Кирилл Кудряшов
Аномалия

Гене и Юле,

моим лучшим попутчикам в исследовании столицы,

посвящается.

Мама рассказывала мне, что 70 лет назад алкоголь был валютой. Не элитные сорта коньяка, как сейчас, а абсолютно любой. За бутылку водки можно было получить какую-нибудь услугу, обменять ее на палку колбасы или ведро известки.

Я слушал и не верил. Во-первых, кому нужна известка, когда есть дешевые и простые в использовании водоэмульсионные краски. А во-вторых, почему тот алкаш не мог просто пойти и купить бутылку водки? Она же стоит каких-то копеек…

А не мог. Без талонов – не продадут. А талоны – штука дефицитная, их выдают несколько штук на человека.

Когда началось, во многих общинах тоже ввели талоны, но большинство анклавов от них быстро отказались. Как средство раздачи еды и предметов обихода в первые месяцы после катастрофы – они еще годились, а потом анклавы просто стали печатать деньги. У некоторых – общая валюта друг с другом, у некоторых – различная.

Но самой твердой валютой, как в годы давно прошедшей и непонятной мне Перестройки, снова стал алкоголь. Только теперь – не любой. Любой мы и сами гнать умеем. Дорогие сорта виноградных вин и коньяков. Пшеницу или рожь легко можно вырастить даже в нынешней обстановке. Мертвые не едят траву, мертвые могут ее только вытоптать, так что главное – следить за посевами, и вовремя уводить в сторону стада мертвецов. А вот виноград в Подмосковье не вырастишь. Никак…

Бутылку хорошего коньяка можно выменять на цинк патронов, а если удачно поторговаться, то и на два цинка. На несколько канистр бензина. На место в сытой общине, крышуемой военными. На чью-то жизнь, например, на свою… Много на что, в общем.

Поэтому мы здесь. В центре разрушенной, разбомбленной и выжженной Москвы, кишащей мертвяками. Трое сталкеров.

Я, Гена, Юля. Мы все примерно погодки, нам с Геной – по 25, Юля – на год младше.

Гена – лидер и главная боевая единица. Здоровый лось, отслуживший срочную в десантуре и не растерявший навыков владения оружием за три года на гражданке.

Я – штурман команды. Коренной москвич, прекрасно знающий каждую улочку столицы. До пандемии я был гидом, водил по столице туристов, восхищенно рассматривающих Кремлевские звезды и сметавших сувениры на полках арбатских магазинчиков. Я лучше всех знал, где повернуть, чтобы объехать пробку или попасть в самый живописный уголок моего родного города.

Теперь я лучше всех знаю, где повернуть, чтобы не упереться в заваленный участок дороги, и где могли уцелеть неразграбленные магазины или аптечные склады. Лекарства – тоже в цене. Правда их остается все меньше… У таблеток, в отличие от алкоголя, есть срок годности.

Юля… Мы без понятия, как охарактеризовать Юлю. Стреляет она средне, хотя с трех метров в голову противника попадает исправно. В рукопашную с мертвяками ее тоже лучше не пускать – слабоваты девчачьи мускулы для того, чтобы с одного удара проломить зомбаку череп ломом. Но есть у Юли одна особенность, которую мы с Генкой разглядели первыми, и взяли ее под свое крыло, в свой отряд. Юля пятой точкой чует опасность. Сколько раз уж убеждались: скажет Юля, что не надо нам поворачивать на Кутузовский проспект – и точно, там стадо плетется, здоровое, голов на триста. Скажет, что лучше в этот магазин не соваться – и верно, другая команда сталкеров потом расскажет, что товарища там потеряли, потолок обрушился, внезапно, без каких-либо видимых причин.

Юля приезжая. Аж из Чебоксар. Там, говорит, совсем плохо и голодно было. Казалось бы, населения меньше, значит и зомбаков меньше, живи да радуйся. Ан нет, люди организоваться не сумели, грызться начали. И поняв, что ее община обречена (тоже почувствовала своей фантастической интуицией), Юля прыгнула в машину и помчалась в Москву. Одна, без припасов, всего лишь с пистолетом, которым она толком и пользоваться-то не умела.

Кто-то наплел ей, что в Москве – чуть ли не цивилизация сохранилась. Что люди обосновались в Москва-Сити, разбили в зданиях гидропонные сады, полностью изолировали небоскребы от внешнего мира, и натянули между башнями канатные мосты.

Где весь этот вертикальный город берет воду и электричество в мертвом мире – этот брехун не сказал, но уверил, что и то, и другое там есть. Мы Юлю потом возили к Деловому центру… Показали… Удручающее зрелище.

Благо, по приезду встретила она нас, а не вояк из Лосиного острова. У тех женщина считается трофеем, если не способна врукопашную завалить того, кто на этот трофей претендует.

Мы с Генкой возвращались с очередного рейда. Незадолго до поворота к себе в общину, в Люберцы, наткнулись на стадо зомбаков. Те, естественно, навелись на звук и потопали за нами. Для джипа зомби не помеха, особенно для нашего – мы бы хоть по ним проехали, но велика вероятность, что тем самым мы зададим им курс, и мертвые выйдут прямо на общину. Пришлось уводить стадо прочь, обратно к Москве, а потом окольными тропами возвращаться домой. И вот на этих окольных тропах мы Юлю и встретили.

Познакомились. Пригласили к себе. Еще тогда подивившись невероятной доверчивости нашей новой подруги. Двое вооруженных до зубов парней приглашают ее поехать к ним в общину. "Да, конечно, ребята! Почему бы и нет?" – и прыгает на заднее сиденье нашего "Крузака".

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.