Анна Скиф
Ледяная проблема для дракона

Глава 1

Найти и обезвредить Эбигейл Глейс

Дракон поймал меня за руку, когда я попыталась стянуть с его шеи золотую цепочку.

– Пусти, – зашипела от боли, стараясь высвободиться. – Ты мне кости сломаешь!

– Я думал, ты больше не промышляешь, Эбби – насмешливо сказал он, скинув с головы капюшон и показав безупречный оскал.

Передо мной стоял самый страшный кошмар всей моей недолгой жизни. Я мечтала никогда больше не встретить его, но каждую ночь он приходил и мучил меня. Сны, такие реалистичные, пугающие, вдруг стали реальностью посреди торговой улицы, забитой толпой праздных гуляк, совершенно не следящих за собственными кошельками. Как из сотен я могла выбрать одного самого ненавистного и опасного?

– А я думала, ты давно сгинул, даже дышать легче стало. – Ответила, пытаясь унять накатившую волну страха. – И не называй меня так, иначе сам знаешь, что будет.

Вместо внятной реакции на угрозу, дракон провел пальцем по браслету на моем запястье. Ограничивающее заклятье отозвалось легким жжением. Я до скрежета сжала зубы, прекрасно помня по чьей вине хожу в оковах.

– Ты не рада встрече со старым другом?

– Друзья не предают, – прорычала я прямо ему в лицо, для чего пришлось встать на цыпочки. Но я должна была высказать все, глядя прямо в глаза с вертикальным узким зрачком.

Слишком долго во мне копилась невысказанная ненависть.

– У меня не оставалось выбора, Эбби… Эбигейл. Ты сама виновата. Не стоило останавливать сердце тому бедняге.

– Моя вина лишь в том, что я доверилась твоему отцу. Но с тех пор я повзрослела и стала умнее. А тот бедняга, как ты выразился, залез мне под юбку, пока думал, что никто не видит. И не придумал ничего лучше, как обвинить меня в воровстве. Вот мне и приходится соответствовать.

– Он едва не умер, – менее уверенно сказал дракон. – И… я не знал. Правда. Ты ведь ничего не объяснила. Почему?

– Маркус, прекрати строить из себя невинность. Тебе хотелось поиграть в рыцаря, а я нуждалась в поддержке. Теперь сама могу за себя постоять. Обойдусь без няньки. Да и кому интересна судьба несчастной сиротки?

Какой-то жлоб толкнул дракона плечом, и пока он отвлекся, я сумела вывернуться и освободиться от захвата. На всякий случай еще и за палец дракона укусила. Без необходимости. Просто из вредности.

Реакция Маркуса ему не изменила, он быстро сориентировался и бросился в погоню, но я все же получила небольшую фору. Нас разделяло не больше десятка шагов, он вот-вот мог меня нагнать, когда я резко остановилась, сосредоточилась и позволила силе выйти на свободу. Браслеты не давали выхода всей мощи, однако, со временем я смогла найти небольшие лазейки. Времени на тренировки было предостаточно. И все же защита браслетов реагировала даже на минимальные всплески. Меня будто ударили в живот. Не в полную силу, но все равно ощутимо. Дыхание сделалось поверхностным и частым. Правая рука онемела, и, вот, наконец, синеватая струйка сорвалась с кончиков пальцев на землю, превращаясь в глянцевую дорожку льда.

Притормозить дракон не успел. Его ноги некрасиво разъехались в стороны, стоило ему ступить в мою ловушку. Раздался треск рвущейся ткани, и тут же последовала ругань, от которой у меня загорелись уши.

– Ой! – закончил он пламенный спич, сидя на заднице, растеряв весь суровый вид. – Эбигейл Глейс, стой!

– Тебе нужно, ты и стой, Брен! – бросила я в воздух, догадываясь, что дракон меня не услышит, и растворилась в толпе.

Мне нужно срочно спрятаться и отдышаться. Выброс силы скоро даст о себе знать жестким откатом. Я потратила почти четверть допустимого ресурса на сущую ерунду. Проклятые браслеты увеличивают расход в разы! Я будто враз забыла все, чему научилась за годы до встречи с Маркусом Бреном.

Для него я преступница. Более того – беглая преступница. Он ведь уверен, что я до сих пор сижу в кандалах в подвалах одной из тюрем, которыми руководит его отец. И мне хочется верить, что бывший друг никогда не узнает на каких условиях я смогла не только выйти на свободу, но и сохранить свою магию. Пусть и в таком ограниченном виде.

Жаль не могу заморозить собственное сердце, чтобы оно не вздрагивало при каждом воспоминании о своенравном драконе Маркусе Брене. Я ненавижу его, так как не ненавидела никого в жизни. Мечтаю размазать самодовольную ухмылку по красивому лицу и, наконец, обрести такой недосягаемый покой.

Пока же мне приходится убегать, прятаться и ждать ночи, с ее тревожными видениями, где дракон снова и снова приходит, чтобы бередить старые раны. И где он всякий раз покрывался твердой коркой льда, а я смотрела на свои руки, понимая, что в очередной раз потеряла контроль, и стихийная магия поглотила мои разум и тело.

Маркус

Эбби появилась весьма вовремя. Будто сами боги решили встать на мою сторону. Хотя, не скрою, встреча стала для меня неожиданностью. Отец обещал, что придержит Глейс до тех пор, пока я не найду решения для уравновешивания ее нестабильности. Так почему она здесь, а не под надежной охраной, где не сможет навредить себе и окружающим? Даже в ограничивающих браслетах ее сила пробивается наружу. Страшно представить последствия, при которых она сумеет избавиться от предохранителей. Глупая девчонка не понимает, что каждое применение дикой, не прирученной магии разрушает ее изнутри.

А она изменилась. Ушла подростковая угловатость, сменилась женской округлостью в нужных местах. Это уже не малышка Эбби, а стихийница Эбигейл со всеми вытекающими. Попавшись на попытке воровства, она не стала плакать и умолять. Я увидел в расширившихся глазах угрозу, но не страх. Как загнанная в угол добыча, она готовилась нападать. Мне повезло что ее встретил именно я, а не королевская стража.

И если повезет еще раз, я смогу быстро найти Эбигейл. Найти и использовать для достижения своей цели.

Мой путь лежал к лавке артефактов. Уверен, что видел вывеску торгового дома Лестер, выпускницы здешней академии и по слухам полунежити. Ее подмастерья создают лучшие магические штучки во всем объединенном королевстве.

В лавке удалось ухватить последний связующий маячок. Для работы артефакта требовалась личная вещь искомого, капля его крови или слюны. Или относительно Глейс правильнее – яда? Здесь проблемы не возникло. Спасибо острым зубкам Эбби. Снова повезло?

Внутри зашевелился червячок сомнения. Как говорила моя бабушка, если все идет слишком гладко, жди подвоха.

И подвох не заставил себя ждать.

Я долго петлял по узким улочкам, пару раз увяз в грязи, перемахнул через низкий заборчик, заметил на нем лоскут ткани знакомой расцветки и, наконец, достиг цели. Эбби была там, и жить ей оставалось недолго.

***

На девчонку напали местные оборванцы.

В мое отсутствие Эбби успела отправить в нокаут двоих. Один лежал с закрытыми глазами, раскинув  конечности наподобие звезды, но дышал ровно. Второй, поскуливая,  катался по земле, прижимая к груди пробитую ледяным штырем ногу. Еще двое, скаля щербатые рты, наступали с разных сторон. Меня они будто не замечали, ослепленные яростью.

Дело плохо. Девчонка вновь применяла магию. Человеческое тело не приспособлено для подобных всплесков. Она убивает себя!

Именно поэтому, таких как Эбби избавляют от стихии принудительно. Либо, в случае неповиновения, изолируют от общества навсегда.

Когда в Глейс проснулась стихийная магия, ей помог мой отец. Великий и ужасный Элиот Брен использовал свои связи, чтобы никто не посмел прикоснуться к человечке. Уверен, ему было интересно самому изучить диковинную игрушку, хотя, он и прикрылся благородными мотивами, зная о нашей близкой дружбе. В любом случае я был ему благодарен, не думая о последствиях и о том, каково будет самой Эбби в тюрьме. Я знал, никто не сажал бедняжку в камеру, все это время Глейс жила в доме отца. Но оставалась пленницей. Ей запрещалось показываться на глаза даже прислуге. Гулять она могла во внутреннем дворике, где из развлечений лишь фонтан с диковинными рыбами и пение птиц. По периметру зачарованная ограда. Сбежать невозможно. Да и куда бежать с таким-то грузом? Дом-темница охранял неуравновешенную стихийницу от общества, а общество от нее. Но главнее всего – репутация отца. Выплыть правде наружу, он не позволил бы ни за что. Особенно теперь, когда принц Фредерик неожиданно решил дать шанс, таким как Эбби. Их будут учить справляться со стихией. Наградой станет полный пансион и стипендия в лучшем учебном заведении Королевской Академии Магии. В случае провала несчастных ждет окончательное лишение сил, а тех, кто под влиянием неуправляемой магии успел нанести урон, осудят и отправят в тюрьму. Как, впрочем, и моего отца за укрывательство опасной проблемы.

Надо же было именно теперь, проснувшемуся от векового сна Оракулу, напророчить, что среди дикарок будет та, что посягнет на Корону и решит убить принца. Мне выпала высокая честь предотвратить покушение. А в случае, если заговорщицей окажется Эбби еще и скрыть ее связь с моим отцом.

Поэтому нужно провести все так, чтобы никто не догадался, где последние пару лет пряталась Эбигейл Глейс. Попробует проболтаться, лично сверну ее красивую шейку. Я могу как угодно относиться к своему отцу, но честь рда превыше всего.

– Пошли прочь от девчонки! – спокойно сказал я. На меня уставились две рожи с сизыми носами и обвисшими, от непомерного возлияния, щеками. – Не вынуждайте применять силу.

– Кто это здесь у нас? – Один из нападавших сделал знак подельнику, чтобы тот не отпускал Эбби. Сам же неровной походкой двинулся в мою сторону. – Богатенький господин решил устанавливать свои правила на чужой территории?

– Я предупредил. – Прозвучало громче, но отравленный алкоголем мозг не воспринял угрозу всерьез. – Девушка пойдет со мной, и никто не пострадает.

– Если я приведу ее в городскую ратушу, мне отсыпят столько монет, что я смогу прикупить себе такой же плащик, как у тебя, богатенький. – Он приблизился и двумя пальцами с грязными ногтями потрогал край моей накидки, потянул воздух широкими ноздрями. Я едва удержался, чтобы немедленно не сломать ему челюсть. –  И пахнуть буду не хуже.  А если думаешь, что можешь забрать нашу добычу, спешу тебя разочаровать.

Я вздрогнул. Пропойца прав. Эбби добыча в любом случае. Пока я еду в академию в качестве преподавателя. Никто не увидит подвоха в новом учителе, но к стихийницам доступ все же ограничат. Если же запросить менторство над одной из подопытных, все сложится наилучшим образом. Девчонка рано или поздно окажется перед судьями, она не сможет обуздать стихию и сорвется. Мне даже не придется сильно стараться, готовить ее к чему-то. Нужно лишь потянуть время. Почему я уверен, что Эбби не окажется той самой преступницей? Мой отец не настолько глуп, чтобы связать свое имя с заговором против Короны. Он обязательно нашел бы другую пешку. Да и имеющейся власти ему более чем достаточно. Лучше держать химеру за хвост, чем дракона за крыло. В первом случае есть шанс выжить.

– Прости, друг, – улыбнулся я, закатывая рукава, – сегодня тебе отсыпят только тумаков от дракона.

– Твою же химерью мать! – выругался тот и, сунув два пальца в рот, протяжно засвистел.

Со всех окрестных кустов, из выбитых окон лачуг, из-под горок гниющей ветоши, полезли такие же красномордые, беззубые и алчущие наживы бедолаги. Их, движимых низменными мотивами, наверное, можно понять. Но, увы, у меня не нашлось времени разбираться. Вызвав на ладони фаербол, я продемонстрировал его окружившим меня людям.

Они замерли, как падальщики, не решающиеся подойти к крупному хищнику. Скалили беззубые рты, рычали и кашляли, но не делали попыток приблизиться.

Я прошел вперед, отодвинул в сторону того, кто остался охранять Эбби, прикрыл ее собой.

– Ты в порядке? – спросил тихо, чтобы нас не услышали.

Все хуже, чем я думал. Сил у девчонки совсем не осталось.

– Да что он нам сделает один дракон и полудохлая девка?

От выкрика толпа пришла в движение. Пока лишь топтание на месте, однако, даже падальщик может оказаться опаснее хищника. Когда инстинкт самосохранения затмевает голод, такие способны на что угодно.

Файербол полетел в ближайшую лачугу, немедленно превратив ее в полыхающий костер. Надеюсь, внутри никого не оставалось.

– Валим! Жизнь дороже золота!

Миг и толпа растворилась. Сбежал даже тот с сосулькой в ноге.

– Трусы, – осмотревшись по сторонам, прохрипел самый стойкий, скорее всего главарь банды. Посмотрел на меня с ненавистью, сплюнул под ноги и прошипел: – Еще свидимся, господин богатенький дракон.

– Жду с нетерпением, – ответил я, отвесив шутовской поклон.

Обиженный бедолага поплелся прочь.

Убедившись, что нам никто не помешает, я подошел к Эбби и едва успел подхватить ее на руки.

– Ты все же поймал меня, Маркус. – Она растянула побелевшие губы и застонала. – Сдашь меня королевской страже?

Видя перед собой малышку Эбби, такую хрупкую, беззащитную, я все равно смотрел в глаза опасной преступницы и не мог понять, как теперь к ней относиться. Во мне боролись несколько чувств: долг перед той, что провела несколько лет в изоляции по моей вине; знание того, что поступил тогда верно и поступаю правильно теперь; и еще одно, слабое, не оформившиеся и совершенно незнакомое. И если первые два толкали меня скорее отправиться в академию, дабы завершить дело, третье требовало немедленно попробовать на вкус прикосновение к ее губам, ощутить их мягкость, тепло.

– Что ты медлишь, дракон? – будто прочитав мои мысли, едва слышно прошептала Эбби и сама потянулась ко мне.

Я не понял, чего именно она хочет, и поступил так, как велел внутренний голос.

Глава 2

Одной тайной больше

Эбби

Маркус был так близко, что я смогла рассмотреть россыпь темных крапинок в малахитовых глазах. И тонкую алую кайму, очерчивающую губы. Протянуть бы руку, коснуться пробивающейся на щеке щетины, провести ниже к шее, пробежаться пальцами по выпирающим ключицам.

– Что ты медлишь, дракон?

Собрав последние силы, приподнялась, чтобы вытолкнуть разделяющий нас воздух. А уже через секунду этого самого воздуха мне стало катастрофически мало.

Я же совсем не это имела ввиду! Что ты творишь?

– Эбигейл Глейс, – произнес бывший друг низким волнующим голосом, – ты арестована и будешь представлена суду для вынесения приговора за несанкционированное использование стихийной магии. Тебе будет предоставлено право выбора, согласно распоряжению законного наследника королевского трона принца Фредерика…

Он еще что-то говорил, но я уже не слышала. Сознание стремительно покидало меня, и это было лучшим выходом из сложившейся ситуации.

– Ненавижу тебя, Маркус Брен, – едва успела сказать, прежде чем дракон укрыл меня с головой своим плащом. А может быть и вовсе погасло солнце. Не важно. Мне все стало безразлично.

Когда открыла глаза, надо мной нависал потолок. Я находилась в комнате, точнее чьей-то спальне. То, что спальня не в доме Элиота, стало понятно сразу. Никаких изысков и роскоши, все простенько, но практично. Стол, шкаф, прикроватная тумба. А самое главное – окно без решетки.

Я смогла встать и пройти к окну. Открыла тяжелую створку, с наслаждением вдохнула вкусный, немного пахнущий дымом и озоном воздух.

Комната находилась довольно высоко. Внизу расстилался зеленый газон, от которого в две стороны убегали мощеные дорожки. Никакого сада и фонтана, только вездесущие птицы надрывались разными голосами.

Память ударилась в виски постыдными воспоминаниями.

Щеки вспыхнули. Захотелось немедленно умыться ледяной водой. Страшно подумать чего нафантазировал себе Маркус в той подворотне. Чтобы отвлечься, я начала усиленно думать. Первая мысль: сбежать. Но куда и откуда?

Я подошла к двери, дернула ручку. Не заперто. Высунула нос наружу, увидела небольшую прихожую, даже скорее маленький холл еще с двумя дверями. Из-за одной слышался шум воды. Ванная. И кто-то в ней.

Долго гадать не пришлось. Вода стихла, и почти сразу мне на встречу вышел Маркус.

Голый.

Если не считать белоснежного полотенца, обернутого вокруг бедер и пушистых розовых тапочек в виде ушастых зайцев, налезших ему на половину ступни.

– Проснулась? – спросил он, проследив за моим взглядом. – Тапки не мои. Остались от прежней хозяйки. В академии казенные шмотки.

Он проворно скинул мягкую обувь и заглянул через мое плечо.

– Могу я пройти? Вдруг твоя комната лучше и я перееду в нее.

– Для начала можешь объяснить, куда ты меня притащил и зачем. Хотя, нет, оденься, а только потом говори.

– Тебе что-то не нравится? Ты сотню раз видела меня голым, когда мы вместе купались в реке.

Я смутилась,  быстро заговорила:

– Тогда у тебя не было всего вот такого выпуклого и твердого.

– О чем ты? – Маркус покраснел и положил ладони на то место, куда приличной девушке заглядываться не стоит.

– Я про твои мускулы, идиот! Кожа не трескается от такого натяжения?

– Ты шла умываться? – резко сменил он тему. – Вот и ступай. Осторожнее, вода слишком горячая.

– Не горячее моих фантазий.

Я честно хотела промурлыкать эти слова, окончательно выбить почву из-под ног дракона, но поперхнулась и закашлялась.

Этот паразит без лишних церемоний хлопнул меня между лопаток, отчего я забыла, как дышать. Но кашлять перестала.

– И обуйся, Эбби, простудишься.

Не успела умилиться его заботе, как дракон добавил:

– Еще меня заразишь. Я умру. Отец закатит шикарные поминки. А ты, воспользуешься возможностью, чтобы спереть фамильное серебро во время прощальной трапезы.

С неожиданной даже для себя проворностью, я схватила с пола тапки и метким броском запустила в дракона. Сначала один, потом второй.

Маркус ловко увернулся от моих снарядов, спрятавшись за захлопнувшейся дверью.

– Только выйди, – пригрозила я, чувствуя, как внутри разгорается злоба.

По ногам вдруг потянуло холодом. Я нашла взглядом злополучную обувку и, подхватив за длинные уши, не сразу поняла, что они превратились в обледеневшие кирпичики.

Память перенесла меня на несколько лет назад. Там мне было страшно. Страшно и холодно. Тогда, я так же как сейчас, не поняла, как все произошло. Только увидела остекленевший взгляд подонка, лапавшего меня за колени, и то, как он хватается за сердце, жадно глотая ртом воздух. Маркус появился, когда опасность уже миновала. Он тряс меня за плечи, что-то кричал.

В тот же вечер он привел меня к своему отцу и все рассказал. Элиот попросил сына выйти, а уже на следующий день на моих запястьях захлопнули ограничивающие браслеты.

“Для твоего же блага, девочка”, сказал мне тогда Элиот Брен, и я поверила в то, что опасна для всех и в первую очередь для себя. Я была благодарна мудрому дракону за спасение, еще не зная, что на несколько лет окажусь в самой настоящей тюрьме. Пусть даже там были фонтан и сад с певчими птицами.

– Что ты все возишься? – Голова Брена высунулась в приоткрытую дверь. Я вздрогнула. – Через полчаса нам нужно быть у ректора. Август Видар не любит когда опаздывают.

Я быстро спрятала замороженные тапки за спину, зная, что обязательно продумаю план мести.

Маркус

Перед визитом к ректору академии, необходимо было проинструктировать девчонку, пока она не ляпнула лишнего.

– Будет лучше, если ты не станешь упоминать мое родовое имя в кабинете Видара.

– Золотой мальчик набедокурил и не хочет, чтобы кто-то узнал его секрет? – с вызовом спросила она.

– Ты ведь хочешь получить свободу? Я могу тебе помочь, если ты немного подыграешь. Согласна?

– Одному Брену я уже подыграла, в итоге оказалась вот с чем! – Злобно сверкнув глазами, Эбби продемонстрировала запястья в магических браслетах.

Смотрелось даже красиво, отец знал толк в побрякушках. Я всегда подозревал, что в нем все еще сильны гены диких предков, сходивших с ума по золоту и драгоценным камням.

Если бы Эбби могла снять браслеты без вреда для нее, ей никогда не пришлось бы уже воровать для выживания. Металл из которого они выкованы содержит не только дорогущий сплав, но и часть магии драконов.

Решение пришло молниеносно.

– Эбигейл, а что ты скажешь, если я пообещаю избавить тебя от браслетов в обмен на молчание? Не спеши отвечать. – Я приложил палец к губам, предотвращая поток возмущения. – Ты сможешь не просто снять их, но и оставить себе. Представь, какие деньги можно выручить за подобный артефакт у серых магов.

Я бил наугад, но попал точно в цель. Эбби задумалась. Остановилась, развернувшись ко мне всем корпусом.

– То есть все это время, ты знал, как их можно снять, но вместо того, чтобы вытащить меня из ловушки, спокойно жил, ел, спал и развлекался с девицами, падкими на красавчиков драконов?

Неожиданно ее слова вызвали во мне теплое ощущение, разлившееся в груди и мягко опустившееся ниже, превращаясь в, пока еще, легкое напряжение.

С чего бы такая реакция на задиру Эбби? Мы знакомы с детства и никогда у меня не возникало ничего подобного. Может потому что раньше она не казалась такой ранимой, чтобы хотелось ее защитить, а не убежать в ужасе, зная скрывающийся за внешностью ангелочка характер? Или всему виной сглаженные взрослением углы, сменившиеся аппетитными округлостями?

В любом случае это Эбби, способная сбить камнем яблоко с самой высокой ветки. Егоза, перемахивающая через забор с залихватским свистом. Девчонка, до четырнадцати лет носившая стрижку пацана беспризорника с вечно разбитыми коленками.

Тогда почему я теперь обгоняю ее, чтобы она могла видеть только мою спину и вспоминаю самые неприятные моменты, лишь бы успокоиться, пока мы не дошли до места?

– Долго еще? Мы уже минут двадцать здесь петляем. Ты сам-то знаешь куда идти?

Эбби ткнула меня в спину, отвлекая от размышлений, одновременно решив и мою проблему. Нутро не спрятать за красивой ширмой. Напряжение как рукой сняло.

– Почти пришли, не отставай, – пообещал я и свернул в очередной коридор.

***

Перед кабинетом ректора сидела хорошенькая секретарь феечка. В ответ на мою улыбку, действующую на девушек, как сладкая конфета, она лишь закатила глаза и цокнула язычком. Ну, конечно, мы ведь в академии битком набитой драконами. Наверняка, только ленивый не пытался к ней подкатить. У девчонки давно иммунитет на флирт.

– Проходите, вас ждут, – манерно протянула она, указывая на массивную дверь темного дерева и, как мне показалось, потеряла всякий интерес к посетителям.

На Эбби ее взгляд все же задержался. Я бы мог подумать всякое, но вероятнее всего ей стало любопытно, как выглядит стихийница человеческой расы. Феи страшные шовинисты. Люди, в большинстве своем, для них представляются слабыми и неинтересными. Но здесь особенный случай. Не сдержавшись, секретарь даже выпустила прозрачные крылышки, осыпав стол блестящей пыльцой. Крылья – самая незащищенная часть тела фей, ее берегут как зеницу ока. Похоже, мне удалось сходу определить слабое место феечки. Бедняжка скучает вдали от суеты академии, самые важные новости проходят мимо нее. Летучки и прочая скука, которой она вдоволь насмотрелась здесь, не утоляют жажду сплетен.

Я не знал чем мне поможет такое наблюдение, но не стал сбрасывать красотку со счетов. Ее близость к начальству может сыграть мне на руку. А соблазнить фею, даже при наличии драконьего гарема, уж как-нибудь смогу. Не будь я Маркус Брен.

Ректор встретил нас радушной улыбкой. Эбби нагло оттолкнув меня, вошла первой. Август Видар никак не среагировал на ее напор, хотя, от неуправляемой стихийницы, пусть она и в ограничивающих браслетах, можно ожидать чего угодно. И лишь позже мне стала понятна причина его спокойствия. Кабинет был защищен настолько, что приди сюда хоть десяток таких как Эбби, ему ничего не сделается.

Хозяин кабинета некоторое время переводил взгляд с меня на девчонку, словно сканировал. Видимо, оставшись удовлетворенным, он предложил нам присесть. Дождался, пока Эбби опуститься в удобное кресло, кивнул мне и лишь после всех церемоний сам вернулся за рабочий стол.

– Ну рассказывайте, барышня, какая радость привела вас в стены нашего скромного учебного заведения.

Ректор лукавил. Королевская академия магии была лучшей не только во всем королевстве, но и считалась таковой во многих  соседних странах и даже парочке миров.

– Я хотела украсть цепочку у данного господина, – бесхитростно ответила она, указав в мою сторону, отчего я едва не подавился собственным кадыком. – Он меня поймал и привел к вам. Зачем – не знаю!

– Молодой человек, – ректор перевел на меня взгляд сощуренных глаз, – вы обвиняете барышню в воровстве?

– Ни в коем случае, господин Видар, – ответил я, подняв руки. – Девушка носитель стихийной магии, которой не способна управлять самостоятельно. Согласно указу принца…

– Да-да, я знаю про указание. – Видар жестом остановил мой монолог, сам же сжал виски ладонями. Похоже, мы с Эбби не первые, и нервы старику потрепать уже успели. – По правилам мы должны назначить девушке наставника и испытательный срок в два месяца. Если магия будет усмирена по окончанию срока, такая стихийница становится нашей студенткой. Разумеется, по ее желанию. Можем предложить и стандартную процедуру по обнулению дара.

– Нет! – почти выкрикнули мы с Эбби одновременно.

Я успел взять себя в руки, хотя, удивление было велико. Девчонка боится лишиться магии? Но почему? Она же понимает, что медленно убивает себя. У нее два пути. Один за решетку, второй в небытие. А если будет необдуманно использовать силу, то отправится за черту гораздо раньше положенного срока. Тогда в чем причина? Вряд ли ледяная стихия нужна ей для самозащиты. Но я все равно рад, что она сама все решила. Не придется искать аргументы и уговаривать. Зная ее характер, шансов у меня немного.

Конечно, усмирить стихию у Эбби не получится, здесь сомневаться не приходится. Но мне бы продержаться пару недель, сделать задуманное и можно будет сдавать ее ректору на обнуление. С ее талантами бывшая подруга проживет и без магии.

Даже не так. Без магии она точно выживет!

– Значит, решено! – ректор легонько хлопнул рукой по столу. Мне показалось, что из-под его ладони, покрывшейся мелкими золотистыми чешуйками, посыпались голубоватые искры. – Вы, – короткий взгляд в мою сторону, – можете быть свободны. С девушкой мы разберемся самостоятельно.

Вновь потирание висков, мученическое выражение на уставшем лице. Ему по слухам не меньше двухсот лет, что по человеческим меркам невообразимо много. Выглядел ректор при этом не сильно старше меня. Еще одно преимущество драконьей крови.

– Готов взять на себя бремя наставничества, – сообщил я на выдохе.

– Вы? – Вопросительная интонация прозвучала с надеждой и даже мольбой. – На каком факультете проходите обучение?

– Пока не на каком. – Секундное разочарование в глазах Видара сменилось почти ликованием, когда я выложил на стол подготовленные бумаги. – Прибыл к вам переводом. Я не студент. Преподаватель.

– Да-да, – рассеяно сказал Видар, с плохо скрываемым облегчением, – нам как раз был нужен новый педагог по…

– Защите от стихийной магии, – подсказал я, зная, что указано в документах, за которые мне пришлось отвалить сумму равную годовому жалованию рядового препода.

– Вот и ступайте, господин …Севар, – прочитал ректор с листа “мое имя”, – сейте разумное и вечное. У меня уйма дел.

Эбби все время нашего разговора будто боялась пошевелиться. Смотрела на меня с нескрываемым интересом и капелькой осуждения. Мол, меня обвиняешь, а сам пошел на преступление. Ничего, детка, скоро ты получишь оговоренную оплату, и мы навсегда распрощаемся.

Я уже выдохнул, радуясь легкому разрешению ситуации, поднялся, подхватив под руку “подопечную”, когда она решила все испортить.

– Господин Видар, – потупив очи, пролепетала она, – господин Севар, не все вам рассказал обо мне. Я считаю, что мы должны быть честными до конца, все же честь академии не пустой звук. Он исправит нашу общую ошибку. Я пока пойду, оставлю мужчин для серьезного разговора.

Девчонка присела в реверансе и, клянусь, пустила слезу, показывая наивысшую степень искренности и раскаяния. Да она плакала всего однажды! От смеха. Когда я в детстве свалился с яблони, разодрав штаны на заднице.

Уже прикрывая за собой дверь, плутовка тихонько сказала:

– Надеюсь, тот несчастный жив и мне не придется выплачивать компенсацию его бедняжке жене.

Путей отступления не оставалось. Я сжал кулаки, приготовившись вылететь из кабинета далеко не своим ходом.

– Рассказывайте, – велел Август Видар, стирая улыбку с лица. Мы обязаны знать все.

Дверь закрылась, отсекая внешние звуки, среди которых отчетливо выделялся издевательский смешок.

Глава 3

Нелюбовь к драконам сближает

Эбби 

Из кабинета Маркус вышел уж слишком довольным. Ну, ничего, я тебе еще устрою сладкую жизнь! Поднялась ему навстречу, прихватив чашку с чаем, которую секретарша только что приготовила для ректора. Отхлебнула, обожгла язык и верхнюю губу. Вернула чашку на место. Да химеры тебя дери! Что за день?

– Пока, дорогая! – помахала ошалевшей от моего спектакля феечке. – Спасибо за чай.

Пока она сидела с открытым ртом, я быстренько вытолкнула Маркуса из поля ее видимости и захлопнула дверь в приемную.

– Что это сейчас было? – спросил он, когда я полетела вперед, ища выход из лабиринта академических коридоров. – Феи не заводят знакомств с людьми. И уж тем более не угощают их чаем.

Тоже мне, открыл Разлом! Да, она не проронила ни слова, пока мы сидели в приемной. Но мне-то никто не запрещал разговаривать. Болтала я о всяком, лишь бы нарушить тяжелую тишину, что забиралась в уши, щекотала кончики пальцев и противно звенела в голове.

– Я кого угодно разговорю, – хмыкнула в ответ на его скепсис. – И вот еще, смотри.

Вытянула вперед руки ладошками вверх. Кожа блестела от пыльцы с крыльев феечки. Меня немедленно передернуло от воспоминания. Ну не знала я, что нельзя смахивать пыльцу, как какой-то мусор. Пусть мисс высокомерие табличку на себе носит, что ли, если не хочет конфузов. Когда я, со словами “здесь пыльно”, начала протирать стол, сидящая напротив девушка сперва побледнела, после покраснела, а когда начала зеленеть, из кабинета вышел Маркус, и феечке пришлось принять нормальный вид. Страшно подумать, что бедняжка пережила в те короткие мгновения.

– И как это понимать?

– Она дала мне потрогать свои крылья! – выпалила я, уставившись в лицо дракона. – Съел?

– Ты уверена? – чуть заикаясь, переспросил он.

– Ну не со стола же я ее собрала в самом деле. – Обиженно засопела и отвернулась. – Хочешь, иди и сам у нее спроси, если не веришь.

– Обязательно спрошу, – пообещал он. – Ведь теперь вы настоящие друзья. Для феи дать потрогать свои крылья, все равно, что для дракона признаться в любви. И одно и второе маловероятно.

– Какое совпадение! Нас как раз и сблизила лютая нелюбовь к драконам!

Я говорила, а внутри шевелился колючий ком. Почему слова Маркуса меня задели? Подумаешь, не признаются они! Не нужна мне любовь никого из его братии. Пусть даже не мечтает!

– Вернемся к этому разговору позже. – Маркус сжал кулаки, зрачки его вытянулись в вертикальную линию, и тут же чернота затопила радужку почти полностью. – Пока вот, держи.

Он сунул мне какие-то бумаги, исписанные мелким шрифтом. Стоило коснуться листов, как буквы вспыхнули золотом, но почти сразу погасли.

– Зачем мне это? – спросила, я, понимая, что ничего хорошего меня не ждет. Густо исписанные листы обжигали кожу. – И когда уже мы уйдем отсюда?

– Я скоро, а ты ровно через четыре года. – Маркус начал отвечать с конца. – Столько длится обучение в академии. Если, конечно, ты прежде пройдешь испытательный срок в два месяца. Подпиши договор и можешь считать себя в шаге от прекрасной жизни магички.

– Какое еще обучение? Ты шутишь? Почему Видар тебя не выкинул со мной за компанию?

– А ты очень хотела, чтобы так было, хитрая крошка Эбби? – Маркус подошел очень близко, взял пальцами мой подбородок и поднял так, чтобы я не могла разорвать зрительный контакт. – Запомни, куколка, не советую со мной играть. За алкаша с окраин никто тебя судить не станет, но стоит перестать меня слушаться и он вдруг превратиться во влиятельного вельможу, решившего таким образом пощекотать себе нервы. Мало ли какие развлечения у скучающих богатеев.

– Угрожаешь мне? Ты достойный сын своего отца, Маркус. – Я старалась придать голосу твёрдость, но  точно знала, этот дракон слов на ветер не бросает. – Не боишься, что пожалуюсь Элиоту?

– Предупреждаю, Эббигейл. Пока еще предупреждаю. И ради богов, не упоминай моего отца. По легенде я круглый сирота. Меня воспитывали тетушки и няньки. Родители погибли, защищая жителей этого славного городка от гостей из Разлома.

– Может, наконец, расскажешь для чего весь спектакль, раз уж втянул меня в свою авантюру? – от бессилия хотелось топать ногами и кричать.

– Меньше знаешь – крепче спишь. Слышала такую поговорку, куколка?

– Ненавижу тебя, Маркус Брен! Ты позоришь все драконье племя одним своим существованием!

Мне показалось, что из ноздрей дракона вот-вот повалит дым, настолько напряглось его тело. На лбу выступила жилка, глаза налились кровью. Сам же Маркус в прямом смысле застыл на месте. Стало тихо и морозно. Воздух вокруг меня начал потрескивать. Изо рта, вместе с дыханием вырывались белесые облачка.

– Эй, Брен! – тихонько позвала я, оглядевшись по сторонам. – Не смешно, прекрати! Слышишь?

Я подошла ближе и ударила его в грудь кулачком. Костяшки пальцев пронзило болью. Дракон был тверже камня. Я опустила глаза и увидела, что под ногами замерзшей статуи, в коею превратился Брен, расползлась прозрачная лужица, подернутая инеем. Лед точно живой растягивал щупальца в стороны, занимая новые площади. И вот уже блестящая корочка добралась до стен, взобралась на дверь кабинет ректора, подобно плесени, но тут же отступила, растекаясь лужицей.

Я поднесла ладони к глазам. Кончики пальцев окутывал голубоватый дымок. Внутри меня клокотала такая ярость, какой я не испытывала никогда раньше. Что-то рвалось наружу и я понимала, что именно. Сделалось больно и холодно. Очень холодно. Сила просила дать ей свободу, чтобы превратить в ледяной острог всю химерову академию вместе с людьми, драконами, феями. Мне было все равно, что с ними произойдет, лишь бы наконец избавиться от боли и холода.

В конце коридора зазвенело и лопнуло стекло. Пол превратился в зеркальный каток, с потолка свисали длинные сосульки, по обледенелой поверхности закружили снежные воронки.

– Помогите! – казалось голосовые связки замерзли, как все вокруг. Слова вырывались с хрипами. Наконец, я сделала над собой усилие и закричала: – Помогите, кто-нибудь!

В ответ на мольбу распахнулась дверь кабинета, на меня уставилась феечка из приемной. Не успела я открыть рот, как она залепила мне пощечину. Кожу обожгло. Сердце сжала обида и новая порция злобы. Сила ударилась в груди, попыталась вырваться и ответить со всей накопившейся яростью, но стихла, удерживаемая браслетами. Они наконец-то сработали.

– Полегчало? – с ухмылкой на красивом лице, уточнила феечка. – Если планируете обучаться в нашей академии, неплохо было бы знать элементарные законы. Пыльца с крыльев феи способна ненадолго нейтрализовать любую магию. В том числе и блокирующую вашу стихию.

Она все знала и специально позволила мне сделать так, чтобы подставить перед ректором? У меня на языке вертелась тысяча слов, но поймать и выпустить наружу я смогла лишь одно из них:

– Помогите.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.