Олег Пресман
Чужой мозг. Часть вторая

Февральская поземка хозяйничала на ночных улицах города наметая сугробы до самых окон в неосвещенных кварталах заспанных домов. Ни одного огонька на протяжении многих километров улиц. Строжайшее выполнение распоряжения о светомаскировке спасает его жителей от ночных налетов немецких бомбардировщиков барражирующих в темном небе над Самарой. По засыпанным снегом улицам изредка проезжают, урча недовольными моторами, военные грузовики. В небольшой комнатке в полуподвале старинного двухэтажного особняка тридцатилетняя Мария ,подкинув дров в печку, начала собираться в дорогу. На старом диванчике мирно спали в обнимку ее дочки Людмила, которой летом исполнилось три года и полуторагодовалая Оленька. Тут же у печки на широкой лавке дремала бабушка Анна. Собравшись в дорогу Мария присела на табурет и тяжело вздохнув посмотрела на пустые кастрюли. Дома есть было нечего. Неделю назад у нее украли продовольственные карточки . Чтобы накормить детей она за бесценок продала валенки и зимнюю шапку. От мужа с фронта не было вестей. Девочки совсем исхудали и голодные плакали с утра до вечера. Материнское сердце разрывалось от боли. Мария завязала потуже платок и поцеловав спящих дочек тихонько вышла в коридор. С трудом преодолевая по дороге высокие сугробы, она поднималась по улице ведущей от берега Волги к центру города. Тяжелые мужские кирзовые сапоги не спасали от холода и норовили сползти с уставших и худых от голода женских ног. Путь Марии лежал на Хлебную площадь, где серым исполином возвышался элеватор. Там до войны работала Мария и хорошо ориентировалась в его лабиринтах. Территория охранялась, но женщина знала проход через котельную. Пройдя несколько метров она приоткрыла ворота деревянного склада . Голова закружилась от запаха свежего подсолнечного масла . В больших чанах стоявших повсюду находился жмых ,отжатых прессом при производстве масла семян. Мария достала из кармана пакет и попыталась наполнить его , но в неотапливаемом помещении он замерз и превратился в сплошной кусок льда. Пальцы Марии беспомощно скользили по смерзшимся комьям. Она увидела торчащий в стене гвоздь , расшатала и вытащила его. Затем принялась отковыривать от смерзшейся глыбы кусочки и складывать их в пакет. Неожиданно дверь склада распахнулась и на пороге встали двое мужчин с винтовками наперевес . Луч карманного фонарика вонзился в лицо Марии.

– Ты гляди, баба,– пробасил один из них.

– А по следам сапог говорил что мужик,– подхватил разговор второй.

Мария еще до конца не понимая суть происходящего, прижала наполовину заполненный жмыхом пакет к груди.

– У меня карточки украли, дома дети голодные, – тихо сказала она, не поднимая глаз от стыда.

– Все вы так плачетесь, – злобно ухмыльнулся один из сторожей.

– Время военное, если отпустим тебя, нас расстреляют нахрен,– добавил второй.

– Следуй за нами, суд разберется.., – скомандовал по военному первый, указывая стволом винтовки на выход.

Суд разобрался быстро. Марию осудили в условиях военного положения к семи с половиной годам колонии. Через три месяца умерла бабка Анна, а девочек отдали в детский дом. Сестер разделили по возрасту. Младшая оказалась в доме малютки, а Людмилу отправили за сорок километров за город, туда где дети были постарше.

Послевоенная Самара приходила в себя. После эйфории великой победы и плача по погибшим на фронте в городе налаживалась мирная жизнь. Июльская жара гнала людей на пляж, где прохладные волны могучей реки освежали тело, а мелкий желтый песок приятно согревал кожу. Мария ,освободившись из колонии, шла в обнимку со старшей дочерью Людмилой к пляжу. Десятилетняя девочка с нескрываемым удовольствием уплетала мороженое. Мария гладила дочь по головке и целовала в щечки .

– Сейчас пойдем искупаемся, а потом поедем за сестренкой,– сказала она Людмиле. Та радостно кивнула в ответ головой с набитым ртом.

Мать с дочерью без труда нашли место на пляже недалеко от воды. Отдыхающих вокруг находилось немного, ведь был рабочий день. Постелив покрывало Мария с умилением смотрела как на мелководье плещется Люда. Вдоволь наплескавшись, Людмила побежала к матери. Та ничком в неестественной позе лежала неподвижно с закрытыми глазами. Приехавшая «скорая помощь» констатировала смерть в результате солнечного удара. Так ,увидевшись на один день с матерью, Людмила вновь попала в детский дом.

С сестрой они встретятся теперь только через долгих восемь лет, когда уже совершеннолетняя Людмила заберет к себе Ольгу.

Доктор Эдвардс положил ручку на мелко исписанный сверху донизу лист бумаги. Устало потянувшись, он посмотрел на семейную фотографию, стоявшую у него на столе в рамке. На ней на фоне могучего водопада стояли обнимаясь он, его жена Людмила и дети:сын Гарри и дочь Мери названная в честь бабушки.

Внизу у входа прозвучал звонок. Выглянув в окно, Эдвардс помахал рукой стоящему там Егору. Поднявшись на второй этаж, Егор вошел в кабинет доктора. Мужчины обменялись крепким рукопожатием.

– У Вас все с собой?, – сразу поинтересовался Эдвардс, указывая рукой на большую спортивную сумку Егора.

–Да,– кивнул Егор в ответ и начал выкладывать содержимое сумки на профессорский стол. Из ее недр показался небольшой черный прибор опутанный проводами, внешний жесткий диск от компьютера, толстая папка с документами и наконец накрытая крышкой большая стеклянная кастрюля внутри которой в растворе лежал мозг Романа. Эдвардс первым делом начал раскладывать у себя на столе листы из папки с рабочей документацией. Прочитав несколько строк, он отвел от бумаги глаза и радостно посмотрел на Егора.

– Это гениально, я бы не дошел до этого своим путем так быстро, хотя мой способ решения поставленной задачи тоже жизнеспособен,– произнес он на русском языке с сильным акцентом.

– Вы откуда знаете русский язык?– поинтересовался Егор.

– У меня жена русская, – ответил Эдвардс, указывая рукой на фотографию в рамке и снова углубился в чтение.

– Я вам сейчас сварю кофе, а вы подождете пока я изучу это, – он кивнул головой в сторону раскрытой папки.

–Доктор, мы успеваем?– с волнением в голосе поинтересовался Егор.

–Да, все будет хорошо, – успокоил его Эдвардс.

Пока Егор пил свой кофе доктор внимательно просмотрел содержимое папки и уже знал что нужно делать. Через час все необходимые данные хранившиеся в мозге Романа уже были в компьютере доктора Эдвардса. Они вместе просматривали многочисленные файлы скрытые под ярлыками с длинным рядом цифр вместо названия. Надо было проделать большую работу чтобы найти нужную информацию в тетрабайтах информации залитой на диск компьютера. Открыв один из файлов ,Егор с Эдвардсом увидели во весь экран монитора лицо Кристины. Закрыв глаза она давала себя целовать Роману. Лицо Егора побагровело , а спина взмокла , образуя на рубашке большое серое пятно.

– Что с Вами?– обернулся к нему Эдвардс отрываясь взглядом от экрана монитора.

– Это моя девушка Кристина,– пояснил красный от волнения Егор.

– Понятно,– Эдвардс похлопал Егора по плечу. – Вашего друга уже нет в живых, вы сможете быть вместе,– философски произнес он.

Вскоре нужные файлы были найдены и чтобы получить деньги фирмы осталось только технически перевести их за океан.

– Сколько на это потребуется времени?,– спросил Егор.

– Примерно две недели,– ответил Эдвардс. – Вы можете пока пожить у меня, предложил он.

Кристина сидела в своем кабинете за столом заваленном бумагами. На столе лежала наполовину пустая пачка таблеток с валидолом. Лицо мокрое от слез было испачкано краской от туши. Она осталась совсем одна. Роман погиб, Егор ее бросил и улетел от всех проблем в Америку. Все кредиторы навалились разом на нее одну с угрозами от тюрьмы до физической расправы. И она не знала что делать. Впрочем, был один выход. Она с отчаянием посмотрела на купленную в аптеке упаковку с сильным снотворным. В коридоре послышались шаги и в дверях появилась огромная фигура Лопаты. Сзади стояли его приятели. Кристина вжалась в кресло , чуствуя себя маленькой и беззащитной девочкой.

– Побудьте там, – скомандовал дружкам Лопата закрыв за собою дверь.

Кристина вцепилась белеющими от напряжения пальцами в боковые перила кресла.

– Что , кисло все?,– усмехнулся Лопата оглядывая стол.– Я в курсе всех дел,– продолжил он усаживаясь напротив девушки.

– У меня к тебе есть предложение, даже два.. первое , ты выходишь за меня замуж, а второе зависит уже от первого, я решаю со всеми уже не твои , а наши проблемы,– он довольный громко засмеялся.

–Я могу подумать?,– робко спросила Кристина.

– Пять минут, или я могу передумать,– отрезал Лопата доставая сигарету.

За две недели ожидания Егор вполне освоился в доме доктора Эдвардса. Он познакомился и подружился со всей его семьей. Жена Эдвардса Людмила знакомила его с местными достопримечательностями. Для Егора все здесь было в новинку, ведь он никогда прежде не был в Лос-Анджелесе. Людмила хорошо знала город и все его окрестности. Она показала ему их. Первым делом они отправились на знаменитый холм Гритта, где величественно воссиял знак "Hollywood". Егор, с замерзшими от восторга глазами, удивленно разглядывал каждую букву, словно это было не просто название, а вход в мир его давних мечтаний из фильмов на видеокассетах.

Далее их путь лежал к пляжу Санта-Моника. Хрустящий белый песок и волны, накатывающиеся на берег, гипнотизировали его. Людмила, заметив его восхищение, предложила непременно попробовать местное мороженое. Они сидели на пирсе, наслаждаясь сладостью и морским бризом, обсуждая красивые виды природы.

Затем они прогулялись по улице Голливуд, где звезды были не только на асфальте, но и в окнах. С каждой минутой Егор все больше чувствовал, что этот город это не просто населенный пункт в незнакомой стране, а живое, дышащее и волшебное пространство, полное приятных неожиданностей.

Через несколько дней наконец завершились их ожидания. Деньги, которые так ждал Егор, поступили на счет в американском банке. Как и договаривались, половину суммы он перевел Эдвардсу. Это событие они решили вечером отметить в ресторане.

Это был один из лучших ресторанов в Лос-Анджелесе. Он славился своим потрясающим видом на закат, который открывался из больших панорамных окон. Гурманы со всего города приезжали сюда, чтобы насладиться не только изысканными блюдами, но и атмосферой уюта и роскоши. Меню ресторана представляло собой комбинацию традиционной и современной кухни, где известный шеф-повар стремился добавить свою изюминку ко всем классическим рецептам.

Вечерами здесь звучала живая музыка, создавая волшебную атмосферу, в то время как гости наслаждались нежным филе лосося с трюфельным соусом и салатом из свежих местных овощей. Каждый стол был украшен белоснежной скатертью и изящными цветами, внося в обстановку нотку романтики. Здесь отмечали важные события жизни: помолвки, дни рождения и юбилеи. Ресторан становился в эти часы не просто местом для ужина – он превращался в сцену для истории каждого из своих посетителей, даря незабываемые воспоминания о проведённом времени среди изысканной кухни и внимательного сервиса.

Интерьер был выполнен в изысканном стиле. На небольшой сцене пожилой американец в смокинге играл ночной блюз. Кажется это был хит Литтла Уолтера. Саксофон музыканта звучал с такой глубиной и чувственностью, что казалось, мир вокруг замирал, уступая место лишь музыке. Освещённый мягким светом, зал ресторана был наполовину полон: пара влюблённых на углу стола тихо обсуждали насущные вещи, а одинокий гость, притянутый мелодиями, заказал бокал редкого вина.

Каждая нота, выходившая из-под пальцев джазмена, была наполнена воспоминаниями о потерянной любви, о летних ночах в Нью-Орлеане, когда знойные ветры приносили ароматы жасмина и морского прибоя. Он помнил, как играл в маленьких барах, шутил с незнакомцами и делил свои печали и радости с окружающими.

В зале потянулись тени, и, казалось, сам город прислушивался к его игре. Ночной блюз, наполненный тоской и надеждой, создавал атмосферу вызывающего ностальгию странствия, а саксофон проникал в душу до самого сердца.

Эдвардс танцевал с Людмилой..Они были очень красивой парой и смотрели друг на друга по настоящему влюбленными глазами. Егор вспомнил Кристину. Она всегда завораживала его своей нежностью и умением предугадывать мысли. Каждый момент, проведённый с ней, казался ему сейчас далеким и незабываемым. Он помнил, как однажды они сидели на берегу реки, а волны шептали им свои тайны под лунным светом. Кристина улыбалась и её волосы золотистыми локонами слегка развевались на ветру.

В тот вечер у реки они говорили друг другу о своих мечтах, о будущем, полном нерастраченных возможностей и обширных планах. Кристина тогда мечтала о путешествиях, о том, как будет рисовать картины на улицах европейских городов. Егор ловил каждое её слово, и в его сердце зрела тихая надежда, что однажды они осуществят эти мечты вместе как супружеская пара.

Но время неумолимо шло, и всё чаще он задавался вопросом будут ли они когда-нибудь с Кристиной вместе? Егор знал, что по настоящему любит ее, а Кристина не просто девушка ,она его идеал, вдохновение, олицетворение красоты и нежности. Он многое отдал бы сейчас за то, чтобы так же как и Эдвардс Людмилой кружить в нежном танце в этом ресторане, видеть ее глаза, улыбку , вдыхать аромат ее прекрасных волос, окутанных свежестью весеннего утра. Музыка медленно наполняла зал, невидимые нити звуков под действием дорого вина связывали воспоминания в одно нескончаемое видение. .В мечтах он словно чувствовал, как нежные пряди касаются его щек.

В видении Кристина улыбнулась, и в ее глазах блеск звёздной ночи словно отразил тайные мечты и желания влюбленного юноши. Егор, сглотнув волну смущения, ощутил тепло ее гибкой талии.

Они кружили, как листья, уносимые легким ветерком, неподвластные времени, скрывающего за горизонтом привычные заботы. Каждый шаг в танце был наполнен близостью с любимой, а каждый поворот обещанием новых открытий. В глазах Егора все исчезло, осталось лишь это дивное единство, это прекрасное мгновение, которое они выткали из самой ткани бытия, навсегда оставаясь друг для друга маяком мечты и любви.

Когда уже все сидели за столом Эдвардс налил бокал вина.

– За нашу встречу, за прогресс и науку которой мы всем обязаны,– громко произнес он и отпил вина.

– В чем суть ваших исследований, что вы хотите понять?– поинтересовался Егор.

Эдвардс задумался перед тем как ответить.

– Понимаете, то, что мы сейчас сделали, это невероятный прорыв в науке, открывающий нам новые горизонты для дальнейших исследований мозга человека, для того , чтобы понять его устройство и механизмы физико-химических процессов во всех деталях. На основе этого мы сможем проводить генерацию знаний намного быстрее, мы сможем плодить гениев массово , мы сможем продлевать жизнь человека стирая из памяти то, что гнетет его. Мы сделаем людей по-настоящему счастливыми,– сказал он уверенным голосом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.