Сборник рассказов
Настоящая фантастика
Дмитрий Гасан

© Дмитрий Гасан, 2025

ISBN 978-5-0065-2439-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Отголоски эдема

– Глава 1. Пробуждение-

место действие: Летная школа, планета «таурус».

Утро было тихим. В металлических стенах казармы едва слышно гудели скрытые механизмы, поддерживающие жизнь на базе. Молодой лейтенант Макс стоял у большого круглого окна, уткнувшись взглядом в бесконечную просторы планеты таурус «Tauris». На его бордовое лицо падал ослепляющий свет далеких звезд, проникающий сквозь стекло, заливал его фигуру контрастными тенями. Окно открывало вид на большие просторы, холмы усыпанные разноцветными камнями и глыбами, переливающимися словно разноцветное стекло – но не смотря на эту красоту это было холодное, безжизненное пространство, как и война, которая длилась уже тысячи лет.

За его спиной тянулись ряды трехъярусных кроватей, по большей части пустых. Солдаты уже готовились к утренним занятиям, но Макс не торопился. Его мысли были далеко отсюда – они блуждали среди звезд, пытаясь найти ответы на вопросы, которые задавались снова и снова: зачем всё это? Когда это закончится?

В дальнем углу казармы, сидела одинокая фигура в тени. Альбинос, помесь двух рас, был исключением из общих правил. Его бордовая кожа была с пятнами желтого цвета, и эти светлые волосы, словно снег контрастировали с тусклой обстановкой казармы. Макс видел его часто, но никогда не общался. Альбинос был чем-то вроде живого напоминания о том, что слияние двух враждующих рас – это ошибка, как все говорили.

Шаги раздались позади, и кто-то мягко хлопнул Макса по плечу. Лэнс, его друг и сослуживец, стоял рядом с улыбкой на лице.

– Ты чего там завис? – спросил Лэнс. – Пора на занятие, как бы наш летный инструктор не сорвался на нас с утра пораньше.

Макс оторвал взгляд от окна и кивнул, словно соглашается с тем, что этот день – просто еще один в череде бесконечных. Он еще раз взглянул на альбиноса в углу. Лэнс заметил его взгляд и с горькой улыбкой пробормотал:

– Вот к чему приводит смешение рас.

Слова Лэнса эхом отдались в голове Макса, но он промолчал. Война, которая длилась уже столько времени, оставила глубокие раны в сердцах всех живущих. Смешение рас? Вряд ли это было настоящей причиной. Причина была гораздо глубже, но никто её не знал.

В казарме внезапно вспыхнуло напряжение. Раздался звук удара – два парня сошлись в драке. Один из них – такой же студент с соседней казармы, с яростью в глазах, второй – тот самый альбинос, который обычно сидел молча в углу, чужой для всех. Удары посыпались быстро, жестко, без остановки. Первый удар пришелся альбиносу в лицо, и он чуть пошатнулся. Его бледная кожа резко контрастировала с желтой кровью, которая медленно стекала по подбородку, необычный оттенок был виден всем.

Но альбинос не остался в долгу. Он ответил ударом, и теперь кровь бордового цвета, яркая и густая, брызнула из носа его противника, шокируя окружающих.

Толпа вокруг замерла, наблюдая за тем, как двое продолжали обмениваться ударами, пока вперед не вышел главный герой. Он резко вмешался, оттеснив нападающего. «Хватит!» – его голос прозвучал громко и решительно. Но это не успокоило ситуацию. Нападающий скинул руку главного героя и, в порыве ярости, ударил его по лицу. Герой пошатнулся, на его щеке появилась ссадина, но он не отступил, встав перед альбиносом.

Солдаты начали медленно расходиться, а главный герой, с царапинами на лице, продолжал стоять между ними, бросив взгляд на альбиноса. Их взгляды пересеклись, и в этот момент всё стало ясно – в этом месте, где все разделены, он только что выбрал свою сторону.

Глава 2. – обучение-

Направившись на занятие по летной подготовке, Макс, почувствовал напряжение. В учебной комнате царит суровая тишина – перед каждым курсантом стоит терминал, на экране которого высвечены сложные схемы и контрольные задачи. Он садится за свое место, чувствуя, как учащийся пульс сливается с общим ритмом ожидания.

Тренер, мощный и суровый, стоит впереди, его взгляд острый и безжалостный. Он делает шаг вперед, оценивающе глядя на курсантов, и обводит комнату строгим взором.

– Задание на выполнение, – коротко говорит он. – Время – 30 секунд. Ни на мгновение больше.

Как только задание появилось на экране, Макс сосредоточился, стараясь запомнить все детали и сосчитать каждую секунду. Но задачи идут одна за другой, и с каждой он начинает отставать всё больше и больше, да еще и этот удар от сослуживца не дает покоя. Время истекает, и на экране у него высвечивается красный сигнал – неудача.

Тренер заметил это. С грохотом ставя свои бумаги на стол, он направился прямо к нему.

– Ты провалился! – его голос прозвучал, как гром, разрывая напряженное молчание в комнате. – В бою ты бы уже был мертв! Завтра – на переэкзаменовку, и попробуй только снова провалить.

Макс сжал зубы, чувствуя на себе взгляды остальных, но внутри него уже крепло желание доказать, что у него получится.

не успев отчитать макса за провал, его перебила тревожная сирена, разорвав тишину зала. Ярко-красные огни замигали, и над головами курсантов разнесся металлический голос автомата: «Тревога! Всем пилотам – к боевым кораблям! Повторяю, всем пилотам – к боевым кораблям!»

Макс побледнел. Это был его первый боевой вылет. Проклиная тренера и свои нервы, он подскочил с места, втиснулся в скафандр и побежал к своему истребителю. «Ну что ж, родной, вот и настал наш час,» – пробормотал он, похлопывая по металлическому корпусу. Истребитель отозвался коротким и враждебным скрипом, как будто и сам не особо верил в успех этой миссии.

Запустив двигатель, он осторожно вывел корабль в строй. Голос тренера ревел по радиосвязи, перекрывая общий гул:

– Собраться! Всем держаться на связи! Выполняем маневр «Клин»! Я хочу видеть дисциплину, а не сборище потерявшихся щенков!

«Ну, потерянные щенки – это как раз по моей части,» – подумал герой, мрачно усмехаясь, пока корабль заходил в боевую зону. Вскоре вокруг начался настоящий ад: истребители мчались со всех сторон, лазеры полыхали, как новогодние гирлянды, а вражеские суда бесконечно сыпались на них сверху.

Все шло более или менее, пока не случился удар. Громкий, такой, что корабль завибрировал, как металлическая гитара. Панель управления яростно замигала красными индикаторами, и тут же связь отключилась. Герой стиснул зубы, стараясь не поддаться панике.

– Да ладно, так даже спокойнее, – пробормотал он. – По крайней мере, тренер теперь не орет в ухо.

Но тут он заметил, что вокруг него начали мелькать новые цели, а экраны его истребителя, оставшиеся функциональными, показали тревожные данные: к нему приближались два вражеских корабля. «Ну уж нет, ребята, я вам так просто не сдамся,» – подумал он, прикидывая варианты. Маневры, прыжок – только вот система гиперпрыжка никогда не была его сильной стороной, да и по правде сказать, за всю учебу он всего один раз прошел тест на гиперпрыжок, и то случайно.

Вздохнув, он активировал систему прыжка, вкладываясь в нее всем своим решительным, но неопытным сердцем.

– Ну что, давай, отправь меня куда-нибудь… где хотя бы дышать можно.

Корабль содрогнулся, задрожали все консоли, в салоне начали появятся вспышки словно от тысячи стробоскопов, и в следующее мгновение – тишина. На мониторе появилось сообщение: «Гиперпрыжок завершен».

Он осторожно взглянул в обзорное окно. Перед ним плавно вращалась огромная голубая планета. Он еще раз проверил приборы, и по экрану проскочило обнадеживающее сообщение: атмосфера – пригодна для дыхания. жизнь – обнаружена. дают координаты. Хотя на приборы уже было трудно положиться – половина консолей искрила и потрескивала, как рождественские гирлянды.

– Отлично. Не спрашиваю, как я сюда попал, – пробормотал он. – Ладно, теперь как-нибудь приземлимся.

Корабль нырнул в атмосферу, и герой вдруг почувствовал резкие рывки – корабль явно не собирался спокойно приземляться. Болты начали скрипеть и отлетать, словно винты старого шкафа. Панели управления заискрились, и стало понятно, что до конца приземления он не дотянет.

– Ладно, ну что ж… – Он потянул рычаг катапультирования, и его выбросило в голубое небо. Позади остался его верный, но потрепанный корабль, который через секунду превратился в фейерверк из искр и обломков, разлетевшихся по всему небу.

– Ну что, по крайней мере, приземлился, – пробормотал он, разглядывая твердую землю внизу. – Это уже плюс.

Глава 3. – Приземление —

После приземления Максим выдохнул, оглядывая снежный ландшафт, раскинувшийся вокруг. Везде белоснежный покров, почти до горизонта. Под ботинками скрипит свежий снег, холод щекочет кожу под маской шлема, но тревога и неясность вытесняют ощущение холода. Он собирается снять шлем, но решает подождать – кто знает, вдруг это место вообще не приветствует чужаков?

Неожиданно он замечает слабое свечение на краю заснеженного поля, пробивающееся через частично заснеженные ветви леса неподалеку. «Ну-ка, ну-ка… что за подарок судьбы?» – пробормотал он, направляясь к источнику света.

Пробираясь через заснеженные холмы и кусты, он, наконец, видит источник света: – Черт возьми, это же наши враги. Из сугроба торчал массивный космический корабль. Вмятины, обгорелые края и трещины на корпусе говорили о том, что этот корабль давно здесь и едва ли уже может летать. Но кое-где мерцали огоньки на его корпусе, а из одного из боковых окон, с трудом, но пробивался свет. Неужели кто-то здесь всё-таки есть?

«Какой-никакой, а гостеприимный прием…» – пробормотал он, вытаскивая нож, который всё это время был прикреплен к ремню на груди. Клинок оказался на удивление холодным – словно сам был сделан из льда. Тихо, стараясь не выдавать ни шагом, ни шорохом, он начал подкрадываться к кораблю, понимая, что шутки кончились.

Однако через мгновение его кровавые фантазии прерывает резкий, металлический звук позади. Звук заряжаемого бластера – явно направленного в его спину.

– Брось нож, – произнес женский голос с явной долей раздражения, но без злобы. – А то отправишься в еще более прохладное место, чем это.

Он застыл, пытаясь обернуться, но тут же услышал:

– Не двигайся, слышишь? Брось. Нож.

– Слушай, я и сам не в восторге от этого скребка, – он отпустил нож, и тот мягко утонул в снегу. – Просто я… я думал, здесь никого нет.

– О, какой самонадеянный гость, – голос звучал насмешливо, но сдержанно. – Все думают, что никого нет, пока не начинают красться вокруг со всякими железяками.

– Ну а ты чего сама тут шастаешь? Огоньки включила, словно это домик для гостей, – попытался оправдаться он, оборачиваясь.

Повернувшись, он увидел перед собой женщину, укутанную в темное снаряжение, которое явно уже повидало немало сражений. В одной руке она держала бластер, направленный прямо ему в грудь, а её выражение лица говорило о том, что она не особо терпелива к объяснениям.

– Ах, так значит, домик для гостей? – её губы чуть приподнялись в усмешке. – Если это домик, то я – добродушная хозяйка, а ты, дорогой незнакомец, очень не вовремя решил наведаться на огонек.

– Ну, знаете, в такой пустыне любой свет кажется приглашением… – он развёл руки в стороны, будто показывая свою безобидность. – Да и не каждый день встречаешь тут кого-то с хорошим вкусом в освещении. Слушай, может, опустим это… – он кивнул на её бластер.

Она вздохнула, но оружие не опустила.

– Так ты просто заблудился, пилот? – она окинула его взглядом, явно скептически настроенная к его истории.

– Да-да, клянусь, – он натянуто улыбнулся, стараясь казаться как можно более добродушным. – Только что вышел из гиперпрыжка и… ну, корабль не пережил посадку. Так что я тут исключительно по недоразумению. Сдается мне, вы и сами понимаете, что иногда техника любит подвести в самый неподходящий момент.

Её взгляд смягчился, но лишь немного.

– Ладно, «по недоразумению», – её голос стал чуть менее жестким, хотя бластер всё еще был направлен в него. – Идем. Только не вздумай схватить еще что-то острое по пути. Моё гостеприимство не безгранично.

Он кивнул и последовал за ней, поглядывая вокруг: корабль был действительно изрядно поврежден, но внутри всё ещё теплилась какая-то жизнь – огни освещения на потолке местами мерцали, создавая эффект тени и света. На полу он заметил разбросанные инструменты, куски обшивки и остатки какого-то оружия, давно выведенного из строя. Всё говорило о том, что она здесь давно и явно привыкла справляться с трудностями.

Когда они наконец вошли в одну из освещенных комнат, она жестом указала ему на место у стены, в стороне от выхода. Он уселся, стараясь держаться спокойно, хотя сердце всё еще колотилось от адреналина.

– Значит, как тебя зовут, «случайный гость»? – спросила она, опуская бластер, но не убирая его слишком далеко.

– Макс, – он коротко кивнул. – А ты, видимо, местная звезда?

Она усмехнулась, впервые демонстрируя нечто, похожее на настоящую улыбку.

– Можно и так сказать. Зовут меня Лея. Ну что, Макс, добро пожаловать…

Макс наблюдал за Леей, которая, несмотря на долгие дни в изоляции, казалась удивительно спокойной и даже бодрой. Она глубоко вздохнула, словно собираясь с мыслями, и улыбнулась, будто они просто беседовали у костра.

– Так, – начала она, обводя рукой обломки корабля. – Я, как и ты, когда-то потерпела крушение. Поначалу была в панике, конечно. Но знаешь, оказалось, что здесь не так уж и плохо.

– Значит, ты… не послала сигнал? – Макс попытался уловить смысл.

Лея покачала головой и с горечью усмехнулась.

– Сигнал, да. В этом вся проблема. Питания у корабля почти не осталось. Если я пошлю хоть один мощный сигнал, его едва хватит, чтобы пережить ещё одну зиму. А зима здесь – это не просто холод, это настоящий ад.

Макс нахмурился, пытаясь представить себе опасности.

– Ад?

– Эта планета необычна, – она говорила это с каким-то мрачным фатализмом. – Каждый сезон здесь длится примерно четыре месяца. Сначала тут слякоть и дожди, потом наступает жара, потом снова нормальная температура, но зима… Зима здесь не просто холодная. Она полна тварей, которые просыпаются и ищут себе добычу.

Макс покачал головой, обдумывая услышанное.

– И ты выжила здесь… два года?

– Две тысячи дней, если считать по-своему, – поправила она. – Я потеряла счет времени, но примерно да, два года.

Макс всмотрелся в неё с новым интересом и недоверием.

– Так почему же ты не отправила сигнал?

Она отвела взгляд, прежде чем ответить:

– Для моей расы изменение, даже такое, как это, – преступление, караемое смертью. Мутации у нас всегда считались знаком проклятия. Если бы они нашли меня, то уничтожили бы, как ненужный отход.

Одновременно вместе с этим, Лея (Leia) вздохнула и откинула капюшон, обнажив бледные, желтоватые черты своего лица. Её глаза, в которых проблескивали оттенки синего и серого, кожа была желтого цвета как и у всех представителей этой цивилизации, но помимо этого, проступали пятна с цветом человеческой кожи.

– Я решила, что раз уж судьба привела меня сюда, то постараюсь полюбить это место.

Макс, с воодушевлением поднявшись, посмотрел на обломки корабля и предложил:

– Давай я осмотрю твой корабль. Может, удастся что-нибудь починить! А что у нас по запасам? С едой и водой как?

Лея с легкой улыбкой махнула рукой в сторону снега. – Вода тут.

– Еды еще на пару месяцев хватит, а вода… Да тут её хоть залейся!

Снег – это же просто вода, замерзшая, так что с этим всё нормально. Зима, конечно, всё пока прикрыла, но подожди пару месяцев – тут столько воды появится, что можно будет устраивать заплывы!

Она посмотрела на сверкающие сугробы вокруг и добавила, широко улыбаясь:

– Летом здесь настоящие озера – вот такой подарок от этой планеты!

Макс, не теряя надежды, продолжал:

– А что у тебя с галактической базой, кстати? Есть доступ?

Лея вздохнула и пожала плечами.

– Нет, Макс, компьютер сгорел. Все базы данных полетели в тартарары. Нет у нас доступа ни к технологиям, ни к картам, только самые базовые знания остались – как развести огонь, добыть энергию из местных ресурсов. В общем, прямо-таки каменный век. С такими технологиями мы тут, похоже, застряли надолго.

Она усмехнулась и, опуская бластер, предложила:

– Ну что, раз уж мы тут вдвоем застряли, как бы не воевать, а выживать придется. Предлагаю мир.

Макс внутренне усмехнулся, понимая, что ситуация критическая, но ничего не поделаешь:

– Так, ну, полная задница, конечно, но да… согласен. Пока не выберемся с этой планеты, объявляется перемирие.

– Да, мир, – произнес он, пытаясь найти в этом хоть что-то оптимистичное.

– Чудненько, – с улыбкой откликнулась Лея, выкидывая бластер в угол. – Всё равно не работает, сломан давно!

Макс посмотрел на Лею с легким удивлением и усмешкой.

– Вот хитрая какая! – произнес он, кивая на бластер, который Лея только что небрежно выбросила в угол. – Ты мне всё это время блефовала?

Лея, чуть склонив голову, одарила его взглядом, в котором смешались легкая насмешка и усталость.

– А ты что думал? – ответила она с лукавой улыбкой. – Тут, Макс, без хитрости никак не проживешь. К тому же, разве оно не добавляет немного интриги в наш маленький союз?

Макс усмехнулся и посмотрел на Лею уже по-новому. Снежные вихри за окном космического корабля стихали, а нарастающий свет, пробивающийся сквозь маленькое окошко, оттенял её лицо, придавая ему почти призрачное сияние. В этом холодном и странном мире, среди неработающих приборов и горькой иронии, в их случайном партнерстве вдруг возникла почти ощутимая искра.

Спустя день.

Макс вздохнул, обводя глазами консоль, и начал пробегать глазами по списку доступных технологий.

– Так, так, что у нас тут… Словари, книги, немного о производстве и пара примитивных станков. Да, не густо! По времени у нас максимум год, пока все это не заглохнет окончательно, – он почесал подбородок, мысленно взвешивая каждую деталь. – Синтезировать материю не выйдет, но хоть бы сохранить технологии… Что у тебя с принтером, Лея? Работает?

– Работает, но, честно говоря, еле дышит. Я им много чего распечатала за эти годы. Он почти пуст, – Лея подошла поближе и кивнула на панель. – Но если распечатать только самое важное, думаю, у нас есть шанс.

Макс с энтузиазмом развернулся к ней, глаза светились новыми идеями.

– Так и сделаем. У нас есть шанс сохранить хоть какие-то технологии, но нужно отобрать то, что действительно критично. Смотри: нам нужно научиться выращивать еду, разбираться в строительстве, наращивать энергию и – на всякий случай – запастись примитивным оружием. Еще неплохо было бы найти способ, как делать местные носители информации. Вроде бумаги или чего-то подобного.

Лея задумчиво кивнула, оценивая его план.

– Звучит неплохо. Тогда начнем с самого важного.

Макс и Лея стояли у принтера, наблюдая, как аппарат с последними издыханиями оживлялся, печатая страницы. Шум механизма был для них почти как музыка, будто их идеи обретали форму в каждом новом листе. Макс подхватил первую готовую страницу, а Лея протянула руку к следующим, словно это был клад, который они собирали по крупицам.

Когда принтер, наконец, выдал последнюю страницу, они сложили их аккуратной стопкой.

– Ну что, книга у нас есть, – пробормотал Макс с легкой иронией, – теперь осталось еду вырастить и дом построить.

– Дом, который будет вписан в историю! – добавила Лея с усмешкой, и, с неожиданной нежностью, провела рукой по обложке.

Глава 4. – новый мир —

С каждым днем Лея и Макс всё лучше приспосабливались к жизни на планете. Вначале было непросто – технологии, на которые они рассчитывали, работали только отчасти. Принтер почти исчерпал запас ресурса, и теперь на них оставались только инструменты, сделанные вручную, и знания, которые они успели сохранить в распечатанной книге.

Однажды утром Макс возвращался с охоты и увидел, что Лея копошится у небольшого сооружения, похожего на теплицу, которую они построили из обломков корабля.

«Ты что тут мастеришь, Леюшка?» – Макс с улыбкой подбросил зайца, пойманного утром.

Лея вытерла руки и с радостью указала на конструкцию.

– Я просканировала местные растения, изучила, пытаюсь соорудить устойчивую теплицу, что бы их выращивать.

Здесь чередуются такие жесткие условия – то снег, то жара, то слякоть, – нам нужно место, где мы можем выращивать еду круглый год.

Макс подошел поближе и осмотрелся. «Ну, это отличная идея! Давай-ка я помогу укрепить стены. Если что, можем затянуть покрытие из кабины корабля, оно плотное и спасет от снега.»

Вдвоем они провели весь день, работая над теплицей. Уже к вечеру она выглядела как нечто полноценное и внушающее надежду.

Лея взглянула на свои руки, покрытые грязью и порезами.

– Эх, цивилизация… Вечно я мечтала о космических путешествиях, а теперь вот, что называется, вернулась к корням. Смотри, Макс, я, кажется, в первый раз в жизни своими руками выращу что-то, кроме кристаллов для анализа!

Макс засмеялся: «Ну, значит, добро пожаловать в команду фермеров. Честно говоря, мне тоже нравится эта жизнь, хоть и совсем не то, что я планировал. Просто смирись, у нас теперь есть свой маленький мир».

Прошло несколько лет.

Со временем Макс и Лея стали настоящими экспертами по выживанию на планете. Макс исследовал местные ресурсы, находил металлические руды, из которых делал примитивные инструменты, и, несмотря на трудности, строил вокруг небольшого лагеря целую инфраструктуру. Лея тем временем взялась за медицинскую сторону и начала изучать целебные свойства растений, что росли на планете.

Однажды вечером, сидя у огня, Лея задумчиво посмотрела на Макса. «Ты знаешь, несмотря на все трудности, я впервые чувствую себя по-настоящему живой. Здесь мы можем создать что-то свое. Будущее теперь не кажется таким пугающим».

Макс подбодрил её взглядом, подтянув поближе её самодельное покрывало. «А кто знает, может, здесь всё только начинается. Мы уже создали свой мир, а дальше посмотрим, куда нас занесет этот странный космос».

Их отношения развивались медленно и естественно, в тишине далекой планеты, под звездами, которые наблюдали за ними, словно приветствуя новые чувства, зарождающиеся в условиях, где всё противостояло их близости. Одинокая совместная жизнь требовала постоянного сотрудничества, доверия и заботы друг о друге, что постепенно, почти незаметно для них обоих, превратилось во взаимное притяжение.

Глава 5. -Рождение-

Однажды ночью, когда Макс возвращался после разведки окрестностей, он увидел Лею, сидящую у огня, задумчиво греющую руки. Её глаза были устремлены на его шаги, но в них теперь появилось что-то большее, чем просто усталость и сосредоточенность на выживании.

«Ты выглядишь иначе», – тихо произнес он, присаживаясь рядом.

Лея улыбнулась. «Может быть, я просто наконец привыкла к твоему обществу», – её голос прозвучал нежно, и Макс, сам того не ожидая, аккуратно положил руку ей на плечо. Их взгляды пересеклись, и в тишине, разрезаемой лишь треском костра, родилась их первая близость.

Спустя несколько месяцев Лея начала замечать изменения в своём теле. Она долго не решалась сказать Максу, но однажды, утром, когда он проснулся и пошел развешивать их скудный улов на просушку, она наконец решилась.

«Макс…» – она подошла к нему с тревогой в глазах, но в её голосе была и странная, теплая нотка. «Похоже, я беременна».

Макс застыл, потом быстро обернулся к ней, внимательно всматриваясь. На миг они оба почувствовали весь вес этой новости, и Макс, медленно переваривая услышанное, наконец, улыбнулся.

«Лея… это… это невероятно! Мы с тобой создаем новую жизнь!» – его голос дрожал от волнения.

Лея вздохнула, кивнув, но её беспокойство было очевидным. «Но, Макс… Ты знаешь, как мои и твои мутации изменились из-за планеты. Я боюсь, что ребенок… может родиться альбиносом или даже… чем-то совершенно другим».

Макс обнял её, прижимая к себе. «Слушай, мы с тобой всё пережили, так ведь? Этот ребенок будет нашим продолжением. И если он будет хоть капельку похож на тебя – я буду счастливым отцом, понимаешь?»

Лея расслабилась в его объятиях. «Знаешь, ты прав. У нас с тобой новый шанс. Кто бы мог подумать, что я буду сидеть здесь, на краю галактики, волноваться о будущем нашего ребенка?»

Макс рассмеялся, поглаживая её спину. «Эй, если бы ты мне сказала об этом в первый день, я бы тоже не поверил. А теперь… у нас с тобой есть целая планета и даже… немного надежды».

Прошел год. Время на этой планете тянулось словно мед, меняя сезоны по своему прихотливому, необычному циклу. За эти годы Макс и Лея стали опытными жителями этих неизведанных земель, обустроив укромное место, где можно было пережидать холод и скрываться от хищников. Зима снова подступала, принося суровые морозы и пронизывающий ветер, но их теперь грела новая радость – они ожидали появления ребенка.

В одну из таких ночей, когда снег пушистым ковром покрывал всё вокруг, Лея ощутила первые схватки. Макс, который как раз заносил в их убежище дрова, увидел её побледневшее лицо и понял: момент настал. Он опустил вязанку, и в глазах его появилось то нежное, сосредоточенное выражение, каким только что-то неуловимо хрупкое и важное может пробудить.

«Лея, дыши глубже. Я здесь», – он мягко обнял её за плечи, помогая лечь на импровизированную постель, сделанную из их старого, уже порядком потрепанного одеяла.

Лея стиснула его руку, и между схватками, в короткие моменты передышек, смеялась, глядя ему в глаза. «Ты точно готов? Ребенок-то у нас… первый!» – с юмором и чуть истерически произнесла она.

«Я готов!» – серьезно кивнул Макс, пытаясь не выдать своё волнение. – «А ты держись, ты же у нас тут самый опытный боец!»

Она усмехнулась сквозь боль и, задыхаясь, произнесла: «И смелее тебя в тысячу раз…»

Часы тянулись, и вот, под звездным небом, на заснеженной планете, наполненной суровой красотой и тишиной, раздался первый крик их ребенка. Макс дрожащими руками принял малыша и, завернув его в мягкую ткань, поднес к Лее.

«Познакомься, Лея, это… это наш мальчик», – его голос дрожал, и глаза блестели от слёз счастья.

Лея посмотрела на крошечное, розовое лицо, на светлую шевелюру и маленькие, жадно сжимающиеся кулачки. «Наш мальчик», – повторила она шепотом и нежно коснулась его щечки. Макс с замиранием сердца следил, как её пальцы, слегка желтоватые от мутации, казались совсем обычными на фоне их ребенка. Мальчик был похож и на него, и на неё – словно отражение их двух миров, собравшее лучшее из каждого.

Макс обнял их обоих, глядя, как их сын с любопытством разглядывает это странное место, где началась его жизнь. «Лея, мы дали начало новой жизни. Ты только представь… всё, что мы преодолели, привело нас к этому моменту».

Лея улыбнулась, усталая, но бесконечно счастливая. «Теперь у нас есть для чего бороться, Макс. Ради него, ради нас».

Макс и Лея, замерев, смотрели на новорожденного, который лежал у них на руках.

О чудо, на коже малыша не было ни желтизны, ни других признаков, которые могли бы выдать мутации, сопутствующие жизни на этой планете. Он был самым обычным, розовощеким, младенцем, с обычной человеческой кожей.

Макс взглянул на Лею и, увидев в её глазах удивление, перевёл взгляд обратно на малыша. «Ты только посмотри… – пробормотал он, едва сдерживая радость. – Ни одного пятнышка, ни одного намека на мутации.

Лея, сначала пораженная, теперь расплылась в мягкой, умиротворенной улыбке. Она провела пальцем по щечке малыша, ощутив нежную, теплую кожу, будто созданную вопреки всем необычностям их мира. «Видимо, планета решила сделать нам подарок», – с нежностью произнесла она, глядя на Макса.

«Эта планета… Я бы никогда не подумал, что она на такое способна», – Макс, смеясь, посмотрел на их новое жилище, укрытое снегом. Он обнял Лею, обнимая их обоих вместе с малышом. – «Она, видимо, мудрее, чем мы думаем. И, похоже, дала нам шанс на новую жизнь».

Лея с улыбкой кивнула, уткнувшись ему в плечо. «Похоже, мы – не первые, кто здесь нашел свой дом», – прошептала она, глядя на малыша.

Глава 6. -взрыв из прошлого-

прошло 5 лет.

Вечер опустился на их маленький дом, за окнами сгущалась ночь, и звезды, яркие и крупные, рассыпались по небу. Внутри дома царил мягкий полумрак, освещенный множеством свечей, которые, словно древние факелы, стояли на полках и в нишах, создавая теплое сияние. В центре комнаты, рядом с камином, уютно потрескивали дрова, отбрасывая теплые отблески на обветшалый интерьер.

В уголке на столе, покрытые пылью и сетью паутины, лежали забытые артефакты их прошлого: книга с технологиями, давно исчерпанный бластер. Эти предметы словно напоминали о том, что когда-то они были пришельцами на этой планете. Но сейчас, десять лет спустя, дом стал их домом, а эта планета – новой родиной.

Макс, сидя у огня, держал их трех летнюю дочь у себя на коленях. Лея устроилась рядом, с их пятилетним сыном, ее взгляд был теплым, почти мечтательным. Они рассказывали дочери и сыну о своих мирах – о тех далеких местах, откуда они прилетели, о цивилизациях, городах, которые сияли так ярко, что затмевали ночное небо.

«Наши города были огромными, высокими, – начал Макс, поглаживая сына по голове. – Представь себе здания, достигающие самого неба, переливающиеся стеклом и светом. В них жили миллионы людей, и каждый день был наполнен шумом, движением, бесконечными звуками».

дочь слушала, широко распахнувшими глаза. «А как это – миллионы? Это много?»

Лея улыбнулась, наклоняясь к дочери. «Очень много, маленькая. Тысячи и тысячи лиц, каждый с мечтой, с историей. Но самое красивое – это небо над нашим миром. Оно было синее, как это, но с луной, которая казалась огромной. Мы могли летать между звездами на больших кораблях…» – её голос становился тише, словно она вспоминала что-то бесконечно далекое и теплое.

Мальчик с удивлением вслушивался, как будто впервые слышал истории о далеких звездных мирах. Внезапно его взгляд упал на пыльный бластер. «А это… он правда стреляет?» – с любопытством спросил он, показывая на оружие.

Макс усмехнулся и посмотрел на Лею, которая только покачала головой с улыбкой. «Когда-то стрелял, – сказал Макс, – но теперь это просто память. Он больше нам не нужен, ведь здесь, – он сделал жест вокруг, показывая их уютный дом, – теперь наш мир. И мы сами его защищаем».

Огонь в камине продолжал мирно потрескивать, отбрасывая теплые отблески на лица сидящих у огня. За прошедшие годы, сама планета, казалось, впиталась в них, оставив свои следы и в телах, и в душах. Кожа Леи и Макса постепенно стали почти человеческой – только мелкие пятна прежних оттенков напоминали о прошлом. Один из глаз Макса стал глубоким, как морская гладь, голубым, сверкая в полумраке комнаты. Этот необычный оттенок казался загадочным, словно в нём отражался весь путь, который они прошли, чтобы добраться сюда, до этого момента.

Лея заметила, как сын смотрит на их изменившиеся черты с любопытством. Она обняла его и сказала с улыбкой: «Мы все становимся частью этого мира, да и он сам – частично наш теперь. Так уж получилось, что наши тела решили стать похожими на этот дом, на тебя… Наверное, чтобы не было никакой разницы между нами и нашим домом».

Макс, прищурившись, подмигнул сыну своим голубым глазом. «Вот, – сказал он, показывая на бледные пятна на руках, – это такие отметины на память. Чтобы помнить, кто мы и откуда, но всегда знать, куда мы теперь принадлежим».

Мальчик протянул руку и осторожно прикоснулся к одному из пятен на ладони отца. Он замер, словно почувствовал связь с чужими звездами, которые казались ему далекими и загадочными. Лея, заметив, как мальчик задумался, тихо добавила: «Ты всегда сможешь узнать о наших мирах и, может, однажды сам полетишь между звёздам. А пока… пока наш дом здесь, в этом тепле, с тобой».

Теплая атмосфера окутала их, и на миг показалось, что они – обычная семья, без прошлого межзвездных путешествий и таинственных миров.

В ночном небе внезапно появился блеклый свет, словно звезда, но медленно приближающаяся, и вскоре огромный, почти беззвучный корабль завис над горизонтом, отражая отблески от поверхности снега и деревьев вокруг. Лея и Макс мгновенно ощутили, что это не сон, не воспоминание о прошлых жизнях. Это был спасательный отряд, посланный с родной планеты Макса.

Старший офицер, в серебристой форме, первым шагнул из небольшого, мерцающего шлюза и оглядел Лею, Макса маленького мальчика и их дочь, что смотрели на него с любопытством и восхищением. Легкий ветер развевал волосы детей, и казалось, что они, как олицетворение обоих миров, смотрел прямо в душу солдата, без страха и смущения.

Офицер наконец произнес, голос его был ровным, но в нём звучало то, что никто не ожидал услышать: «Эти дети… это – символ новой эры. Он – конец нашей давней войны. Мы должны представить его Совету, чтобы положить конец страху и вражде».

Макс и Лея переглянулись, осознавая, что их дети – не просто часть семьи, а символ надежды для их миров. Офицер взглянул на Макса, отметив, как тот стал частью этого нового мира, но всё еще был тем, кого они отправились искать, и сказал, мягко улыбнувшись: «Вы только наденьте скафандры с тонированными забралами. Мы же не хотим никого напугать».

Макс рассмеялся и, оглядываясь на Лею, сказал: «А ведь всегда думал, что всё начнется и закончится гораздо проще». Лея подхватила, улыбнувшись: «Ну что ж, может, у нас получится даже научить их мирным обычаям».

Офицер, высокий и статный, подступил ближе, теперь на свету стал заметен знакомый бледный оттенок кожи и белоснежные волосы. Альбинос. Он посмотрел на Макса с легкой улыбкой, почти с изумлением, словно не мог поверить своим глазам.

«Да ты ни на день не постарел,» – произнес солдат с теплой ноткой, пристально разглядывая Макса, как будто сравнивал с тем, кого знал когда-то, много лет назад.

Макс усмехнулся и, глядя на свои руки, покачал головой: «Видимо, эта планета творит с нами чудеса.» Он провел рукой по лицу, как бы проверяя, нет ли новых морщин, но всё было так же. «Кажется, даже волосы не успели поседеть.»

Солдат ухмыльнулся и чуть наклонил голову: «Видимо, всё-таки полезные эффекты у здешней флоры и фауны. Может, стоит организовать сюда курортный рейс? Представь, какие выручка и популярность.»

Макс сдержанно рассмеялся, глядя на Лею, и добавил: «Ну, это будет единственное место, где люди могут обрести покой… и много, очень много новых вызовов.»

Маленький мальчик, наблюдая за их разговором, поднял глаза на родителей и солдата, не совсем понимая, но ощущая, что их слова значат что-то важное. Офицер посмотрел на него и, улыбнувшись, присел на одно колено, чтобы оказаться на уровне мальчика.

«Ты, должно быть, тот самый особенный,» – произнес он. «Ведь ради тебя мы преодолели половину галактики.»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.