Амелия Ламберте
Пробуждение духов

Глава 1: Хранитель духов

Лимирей

Я скользила в полупрозрачной толще воды и вяло шевелила хвостом. Рядом скользила драконица по имени Вартелия, в очередной раз предложив ухватиться за ее крыло, напоминавшее больше плавник. Я в очередной раз отказалась. К хвосту вместо ног нужно было привыкать, ибо одни Великие Духи знали, сколько еще времени придется провести под водой. Преображатель, который и позволил провести такую замену, я посетила два часа назад и уже выбилась из сил. Бедра скручивало судорогой и болью, а все, что условно находилось ниже колен я практически не чувствовала, из-за чего не могла боковыми плавниками и хвостом поймать подводные течения. Из-за этого меня часто сносило в сторону, а вернуться к обратному курсу в таком состоянии было чем-то равносильным подвигу.

Меня в очередной раз понесло в сторону. Вартелия скользнула рядом, и я, можно сказать, врезалась в нее. Если бы не ее подстраховка, то я непременно налетела бы на рифы и привлекла запахом крови местных акул. Конечно, если их интересовали вампиры.

Я благодарно взглянула на драконицу. Она фыркнула и укоризненно качнула головой, однако в ее взгляде я заметила беспокойство. В конце концов я сдалась. Хвост окончательно отказал мне и покачивался только в такт течению. Я нерешительно коснулась плавника драконицы.

– Давно пора, – проворчала она и скользнула так, чтобы я смогла ухватиться за ее плавники-крылья обеими руками и расположиться вдоль тела. Я была ей благодарна за всю помощь, только сказать этого не могла. Голос, которого я лишилась после смерти названного отца более полугода назад, так и не вернулся.

Я тяжело вздохнула, выражая досаду. Костяные пластины на груди открылись чуть шире, чем обычно, затягивая воду и растворенный в ней кислород. Преображатель заменял не только ноги на хвост, но еще и полностью менял все устройство дыхательной системы. Нет, рот и нос у русалок тоже присутствовал, но ими они пользовались над водой, как и люди. Жаберный механизм при этом закрывался и не черпал воду, открываясь снова только под ней.

Все это я узнала от Вартелии, дракона воды. Она часто бывала в подводном царстве русалок и делилась всей информацией о них, чтобы я в первый свой визит не прослыла невеждой. Вампиры Элинтории были частыми гостями в подводном мире и знали его если не с детства, то с юности. Обо мне такого сказать было нельзя. Я всю свою жизнь провела в Артении и до недавного времени была уверена, что являюсь едва ли не последним представителем своего рода. Почему? Потому что до недавного времени в Артении вампиров не существовало, они считались чем-то вроде мифа, кровавой легенды, с которой началась эпоха людей и магов, а старыми укоренившимися законами они не имели права на существование в Артении. В общем, если бы там узнали, кто я такая, то мне без лишних разговоров снесли голову. Но чуть больше полугода назад все изменилось. Я со своим другом… ну хорошо, теперь уже возлюбленным и женихом, по имени Дэниэл спасла короля и принцессу. Ситуация не позволяла им схватиться за оружие и пойти в прямое столкновение с лесными эльфами, поэтому они приняли решение найти союзников в подземелье. Вот там-то и перевернулось все с ног на голову.

– Почти на месте, – сказала Вартелия, чуть обернувшись.

Я приподняла голову. Последняя меланхоличная с легким оттенком удивления мысль была о том, какой длинный путь я проделала до русалочьего города.

Я легко подтянулась на руках и выглянула из-за крыла-плавника драконицы. С высоты проплывающих практически над самой поверхностью рыб вид открывался потрясающий. Соперничать по красоте с подводным городом могла бы лишь подземная Анвильтройя – город, где нашлось место и темным эльфам, и русалкам, и драконам. Правда, последние его покинули после того, как в подземелье между вампирами произошел раскол.

Русалочий город оказался открыт всем подводным течениям. Он находился на огромном плато скалы, густо заросшей рифами и водорослями, а впереди угадывалась мачта затонувшего корабля. По центру располагалась ярмарочная площадь – ее выделяли яркие водоросли с широкими листьями, которые служили торговцам вместо скатерти. С правой стороны скала сильно уходила в высоту и служила русалкам многоэтажным домом. Об этом я догадалась по сверкающим в окнах кристаллам и ярким темным водорослям, что служили занавесками. Кто-то на внешних окнах выращивал мох с подводным лишайником, и они живым покровом спускались до улиц города.

На другом возвышении, прямо передо мной, раскинулось открытое сооружение с плоской крышей из мутного стекла, которое подпирали колонны. Они тоже были сделаны из стекла, а внутри них переливались водоросли. Самым поразительным было то, что их движение не совпадало с тем, что задавало местное легкое течение. Зато раскинувшееся позади города поле водорослей стелилось диковинным ковром насколько хватало глаз.

Левую сторону города закрывал коралловый риф. И не только он. Рядом с ним сновали акулы, в норах сидели мурены, а с поверхностью камня сливались ядовитые рыбы и прочие морские обитатели. Вдалеке сверкнул доспехами русал с трезубцем наперевес. Над ним резвился дельфин и о чем-то с ним разговаривал на своем языке.

Я пригляделась и обнаружила, что город охраняет множество таких стражей. Они скользили над городом, проплывая у самой поверхности воды, выныривали из глубин подземных проходов скалы, появлялись из ниоткуда, словно выпили зелья невидимости…

Вартелия сбросила скорость и нырнула вниз. Я на пробу шевельнула хвостом и поморщилась – он все еще болел и казался чужим, а по весу словно железным. Мы миновали отвесную стену, ощетинившеюся подводными кристаллами, и оказались перед широкой аркой. Под ней сверкали чьи-то желтоватые зубы. Ну или чьи-то хорошо заточенные кости. Я невольно поежилась и подумала, что не хотела бы знать, кому они раньше принадлежали.

Едва мы оказались около арки, как из темноты боковых коридоров вынырнули два стража с тяжелыми трезубцами в руках и преградили путь. Два мощных русала едва скользнули взглядами по драконице и остановили пристальный на мне. Точнее на моем хвосте, которым я нервно дернула. Так уж повелось, что Преображатель не избавлял полностью расу от ее особенностей. Так, темные эльфы оказывались с лиловыми или черными хвостами после смены облика, лесные эльфы – с зелеными, люди – с желтыми, ну а такие как я, с красными. Сами русалки носили жемчужные или перламутровые хвосты и порой сливались с отсветами солнечных лучей в толще воды.

– Имя, линия крови и цель визита, – потребовал тот, что стоял справа от меня.

– Лимирей де Дюпон, а цель… – Вартелия вопросительно на меня взглянула.

– Я не тебя спрашивал, – хмуро сказал русал.

– Лимирей не разговаривает, – дернула крыльями Вартелия. – Впрочем, если все-таки вы настаиваете на личной с ней беседе, она может пустить в ход магию крови, – очаровательно улыбнулась драконица.

Русалы внешне остались спокойными, но в их взгляде я уловила тень неприязни. Магов среди подводного народа не было, поэтому они их и недолюбливали, считая трусами, неспособными на честный бой. На своей территории царило негласное правило: никой магии. Замеченный за чем-то подобным русал тут же выставлялся из города и заносился в черный список. В другой раз его уже встречал эскорт из стражи и прирученных подводных крупных хищников. Это мне тоже рассказала Вартелия по дороге.

– Анхель, принеси нашим гостям лист и перо, – обратился левый страж к правому. Тот кивнул и исчез в темноте коридора. Вскоре у меня в руках оказался квадратный лист из серебристой водоросли и с ним железное перо с острым кончиком.

– Цель визита, – повторил правый русал.

Я взяла в руки перо и закусила губу. Острый клык царапнул губу. Да, от подобной особенности Преображатель тоже не избавлял: даже будучи в образе русалки я оставалась вампиром и питаться приходилось далеко не мясом рыбы.

Врать страже было нельзя. Но и всей правды говорить тоже. Но я же не солгу, если скажу им не все?

«Моя линия крови заключила сделку с духами. Они сильно обеспокоены тем, что происходит на поверхности. Я пришла за советом к вашему Хранителю духов. Наш, с Элинтории, отвечает за малую часть живущих здесь, а их расположение и помощь лишней не будет».

Выцарапывать слова на листе водоросли оказалась на удивление просто. Железное острие пера проминало тонкие волокна листья, а выступивший сок застывал черными буквами на месте прикосновения пера, схватывая быстро раны. Стражи прочитали мой ответ и переглянулись. Левый потянулся к трезубцу, но правый качнул головой. Светло-зеленые короткие волосы колыхнулись в такт движению, и страж бросил:

– Следуйте за мной.

Я ухватилась за Вартелию, и мы миновали городские ворота. Я нисколько не удивилась, что город оказался намного больше, и уходил он в глубину. Подводные кристаллы мерцали холодными голубыми и синими огоньками, освещая длинные высокие улицы, уютные лавочки на самых разных ярусах, веселые компании стаек русалок, влюбленных парочек и домашних рыбок. За одной такой беглянкой гонялась маленькая девочка.

– Бетта, вернись! – кричала она во всю мощь своих легких. Рыбка ее не слушала и петляла по разным уровням города не хуже сбежавшего проворного кота.

По пути я заметила нескольких вампиров и драконов воды. Свет кристаллов высветил полупрозрачные фигуры водных ду́хов. Под водой сверкало все, и вскоре от обилия блесков и отсветов у меня зарябило в глазах. К счастью, очень быстро мы свернули в темный переулок, опускаясь все ниже, ниже и ниже, пока не достигли сумеречных глубин и нижнего уровня города. Здесь, внизу и вдали от центральных улиц, царила тишина.

Вартелия остановилась и резко развернулась назад. Ее тонкое тело, похожее на змеиное, позволяло вытворять и не такое под водой. В ловкости и изворотливости с ней могли посоперничать только драконы воздуха. Я приподнялась и завертела головой. Глаза не увидели никого, а вот слух уловил легкое шуршание воды, словно кто-то дернул хвостом или маленькая рыбка скрылась в толще воды.

– Ты ничего не видела? – спросила Вартелия. Я мотнула головой. – И не слышала? – Я неуверенно повела плечами.

– Вот что, – подумав, продолжила драконица, – ты плыви за стражем, а я тут осмотрюсь. Меня давно не покидает ощущение, что за нами кто-то следит… Встретимся у затонувшего корабля.

Я возразить даже не успела, а Вартелия уже стряхнула меня, как мешок с картошкой, и свернула в один из боковых переулков, едва не задев меня хвостом. Я проводила ее раздосадованным взглядом. Кто-то следит? Здесь? Этого еще не хватало!

Внутри резко похолодело. Внутренности словно завязались в узел, а к горлу подкатила тошнота. Я мотнула головой, усилием воли заставляя себя успокоиться. Вряд ли де Лесент сумел так далеко протянуть лапы. Сейчас он полностью занят Артенией, ему не до русалок и Элинтории. С другой стороны, что ему мешает действовать через подземелья, запудрив мозги темным эльфам? А кое-кто из них мне на глаза попадался. Не может он… или может?..

– А́ннья (прим. обращение среди русалок к незамужней женщине) де Дюпон, вы идете? – хмуро осведомился незаметно вернувшийся страж. Я резко крутанулась на месте и резко вскинула руки, словно собралась вцепиться ему в горло. Собственно, я и собиралась. На инстинктах. От испуга. Помешала это сделать моя неловкость – с хвостом пока что было тяжело передвигаться.

Я взяла себя в руки и виновато ссутулила плечи. Страж кивнул, принимая мои извинения. Я немного успокоилась. Даже если за нами с Вартелией следят приспешники де Лесента, на нас не посмеют открыто напасть в присутствии стражи. А разговор с Хранителем духов останется строго между нами. Сомневаюсь, что свои беседы он позволит кому-либо подслушать.

Я с удивительной для себя резвостью устремилась за стражем. Отдых пошел мне на пользу. Мышцы бедер хоть и продолжали нещадно болеть, но я теперь хотя бы чувствовала все колебания воды боковыми плавниками и могла ими направлять свое тело в нужном направлении. По-прежнему неловко, но могла.

Вскоре мы оказались около невзрачной двери, врезанной прямо в скалу. Мне сразу вспомнились подземелья темных эльфов. Я подняла взгляд наверх и увидела на самой верхушке киль и борт затонувшего корабля. Постучаться я не успела – из узкого провала окна, куда только маленькая рыбка проплывет, вылетел дух воды и закружился вокруг меня, подняв тучи пузырей. Я поджала хвост и сильнее стиснула руками сумку, переброшенную через плечо, которая каким-то чудом не порвалась о костяные наросты от талии до середины бедра. Изящные, но очень прочные, напоминающие чем-то многоуровневую юбку, они защищали сильные, но уязвимые мышцы русалок и… еще кое-что.

Дух, наконец, перестал крутиться и резко замер напротив меня, едва не ткнувшись своим носом в мой. Я едва сдержалась, чтобы не отпрянуть.

– Старший друг сегодня не ждет гостей! – сердито сказал он.

– А духов крови примет? – спросил мой провожатый. – Как правило, они без веских причин к вашему Старшему другу не ходят, – заметил он. – У них свой есть.

Водный дух нахохлился и внезапно раздулся как рыба-шар. Он загородил собой дверь и вытеснил нас в переулок.

– Старший друг говорит, что от духов крови одни неприятности! Не пропущу! – сердито сказал он.

Я коснулась руки стража и как только он обратил на меня внимание, изобразила, что хочу порезать себе ладонь и применить магию. Вид я постаралась сделать самый умоляющий – другой возможности у меня поговорить с духом воды не было. И это я тоже попыталась донести жестами и попыткой выдавить из себя хоть слово. Бесполезно. Гортань словно одеревенела, а сама я погрузилась в страшные воспоминания о смерти родных родителей и названного отца. Даже в себя пришла не сразу – провожатому хорошенько пришлось меня встряхнуть. Я подняла на него осмысленный взгляд и подалась назад. Тревога в его взгляде сменилась облегчением, и он кивнул.

– Только ввиду исключения и для общения с духом, – строго сказал русал. – Если хоть одна капля крови пролетит мимо…

Он выразительно взглянул на темные воды за пределами города. Я кивнула. Неприятности и мне были не нужны.

Я прокусила себе палец и направила кровь к духу воды. Как и обещала, ни одну каплю по воде я не отправила. Кровь тонкой ниточкой влилась в духа, соединив нас видимой связью.

«Ты прав, то, с чем я пришла, может принести неприятности, но я не уйду, не переговорив с вашим Старшим другом. Я в отчаянии. Моя линия крови в отчаянии. Другие духи, там, наверху, в огромной опасности. Погибнуть могут все: и мои родные, и твои собратья. Если это случится, мир наверху перестанет существовать. Защищать подводный мир будет некому, а потом может исчезнуть и твой Старший друг, и ты сам с сородичами».

На обходительный разговор у меня не было времени. Наверняка на острове де Дюпон родственники уже обнаружили мое отсутствие и принялись выяснять, куда и зачем я направилась. Как скоро они будут здесь – вопрос времени, а иметь с ними дело на начальном этапе осуществления моего отчаянного плана я не хотела.

Дух воды сдулся. Он подлетел ближе и внимательно заглянул мне в глаза. Я не отвела взгляд. Да чтоб меня гидры сожрали, я действительно была в отчаянии! И, оказавшись так близко к цели, не готова была развернуться и уйти. Впрочем, Хранитель духов и сам мог всего не знать… и как быть в таком случае я не представляла. Поиски в темных водах среди руин навов могли затянуться, а у меня не было такой роскоши, как время. Я и так слишком задержалась на Элинтории, пока Артения сопротивлялась в одиночку де Лесенту и его приспешникам.

«Не веришь мне – спроси своих собратьев на поверхности. Или тех, кто в страхе покинул Артению, если вдруг такие есть. Хотела бы я сказать, что ваш Старший друг и вы сами в безопасности, но эхо войны наверху может докатиться и до подводного мира».

Дух застыл, сжался и… отступил. Выглядел он совсем несчастным. Я встревожилась и подплыла к нему. Может, много лишнего наговорила? Но оказалось, что дело не во мне.

– Я хотел защитить Старшего друга. Он был хмурым и ждал Вестника Несчастий. Даже перестал играть с нами! Я никого к нему не пускал! – воскликнул дух. – Но Вестником Несчастий оказалась ты, но не пустить тебя я не могу! – взволнованно сказал он.

Страж с недобрым прищуром слушал духа воды. Я старалась не обращать внимания на его пристальный взгляд.

«Мне очень надо с ним поговорить! Это ненадолго», – заверила я духа.

– Если ненадолго, то можно, – неуверенно сказал дух. Он проскользнул в узкое окно и открыл дверь изнутри. Я поспешила скрыться в темноте дверного проема – не хватало мне сейчас объясняться перед стражем!

Я оказалась в каменном зале, освещенном подводными кристаллами. Свет его приглушали постоянно колышущиеся водоросли. Причудливые тени скользили по стенам и полу и создавали иллюзию постоянного движения внутри зала и за узкими окнами. У стены расположилось несколько огромных открытых ракушек с мягким нутром. Похоже, они служили чем-то вроде диванов, ибо между ними расположился небольшой столик и закрытой прозрачной тарой, где колыхались маленькие рыбки.

Осмотреться полностью я не успела – мешал полумрак зала, да и проскользнула я его довольно быстро. Дух меня повел ниже. Подводный коридор отвесно уходил вниз. За ним был еще один, горизонтальный, и вскоре мы оказались в полностью живом ярко освещенном зале. Живой он был потому, что стены, потолок пол и даже ножки мебели и кровати (огромная ракушка без верхней части) были облеплены множеством моллюсков самых разных форм и размеров. Они находились в постоянном движении, а некоторые даже пытались съесть друг друга. Заросли кристаллов покрывали часть стола, который был завален книгами, листами для письма, железными перьями и какими-то еще непонятными безделушками.

Я была настолько ошеломлена видом комнаты, что не сразу заметила в полумраке русала. И то заметила его только потому, что он с хрустом раскусил раковину кого-то из местных обитателей стены.

– Кого это ты привел, Пузырик?

Русал взглянул сначала на духа, потом на меня, в первую очередь обратив внимание на хвост. Жевать моллюска он тут же перестал и быстро проглотил его. Взгляд из веселого стал серьезным, но ближе он не подплыл.

– Вестника Несчастий, – грустно сказал Пузырик. – Я не мог ее не пустить! Не хотел, но не мог!

Русал тепло улыбнулся и очень быстро оказался рядом с нами. Пока мне оставалось лишь завидовать подобной скорости передвижения под водой.

– Тебе не в чем себя обвинять, – ласково сказал он. – Ты все правильно сделал. Иди, порезвись с остальными, а мы пока побеседуем. Посмотрим, каких несчастий, принес нам Вестник, – совсем тихо пробормотал он. Пузырик, может, и не услышал его, зато я прекрасно – все вампиры обладали очень острым слухом.

Хранитель выпроводил духа за дверь и с тихим стуком закрыл ее. Затем обернулся ко мне.

– Дай угадаю: ты из линии крови де Дюпон, где-то со стороны Магдалены. Не видел бы ее хвост – принял бы тебя за нее, – хмыкнул он. – И ты пришла просить подводных духов о помощи, потому что знаешь, что русалки тебе не помогут. Почему ты здесь? Потому что Глава вашей Семьи, Элизабет, оказалась под давлением духов Артении и Элентории и теперь обязана отозваться на их зов о помощи и покинуть свой безопасный остров. Учитывая, как артенийцы не любят, мягко говоря, вампиров, ты весьма небезосновательно переживаешь за Главу Семьи и свою линию крови в целом. Так вот мой тебе ответ: духи подводного мира вам не помогут, ровно как и русалки. Проблема поверхности остается только проблемой поверхности. Ты зря потратила время, отправившись ко мне.

От подобной тирады я растеряла все свои мысли. Меня поразил не столь категоричный отказ, сколько такая точная осведомленность о моей линии крови. Справившись с удивлением, я подплыла к столу и взяла с него лист серебристой водоросли для письма и железное перо. Правив сумку, быстро вывела:

«Я – Лимирей де Дюпон, внучка Магдалены.

Вы правы только в одном: я действительно пришла за помощью, но не русалок и не духов подводного мира. Я ищу руины навов. Меня интересуют те, которые находятся в самых темных глубинах. По слухам, их охраняет немыслимое чудовище, Левиафан. Я не прошу отправиться со мной, мне достаточно будет и направления, ориентиров, в какую сторону плыть – я совсем не знаю местных вод».

Я передала записку Хранителю духов. Русал не сводил с меня все это время заинтересованного взгляда – наверное, таким способом с ним никто не «разговаривал». Я присела на краешек стола и стала внимательно следить за его реакцией. Знает он или не знает, что по легенде скрывается в тех глубинах под такой охраной огромного водного слепого змея Левиафана?

Снисходительная улыбка быстро сошла с лица русала. Он замер и нервно дернул хвостом. Один раз. Взгляд из упрямого в духе: «Нет-нет, не жди помощи» сменился настороженным и в нем даже промелькнул, как мне показалось, страх. Впрочем, Хранитель духов быстро справился с собой. Он вернул небрежно-нарочитое спокойствие и положил лист водоросли рядом со мной.

– Не знаю, где ты вычитала эту ерунду, но ничем не могу помочь, – сказал он.

«Я не говорила, что вычитала эту информацию», – быстро написала я на листе и развернула его к Хранителю духов. У того на лице промелькнула досада. Я торжествующе улыбнулась. Теперь я точно была уверена: он что-то знает о тех руинах.

– Девочка, любопытство до добра не доводит, – сухо сказал Хранитель духов. И голос, и взгляд у него стали колючими, как снег в раннее морозное утро.

«А я и не из праздного любопытства спрашиваю», – отозвалась я резким написанием букв. Подавив раздражение, продолжила:

«На поверхности сейчас правда очень неспокойно. Я бы могла описать весь путь, что привел меня сюда, но это будет настолько долго, что потянет на несколько томов хроник Артении, но я сомневаюсь, что у меня, и у вас, есть столько времени. Но я могу показать, если вы разрешите связаться с вами через кровь».

Хранитель духов прочел ответ и пристально на меня взглянул. Я вздернула подбородок и ответила уверенным взглядом. Пусть знает, я все равно найду то место: с его помощью или нет. Это лишь вопрос времени. Да и за пределами города магией крови мне пользоваться никто не запрещал, а с ее помощью найти провожатых не так уж и сложно. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Хорошо, – медленно кивнул Хранитель духов. Русал усмехнулся и убрал выбившуюся прядь темно-зеленых волос обратно за ухо. – Вот что: давай заключим сделку. Я дам тебе десять минут. Если за это время не убедишь меня в необходимости своей просьбы – отправишься домой. Если справишься – я укажу ориентиры. Но сразу условимся: путь я укажу, но на мою помощь не рассчитывай. Это – только твоя зона ответственности. Если погибнешь, в том не будет моей вины.

Я заколебалась. После его слов я уже не была в безоговорочном успехе своего отчаянного плана. Собственно, безрассудным он был с самого начала, с той только разницей, что моя смерть в него не вписывалась. Я коснулась красного родового кулона на груди и стиснула его. Он отозвался теплом. Дэниэл был жив. Магдалена была жива. И я не имела права на ошибку – слишком многое было поставлено на кон. Да и как я с ними потом буду общаться из Хранилища духов?

Я тряхнула головой, отгоняя прочь мрачные мысли. Десять минут. У меня будет всего десять минут, чтобы рассказать все. Придется постараться.

Подняв взгляд на русала, я кивнула и резко дернула хвостом – на него переполз какой-то любопытный моллюск. Он с каменным лицом проследил за его полетом и перевернул песочные часы, сделанные из кристалла. Вниз посыпались тоненькой струйкой песчинки. Я прокусила себе палец, связалась кровью с Хранителем духов и приступила к рассказу.

***

В десять минут я уложилась. Алии́с (Хранитель духов после разговора, наконец, назвал свое имя) во время моего рассказа несколько раз сменил настроение и выражение лица. Если в первую минуту повествования он был готов меня выставить прочь, то на десятой крепко задумался, искоса поглядывая на меня. Я видела, что его разбирает любопытство, и некоторые детали он не прочь уточнить, но на это уговора не было. Я ждала. Я была готова так ждать хоть весь день и всю ночь, пока не сразит усталость.

– Допустим, – медленно начал Алиис, – я призна́ю необходимость твоих действий. Допустим, ты доберешься до места. А что дальше?

У меня сердце пропустило удар и забилось намного быстрее. Я настолько боялась спугнуть удачу, что даже затаила дыхание. И все-таки нашла в себе силы уверенно ответить:

«Ты же сказал, что это уже не твоя зона ответственности. Укажи мне путь – все остальное я сделаю сама».

– И погибнешь, – хмуро сказал Алиис. Хвост у него сердито колыхнулся. – Оттуда никто живым не возвращался.

Теперь раздраженно дернула хвостом я. На краю сознания промелькнула мысль, что, выражая свое недовольство, русалки становятся очень похожими на кошек.

«Не надо меня отговаривать или я посчитаю это нарушением сделки. Я знаю, на что иду, и чей покой охраняет Левиафан и готова рискнуть, чтобы привычный мир просуществовал хоть еще немного».

– То есть, мысль о том, что привычным мир уже не будет тебе в голову не приходила? – иронично спросил Алиис.

«Привычным, может, и не будет, зато каждая у каждой расы останется право на независимость и существование».

Алиис тяжело вздохнул. Может, до русалок де Лесент и не доберется, но кто ему мешает влезть в их дела через других вампиров и темных эльфов, которые станут его глазами и ушами в ближайшие несколько лет, если его не остановить? Я уже не говорю об оборотнях, которых он просто уничтожит, и о людях, которые снова станут рабами, если он одержит победу и получит власть над Артенией.

– Подземные мурены с тобой, – пробормотал он и взял лист серебристой водоросли. Он быстро начал зарисовывать карту подводного мира. Я склонилась над ней, пытаясь разобраться в необычных обозначениях.

– Это дно, – пояснил Алиис. – Количество точек – глубина. Как видишь, вот этот участок, между Маиарой и Трилиарой уходит вниз. Держись этой впадины и придешь туда, куда нужно. Город навов начинается примерно вот отсюда, – провел он кончиком пера по карте и зарисовал на испещренном точками участке темный провал.

– Это вход в, так называемый, «истинный» или «второй» город навов. На карте все выглядит достаточно просто, но где искать этот вход я не имею ни малейшего представления. Если где и спит Великий Дух Воды, то это там, – постучал Алиис кончиком пера по карте. – Вход во второй город может быть где угодно: в пещере, на дне, или это вообще может быть неприметный переход из одной галереи в другую – я не знаю, что это может быть. Навы были скрытным народом и не слишком жаловали гостей. Их города только с виду просто выглядят – на деле это настоящие лабиринты. Мне довелось побывать в одном, когда я еще не стал Хранителем духов, – с кривой усмешкой пояснил он, заметив в моих глазах интерес. Однако почти сразу же русал посуровел.

– Должен предупредить: на такой глубине не только темно, но и безумно холодно, как в северных водах. Так что перед путешествием обзаведись одеждой и покрывалом из водорослей, сохраняющих тепло. Еще тебе потребуется особая вырезка из медуз. Найти ее можно у алхимиков. От нее обычно дуреют, но есть у нее одно интересное свойство: на глубине позволяет нормализовать внутреннее состояние и убрать последствия губительное давление. Если почувствуешь, что уже не хватает мощности легких, то можешь смело есть вырезку из медузы, иначе при движении дальше вообще дышать не сможешь.

Алиис задумался. Я все это время не только его внимательно слушала, но еще и записывала каждое слово. Информация была очень ценной, ибо о подводном мире я не знала ничего. И ориентироваться в пространстве, где ты можешь отправиться в любую сторону, не привыкла. Даже, находясь в воздухе, я четко знала, как далеко и больно придется падать, но здесь, под водой, я не свалюсь на дно. Только если сильно не захочу до него доплыть или не засну по дороге.

«Спасибо», – с чувством сказала я Алиису. Карта с запиской сразу оказались у меня в сумке, в той части, куда и вор не сразу заберется, если вдруг ее у меня украдет.

– Поблагодаришь, если живой выберешься из тех глубин, – усмехнулся Алиис.

Я ответила улыбкой и покинула его «съедобную» комнату. Запоздало мне в голову пришла мысль, что это могла быть столовая или обеденный зал. Провожать Хранитель духов меня не стал, но в этом и не было необходимости – дорогу я хорошо запомнила. Очень скоро я выскользнула за пределы дома под внимательными взглядами нескольких духов воды. Вартелии рядом не оказалось. Поначалу я встревожилась, но потом вспомнила, что она обещала ждать меня наверху, около затонувшего корабля. Я поплыла наверх. Хвост отозвался болью в ноющих мышцах.

Вартелию я заметила сразу. Драконицу сложно было не заметить среди русалок и рыб. А вот русал напротив нее с красным хвостом меня насторожил. Я не слышала, о чем они беседовали, но по интонациям уловила их непринужденное дружелюбное общение.

– О, а вот и Лимирей! – радостно сказала драконица и направилась ко мне. Через силу я сделала несколько мощных движений хвостом и с благодарностью ухватилась за подставленный плавник-крыло Вартелии. К нам спустился русал. Я подняла на него взгляд и вздрогнула. На меня нахлынули воспоминания из детства, и я вспомнила своего отца. Нет, этот вампир на него не был похож, но что-то неуловимо знакомое, напоминающее его, было в каждой черте. А, может, дело было в том, что по нашей линии все вампиры так или иначе были похожи друг на друга (не считая моей мамы – она была человеком, а не родилась вампиром).

Корсис – так его звали. Это был тот самый вампир, который много лет назад спас Дэниэла от смерти. У него в раннем детстве проснулась магия, а на Элинтории магия стихий находилась под запретом по тем же соображениям, по которым в Артении без суда и следствия казнили драконов и вампиров. Участь мальчика была незавидной, и Корсис вывез его с острова на Артению, где и оставил. Вину от разрушительных последствий его магии взял на себя, и с того времени живет изгоем, сменив бескрайние просторы поверхности на такие же бескрайние подводные.

Да-да, спас он именно того Дэниэла, который впоследствии стал мне другом и возлюбленным. А еще Корсис приходился мне родным дядей по линии Магдалены. И сейчас он очень внимательно меня рассматривал.

– Поразительное сходство, – выдохнул он и скользнул вправо, чтобы рассмотреть меня сбоку. Я с долей зависти проследила за его движениями – они вышли у него легко и естественно.

Я молчала. Корсис хоть и был моим одним из ближайших родственников, но сейчас я никого не хотела из них видеть. С другой стороны, помощь в пробуждении Великого Духа Воды могла быть нелишней. Да и что делать с его охраной в виде огромного змея Левиафана я так и не придумала. В пользу дяди еще было и то, что он не относился к вампирам с островов и был не в курсе всего, что происходит на поверхности. Стоило воспользоваться его расположением, пока существовала возможность. Если откажется или предложит вернуться обратно… что ж, семья хотя бы будет знать, куда я отправилась и где меня искать. Я стиснула зубы, представив, что мой хладный труп так и не найдут среду руин города нав. К горлу подкатила тошнота, и я тряхнула головой, прогоняя мрачную картину. Нет, я не погибну. У меня в мире живых осталось слишком много дел.

«Надо поговорить», – торопливо набросала я на листе из водорослей.

– С удовольствием, – улыбнулся Корсис. – Предлагаю сделать это у меня в доме. Я живу в небольшой скале один, так что можешь оставаться столько сколько нужно.

Я благодарно на него взглянула и с досадой вспомнила, что местных денег у меня нет, а менять их на рынке посредством продажи товаров с поверхности (в моем случае зелий) вряд ли получится. Все-таки суша и подводный мир отличались друг от друга намного сильнее, чем суша от подземного мира.

Поэтому я поплелась за дядей, стараясь не слишком сильно от него отставать. Пару раз Корсис оглянулся и сочувственно на меня взглянул. Но заговорил только, когда мы оказались около его дома.

– Вот что: располагайся, пока я буду на рынке. Через полчаса или минут сорок вернусь. Полагаю, Вартелию можно отпустить?

Я взглянула на драконицу воды. Она отмахнулась крыльями-плавниками.

– Все в порядке. Мне все равно было по пути, – улыбнулась она. – Удачно, что Корсис оказался здесь. Раньше он жил в Трилиаре, а это довольно далеко отсюда.

Корсис поморщился.

– Будем считать это вынужденной командировкой, – буркнул он и достал ключ из-под острых зарослей кораллов. Открыл дверь и пропустил меня внутрь. Гостиная оказалась ярко освещена кристаллами. По полу стелился подводный мох, мягкую мебель заменяли огромные ракушки, а вместо занавесок на окнах колыхались темно-бурые водоросли. Только столики и шкафы были похожи на привычные с поверхности, выдолбленные прямо в скале.

Каменная дверь встала на место с глухим стуком. Вартелия махнула на прощание плавником-крылом и скрылась из виду. Я осталась одна. Тишина дома окутала непривычным коконом. Что в городе, что в свободной воде постоянно было какое-то движение и шум воды, а здесь – ничего. Такая тишина иногда царила в подземельях, и после нескольких часов пути начинала сильно давить на нервы. Здесь она начала давить сразу.

Я осмотрелась и увидела, что всю стену до арки, ведущей во внутренние помещения, занимают шкафы. Нижние уровни оказались заставлены различной мелочевкой, а нижние завалены книгами и свитками. Тишина отступила и перестала давить на нервы. Я с интересом развернула парочку свитков и с удивлением обнаружила, что это заметки по обработке драгоценных камней. Полистав еще несколько книг, я с удивлением обнаружила, что они тоже относятся к ювелирному ремеслу. Более того, подписаны авторством Корсиса де Дюпон. Интересный у меня дядя. Впрочем, каждый зарабатывает на жизнь так как может.

Корсис вернулся быстро. За это время я успела изучить каждый уголок гостиной, опробовать местную мягкую мебель (по ощущениям диваны-ракушки напоминали очень мягкие глубокие кожаные кресла) и даже задремать. Разбудил меня тихий скрежет входной двери. Я вздрогнула и остановила взгляд на Корсисе. В руках у него был небольшой сверток из водорослей, а поверх него лежала небольшая коробочка из дерева. Он положил все это рядом со мной и произнес:

– Переоденься. Ткань в одежде – не самое практичное решение. Вода ее утяжеляет и забирает из нее тепло. Здесь, – указал Корсис на коробочку, – несколько икринок уртуаля. Они довольно противные на вкус, но действуют как обезболивающее. Тебе они потребуются первые несколько дней, – улыбнулся дядя.

Я улыбнулась и благодарно на него взглянула.

– Гостевая комната за аркой, слева по коридору. Переодевайся, а потом мы поговорим. Вартелия мне много о тебе рассказала, так что о твоих проблемах с голосом я знаю, – улыбнулся он.

Я выбралась из «дивана», подхватила все подаренное добро и вскоре уже была в гостевой комнате. Она не слишком сильно отличалась от гостиной – разве что была меньше и каменных полок в ней было не так много. Топ из водорослей оказался легким и приятным к телу. Он плотно обхватил грудь и моментально нагрелся до температуры моего тела, сменив цвет с синего на зеленый. Закончив с переодеванием, я открыла коробочку с «обезболивающим». Не позволив себе подумать, я закинула в рот икринку и раскусила ее. От жидкого холодного склизкого нутра меня едва не стошнило. Каким-то невероятным усилием воли я заставила себя это проглотить и вернулась к Корсису.

– Кровью умеешь связывать сознания? – спросил он, увидев меня. Я кивнула.

– Хорошо.

Дядя быстро полоснул себя по руке острым ножом из камня. Я воспользовалась клыками и вспорола ими кожу на запястье. Его поток крови скользнул ко мне, и через пару мгновений мы установили связь.

– Не буду ходить вокруг да около, а скажу прямо: ни сейчас, ни завтра ты никуда не пойдешь, а останешься здесь, под моим присмотром. Не потому, что я твой дядя и несу за тебя ответственность, а потому что тебе надо привыкнуть к хвосту. Сейчас ты на нем далеко не уплывешь, а излишняя нагрузка только навредит – можешь порвать мышцы, и, поверь моему опыту, это очень больно, а восстановление даже для нас затягивается на неприличные несколько дней.

Я сердито взглянула на Корсиса. Он не сводил с меня внимательного немигающего взгляда, и я нехотя кивнула, подтверждая, что вняла его словам. Неприятно признаваться, но он был прав.

– Хорошо, а теперь расскажи мне о цели своего визита. Может, я смогу тебе чем-нибудь помочь, – улыбнулся дядя.

Я неуверенно повела хвостом и устроилась на «диване». Сейчас я не чувствовала такой уверенности, как у Хранителя Духов. Дорога к руинам нав предстояла опасная – неизвестно, насколько «дружелюбными» могли оказаться глубинные рыбы. Да и сколько времени я буду искать вход во Второй город нав тоже неизвестно, и вряд ли Левиафан будет мирно дремать в своей норе, когда почует чужака. Действуя в одиночку, я и правда могла погибнуть. От этой мысли под ложечкой неприятно засосало.

Корсис меня не торопил. Видимо, видел отраженные на моем лице муки выбора.

«А здесь есть еще кто-нибудь из нашей семьи?» – неуверенно спросила я.

– Думаю, еще парочка вампиров найдется, – кивнул Корсис. – Но они собирались отправляться в другие города… а почему ты спрашиваешь?

«Потому что… потому что одна я могу не справиться. Мне нужна помощь, – призналась я. – Но это опасно. Почти так же, как отправиться сейчас в Артению».

Корсис улыбнулся и поднял взгляд к потолку. Глаза его чуть затуманились – наверняка погрузился в воспоминания.

– Артения… давненько я там не был. Лет двадцать, наверное, если не больше.

Я искоса взглянула на дядю.

«Когда вывозил мальчика с проснувшейся магий по просьбе его родителей?» – осторожно уточнила я.

– А ты откуда знаешь? – насторожился Корсис. Я залилась краской и отвернулась.

«Он… он мой… в общем, можно сказать, что мы с ним выросли вместе. И… волей случая, он стал членом нашей семьи. Я оставила ему на память материнский кулон… я же не знала ничего о магии крови! – всплеснула я руками. – Некому было рассказать, что наш родовой кулон – это мощнейший артефакт Души и Крови» – сердито вильнула я хвостом.

Корсис внимательно меня выслушал, задумался, а затем расхохотался. Мне захотелось огреть его чем-нибудь тяжелым.

– Забавно, – отсмеявшись, сказал Корсис. – Воистину, неисповедимы пути Великих Духов. Я спасал мальчика от вампиров Элинтории, а в итоге он встретил тебя, единственного на всю Артению, – качнул он головой и резко переключил тему: – Так с чем тебе нужна помощь?

«Это долгая история. Я расскажу, если у тебя есть время ее выслушать».

– Хватит, – кивнул Корсис. – Я как раз взял небольшой перерыв от работы.

Я сделала глубокий вздох и начала рассказывать. С самого начала. К сути моего визита к русалкам подбиралась очень долго – за окнами стемнело. Корсис успел закрыть ставни, принести несколько подводных кристаллов и даже обескровить одну несчастную рыбку, трупик которой выбросил за окно со словами:

– Ночные хищники от нее и костей не оставят.

По ходу моего повествования Корсис все больше смурнел. Иногда задавал уточняющие вопросы, и не всегда я на них знала ответ. Например, какие отношения у Анвильтройи и других подземных городов, я не имела ни малейшего представления.

Однако, узнав, наконец, о цели моего визита к русалкам, дядя так изумился, что пару минут сидел в ступоре и не мог вымолвить ни слова.

– Чистое безумие, – выдохнул, наконец, Корсис.

«Ты поможешь?» – с надеждой спросила я.

– Великий Дух Воды… – пробормотал он, не услышав меня. – До сих пор я был уверен, что это миф, а в древних свитках описываются встречи с сильными спящими духами, которых по ошибке приняли за Великих… Но, если сам Алиис уверен, что это он… и если у него такая охрана… одной отправляться к руинам нав – самоубийство. Глупость с твоей стороны, что ты не сказали ничего Магдалене, – строго сказал Корсис.

«Она бы меня никуда не отпустила!» – сердито отозвалась я.

– И правильно бы сделала, – хмуро сказал Корсис. Я оскалилась. Не такого ответа я ожидала от него.

Дядя заметил мое недовольство и тяжело вздохнул.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты очень похожа на Энтилиона?

Я вздрогнула. Отца мало кто вспоминал. По крайней мере, при мне.

– Ты на него очень похожа. Он был таким же упрямым. Даже упертым, я бы сказал. Видел цель – не видел препятствий. Я ему говорил, что однажды это его погубит, – с грустью сказал он. – Ты же все равно отправишься в руины нав, независимо от того помогу я тебе или нет.

Я поджала губы и кивнула.

– Тогда я предлагаю сделать так: ты возьмешь на себя закупку необходимого снаряжения, а заодно поучишься управляться с хвостом и плавниками. Проголодаешься – покажу, где и на кого охотиться. Кровь у рыб так себе на вкус, но со временем привыкнешь, – хмыкнул Корсис. – А пока ты всем закупаешься, я попробую убедить наших родственников, что в такой миссии без их помощи не обойтись.

Я улыбнулась и кинулась дяде на шею. От избытка чувств даже расцеловала его в обе щеки и крепко обняла.

– Ребра сломаешь, – добродушно прохрипел он. Я быстро отпустила его и счастливо улыбнулась. – А теперь ложись спать. Наверняка ты устала за день.

«Вряд ли сейчас смогу уснуть, – честно ответила я. – И спасибо. За все. И за помощь, и за… Дэниэла».

Чувствуя, что краснею, я поспешила скрыться за аркой и нырнула в гостевую комнату. Оказалось, что она уже занята несколькими хищными рыбами. Они накинулись на меня, едва почувствовав движение. Я среагировала быстро, но недостаточно. Одна успела вцепиться мне в хвост, другая в плечо. Беззвучно зашипев от боли, я отодрала их от себя и выбросила за окно, быстро его захлопнув. Двум другим я оторвала голову и оставила их трупики в комнате. Открывать окна, чтобы их выбросить, и привлекать новых ночных хищников я не хотела. Скривившись от боли в покусанных местах, я устроилась на кровати-ракушке, подтянула к груди хвост и закрылась покрывалом из водорослей. В голове мелькнула рассеянная мысль, что икринка рыбы уртуаль и правда помогла – я чувствовала свой хвост и не испытывала дикой боли при каждом движении.

Я прикрыла глаза и почти сразу провалилась в дрему. Тишина в комнате приобрела умиротворяющие оттенки, и я быстро погрузилась в сон.

Глава 2: Темные глубины

Следующие два дня пролетели как один. Пока Корсис вел беседы с родственниками, я металась из одного конца города в другой, закупая все необходимое. Оказалось, что вырезку из медузы не так-то просто достать – легальных алхимиков мои слова о визите в темные глубины нисколько не убедили. Кое-кто даже пригрозил сдать стражам, если еще раз пожалую за подобными ингредиентами. Однако мне повезло: нашлась одна добрая душа, которая направила меня на черный рынок с нужными словами. Там мне сразу продали все, что нужно и пообещали достать еще, не задавая лишних вопросов. Русалка только посмотрела как-то очень задумчиво. У меня даже закралось опасение, что она отправит следом за нашей командой своих шпионов, ибо объем покупок и правда говорил о том, что мы отправляемся в глубокую часть Великих Вод, а не собираемся устроить вечеринку с дурманом.

Управлять хвостом на второй день подводной жизни стало намного легче. Мышечная боль пока еще не прошла полностью, но уже не была такой невыносимой, как в первые часы после прохождения через Преображатель. Двигалась я теперь намного быстрее, интуитивно ловила направление течения и с легкостью под него подстраивалась, а за городом, около полей с водорослями, открывала для себя новые возможности собственного тела. Русалки, работающие на полях, добродушно посмеивались и даже немного помогли освоиться. Мне даже стало немного неловко – со стороны я, наверное, выглядела калекой, которая заново учиться ходить, если сравнивать с поверхностью.

Вечером второго меня поджидали две неприятности: голод и Магдалена. Что из этого было страшнее, я так и не смогла здраво оценить, потому что из-за голода едва воспринимала нотации бабули. Мы даже чуть не подрались. Если бы не Корсис, мы наверняка сцепились как две дикие кошки. Пребывая в скверном настроении духа, я не стала закрывать на ночь ставни. Визит хищных рыб не заставил себя долго ждать. Я от души выместила на них свою злость, кому-то оторвав голову, а кого-то обескровив. Корсис оказался прав: на вкус рыбья кровь оказалась так себе. Да и крови в них было мало. Когда ко мне заглянул дядя, он молчал долго, оценивая масштабы сражения – рыбьими трупами была усеяна половина комнаты. К тому времени я уже успела успокоиться, насытиться и настроиться на конструктивный разговор.

– Легче стало? – помолчав, спросил дядя. Я кивнула и забралась на кровать, подобрав под себя хвост.

– Я рассказал обо всем маме. – Я отвернулась и скрестила на груди руки. – Естественно, она была не в восторге от твоей идеи. Хотела забрать тебя на архипелаг, но мне удалось ее переубедить. Лучше один раз уступить, чем потом всю жизнь иметь дело с тем, кто будет тебя ненавидеть и в Хранилище Душ, – с грустной усмешкой сказал он.

Я опустила взгляд. Слова Корсиса взволновали что-то внутри, и я почувствовала себя виноватой перед Магдаленой.

– Она отправится с нами. Надеюсь, против этого ты не станешь возражать? – взглянул на меня Корсис.

Я мотнула головой. Любая помощь в такой экспедиции будет нелишней. Немного посидев, я отправилась к столу и взяла с полки лист из серебристой водоросли с каменным тонким пером.

«Как она узнала, где меня искать?» – выцарапала я на листе.

– Один дух воздуха видел, как ты красиво летишь с Утеса Смерти, – хмыкнул Корсис. – И там же она нашла твои вещи.

Я с досадой поморщилась. Об этом я как-то не подумала. А ведь план казался таким идеальным: незаметно ускользнуть из дома в скале под зельем невидимости, встретиться с драконом воды на заре на Утесе Смерти и отправится покорять подводный мир. Оказалось, что даже такой план не без изъянов.

«Когда мы отправляемся в путь?»

– Думаю, завтра еще посидим денек, проверим все снаряжение, маршрут, а затем отправимся к руинам нав. Как твои успехи по управлению с хвостом?

«Уже намного лучше. Погоди, а как же Магдалена? Ей тоже нужно время на то, чтобы освоиться!»

– Не волнуйся за нее, – улыбнулся Корсис. – Она не первый раз меняет ноги на хвост, ей легче с ним управляться. Тем более завтра у нее будет целый день, чтобы к нему привыкнуть.

«А когда ты был на поверхности последний раз? Я слышала, что ты ушел к русалкам после той истории с Дэниэлом».

– На самом деле та история здесь ни при чем, – качнул головой Корсис. – Я тоже долгое время думал, что ускользнул под воду из-за нежелания видеть родственников из-за их несправедливого наказания, но если разобраться… вину за разрушение острова я сам взял на себя, правду до сих пор никто не знает. Мне просто нужен был повод, чтобы уйти, и я его нашел. Зачем?.. На поверхности я постоянно искал себя, но так и не смог найти ни места, ни дела, которое было бы мне по душе. История с Дэниэлом стала поворотной точкой, и я ушел в подводный мир. Я думал, будет тяжело влиться к русалкам с их жесткими требованиями к магии, но это оказалось не так трудно. Я почувствовал себя куда свободнее. На своем месте, если можно сказать, – улыбнулся Корсис. – Тебе должно быть знакомо это чувство, – взглянул он на меня.

Я горько усмехнулась и кивнула. Как и дядя, я всю жизнь чувствовала себя в Артении чужой только потому, что родилась вампиром. Таких, как я, казнили там без суда и следствия. Много позже я оказалась в подземельях среди вампиров и впервые почувствовала себя если не дома, то хотя бы своей. Затем жизнь занесла меня на архипелаг Элинторию, к моим кровным родственникам, и только там я осознала, что все-таки мой настоящий дом – это не самая дружелюбная Артения, где я знаю каждый уголок и где остались мои друзья и любимый вампир. Интересно, как там сейчас Дэниэл? И как бы повел себя, если был здесь? Попытался отговорить? Или заставил перепроверить все снаряжение и изучал те аспекты магии крови, которые могли нам помочь в далеких глубинах?

Я тряхнула головой, отгоняя мысли о Дэниэле. Не хватало сейчас погрузиться в любовную тоску. Я не имела на это право на архипелаге, а здесь тем более. Мы обязательно увидимся. И только тогда я могу позволить себе такую слабость, как чувство, и то ненадолго. Еще неизвестно, что происходит в Артении.

«Я завтра поговорю с Магдаленой. Передай ей, что… или нет, ничего не передавай. Просто попроси, чтобы заглянула ко мне утром».

Корсис улыбнулся и кивнул. Дверь за ним с тихим стуком закрылась. Я осталась одна среди обескровленных и разорванных трупов рыб подсвеченных светом кристаллов. Острое чувство одиночества навалилось тяжелым покрывалом из водорослей, и я еще долго не могла уснуть, глядя на учиненный собственными руками бардак.

***

Утро следующего дня началось со стука в дверь. Я резко открыла глаза и подскочила на кровати. Стук повторился и уже не показался таким громким и требовательным. Распахнув двери, я увидела на пороге Магдалену. Вид у нее был хмурый, даже осуждающий. Я поджала губы и сердито вильнула хвостом. Ругаться с бабулей мне сейчас хотелось меньше всего – и так чуть вчера на порвали друг другу глотки.

Я отплыла в сторону и открыла ставни. Погода на поверхности тоже не радовала – если бы не кристаллы, то вряд ли что-нибудь удалось разглядеть в комнате.

– То, что ты задумала – чистое безумие, – хмуро сказала она. – Тебе не приходило в голову, что можешь зря потратить там время?! Достоверно никто не знает, существуют ли вообще Великие Духи! – всплеснула Магдалена руками.

Я вспыхнула и принялась писать ответ:

«Даже Алиис уверен, что он там спит!»

– Алиис молодой и неопытный! Хранителем Духов он стал несколько лет назад! Многих вещей он и сам не знает! – повысила голос Магдалена.

Бабуля глубоко вздохнула и взяла себя в руки. Пока она приводила мысли в порядок, я успела гневно выцарапать:

«То есть, по-твоему я должна сдаться на милость Совета линий крови и просто вернуться в Артению ни с чем?!»

– Я не… – Магдалена внезапно оказалась около меня и крепко обняла. Плечи у нее вздрогнули, и она тихо закончила: – Я не для того тебя искала двадцать лет, чтобы вот так просто потерять. Я не хочу, чтобы ты повторила судьбу своего отца, – закончила она практически шепотом, обхватив меня ладонями за обе щеки.

Я опустила глаза, испытав острое чувство вины. Я крепко обняла в ответ Магдалену. В конце концов, она переживала за меня. Если бы ей было все равно, то она бы не отправилась ни в подземелья, ни сейчас в город русалок. Я улыбнулась ей и обхватила ее ладони своими. Отстранилась, чтобы написать ответ.

«Прости. Я не знала, что могу еще делать. Великий Дух Воды – моя последняя надежда. Я не стала говорить тебе, потому что знала, что ты меня никуда не отпустишь. Главы кланов четко высказали свое мнение, а я не могу вернуться в Артению ни с чем. Пока есть надежда, я не собираюсь сдаваться. Если Великий Дух Воды – вымысел… что ж, я хотя бы попыталась доказать, что это не так. Возможно, я потеряю время. Возможно, оно станет определяющим в судьбе Артении, возможно, я опоздаю с помощью… но я хотя бы попытаюсь ее найти».

– Ох, Лимирей…

Магдалена снова крепко меня обняла. Мне даже послышалось, что она всхлипнула.

– Я тебе не говорила, но ты так похожа на Энтилиона… он был таким же упертым, и это его погубило. Я не хочу такой судьбы для тебя.

Она отстранилась, и у меня резко помутнело в глазах от выступивших слез. Магдалена смотрела на меня с такой тоской и любовью, что невольно перехватило дыхание. Таким взглядом меня провожал Николас в очередное путешествие по Артении за сбором ингредиентов.

– Ты же не думаешь, что я оставлю тебя? – прищурилась Магдалена.

Я хотела состроить сердитое выражение лица, но помимо воли улыбнулась. Одни Великие Духи знали, как было приятно ощущать поддержку бабули, к которой я успела по-настоящему привязаться за несколько месяцев наших совместных путешествий.

– Отлично, – оскалилась Магдалена, но в этой не самой дружелюбной эмоции я уловила азарт и жажду приключений. – Показывай, куда собираешься отправляться и что у тебя для этого готово. Корсис мне попытался вкратце мне рассказать, но я была так зла, что почти его не слушала.

Я скосила глаза на моховые заросли, где блестели бока разорванных мою рыб. Что ж, вчера ни одна Магдалена находилась в скверном настроении, но заострять на этом внимание я не стала. Сердце пело от радости, что бабуля разделила мою безумную мысль с поиском и пробуждением Великого Духа Воды (если он действительно находился в том забытом городе навов), а ведь могла развернуться и уйти или насильно утащить меня на остров де Дюпон. Я даже не знаю, что было бы из этого хуже.

С улыбкой я жестом попросила Магдалену следовать за мной, и выплыла из комнаты. Все снаряжение я сложила в гостевую комнату, и очень скоро мы забыли все свои разногласия, занявшись ревизией и более подробной проработкой маршрута. Оказалось, что Магдалена часто бывала здесь с выступлениями, и хорошо знала не только город, но и все его окрестности, а также часть свободных вод. Часть из них входила в ту, что я зарисовал мне на карте Алиис. Бабуля отметила несколько мест для охоты и озаботилась вопросом оружия.

– Магия крови – это универсальное оружие, но зачастую у тебя не будет времени сообразить, как правильно ее использовать, – ответила она на мой справедливо заданный вопрос, не справимся ли мы ей с глубинными хищниками.

Ответ меня сильно озадачил.

«Но Дэниэл же как-то справляется одной магией».

– Твой Дэниэл – исключение, – фыркнула Магдалена. – У него хорошая база знаний по магии стихий, огромная сила и отлично развитая интуиция. Его немного поднатаскать, и он любого трехсотлетнего мастера магии крови переплюнет. Он по щелчку пальцев перестраивается с защитного вида магии крови на боевой, и с такой же легкостью может направить ее на связь с духами.

Я хотела возразить, но не успела – отвлек стук по каменной двери. Мы обернулись. Корсис с осторожностью и интересом поглядывал на нас. Я улыбнулась и махнула ему рукой, показывая, что все в порядке.

– Я рад, что вы сумели найти общий язык и не передрались, – иронично сказал он. – Это очень кстати, потому что кое-кто хочет еще к нам присоединиться. Надо сплавать на рынок и докупить еще теплых вещей, а заодно все проверить.

– А ты куда собрался? – прищурилась Магдалена.

– Не волнуйся, вечером я вернусь. И даже успею выспаться.

С этими словами Корсис оставил нас. Магдалена проводила его задумчивым и грустным взглядом.

– Он хоть и мой сын, но иногда мне кажется, что я совсем его не знаю, – с затаенной болью сказала Магдалена. – Когда я пытаюсь хотя бы что-то узнать о его подводной жизни или причине ухода с архипелага, он всегда переводит тему или делает вид, что не слышит вопроса. Я понимаю, что он взрослый мальчик, и у него своя жизнь, свои интересы, но иногда так хочется, чтобы самая близкая кровь оказалась не только рисунком в генеалогическом древе.

Я коснулась ее руки. Магдалена опустила взгляд и как будто постарела сразу на несколько десятков лет. Словно все горести ее длительной жизни навалились разом, не оставив место для радости и счастья. Длилось это несколько недолгих мгновений. Бабуля быстро взяла себя в руки и кивнула на дверь.

– Поплыли на рынок. Мне надо немного размять хвост.

Я полностью ее поддержала. Прихватив со стола мешочек с монетами, которые сделаны были из светящегося камня, мы покинули дом. Работы предстояло еще очень много, а времени оставалось мало.

Покидала дом Корсиса с чувством легкости и уверенности, что все получится. Занятно, что все посчитали мою идею безумной, в том числе и я, но почти никто не отказался от ее реализации. Что движило дальними родственниками, я не знала. А Магдалене была очень благодарна за поддержку и понимание. А ведь могла бы уволочь меня обратно на архипелаг. Простила бы я ее за это?.. Этого наверняка я не могла сказать.

– Лимирей, ты плывешь?

Я тряхнула головой и выбросила из головы неприятные тревожные мысли. Сейчас следовало думать только о цели. Путь предстоял неблизкий и опасный в такие края, куда даже не попадал солнечный свет.

***

Остаток дня выдался хлопотным. Мы закупили еще вырезок из медуз под подозрительные взгляды торговцев черного рынка, там же достали трезубцы, приобрели несколько вещей из водорослей, сохраняющих тепло, несколько раз перепроверили все снаряжение, побеседовали с дальними родственниками и только после этого с чистой совестью легли спать. В водах смеркалось намного раньше, чем на поверхности, поэтому определиться в точном времени я не смогла, но надеялась, что мне хватит нескольких часов, чтобы выспаться.

Проснулась я в предрассветных сумерках и, оказалось, что сборы идут полным ходом. Гвалт стоял такой, словно я оказалась на рыночной площади.

– О, прости! Я просила их вести себя потише, чтобы дать тебе хоть еще немного поспать, но все бестолку, – сказала Магдалена, сердито взглянув на других вампиров.

– Все равно скоро отправляться, – отмахнулся тот, кого Корсис представил как Ирвина.

Я улыбнулась и махнула рукой, показывая, что все нормально. Ненадолго скрылась у себя, чтобы забрать сумку и раскусить обезболивающую икринку и быстро вернулась. Спустя полчаса наша команда из шести вампиров двинулась в путь. Хищные рыбы попытались нас остановить, но быстро потеряли интерес – пара их растерзанных тушек привлекли куда больше внимания, чем сопротивляющиеся русалки. Меня передернуло от подобного зрелища. Не представляю, как можно было есть себе подобных. Но у природы были свои законы.

Мы быстро оказались за городом. Я сразу почувствовала себя намного свободнее и с интересом оглядывалась по сторонам. Подводный мир восхищал. В отличие от подземелья, он был разнообразен. На скалах существовал свой мирок из кораллов, колыхающихся в такт течению актиний, маленьких рыбок самых невероятных радужных окрасов и хищников, которых даже я не сразу замечала – настолько они слились с окружением. В затонувших кораблях поселились осторожные хищники. Песчаное дно тревожили крабы, морские звезды и скаты. Изредка я слышала далекие странные звуки – их издавали дельфины, как рассказала мне позже Магдалена. Вода не стояла на месте. Она колыхалась, разбивала солнечные лучи, играла их отблесками на камнях, чешуе рыбок и нашей. Вода находилась в постоянном движении, а на третий день нашего путешествия нам попался коридор из быстрого течения. Дважды нам пришлось обогнуть огромную стаю медуз, которые белыми шапками скользили к поверхности. Огромные косяки рыб старались держаться от нас подальше, как и акулы. Проводить эксперимент на тему: отреагируют ли они на нашу кровь я наотрез отказался, хотя Ирвин клятвенно уверял, что акул наша кровь не заинтересует, и все страшные истории о грозных подводных хищницах не более, чем миф.

Первые подводные кристаллы показались лишь спустя неделю пути. Солнечный свет уже не проникал на такую глубину. Мы плыли в постоянных сумерках и совершенно потерялись во времени. Держаться старались чуть выше дна, а ночлег искали среди естественных пещер. В одной такой и обнаружили первые кристаллы. Вода стала заметно холоднее, но давление толщи пока что не чувствовалось. Простор для охоты тоже оставался – некоторые косяки рыб неторопливо скользили по дну. А Корсис умудрился даже полакомится одной старой акулой.

Я старалась не обращать внимания на такие мелочи, ибо знала: дальше будет еще хуже. Во время пути я с родственниками практически не разговаривала – все были сосредоточены на дороге. С хвостом я теперь управлялась намного сноровистее, порой сама не замечала скорость, которую развивала, обгоняя остальных. Родственники дружелюбно посмеивались, но советовали держаться поближе, особенно в темных глубинах.

Я так и не сумела уловить переход в ту часть подводного мира, куда не проникало солнце. Просто в один день проснулась и поняла, что ничего не поменялось. Привычные сумерки не наступили, кругом стояла тишина, разбавляемая редкими колыханиями подводных волн… и все это под свет холодных голубоватых кристаллов. У меня возникло неприятное ощущение, что я не под водой нахожусь, а в подземелье, и в этой обманчивой тишине где-то по соседству затаились гидры и ящеры. Меня передернуло от неприятных воспоминаний. Путешествие к темным эльфам я на всю жизнь запомню. Даже артенийские леса холодными долгими зимними ночами были полны жизни, в отличие от подземелья и глубоких вод.

Первое давление воды наравне со всеми я почувствовала спустя два дня после первого вхождения в темноту. Такое чувство порой возникало из-за долгой голодовки, но вот странность: поела я два часа назад вместе со всеми – повезло отыскать стаю рыскающих упитанных хищных рыб.

– Приплыли, – задумчиво сказал Корсис. – Вот как мы поступим: проплывем еще немного, кто сколько сможет. Когда станет совсем невмоготу, возьмем по вырезке из медузы.

Такое решение устроило всех, и мы поплыли дальше. Сначала бодро, но чем дальше – тем медленнее. Не только меня хватало на один короткий вдох, страдали все. Почти все. Магдалена, в отличие от нас, чувствовала комфортно себя на такой глубине и сдалась лишь, когда мы сумели отыскать пещеру для ночлега.

– Я, наверное, никогда не пойму, каким образом вокальное искусство качает легкие, – усмехнулся Ирвин.

– Не легкие, – усмехнулась Магдалена. – Вокал хорошо ставит дыхание и диафрагму. Ты упустил много возможностей, отказавшись в свое время от моего наставничества.

Ирвина передернуло.

– Я думал, что помру раньше на твоих занятиях, – проворчал он.

Я с интересом слушала развернувшийся диалог, но дальше ни Ирвин, ни Магдалена не стали развивать эту тему. Мы все слишком устали, чтобы вести беседы. Повезло, что за пещеру не пришлось ни с кем драться, и кристаллов в ней было не слишком много – было, где нам всем расположиться.

Дальнейший путь мы старались проделать очень быстро. Вырезка из медуз у нас была в ограниченном количестве, несмотря на то, что я обобрала почти весь черный рынок. Когда-нибудь она закончится, и толща воды сплющит нам легкие. Умереть мы не умрем, но впадем в состояние летаргического сна, и станем легкой добычей для хищников. Повезет, если духи воды помогут, но даже они предпочитали на такую глубину не заглядывать. Чем ниже мы спускались, тем реже они попадались.

Обитатели тоже перестали радовать своей дружелюбностью. Кристальные крабы и рыбехи, что питались пылью кристаллов (из-за чего еще и в темноте светились) казались обманчиво безобидными, но стоило зубастым хищникам или нам подобраться поближе, как первые мигом выпускали четыре острых клешни либо притворялись кристаллами, а другие ощетинивались ядовитыми иглами.

Дважды мимо нас проплыл огромный кальмар с три моих роста. Внимание одного мы привлекли в качестве добычи, но в итоге добычей стал он сам. Его крови хватило на всех, и мы быстро продолжили путь. Уже с трезубцами в руках, ибо к нам присматривались не только кальмары, но и несколько гигантских клыкастых рыб. Они кружили рядом, колыхали воду и шипели. Иногда я слышала редкое биение их двух сердец.

Кристаллы росли не везде, и теперь я понимала, зачем Корсис посоветовал их взять с собой. Они дарили не только свет, но и спокойствие. Здесь, на глубине, в окружении хищников, я постоянно испытывала тревогу. В отличие от подземелий, под водой не было ни потолка, ни пола, ни стен, за которыми можно было спрятаться. Напасть могли с любой стороны. Теперь в пещерах мы выставляли караул – спать всем сразу стало резко опасно для жизни.

Мы все плыли и плыли, огрызаясь трезубцами на попытки глубоководных хищников нас сожрать или хотя бы оттяпать кусочек. Магию крови не рисковал применять никто – неизвестно, как далеко ее чуют и насколько сильно мы привлечем к себе внимания. Я потерялась в пространстве, времени и перестала понимать, где мы находимся. Покрытое однообразными кристаллами дно рябило в глазах, шум воды от наших хвостов казался громом среди ясного неба, а тишина не приносила спокойствия. Еще в подземельях я усвоила урок: если слишком тихо, значит, слишком опасно.

Когда Корсис резко остановился, я подумала, что придется иметь дело с очередным хищником, и сняла трезубец с крепления на плече. Управляться как боец, может, я с ним и не умела, но нанести пару болезненных тычков могла. Вопреки ожиданиям, дядя достал карту и придирчиво с ней сверился.

– Если Алиис ничего не напутал, то город навов находится где-то здесь, – задумчиво произнес он.

– Ты уверен? – быстро спросил Ирвин, осматриваясь по сторонам.

– Нет. Место слишком примерное, – вздохнул Корсис. – Вот что: я предлагаю разделиться. Друг от друга далеко не уплываем, если вдруг на кого-то нападут хищники, не кричим, а пользуемся магией крови. Есть ощущение, что эти глубины не слишком любят громкие звуки, – задумчиво произнес он.

От его слов я воспряла духом. Усталость и чувство опасности никуда не исчезли, но теперь появилась четко обозначенная цель. Мысли о том, что я зря все это затеяла, и мы ничего не найдем испарились без следа. Я криво усмехнулась, вспомнив, что подобное уныние часто сопровождало меня, Дэниэла и Ричарда с Аннабель всю дорогу до столицы гномов в подземельях. Одному Телириену было все интересно.

Я тяжело вздохнула, вспомнив своего друга дракона. М-да, плеваться он умел не только огнем. Его прицельные ироничные и ядовитые замечания тоже редко пролетали мимо целей. Что бы он сказал, узнав, что у меня на уме? Наверняка что-нибудь в духе: «Способы самоубийства есть и попроще. Если так хочется помереть, могу огнем плюнуть. Или когтями разорвать. В смысле, тебя мои варианты не устраивают?! Значит, сгинуть в глубинах – всегда пожалуйста, а помощь друга принять – нет?».

Я закусила губу, сдерживая улыбку, и прогнала знакомый голос друга-дракона со сварливыми интонациями.

Задумавшись, я не сразу обнаружила, что заплыла куда-то слишком далеко. Родственников я не видела, и едва не поддалась панике из-за этого. Дав себе мысленную пощечину, я заставила себя успокоиться и прислушалась. Уловив колыхание воды от движения их хвостов, я облегченно выдохнула и принялась осматриваться. Если здесь когда-то был город нав, то бесследно исчезнуть он не мог – руины всяко остались.

Я скользнула ко дну и не спеша заскользила в водной толще. Кристалл был мне не нужен – дно ощетинилось ими и напоминало горные пики, а слишком яркий холодный свет отпугивал глубоководных хищников. Осматриваясь, я подумала о том, что эти заросли вполне могли вырасти на какой-нибудь стене жилого дома, оставшегося от города нав. Пораженная этой мыслью, я ненадолго остановилась и стала присматриваться ко дну внимательнее.

– Здесь ничего нет, – с досадой сказал Ирвин. Я отвлеклась от своих исследований и взглянула туда, откуда доносился его голос. Родственника я не видела. Еще во время пути я заметила интересную особенность: в воде звук разносился дальше.

– Не может быть, чтобы Хранитель Духов ошибся, – возразил Корсис. – Даже молодой. Алиис, может, и неопытный, но далеко не дурак, иначе бы духи не увидели в нем наставника.

– Кстати о духах, – встрепенулся молчаливый Лионель. – Может, стоит обратиться к ним, чтобы не тратить время? Искать мы можем долго, а запасы вырезки из медуз у нас не бесконечные. И не забывайте, что нас интересуют не столько внешние руины, сколько внутренние.

Его аргументы были настолько железными, что спорить никто не стал. Магдалена быстро всех собрала вокруг себя, выдав красивую негромкую арию, и заговорила:

– Духи так глубоко не заплывают, поэтому я предлагаю связаться кровью и кому-то одному потянуть ее для связи.

– И этим кем-то будешь ты, – иронично произнес Лионель.

– Только не говори, что устроишь жеребьевку или скандал как подросток по поводу этого, – прищурилась Магдалена. Лионель фыркнул и вспорол себе ладонь клыком. Он не давал ране закрыться, но и не позволял крови распространиться по воде. Я завистливо вздохнула. У меня до сих пор не получалось почувствовать до конца связь с собственными потоками крови. Даже при связи с духами капли крови все равно попадали на землю или одежду.

По очереди все вспороли себе ладони, кроме Магдалены. Она сделала это последней, и к ней тут же потянулось пять потоков крови.

– Не так быстро, – зашипела она.

Я с тревогой взглянула на бабулю. Не понравилось мне, как резко обозначились у нее на теле сосуды. Магдалена прикрыла глаза и застыла, изредка шевеля хвостом. Кровь отхлынула у нее от лица и резким потоком вырвалась из другой руки, разорвав кожу. Я отпрянула в сторону от резко хлынувшего фонтана крови. Почти сразу он выровнялся в тонкую струйку и зигзагом устремился куда-то ввысь и вдаль. Между нашей странной компанией воцарилась напряженная тишина. Магдалена закрыла глаза и время от времени двигала головой в такт направлению крови. Молчание затягивалось. Напряжение нарастало.

– Нашла, – наконец выдохнула бабуля. Я с облегчением выдохнула и позволила себе немного расслабиться. Контроля над кровью я не потеряла и даже сумела уловить момент, когда Магдалена начала ее из меня тянуть.

Духа воды пришлось ждать долго. Он ворвался, словно вихрь в куче пузырей, раскидав нас и всех рыб и кристальных крабов поблизости. Я отлетела в сторону и порадовалась, что нахожусь в воде – шансы врезаться во что-то твердое почти равнялись нулю, а сопротивление воды сильно смягчало и полет в стороны, и падение.

– Слишком темно, – прошипел дух, похожий на ощетинившуюся плоскую рыбу с человеческим лицом.

– Знаю, – ласково произнесла Магдалена. – Но нам очень нужна твоя помощь. Мы ищем старый город. Очень старый. Алиис сказал, что он находится здесь.

– И еще ходят слухи, будто где-то в скалах есть проход в более глубокие руины, – вставил Лионель.

Дух задумался.

– Не нравится, – прошипел дух воды.

– Нам очень нужна помощь, – вздохнула Магдалена. – Очень-очень. Мы бы не стали беспокоить, если бы у нас было время исследовать эти места. Если задержимся – можем погибнуть. Помоги нам, и мы поможем тебе в другом уровне воды. Слово де Дюпон.

Дух воды задумался.

– Хор-рошо, – прошипел он. – Вам – помогу. Но вы поможете мне. Я з-наю, духи крови всегда держат свое слово.

Резко развернувшись и отбросив в сторону Магдалену, он заскользил около дна, выписывая какие-то невероятные узоры. Вскоре дух скрылся из вида – слышно было только шелест воды и редкое шипение хищников, которых дух воды отбрасывал в сторону. Никто из нас не двинулся с места. Все ждали, затаив дыхание. Некоторое время было слышно колыхание воды, но вскоре стихло и оно. Дно Великих Вод погрузилось почти в абсолютную тишину.

– Где он? – встревоженно спросил Ирвин. – Не оставил же он нас?

– Может, во втором городе, – так же тихо отозвался Корсис.

Его предположение обнадежило всех. Однако время шло, а дух не появлялся.

– Может, он забыл про нас? – предположил Лионель.

– Вряд ли. Духи никогда не нарушают данных слов, – заметила Магдалена.

Она оказалась права. Спустя еще несколько минут томительного ожидания дух вернулся. Все так же беспокойно, в вихре пузырей, но теперь он выглядел если не взъерошенным (его колючки торчали теперь не равномерно, только вверх, а во все стороны), то взволнованным.

– Город – это кристаллы, – заговорил он. – Но под кристаллами есть другой. Там спит сильный брат. Очень сильный! Разбудите его!

Голос у духа воды стал не требовательным, а умоляющим.

– Разбудим, – улыбнулся Корсис. – За этим мы и здесь.

– Это твоя просьба в ответ на нашу? – уточнил Гирон. Он приходился брату Лионелем, но был куда массивнее.

– Да! – взволнованно закивал дух. – Разбудите! Разбудите сильного брата!

– Обязательно, – тепло пообещала ему Магдалена.

– Ты больше ничего не заметил? – настороженно спросил Ирвин. – Только спящего сильного брата?

Мы взглянули на нашего разведчика. По легенде Великого Духа Воды должен был охранять Левиафан – огромный глубинный змей, превосходивший размерами даже дракона.

– Только сильного брата, – заверил нас дух воды.

– Показывай дорогу, – распорядилась Магдалена.

По известной причине я в разговоре не участвовала, зато жадно ловила каждое слово. Я хотела верить и не верила. Большой сильный брат… отправляясь сюда, в самую глубокую часть Великих Вод, я надеялась встретить сильного духа. По-настоящему сильного, ибо не верила, что Великие Духи существуют. Для меня они всегда были легендой, создателями мира, которые исчезли после такой трудной и кропотливой работы. Слились с окружающим миром, растворились в нем… но никогда не существовали. Острое отчаяние и драконьи архивы резко пошатнули мою убежденность, и вот я здесь. До сих пор до конца не верю в то, что нахожусь на пути к Великому Духу Воды. Сильному – пожалуй, но не Великому.

Наша скромная группа, съев по очередной вырезке из медузы, заспешила за духом воды. Мы проплыли немного правее, едва не касаясь дна, и вскоре остановились над участком, который ничем не отличался от многих других. На первый взгляд. При детальном рассмотрении я сумела различить странные цилиндрические, конусные и прочие геометрические формы, очень странно нагроможденные друг на друга.

– Но тут же ничего нет, – удивился Ирвин.

Дух воды нахохлился. И нырнул вниз. Мы подплыли ближе и с удивлением обнаружили неглубокую расселину, которая очень напоминала окружность. От нее в обе стороны расходились тонкие глубокие щели и образовывали странный зловещий узор. Я отплыла чуть подальше и чуть повыше, и расселина исчезла из виду. Еще бы мы заметили! Даже с близкого расстояния холодный свет кристаллов обманывал вкупе с их обилием. Если бы дух нам не помог, неизвестно, сколько бы мы искали сами второй город. Да и нашли бы его вообще.

– Поразительно, – высказал общую мысль Ирвин и первым скользнул вниз.

Наверняка когда-то давно расселина была огромной. Но время и отсутствие нав сделали ее узкой и едва заметной – кристаллы так разрослись, что даже создавали небольшие «мосты», а места между стенками было так мало, что даже худой Ирвин несколько раз порезался и ободрал хвост.

– Пожалуй, я останусь здесь, – сказал Гирон. – Если потребуется помощь, кричите. Отсюда смогу помочь магией крови.

– Договорились, – кивнула Магдалена и скользнула вниз. Ей протиснуться было сложнее – фигура у бабули была красивой, но недостаточно тонкой для такого прохода. Шипя и ругаясь, Магдалена все-таки проскользила вниз. Я видела, что кристаллы оставили на ее теле несколько глубоких кровавых борозд и передернулась от боли.

Кивнув Гирону, я нырнула вместе с Корсисом. Спуск оказался не таким простым, как показалось в начале. Между кристаллами постоянно приходилось лавировать – кристальных «мостиков» оказалось куда больше, чем казалось на первый взгляд. Спуск тоже оказался не таким коротким. Я даже успела устать, работая хвостом и боковыми плавниками. Путь вниз неожиданно закончился, и я едва не напоролась лицом на острые кристаллы. От незавидной участи меня стал Корсис – он резко схватил меня за локоть и дернул вверх, указав вперед. В кристальном коридоре неподалеку маячила бабуля с Ирвином. Они застыли около огромного когда-то арочного выхода и не решались продолжить путь.

– Кто-нибудь мне поможет притащить трезубцы? – проворчал Лионель.

Мы с Корсисом переглянулись и скользнули обратно. Жертвами Гирона нам не удалось бы стать при всем желании – трезубцы он метать умел, и делал это с такой силой, что от боковых стенок откалывались кристаллы, но из-за неровности стен оружие застряло на середине пути. Пришлось подниматься вверх, чтобы вытащить его. Махнув Гирону рукой, мы с Корсисом поспешили обратно к Магдалене, Ирвину и Теону.

Вопросы оказались излишними, когда мы поравнялись с ними, держа по трезубцу в каждой руке. Сверху открывался вид на сложный геометрический город. Со всех сторон к центру тянулись конусы и пирамиды невообразимых размеров, которые поддерживали скошенные призмы и шары. Изредка конструкции соединялись между собой закрытыми переходами. Вершины пирамид, вырезанных из стен, соединялись с прямоугольным сооружением в центре. В нем я не заметила ни окон, ни дверей. Не исключено, что дверь и окна заросли кристаллами, но мне казалось, что их изначально не было. Вряд ли навы пробирались к центральному прямоугольнику напрямую – наверняка использовали для этого систему внутренних переходов.

Город состоял из нескольких уровней боковых пирамид. Три сразу бросились в глаза, а еще два, сверху и снизу, я разглядела не сразу – настолько они срослись с кристаллами.

Внизу громоздились приземистые прямоугольные конструкции и полуразрушенные треугольные. Вдали угадывалась часть косого рухнувшего прямоугольника.

– Это… невероятно, – выдохнул Ирвин, первым нарушив тишину. Магдалена и я нашли в себе силы только кивнуть. Мы не хотели нарушать его мертвую тишину. Чувствовалось, что это место было давно покинуто и забыто. Мы здесь были лишним, чужеродным элементом.

Улицы города убегали куда-то вдаль и терялись в темной пещере, куда не проникал свет кристаллов. Я осторожно вильнула хвостом и вплыла в город. Скользнула наверх и с удивлением обнаружила, что темных мест довольно много – не все пещеры сумели занять подводные кристаллы.

– Слишком тихо, – мрачно заметила Магдалена. – Заметили? Здесь нет никакой живности.

Я обернулась и по-новому взглянула на город нав. И правда, как я сразу не обратила на это внимания?.. Мертвым он казался не столько из-за того, что жители давно покинули его, сколько из-за того, что новым обитателям здесь не нашлось места.

– Ты духа воды уже отпустила? – настороженно спросил Корсис, забирая у меня трезубец.

– Да, но он еще где-то здесь. Я его чувствую.

– А Великого Духа? – затаив дыхание, спросил Ирвин.

– А вот для этого нам потребуется кровь, – заметила бабуля.

– Может, не с такого расстояния? – с опаской спросил Теон. – Сначала найдем его, а потом начнем действовать? Дух слишком долго спит – может сразу не отозваться.

Я кивнула и указала на огромный центральный прямоугольник, куда сходились все пирамиды и конусы города. Отчего-то мне казалось, что если где и спит Великий Дух Воды, то это там. А вот Корсис со мной не согласился.

– Это может быть обманка. Русалки, например, очень часто так проектируют города, что на видное место ставят ложный дворец правителя, в то время как сам он находится в очень незаметном месте.

– Ты слишком долго жил среди русалок, – хмыкнула Магдалена. – Я сомневаюсь, что навы стали бы так заморачиваться, учитывая, на какой глубине они находились. Да и воевать им было не с кем. Скорее всего, и Второй город построили, чтобы защититься от глубоководных хищников. Я бы проверила центральное место.

Я улыбнулась. Приятно, что бабуля меня поддержала. Осталась самая малость – найти вход во всю эту внутреннюю конструкцию из геометрических фигур. Жестами я попыталась изобразить, что начну осмотр сверху.

– Ирвин, Корсис, возьмите на себя средний уровень, – распорядилась Магдалена. – Мы с Теоном поплывем внизу. Как кто-нибудь найдет вход – дайте знать.

Наша команда быстро распределилась и принялась изучать заросшие кристаллами стены. Я поднялась практически к самому потолку и медленно начала изучать его, стены и все боковые сооружения. Я не торопилась, помня ситуацию с проходом вниз. Своим глазам я не доверяла, и иногда прощупывала кристаллы руками. Ничего. Никаких кристальных миражей.

Обследуя мертвый город, я незаметно для себя оказалась рядом с темной пещерой. Из нее повеяло холодом. Казалось, клубящаяся внутри тьма смотрела на меня, изучала, пыталась проникнуть в самые сокровенные мысли и добраться до самого сердца. Невольно волоски на руках у меня встали дыбом. От внутреннего ощущения неприятного холодка сейчас бы не спасла никакая накидка из водорослей, сохраняющих тепло. Я усилием воли отогнала невесть откуда взявшуюся тревогу. В подземельях так же попадались пещеры и так же казалось, что из них кто-то за тобой наблюдает. Там было много оснований так думать, здесь – нет. Город нав был мертв уже не одно тысячелетие. Нечего тут бояться.

«Кроме Левиафана», – ехидно подсказал внутренний голос.

Я замерла.

Левиафан.

Огромный глубинный змей, по легенде охраняющий покой Великого Духа Воды.

Холодок уже не просто прополз по позвоночнику. Он пронзил каждую жилу, каждую клеточку тела и неприятно скрутил внутренности. А в пещере тем временем колыхнулась вода…

– Вы ничего не слышали? – осторожно спросил Корсис. Он медленно перехватил трезубец в боевое положение и огляделся.

– Я – ничего, – ответил Теон.

Магдалена резко остановилась и подняла руку вверх, призывая всех к молчанию. А вода в пещере напротив меня продолжала колыхаться…

Бабуля медленно подняла взгляд. Она его слышала, и в ее взгляде читался такой ужас, что мой собственный меня отпустил.

– Лимирей, уходи оттуда! – пронзительно крикнула Магдалена.

Я отмерла и скользнула вниз. Очень вовремя – что-то огромное и темное пронеслось у меня над головой и с громким: «Клац» сомкнуло челюсти. Каким образом Магдалена оказалась рядом со мной, я так и не поняла. Я почувствовала только ее холодные руки у себя на талии, а в следующий момент мы уже плыли ко дну. Магдалена резко вильнула в сторону – и вот мы уже около центрального прямоугольника.

Короткий взгляд, в котором читался пережитый ужас, крепкие объятия и вздох, полный облегчения, сказали мне намного больше, чем все слова за наше недолгое путешествие.

– Сиди здесь! Никуда не выходи! Не показывайся ему! Мы… мы постараемся его отвлечь.

Голос бабули дрогнул. От ее неуверенного тона у меня сердце пропустило удар и как будто ухнуло вниз, разбившись на осколки. Впервые ко мне пришло осознание, что она, сильная, смелая, уверенная в себе, смотрящая на вещи через призму легкой иронии может погибнуть.

Я перехватила ее за запястье.

– Я нужна им, – выдохнула Магдалена.

И я ее отпустила. Проводила полным боли и отчаяния взглядом. На глаза навернулись слезы – это я поняла по пелене, что заволокла глаза. Накрывшая огромная тень заставила вжаться в стену. Кристаллы впились в кожу и вспороли ее, но боли я не почувствовала из-за охватившего меня ужаса. Мне безумно захотелось втиснуться в узкое пространство, затеряться в нем, раствориться, стать такой маленькой, чтобы это чудовище меня ни за что и никогда не заметило…

Но хуже всего была холодная безжалостная мысль на краю сознания, что это я привела всех сюда. Я знала об опасности. И привела всех на смерть. Живыми мы отсюда не выберемся.

Глава 3: Великий Дух Воды

«Я всех обрекла на гибель»…

Эта мысль ледяной волной прошлась раскатилась в голове, холодом прошлась по телу и сменила одно чувство ужаса на другое. Всего моментом ранее я почувствовала себя добычей перед более крупным хищником, была скована инстинктивным ужасом, а теперь мне стало страшно за дальних родственников.

Вжаться в стену под крики, жуткое колыхание воды и грозное шипение Левиафана мне уже не хотелось. Я была парализована от ужаса и не могла сдвинуться с места. Я ничего не могла сделать. Ничем не могла им помочь…

Крик Теона вывел меня из оцепенения. Я подняла взгляд и увидела, как по воде расползается огромное кровавое пятно, а вниз медленно падает оторванная до локтя рука.

– Направь кровь! – прорычала Магдалена. – Теон!

Корсис пронзительно свистнул, а Лионель в это время с силой ударил трезубцем в хвост Левиафана. Змей повернул голову и ударил хвостом. Лионель отлетел к стене и напоролся спиной на кристаллы. Погнутый трезубец выпал из его рук, и он начал медленно падать на дно в кровавом облаке.

– Получай, змеюка, – прошипел Теон. Я не видела, что он сделал, но вдруг Левиафан ненадолго замер, а затем с громким разъяренным шипением начал метаться из стороны в сторону. Огромный змей резко потерял ориентацию в пространстве и несколько раз наугад щелкнул зубами. Вампиры бросились врассыпную.

– Отличная работа, – выдохнула Магдалена. – А где Лионель?

Ее слова и увиденная картина дали мне надежду, что мы еще сумеем уйти отсюда живыми. Меня охватила злость на саму себя: все сражаются, а я как трусливый заяц забилась в углубление между кристаллами и сижу, поджав хвост. Нет, так дело не пойдет. Не для того я проделала такой путь, чтобы так просто отказаться от цели и погибнуть здесь.

Я выскользнула из своего укрытия и подплыла к Лионелю. Подхватила его подмышки и на всей возможной скорости поплыла ко входу в город. Я очень надеялась, что Левиафан за нами не последует. Дотащив Лионеля до безопасного места, я махнула рукой Магдалене. Она заметила мой жест, только возможности уйти у нее не было – путь перегородила огромная туша Левиафана. Потеряв ориентир в пространстве, он решил зажать Теона и Магдалену в углу, чтобы растерзать, а Корсис безуспешно пытался отвлечь внимание на себя.

Я выскользнула из укрытия и схватила оторванную руку Теона. Так же быстро нырнула обратно к Лионелю и оставила добычу там. Надолго около калечного вампира я не задержалась и вернулась обратно. Положение у Магдалены, Корсиса и Теона было аховым. Левиафан не давал им свободы действий, зажимая все сильнее между кристальной стеной и пирамидой, торчащей из стены. Вряд ли я могла им чем-то помочь физически и магически, зато я могла отправиться на поиски Великого Духа Воды.

Я повела плечами и открыла раны от кристаллов на спине. Меня окутала кровавая дымка, которую я сразу направила в темные пещеры. Искать вход среди зарослей кристаллов у меня не было времени. Если где-то и был выход к Великому Духу Воды, то через тоннели Левиафана.

Раздался хрип, треск костей и неприлично громкое: «Чавк». Родовой кулон обжег грудь кончиком болезненно кольнул кожу. Выступила капелька крови. Я оцепенела. Время и пространство резко перестали существовать. Меня оглушило острые чувства потери и вины.

Теон погиб. Из-за меня.

Пронзительный вой Магдалены я услышала словно сквозь вату. Из тоннеля на входе в город растерянно выглянул Лионель. Корсис выглядел таким же оцепеневшим, как и я.

Магдалена с яростью накинулась на Левиафана. Она целилась трезубцем между его защитными пластинами на голове, надеясь хоть как-то ранить, достать, отомстить за убитого родственника…

Огромный змей с той же яростью пытался цапнуть ее за хвост, постепенно прижимая к потолку и сворачиваясь кольцами. Он готовился к прыжку. Поддавшаяся эмоциям Магдалена этого не замечала.

Едва слушающимися пальцами я нащупала на боку когти из мистериума, которыми обзавелась в подземелье. Они встали на руки как влитые, и я рванула к Левиафану. Сознание отключилось. Но и эмоций было слишком много, чтобы им поддаваться. Я перешла в режим механического действия. Все детали подмечались и анализировались как-то сами собой.

Еще по неудачной попытке Лионеля ранить его трезубцем я поняла, что не сто́ит и пытаться пробить его толстую шкуру. Уязвимые места находились на морде, но вряд ли они были между костными пластинами. Глаза?.. Возможно, но я целилась не туда.

Мы с Левиафаном совершили движение одновременно. Он распрямил кольца и устремился к Магдалене, а я, не сбавляя скорости, чуть отклонилась в сторону и полоснула его по усам, прилегающим к морде. Отрезать я их не надеялась, но причинить боль и отвлечь на себя внимание – вполне. Дальше все происходило в считанные секунды и одновременно.

Магдалена запоздало поняла, в какой смертельной оказалась ловушке и в отчаянной попытке выжить метнулась в сторону. Из-за моей атаки Левиафан отклонился в сторону и врезался в потолок левее Магдалены. Много позже мы поняли, что это и спасло ей жизнь. Вода вокруг его морды потемнела от крови. Левиафан замотал головой. Магдалена сумела вырваться из его зажима и оказалась рядом со мной.

– Уходим! – крикнула она. – Корсис!

– Секунду…

– У тебя нет этой секунды! – рявкнула Магдалена. – Он уже разворачивается! Быстро назад, к узкому спуску! Там он не пролезет!

С таким аргументом Корсис спорить не стал. Втроем мы на полной скорости устремились к Лионелю.

Левиафан, к нашему сожалению, сориентировался быстро. Он развернулся в нашу сторону и бросился наперерез. Мы изо всех сил рванули к тоннелю. Лионель уже направлялся к узкому выходу на поверхность. До выхода оставалось совсем немного. Я с облегчением выдохнула и, как оказалось, рано.

Змей резко развернулся и ударил хвостом. Точно по мне. Из легких вышибло весь воздух, и меня отбросило назад. В глазах потемнело, но каким-то чудом я осталась в сознании.

– Лимирей!

Магдалена и Корсис хотели броситься ко мне, но не успели. Нескольких секунд Левиафану хватило, чтобы развернуться, и отрезать их от меня своей тушей. Я медленно упала на кристаллы. Новая вспышка боли в спине помогла прийти в себя, и я запоздало вспомнила, что по темным тоннелям успела рассеять свою кровь, но потеряла над ней контроль, пока помогала Магдалене.

Парализованные болью мышцы отказывались подчиняться, но сознание оставалось на удивление ясным. Да и рассеянная в воде кровь обнаружилась быстро. Я вернула над ней контроль и потянула дальше по темным тоннелям, безучастно наблюдая, как угрожающе распахнул Левиафан пасть. Отстраненно отметила, что каждый его клык был размером с мой хвост, если не больше.

Вдруг он отвернулся, зашипел и ударил хвостом. Я заметила, что нити его крови потянулись куда-то дальше. Мысленно поблагодарив родственников, я сумела подняться. Надо было уходить.

Поднырнув под Левиафана, я направилась к выходу, стараясь не попасть в поток волн от его тела и хвоста. Я схватилась за налившийся синим цветом живот, но на полпути к спасению остановилась. В тоннелях я почувствовала отклик духа.

Я взглянула на Корсиса с Магдаленой, затем на темные пещеры. Второго такого шанса могло не быть. Пока Левиафана отвлекают, я смогу проскользнуть незамеченной.

Очередное облако крови я отправила Магдалене. Она по наитию подхватила мою кровь в общий поток, и я успела быстро сказать:

«Я почувствовала в тоннелях духа! Отвлеките его! Я проверю».

– Чт… – Магдалена от неожиданной связи потеряла контроль над кровью, и Левиафан чуть ее не достал. Я воспользовалась моментом и нырнула в темную пещеру, которая находилась около дна.

– Лимирей, немедленно вернись! – взревела она.

Я поморщилась и заскользила дальше. Каждое движение причиняло боль. Мышц живота я практически не чувствовала. Боль эхом отдавалась в бедра, а моментами простреливала до середины хвоста.

Почти сразу я пожалела, что не прихватила с собой обломанный кристалл. Здесь они не росли, и ориентироваться приходилось только на слух и ощупь. Я скользила вдоль стен, отмечая, что они очень гладкие, как будто отполированные. Дорожка крови хоть и служила хорошим ориентиром, но двигаться быстро я не могла. Время от времени все равно натыкалась на какие-то выступы, а один раз и вовсе оказалась в тупике. Видимо, кровь проскользнула через узкую расщелину в камнях.

Оказавшись в первый раз в тупике, я едва не запаниковала, но быстро взяла себя в руки. Теперь я не направляла кровь узким потоком, а ориентировала под себя, прокладывая путь к духу.

Полностью положившись на Корсиса и Магдалену, я медленно, но уверенно двигалась вперед. Даже расслабилась, сосредоточившись на дороге. Но ровно до того момента, пока не услышала в тоннелях шипение и колыхание воды. Только его мне не хватало…

Я заставила открыться раны и брызнула еще крови в воду. Вены неприятно кольнуло болью от жажды крови. Я заспешила по тоннелю вперед и направила потоки крови в разные стороны, на всякий случай выискивая, куда можно спрятаться. Если я втиснусь в узкую расселину и не буду некоторое время дышать и шевелиться, то Левиафан меня не заметит. Он был слеп – это было ясно по его белым незрячим глазам.

Стараясь не поддаваться панике, я быстро заскользила по тоннелю дальше. Вильнула в сторону и больно ударилась плечом о камень. Похоже, здесь находилась развилка.

Шипение за спиной нарастало. Я уже слышала, как Левиафан задевает боками стены… а спасительных расселин впереди не было. И неизвестно, сколько еще добираться до Великого Духа…

Я старалась не поддаваться нарастающей панике и отчаянно искала хотя бы какую-нибудь лазейку в непроглядной тьме. И через несколько метров мне повезло. Я заспешила к расселине между камнями. Левиафан тоже ускорился. Ободрав кожу с хвостом и развеяв тонким слоем кровь по стенам тоннеля, я втиснулась в узкое пространство в тоннеле и затаилась. Перестала двигаться, задержала дыхание и стала ждать.

Чешуя чиркнула по камню совсем рядом. Воду разбавила вязкая густая кровь, сочащаяся из порезанного мной толстого уса. Левиафан остановился. Он дернул головой в одну сторону, в другую и замер. Я не подавала признаков жизни. Так мы и стояли. Время затягивалось. Мне становилось нечем дышать, ибо даже под водой требовался кислород. Но и привлекать к себе внимание я не могла.

Решение моей проблемы пришло просто и гениально – я быстро направила поток крови в другой тоннель, тот, который был мне не нужен, и всколыхнула там воду. Левиафан повернулся и устремился туда. Как мне показалось, с торжествующим шипением.

Подождав, когда он окажется достаточно далеко, я выдохнула и выскользнула из укрытия, продолжив путь. Теперь я старалась двигаться очень быстро. Неизвестно, когда он поймет, что его обманули.

Тоннель закончился внезапно. Я вдруг перестала ощущать кончиком хвоста пол и оказалась в темном водном пространстве. Кровь, как путеводная нить, указывала, что дух находится где-то поблизости и немного ниже. Я завертела головой, силясь хотя бы что-нибудь разглядеть. Бесполезно. Кристаллы не росли ни здесь, ни в выходящих сюда тоннелях.

Я собралась с духом и медленно нырнула вниз, выставив перед собой руки. Железные когти разреза́ли водную гладь, не встречая препятствий. На полпути меня вдруг посетила идея, как я могу решить временную проблему незрячести. Я остановилась и окутала себя кровавым облаком. Кровь, конечно, не давала такого полного представления о местности, как зрение, но теперь я хотя бы уменьшила шансы с близкого расстояния врезаться в острые камни.

Ощущения были странные. Я как будто видела четкий сон, которые сознание воспринимало как реальность.

Вниз я поплыла намного увереннее. И быстрее, ибо с правой темной стороны донесся низкий грозный рокот. Интуиция мне подсказала, что Левиафан был не просто зол. Он находился в ярости. Я сглотнула вязкую слюну и в камень все-таки врезалась. Отвлекшись на размышления, я не сразу считала окружающее пространство с кровавого облака. Поморщившись от боли в плече, я отпрянула в сторону. Левиафан с шипением бросился ко мне.

На краю сознания пронеслась четкая равнодушная мысль: сейчас я умру. Тело в это время продолжало действовать само по себе. Оно резко развернулось и нырнуло вниз. Почему туда?.. Далеко не сразу оцепеневшим разумом я сообразила, что там спит Великий Дух Воды – мой единственный шанс на спасение. Если я его не разбужу – погибну.

Едва у меня появилась цель, как паника сразу же отступила. Я открыла раны и весь поток крови направила к духу. Он не отозвался. Даже не шевельнулся. Я нырнула внутрь небольшого алтаря, состоящего из ложа, где спал дух, четырех колонн и частично обвалившейся куполообразной крыши, и прижалась к потолку. Левиафан по инорции проплыл мимо. Для него здесь было слишком мало пространства, и змею ничего не оставалось, кроме как проплыть дальше и пойти на второй круг атаки. А пока он это делал, у меня оставался небольшой промежуток времени для маневра.

Отлепившись от потолка, я нырнула вниз. Облако крови позволило мне определить размеры и форму спящего Духа Воды. От удивления я едва не пропустила новую атаку Левиафана. Потолок алтаря снова стал для меня спасением, но теперь змей действовал хитрее – он изогнул спину и впился мне в многострадальный живот острым плавником. Я стиснула зубы изо всех сил вцепилась в камень когтями. В глазах резко потемнело – кровавое облако перестало считывать пространство.

Левиафан дернулся в сторону. Я вжалась вверх и втянула живот, насколько это было возможно. От боли я практически перестала соображать. Жажда крови взрезала огнем вены, сжала тисками легкие и затмила физическую. Я резко выдохнула и вернула контроль над собой. Левиафан с торжествующим рычанием выскользнул из алтаря. Я нырнула вниз, к Духу-русалке. По крайней мере, форма была очень похожей. Всю потерянную кровь я собрала и направила к нему с пронзительным криком: «Помоги!». Безрезультатно. Дух даже не дернулся.

«Помоги! Помоги!» – мысленно завыла я. Бесполезно. А тем временем Левиафан разворачивался на третий круг. Под потолком прятаться я больше не собиралась – если он повторит свой маневр, то просто разрежет меня напополам.

Я облетела Духа и распласталась по полу с другой стороны от него. Сейчас я напоминала маленькую рыбешку, которая, пользуясь этим, пыталась ускользнуть от более крупного хищника. Вспомнив о том, что Левиафан слеп, я затаила дыхание и перестала двигаться.

Змей медленно просунул морду к алтарю. Он перестал улавливать шум воды и потерял меня. Дышать я старалась быстро и неглубоко, продолжая взывать к Великому Духу Воды.

«Пожалуйста… мне очень нужна твоя помощь. Не только сейчас. Мой мир рушится. Вампиры… то есть, духи крови, отказались помочь. Они живут в своем мире и уверены, что проблемы другого их не касаются. Но, знаешь, в чем правда? Не знаешь. Конечно не знаешь. Ты спишь многие и многие тысячи лет и не видел мира после его создания… а там многое поменялось… но я немного отвлеклась. Правда в том, что духи крови и люди с магами живут в одном мире. Если что-то случится в одной его части, то непременно отразится на другой. Примерно так же глупо думать, что раз личинки подгрызают корни дерева, то здесь, наверху, мне ничего не грозит. Я не хочу падать, пока есть возможность подлатать корни. А если не подлатать, то хотя бы пересадить дерево».

Я все говорила и говорила, чувствуя, как затухает сознание, а связь с Духом ослабевает. Левиафан покинул алтарь и рыскал где-то рядом. В развеивающейся кровавой дымке я видела темный силуэт его тела, но вскоре погрузилась во тьму. У меня не было сил удерживать кровавый ориентир.

Вдруг на алтаре я уловила движение. Дух-русал заворочался, и у меня появилась слабая надежда, что он проснется. Но нет. Он просто перевернулся на другой бок. Впрочем, это уже был хороший знак.

«Кажется, я с тобой тут застряла. Если меня и вытащат, то будет это нескоро. Возможно, меня раздавит толщей воды, возможно, меня сожрет Левиафан, как Теона…» – На глаза навернулись слезы, но я не позволила вырваться судорожному дыханию из легких.

«А знаешь, я люблю духов. Всех. Только огненных очень сильно боюсь. Пламя у меня забрало слишком много. Забавно, что один такой помог мне очистить кровь и избавиться от чужого влияния. А хочешь, я покажу тебе, как выглядит сейчас мир?»

Дух, естественно, не ответил. Я улыбнулась и погрузилась в воспоминания. Показала каждый уголок Артении, где довелось побывать, подземелья, Элинторию и спуск в темные глубины до самого города нав.

«Интересно, какие они были раньше?» – рассеянно спросила я.

Вдруг перед внутренним взором появилось… нечто. Оно было похоже на русалку и одновременно отличалось от нее как дневной свет от ночного. Существо было более вытянутым, метра два в длину или больше, с белым хвостом. Две пары плавников располагались на хвосте, еще пара – на бедрах и последняя – за спиной, больше похожая на крылья. Навь была костлявой, с длинными узловатыми пальцами, незащищенными жабрами на впалой груди. Челюсти немного выдавались вперед, а острые зубы не вмещались во рту. Жидкие белые волосы ореолом вились вокруг головы, а их длина была совсем небольшой.

– Ш-шимера-а, – протяжно протянул Дух и беспокойно вильнул хвостом, перевернувшись на другой бок.

«Шимера? – встрепенулась я. – Это та навь, которую ты показал? Боюсь, она не придет. Навы исчезли много лет назад».

В нашу сторону дернулся Левиафан. Я вжалась в пол и подтянула к груди хвост. Я надеялась, что он не догадается вонзить зубы в алтарь. Если я попадусь ему на зуб, то остается только помянуть, как звали.

– Шимера!

Дух Воды резко сел и открыл глаза. Очень вовремя, ибо Левиафан по моим неосторожным движениям понял, где я прячусь.

– Леви, не трогай Шимеру! – замахал он руками. – Это Шимера! Разве ты ее не узнал?

Я медленно повернула голову. Зря – разглядеть в кромешной тьме ничего не удалось. Поразило меня не столько резкое пробуждение Духа Воды, сколько то, как он себя вел. Обычно по уровню сознания они напоминали маленьких детей и редко могли связно оформить свои мысли. Честные, простые, доверчивые и очень обидчивые – духи редко говорили подобным образом.

Левиафан клацнул зубами и застыл. Мне даже показалось, что он подался назад и мотнул мордой.

– Шимера, Шимера! Только она умела говорить со мной!

Левиафан зашипел.

– Что значит – чужая? – удивленно спросил дух.

Левиафан снова зашипел и резко отплыл в сторону. Я была настолько потрясена, что потеряла с Духом Воды связь.

Он общался с Левиафаном. И он ему отвечал. Пока я обдумывала это, не заметила, как Дух Воды оказался рядом. Поток воды мягко обволок меня со всех сторон и осторожно поднял выше.

– Ты не Шимера, – с сомнением сказал Дух. – Но ты говоришь со мной.

«Меня зовут Лимирей, – отозвалась я. – Да, я общаюсь с тобой. Помнишь, я говорила о духах крови? Я из них. Другие знают нас как вампиров. Если совсем грубо – кровопийц», – скривилась я.

Дух Воды сначала нахмурился, потом изумленно на меня взглянул и обплыл со всех сторон. Поток воды приподнял верхнюю губу, обнажив клыки.

– Ты не дух крови, – мотнул головой водный русал. – Ты – дух жизни. Цикл крови и цикл души. – Он коснулся моего кулона и… сам усилил со мной связь. Потянул кровь и показал.

Многих вещей я не уловила, но лучше сумела понять свою суть вампира. Мы не просто пьем кровь и пользуемся ей как источником магии, а олицетворяем саму суть жизни. Пока бьется сердце, пока бежит кровь мы вольны делать все, что угодно. В том числе и отнимать чужие жизни в символе вечной борьбы и выживания сильнейших. Это тоже часть жизни. Но если вечный бег крови останавливается, и кто-то из нас не выживает, он не уходит. Пока мы помним, наши даже самые дальние предки живут и продолжают наполнять нас силой. И, когда уйду я, то также буду отдавать свою новому поколению, пока оно будет меня помнить.

– Закладывая все это, мы не ожидали получить хищников, – расстроенно сказал Дух Воды. – Хищниками должны были стать духи леса.

«Оборотни?» – догадалась я, все еще пребывая в состоянии странной эйфории и потрясения.

– Оборотни? – не понял Дух.

Я прикрыла глаза и показала их ему. Тех, кто встретился мне на пути. Великий Дух Воды почему-то встревожился.

– Да, это они. Почему их хотят убить? Они часть этого мира! Они должны жить!

«Это долгая история, – вздохнула я. – И из-за этого я здесь. Обещаю все рассказать, но только если поможешь мне отсюда выбраться. И… попроси Левиафана, чтобы он больше никого не трогал. Мы… не хотели на него нападать, просто защищались. Нам нужен был ты».

Дух Воды отвернулся от меня и что-то то ли заворчал, то ли зашипел Левиафану. Змей в ответ что-то уркнул и развернулся. Вскоре шум воды стих.

«И надо найти моих родственников. Они наверняка ищут меня по тоннелям».

– Я помогу. Ты сильно ранена, – озабоченно произнес Дух Воды и таким же мягким потоком потянул меня за собой. Я расслабилась и закрыла глаза. Он был прав: сил самостоятельно двигаться у меня не было. Изнутри огнем грызла жажда крови, а от наружных ран едва внутренности наружу не вываливались.

Магдалену, Лионеля и Корсиса мы встретили в одном из боковых коридоров. Магдалена и Корсис держали в руках трезубцы, а Лионель освещал им путь кристаллом. Увидев движение, вампиры вжались в стену и ощетинились кто трезубцем, кто кровью.

– Не надо больше крови, – вздохнул Великий Дух Воды. – Ее сегодня пролилось достаточно.

– Кто ты? – настороженно спросил Лионель.

«Тот, кого мы искали», – ответила я и прикусила язык. Слышал-то меня только Дух!

– Лимирей!

Магдалена, забыв обо всем, бросилась ко мне. Я нашла в себе силы криво улыбнулся и даже слабо обнять ее.

– Хвала Великим Духам, ты жива!.. Я думала… я надеялась… что же ты творишь?! Еще хуже своего отца, маленькая упрямица! – всхлипнула она, срываясь на фальцет.

Я слабо шевельнула рукой и сумела впиться железным когтем себе в руку чуть выше запястья. Тоненькую струйку отправила к Магдалене и обвила вокруг ее руки. Она сразу поняла, что я от нее хочу, и вскоре вышла со мной на кровавую связь.

«У нас получилось. Это – Великий Дух Воды, – кивнула я на своего сопровождающего. – И он намного разумнее всех остальных духов, что я встречала. Наш… создатель», – благоговейно закончила я.

Магдалена взглянула на Духа. От удивления у нее расширились глаза. Я ее прекрасно понимала, ибо совсем недавно испытывала похожие чувства: хотела верить в них, в их мощь, и не верила. Думала встретить сильного спящего Духа, а встретила Создателя… запоздало пришла мысль, что Создатель наверняка запросит что-нибудь едва выполнимое на мою просьбу.

– Не может быть, – выдохнула Магдалена.

– Это… Он? – с благоговейным трепетом спросил Корсис. Я кивнула.

– Меня больше интересует, куда делся Левиафан, – пробормотал более практичный Лионель.

– Он вас не тронет, – заверил Дух Воды. – Шимера и другие навы создали его, чтобы он защищал меня. Они не хотели нарушать мой покой. И не хотели, чтобы его нарушил кто-то еще.

– Поэтому и спрятали в самой глубокой точке Великих Вод? – спросил Корсис. Дух задумался.

– Наверное… Шимера не говорила об этом. Она больше рассказывала истории. Бывало, уходила надолго, но всегда возвращалась. Без нее я не видел снов, и ждал, когда она вернется и расскажет, что происходит в мире…

– Шимера? – удивленно спросила Магдалена.

– Это нава, – улыбнулся Дух и погрустнел. – Лимирей сказала, что они исчезли. Это правда?

Мы переглянулись между собой.

– Лучше один раз увидеть, – произнес Корсис и развернулся, направившись в мертвый город навов. Обеспокоенный дух последовал за ним. Магдалена плыла рядом со мной. Она удерживала кровавую связь и никуда не отплывала. Я отвернулась. Не могла смотреть ей в глаза, ибо домой вернутся не все. Теон погиб. И это моя вина. Да, можно найти множество оправданий в духе: все знали, на что шли; или: могли погибнуть все, а погиб только один. Только вот близким родственникам подобного не скажешь. Да и во время путешествия мы с ним сблизились…

Вскоре мы вернулись в город нав. Свет от кристаллов резко ударил по глазам так, что они заслезились. Я их прищурила и краем глаза взглянула на Духа Воды. Он застыл, неверящим взглядом оглядывая то, что осталось от некогда величавого города.

– Они…

– Навы исчезли много тысяч лет назад, – негромко сказала Магдалена. – От них ничего не осталось – только руины и дневники исследователей, да и тем больше двух тысяч лет.

– Их никто не убивал, – добавил Корсис. – Они просто перестали существовать. Некоторые исследователи предполагают, что навы перебрались в другие уровни вод, близкие к поверхности, а природа дала им способы выживания. Не сразу, со временем, конечно. И через многие-многие поколения они адаптировались к новым условиям и превратились в русалок.

– Тысячи… лет, – потрясенно выдохнул Дух. – А, кажется, что мы все легли отдохнуть совсем недавно…

– За это время многое изменилось, – с печалью произнесла Магдалена.

– Я должен все увидеть! – взволнованно сказал Дух, метаясь из одного угла города в другой. Вдруг он резко застыл и обернулся к нам. – Но… если вам нужна помощь, один я ничего не сделаю. Жизнь зарождал не только я, без остальных братьев ничего бы не получилось.

Теперь замерли мы, переглянувшись. У меня сердце ухнуло куда-то вниз и даже забилось не сразу от осознания что именно запросил за свою помощь Великий Дух.

«Поправь меня, если я неправильно тебя поняла, – осторожно заговорила я. – Ты просишь, чтобы мы нашли остальных Великих Духов и разбудили их?».

– Великие? – удивленно спросил Дух Воды. – Нет, мы не Великие. Мы первые. Наверное, поэтому и сильные. Шимера рассказывала о других, – задумчиво произнес он. – Они… хотел бы я быть такими же, как они, – вздохнул он.

«Ты не ответил на мой вопрос», – осторожно сказала я.

– Да, – подумав, ответил он. – Другие мои братья тоже где-то спят. Мы очень устали, когда создали жизнь. Я нырнул в воду, куда ушли остальные – не знаю. Могу только сказать, что колыбель наверняка была похожа на них самих.

Я едва не застонала. Разбудить других Великих Духов!.. Из того, что удалось почерпнуть в архивах, я точно знала, где искать только одного – Земли. А остальные два… Огонь и Воздух могли быть где угодно!..

«Можно спросить у Хранителей Духов», – мелькнула здравая мысль. Но ее перебили внутренние сомнения. А если они не знают?..

«У них много подопечных. Кто-нибудь что-нибудь наверняка заметил», – так же невозмутимо ответила здравая часть меня.

Я прикрыла глаза и мысленно завыла. Это же сколько времени уйдет на поиск Великих Духов?! Не развалится ли Артения за это время? Выдержит ли осаду де Лесента Аннабель? Или он уже сейчас готовится навязать решающую битву, где решится судьба всех магов, людей и оборотней?

«По крайней мере, подводное путешествие прошло не зря, – все так же резонно заметил внутренний голос. – А ведь могла просто потерять время».

Тут возразить мне было нечего.

«Поплыли домой, – обратилась я к Магдалене. – Мы сделали то, за чем пришли».

Магдалена резко замолчала и взглянула на меня. Кажется, она тоже была занята увлекательной беседой и успела забыть о моем существовании.

– Да, ты права, – кивнула бабуля. – Потерпи немного, – ласково добавила она. – Выберемся отсюда, найдем огромного кальмара и быстро восстановимся…

– А как же Леви? – встрепенулся Дух Воды. – Мы не можем его оставить здесь! Если я уйду, он погибнет!

– Почему? – удивленно спросил Лионель. – Сомневаюсь, что у такого змея есть конкуренты.

– Дело не в хищниках, – отмахнулся Дух Воды. – Он связан со мной. Навы создали его, чтобы он защищал меня. И на вас он напал, защищая меня. Для него вы чужаки, нарушители спокойствия. Если он останется без меня, его суть потеряет смысл, и он погибнет.

– Час от часу не легче, – пробормотал Лионель.

– А в верхних слоях воды он сможет существовать? – с сомнением спросил Корсис. – Там и температура, и давление другие… и солнечный свет может оказаться вреден.

Лионель медленно повернул голову к Корсису и изогнул бровь. Выражение его лица и взгляд выражали вопрос: «Ты сейчас серьезно предлагаешь потащить этого монстра к поверхности?» Но вслух задал совсем другой:

– А ты не боишься, что Левиафан сожрет всех местных обитателей?

– Левиафан не питается живностью, – ответил Дух Воды. – Он черпает свою силу от меня.

– И все равно от этого не легче, – проворчал Лионель. – Вы представляете, что начнется у берегов Элинтории?!

– А что начнется? – задумчиво произнес Корсис. – Драконы будут в восторге. То есть, сначала они испугаются, но потом начнут его изучать. Наши все покинут воду, но, когда поймут, что нет опасности, вернутся. Русалки уплывут к себе или сменят хвост на ноги.

Лионель закатил глаза. Он был совсем не согласен с Корсисом, но говорить ничего не стал. А я вдруг подумала о том, что со мной сделает Элизабет, когда поймет, что Левиафана притащила в воды Элинтории я. Правда, с Великим Духом Воды, который может помочь нам всем.

«Если я найду остальных», – выдохнула я.

– Лешие с вами, – сдался Лионель. – Но если этот монстр кого-нибудь сожрет…

Он выразительным взглядом по очереди осмотрел всех нас, говоря: «В этом будете виноваты вы. И не говорите потом, что я вас не предупреждал».

– Леви никого не тронет, – пообещал Дух Воды. – Я скажу ему.

Лионель хмыкнул. Он не верил, что с подобным монстром можно договориться. Заверения Великого Духа Воды его нисколько не переубедили.

– Будем решать проблемы по мере их поступления, – негромко сказала Магдалена. – Сейчас наша задача – вернуться домой.

После ее слов повисло молчание. Все понимали, что смысла в эту простую фразу было вложено очень много, ибо мы все устали, проголодались, я была не в состоянии пока что сама двигаться, а запасы из вырезки медузы неумолимо приближались к концу.

– Да, пора возвращаться домой, – негромко произнес Корсис.

На это не нашлось возражений даже у Лионеля, и мы вместе с Духом Воды направились на выход из города. Нас ждал долгий путь домой.

Глава 4: Возвращение домой

Обратный путь занял намного меньше времени. Во всяком случае, мне так показалось. Выбираясь из глубин, мы не позволяли себе много времени на сон и отдых и плыли почти без остановки, насколько хватало сил. Нет, глубоководные хищники нас не тревожили – они чуяли присутствие Левиафана и не рисковали приближаться. Это стало в какой-то степени проблемой: охотиться стало не на кого. Чтобы хоть кого-то найти приходилось сильно отклоняться от маршрута, а такие затраты по времени нас не устраивали. Голодали все. Пока Великий Дух не обратил внимание на наше состояние. Он ничего не спрашивал, а просто потоками воды пригнал двух гигантских кальмаров, которыми мы с удовольствием перекусили. Он наблюдал за нами и, как мне показалось, даже расстроился. Потом очень долгое время плыл рядом и задумчиво молчал.

– Не такими вы должны были стать, – вздохнул он, когда я все-таки рискнула спросить, что так огорчило Духа. – Мы закладывали механизм улучшения и совершенствования, но как он будет действовать, так и не успели понять. Вы не должны были стать хищниками. Это наша вина.

Вырезка из медузы закончилась за пару дней до того, как мы покинули темные воды. Опасную область до конца мы покинуть не успели и прочувствовали давление водной толщи в полной мере. Ощущение было такое, словно Левиафан по мне снова ударил хвостом. Только в этот раз не только по животу, но еще и по груди. Я задыхалась. Сначала это чувство сильно испугало, но потом я привыкла дышать короткими вдохами. И чем выше мы поднимались, тем легче становилось дышать. И охотиться.

Левиафан не отставал от нас. Он по-прежнему держался неподалеку и распугивал своим присутствием всю живность, но теперь мы его видели. Забавно, что по дороге мы не испытывали тревоги от его присутствия.

В город русалок мы заплывать не стали. Дух очень хотел посмотреть, что это за народ и как он живет, и мы остались его ждать неподалеку, присматривая за Левиафаном. Точнее, за теми любопытными, кто пытался узнать, кого мы с собой привели с темных глубин. От всех вопросов русалок и мимо проплывающих стражей мы старались вежливо уклоняться, и с облегчением выдохнули, когда Дух вернулся. Выглядел он очень задумчивым и не реагировал ни на один наш вопрос. Я начала даже переживать, что он собьется с заданного нами направления.

Гирон покинул нас на пути во второй город русалок. Практически всю дорогу с нами не разговаривал – замкнулся в себе и держался поодаль. Его можно понять: он потерял брата. Меня ни в чем не обвинял, но иногда так красноречиво смотрел, что мне хотелось раствориться пеной морской.

– Отсюда двинемся к Преображателю, – с печалью в голосе сказала Магдалена. – Он в паре дней пути отсюда. Пройдем через него во время отлива и на двигательной лодке доберемся.

– Если они там будут, – буркнул Корсис.

– Обычно они всегда там есть. Это негласная договоренность. В крайнем случае, можно попросить какого-нибудь дракона нас подбросить, если кто-то собирается в сторону Элинтории.

Добравшись до места, мы попали в шторм. На поверхности творилось что-то невообразимое: сверкали молнии, дождь лил непроглядной пеленой, а гром доносился даже на нашу глубину. Мы благоразумно решили не выныривать на поверхность, пока буря не утихнет. Даже нашлась небольшая пещера, где мы сумели немного вздремнуть.

Дух Воды нас покинул, чтобы помочь малым собратьям, и посмотреть, что творится на поверхности. А заодно изучить Преображатель – он его сильно заинтересовал после рассказа Лионеля о его назначении и истории создания.

– Буря закончилась, – оповестил Дух в окружении своих меньших и неразумных собратьев. Они с восторгом носились вокруг него и наперебой просили то что-нибудь показать, то чему-нибудь научить.

Мы отправились к Преображателю под бдительным сопровождением Левиафана. Он находился в небольшой пещере, выступающей над поверхностью воды. Там же, чуть подальше, был выдолблен небольшой причал, около которого и стояли две двигательные лодки. Их шторм не повредил. Даже вода внутрь не попала.

За выступающей частью Преображателя угадывалась жилая часть пещеры. Там хранилась одежда и из водорослей, и из ткани. Вода стояла практически вровень с каменной площадкой.

– Отлично, еще успели, – улыбнулась Магдалена.

– Отлив? – понимающе спросил Лионель. Бабуля кивнула и обернулась ко мне.

– Ты первая. Потом вы двое. Я буду последней, – распорядилась она.

– Что? – изумился Корсис. – Я с вами не пойду. Меня в городе ждут.

– Дома тебя ждут! – сердито сказала Магдалена. – Во-первых, свидетель лишним не будет. Во-вторых, я тебя из воды двадцать с лишним лет вытащить не могу! Ты когда дома в последний раз был?! Помнишь хоть как ноги выглядят?!

Корсис закатил глаза и с чувством изрек:

– Ну ма-ам!

Лионель хохотнул. Я отвернулась, закусив губу. Да уж, сколько бы лет ни было взрослому столетнему вампиру, для кого-то он все равно останется ребенком.

– Даже слушать ничего не хочу! – сдвинула брови Магдалена. – В Преображатель! После Лимирей! – скомандовала она.

– Чувствую, я об этом пожалею, – пробормотал Корсис.

Я скользнула к раскрытому огромному кристаллу. Оказавшись ровно над площадкой с острыми шипами, я пустила себе кровь и направила ее на стенки Преображателя. Он ее впитал и начал закрываться. На каждом из лепестков находились такие же шипы, сделанные из кристаллов. И они неглубоко впились мне в тело, пуская кровь. Красная дымка окутала меня со всех сторон, и началась магия. Исчезали защитные пластины на груди и бедрах. Сходила чешуя. Вытягивалась в ступню нижняя часть хвоста. И сам он постепенно превращался обратно в ноги.

Когда все закончилось и кристалл открылся, я с головой ушла под воду и по привычке попыталась вдохнуть, но только хлебнула соленой воды. Ноги отказывались слушаться. Я их не чувствовала.

– Тихо-тихо! Давай я тебе помогу.

Магдалена обхватила меня за талию и выбросила на каменный пол. Я зацепилась пальцами за уступ и подтянулась. Скатилась на нижнюю площадку и села. Отползти дальше не получилось, поэтому я схватила то, что первым попалось под руку и прикрыла бедра.

Вторым вынырнул Корсис. Он двигался еще более неловко, чем я и от души ругался. Кое-как отполз в другую от меня сторону и взъерошил мокрые волосы.

– Она смерти моей хочет, – пожаловался дядя, даже не пытаясь чем-то прикрыть наготу. – Двадцать лет с хвостом… ты представляешь, что сейчас будет с ногами происходить?!

– Не ворчи! – вынырнула из воды Магдалена. – За неделю оклемаешься!

– Неделя! Это целая жизнь! – возмутился Корсис.

– Хотя, учитывая, сколько ты лет с хвостом провел…

– Вот именно!

Перепалку матери и сына прервал вынырнувший Лионель. Который тоже ругался, хлебнув воды.

– В хвост еще ладно, но обратно… так, кто-нибудь видит здесь штаны?

Я опустила взгляд на свою кучу вещей и протянула один сверток Лионелю.

– Спасибо, – выдохнул он. – Вещи из теплых водорослей у тебя? – взглянул он на Корсиса. Он мотнул головой.

– Они не любят поверхность – сразу же все свойства теряют. Я их оставил под водой, в нише. Тот, кто повнимательнее – заметит.

Лионель с сожалением вздохнул. Отвернувшись в сторону, принялся натягивать штаны. Я отвернулась. В это время из воды вынырнула Магдалена. Я протянула к ней руки и помогла забраться в пещеру.

– Спасибо, – улыбнулась она. – Давай помогу с одеждой. Первое время будет казаться, что тебе отрезали ноги. Потом, по мере восстановления кровотока и работы мышц, начнут болеть. Чем больше будешь ходить, тем быстрее это пройдет. Как с хвостом, только наоборот.

Было стыдно просить помощи в таких простых вещах как одевание, но сейчас я была не в том состоянии, чтобы от нее отказываться. Магдалена еще могла ногами двигать, мне они казались чем-то чужеродным. К хвосту привыкнуть было проще.

Кое-как одевшись (в том числе и в теплую меховую одежду), мы оставили свои подводные наряды для тех, кто решит сменить ноги на хвост и забрались в двигательную лодку. Она сильно просела под нашим весом, но почти сразу выскочила, словно поплавок. Из воды вынырнул Дух. Он с сомнением оглядел лодку и нас, с трудом в ней разместившихся.

– Не волнуйся, мы доберемся, – улыбнулась Магдалена. – Тут недалеко. Кровь будем заливать в бак по очереди, – обратилась уже к нам Магдалена. – До острова одного бака не хватит – минимум потребуется два.

– Настраивайся на мой поток, – произнес Лионель. Бабуля кивнула и открыла бак. Лионель быстро заполнил его доверху и с шумом выдохнул.

Магдалена потянула свою кровь через рулевое управление и соединилась с кровью в баке. Спустя мгновение заревел двигатель, и лодка плавно двинулась с места, набирая скорость. Бабуля обогнула остров и направилась прочь от Преображателя. Я вытянула шею и взглянула в сумеречную даль – время подходило к ночи. Затем оглянулась на пещеру с Преображателем и нахмурилась. Ощущение, что мы идем не в ту сторону, не отпускало вплоть до середины пути, пока я не увидела вдалеке чернеющую сушу острова, покрытую туманом, в которой угадывались желтые огоньки.

Я мотнула головой и даже протерла глаза. Такого острова на архипелаге я не помнила.

– Пепельный, – пояснил Лионель. – Даже наша семья бывает там нечасто.

Я закусила губу и представила карту архипелага. Пепельный… так он же совсем рядом с нашим островом!

– И между прочим, это не туман, – вставил Корсис. – Это дым. А то, что кажется снегом – пепел.

На этом разговор закончился. Магдалена сбавила скорость и вела лодку намного осторожнее, пересекая водное пространство между Пепельным островом и нашим, де Дюпон. Кровь в баке закончилась, когда Магдалена огибала его, проходя около острова де Сантел.

– Приехали, – устало выдохнула бабуля.

– Может, отдохнешь? – озабоченно предложил Корсис. Магдалена от него отмахнулась.

– Тут недалеко осталось. Так что заправляй бак.

Корсис закатил глаза и проворчал:

– А еще Лимирей в упрямстве обвиняешь. Было в кого уродиться, между прочим.

Магдалена так выразительно посмотрела на сына, что я всерьез начала опасаться, что она скинет его за борт. Но вместо этого она медленно отвернулась и сильнее обхватила руль. Корсис страдальчески вдохнул и распорол себе ладонь клыком. Очень быстро его кровь заполнила бак доверху, и мы продолжили путь.

Над архипелагом наконец разошлись тучи. Непроглядную тьму развеял лунный и звездный свет. Я подняла голову к небу и не сводила с него взгляда до самого причала. Я уже и забыла, что оно может быть таким красивым ночью. Под водой я не вспоминала о поверхности, не хотела поддаваться ненужным переживаниям при четко поставленных целях. По той же причине не позволяла себе думать о Дэниэле. Может, и он сейчас он так же смотрит в небо?.. Так мы смогли бы разделить его на двоих?..

На глаза навернулись слезы, и я сердито тряхнула головой. Не до сантиментов сейчас! Переживать нужно не о Дэниэле, а о себе. Хорошо, если Элизабет мне завтра голову не оторвет за самодеятельность… а она может на правах Главы Семьи.

Я поежилась от пробравшего внутреннего и внешнего холодов и взглянула на остров. Он казался обманчиво тихим и угрюмым – только шум нашей двигательной лодки нарушал эту зловещую тишину. Или мне просто так казалось в предчувствии завтрашнего утра.

– Приехали, – изрекла Магдалена.

Мы обвели друг друга задумчивыми взглядами и дружно опустили их на ноги. Я криво усмехнулась. Приехать мы приехали, а вот добраться до горы-дома – задача не самая простая. Если не сказать, невыполнимая.

– Из нас четверых держишься на ногах только ты, – иронично произнес Корсис.

Магдалена фыркнула и кое-как выбралась из лодки. Лионель ее поддержал, насколько смог, и завертел головой.

– Вы Духа Воды не видели?

– С тех пор, как мы зашли в воды нашего архипелага – нет, – мотнул головой Корсис. – Скорее всего, отправился изучать Элинторию.

Лионель издал какой-то странный звук между хрипом и криком и замолк. Я озабоченно взглянула на застывшую Магдалену. Она еле стояла на дрожащих ногах. Присмотревшись, я заметила, как рядом с ней зашевелилась земля и прямо из песка возник молодой дух земли. Он, выслушав ее, создал руками трость и вручил ее Магдалене.

– Спасибо, – произнесла она. – Не подскажешь, где можно найти драконов?

– У костра! – пискнул дух и исчез.

Магдалена тяжело вздохнула и завертела головой, прислушиваясь. Я последовала ее примеру, но треска костра так и не услышала. Она сделала несколько шагов, тяжело опираясь на трость, и вскоре слилась с ночным лесом. Некоторое время я слышала ее шаги, но они очень быстро стихли. Мы остались в лодке ждать помощи и даже не пытались выбраться. Умиротворенную тишину разбивал только ленивый плеск волн да уханье сов и филинов в глубине леса.

Я успела задремать, пока ждала Магдалену. Проснувшись, не сразу поняла, где я и почему не чувствуя хвоста. Испуг помог проснуться быстрее, чем ушат ледяной воды. Память быстро восстановила недавние события, и я с облегчением выдохнула.

На берегу стояла Магдалена в окружении трех драконов в человеческом обличье. В темноте было не разглядеть, какие это именно драконы, но, кажется, один знакомый среди них был.

– Оставить на пару дней нельзя, – проворчал Телириен. – Только я, значит, на летную площадку вышел, хотел похвастаться починенными крыльями, а она уже под воду усвистала!

Если бы при мне был голос, и я чувствовала ноги, то с визгом бы бросилась чешуйчатому другу на шею. Но в моем положении я сумела только притянуть его к себе и крепко стиснуть в объятиях. Телириен крякнул и без труда поднял меня на руки.

– Веди, калечная, – весело сказал дракон.

Я захотела его одновременно и побить, и расцеловать. На глаза навернулись слезы от радости, что я вижу его снова с искрами жажды жизни в глазах. Прежним Телириен уже никогда не станет, но теперь он был похож на себя того, к которому я наведывалась время от времени в замке Картак в Артении.

– Поведу я, – распорядилась Магдалена. – А вы помогите остальным калечным.

– Я и сам могу дойти, – проворчал Корсис, но его слушать никто не стал.

Некоторое время наша небольшая делегация шла молча. Я жадно осматривалась по сторонам и втягивала ночной воздух острова. Как же я соскучилась по поверхности!.. По красоте лесов, величию гор, запахам травы и цветов. А каким был ночной лес!.. Хищники осторожно перебирались в дебрях по одним известным тропам, бесшумно летали ночные птицы, а неосторожные грызуны или плохо спрятавшиеся травоядные становились их добычей. Я потянула носом воздух и уловила слабый аромат крови. Кажется, кто-то только что попался.

Я обняла Телириена и прижалась к нему. От него веяло теплом, как и от других огненных драконов. Я быстро согрелась и погрузилась в приятную дрему. Завтра, завтра я с ним, и не только с ним обязательно обо всем поговорю! Сейчас я хотела одного: зарыться в мягкие водоросли и свернуться в них уютным калачиком.

«Ты вообще-то с ногами и на поверхности», – насмешливо сказал внутренний голос. Я отмахнулась от него и продолжила дремать.

– Эй! – Телириен меня тряхнул. Я открыла глаза и подняла на него затуманенный взгляд. – Ясно, – вздохнул он. – Но завтра ты мне все расскажешь, – строго произнес дракон. – Во-первых, на кой леший тебя понесло к русалкам, во-вторых, как там вообще под водой.

Я кивнула и развела руками, указав на стену. Мы как раз проходили мимо зала, а там висели часы.

– Я подожду, – заверил меня Телириен.

Очень скоро он под руководством Магдалены отнес меня в комнату (я удивилась, что еще не забыла, как открывать заколдованную магией крови дверь) и быстро осмотрелся. Выглядела она точно так же, какой я ее оставила.

Телириен осторожно уложил меня на кровать, а сам прошел к огромному окну, которое отгораживало комнату от толщи воды. Я улыбнулась, взглянув на друга. Прекрасно помнила свои первые впечатления, когда только вошла сюда. А теперь, насмотревшись и не такой красоты под водой, я не видела в открывшемся подводном пейзаже ничего особенного.

Кое-как устроившись на кровати, я с головой закрылась одеялом и сразу же уснула. На душе царили мир и покой.

***

Следующий день начался для меня с обеда. Я отоспалась за все время, что не досыпала под водой. Счастливая и довольная я села на кровати и сразу же помрачнела. Впереди предстоял тяжелый разговор с Элизабет, главой нашей семьи. И до нее надо было еще как-то дойти.

Осмотревшись, я заметила около стены тяжелую трость. Кое-как сползла с кровати, не чувствуя ног, и сумела встать только тяжело на нее опираясь. Ради интереса подошла к зеркалу и ужаснулась. Волосы выглядели как свалявшаяся старая пакля, огромные штаны годились только для сна, а под шерстяной кофтой по сути ничего не было – только топ из водорослей, которые высохли и теперь начали мешать и раздражать кожу. Да и на самой ней остался соляной налет.

Глаза были воспалены. За одну ночь синие мешки под ними никуда не делись, разве что чуть побледнели. Кровеносные сосуды полопались, зрачки сильно расширены (похоже, сказалось частое применение вырезки из медуз), а нездоровый блеск только усугублял впечатление.

Нет, в таком виде идти никуда нельзя. Сначала надо найти того, кто поможет справиться с бытовыми вещами. Мне повезло. Едва я выглянула из комнаты, как увидела мимо пробегающую девушку с тележкой, заваленной ведрами, тряпками и какими-то алхимическими колбами. Я перехватила ее и указала себе в комнату, состроив самое умоляющее выражение, на которое была способна.

Девушка взглянула на свою тележку, потом на меня и кивнула. Я оставила дверь открытой и села за письменный стол, заранее подготавливая список всего, что мне нужно. Когда я закончила, девушка зашла ко мне и осторожно закрыла дверь. Я протянула ей лист бумаги. Бегло пробежавшись взглядом по списку, девушка кивнула, и мы приступили к сложной процедуре по привидению меня в порядок.

В общем, в относительном порядке я была только ближе к вечеру. Магдалена заглянула, когда я просушивала волосы после смывки третьего укрепляющего зелья для волос. Она даже составила для меня рецепт и рекомендации, как их наносить.

– Готова?

Я кивнула.

– Как ноги?

Я так выразительно скривилась, что Магдалена расхохоталась.

– Ничего, за неделю расходишься. Все-таки не так долго провела под водой…

Бабуля погрустнела и остановилась в дверях. Я кое-как до нее доковыляла с помощью трости и вопросительно взглянула.

– Что?

Я указала на окно, за которым резвились два духа воды.

– А… где-то с драконами летает, – ухмыльнулась Магдалена. – Знаешь, они даже в чем-то похожи… Дух Воды такой же любопытный, как и они. Оно и понятно, столько лет проспать… я бы на его месте, наверное, вела себя точно так же.

«Элизабет сильно злится?» – написала я.

– Она… уже остыла, – медленно произнесла Магдалена. – Не волнуйся.

Не волнуйся… легко сказать! Я даже боялась представить, сколько планов Элизабет разрушила на ближайшее будущее своим уходом к русалкам, не говоря уже о том, что погубила одного дальнего родственника и подвергла смертельной опасности двух близких! Я бы на ее месте живьем похоронила меня на пару недель в фамильном склепе.

«А где Левиафан?»

– Странно, но его никто не видел, – задумчиво ответила Магдалена. – Пойдем.

Сглотнув вязкую слюну, я с бешено колотящимся сердцем вышла из комнаты. Чувство было такое, словно я отправляюсь на казнь. Шли мы очень медленно. Даже у более подвижной Магдалены под конец пути дрожали ноги от усталости. Я их вообще не чувствовала и больше ползла вдоль стены, еле их переставляя. Боль в ноющих мышцах неплохо отвлекала от мрачных мыслей, что со мной может сделать Глава Семьи, но все равно, оказавшись перед дверью ее кабинета, я почувствовала, как душа в пятки уходит, а ноги отказывают по совсем другой причине.

Магдалена постучалась.

– Заходите! – отрывисто сказала Элизабет. Чувствовалось: она все еще очень зла.

Глубоко вдохнув, я первой прошла внутрь и осторожно проскользнула по стенке, замерев рядом с вешалкой. Под прожигающим взглядом Главы Семьи хотелось сжаться до такой степени, чтобы она меня не видела. Магдалена наоборот вплыла в кабинет статно и величаво. Она ухитрилась даже затмить собой Элизабет.

– Не на сцену пришла! – рявкнула на нее разъяренная вампирша.

– А чем не представление? – невозмутимо отозвалась Магдалена. – Я даже могу сценарий рассказать.

Элизабет со свистом втянула носом воздух и резко вскочила так, что стул упал. Я вжалась в стену.

– Я сейчас вам обеим расскажу сценарий! Лимирей отправляется обратно в Артению и никогда сюда не возвращается! А тебе пропишу несколько лет личного контроля кровью! Хотя бы знать буду, куда ты отправилась и каких глупостей натворила!

Глава Семьи выдохнула и подняла стул, рухнув на него так, что он едва не сломался. Я застыла. Хотела бы сказать, что могло быть и хуже, но это было не так. Да, Артения мне была роднее по духу, я знала там каждый уголок, у меня остался там любимый вампир, но Элинтория была местом, куда я всегда могла вернуться и не чувствовать себя изгоем. Не думала, что Элизабет отрежет мне сюда дорогу. По крайней мере, я уже знала, что не одна, а ведь до спуска в подземелья была уверена, что, кроме меня, никаких вампиров нет в мире.

Я отвернулась, быстро стерла навернувшиеся слезы и кивнула, принимая наказание. Обнадеживало, что сейчас в Артению я отправлюсь не одна – сделку с духами никто не отменял. Элизабет обещала им помочь.

– Ну выгонишь ты Лимирей. Получишь надо мной почти полный контроль. Это как-то изменит сложившуюся ситуацию?

– А родителям Теона их сына? – в тон ей спросила Элизабет. – Я уже не говорю о том, что погибнуть могли вы все! Из-за тебя, между прочим! – гневно сверкнула она глазами в мою сторону.

Я неожиданно разозлилась. Отчасти Элизабет была права, но, как это часто бывает, правду от других людей слушать неприятно. Особенно если знаешь, что действительно виноват.

Я хотела в несколько размашистых шагов подойти к столу, взять перо с листом бумаги и начать писать гневный ответ, но вместо этого с грохотом упала на пол, больно ударившись бедром. Я быстро села на полу и мрачно взглянула на трость, которая лежала рядом и нисколько не помогла.

Элизабет сделала вид, что ничего не случилось, и вспорола себе ладонь ножом для вскрытия конвертов. Я с опасением вспорола себе запястье клыком и впустила ее в свой поток крови. На меня обрушился такой вихрь эмоций, что я потерялась во времени и пространстве. Гнев, злость, страх неизвестности, недоумение – все смешалось в какую-то невообразимую какофонию, из которой, словно сквозь туман, я услышала голос Элизабет:

«Я знаю, зачем ты отправилась на темное морское дно. И знаю, как погиб Теон. Даже могу сказать, почему ты туда отправилась. Сама хочешь умереть – пожалуйста. Других зачем за собой потащила?»

«Я не… – я осеклась. Простое: «Я не хотела» вряд ли устроит Элизабет – Я хотела отправиться одна, но потом поняла, что сама не справлюсь. И с Левиафаном не совладаю, если он не легенда. Я видела только цель. – Ох, как же нелегко далось признание собственной ошибки! – Я хотела верить в существование Великого Духа Воды и не верила. Левиафан был такой же легендой, как и он сам. Да, Теон погиб. Погиб из-за меня. И все-таки его смерть не была напрасной. Великий Дух существует. Он еще помнит нав, он их показывал мне.

Я отчаялась. Из-за… всего. Я рассчитывала, что Элинтория поможет Артении, а в итоге туда отправляешься только ты с сильными вампирами из-за сделки с духами. Это несправедливо по отношению к нашей семье. Сколько вас там погбнет?.. Лучше уж… один Теон, чем половина нашей линии крови», – тихо закончила я и опустила голову. С трудом, но подтянуть колени к груди получилось. По щекам тонкими дорожками скользили слезинки. Убирать их у меня не было ни желания, ни сил.

Я ожидала, что Элизабет сейчас начнет смеяться, читать нотации или просто выгонит меня за дверь, но она замолчала. Надолго.

«Покажи, как выглядели навы», – неожиданно попросила она.

Я вздрогнула и не сразу поняла, что от меня хотят и кто со мной говорит – настолько ушла вглубь себя со всеми переживаниями.

«Лимирей, навы», – мягко повторила Элизабет. Я кивнула и без труда воссоздала образ, который мне показывал Дух Воды.

«О… – удивленно протянула она. – Я их представляла несколько другими… но по описанию очень похожи на тех созданий, что описываются в легендах».

«Не думала, что они тебя интересуют», – рассеянно отозвалась я.

– А я не думала, что ты так будешь переживать за свою линию крови, которую едва знаешь, – улыбнулась Элизабет и немного помолчала.

– Тебе не говорили, что ты слишком много берешь на себя ответственности? И забываешь о себе, думая о других?

«Дэниэл постоянно об этом говорит».

– Это был не комплимент. Это твоя проблема, – вздохнула Элизабет. – Где сейчас Великий Дух Воды?

– Мы с ним разминулись во время пути к острову. Левиафан тоже где-то под местными проливами шастает. Он с ним связан, и Дух Воды не пожелал его оставлять в забытом городе нав.

Элизабет искоса взглянула на нас. Я кивнула.

– Тогда очень странно, что я не слышала панических криков на острове…

Вдруг в дверь кто-то с такой силой заколотил, что едва не выломал ее. Магдалена вопросительно изогнула бровь, и Элизабет кивнула. Бабуля подцепила ручку двери тростью и открыла ее. Внутрь ввалился взъерошенный молодой вампир лет пятнадцати или семнадцати на вид (кулона при себе у него не было).

– Вы видели?! Там… под мысом… огромный змей! В воде! Русалки аж на берег выбросились! – сбивчиво сказал он и замолк, остановленный жестом Элизабет. Она вопросительно изогнула бровь, взглянув на Магдалену. Она с ухмылкой кивнула и показала небольшое расстояние между большим и указательным пальцем. «Маленькая змейка», – всем своим видом говорила бабуля.

– Миро́, успокойся. Нечего наводить панику раньше времени, – произнесла Элизабет.

– Так не я ее навеял! – возмутился юный вампир, но быстро умолк под взглядом Главы Семьи.

– Сейчас ты поможешь Магдалене и Лимирей добраться до комнат. А еще лучше – прогуляйся с ними где-нибудь. Им после прохождения через Преображатель нужно восстановить чувствительность ног. А змея я возьму на себя.

– Но… – Миро сник и с кислым выражением лица взглянул на нас.

– Сделай как я прошу, – настойчиво попросила Элизабет.

Я осторожно подняла на нее взгляд.

– Будем считать, что я пересмотрела свое решение, – сухо сказала она. – Вы обе достаточно себя наказали. А я… подумаю, что можно сделать.

– Будешь собирать Совет? – уточнила Магдалена.

– Если найду весомый аргумент в лице Духа, – выразительно ответила Элизабет.

– О… если змей здесь, то и Дух тоже. Краем уха я слышала, что он отправился на Драконью косу. Ему очень интересно, что он пропустил, и каким стал мир, пока он спал. А там очень большой архив…

Элизабет кивнула и строго взглянула на Миро, который жадно вслушивался в каждое слово нашего разговора. Молодой вампир вздохнул и помог мне подняться на ноги. Я кивком попрощалась с Элизабет и покинула ее кабинет.

До выхода мы шли молча. Солнце уже клонилось к закату, прорезая облака и окрашивая их в золотистые и розовые оттенки. Над лесом висела бледная половинка луны. Я зажмурилась от непривычного яркого теплого света и с наслаждением подставила лицо заходящим лучам солнца. Под водой они нисколько не грели, только скользили бликами по чешуе хвоста.

– Можешь идти, – усмехнулась Магдалена, взглянув на Миро. Он с сомнением на нее взглянул.

– Но Элизабет сказала…

– Элизабет Глава Семьи, но не командир. Она попросила тебя только проводить нас. Ты справился с задачей, так что свободен. Только перед тем, как покинешь нашу скромную компанию, приведи пожалуйста сюда огненного дракона. Он наверняка где-то поблизости находятся. Зовут Телириен.

– Ладно, – растеряно произнес Миро. – А вы никуда не уйдете?

Магдалена фыркнула.

– В таком состоянии? – иронично спросила она.

Миро смутился, залившись краской до кончиков ушей, и быстро исчез из виду.

– О чем вы говорили с Элизабет?

Я пожала плечами и с трудом доковыляла до песчаной полосы. Там кончиком трости вывела: «Я сказала ей правду». Магдалена улыбнулась и стерла написанное кончиком своей. Затем тяжело и медленно опустилась на песок и жестом пригласила присесть рядом. Я не столь изящно рухнула вниз и с трудом вытянула ноги, положив рядом трость. Вид перед нами открывался потрясающий: горы справа, лесное подножие слева и отчасти заросшая травой песчаная дюна. И вся это красота под светом заходящего солнца.

Я положила голову бабуле на плечо и улыбнулась. Жизнь понемногу начинала налаживаться. Не хватало только любимого мужчины рядом. И его друга.

Заслышав шаги, я подняла голову и увидела Телириена, быстро шагающего к нам. Я расплылась в улыбке и помахала ему рукой. Он уже не выглядел таким измученным и сломленным, каким я привезла его сюда. Видеть его прежним было огромной радостью.

Телириен плюхнулся рядом со мной и окинул внимательным взглядом с головы до ног.

– Рассказывай, куда влипла на этот раз, – не выдержал он.

Я задумчиво осмотрела песочное пространство, затем взглянула на ладонь и поморщилась. Переходить на кровавую связь с огненным драконом было для меня не только проблематично, но и не слишком приятно.

– Миро, можно тебя попросить еще об одной вещи? – задумчиво взглянула на молодого вампира Магдалена. Миро с тоской на нее взглянул. – Принеси, пожалуйста, несколько листов бумаги и перо. Нам предстоит долгий разговор, – улыбнулась она, взглянув на меня.

Я горестно вздохнула. Кажется, уйду я обратно не только с больными уставшими ногами, но и одной рукой.

– Инструмент бы сюда, – мечтательно протянула Магдалена. – И эта история обрела совсем другие краски… а началось все с того, что одна юная особа так отчаялась получить помощь, что ухватилась за соломинку, которую увидела в древних и старых легендах на Драконьей косе…

Глава 5: Кровавые волны

Каждый следующий день на Элинтории был лучше предыдущего. Мышцы на ногах крепли, к ним возвращалась чувствительность, и спустя несколько дней я даже сумела пробежать несколько метров, спасаясь от Телириена. Он не отходил от меня ни на шаг и даже поселился в соседней комнате. Правда, чтобы этого добиться, ему пришлось изрядно постараться – Элизабет долго не хотела сдавать позиций. Я даже подумала, что они подерутся, но, к счастью, все обошлось, и Глава Семьи уступила (как бы странно ни прозвучало, но в случае данного столкновения я бы поставила на Элизабет).

Новость об из ниоткуда взявшемся огромном слепом водном змее быстро облетела архипелаг. Особо любопытные, набравшись смелости, меняли ноги на хвост и кружили недалеко от него под островами. Иногда выныривали, чтобы рассказать об увиденном. По их рассказам, Левиафан бо́льшую часть времени спал, свернувшись затейливым клубком. А если и передвигался по воде, то исключительно ночью и в направлении Драконьей косы. Вампиры и русалки быстро поняли, что бояться нечего, и вернулись в воды Элинтории.

А Дух Воды… я его не видела. Только слышала обрывки разговорово нем. Однажды удалось поговорить с Элизабет – она как раз вернулась после встречи с ним. Она была настолько потрясена, что отвечала невпопад, а иногда и вопроса не слышала. В общем, по тому, что удалось узнать, я поняла, что Великий Дух Воды решил наверстать упущенное и жадно изучал архивы. Драконы помогали восполнить ему информацию (да, здесь жили и такие старички, которые помнили мир еще до царствования вампиров) и задавали множество своих вопросов. Таких, как: каким был мир до создания жизни? Как выглядели явы, навы, какой смысл закладывали в каждое живое существо и что происходит с душами разных рас после смерти. Я только улыбалась, когда слышала очередное обсуждение разговора с Духом Воды, отправляясь на прогулку. Телириен, неизменно сопровождавший меня, старательно делал вид, что ему неинтересно, но ловил каждое слово. В один день он все-таки не выдержал и отправился на Драконью косу на обновленных крыльях. Я едва не расплакалась, провожая его взглядом. Давно он так свободно не летал.

Пока простые вампиры, русалки и люди пребывали в легком потрясении от присутствия Великого Духа и Левиафана, Главы Семей быстро организовали совет. Элизабет пригласила меня и Магдалену на него, но мы отказались. Во-первых, не слишком хорошо еще на ногах стояли, во-вторых, я хорошо запомнила, что чувствовала, когда была там в первый раз. Впрочем, собрались там не только вампиры – два дракона, тьмы и света, тоже присутствовали там по традиции. Как и Великий Дух Воды.

В тот день Элизабет с острова Памяти я не дождалась. Гуляла около побережья почти до самого утра, ожидая ее, но Глава Семьи так и не появилась. А позже пошел дождь. Оставалось только зябко поежиться и отправиться к себе.

Стоит сказать, что я, в отличие от Корсиса, быстро возвращалась в норму. Дядя вообще на ногах больше десяти минут стоять не мог. В связи с этим его посадили в специальную коляску, а лекарь прописал целую кучу зелий и восстанавливающих мазей. Ухаживали за ним по очереди то Магдалена, то я, то кто-нибудь из зарабатывающих себе на жизнь людей. Во время процедур Корсис не переставал ворчать. На удивление его бубнеж даже не раздражал. Скорее, забавлял. А с некоторыми его высказываниями мысленно соглашалась даже я.

Элизабет вернулась только на третий день с назначенной даты собрания. Я в это время была в лабораториях. К середине второго дня я всерьез начала переживать за Элизабет, а воображение только подливало масла в огонь, рисуя самые жуткие картины расправы над ней прямо на собрании. Алхимия помогла вытеснить лишние мысли из головы и погрузила с головой в работу. Моя помощь оказалась очень кстати, ибо местные алхимики не успевали справляться со всеми заказами. Они даже отпускать меня не хотели, когда я услышала новость о возвращении Элизабет.

В ее кабинет я едва ли не влетела – даже у Телириена не хватило сил меня удержать.

«Что они решили?!» – написала я на первом попавшемся листе.

Элизабет нахмурилась и строго на меня взглянула. Я стушевалась и с трудом присела на краешек стула в ожидании ответа. Она сурово кивнула, мол, вот так и надо себя вести, а затем чуть улыбнулась.

– Они помогут. От каждой семьи в Артению отправится небольшой отряд.

Я выпрямилась и счастливо улыбнулась.

– И это полностью твоя заслуга, – продолжила Элизабет и чуть нахмурилась. – Но не думай, что твой поступок остался без внимания. Некоторые всерьез хотели тебя отлучить от Элинтории. Было непросто тебя отстоять. Запомни это.

Я сникла и кивнула.

«Я тебя подставила. Прости», – только и смогла написать я.

– Это интересная история, – задумчиво отозвалась Элизабет. – Здесь есть, о чем подумать. И все-таки я скажу тебе: спасибо. С другими линиями крови шансы на выживание нашей в Артении сильно возросли.

Элизабет кивнула, показывая, что разговор окончен. Я осталась сидеть на месте, пребывая в замешательстве.

«Когда отправляемся в путь?»

– Когда разбудят спящего вампира.

Я подалась назад и широко распахнула глаза, выказывая удивление и недоумение.

– Этот вампир… он другой линии крови. Одной из исчезнувших. Я не застала их линию крови, но многое о ней слышала. Де Кюворты они… как бы помягче выразиться… с разумом не дружат, – осторожно сказала Элизабет. – И как-то по-особенному мир чувствуют. Дух Воды и Валентайн с Золотинкой уверены, что он нам может помочь. Но мне почему-то кажется, что они просто решили возродить линию крови в лице одного вампира. Странный выбор, – пробормотала она и, помолчав, продолжила:

– Разбудят его быстро. Ввести в курс происходящего Совет поручил Золотинке и Валентайну. Сборы начнутся завтра. С каждого острова решено вывести по два боевых корабля и одному грузовому судну. Также полетят драконы и отряд де Линдерико на штормовых птицах. Великий Дух Воды и Левиафан будут нас сопровождать.

Я несколько секунд сидела в коротком ступоре, осознавая услышанное. Да, я рассчитывала на помощь, но видела под этим только магию крови и особые умения линий крови.

«И все-таки?.. Никаких примерных сроков?» – решила уточнить я.

– Неделя-полторы, – помедлив, ответила Элизабет. – Не будем оглядываться на погодные условия. Если раньше начнется сезон дождей, пойдем под водой на двигателях.

Я ответила ей благодарным взглядом и улыбкой за исчерпывающий ответ. Поднялась со стула и направилась к выходу. Оказавшись в коридоре, я взглянула сначала на выход из горы, затем на темные тоннели, подсвеченные подводными кристаллами, и заковыляла по темному коридору. Хотела обрадовать Магдалену и Корсиса последними новостями.

Их я застала по пути к выходу. Дядя хоть и ворчал, не переставая, но упорно продолжал втирать мази и пить зелья, чтобы быстрее встать на ноги. Причина его упрямства была проста: он захотел отправиться в Артению. Даже Магдалена была удивлена его заявлением. Куда меньше она бы поразилась, если бы Корсис попросил отвести его обратно к Преображателю. Чуть позже удалось вытряхнуть из дяди конкретику:

– Во-первых, туда отправляетесь вы. Во-вторых, должен же я посмотреть, как вырос мальчик, которого сам туда увез.

Сейчас Корсис шел, опираясь тяжело на трость и стену, отмахиваясь от попыток Магдалены ему помочь. Коляски с ними не было.

– О, а вот и Лимирей! Ты откуда такая взволнованная?

Я жестом попросила их развернуться обратно. Корсис тяжело вздохнул и проворчал что-то невразумительное. Магдалена закатила глаза.

– Тебе всего сто с лишним лет, а ворчишь как девятисотлетний!

– Может, мне в душе девятьсот, – буркнул Корсис, однако ворчать перестал.

Я искоса взглянула на него. Обратный путь займет много времени, а поделиться новостями и услышать мнение бабули и дяди хотелось уже сейчас.

Увы, все обстоятельства обернулись против. Мимо нас вихрем промчалась Аурелия, но почти сразу резко остановилась. Резкий поворот, и вампирша вперила в меня взгляд голубых глаз. Затем перевела его на Магдалену и Корсиса.

– Не возражаете, если я оставлю вас без Лимирей на… пару дней?

Я округлила глаза и возмущенно выпрямилась. Да, я видела, сколько списков зелий прислали алхимикам, и даже догадывалась, с чем это было связано, но меня-то сначала можно было спросить?!

– Иди, – хихикнула Магдалена. – Мы справимся. Алхимикам и правда сейчас нужна помощь. И тебе работа пойдет на пользу. Мы все равно будем в курсе всех новостей рано или поздно. Ты ведь за этим пришла?

Я кивнула и взглянула на Аурелию. Она всплеснула руками, неожиданно выплеснув общее негодование алхимиков:

– Ну не приходит к нам молодое поколение! Никого алхимия не интересует! Все уходят либо в магию, либо в науку к драконам! Ну или открывают свои места, которые приносят прибыль! Если так продолжится, алхимия скоро перестанет существовать!

Магдалена хохотнула и лукаво взглянула на Аурелию.

– Молодые хотят всего и сразу. Хорошо, если к тридцати годам до них дойдет, что всему учиться надо. Знаешь, сколько от меня сбежало молодых желающих петь? О, мне фолианта не хватит! – весело сказала Магдалена. – Это только кажется, что в вокале ничего делать не надо… так что иди и помоги Аурелии, – резко сменила тему бабуля, взглянув на меня.

Я тяжело вздохнула и поплелась следом за алхимиком. Почувствовав победу, она подхватила меня под локоть, чтобы я точно никуда не делась, и начала вещать, что нужно приготовить в первую очередь и какие новые списки им прислали.

– Если что-то будет нужно, я попрошу, чтобы из твоей комнаты принесли. Так-то у нас все есть, но мало ли… просто дай посыльному каплю твоей крови и держи с ней связь. У двери активируешь, – добавила Аурелия уже ближе к выходу. На мой возмущенный взгляд: «А не можем мы это все забрать сейчас?» вампирша яростно замотала головой.

– У нас очень много работы. Вперед, вперед!

Что мне оставалось? Только смириться, да отправиться в алхимические лаборатории.

***

Полторы недели до отплытия пролетели незаметно. Я металась по всем корпусам алхимического комплекса, сменяя то одного, то другого, то занимаясь своими списками для изготовления. С чем был связан ажиотаж заготовки зелий мне объяснили позже.

– Скоро начнется сезон дождей, и тут все затопит. Комплекс находится в низине. А, чтобы заказывать зелья у других семей, придется заплатить. И учти, что половину изготовленного нами на корабли заберут, – вздохнула Аурелия и умчалась собирать урожай из трав, который ускоренно помогали выращивать духи земли.

Вышла, вернее, выползла из алхимического комплекса я только накануне отплытия. У меня было два желания: отмыться и выспаться. До комнаты под горой я добралась с трудом, постоянно проваливаясь в сон. Проснулась я от стука в дверь и крика Магдалены:

– Лимирей, ты скоро?! Мы через два часа отплываем!

Ее слова подействовали лучше «Энергетика». Я вскочила на ноги и распахнула дверь. Магдалена окинула меня внимательный взглядом с ног до головы и вздохнула.

– М-да… выглядишь ты…

Она проскользнула в комнату и сказала:

– Вот что: собирайся, а я попрошу, чтобы тебе приготовили ванну. Думаю, успеем. До судна идти нам недалеко.

Я с благодарностью на нее взглянула и кинулась к шкафу. Побросала сумки и одежду на кровать, которая могла пригодиться (мелькнула мысль, что принадлежало мне не все, но я не стала вступать в дискуссию с совестью), туда же полетела теневая броня, алхимическая сумка, когти из мистериума и подземный кристалл. Оглядев весь этот ворох, я ужаснулась и часть вещей запихнула обратно в шкаф. Не иначе, как чудом, мне удалось все распихать по сумкам за час и подготовить удобный охотничий костюм и обувь для путешествия. Затем пулей метнулась в ванную и до скрипа оттерла кожу и волосы. Кое-как высушив их полотенцем, я быстро оделась и вылетела из комнаты. Магдалена меня к этому времени уже покинула, так что до судна пришлось добираться самой.

– Ты куда так летишь? – окликнул меня насмешливо Телириен у входа. Я резко остановилась и обернулась. Подхватила друга под руку и потащила за собой на той же скорости. Он крякнул, но сопротивляться не стал.

Магдалена махала нам с палубы. Я взбежала по трапу на борт и с облегчением выдохнула, упав на скамейку. Успела!

– Могла сильно не торопиться, – ухмыльнулась бабуля. – Еще трюм не весь загрузили и кровавую связь с судном капитан не протянул. Для боевого корабля это существенно, – посерьезнела Магдалена.

Я сердито на нее взглянула и отвернулась.

– Не дуйся, – миролюбиво произнесла Магдалена. – Ищи везде положительные стороны. Например, одна из них – это возможность выбрать каюту. Они еще остались. Некоторые даже с окнами.

Я искоса на нее взглянула. Для вида посидела еще немного с обиженным видом, а затем отправилась вниз. Телириен отправился следом. Всю дорогу он молчал. Это было на него не похоже – в редкие перерывы, которые мне удавалось вырвать во время работы в алхимическом комплексе, друг болтал, не переставая.

Я коснулась руки Телириена и подняла на него взгляд.

– Что? – озадаченно спросил он.

Я закусила губу, не зная, как выразить свой вопрос. Так и не сумев правильно оформить мысли в действия, я махнула рукой и отправилась искать свободную каюту. Я очень хотела какую-нибудь с окном, и вскоре мои поиски увенчались успехом. Правда, частично она была уже занята. Эту вампиршу я раньше не видела. Увидев меня, она радостно махнула рукой. Я с облегчением скинула тяжелую сумку, оставив при себе только алхимическую.

– Драконы огня в двух каютах без окон, дальше по коридору, – оповестила она Телириена.

– Ладно я, – проворчал дракон, справившись с удивлением. – Но остальные-то за что себя так не любят?

Вампирша мгновение молчала, а потом зашлась в заливистом хохоте.

– Знаешь, в вас иногда любопытство сильнее здравого смысла, – весело сказала она.

Я замерла. Совсем из памяти вылетело, что драконы огня воду не переносят. Прошлое путешествие едва не стоило Телириену жизни. И он даже взлететь не мог, чтобы развеяться и избавиться хотя бы на время от губительного влияния воды.

– Всего лишь небольшое путешествие по Великим Водам, а ты меня уже хоронить собираешься, – иронично произнес Телириен. – Опытным путем мы выяснили, что меня не так-то просто укокошить.

Я пихнула его в бок и отправилась наверх. Вечно он так! Помирать будет, но все равно найдет в себе силы на язвительный ответ.

Я влилась в поток вампиров, спешащих наверх (примечательно, что люди тоже здесь были), и заняла место рядом с Магдаленой.

– Сейчас отходить будем, – чуть обернулась она. Корсис находился рядом, по другую сторону от нее.

Вскоре движение на корабле стихло. Все замерли в ожидании чего-то, освободив место от центрального люка до капитанского мостика. Через пару минут тишины из недр корабля поднялся молодой уверенный вампир. Не глядя ни на кого, он быстрым четким шагом пересек палубу и по-королевски взошел на капитанский мостик к штурвалу. Я бросила быстрый взгляд туда, где совсем недавно трап соединял корабль и сушу. Борт был закрыт.

Капитан развернулся и восхитительным в своем пренебрежении жестом стянул перчатки, откинув их в сторону. Уверенно возложил ладони на штурвал, ничуть не дрогнув, когда едва заметные острые шипы проткнули их. Глаза капитана подернулись пеленой. Я восхищенно выдохнула. Да, среди людей такого не увидишь. Наш капитан не просто управлял кораблем, он становился его душой, полностью сливался с ним и чувствовал как себя самого. Не удивлюсь, если «раны» корабля капитан будет воспринимать как свои собственные и кровоточить так же, как подбитый корабль.

– В добрый путь, – сухо изрек он и повернул штурвал.

Вампиры натянули паруса, и корабль тронулся. Торжественная тишина развеялась, и де Дюпон пришли в движение. Драконы пыхнули каждый своим особенным дыханием в воздух и разбрелись кто куда. Огненные предпочли спуститься вниз. Телириен, кинув неприязненный взгляд на толщу воды впереди, последовал их примеру.

Я смотрела на суету на корабле и чувствовала себя неловко. У всех были четко поставленные задачи, каждый знал, что делать и не совершал никакого лишнего движения. Даже люди и те помогали кто чем мог. Только я сидела без дела. Корсис до сих пор не мог полноценно двигаться. Родственники об этом знали и не трогали его.

Магдалена заметила мое смятение и сказала:

– Отдыхай, пока есть возможность. В Артении у тебя ее может не быть. А вечером жду вас обоих в первых рядах слушателей.

Напевая мелодию, Магдалена проплыла мимо нас и направилась к Алистеру, второму своему сыну.

– Знаешь, когда-то я брал у нее уроки вокала… все было хорошо, пока мы не разошлись во мнениях, как должна звучать одна баллада. С тех пор я не пою. Текст мой, но я решил отдать ее маме и не спорить с ней.

Я с интересом на него взглянула. Было интересно послушать другую версию баллад Магдалены.

– Не здесь, – заговорщически сказал Корсис. Я понимающе кивнула, и мы спустились вниз. Кажется, путешествие обещало быть веселым.

***

К Артении мы подобрались на полтора дня быстрее, чем рассчитывали. Во многом потому, что нам благоволила погода и духи всех стихий. Лишь дважды корабли уходили под воду: во время пересечения Разделяющей Скалы и во время налетевшей с юга бури. Боевые суда шла строгим клином. За ними, таким же строем, грузовые суда. С центрального, идущего в конце, время от времени совершали полеты на штормовых птицах де Линдерико. Предусмотрительность вампиров меня и восхитила: даже если кто-то к кораблям решит подобраться с тыла, птицы дадут знать об опасности (только если атака не будет совершена из-под воды), а боевые корабли успеют среагировать. Слаженность в движении восхищала. Но позже у меня появилась возможность оценить слаженную работу эскадры в боевых действиях. Распоряжения для всех остальных отдавал капитан, идущий первым. Для связи использовалась кровь.

Движения мы не прекращали ни днем, ни ночью. Капитан и его главный помощник по очереди сменяли друг друга. Духи воздуха раздували паруса попутным ветром, а Великий Дух Воды создавал новое теплое течение от Элинтории до самой Артении, зачастую отклоняясь от прямого маршрута, проложенного кораблями. Левиафан огромной тенью скользил рядом. Мы его не видели, но присутствие незримо ощущалось на уровне инстинктов.

Я, ничем не обремененная, развлекала себя книгами, беседами с Телириеном и написанием баллады. К этому делу меня приобщил Корсис. Произошло это поздней ночью, когда меня заели мысли о Дэниэле, Николасе и родителях. Я вдруг осознала, насколько безумно соскучилась по первому и как жалею, что не могу обнять и выплакаться остальным. Слезы во внезапном приступе тоски не заканчивались до глубокой ночи. В конце концов Корсису надоело слушать мои всхлипывания за стенкой, и он предложил выплеснуть все, что накипело на бумагу. Это действительно увлекло, а, когда стих был дописан, мне стало действительно легче. Спать я ложилась уже не настолько разбитой.

Проснулась много позже полудня от того, что не ощущала привычного движения. Корабль стоял на месте. Я быстро привела себя в порядок, выпила зелья крови и вышла на палубу, натянув две куртки сверху. Осень еще не наступила, но уже маячила где-то близко.

Вампиры на палубе были заняты привычными делами. Внешне все было спокойно и обычно, но внутреннего хищника было не обмануть. Я чувствовала витавшее в воздухе напряжение. Словно все к чему-то готовились. И Левиафан, затаившийся где-то под судами, был ни при чем.

Мы с Корсисом, поддерживая друг друга, подошли к Магдалене. Она стояла на борту неподалеку от лестницы на капитанский мостик и напряженно всматривалась вдаль. Я проследила за взглядом бабули и почувствовала, как у меня уходит палуба из-под ног. Видневшийся тонкой полоской берег Артении было едва видно из-за дыма и постоянных вспышек то пламени, то молний.

– Кажется, мы очень вовремя прибыли, – задумчиво сказал Корсис.

– Великий Дух отправился на разведку, – ответила Магдалена. – Так что ждем информации от него… и приказа от Ялиса.

Ялис (как я позже узнала) был командиром всей эскадры.

– Думаешь, после его вмешательства нам что-то придется делать? – хмыкнул Корсис.

– А вот об этом мы узнаем от Иссака, – ответила Магдалена.

А Иссак – это уже наш капитан корабля.

– Мне, как создателю, было бы жалко уничтожать то, что я создал своими руками. А, узнав, что задуманные совсем по-другому расы готовы порвать друг другу глотки, я бы только расстроился, – задумчиво произнес Корсис.

Магдалена задумчиво пожевала губу.

– В этом что-то есть, – призналась она.

Мы замолчали, с тревогой и надеждой всматриваясь в воды, бушующие от магии около берегов Артении. Я прищурилась и приставила ко лбу ладонь козырьком, отчаянно пытаясь хотя бы что-нибудь разглядеть. Мне показалось, что далеко-далеко впереди, словно хищники, вдоль берега скользили корабли и изредка с них слетали то ли молнии, то ли огненные вспышки. Что происходило на берегу невозможно было рассмотреть при всем желании – он был затянут дымом и странной полупрозрачной пеленой. Вода пребывала в безмятежном равновесии, словно ничего не происходило. Что же там происходит?.. И как долго еще мы будем стоять и бездествовать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.