет мои действия осознанно, то этот шаг точно застанет его врасплох! И коротко размахнувшись я ударил в зеркало, целясь в лоб своему отражению.

Кулак прошел зеркало легко, не ощутив ни малейшего сопротивления, зато мое отражение тут же расплылось в поднятых ударом волнах. А в следующее мгновение я ощутил сразу два удара – костяшки моих пальцев больно стукнулись обо что-то твердое на той стороне и, одновременно, вылетевший из зеркала кулак на полной скорости стукнул меня по лбу, отбросив назад…

Сидя на полу и ощупывая гудящий лоб я пришел к выводу, что эксперимент показал следующее а) мой двойник – действительно мое отражение и он копирует мои движения неосознанно; б) каким-то образом в тот момент когда я вошел в этот мир мое отражение отправилось в тот, из которого пришел я; в) у меня неплохой удар правой; и г) я – идиот!

От последней мысли я расхохотался, признавая ее абсурдность и полное соответствие действительности, и мой двойник в зеркале тоже засмеялся, одной рукой поглаживая ушибленный лоб, а другой – отгоняя мельтешащие перед глазами звездочки.

Я поднялся на ноги и огляделся по сторонам. Да, это была моя квартира или, по крайней мере, абсолютно идентичная ей. Страха я больше не испытывал. Тот факт, что и я, и мой двойник, смогли спокойно залепить друг другу по лбу говорил о том, что проход в зеркале не закрылся, и я в любой момент могу вернуться обратно. Как, собственно, и мое отражение.

Рабочий день явно полетел в тартарары… Даже если я прямо сейчас вернусь домой, в свой мир, и налепив пластырь на лоб пойду на работу – выслушивать жалобы на жизнь своих клиентов я не смогу. Осознание того, что я владею ТАЙНОЙ распирало бы меня так, что в конце концов я обязательно лопну…

Так что я принял абсолютно логичное решение в той ситуации и, расставив приоритеты, решил прогуляться по этому миру. Посмотреть, чем же Зазеркалье отличается от того мира, в котором я жил всю свою жизнь…

Мое отражение последовало моему примеру и, с любопытством озираясь по сторонам, исчезло из моего поля зрения…

Я прошелся по квартире, выглянул в окно, постоял на балконе… Не знай я, что только что прошел сквозь зеркало – ни за что не почувствовал бы себя путешественником по параллельным мирам. Все вокруг было привычным и обыденным. На бельевой веревке сушилось Тамарино белье, в шкафу висела моя одежда. Вешалка, на которой должен был висеть пиджак пустовала – логично, ведь этот пиджак был на мне. Точнее – на моем отражении, которое в этот момент, должно быть, исследовало мой мир.

Заглянув в ванную комнату я бросил взгляд на зеркало. Из него на меня глянула моя же побитая физиономия… Я подмигнул ей правым глазом – физиономия подмигнула мне своим. Это меня успокоило еще больше, так как я убедился, что путешествия моего двойника по моей квартире абсолютно идентичны тем, что предпринимал я, бродя по его жилищу. А значит, вздумай я вернуться домой – эта мысль посетит и его голову.

Учитывая, что думали мы, наверное, также синхронно, мое отражение успокоилось и покинуло ванную одновременно со мной, должно быть решив, что как только ему захочется домой – захочется и мне.

Я усмехнулся этой мысли – глупый двойник не понимает, что он всего лишь двойник а не оригинал… Оригинал – я! И тут же улыбка сошла с моих губ – а что, если отражение как раз я, а не он?!

Впоследствии подобные мысли не раз приходили мне в голову, но я гнал их прочь, не давая оформить прописку в моем сознании. Таких жильцов лучше гнать сразу, а то потом приживутся, буянить начнут, баб наведут… нет, об этом лучше не думать.

Я хотел, было, выйти на улицу – прогуляться и осмотреться, но в этот момент, проходя через гостиную, обнаружил одно единственное различие между моим миром и Зазеркальем. Различие, которое и предопределило дальнейшие два с половиной года моей жизни… На столе стоял пузырек. Небольшой такой пузырек с настойкой валерьяны! Я долго и тупо всматривался в него, никак не понимая почему меня так смущает и настораживает его присутствие. В моей квартире – в той, в которой я собирался на работу до того, как обнаружил что в зеркале живет не мое отражение, а мой двойник, никакой валерьянки на столе не было и быть не могло…

И вдруг я вспомнил, как пролезая через зеркало с гулко бьющимся в груди сердцем я мысленно пожелал чтобы в том, зеркальном мире, меня ждал флакончик валерьянки! Зазеркалье подстраивалось под меня, давая мне то, чего я хотел!

После этого мне действительно потребовалась валерьянка!

Так я сделал главное открытие в своей жизни. Не знаю, как, не знаю, почему, но я обладал талантом проходить в зазеркальные миры, которые я сам и создавал. Остаток дня до прихода Томы (которой я, естественно, решил ничего не говорить) я посвятил экспериментам… Бесчисленное количество раз я перелезал сквозь зеркало в другой мир, и возвращался обратно, проверяя все новые и новые свои догадки.

Это было невероятно интересно и захватывающе! Я чувствовал себя маленьким ребенком, впервые оказавшимся на улице без присмотра взрослых. Ребенком, который может теперь ежесекундно открывать все новое и новое в этой жизни!

Я вернулся к себе, с удовлетворением отметив, что мой двойник тут же нырнул через зеркало к себе домой. Вернулся, тщательно оглядел всю свою квартиру ища следы присутствия двойника или какие-то изменения. Не нашел… затем ушел в Зазеркалье вновь, концентрируясь на мысли о том, что хочу, чтобы на столе в зале стоял здоровенный ананас.

Ананас оказался там, где я и хотел, и таким, каким я его представлял!

Помните радость Джона Коннора, обнаружившего что терминатор по его приказу начинает как идиот подпрыгивать на одной ноге? "Класс! Собственный терминатор!" А теперь вообразите мою реакцию на свой собственный мир. На такой мир, каким я хочу его видеть.

Больше всего меня интересовало, куда уходит мой двойник. Если он уходит в мой мир и делает в нем все то же, что я делаю в его – в таком случае он и переходит сквозь зеркало с теми же мыслями что и я. Однако вернувшись обратно я не обнаружил у себя в квартире никаких признаков пребывания там ни моего двойника, ни валерьянки, ни ананаса.

Вновь уйдя в Зазеркалье я нашел у себя на столе (пардон, на столе своего двойника) маркер и, написав на бумажке первое, что пришло нам ум (а на ум мне пришло самое часто употребляемое и безгранично многозначное слово "бля"), я пришпилил ее на кнопку прямо напротив зеркала. Таким образом, если мой двойник в моем мире полностью повторяет мои эксперименты, значит и в моем мире на стене появится эта маленькая табличка.

Вернувшись я обнаружил девственно чистые обои без следа кнопок или бумажек. Это было очень странно, учитывая что я своими глазами видел, как двойник пришпандоривает это "бля" на мои обои…

Следующим, что меня заинтересовало, было то, почему просунув голову в зеркало я не вижу под собой тело моего двойника, который в этот момент точно также пытается увидеть в моем мире мои ноги… Это тоже был момент, достойный экранизации в какой-нибудь комедии. Я просунул руку в расступившееся передо мной зеркало, и рядом с моей рукой из зеркала тут же появилась рука моего зеркального двойника. Я схватил его за руку и резко дернул на себя… Хотелось же увидеть своего двойника стоящим рядом со мной! Вот только в ту же секунду чья-то рука на той стороне зеркала крепко вцепилась в мою, и дернула меня так, что я, потеряв равновесие, буквально пролетел через стекло.

– Сволочь! – со злостью сказал я своему отражению, и отражение ответило мне тем же.

Значит с двойником мне не повидаться и не поговорить. Со злости я несколькими ударами разломал стул из гостиной и бросил его прямо перед зеркалом. Отражение на моих глазах сделало то же самое, так что логично было предположить что дома меня ждет бардак…

Однако коридор моей квартиры был чист, а мой стул по-прежнему стоял в гостиной!

Окончательно отчаявшись разобраться в законах переходов в Зазеркалье и обратно, я плюнул на них и решил просто пользоваться своим новым даром. В конце концов, я ведь не технарь, которому просто на роду написано тщательно изучать все события и закономерности их появления. Я типичный гуманитарий, да к тому же еще и редкостный раздолбай! Так что мне оставалось лишь пользоваться своими возможностями, стараясь лишь особо не злоупотреблять ими.

Казалось бы, чего проще, мысленно создай себе мир в котором ты будешь королем, и живи там! Но во-первых мне как-то особо не улыбалась перспектива жить в выдуманном мире, каким бы идеальным он не казался, а во-вторых я хорошо помнил сказку Бажова о муравьиной тропке. Помните мальчика, которого муравьиная тропка вывела к этакой каменной пещере, в которой валялось абсолютно ничейное золото? Халява, господа! Вот только, чем больше золота мальчик набирал, тем уже становился вход в пещеру. Сама судьба противилась тому, чтобы он вынес оттуда больше, чем ему было нужно.

И я, воспитанный на подобных убеждениях, хоть и понимал что это глупо в наш капиталистический век, но все же не мог позволить себе взять больше, чем мне нужно было для счастья.

Поэтому все эти два с лишним года я заглядывал в Зазеркалье лишь за тем, что мне было необходимо в данный момент. Это было так просто… Хочешь фруктов – пожелай попасть в мир, в котором на столе в твоей комнате стоит громадное блюдо фруктов. Хочешь новый телевизор, но не знаешь какой? Входи в мир, в котором на твоем столе лежит куча денег, и в этом же выдуманном мире отправляйся выбирать телевизор.

Да, я спокойно мог проносить из мира в мир практически любые предметы. Великолепную компьютерную технику, мебель… Я даже поставил в своем кабинете громадное зеркало чуть ли не во всю стену, заявив Томе, что такая уж у меня странность, хочу видеть себя в БОЛЬШОМ зеркале! На деле причина была прозаичной – очень многое из того, что я хотел бы перетащить в наш мир, попросту не пролазило в маленькое зеркало в коридоре!

Правда это повлекло за собой новую проблему – теперь я не мог позволить себе оказаться рядом с Томой в кабинете при включенном свете. Я думаю, ее весьма удивило бы, что ее отражение меняет право на лево, а мое почему-то не хочет этого делать.

Заодно пришлось отказаться от ношения дома футболок с надписями – у меня, в отличие от всех нормальных людей, в зеркале они читались слева направо…. Да и зеркальных витрин на улице я теперь стал побаиваться.

За все хорошее приходится платить… Помнится, это доказал один из героев "Незнайки на Луне", который, путешествуя в поезде, вдруг обнаружил что с верхней полки капает халявная газировка, и тут же пристроился ловить ртом эту живительную влагу. Бутылка наверху плавно наклонялась все ниже и ниже, поток напитка постепенно усиливался, и наш герой все больше и больше радовался неожиданной халяве. Финал был предсказуем – бутылка накренилась слишком сильно и полетела вниз. Точно в физиономию любителя бесплатных напитков…. Мораль сей басни такова: коли вам на голову падает халява – подбираем ее столько, сколько можем унести, и бегом оттуда, пока не упало что-нибудь еще!

Единственное, что отказывалось перебираться из Зазеркалья в мой мир и наоборот – информация! Абсолютно любая информация на абсолютно любом носителе, каким бы он ни был. На принесенном "оттуда" телевизоре полностью отсутствовали товарные знаки, на жестком диске компьютера – все, абсолютно все файлы, не говоря уже о том, что внешне весь компьютер был чист как маска хирурга! Даже Тома как-то мимолетно удивилась, что у меня на столе стоит монитор без указания сделавшей его фирмы, и даже подписи к кнопкам настройки куда-то пропали. Видела бы она клавиатуру с идеально белыми кнопками, которую я притащил вместе с этим монитором!

Да чего там клавиатура – даже пакет молока, проходя через зеркало, лишался всех без исключения подписей. Даже знакомое и любимое с детства "Молоко" пропадало, словно потерявшись по дороге. Исключение не делалось ни для чего, даже для бирок на моей одежде… Но вот что еще интересно, если в зеркало я входил в спортивных штанах с надписью "Nike", то на той стороне исчезала, но стоило мне вернуться обратно – "Nike" переставал быть пиратской подделкой и вновь становился "Nike'ом". Думать над этой загадкой было также бесполезно, как и над всеми остальными…

А загадок было много. Очень много!

К моменту знакомства с Сашей путешествия в Зазеркалье уже давно стали для меня обыденной вещью. Это было как… как почисть зубы! Встал утром – хочется кушать. Тома как всегда укатила на работу, съев какой-то жалкий бутербродишко и запив его чашкой кофе. Будь прокляты женские диеты, мешающие им приготовить законному мужу чего-нибудь посытнее. Варианты: сварить себе чего-нибудь, хотя ба даже банальных пельменей, или разогреть пиццу недельной давности, лежащую в холодильнике? Или сесть за руль и отправиться в ближайший ресторан. Первое не позволяет делать гордость – чтобы зять президента Медянского муниципального банка ел какой-то фаст-фуд, да еще и собственного приготовления?! Никогда! А второе – лень. Спускаться вниз, в гараж за машиной, ехать до ресторана, заказывать завтрак и терпеливо ждать еще десяток минут, пока мне его приготовят? Ну нет уж!

Для меня, лично для меня, владельца ЗАО "Сафари в Зазеркалье" и единственного его клиента, есть способ проще. Сконцентрироваться на желанном завтраке (обеде/ланче/полднике, а к ужину приедет Тома и чего-нибудь сообразит на стол), представить, как он стоит на столе в кухне и ждет меня… И одним уверенным шагом перейти границу миров. Реального мира и Зазеркалья, подчиняющегося моим желаниям. Войти на кухню, и вуаля! Вкусный горячий завтрак перед нами.

Теоретически я мог бы пожелать даже полуголых танцовщиц (а под настроение, так и совсем голых), который танцевали бы для меня под восточные мотивы, пока я буду совершать обряд приема пищи. Но только теоретически, потому как все это я считал излишним… Ибо кроме принципа "А почему бы и нет" я исповедовал и еще один: "А на хрена"?

Помните короткий армейский анекдот: "Сержант, стройте взвод! – А на хрена? – Тогда не надо". В этом и был мой второй жизненный принцип. Если ответа на этот философский вопрос нет – строить взвод не нужно.

Смысл жизни, господа, в тонком балансировании между "Почему бы и нет?" и "А на хрена?", при чем первый вопрос зачастую является ответом на второй. Жизнь вообще простая штука…

Поэтому танцовщицы никогда не сопровождали мои пиршества. Поэтому я никогда не просил у зеркал дать мне мир, в котором я мог бы править каким-нибудь могучим племенем или целой страной. Вообще, по вселенским меркам, я просил у зеркал слишком малого.

До того дня, когда я встретил Сашу…

Ту ночь я не спал. Благо, что мы с Томой спим в разных комнатах – она в спальне, которая некогда была НАШЕЙ, а я – на диване в своем кабинете. Мне вообще уютнее у себя, в своем кабинете, дверь в котором запирается на замок. Наверное это стремление к уединению пришло ко мне из детства, в котором у меня не было своей комнаты…

Благо, что Тома не слышала как я ворочаюсь почти всю ночь, пытаясь уснуть, и думая о ней. Не о Томе, конечно… О Саше!

Да, она была звездой. Далекой, манящей и яркой. И не моей!

И не было шанса, что когда-нибудь она станет моей!

Я навел о ней справки – обзвонил своих друзей, также как и я часто бывающих в КОСе. Судя по их рассказам, не смотря на ее первую фразу при нашем знакомстве: "Так ты и есть тот самый Артем?" – в клубе она была гораздо большей знаменитостью, нежели я.

Чем был известен Артем Валентинов? Своим веселым и разбитным нравом, умением всегда оказываться в центре внимания и репутацией задорного выскочки. А, ну и, конечно же своим амплуа безнадежного плейбоя и бабника. Хорошо, что Тома всегда кривила носом при малейшем упоминании о КОСе – для нее клуб был сборищем бездарностей, не знающих, куда себя приткнуть в этой жизни. Наверное, к этим же бездарностям она относила и своего мужа… Ну и пусть, зато она никогда не видела, как парни толкают меня локтем в бок, показывая взглядом на новенькую девушку, только что пришедшую в клуб. Этот взгляд всегда означал одно и тоже: "А слабо ее… ?" Под многоточие каждый подставлял определенный глагол в зависимости от степени своей испорченности. Я, например, предпочитал глагол "охмурить"…

Удивительно, что за год моих посещений клуба мы с Сашей ни разу не встретились… Хотя, конечно, КОС большой и народу в нем много. Не исключено, что мы часто виделись в толпе, но никогда не обращали друг на друга внимания. Мало ли девушек и парней приходит в клуб чтобы пообщаться и найти себе пару (а то и две).

Какой же виделась КОСу Саша? Девушкой-спичкой, романы которой были скоротечны и доставляли ее временным избранникам больше горя, чем радости. Девушкой-интеллигентом, которая в свои двадцать лет, еще будучи студенткой, уже заработала репутацию одного из лучших дизайнеров Медянска. Ее, безусловно, ждала головокружительная карьера, и она, в отличие от меня, не собиралась посвящать всю свою жизнь поиску развлечений. Вполне возможно, что через пару лет ее бы пригласили в "арийскую" контору, где работала моя Тома – "арийцы" всегда отбирали себе только самое лучшее.

Впрочем, тогда мне еще казалось, что когда-нибудь и в моей заднице перестанет играть детство, и тогда я заброшу КОС и прочие тусовки, и стану строить свою жизнь по-настоящему, на совесть, а не как первые два поросенка в известной сказке.

Не хотелось бы сравнивать эту прелестную девушку с поросенком, но аналогия напрашивалась сама собой. Если я был Нуф-нуфом или Ниф-нифом, то Саша уж точно была Наф-нафом, который, как известно, построил свой домик из кирпича (а в более поздних версиях сказки – из железобетона, обшив его изнутри кевларом и сделав вместо окон бойницы, чтобы обороняться от волков…).

По ее глазам в тот день я видел, что я для нее – даже не увлечение, а, своего рода, интересная книга, которую необходимо прочесть, почерпнуть из нее знания, и отложить на полку… Она видела во мне не человека, а лишь собеседника, и уже это не могло не радовать.

Но я хотел большего!

Впервые я пожалел о том, что я женат. Впервые захотел настоящей, а не иллюзорной свободы. Впервые по-настоящему позавидовал ветру, которого не держит никто и ничто.

Но в то же время, я ведь мог стать ветром! Не здесь, а в Зазеркалье. В моем Зазеркалье, которое я, как профессиональный портной, могу перекраивать по своему усмотрению. Я могу использовать свою дар по полной программе, построив свой мир. Мир, в котором уже не я буду увлечен Сашей, а она мной.

Создать не только свой мир, но и свою Сашу!

В тот момент я ни в коем случае не думал о том, чтобы навсегда отправиться в этот зазеркальный мир. Для меня тогда это было лишь новой идеей, новым развлечением, своеобразным отпуском, в котором я могу завести легкий курортный роман. Подержать звезду в руках и повесить ее обратно на небо, ведь по большому счету, зачем мне звезда? Рано или поздно приедается даже ее яркий свет, и хочется снять ее с потолка и выкинуть в окно, а вместо нее включить старую, но такую простую и надежную "лапочку Ильича".

Жизнь – это баланс между двумя вопросами, определяющими ее смысл. И принимая какое-либо решение я должен был взвесить ответы на них на весах своего сознания.

Итак, "почему бы и нет?"

Потому, что я никогда не делал этого? Но все в жизни когда-то бывает в первый раз.

Потому, что я не знаю, смогу ли я создать мир, кардинально отличающийся от этого? Вот попробую и узнаю наверняка.

Потому, что этот "отпуск" займет не час не два, как завтрак в Зазеркалье или выбор нового компьютера в магазине из нереального мира. Потому, что я так и не знаю, покидаю ли я этот мир совсем, или мое место занимает мой двойник. Потому, что я не знаю, что делает этот двойник в мое отсутствие…

И, наконец, просто потому, что я боюсь!

Оставалось узнать, уравновесит ли "А на хрена" те пункты, которые требовали равновесия.

Я хотел уйти в Зазеркалье потому, что… Потому, что я не привык проигрывать, а Саша обыграла меня в моей же игре и по моим же правилам. Я должен был отыграться если не "здесь", то хотя бы "там". К тому же, кто знает, может быть победа "там" поможет мне выиграть "здесь"?

Потому, что я хотел подержать в руках звезду…

И, наконец, потому, что "А почему бы и нет?"… Ведь, пожалуй, в этом мире меня ничто не держало по-настоящему.

Круг замкнулся. Одна чаша весов перевесила другую. Решение было принято…

Утром, когда Тома ушла, я ушел в Зазеркалье с мыслью, что впервые проведу там не час и не два, а несколько дней, или даже недель.

На кухонном столе я оставил записку для Томы, в которой сообщил, что мне срочно нужно было улететь во Францию – об этом меня попросил один постоянный и весьма дорогой мне клиент. У него там, в Париже, умер отец, и он просил меня отправиться с ним чтобы помочь пережить это горе. Причина не лучше и не хуже других – Тома знает, что я неплохо говорю по-французски, и что вполне в моем стиле вдруг сорваться куда-то по просьбе малознакомого человека.

Если мой двойник окажется здесь, и если он не дурак, то увидев записку он сориентируется, что с ней делать. Я бы все понял, так что, надеюсь, поймет и он…

Одевшись я стоял перед зеркалом, тщательно представляя мир, в который хотел бы попасть. Мир, в котором ничто не помешает мне быть вместе с Сашей. Мир, в котором все будет подталкивать Сашу ко мне!

Во-первых, там я хотел бы выглядеть для нее героем, а значит, должен буду спасти ее от какой-то опасности. Я, конечно, время от времени посещаю тренажерный зал и когда-то в ранней юности увлекался каратэ, но на терминатора, конечно же, не тяну… Но то в этом мире! Мне остается лишь попасть в мир, в котором мои скромные способности будут верхом человеческих возможностей. Пусть в этом Зазеркалье радиус Земли будет раза в два меньше! Слабое Земное притяжение даст мне невероятные по меркам тамошним меркам способности!

Но какими же тогда будут люди, населяющие эту Землю? Будут ли они коротышками или, наоборот, длинными жердями? Знание законов физики подвело меня… Но что мне физика и астрономия?! Мне, творцу миров?! Я просто хочу, что Зазеркалье было точно таким же миром, как мой, стой лишь разницей, что гравитация в нем была бы вдвое меньшей!

Таких глобальных опытов с Зазеркальем я еще не проводил, но искренне надеялся, что ни к каким катастрофам это не приведет…

Какой же должна быть жизнь в этом мире, чтобы привлечь Сашу ко мне? Может быть там будет бушевать война, в которой я стану вождем и поведу своих солдат к победе? А не убьют ли меня на этой войне, даже не смотря на мои сверхспособности? Тогда, может быть, война уже закончилась и я уже давно справедливо царствую в новой русской империи?

Ага, а Саша – моя фрейлина, которая, конечно, тут же бросится в объятия своего монарха. Бред!

Тогда…глобальная катастрофа, но без огня и дыма, без ядерных взрывов и супергриппа, уничтожающего цивилизации. Пусть однажды утром Саша проснется, и обнаружит что в эту ночь все люди исчезли! Мир опустел, и осталась только она. И, конечно же, я!

Нет, слишком уж подозрительно, что мы остались только вдвоем. Совпадения бывают даже в эпоху катастроф, но все же ни одна катастрофа не действует столь избирательно. Пусть в Медянске останется еще два – три человека. Этакие отморозки, которые тут же решат, что они – хозяева этого мира, раз уж все остальное человечество провалилось в тартарары. И именно от них мне и предстоит защитить Сашу…

Я отчетливо представил себе двух восемнадцатилетних гопников, еще не познавших мира, но твердо уверенных в том, что они знают достаточно. Пусть они живут в двух кварталах от Саши. Пусть встретятся ей первыми! А уж потом, как кавалерия из-за холмов, прискачу я.

Заказ был сделан, мир спроектирован. Главный его конструктор мог смело шагать в зеркало, и я сделал этот шаг!

На этот раз все было совсем по-другому – изменения я ощутил тот час же, как только ступил на пол точной копии своей квартиры, находящейся в Зазеркалье. Первое же неловкое движение отбросило меня к противоположной стене, от чего я больно стукнулся головой освой письменный стол. Судя по всему в мире с повышенной гравитацией мне предстоит заново учиться ходить…

Впрочем, это оказалось не так сложно, как я предполагал. Нужно было лишь мысленно "приклеивать" себя к полу при каждом шаге, и соизмерять этот самый шаг с тем, что в этом мире я стал в два раза сильнее. Рискни я подпрыгнуть, и тут же сломал бы себе шею об потолок, и это при том, что наша с Томой квартира в одной из новостроек в центре, имела почти трехметровые потолки!

Я вышел на балкон, старательно держась вначале за стены, а потом – за перила, чтобы ненароком не стартовать с седьмого этажа подобно пикирующему бомбардировщику. Конечно, половинная сила тяжести существенно уменьшит скорость моего падения, но все же совсем не хотелось проверять, выживу ли я после подобного полета.

Да, мир вокруг был именно таким, каким я хотел его увидеть. Мой родной Медянск, в котором я прожил всю свою жизнь – все те же дома, те же улицы… Вот только город был пуст. Удивительно было стоять на балконе, выходящем на одну из самых оживленных магистралей города, но слышать не шум моторов и непрерывный людской гомон, а чириканье воробьев, облюбовавших крыши соседних домов. Это было невероятно и, в то же время, именно так, как я и ожидал.

Становилось прохладно. Все же конец апреля в Сибири – это лишь начало весны, вопреки мнению календаря, утверждающего обратное…. Зябко поежившись я вошел обратно в квартиру и прикрыл за собой балконную дверь.

Итак, пора было решить что делать дальше – отправляясь сюда я набросал в голове лишь самый приблизительный план, теперь же он должен был обрасти подробностями… Моя первостепенная задача, конечно же, найти Сашу, но не сразу, чтобы это выглядело как случайная встреча. Ведь это для меня лишь отпуск, а для нее – реальная жизнь. Реальная жизнь, в которой произошло нечто невероятное и она осталась одна во всем мире. Спрашивается. Почему я, который вроде как должен считать и себя последним человеком на планете, сразу же отправился в Сашин район? Нелогично.

Действовать нужно было также, как действовал бы человек из ЭТОГО мира на моем месте. Значит, я проснулся утром и обнаружил, что Медянск вымер за прошедшую ночь. Что я должен бы сделать? Наверное, выйти на улицу и громко позвать кого-нибудь.

Это становилось интересной ролевой игрой – примерить на себя роль человека, действительно оставшегося в гордом одиночестве в вымершем мире! Действовать так, как будто это не игра, не созданный мною же мир, а реальность!

Я накинул ветровку, вышел в коридор и нажал на кнопку лифта, который тут же ровно урча направился ко мне. Двери гостеприимно распахнулись передо мной, и я уже занес было ногу, чтобы шагнуть внутрь, когда вдруг задумался о том, что я делаю… Почему во время землетрясений нельзя пользоваться лифтом? Да потому, что эта коробочка может застрять между этажами, и будешь ты там куковать, пока тебя не откопают спасатели. Так что же делаю я?! Мир опустел, значит и у котлов ТЭЦ, за которыми раньше следили люди, теперь тоже никого нет. Уголь или газ по-прежнему горят, но надолго ли хватит этого запаса? Или сколько продержится котел, из которого не спускают пар? Быть может именно в эту секунду ТЭЦ, дающая нашему району энергию, готовиться взлететь на воздух! И что я буду делать в лифте, если именно в этот момент отключится свет? Ждать прихода спасателей? Но спасатели не придут по причине их полного отсутствия! Это я заказал мир, в котором не будет ни скорой помощи, ни пожарных, ни МЧС!

Двери захлопнулись перед моим носом, и я, развернувшись, направился к лестнице. Нужно быть внимательнее – в опустевшем мире меня может поджидать все, что угодно! Похоже, отпуск оборачивался достаточно интересным приключением!

Я вышел на улицу и огляделся. Что дальше? Переждать где-нибудь пару дней, и только затем отправиться на поиски Саши? А что, если она, ведомая какими-то своими мыслями, сама отправится куда-нибудь? Прочь из города, например? Откуда я знаю, что может придти ей в голову? Нет, пожалуй, стоит отправиться к ней прямо сейчас, а то потом придется разыскивать Сашу по всему городу.

Но причина? Почему я отправился именно в ту сторону?

И тут меня осенило. В той же стороне, что и Сашин район, располагалась небольшая воинская часть. Я точно не знал, какая именно, но вероятнее всего – какие-нибудь ракетчики, или и вообще неизвестно кто. Это было логично – оказавшись в гордом одиночестве в вымершем Медянске я просто не мог не подумать о различных опасностях, которые могли подстерегать меня на каждом шагу. Может быть на землю напали коварные инопланетяне? Да и вообще, может быть в опустевший город из окрестных лесов забредут какие-нибудь дикие звери? В моем положении вполне логично было разжиться оружием…

Значит в часть! А оттуда рукой подать до Сашиного дома…

Я направился в подземный гараж – естественно, снова пешком, не рискуя доверить свою жизнь лифту. Я шел, тщательно выверяя каждый шаг и прислушиваясь к своим новым ощущениям. Судя по всему, ходить в условиях пониженной гравитации было не так уж сложно – к этому, равно как и к беззвучному городу, просто нужно было привыкнуть.

Моя "Десятка" стояла там, где ей и положено было стоять. Чистенькая, словно бы только что с конвейера… Никогда не любил "забугорные" машины, предпочитая им наших красавиц, и никогда не понимал Тому, которая гордо разъезжала на своем "Мерсовском" джипе, который, хоть и будучи внедорожником, мог проехать далеко не по каждому городскому переулку. В некоторые он просто не пролазил!

Мотор загудел, приветствуя меня. Вот уж от кого я не ждал никаких пакостей, так это от своей машины. Ее работа не зависит от исчезнувших, вдруг, людей – ей не нужен свет и тепло из внешнего мира. Она полностью автономна и подчиняется мне и только мне!

Я выехал из гаража, наслаждаясь пустотой улиц, которые в моем мире были забиты пробками из сотен автомобилей, каждый из которых, пытаясь проехать сам, мешал проезду других.

Пустой город производил одновременно и приятное и удручающее впечатление. Приятно было осознавать, что теперь я фактический хозяин этого города, этого мира в целом, но в то же время возвышающиеся надо мой стены домов, пустых домов, давили на психику, заставляя разгонять машину, чтобы побыстрее выбраться из центра. Из этих каменных джунглей.

Мое внимание привлек высокий столб дыма в паре сотен метров слева от меня, и я свернул налево в поисках его источника.

Логично было предположить… Одиннадцатиэтажная "свечка" – один из наиболее престижных и дорогих домов, отстроенный всего пару лет назад, стоял, объятый пламенем, вырывающимся, кажется, из всех окон до единого. Дом полыхал, будто бы действительно возомнил себя свечой. Нет, огненным столбом тридцатиметровой высоты!

Об этом я не подумал, создавая этот мир… Ведь люди жили здесь до последней ночи – таково было мое желание. Настоящий мир, в котором существует точная копия Медянска, в котором живет мой двойник и двойник Саши… Но прошлой ночью все люди исчезли! Их просто не стало в тот момент, когда подчиняясь моей воле Зазеркалье подправило этот мирок. Большинство нормальных людей ночью имеет свойство спасть, но большинство – не все. Кто-то решил устроить любимой поздний ужин при свечах, кто-то придя с ночной смены готовил себе ужин/завтрак стоя у плиты. Человек исчез, но плита осталась, а электроэнергия еще не отключилась – еще вертятся роторы турбин на ТЭЦ, еще горит уголь в ее топках.

И вот логичное завершение того, что я сделал с этим миром. Пожар! Должно быть он не один такой… Должно быть многие дома в зазеркальном Медянске превратились в громадные факелы. Не исключено, что в области полыхают целые деревни, а на трассе догорают бензовозы, водители которых, вдруг, исчезли прямо из кабины.

Пожары… Самое ли это страшное, что могло ждать меня здесь? Ведь, по сути дела, мне все равно, сгори хоть весь Медянск – я не в горящем доме, я снаружи… А спустя денек другой, смотря на сколько хватит ТЭЦ, работающих по инерции, исчезнет вероятность любых пожаров.

Воображение тут же нарисовало мне картину: Президент пьет кофе, меланхолично глядя на красную кнопку в своем черном чемоданчике. И вдруг Президент исчезает, а чашка кофе медленно, как в замедленной съемке, падает на кнопку пуска ракет.

Фантастика! Слишком мала вероятность чего-то подобного.

Но в то же время она есть!

Или… Мой собственный дом. Дом, в котором находится моя квартира. Квартира, в которой стоит зеркало, через которое я прошел сюда! Что, если сгорит он? Но, впрочем, хотя приятного в этом мало – это не смертельно. Для того, чтобы я застрял здесь навсегда, в этом мире должны сгореть абсолютно все зеркала, так как через любое из них я мог попасть домой.

Единственное "но" – войти в свой мир я мог лишь в том же месте, в котором в этом мире стоит зеркало, избранное мной в качестве врат перехода. Люди, наверное, с интересом проводят меня взглядом, когда я, выйдя из зеркальной витрины, отправлюсь по своим делам… Впрочем, если сделать это ночью, то свидетелей будет мало, а те, кто все же будет – сочтут меня своим пьяным глюком.

Я не раз экспериментировал с Зазеркальем, ища границы моих возможностей. Я концентрировался на гигантской пустыне, посреди которой будет стоять одинокое зеркало… бесполезно! В зеркале отражалась моя квартира – а значит в мире-пустыне должен был стоять как минимум мой дом… То, что отражалось в зеркале в моем мире должно было отражаться в нем и в Зазеркалье.

Постояв немного перед пылающим домом, жар от которого ощущался в полусотне метров от него, я сел обратно в машину и осторожно вырулил на главную улицу. Пусть горит! Пусть полыхает хоть весь этот мир – я пришел сюда не любоваться на архитектуру, и уж тем более не глазеть на гигантские пожары. Моя цель вполне определенная. Саша!

Я включил радио, и минут пять упорно сканировал эфир в поисках хоть чего-нибудь живого. Ничего, кроме белого шума… Ровное гудение помех, время от времени прерывавшееся громкими всплесками шороха. Пустой мир. Не мертвый, а именно пустой!

За окном машины мимо меня пролетали дома… Громадные элитные высотки центра Медянска плавно сменились стандартными девятиэтажками средней зоны. Когда-то в одной из таких жил и я.. Давным-давно, в другом мире, в другой эпохе. В то время, когда в моей жизни еще не появилась Тома.

Возле одного из домов, уперевшись в него помятой физиономией, догорал автомобиль, при жизни, кажется, бывший ранней моделью "ЗИЛа"… Из окон квартиры первого этажа, под которыми стояла машина, лениво выползали облака дыма, а где-то в глубине ее то и дело вспыхивали язычки пламени…

Еще через два квартала дорогу мне преградила чудовищная куча дымящихся развалин, бывшая когда-то жилым домом. Должно быть здесь, в отличие от предыдущих домов, хозяйничала не электроэнергия, а газ…

Картина всеобщего разрушения действовала на меня удручающе. Мне все труднее и труднее было держать в голове мысль о том, что этот город, этот мир не реальны. Что они – всего лишь плод моего воображения, обретший материальную форму в Зазеркалье. В мире, которого нет и не может быть. Зазеркальный Медянск был реален не менее, чем мой город. Город, в котором я родился и вырос… И видя пылающие дома ЗДЕСЬ я не мог не думать о том, что они не просто похожи на дома ТАМ.

Тогда в моей голове впервые возникла мысль о том, что мне нужно забыть о своем "отпуске" и вернуться назад. Домой, в СВОЙ Медянск… Что не стоит играть с силами, которых сам до конца не понимаешь… Но мысль эта, промелькнув где-то на задворках сознания, тут же ретировалась прочь, подгоняемая воображением, рисовавшим мне встречу с Сашей.

Еще несколько минут спустя, то и дело объезжая завалы и пожары, которых, к счастью, оказалось не так много, как я ожидал, я выбрался из центра на периферию. В менее дорогие и престижные районы, в которых располагались не только жилые дома, но различные промышленные объекты и, собственно, то, что меня интересовало больше всего – воинские части.

Я остановился у ворот первой из них, попавшейся мне на глаза. Прошел через КПП, и уже там обнаружил то, что искал. Старый добрый АК-47 валялся за стеклом комнаты вахтера, в которой одинокий солдат, должно быть, нес свою вахту в последнюю ночь этого мира.

Спасибо одному моему приятелю, служившему в одной из таких, вот, воинских частей, разбросанных по окраинам Медянска. Для меня он был просто Колей – бывшим одноклассником, которому, в отличие от меня, не повезло выбить себе "закос" в военкомате, а для сослуживцев же – старшим лейтенантом Орловым. Ну а старлей – это уже не рядовой. Для него и служба проще, и возможностей больше… Так старший лейтенант Орлов окончательно поставил крест на гражданской жизни, решив посвятить себя служению Родине. А если быть точнее, то Коля, осознав какие привилегии дает воинское звание, решил дослужиться до генерала, отбабахать себе коттедж в пригороде Медянска (естественно на деньги российской армии) и зажить себе припеваючи на ранней военной пенсии.

Я не раз бывал в Колиной части, а пару раз он водил меня даже на стрельбище, где худо бедно научил стрелять из "Калаша". Со ста метров я, правда, попадал во все, кроме мишени, но зато разбирать и собирать автомат умел лишь немногим хуже любого из салажат-первогодков.

Рожок моей находки был полон… Вот только знать бы, чем он заряжен – холостыми, или все же боевыми? Что ж, проверить это было проще пареной репы…

Я прицелился в стекло, предварительно поставив автомат на стрельбу одиночными патронами, и легонько надавил на курок, плавно усиливая это давление. Из стекла, которое, как известно любому, прошедшему школьный курс физики, отражает 4% света, на меня смотрел мой улыбающийся двойник, целившийся в меня из точной копии моего автомата. И не смотря на то, что в слабом отражении от стекла, двойник был едва различим, он, как и я, сжимал автомат в правой руке…

Значит и он ТАМ… Бродит в каком-то мире, подыскивая себе оружие и, наверное, как и я думая о Саше. Вот только это, почему-то, не мой мир… Своего двойника я вижу в каком-то ином измерении. Впрочем, не все ли равно, куда уходит он, если мой мир все равно останется моим миром? Если когда я вернусь, не увижу никаких изменений?

Я спустил курок, и стекло тут же разлетелось на сотни осколков. А в тот момент мне показалось, что его примеру последовала и моя голова… Звук выстрела в замкнутом пространстве маленькой комнатушки ударил мне по ушам, заставив голову загудеть набатом. Что ж, пять-таки, учтем на будущее, что я, дитя 21-го века, проживший большую часть своей жизни в тепле и уюте, достаточно слабо приспособлен к приключениям и похождениям по неведомым мирам.

В моем распоряжении был действующий автомат, заряженный вполне материальными боевыми патронами. Вот только рожок, к сожалению, всего один, а это всего тридцать патронов, если я правильно помню Колины уроки по стрельбе. Маловато будет…

Следующие пол часа я бродил по части, заглядывая в каждую дверь и даже в каждую щель, в поисках склада боеприпасов. В итоге я все-таки нашел нечто на него похожее – комнату, в которой прислоненные к стене стояли несколько десятков дальних родственников того автомата, что я держал в руках. Логически подумав я позаимствовал у них у всех рожки, решив не мучиться и не выколупывать из них патроны, а за одно экспроприировал и еще один автомат. Воображение подсказало мне, что я, явившийся к Саше в образе ее спасителя и избавителя, буду смотреться еще солиднее, если тут же протяну ей готовое к бою оружие…

Была мысля поискать что-нибудь более современное – какой-нибудь скорострельный пулемет с подствольником, или что-то еще в этом духе, но потом, подумав, в каком состоянии наши Сибирские воинские части, я подумал, что ничего серьезнее "Калашникова" допотопной модификации все равно здесь не найду. Потом я подумал, что было бы неплохо найти еще и пяток гранат… Но, опять таки, жизнь не подготовила меня к боевым действиям в городской черте, а Коля никогда не предлагал мне пообщаться и поэкспериментировать с карманной артиллерией…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.