Николай Култышев
Пробуждение

Ночное небо прояснилось, и пелена тумана, окутывающая его, растворилась. Показался тоненький серп луны, звезды становились все ярче и ярче, мороз усиливался. Окончательно замерзнув, Олег все-таки направился к церкви, которая давно зазывала его своим колокольным перезвоном. Он с замиранием сердца вслушивался и чувствовал, как со звоном колоколов, разлетающимся по всей округе, уходили переживания, накопившиеся в нем, и наступал покой, который вселял надежду и веру в будущее, в то, что все будет хорошо.

Олег обошел церковь. Кругом горели светильники, освещая расчищенный от снега пустой двор и иконы на стенах храма. Из-за все усиливающегося мороза двери были плотно закрыты, и лишь одна, с северной стороны, была прикрыта не полностью. Оттуда доносилось пение. Открыв дверь и нерешительно шагнув в нее, он оказался почти в центре Рождественской службы. Сразу слева от двери находился церковный хор, который заежился от обдающего холодом воздуха. За хором иконостас, вдоль которого, на солее, стояли облаченные в праздничные одеяния церковные служители. Один из них, видимо, игумен, размахивая кадилом, шел в направлении Олега. От ворвавшегося холода затрепетали свечи, освещавшие позолоту и лики икон. Батюшка, недовольный медлительностью вошедшего, строго на него посмотрел и приятным громким басом продолжил пение канона:

– «Христос рождается – славите!»

– Господи, слава тебе! Слава! – заголосили молящиеся. Олег прикрыл за собой дверь и не спеша оглядел переполненный народом храм. В углу справа было посвободнее, и Олег, пробравшись туда сквозь толпу прихожан, остановился, вслушиваясь в пение. Литургия продолжалась, хор слаженно пел псалмы, на душе становилось спокойнее, а от горящих свечей теплее. Пахло ладаном и воском, навалилась усталость. Сказывалось нервозное состояние последних дней. «Может, все еще образуется?» – думал Олег, снова погружаясь в свои переживания. Почему-то сами собой текли слезы. Он не плакал, слезы текли непроизвольно, и от этого было по-мужски стыдно. Рядом, как будто из земли, выросла бабка, одетая не по-праздничному, во все черное, и лишь на черном платке, покрывающем голову, был приколот красный бант. Внимательно посмотрев на Олега, сказала:

– Ты присядь, сынок, посиди, не волнуйся, все будет хорошо, да ты и сам скоро все увидишь, – и исчезла в толпе прихожан.

Оказывается, она сидела рядом на табурете – в таком столпотворении он ее не заметил.

Олег опустился на освободившееся место, оказавшееся очень даже удобным. Правое плечо подпирала свечная лавка, а слева стоял высокий подсвечник с горящими свечами, освещавшими икону Божией Матери, к которой изредка подходили прихожане и, глубоко молясь, зажигали свечи. В мерцании огня Олег прочитал надпись: «Всех скорбящих Радость».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.