Ольга Дмитриева
Сокровище Хранителя Запада

Глава 1. Академия Хранителей

– Леди Марта, вас ждет герцог Запада! Если не явитесь через минуту, в Академию пойдете пешком!

Окрик служанки застал меня в загоне. Я поспешно вскочила с колен и одернула новенькую форму.

Шесть белых пушистых щенков смотрели на меня и виляли хвостами. Каждый зверь был размером с годовалого жеребенка, но для меня эти существа были самыми милыми на свете. Черные носы шевелились, пытаясь найти в моих вещах угощение. Но сегодня я пришла с пустыми руками.

– Сейчас! – крикнула я.

А затем быстро почесала белые лбы, перечисляя имена:

– Вихрь, Иней, Сокол, Заря, Ромашка, Гром…

Меня попытались ухватить за пальцы, а затем пожевать длинные золотистые волосы. Но я выпрямилась и заговорила строже:

– Я уезжаю в Академию Хранителей, и увидимся мы только на каникулах. Ведите себя хорошо. Слушайтесь маму и папу. Выберите себе хороших людей.

Щенки заскулили, продолжая вилять хвостами, а я выскочила из загона и понеслась через двор.

Герцог Альбин Скау хмурился. Я выпалила приветствие и замерла перед ним, вытянувшись в струнку.

– Наконец-то, – проворчал он и сунул мне в руки потертый кожаный футляр с медными бляшками.

– Это что? – не поняла я.

– Оружие, конечно. Не можешь же ты отправиться в Академию Хранителей без него. Твои опекуны просили подобрать что-то подходящее.

Я скептически оглядела видавший виды чехол и осторожно спросила:

– Подходящее – это древнее?

Герцог окатил меня ледяным взглядом и сообщил:

– Подходящее – это то, что есть в фамильной сокровищнице Скау. Кажется, этот лук подарен мне каким-то из твоих предков по матери, поколений пять назад. Для твоей магии должно подойти. И не надо так на меня смотреть, хорошее оружие с годами только сильнее становится.

Я скептически хмыкнула, но промолчала. В конце концов, обеспечить меня чем-то получше было некому. Мои родители давно погибли, а родственники матери за эти годы ни разу про меня не вспомнили. Правящая семья Северного герцогства опекала меня с малых лет. Так что дареному коню в зубы не смотрят, даже если очень хочется.

Герцог Скау внимательно оглядел меня и заговорил:

– Тебе предстоит учиться в Академии Хранителей, в моем герцогстве. Надеюсь, ты достаточно повзрослела и будешь вести себя соответственно. За разбитые окна счет пришлю правителям Севера!

Я оскорбилась до глубины души.

– А что сразу окна?! Один раз всего вынесла окно вместе с рамой. Что вы теперь, мне всю жизнь это будете припоминать?

– Зато какое окно, – многозначительно произнес герцог.

Я прикусила язык. Да, не каждый может похвастаться тем, что вынес окно во дворце императора. Но это было нужно для дела! И моим опекунам даже не выставили счет…

Все остальные аргументы пришлось оставить при себе. В этот момент герцог Скау коснулся одного из колец на своем пальце, и нас закружил вихрь перемещения. Мгновение спустя мы стояли в огромном и пустом холле.

В двух шагах от нас начиналась огромная лестница. Герцог Скау махнул рукой в ее сторону и приказал:

– Вверх на третий этаж, потом направо, налево и снова направо. Отметишься в ректорате. Так как ты не местная, я распорядился назначить тебе личного учителя. Господин Бланко – декан боевого факультета и один из сильнейших хранителей. На границе он получил прозвище Западная Стена Империи. Слушайся его во всем, иначе отправишься обратно на Север с позором.

Я подавила тяжелый вздох и послушно кивнула. Правитель Запада исчез в новом вихре перемещения, а я потащилась вверх по лестнице с футляром наперевес.

– Западная Стена Империи… – бормотала я. – Внушительное прозвище. Что такой прославленный воин забыл на должности декана в Академии? Пенсия подошла?

Лестница закончилась, я свернула направо и продолжила бодро шагать по пустым коридорам. Мысль о том, что я попала на родину своей матери, воодушевляла.

Мне обещали, что Академия Запада – веселое местечко. Жизнь здесь не шла ни в какое сравнение с Академией Стражей Севера, где свод правил тяжелее кирпича. Так что я спешила в новую жизнь со всех ног.

Только одна вещь меня огорчала.

Я остановилась посреди коридора и покосилась на футляр в своих руках. Интересно, мне выдали прославленное оружие предков или старье? Узнать это хотелось немедленно. Я огляделась и заметила укромный закуток возле огромной старинной вазы. Хорошее местечко, чтобы спрятаться от чужих глаз и удовлетворить свое любопытство.

Закуток был пуст. Я огляделась еще раз и попятилась туда, прижимая к груди футляр.

Но тут же врезалась во что-то твердое.

– Леди! – рявкнули у меня над ухом.

Я подпрыгнула от неожиданности и едва не выронила футляр. К счастью, сильная мужская рука ловко подхватила его за ручку. Бормоча благодарность, я изумленно обернулась.

Позади меня стоял высокий длинноволосый блондин в темно-лиловом камзоле. На вид ему было не больше тридцати. Красивое лицо явно выдавало благородное происхождение, а фигура – воинскую выправку и стать.

Кто это и откуда он здесь взялся? Я же видела, что ниша пуста!

Я вскинула голову и поймала взгляд незнакомца. Его глаза оказались необычного лавандового оттенка, в них хотелось смотреть и смотреть… Я не сразу поняла, что пауза затягивается, а я продолжаю таращиться на блондина, и это неприлично.

В этот момент он сурово заговорил:

– Адепты должны находиться в общежитии. Вернитесь в комнату, леди.

– Меня ждут в ректорате, – сообщила я, с любопытством оглядывая стены.

Откуда же он взялся? Магию перемещения в такой близости невозможно не почувствовать. Тайный ход? Вроде бы стены идеально гладкие – ни швов между панелями, ни картин, ни даже какой-нибудь крошечной выемки.

– Куда вы смотрите? – недоуменно спросил блондин.

– Пытаюсь понять, откуда вы тут взялись, – предельно честно сказала я. – Мгновение назад здесь никого не было.

– Это не ваше дело, – резко ответил незнакомец. – Возвращайтесь в общежитие.

После этого он бросил многозначительный взгляд куда-то мне за спину. Я инстинктивно обернулась. На миг мне показалось, что на границе зрения мелькнуло что-то золотистое. Но, когда я огляделась, коридор был пуст.

– Возвращайтесь в комнату, леди, – повторил блондин и сунул мне в руки футляр с оружием. – Адептам пока здесь не место. Особенно первокурсникам.

Я приняла из его рук вытянутый короб и прижала его к груди. Моя ладонь при этом случайно легла на крупную медную заклепку с какой-то невнятной гравировкой. Это было ошибкой: я сразу почувствовала в ней дремлющую магию. В этот момент я поверила, что оружие принадлежало кому-то из моих предков. Потому что сила внутри меня откликнулась на призыв.

Ладонь свело, и я отдернула ее в сторону. Но алые искры уже сорвались с моих пальцев и рассыпались фейерверком, заставляя незнакомца изумленно отпрянуть. Я поспешно убрала руку за спину и подавила свою силу.

Но было поздно. Лиловый камзол и воротник белой рубашки блондина украшали крупные выжженные пятна.

– Простите, – выдавила я, с ужасом взирая на испорченную одежду.

И получаса не прошло с тех пор, как я переступила порог Академии Запада, и вот она, первая неприятность! Надеюсь, этот красавчик не работает здесь, а так, мимо проходил. А если работает, то не преподавателем. Или хотя бы ничего не ведет у первого курса…

Незнакомец многозначительно прокашлялся и оглядел черные пятна на своей груди.

– Простите, – выдавила я. – Моя семья вам все возместит.

– Держите свою магию в узде, – резко ответил он. – Кажется, вы спешили в ректорат?

Я тут же ухватилась за эту мысль:

– Да! Всего доброго!

Кажется, он хотел сказать мне что-то еще, но я позорно ретировалась. Надеюсь, первый счет за мои проделки отправится к опекунам хотя бы не сегодня.

С оружием я теперь обращалась предельно осторожно. Не хватало еще чего-нибудь разбудить. Любопытство жгло еще больше, но я больше не решалась останавливаться. Пришлось отложить знакомство с оружием до комнаты, которую мне должны предоставить.

Но сначала меня ждал ректорат. Скоро я оказалась в коридоре с высоким сводчатым потолком и позолоченной лепниной на стенах. Выглядело убранство слегка безвкусно. Алая ковровая дорожка привела меня к столику у огромной двери.

Пожилая секретарша спустила на нос очки и не очень любезно буркнула:

– Чем могу помочь?

Я скромно потупилась и сообщила:

– Адептка Марта Лунд прибыла с Севера.

Секретарша тут же натянула дежурную улыбку и поманила меня за собой.

– Господин Барт, адептка с Севера, – объявила она, распахивая передо мной дверь.

Кабинет ректора сиял той же безвкусной позолотой и пафосом. Седеющий мужчина с выпирающим животом восседал в огромном кожаном кресле за массивным столом. Наверное, это и был ректор Барт. За его спиной пристроился низенький, тощий и лысый тип в костюме мышиного цвета – секретарь или помощник.

На всякий случай я степенно поклонилась обоим и опустилась в указанное мне кресло. Толстяк слащаво улыбнулся и заговорил:

– Рад приветствовать вас в Академии Хранителей Запада, леди Лунд. Герцог Скау поручил нам заботу о вас. Не сомневайтесь, в стенах моего учебного заведения вы получите самое лучшее образование. Я назначил вам самого лучшего учителя. Сейчас он декан боевого факультета, а в прошлом – опытный хранитель. Отличился во множестве кампаний на границе, блестящие боевые навыки, а родословная…

Я выдавила улыбку. Ни ректор, ни его мышиный помощник мне не понравились с первого взгляда, но оставалось только улыбаться и кивать.

После того как ректор закончил петь оду своему подчиненному, лысый тип подобострастно спросил меня:

– Напомните, откуда у вас магия Хранителей, леди?

– Моя мать из рода Лассалей, – охотно пояснила я.

Ректор закашлялся и удивленно воззрился на меня. После этого мужчины обменялись выразительными взглядами. Но не успела я задать вопрос, как дверь снова распахнулась, и на пороге снова появилась секретарша.

– Декан боевого факультета, господин Росио Бланко прибыл по вашему вызову, – громко объявила она и посторонилась, пропуская внутрь нового посетителя.

Я мысленно застонала. Кажется, сегодня не мой день.

Блондин успел сменить камзол и рубашку. Вместо лилового, теперь на нем был костюм песочного цвета. Меня декан боевого факультета подчеркнуто не заметил. Отвесил ректору формальный поклон и равнодушно спросил:

– Вызывали, господин Барт? Я сдал отчет вашему помощнику еще вчера. Неужели канцелярия его снова потеряла?

Ректор улыбнулся одними губами, и я вдруг поняла, что декана он на дух не переносит. И, кажется, это у них взаимно.

Господин Барт выразительно хлопнул по стопке документов и выразительно произнес:

– Что вы, господин Бланко. Ваш отчет на месте. Но мы с Правящим герцогом Запада хотим доверить вам дело чрезвычайной важности, с которым справитесь только вы.

– Какое именно дело?

Судя по лицу декана, новое поручение заранее не вызывало у него энтузиазма. Это он еще не знает, что за поручение. Точнее, кто будет этим поручением.

Ректор откинулся на спинку кресла и благостно заявил:

– Мы хотим доверить вам настоящее сокровище Севера. Марта Лунд находится под опекой Правителей Северного герцогства. Дочь людей, которые отдали жизнь за них. Она принята на первый курс Академии Хранителей и будет вашей личной ученицей.

Я встала и отвесила декану подобающий поклон. Вот и познакомились…

Только в этот момент он наконец обратил на меня внимание. Лавандовые глаза изумленно распахнулись. По лицу декана Бланко я сразу поняла, что нашей встрече он совсем не рад. И дурочку, которая пятнадцать минут назад испортила его костюм, запомнил хорошо.

Я выдавила улыбку, а он снова дернул бровью. А затем повернулся к ректору и возразил:

– Личная ученица? Но я декан боевого факультета, а не нянька. У меня хватает обязанностей…

Ректор перебил его:

– Не далее как вчера вы жаловались, что ваши бесценные боевые навыки пропадают зря. И вы, в то время как ваши товарищи патрулируют границы, вынуждены просиживать штаны за бумажной работой. Я даю вам прекрасную возможность оторваться от бумаг и передать ваши навыки подрастающему поколению.

– Именно, господин Барт, боевые навыки. Боевые! А не педагогические.

– Герцог Скау дал вам столь высокую должность. На нее, хочу заметить, претендовали многие. Но выбрали вас. Так покажите нам, как нужно работать.

Я оторопело наблюдала за их перепалкой. И начинала осознавать, что «лучшего учителя» мне дали далеко не из лучших побуждений. Не знаю, чем руководствовался герцог Скау. Но ректор Барт явно желал сделать молодому подчиненному гадость. И мне вовсе не хотелось быть этой самой гадостью. Но меня никто не спрашивал.

Несколько мгновений декан сверлил своего начальника яростным взглядом. А тот продолжал:

– Приказ уже подписан герцогом Скау и мной. Леди Лунд будет учиться у вас лично. Отвечаете за нее головой. И ее успехи на поприще владения оружием тоже на вас. Не забудьте назначить личные уроки для леди.

Бланко выдохнул сквозь сжатые зубы, а затем повернулся ко мне и прорычал:

– С-сокровище Севера, говорите… За мной.

Я подхватила злополучный футляр с оружием и отвесила ректору прощальный поклон. А затем поспешила вслед за своим новым учителем.

Деканат оказался неподалеку. Пара поворотов, еще один длинный коридор, и я замерла перед еще одной дверью. Всю дорогу господин Бланко даже не смотрел на меня. И сейчас не удостоил взглядом, только резко повернул ключ и распахнул дверь.

Кабинет декана был полной противоположностью кабинета ректора. Ровные светлые стены, простой светлый стол и скромное кожаное кресло у огромного окна. В камине догорали дрова, а стену напротив него занимал большой книжный шкаф.

Ни стульев, ни кресел больше не было. Только то, в которое опустился декан. Похоже, посетителям здесь сидеть не полагалось. Или это такой хитрый ход, чтобы они здесь не задерживались?

Я замерла посреди кабинета, продолжая прижимать к груди футляр с оружием. А декан обмакнул перо в чернильницу и начал что-то писать, по-прежнему не глядя на меня.

Накатила тоска. Наверняка сейчас он составляет жалобу моим опекунам или очередной счет на возмещение убытков. Костюм – это ерунда. Но так не хотелось, чтобы все знали о том, что я нажила неприятности в первый же день.

Поэтому я робко начала:

– Господин декан Бланко…

– Что? – ровным тоном спросил он.

– Может быть, вы отправите письмо для моих опекунов завтра?

Тут он поднял на меня глаза и недоуменно переспросил:

– Письмо? Какое письмо?

– Вот это. – Я указала на лист бумаги перед ним. – Про костюм.

– Какой костюм? – еще более озадаченно спросил декан.

– Тот, который я испортила, – терпеливо пояснила я. – Правящая семья Севера, конечно же, вам все возместит. Но я буду вам очень благодарна, если они узнают об этом не сегодня.

В ответ он так на меня посмотрел… Я моментально почувствовала себя дурочкой. После этого Бланко протянул мне листок бумаги со словами:

– Здесь расписание личных занятий со мной. Шестой полигон, без опозданий. В восемь утра все адепты собираются во внутреннем дворе на построение и перекличку. Расписание остальных занятий будет ждать вас в комнате.

Не веря своей удаче, я приняла из его рук листок. Но в этот момент декан усмехнулся и добавил:

– Постарайтесь больше ничего не взорвать и не сжечь. Другие обитатели Академии не будут к вам столь же благосклонны. А за порчу государственного имущества Его Светлейшествам точно выставят счет.

Я оскорбилась:

– Не собираюсь я ничего взрывать! Это случайность. Меня не предупредили о подвохе с оружием.

Судя по взгляду, Бланко мне не поверил. А я вдруг спохватилась, что не знаю, как найти свою комнату. Но задать вопрос не успела.

Декан повелительно взмахнул рукой и произнес:

– Феликс! Проводи леди Лунд в общежитие.

Так, мы что, все это время были в кабинете не одни? Я никого не заметила.

За спиной раздался шорох, и я обернулась, ожидая увидеть подобострастного и неприметного слугу. Но это оказался вовсе не человек.

Глава 2. Однокурсники

В паре шагов от меня в воздухе зависла большая золотая птица. Аккуратная голова на тонкой, изящной шее, острый короткий клюв и длинный хвост, по которому пробегали всполохи золотого света. Нечто подобное я уже видела, только где? В книгах? Нет! На фресках императорского дворца! Того самого, в котором я когда-то вынесла окно.

Я обескураженно повернулась к декану и спросила:

– Это что, феникс?

– Фениксоид, – поправил меня Бланко. – Их очень мало, и все обитают в сердце Империи Четырех Сторон Света – Пурпурном городе.

– Тогда что он делает здесь? – удивилась я.

– Награда от императора, – усмехнулся декан. – Феликс живет в нашем роду и напоминает о заслугах перед страной и Пурпурным дворцом.

Я снова повернулась к невероятному существу. Фениксоид медленно взмахнул крыльями и поплыл к выходу. Он двигался так красиво и размеренно, что сразу стало понятно: в воздухе его держит какая-то магия.

Дверь сама отворилась перед чудесной птицей, и я выскользнула в коридор, пробормотав прощание. Пока я шла по бесконечным коридорам и переходам вслед за птицей, то обратила внимание, что хвост фениксоида напоминал пучок золотистых лент, на концах которых расположились такие же золотистые бубенцы. Пока птица перемещалась, они издавали легкий, приятный звон.

Вскоре мы оказались на широкой открытой галерее, которая соединяла два корпуса. Я наконец смогла рассмотреть хотя бы часть Академии снаружи. Огромное здание было построено в форме квадрата, в центре которого располагался большой плац. Я замедлила шаг, пытаясь разглядеть свое новое место учебы получше.

Но в этот момент меня окликнул ворчливый голос:

– Ну сколько можно в окна таращиться? Крыльев нет, так хоть ногами шевели!

Я изумленно обернулась. Феликс завис рядом и укоризненно смотрел на меня. То, что птичка умела говорить, оказалось неожиданностью. Но я быстро собралась с мыслями и ответила:

– Я первый раз в Академии. Интересно же!

– Насмотришься еще, – проворчал фениксоид. – У меня есть другие дела, нужно вернуться к Росио. Шевелись, девочка.

– Меня зовут Марта.

Это заявление не произвело на птицу никакого впечатления. Феликс снова поплыл вперед и я спешила за ним, уже не оглядываясь. В общежитии я наконец смогу посмотреть, что за оружие мне дал герцог Скау.

Открытая галерея закончилась широкими дверями. Феликс завис перед ними и сообщил:

– Общежитие там. Представишься коменданту, госпоже Кайре. Она определит тебя в комнату. Утром не опоздай на построение.

После этого фениксоид развернулся и неспешно поплыл по воздуху в обратную сторону. А я потянула на себя тяжелую створку и оказалась в довольно большом холле. Темно-зеленые диванчики у стен заполняли адепты. В дальнем конце расположилась стойка вахтера. Туда я и направилась.

Меня провожали удивленные взгляды и шепотки. Неужели настолько заметно, что я здесь чужая? Большая часть адептов были темноволосыми, и мои золотистые волосы бросались в глаза.

За стойкой я обнаружила полную рыжеволосую женщину лет пятидесяти. Ее волосы были собраны в строгий пучок, а маленькие голубые глазки пробуравили меня внимательным взглядом. Но она не стала задавать вопросы, а сразу выложила передо мной ключ, на головке которого сиял гладкий алый камень.

– Я Кайра, – пробурчала она, вручая мне пачку листов. – Вот правила общежития и твое расписание. Поставь отметку о получении.

С этими словами женщина распахнула передо мной пухлый фолиант. Страница была пустой, и я огляделась в поисках письменных принадлежностей. Но Кайра снисходительно пояснила:

– Магию приложи. Не бойся, этой книге ничего не будет.

Я осторожно коснулась страницы и попыталась выжать каплю магии. Но ничего не вышло.

– Сильнее, – подбодрила Кайра. – Нечего бояться.

В следующий миг пальцы вспыхнули, и во все стороны полетели алые и зеленые искры. К счастью, ни стойка, ни книга не пострадали. И даже комендантша ловко увернулась. Она деловито кивнула и захлопнула книгу, а затем махнула рукой в сторону еще одной двери:

– Третий этаж, правое крыло, последняя дверь слева.

Я стиснула ключ и шагнула в ту сторону. Но в этот момент меня бесцеремонно схватили за плечо. Некто развернул меня к себе, и теперь я смотрела в злые зеленые глаза какого-то парня. Он был выше меня на полголовы и склонился, подозрительно разглядывая меня.

– Ты кто? – выпалил незнакомец.

Я выдернула плечо их его хватки и поправила форменный пиджак. А после язвительно ответила:

– Приличные люди сначала здороваются и называют свое имя.

– Меня твое интересует, – процедил парень.

В этот момент до моего уха донеслись шепотки:

– …похожая магия…

– … да откуда она взялась?

Я с вызовом обвела взглядом холл и ответила:

– Меня зовут Марта Лунд, и я прибыла с Севера, чтобы учиться в Академии Хранителей.

После этого я развернулась на каблуках и прошествовала в темную дверь. Но зеленоглазый не отстал. У лестницы он догнал меня и властно приказал:

– Стой!

Я обернулась к нему и мрачно спросила:

– Что тебе надо от меня?

Теперь я стояла на ступеньку выше, и мы смотрели друг на друга в упор, глаза в глаза.

– Ты ничего не получишь, – заявил парень, который так и не пожелал представиться. – Тебе здесь ловить нечего. Убирайся обратно на Север.

Сначала я оторопела от такой внезапной неприязни, а затем сердито фыркнула:

– Тебя не спросила, где мне учиться. Оставь меня в покое.

И решительно начала подниматься на свой этаж. К счастью, меня больше никто не преследовал, и я спокойно дошла до своей комнаты.

Новое жилище оказалось уютным. Достаточно широкая и удобная постель под светлым балдахином, круглый чайный столик у окна, плетеные стулья, письменный стол и вместительный шкаф. Личной ванной адептам не полагалось. Но в Академии Севера комнаты были меньше, и я порадовалась тому, что мне досталось такое жилье. Мой чемодан уже стоял рядом с кроватью.

Но разобрать вещи можно и позже. Сначала я водрузила на стол футляр для оружия и аккуратно коснулась защелки. С тихим щелчком футляр открылся. Я подняла крышку, и здесь меня ждал очередной сюрприз.

Нет, лук оказался выше всяческих похвал. Гладкое дерево, слоновая кость и драгоценности. Но в футляре был не только лук.

Рядом с изящным луком на черном бархате закреплен узкий длинный кинжал. Крупный оникс в рукояти сообщал всем, что это оружие магическое и достаточно старое. Сейчас такие камни почти не использовались как проводники силы. Интересно, что он делает здесь?

Тут мой взгляд зацепился за такой же черный камень на рукоятке лука. Похоже, оружие парное. Герцог Скау должен был видеть, что мне дает… Наверное, я могу оставить кинжал себе?

Эта мысль меня порадовала. Я выросла на Севере, среди стражей, которые управляли магическими клинками. Мне подобной магии от родителей совсем не досталось, только любовь к колюще-режущему. Так что кинжал меня очень порадовал.

Оставалось надеяться, что старинное оружие признает меня, и проблем не будет.

Я осторожно извлекла его из футляра и обхватила рукоять. Кинжал на это прикосновение никак не отреагировал и ничем не показал свою магическую суть. Тогда я попробовала медленно пропустить через него магию. Но ничего не вышло. Искры вспыхнули на кончиках пальцев, но там и остались. И черный камень, и закаленная сталь были глухи к моим потугам.

Разочарование оказалось неожиданно сильным, но я постаралась подавить его. Возможно, герцог Скау поленился убирать кинжал из футляра, зная, что магическая составляющая уже отработала свое. Пришлось вернуть кинжал на место и примериться к луку.

Здесь все сразу пошло так, как надо. Стоило мне коснуться гладкой рукояти, как вспыхнули камни. Оружие наполнилось моей магией, тускло засветился связующий артефакт, а плечи лука стянула искрящаяся магическая тетива.

Сердце забилось чаще. Я так долго ждала, что смогу учиться в Академии. И вот я здесь. И никакие деканы с испорченными костюмами, ворчливые птицы и странные злобные парни не испортят мне этот день!

Удовлетворив свое любопытство, я вернула лук в футляр, а затем взялась за чемодан. С собой мне сложили на удивление много вещей, а в шкафу слуги уже развесили пять великолепных бальных платьев.

Интересно, какие праздники ждут меня в Академии, что о моем гардеробе так позаботились? Наверное, нужно не ударить в грязь лицом. Меня опекают Правители Севера, хоть мой род недостаточно знатный.

На прикроватной тумбочке меня ждало расписание. Я сверилась с листком, который вручил мне декан, и обнаружила, что личные тренировки мне предстоят всего три раза в неделю. Первая стояла в расписании завтра.

Остаток дня прошел тихо. Я успела нажить неприятности в первый же день и решила не выходить из комнаты, чтобы не вляпаться еще во что-нибудь. Пришлось выйти только в столовую, на обед и ужин.

В огромном зале смешивались все курсы. На меня смотрели с интересом, но не пытались заговорить. Зеленоглазый тип одарил меня парой мрачных взглядов по пути к своему столу, но этим и ограничился. Я крутила его слова так и этак, но не могла понять, чего он так взъелся на меня. Оставалось надеяться, что видеться мы будем редко.

Но моим мечтам не суждено было сбыться. Утром перед завтраком все адепты выстроились на плацу по курсам. Когда в толпе мелькнула знакомая фигура, я едва не застонала в голос. Невезение продолжалось.

Перекличку вел крепко сбитый седой мужчина в темном костюме. Он бросил суровый взгляд на пару болтающих девушек и провозгласил:

– Когда я назову ваше имя, поднимите руку и скажите: «Я!». Всем все понятно?

Нестройный хор голосов выразил согласие. После этого на меня посыпались незнакомые фамилии и непривычные слуху имена. Я пыталась запомнить хоть кого-то.

Правда, среди них оказались и знакомые фамилии.

– Гольдберг, Симон! – прозвучало над плацем.

Я во все глаза уставилась на крепкого парня с каштановыми кудрями и невероятно заносчивым выражением лица. И вздрогнула, когда над плацем прозвучало:

– Лассаль, Адриан.

Зеленоглазый парень вскинул руку и четко отрапортовал:

– Я!

После этого он бросил на меня презрительный взгляд. Я с большим трудом смогла собраться и вскинуть руку, когда прозвучало мое имя. Мысли в голове понеслись вскачь.

Адриан Лассаль… Моя мать была из этого рода. Родственники с ее стороны ограничились соболезнованиями и забрать меня не пожелали. Анна, наследница Севера, вскользь упоминала, что род угасает.

Но теперь передо мной стоял живой и здоровый отпрыск Лассалей. И он был совсем не рад тому, что я прибыла на Запад. Теперь его вчерашние слова были немного понятнее. Меня явно считали претендентом на что-то. Но я понятия не имела, на что именно. Как бы это узнать?

После переклички нас отпустили на завтрак. В столовой я долго не могла найти свободное место. Наконец, мне приветливо махнула одна из девушек моего курса. Ее темные волосы собраны в строгий пучок, а рядом с ней на стуле восседал такой же темноволосый юноша. У обоих вздернутые носы и немного простоватые лица. Я с благодарностью опустила поднос на стол. Имена этих ребят вылетели из моей головы, и девушка напомнила:

– Я Эолалия Конти, а это мой брат Тито. Ты Марта, да? Говорят, ты приехала с Севера.

А парень заинтересованно произнес:

– Откуда у тебя наша магия?

– Моя мать из рода Лассалей, – пояснила я и зачерпнула кашу.

А вот ложки моих новых знакомых едва не вылетели из рук.

– Из Лассалей? – изумленно переспросила Эолалия. – Но… разве там есть еще наследники?

– Вот оно что… – протянул ее брат. – А я думал, чего это Адриан так бесится.

Я тут же насторожилась и задала вопрос:

– И почему же он меня невзлюбил?

– Считает тебя конкуренткой в битве за наследство старика Лассаля.

Эолалия шикнула на брата. А я удивленно переспросила:

– Конкуренткой? Но разве у меня может быть больше прав? Моя мать не была прямой наследницей…

Тито огляделся и наклонился вперед. После этого парень заговорщицким шепотом сообщил:

– Адриан тоже не прямой наследник.

Его сестра кивнула и добавила:

– Прямых наследников нет, в этом и проблема. Остались только родственники дальней степени родства. И, как ты понимаешь, отхватить пусть и маленький, но плодородный клочок земли хочет каждый.

Я сердито фыркнула:

– Зачем мне кусок земли на Западе? У меня свой клочок земли в Северных горах. Может быть, даже побольше… И я собираюсь туда вернуться.

Тито искренне удивился:

– В Северные горы? Не думаешь, что тебе понравится Запад? Красиво, безопасно и… хм, пятые точки не мерзнут.

– Чем здесь безопасно? – иронично спросила я.

– Хотя бы тем, что Академия находится рядом со столицей, а не у границы, – серьезно ответила Эолалия. – А в приграничные вылазки берут только подготовленных.

– Так и у нас берут подготовленных, – пожала плечами я. – Да и граница не так близко – несколько часов полета на байланге.

Судя по лицам моих однокурсников, их это совершенно не убедило. Дальше близнецы потихоньку рассказывали мне о других адептах, а я пыталась уместить в своей голове хотя бы самые важные сведения.

Из столовой мы вышли вместе. Но не успели дойти до поворота, как меня окликнули.

– Лунд!

Я узнала голос Адриана и нехотя повернулась. Парень приблизился, и я буркнула:

– Чего тебе?

Он понизил голос и сказал:

– Лучше тебе убраться на Север. Я сделаю все, чтобы ты вылетела отсюда.

– Да мне твои плодородные каменюки даром не нужны, – процедила я в ответ. – У меня есть наследство отца. Отвяжись.

Тут из-за спины парня выступила худощавая брюнетка с идеально прямыми волосами. Она скривилась и ядовито произнесла:

– Да оставь ты ее, Адриан. В ней только половина крови хранителей. Может, там и магии кот наплакал. Вылетит после промежуточного экзамена.

Эолалия попыталась осадить ее:

– Ливиана, она новенькая и ничего тебе не сделала.

Но девушка только презрительно сказала:

– Она нам не ровня. Что у нее есть такого…

– Может быть, немного воспитания? – бросила я.

А затем гордо вскинула голову и решительно направилась дальше. У самого поворота меня снова окликнул Адриан:

– Лунд!

Я обернулась, чтобы ответить колкостью, но тут же врезалась во что-то твердое. Над моей головой раздался возмущенный голос:

– Ты когда-нибудь смотришь, куда идешь?!

Я поспешно обернулась и обнаружила, что «камнем преткновения» снова стал декан Бланко. Но я была так зла, что не смутилась, а буркнула:

– Смотрю, когда меня не отвлекают внезапно найденные дальние родственники.

С этими словами я решительно обогнула декана и поспешила на урок.

В класс я пришла одной из первых, близнецы появились чуть позже. Эолалия тут же села рядом и попыталась меня утешить:

– Не расстраивайся. Ливиана со всеми так. Адриану это наследство затмило все. Раз тебя сюда приняли, значит у тебя достаточно магии хранителей, чтобы здесь учиться.

Но ее слова меня совершенно не убедили. Я вспомнила, что кинжал не отреагировал на мою магию, и начала сомневаться в себе. На самом деле никто не проверял мою силу. Герцог Скау зачислил меня в Академию по личной просьбе герцогини Севера. Вдруг моих способностей и правда недостаточно, чтобы здесь учиться? И магии стражей у меня тоже нет…

Первый учебный день прошел быстро. Словесность, геометрия, история, землеописание. Интересным оказалось только последнее. Разумеется, мне преподавали основы землеописания Севера. Но я почти ничего не знала о Западе и слушала внимательно. Адриан больше не доставал меня, как и заносчивая Ливиана. На переменах она крутилась возле Симона Гольдберга. Похоже, девушка метила на место будущей хозяйки золотых рудников, которыми владел этот род.

После обеда меня ждала первая личная тренировка у декана. Я горела желанием скорее опробовать новое оружие, поэтому заскочила в комнату и помчалась на шестой полигон.

Дорогу до него пришлось спросить у Кайры. Она любезно рассказала, как дойти до учебных полигонов. Но располагались они не во внутреннем, а на заднем дворе академии. Нужный выход я нашла только с помощью подсказок встречных старшекурсников.

Дальше пришлось бежать: я уже опаздывала на первую тренировку. Я была уверена, что получу выговор, и готовила объяснения. Но они никому не пригодились. Потому что возле медной шестерки, закрепленной на столбе, никого не было. Я обозрела широкое поле, в дальнем конце которого тускло светились мишени, но так никого и не обнаружила.

Кажется, пронесло! Я пришла раньше Бланко.

У меня отлегло от сердца. Правда, через полчаса мое настроение было уже не таким радужным. Декан не торопился на мой урок. Наконец я вскипела, подхватила футляр с оружием и отправилась его искать.

Найти деканат в лабиринте переходов было не так просто, но меня вело праведное возмущение. Я вихрем пронеслась по коридорам и замерла перед знакомой дверью. Пока я переводила дух, взгляд зацепился за странный коричневый сверток у порога. Я подалась вперед, чтобы рассмотреть его получше.

Глава 3. Урок Хранителя

И почти сразу же поняла, что это не сверток. У входа в кабинет декана лежала птица. В комке перьев я не сразу узнала Феликса. Золотое оперение потускнело и стало бурым, глаза были закрыты, клюв приоткрыт.

Я отложила в сторону футляр и подхватила бедного зверя на руки. И тут же ощутила легкий запах гари, исходящий от безжизненного птичьего тела. К счастью, Феликс дышал, хоть и слабо. Сердце сжималось от ужаса и жалости. Кто мог напасть на птицу? И где, неужели здесь, в Академии? В том, что это воздействие боевой магии, я не сомневалась.

В этот момент в кабинете раздались какие-то звуки, и я вспомнила, зачем сюда пришла. Бланко прогуливает мой урок, а его питомец ранен! Постучала в дверь я совсем не деликатно, затем ворвалась в кабинет, не дожидаясь приглашения.

На столе декана громоздились стопки листов и папок. Я не сразу заметила среди них мрачного Бланко. Декан с отвращением смотрел на документы. Даже мое появление с бесчувственной птицей на руках не заставило его оторваться от работы.

Я уронила футляр с оружием и пинком захлопнула дверь, а после воскликнула:

– Феликс ранен!

Бланко бросил короткий взгляд на распростертую на моих руках птицу и буркнул:

– Брось его в камин.

От такого приказа я оторопела.

– Ему лекарства нужны, какой камин?!

Моя возмущенная речь наконец заставила Бланко встать. Он молча подошел и вырвал птичье тело из моих рук. А затем решительно бросил его в горящий камин.

Я взвизгнула от ужаса и метнулась следом. Но мне этого не позволили. Сильная рука обхватила меня за талию, другая ладонь накрыла мой рот. Я оказалась прижата спиной к груди декана. Вырваться из стальной хватки не вышло, и я забилась в его руках.

Над ухом раздался изумленный голос Бланко:

– Ты что делаешь? С ума сошла?

В этот момент я замерла, потому что на моих глазах происходило нечто невероятное. Вместо того чтобы сгореть в огне, перья Феликса словно впитывали пламя и снова становились золотыми. Вот он поднял голову и открыл глаза.

Декан выпустил меня и отступил на шаг, пока я изумленно смотрела на птицу. После этого Феликс вышел из камина, роняя искры на пол, и проворчал:

– Ну что так долго? Я думал, что со скуки сдохну, пока меня кто-нибудь найдет. А кое-кто и в камин меня кидать не торопился.

Теперь он укоризненно смотрел на меня. Я едва не поперхнулась от возмущения:

– Да я тебя лечить собралась! Кто же знал, что ты…

– Это же бессмертный фениксоид, – покачал головой декан Бланко. – Он живет в моей семье уже тысячу лет. Можно было догадаться.

– Догадаться, что возрождение из пепла не сказки? – язвительно спросила я. – Простите, у нас на Севере такого не водится. И про тысячу лет вы не упоминали. Кроме того, я слишком сильно за него беспокоилась.

– Со смекалкой у тебя плохо… – протянул неблагодарный фениксоид.

Я насупилась и замолчала, а декан поинтересовался у своего питомца:

– Тебя заметили?

– Сработала защита, – пояснил Феликс и взмахнул крыльями. – У меня не хватило сил, чтобы постучать, рухнул перед дверью.

– Какая защита? – тут же спросила я. – Где сработала?

Бланко и Феликс посмотрели на меня и многозначительно переглянулись. Кажется, я услышала что-то, для моих ушей не предназначенное.

– Никакая, забудь, – отрезал декан. – Кстати, что ты тут делаешь?

– Что я тут делаю?! Что вы тут делаете?

Мой голос дрожал от негодования. Я бросила взгляд на часы и добавила:

– Уже сорок минут, как вы должны быть на шестом полигоне и учить меня.

Декан дернул уголком губ и попытался испепелить меня взглядом. Кажется, я перегнула палку. Или с господином деканом еще никто не смел разговаривать в таком тоне. Но я чувствовала, что права, и продолжила гнуть свою линию:

– Я ждала вас полчаса, а вы так и не пришли.

Бланко с ненавистью посмотрел на стопки папок и процедил:

– Срочный приказ ректора. Я отправил помощника, чтобы он тебя предупредил.

– Мне ничего не передавали. А… какой же приказ?

Декан обогнул стол и рухнул в свое кресло. А затем пояснил:

– Мне нужно запечатать своей магической подписью весь архив факультета и сдать его через пятнадцать минут. Проблема в том, что мой предшественник оставил такой бардак, что я разгребаю его уже два часа.

– Разве у вас нет помощников или секретаря? – озадаченно спросила я.

– Как тебе сказать… – вздохнул декан. – Есть, но их выбирал не я. От предыдущего декана мне достались редкостные идиоты, которые не могут выполнить даже элементарную работу. Даже предупредить тебя об отмене занятия не смогли. Ректор устроил их сюда по знакомству, и теперь я не могу их выгнать, а они, как я уже сказал, умом не блещут.

– Или намеренно саботируют процесс, – заявил Феликс, но тут же умолк под взглядом Бланко.

Кажется, ректору декан боевого факультета поперек горло, и я не единственная гадость, которую ему послали. Помощники, очевидно, работали на ректора. Мне даже стало немного жаль Бланко, и я задала вопрос:

– А почему нельзя припахать парочку смекалистых адептов?

– Их еще найти надо, а времени в обрез, – протянул декан, как-то странно глядя на меня. – Их в этой Академии не так много, как хотелось бы. Правда, ты сама сюда пришла…

Теперь на меня странно смотрел и Феликс. Тут до меня дошло, на что они намекают, и я попыталась отпереться:

– Э-э-э, тут смекалистые нужны. А у меня со смекалкой плохо, вы это сами сказали пять минут назад!

Но ничего не вышло. Бланко посуровел и тут же приказал:

– Иди сюда, скажу тебе, что делать. Вдвоем, может, успеем.

Я обреченно покосилась на забытый футляр с оружием и тяжело вздохнула. Декан попытался подсластить пилюлю:

– После того как я сдам архив, отправимся на полигон.

Это немного воодушевило меня. Да и работы оказалось немного. А еще я поняла, что декан явно не привык к бумажной волоките и стопки документов приводили его в бешенство. Интересно, почему его взяли на эту должность? Молод, силен, прославленный хранитель. Прозвище Западная Стена Империи он явно получил не просто так. И вдруг – декан боевого факультета. Что-то здесь не так!

Но спросить об этом Бланко я постеснялась и решила обо всем узнать у Эолалии. Моя новая подруга точно знает обо всем, что здесь происходит, гораздо больше, чем я.

Стоило декану поставить магический оттиск на последнюю стопку, как дверь отворилась. На пороге появился тот самый лысый помощник ректора. Он тут же хищно огляделся и с довольной улыбкой спросил:

– Что, еще не готово?

– Готово, – холодно сообщил декан.

Лицо помощника разочарованно вытянулось. Но он тут же заметил меня и спросил:

– Привлекаете адептов к своей работе?

– Ничего подобного, – возразил декан. – Леди Лунд пришла на первый урок.

Стоило возразить, но, поколебавшись, я кивнула.

Лысый тип не успокоился:

– Да? А мне сказали, что леди ждала вас на шестом полигоне и не дождалась. Я думал, вы записали его на себя для личных уроков. Помните, что вам доверили важную миссию…

– Сокровище Севера, я помню, – оборвал его Бланко. – Да, сначала я записал на себя шестой полигон, но перенес занятие. Для столь важной особы нам понадобится полигон получше. Кстати, именно туда мы и направляемся, а вы нас задерживаете.

Когда помощник ректора удалился, нагруженный стопкой папок, я иронично поинтересовалась:

– Пришла на первый урок, да? И вы совсем-совсем не привлекаете к работе адептов.

Но декан сухо произнес:

– Меньше болтовни. Бери свое оружие и подойди ближе. Раз уж ты помогла, то мы отправимся на первую тренировку в местечко поинтереснее шестого полигона.

Мне все еще было немного обидно, что пришлось ждать, а потом еще и заставили перебирать бумажки. Но «местечко поинтереснее» звучало слишком заманчиво. Поэтому я подошла к Бланко, прижимая к груди футляр с оружием. Декан коснулся одного из своих колец, и вихрь перемещения взметнулся вокруг нас.

А когда волны магии стихли, мы оказались совсем в другом месте. И я не удержалась от восхищенного вздоха.

Мы оказались в огромном вытянутом зале с высоким сводчатым потолком. Темные отполированные стены украшала мозаика невероятной красоты. Она изображала кусты роз. Ветвящиеся белые линии на черном камне сначала показались мне трещинами. И только потом я поняла, что это молнии. Ночь, розы и молнии… Красиво.

Свет попадал сюда через огромные стрельчатые окна с одной стороны зала. Я подалась к ним, чтобы рассмотреть пейзаж.

Но Бланко тут же поймал меня за плечо и сказал:

– Куда? Ты просила тренировку, любоваться видами будешь в другой раз.

Я послушно развернулась к декану и спросила:

– Что это за место?

– Не важно, – отмахнулся он.

И по его тону я сразу поняла: очень важно… но мне не скажут.

А он продолжил:

– Ты привязала к себе оружие?

– Лук – вероятно, – кивнула я. – Во всяком случае, он среагировал на мою магию. Но здесь оказался не только лук.

Бланко нахмурился и приказал:

– Показывай.

Я положила чехол на пол и открыла его. Декан присел рядом со мной и задумчиво оглядел его содержимое. Затем Бланко провел рукой на кинжалом и сообщил:

– Оружие парное, в магической связке. Заточено под магию Лассалей. Что тебя смущает?

– Я не смогла воспользоваться кинжалом, – терпеливо пояснила я и взяла его в руку, чтобы доказать это.

Новая попытка пропустить через клинок магию не увенчалась успехом. Бланко поднялся на ноги, и я тоже встала, продолжая удерживать кинжал. А затем декан иронично спросил:

– Не смогла воспользоваться? А ты привязку-то сделала?

– Попыталась, но ничего не вышло, говорю же, – ответила я.

Бланко покачал головой и снисходительно произнес:

– Значит, плохо пыталась.

Возразить я не успела. Декан перехватил мои руки. Жесткие пальцы сдавили запястье, направляя клинок. Когда острое лезвие рассекло ладонь, я ойкнула и закусила губы. Царапина…

На этом Бланко не остановился. Он провел моей ладонью вдоль клинка, размазывая кровь по гладкой поверхности. Тогда он разжал руки, а я возмутилась:

– Что вы делаете?

Декан не выдержал и возвел глаза к потолку, словно упрашивая богов даровать мне хоть немного ума. А затем пояснил:

– Магическую привязку для старинного оружия, что же еще?

Тут я заметила, что моя кровь впиталась в клинок, и лезвие снова стало девственно-чистым.

– Ух ты! – воскликнула я. – На Севере так не делают!

Я снова попыталась пропустить через кинжал свою магию, но ничего не вышло. Из моей груди вырвался разочарованный вздох.

– Не получается, – пожаловалась я.

Бланко протянул мне платок со словами:

– Разберешься с этим позже. Сейчас меня интересует только лук.

Он аккуратно перевязал мою ладонь, стараясь не касаться кожи, затем взмахнул рукой. На середине пути между нами и дальней стеной вспыхнули мишени. Я нехотя вернула кинжал на место и выпрямилась.

Бланко начал объяснять:

– Смотри и запоминай. Сначала жест призыва.

Я повторила короткий пасс и удивилась тому, как легко было призвать оружие хранителей. Лук послушно материализовался у меня в руке, ало-золотая тетива стянула плечи оружия.

Декан сухо кивнул и щелкнул пальцами. В его руке тут же появился лук. Черный, с вкраплениями слоновой кости и аметистов. Он был гораздо больше и мощнее моего. А от силы, заключенной в оружии, по коже бежали мурашки. Тетива тоже оказалась белой, с редкими золотыми всполохами.

Я спохватилась, что восхищенно таращиться на учителя все же не полагается. Пришлось подобрать челюсть и задать вопрос:

– Как вы призвали его без жеста? Вот так, по щелчку пальцев.

Декан неопределенно пожал плечами.

– Опыт. Показываю, как натягивать тетиву и создавать стрелу.

Я внимательно наблюдала за движениями Бланко. Но повторить их оказалось сложнее, чем я ожидала. Даже сдвинуть с места сотканную из магии тетиву оказалось непросто, что уж говорить про стрелы. У меня не вышло ни одной. Сколько я ни напрягалась и ни вливала силу, получались тонкие прутики из моей магии, которые рассыпались при малейшем усилии.

Бланко хмурился, и я поняла, что мой результат далек от идеала. Мишени нам так и не пригодились. Поэтому возвращалась в комнату я слегка разочарованной. Ни лук, ни клинок пока не покорились мне. Хоть оружие и было подходящем для магии рода. Только у дверей в общежитие я спохватилась, что не посмотрела в окно. Интуиция подсказывала, что больше в это чудесное место меня не возьмут.

Декан приказал упорно тренироваться. Следующий урок ждал меня в среду. А пока нужно было садиться за домашнюю работу.

С такими мыслями я поднималась на свой этаж. Когда впереди показалась лестничная площадка, до меня донеслись голоса. Я сразу же узнала Эолалию и Тито.

– …уже завтра… – вздохнула девушка. – Как думаешь. что будет в этот раз?

– Понятия не имею, – ответил ей брат. – Говорят, идея принадлежит братьям Де Роса, так что…

В этот момент я поравнялась с товарищами и спросила:

– Что будет завтра? Какая идея?

Глава 4. Посвящение

Близнецы одновременно повернулись ко мне.

– Тренировалась? – с уважением задал вопрос Тито. – Надо бы и нам сходить.

– Так что насчет завтра? – снова спросила я.

Эолалия огляделась и поманила меня к себе. Я подошла к новой подруге почти вплотную, и та зашептала мне на ухо:

– Говорят, завтра ночью будет посвящение в адепты.

Я тут же вспомнила про бальные платья в шкафу и улыбнулась:

– Это такой праздник, да? Будет бал?

Тито рассмеялся и покачал головой.

– Конечно, нет.

Его сестра торопливо пояснила:

– Официальный бал в честь начала года будет чуть позже. Когда все освоятся и втянутся в режим занятий.

– А есть еще неофициальный? – удивилась я.

Эолалия кивнула.

– Я подслушала разговор пятикурсников и узнала, что это произойдет завтра ночью.

– И что нас ждет? – воодушевилась я. – Вечеринка?

Близнецы удивленно посмотрели на меня, и Тито покачал головой.

– Разумеется, нет. Испытание.

Я недоверчиво переспросила:

– Испытание?

– Да. Пятый курс будет раздавать нам задания. Среди них будут какие-нибудь глупости вроде мытья полов или лестниц между этажами. Но будут и задачки посерьезнее – утащить колбасу из кладовой или сковородку с кухни… Разное бывает.

– И, судя по тому, что на этот раз участвуют Де Роса, будет сложно, – вздохнула Эолалия.

– И что, преподаватели закрывают глаза на это? – недоверчиво спросила я.

– Это традиция едва ли не с основания Академии существует. Они тоже через это прошли, – попыталась оправдаться Эолалия.

– А если ты попался преподавателям, то сам дурак, – добавил Тито. – Кроме того, чем сложнее задание, тем больше тебя будут уважать старшекурсники.

Немного поразмыслив, я махнула рукой.

– Что ж, возможно, это будет весело.

С этими словами я отправилась в комнату. Неудачи на тренировке занимали все мои мысли. Сейчас мне как никогда хотелось учиться.

Все произошло именно так, как и предсказывала Эолалия. За мной пришли.

Ночь и второй учебный день прошли без сучка без задоринки. И даже противный Адриан меня не трогал, только мрачно зыркал. Ливиана кривила губки, стоило мне появиться рядом с ней, но тоже молчала.

Спать я не ложилась, несмотря на то что перевалило за полночь. Как только раздался громкий стук, я подлетела к двери и распахнула ее. Жгучая брюнетка в форме Академии зевнула и сказала:

– Посвящение в адепты. У нас так принято, шагай к лестнице. Там тебе все объяснят.

– Спасибо, мне уже объяснили, – вежливо ответила я и послушно вышла из комнаты.

Старшекурсница уже стучала в соседнюю дверь.

Похоже, Эолалия никому не рассказала о подслушанном разговоре. Первыми на место сбора прибыли мы с ней. Затем с половины, отведенной парням, появился Тито. Я в это время разглядывала тех, кому предстояло вести Посвящение. Не знаю, почему их звали братьями. Два высоких широкоплечих парня не были похожи. Их роднили только черные вьющиеся волосы. Может быть, еще стать и форма. Лица оказались совершенно разные. Один остроносый, напоминающий хитрого лиса, а второй с квадратной челюстью и горбинкой на переносице. Оба снисходительно взирали на нас. За их спинами расположился еще десяток парней и пара девушек. На меня смотрели с любопытством.

Наконец, все были в сборе. Остроносый парень заговорил:

– Приветствую на Посвящении в адепты. Сегодня вам предстоит доказать, что вы достойны стать частью братства Академии Хранителей. Здания будем раздавать мы с Валентином.

Он кивнул на брата, и тот продолжил:

– На самые интересные и опасные задания нужны две группы по четыре добровольца.

Ливиана удивленно переспросила:

– Добровольцы? Что же вы так добры сегодня, Николо?

– Не ради тебя, – фыркнул старшекурсник. – Я придумал кое-что сложное. Трусы и слабаки могут остаться в стороне. так будет лучше для всех.

– И что же это? – с вызовом спросил Адриан.

Я невольно подалась вперед. Валентин прищурился и вскинул два пальца:

– Сначала я должен увидеть две четверки добровольцев. После этого я оглашу задания.

Адриан молча вышел вперед и остановился напротив него. Следующим из толпы шагнул Симон Гольдберг. Он встал напротив Николы. По взглядам, которыми будущий герцог Гольдберг обменялся с Адрианом, я поняла, что эти двое – непримиримые соперники.

Ну а следующей вперед вышла я. И встала за спиной Симона. Адриан бросил на меня испепеляющий взгляд. Я ответила ему тем же. Нет уж, никому не позволю здесь считать меня слабачкой. Я должна защитить честь Севера.

Когда за моей спиной оказались Эолалия и Тито, настал мой черед удивляться. К Адриану тут же подошла Ливиана, а за ней два парня. Я припомнила, что их звали Рино Гуаско и Пьетро Донати. Теперь все глаза были устремлены на Валентина. Адепты затаили дыхание и ждали, что старшекурсник огласит условия.

Росио Бланко

Новая стопка документов вызвала только зубовный скрежет. Кажется, Барт обнаружил слабое место декана Бланко и бил в него прицельно. Росио рывком подвинул к себе письменные принадлежности и начал писать очередной отчет. За окном царила глубокая ночь, и он уже потерял счет заполненным бумагам.

Феликс перелетел на спинку его кресла и сочувственно спросил:

– Что на этот раз?

– Не трави душу, – буркнул Росио. – Если бы я знал, что декану боевого факультета нужно заполнять по пять бумажек на каждый чих адепта, я бы ни за что не согласился на перевод.

Фениксоид скептически хмыкнул:

– Как будто у нас был выбор. Да и у остальных секретари умеют работать, а не только глазами хлопать.

– Ну, дай хотя бы помечтать, – отмахнулся декан и с силой вдавил перо в бумагу. – А с секретарями нужно и правда что-то делать.

– Марта дала тебе дельный совет. Привлекай провинившихся адептов.

– Да где ж их взять? Они как меня видят, по струнке вытягиваются. А другие преподаватели жаловаться не спешат.

Феликс расправил крылья и заверил:

– Погоди, еще только начало года. Скоро кто-нибудь что-нибудь обязательно натворит! И ты сможешь сбросить на него наведение порядка за своим предшественником.

С этими словами он сорвался с места и медленно поплыл по воздуху. Какое-то время тишину в кабинете нарушал только скрип пера и мягкий шелест крыльев. А затем фениксоид приземлился на край стола и смерил своего хозяина хитрым взглядом.

– Не ждал, что ты кого-то приведешь в то место, – протянул Феликс. – Тем более чужачку, которая прибыла на Запад едва ли не вчера. Захотел впечатлить девицу? Думаю, тебе это удалось.

Росио вывел размашистую подпись и пожал плечами.

– Она помогла мне и правда заслужила что-то поинтереснее.

Фениксоид прищурился и сказал:

– Девочка тебя зацепила, да?

Декан укоризненно посмотрел на своего друга и веско произнес:

– Ключевое слово здесь «девочка». Кроме того, я ее учитель. Не выдумывай, Феликс.

– Женись – перестану выдумывать, – обиделся фениксоид. – Тянешь кота за хвост, как будто нормальных женщин вокруг нет.

Росио возвел глаза к потолку, а затем вывел на следующем листе имя очередного адепта из списка. Но мысли отчего-то вернулись к Марте. Девочка с магией Лассалей. Декан успел проглядеть родословную: прав у нее не меньше, чем у того же Адриана. А вот магия… с магией пока не ясно. От первого урока он ждал больше, тем более на этом полигоне.

Старик Лассаль помешан на силе магии. И теперь на первом курсе два его потомка, каждый из которых будет пытаться стать лучшим. Интересно, чем это закончится?

Вместе с мыслями о девушке внутри проснулась странная тревога. Вдоль позвоночника шел холодок, на границе сознания отдаленно звякнул колокольчик, предупреждающий об опасности. Сначала Росио прикрыл глаза и прислушался. Но магия внутри оставалась неподвижной. Никакой опасности нет. Успокоить себя на этот раз оказалось сложнее. На границе слышимости как будто раздался странный звук.

Стараясь сделать голос равнодушным, декан начал:

– Кстати, проверь, что делает Марта. Я велел тебе приглядывать за ней.

Феликс проворчал:

– Да что она может делать в такой час? Твоя девица уже десятый сон видит.

– Она не моя, – резко ответил Росио. – И это приказ.

Фениксоид недовольно взмахнул крыльями и выплыл в окно. Легче не стало. Поэтому, скрипнув зубами, декан встал из-за стола и начал ходить из угла в угол кабинета. Что же сегодня не так?

Но заговорил его брат. Никола ткнул пальцем в грудь Адриана и предельно серьезно сообщил:

– Вы должны принести рабочий сюртук главного библиотекаря.

Кто-то хихикнул, а лицо парня вытянулось. Он явно предполагал, что ему достанется что-то более героическое. А местное чувство юмора мне нравится…

Старшекурсники ухмыльнулись, а Валентин добавил:

– Старик ночует рядом с библиотекой и спит очень чутко.

Это должно было нас устрашить, но мне стало еще смешнее. За свою жизнь я чего только не творила во дворце Правителей Севера. И была уверена, что справлюсь с любой задачей. Мой родственничек явно не мог похвастаться таким бурным детством, так что у меня есть фора.

Адриан заскрежетал зубами. Я же начала проникаться хулиганским духом местных традиций и почувствовала воодушевление. Неизвестно, правда, как поведут себя остальные… Особенно Симон, которого я про себя звала «Господин Заносчивость».

Надеюсь, быстро поймет, у кого больше жизненного опыта.

Валентин повернулся к нам и заговорил снова:

– А вам нужно будет принести камень из клетки льепхена.

– Кого? – озадаченно переспросила я.

– Льепхена, – терпеливо повторил старшекурсник.

Его брат понял по моему лицу, что я не понимаю, о чем они говорят, и терпеливо пояснил:

– Такая зубастая тварь, похожая на чешуйчатую собаку.

Теперь все как-то подозрительно смотрели на меня. Как будто ждали, что я откажусь. Но я пожала плечами и улыбнулась:

– Собака так собака.

Эолалия побледнела, но ничего не сказала.

– Что ж, – хищно улыбнулся Валентин. – Тогда все остальные идут мыть лестницу на пятый этаж. Вас я буду ждать там же, с добычей.

Когда мы начали спускаться к выходу из общежития, Адриан приблизился и процедил:

– У вас ничего не выйдет.

Симон тут же оглянулся и фыркнул:

– У меня все точно получится. И наше задание сложнее.

– И у тебя в команде девчонка с Севера, – напомнил Адриан. – Неизвестно, что у нее с магией.

– Я стою десятерых, – ответил ему будущий герцог Гольдберг. – И тебе не проиграю.

Голос его звучал самоуверенно и надменно.

Ливиана шикнула на них:

– Хватит болтать. Кайра наверняка отмечает начало учебного года, но она не глухая. Выйти нужно тихо.

Дальше все топали молча.

За столом на вахте никого не оказалось. Симон покосился на приоткрытую дверь, за которой находилась комната коменданта, и первым проскользнул к выходу. Когда мы вышли на галерею, Эолалия пояснила:

– Старшекурсники традиционно привозят угощения для коменданта, чтобы та закрыла глаза на все безобразия. Так что Кайра сейчас пьет, а потом будет спать до утра. Но лучше с заданиями не затягивать.

Я кивнула, и мы продолжили путь. Довольно быстро нам пришлось разделиться. Адриан со своей компанией отправился на второй этаж, к библиотеке. А мы спустились на первый. Симон хотел сразу повернуть к зверинцу, но я поймала его за плечо и прошептала:

– Куда? Сначала в кладовую.

– Зачем? – не понял он.

– К собаке идем, – терпеливо пояснила я. – Нужно взять угощение. Колбасу, мясо, что-нибудь подобное.

Тито покачал головой.

– Эта собака с удовольствием подзакусит твоими пальцами вместо колбасы.

– Все равно, – заупрямилась я. – К любому зверю можно найти подход. А с собаками я имею дело с самого детства.

Больше со мной никто не стал спорить. Правда, на кухню меня не пустили. Симон сам проскользнул туда и вскоре вернулся с двумя кольцами колбасы, завернутыми в бумагу. Запах от нее шел умопомрачительный. Желудок сразу напомнил, что ужин был давно, а завтрак нескоро. Но я усмирила его мыслями о бедной собаке, в жилище которой нам предстояло вломиться.

Все-таки охрана здесь была устроена из рук вон плохо. Этого следовало ожидать: Академия Хранителей располагалась в часе езды от столицы, до границы было далеко. Как и заметила Эолалия, тихое и безопасное место. Больше я ничем не могла объяснить себе то, что магический зверинец запирался на обычный замок, а его смотритель безбожно храпел в подсобке и даже не шевельнулся, когда Симон умыкнул связку ключей с крючка.

Надо отдать должное парню: он был явно хорошо обучен. Четкие движения, бесшумный шаг. Это воин. То, что он стремился все сделать сам, одновременно раздражало и вызывало уважение. Эолалия и Тито явно были рады предприимчивости однокурсника. Знать бы еще, насколько будущий герцог Гольдберг силен в магии…

Зверинец мне не понравился. Коридор широкий, но холодный и сырой. Под потолком в четверть силы горели крохотные магические фонари. Неизвестную собаку отчего-то сразу стало жалко.

Клетка оказалась почти в центре коридора. Слабый свет лился с потолка и очерчивал темный чешуйчатый клубок и горку гладких камней за ним. Темные бока равномерно вздымались. Я пыталась определить, где у льепхена голова. А в это время Симон нахмурился и едва слышно прошептал:

– Я надеялся, что до камня можно будет дотянуться. Обычно они разбросаны по всей клетке.

Да, сегодня нам точно не повезло. Зверь сгреб все булыжники к дальней стене. Я задумчиво кивнула и прошептала в ответ:

– Чтобы взять хотя бы один, придется войти внутрь.

Эхолалия забеспокоилась:

– Это слишком рискованно. Де Роси наверняка не предполагали такого. Нужно вернуться…

– И признать, что мы трусы и слабаки? – фыркнул Симон. – Нужно что-то придумать.

– Да что тут думать? – удивилась я. – Говорила же, колбаса пригодится. Открой клетку, я возьму камушек, пока он ест.

– Это опасно, – возразил Тито.

Пришлось напомнить:

– У меня есть магия. И у вас тоже. Неужели вы втроем не сможете выиграть минутку, чтобы я унесла ноги? Поверь, я быстро бегаю.

На лицах товарищей было сомнение. Но Симон все же вручил мне колбасу и медленно приоткрыл дверцу. Я проскользнула внутрь и вздрогнула. Вместо покрытого чешуей клубка передо мной сидело… нечто.

Называть его собакой было не совсем правильно. Тело и хвост принадлежали ящерице. Но у этой ящерицы была голова гончей с длинными ушами и большими печальными глазами. Выглядел льепхен скорее мило, чем опасно. Черный нос шевелился, и только огромные когти на лапах намекали, что беспокоить эту «собачку» без повода не стоит.

По спине пополз холодок, и даже магия внутри начала ворочаться и подсказывать, что пора уносить ноги. Но эти печальные карие глаза смотрели только на пакет в моих руках. Поэтому я решила действовать по плану и вытащила половину кольца колбасы. Первый кусок зверь поймал на лету и принялся задумчиво жевать, провожая меня взглядом.

Я сделала несколько шагов в сторону вожделенной кучки камней и бросила следующий кусок. Пока льепхен поглощал угощение, я вцепилась в один из булыжников. Из горла зверя вырвался рык. Я поспешно бросила ему остаток колбасы и бросилась к выходу.

Но оказалось, что льепхен решил составить мне конкуренцию в этом забеге. Собакоящер метнулся вперед, в считаные мгновения опередил меня и проскользнул в приоткрытую дверцу. А затем, прежде чем кто-либо из моих товарищей успел среагировать, проскользнул у них между ног и помчался к выходу из зверинца.

Я застонала в голос. Вопреки страхам однокурсников, льепхена интересовали не мои пальцы, а возможность удрать. И что же теперь делать?

Глава 5. Ночные приключения

Я вылетела из клетки и сунула камень Эолалии. Очень хотелось рыкнуть на Симона, который при всей своей образцовости упустил зверя. Но времени на болтовню не было. Стараясь не топать, я помчалась к выходу. Однокурсники не отставали. Только бы дверь в зверинец оказалась заперта…

Узкая полоска света в дальнем конце коридора сообщила мне, что надеждам не суждено сбыться. Судя по сдавленной ругани Тито, именно он оставил дверь приоткрытой. И теперь за ней исчез длинный чешуйчатый хвост. Мы вылетели из зверинца и замерли. От дверей коридор расходился в три стороны, и ни в одной я не увидела улепетывающего зверя. Удрал!

Симон выругался и приказал:

– Разделимся.

Эолалия округлила глаза и возразила:

– Это опасно. Может, просто вернемся?

– Утром льепхена обязательно хватятся. – Тито покачал головой. – Симон прав. Придется ловить.

Симон мрачно кивнул и решил:

– Эолалия, неси камень в общежитие. Скажешь Де Роса, что мы ликвидируем последствия. Тито пойдет в сторону учебных классов, я покараулю у выхода. Марта… заглянешь на кухню и пройдешь в сторону дальней лестницы. Затем по второму этажу.

Идея мне понравилась, и я уже развернулась, чтобы уйти, когда он добавил:

– И помните, под луной у льепхена сработает магическая маскировка. Он не должен выбраться наружу. Иначе мы вылетим из академии раньше, чем успеем пикнуть.

Эти слова придали мне нужное ускорение. Кажется, Тито добавил что-то еще, но я уже не слушала, а быстро шла в сторону столовой и кухни.

Там я не нашла следов льепхена. Но зато разжилась палкой колбасы. Правда, для этого пришлось испортить засов. Желудок печально сообщил, что мне бы тоже не мешало поесть. Но я отломила кусок колбасы и пошла дальше, надеясь, что чуткий нос ящеропса приведет его к еде. С той стороны, где остались мои товарищи, не доносилось ни звука, и я сделала вывод, что беглеца пока никто не встретил.

У дальней лестницы мне повезло. На ступеньках мелькнуло что-то темное, и я во весь опор понеслась туда, размахивая колбасой.

Запах возымел действие. Зверь остановился на середине лестницы и вытянул шею. В слабом свете магических ламп он совсем не выглядел страшным и все больше напоминал покрытую чешуей гончую с вытянутым, массивным телом и мощными когтистыми лапами.

Я остановилась на несколько ступенек ниже и помахала колбасой. А потом, поразмыслив, ласково заговорила:

– Иди сюда. Хороший песик… Смотри, что у меня есть.

Я вытянула руку и попятилась, надеясь, что ящеропес последует за едой. Но не тут-то было!

Зверь обиженно посмотрел на меня, и в этом взгляде читалось: «Я что, по-твоему, совсем дурак?» Затем он развернулся и потрусил прочь. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Льепхен теперь не спешил убегать, а держался на таком расстоянии, чтобы я не отставала. Но догнать себя тоже не позволял. Я сообразила, что ловить когтистого зверя голыми руками несподручно, и сняла пиджак. Это словно послужило командой для ящеропса. Он припустил вперед, и мне пришлось бежать за ним со всех ног. Теперь мы неслись по второму этажу. В какой-то момент показалось, что пес хочет куда-то свернуть, и я рискнула. Щелкнула пальцами, призывая свою магию.

Алый фейерверк вспыхнул у поворота, с треском рассыпая искры. Я добилась своего, льепхен шарахнулся от него и побежал дальше. Правда, вышло громче, чем я ожидала. Но это у меня никогда не получалось рассчитывать…

Когда из-за следующего поворота вышли люди, я даже не затормозила. Льепхен промчался мимо четверки адептов во главе с Адрианом. Я успела отметить вытаращенные глаза своих однокурсников и потертый сюртук в руках Ливианы. Кажется, к утру о моих подвигах будет знать все общежитие.

Никто из адептов не попытался мне помочь. Впрочем, от Адриана я другого и не ждала.

Безумная гонка продолжалась. Впереди показалась лестница, и я испытала облегчение. Та самая, по которой я поднималась в первый день. Главное – преградить ему путь наверх. А внизу должен быть Симон. Вместе мы точно сумеем загнать льепхена обратно в клетку.

План был идеальный! И я уже соединила пальцы, чтобы использовать магию. Но в этот момент зверь резко затормозил. Я едва не врезалась в него с разбега. Магия была забыта. Я расправила форменный пиджак и упала сверху, пытаясь прижать льепхена к полу. Но не тут-то было. Такое чувство, будто подо мной оказалась не ящерособака, а змея. Льепхен ужом вывернулся из моих рук и припустил вверх по лестнице.

Я не смогла сдержать стон. Ректорат! Если мы там что-то испортим… Про магию придется забыть и рассчитывать только на колбасу.

Но думать об этом было некогда. Я вскочила на ноги и взбежала по ступенькам. Зверь невозмутимо улепетывал по коридору, то замедляя, то ускоряя ход. Пользоваться магией здесь я не рисковала. Словно в насмешку, льепхен свернул в знакомый коридор и уселся перед кабинетом ректора. Из хорошего – бежать отсюда было некуда. Но я помнила прошлую неудачу и не спешила ловить зверя. А тот не спешил убегать и даже как будто заинтересовался колбасой в моей руке.

Я присела и медленно вытянула вперед руку с угощением, второй пытаясь поудобнее перехватить пиджак. И только в этот момент заметила, что дверь в кабинет приоткрыта.

Сердце ушло в пятки, затем я услышала голос ректора Барта.

– Старик Лассаль не должен узнать о девчонке. Лишние претенденты не нужны.

Холодный шершавый язык облизал мои пальцы. Но мне было уже не до этого. Ректор явно говорил обо мне.

Я вся обратилась в слух. Ректору ответил бархатный мужской голос:

– На ее курсе Адриан Лассаль. Мальчишка бредит наследством. Уверен, он сделает все, чтобы эту девчонку отчислили. Ему конкуренты не нужны, как и нам.

Обладатель голоса не был мне знаком, но я его уже невзлюбила.

– Этого мало, – проворчал Барт. – Вылететь отсюда она должна вместе с этим недоноском Бланко.

Его собеседник снисходительно пояснил:

– Бланко – ставленник герцога Скау. Он неспроста его сюда перевел. Нам понадобится очень весомая причина, чтобы убрать его с поста декана.

– Поэтому я и предложил отдать девчонку ему. Если с ней что-то случится… Герцог Скау спросит с Бланко. А уж если с этой белокурой головки упадет что-то покрупнее волоса… сам понимаешь. Дрязги между Лассалем и пигалицей с Севера нам на руку. Нужно придумать что-то еще…

Наверное, я должна была испугаться, но внутри меня крепли возмущение и досада. Не успела переступить порог, как влипла в неприятности. И мало мне сбежавшего льепхена, который в этот момент нагло ел из моих рук колбасу. Так еще и ректор использует меня, чтобы устранить неугодного коллегу. А новообретенный родственничек жаждет моего отчисления из-за наследства, о котором я ничего не знаю. И совершенно неясно, что с этим делать?

Незнакомец продолжил:

– Что ж, мне пора. Напишу вам, как пройдет следующая игра…

За дверью послышались шаги. Я тут же вскочила на ноги и нырнула под стол секретарши. Льепхен последовал за мной и недвусмысленно потянул из моих рук палку колбасы. Пришлось отдать. Незнакомец и ректор прошествовали мимо нас. Ящеропес в это время сосредоточенно жевал. После того как угощение кончилось, он тщательно обнюхал мои руки.

Когда шаги ректора затихли вдали, зверь вдруг решил, что хорошего понемножку, и снова дал деру. К счастью, убегать со всех ног он не спешил. То ли ждал, что я выдам еще колбасу, то ли устал. К счастью, ящеропес свернул в сторону от деканата. Сейчас он как никогда напоминал чешуйчатую собаку, которая вальяжной походкой прогуливается по коридорам вместе с хозяйкой.

Я шла вслед за ящеропсом, пытаясь осмыслить услышанное. Когда льепхен остановился и замер, широко раздувая ноздри, нужно было его хватать. Но я настолько была поглощена своими мыслями, что не сразу сообразила. Стоило мне раскрыть пиджак, как зверь сорвался с места.

Я рванула следом и тут же увидела его цель. Одно из окон впереди приоткрыто. В памяти тут же всплыли слова Симона: «Под луной у льепхена сработает магическая маскировка. Он не должен выбраться наружу». Это подстегнуло меня.

Ящеропес замер на подоконнике и аккуратно подцепил когтем створку. Я распахнула пиджак и прыгнула. Это мой шанс!

Но в этот момент позади раздался возмущенный голос декана Бланко:

– Марта?!

Я вздрогнула и выронила пиджак. Льепхен тоже вздрогнул и рванул в окно. Мне ничего не оставалось, кроме как в прыжке схватить зверя за хвост и попытаться втянуть обратно. Но чешуя под моими ладонями оказалась острой как бритва. Льепхен с силой рванулся вперед, когти клацнули, впиваясь в камни. Хвост выскользнул из моих рук, раздирая ладони. Похоже, зверь так же ловко бегал по каменным стенам, как и по полу. А я вдобавок оступилась и упала на локти. Теперь болели еще и они.

Сапоги декана загрохотали по коридору. Я медленно села и огляделась. Бланко в том же светлом костюме приближался ко мне с перекошенным лицом. А он что здесь делает? У всего руководства Академии Хранителей сегодня бессонница?

Я вытерла пот со лба и обнаружила, что на локте под белым рукавом расплывается алое пятно, и кровь капает с ободранных ладоней. Правда, боли я уже не чувствовала.

В тот момент ко мне подлетел Бланко.

– Ты что, спятила?! – выпалил он. – Это же льепхен!

– И вы помешали мне его поймать! – возмутилась я. – А что сразу спятила? Надо было его тут оставить, что ли?

– Не надо было хватать его за хвост! – рыкнул декан, глядя на мои руки.

Я опустила глаза и вдруг осознала, что не чувствую уже не только боли, но и свои пальцы. Вместе с кровью на ранах проступила белая пена, и рот ни с того ни с сего наполнился горечью.

– Это… что? – пробормотала я и поняла, что язык тоже заплетается.

– Яд, разумеется, – ответил декан. – Льепхена нельзя трогать за хвост, там ядовитая чешуя. Чем ты думала?!

– Я не знала… На Севере они не водятся…

Язык продолжал заплетаться, и горечь не проходила. Испугаться я не успела, потому что дальше случилось еще кое-что неожиданное. Декан подхватил меня на руки. Я дернулась и пробормотала:

– Вы… что делаете?

– Все будет хорошо, – процедил Бланко. – Молчи.

Я послушно затихла и положила голову ему на плечо. Теперь мне стало страшно уже по-настоящему. Даже не знаю, что меня пугало больше: неизвестный яд или последствия моего проступка. Бланко видел льепхена, и зверь сбежал. Теперь придется объяснять, как он оказался на свободе и почему я ловила его на колбасу, а не пошла за помощью.

А еще – зачем я полезла в зверинец и как мне пришла в голову эта мысль. Симон упоминал отчисление… Адриан и ректор тоже хотят меня отчислить. Именно ректор Барт когда-то отчислил Анну, наследницу Севера, за какую-то глупую шутку. Что скажет дядя Вест, когда я появлюсь на пороге замка правителей через три дня, после того как отправилась на Запад?

При мысли об этом я застонала в голос. К счастью, декан подумал, что стонала я от боли, и успокаивающе пробормотал:

– Почти пришли.

Тут я обнаружила, что вместо лазарета мы стоим перед дверью в кабинет Бланко. Каким-то чудом он смог открыть дверь со мной на руках и вошел. Сидений для посетителей здесь по-прежнему не было, так что меня усадили в единственное кресло – на место декана. В комнате царил полумрак, только пламя из камина отбрасывало на стены золотистые отблески, и горела небольшая лампа на столе.

Бланко вытащил из ящика бинты и какое-то снадобье. Я хотела положить ладони на стол, чтобы ему было удобнее, но не смогла шевельнуться. Странное онемение дошло до плеч, поползло вверх и на спину. Но, вместо того чтобы заняться моими ранами, декан подошел к двери и запер ее. А затем сбросил светлый камзол и начал расстегивать рубашку.

Так, а зачем он это делает? Ранена же я, а не он!

Нужно было задать этот вопрос вслух, но язык словно прилип к небу. И теперь я оторопело таращилась на обнаженный торс Бланко. Посмотреть было на что… Теплый свет лампы очерчивал подтянутое тело и рельефные мышцы. Декан направился ко мне, и темные отсветы на его плечах зашевелились…

Отсветы? Нет, рисунок!

Бланко остановился рядом, и я изумленно наблюдала за тем, как переплетение черных линий переползает с его спины на плечо. Там оно ненадолго задержалось. А затем переползло на грудь декана, позволяя мне разглядеть его как следует. Разглядеть рисунок, разумеется! Я увидела знакомые мотивы: снова розы и молнии. Среди них мелькали крылья птиц и какие-то незнакомые цветы.

– Ничего не бойся, – сказал декан и подхватил мои запястья.

После этого он прижал мои ладони к своей груди. Туда, где расположились черные линии.

Рисунок оказался ледяным, а пальцы Бланко источали приятное тепло. Я вздрогнула и попыталась отдернуть руки, но этого мне не позволили. Только в следующий миг я вдруг ощутила, что онемение перестало расползаться по телу и ко мне возвращается способность двигаться и нормально говорить. Я перевела взгляд на черную татуировку и заметила, что в нее впитывается белая пена. Рисунок вытягивает яд?

Кровь тоже впитывалась в черные линии, и у меня мелькнуло смутное чувство неправильности происходящего. Удивительно, что его вызвало это. А не тот факт, что передо мной стоит полуголый декан боевого факультета. И ладно бы просто стоял, так я еще и трогаю его, пусть и не по своей инициативе!

Наконец, Бланко выпустил мои руки. Меня затрясло от холода. Но способность ясно соображать вернулась и требовала ответов.

– Что это за штука? – спросила я, разглядывая рисунок. Тот словно позволил мне полюбоваться переплетением линий и пополз обратно на спину декана. Медленно так пополз, дальней дорогой. Сначала переместился на одно плечо. Но, вместо того чтобы скрыться на спине, рисунок снова перетек на широкую грудь декана.

– Кыш! – рыкнул Бланко.

Переплетение черных линий доползло до второго плеча и нехотя скрылось на спине. Я осознала, что все это время не могла оторвать взгляд от непонятной магии. Но со стороны это выглядело так, будто я бессовестно разглядываю декана. С одной стороны, он сам снял рубашку. Чтобы вылечить меня, но все же… А с другой – приличной девушке полагалось опустить глаза и покраснеть. Или хотя бы возмутиться.

Но меня терзало любопытство, и я повторила свой вопрос:

– Что это было?

Бланко набросил рубашку и отвернулся. Мне показалось, что на его висках выступили капельки пота. Мелькнула мысль, что мое лечение далось ему тяжело. Но в этот момент декан будничным тоном сообщил:

– Пару дней может лихорадить. От других последствий я тебя избавил.

– Вы не ответили на мой вопрос, – укоризненно сказала я.

Бланко резко повернулся и уперся ладонями в ручки кресла, нависая надо мной. Я съежилась под пронзительным взглядом лавандовых глаз и мигом вспомнила все свои прегрешения, начиная с испорченного камзола и заканчивая упущенным льепхеном.

– Два дня, Марта, – проникновенно начал декан. – Ты здесь всего два дня, а уже успела ввязаться в неприятности. Почему ты не в постели в такой час? И как льепхен сбежал из зверинца?

– Случайно, – ответила я, пытаясь понять, что стоит рассказывать декану, а что нет.

Одно мое слово – и достанется всем, начиная с Де Роса и заканчивая моими друзьями. Как после этого будут относиться ко мне? Уж не любить, это точно. Да и уважение так не снискать.

– Случайно? – саркастично спросил Бланко. – Судя по тому, что я видел, ты ничего не знаешь об этих животных. В зверинец вас еще не водили. Кто и зачем предложил тебе сделать это? И кто еще был с тобой?

Я сделала честные глаза и заговорила:

– Мне не спалось, я вышла прогуляться. Дверь в зверинец была открыта, а зверь выглядел таким несчастным, что я решила покормить его колбасой. А он… удрал. Три этажа пробежала!

– Врешь, – отрезал декан.

Он по-прежнему нависал надо мной и заглядывал в душу. Соврать под этим взглядом еще раз было невозможно, поэтому я сказала правду:

– Вру. И буду врать дальше.

От такой наглости он опешил. Бланко выпрямился, присел на край стола и хмыкнул. Теперь он смотрел на меня скорее задумчиво. Наверное, догадывался, что я пришла сюда из-за Посвящения и не хочу сдавать своих. А я с тяжелым вздохом задала самый главный вопрос:

– Что мне за это будет?

– Наказание, разумеется. И письмо твоим опекунам.

Я застонала, и декан добавил:

– Правда, второго мы можем избежать.

– И как же?

Бланко сделал выразительную паузу, а потом предложил:

– Не рассказывай никому о том, что произошло в этой комнате. Скажешь, что упустила льепхена, и я застал тебя за этим. А про то, что ты схватила его за хвост, умолчишь. А еще будешь молчать о том, как я тебя вылечил. Ни единая живая душа не должна узнать об этом. Тогда я не буду писать на Север и сделаю так, что ректор тоже не будет жаловаться.

Он повел плечами, как будто рисунок на спине доставлял ему неудобство. Я поспешно закивала. От такого предложения не отказываются. Но теперь меня еще больше интересовала эта странная магическая татуировка.

Я не выдержала и спросила:

– Это… ваша родовая магия? Она секретная?

– Вроде того, – сухо бросил декан. – Руки.

Я покорно протянула ему ладони. Глубокие кровоточащие порезы превратились в ссадины. Декан откупорил одну из склянок и начал обрабатывать царапины. Когда с этим было покончено, и я опустила руки, он приказал:

– Еще локти. Закатывай рукава.

Надо же, и это заметил. Я попыталась отказаться:

– Не стоит…

– Я сказал, закатывай рукава, – жестко повторил Бланко.

Пришлось делать, что он сказал. Но, расстегивая манжеты, я проворчала:

– Что вы со мной, как с ребенком?

– Ты и есть ребенок.

– Ничего подобного, – возразила я, отдирая от ссадины присохший рукав. – Я совершеннолетняя.

– Судя по твоим поступкам, годы тебе разума не прибавили.

Я насупилась и попыталась снова закатать рукав, но вырваться из хватки декана было невозможно. Поэтому безропотно позволила ему обработать ссадины и задала вопрос:

– Вы поможете мне найти льепхена во дворе? Си… мне сказали, что у него под луной магическая маскировка срабатывает. Но я думаю, что если мы возьмем еще колбасы…

Бланко едва не выронил бутылек от этого предложения. А затем покачал головой:

– Колбасы? Нет, я сейчас подниму стражу и младших преподавателей, прочешем замок. Эта тварь очень опасна, как ты видишь. Правда, никому больше не придет в голову хватать его за хвост. Кстати, про маскировку тебе разъяснили, а про хвост умолчали…

Он сделал многозначительную паузу, и я вспомнила:

– Мне говорили что-то еще, но я недослушала.

Наверняка Тито хотел предупредить меня про злополучный хвост. Но я так спешила поймать льепхена, что пропустила его последние слова мимо ушей.

Кажется, у декана уже не осталось сил удивляться. Он направился к камину и приказал:

– Возвращайся в общежитие. Завтра тебя ждет вызов в ректорат. И помни: все, что случилось в этой комнате, должно стать нашим секретом.

Я кивнула и пошла к выходу. И только у порога спохватилась:

– А… какое будет наказание?

Глава 6. Непростой кинжал

Росио

Девушка смотрела на Росио, затаив дыхание, и ждала ответа. На ум тут же пришли будни гарнизона Хранителей и по меньшей мере десяток наказаний в виде общественно-полезного труда. Но другие способности Марты интересовали декана больше, поэтому скрепя сердце от любимых наказаний пришлось отказаться.

Росио мстительно заявил:

– Будешь помогать мне с документами в ближайший месяц.

Судя по лицу девушки, такого она не ждала. Но декан не позволил ей возразить и властно махнул рукой в сторону выхода:

– Иди.

– Я хотела вам еще кое-что рассказать, – пробормотала Марта.

Татуировка на спине обдала жаром. Росио скрипнул зубами и процедил:

– Если это не еще одна тварь, которую ты выпустила из зверинца и пыталась приманить на колбасу, расскажешь завтра. Тренировка по расписанию.

Девушка насупилась и вышла из кабинета, гордо вскинув голову. Похоже, обиделась. Но ему должно быть все равно, разве нет? Росио не выдержал и повел плечами, призывая родовую магию успокоиться. Лопатки пекло, хотелось сорвать рубашку и нырнуть в ледяную ванную. Татуировку стоило подержать на воздухе, пока она не остынет. Но сначала не хотелось смущать новую ученицу, а теперь придется разгребать за ней проблемы.

Огонь в камине вспыхнул ярче, выпуская золотую птицу. Феликс описал круг под потолком и опустился на плечо декана. Затем фениксоид многозначительно прокашлялся и сказал:

– Я думал, этой штукой на спине ты не можешь пользоваться.

– Я тоже так думал, – безжизненным голосом подтвердил Росио. – До недавнего времени.

– Она проснулась, когда ты увидел яд на руках девочки?

Очень хотелось сказать «да», но декан не стал кривить душой.

– Нет. Раньше. Первый раз я ощутил ее в тот момент, когда Марта прожгла мой костюм.

Фениксоид задумчиво хмыкнул и переступил лапами на его плече.

– И почему ты мне ничего не сказал? – вкрадчиво спросил Феликс.

– Думал, показалось, – коротко ответил Росио.

Он и вправду не поверил, что магия, которую он считал утраченной, решила проснуться. Но, как только декан увидел белую пену на ладонях девушки, татуировка пробудилась снова. К счастью для Марты. Конечно, в лазарете была сыворотка против яда льепхена, но даже с ней девушке пришлось бы провести в постели не меньше недели.

Феликс не отставал.

– Думаешь, причина в ней? В ее магии?

– Не знаю, – вздохнул Росио. – Сначала я так и подумал. Но на мальчишку Адриана или старика Лассаля рисунок никогда не реагировал. Да и магия у нее… Даже на моем полигоне она не смогла показать ничего стоящего.

– И что же в ней есть такого, на что отзывается про…

– Хватит болтать, – оборвал его декан. – Облети двор и найди мне льепхена. Я сейчас подниму гарнизон, и мы загоним тварь в клетку.

Фениксоид заворчал, но приказ выполнил. Когда за ним закрылась створка окна, Росио надел камзол. Сегодня произошла еще одна странность, но делится ей совсем не хотелось. Вместе с ядом рисунок впитал кровь. Смутное ощущение неправильности произошедшего не покидало. Раньше ничего подобного не случалось.

Что изменилось на этот раз? Что в этой девочке есть такого, чем она приглянулась магической татуировке?

С этими мыслями Росио покинул кабинет. Ответов у него пока не было. Но Марта – его личная ученица. Значит, шанс разобраться в этом у него еще будет.

Марта

Пиджак лежал там же, у окна. Я встряхнула его и набросила на плечи. Закапанные кровью брюки, пятна крови на локтях… Видок у меня еще тот. Я выглянула в окно и попыталась разглядеть льепхена. Но не нашла и следа своего чешуйчатого приятеля. Пришлось запереть окно и отправиться на первый этаж.

Отравление почему-то не оттолкнуло меня от зверя. Я начала подозревать, что ящеропес дал деру, когда почуял декана Бланко. И, похоже, я единственная дурочка по эту сторону Перекрестного Хребта, которой хватило ума схватить льепхена за хвост. А зверь мне вредить не собирался.

На первом этаже никого не было. Стало немного обидно: меня не ждали. Пришлось отправиться в общежитие одной. Судя по всему, мои однокурсники уже там. Может быть, они встретили ректора или того странного типа и вынуждены были уйти?

Вернуться оказалось не сложнее, чем выйти. Кайра уже спала, из-за приоткрытой двери в ее комнату доносился храп. Я проскользнула к лестнице и поднялась на свой этаж.

А вот тут меня уже ждали. Обеспокоенные Эолалия и Тито, мрачный Симон. Андриан противно улыбался, а лица обоих Де Роса были каменными.

Я оглядела собравшихся и спросила:

– Что?

– Это мы хотим узнать что? – Никола покачал головой.

Я вздохнула и покаялась:

– Льепхен удрал наружу через приоткрытое окно. Меня поймал декан Бланко.

– Декан боевого факультета? – ужаснулся Валентин.

– Да. Он пошел ловить льепхена, сказал, что поднимет гарнизон и младших преподавателей.

Адриан мрачно уточнил:

– А нам что будет, не сказал?

– Вам – ничего, – пожала плечами я. – Пришлось соврать, что я пожалела его и решила накормить. А зверь удрал.

Валентин прищурился и заявил:

– И Бланко поверил? Быть не может.

– Ну не то чтобы поверил… – призналась я. – Но и не узнал ничего.

– Врешь, – фыркнул Адриан.

Судя по взглядам, Де Роса были с ним солидарны. Я скрестила руки на груди и сказала:

– Завтра вы и сами поймете, что я сказала правду. Надеюсь, хотя бы кому-то из вас хватит совести извиниться.

С этими словами я гордо вскинула голову и ушла в свою комнату. Стоило мне переступить порог, как навалилась усталость. Я забралась под одеяло и почувствовала, что дрожу.

Жар? Бланко говорил, что после яда может лихорадить.

Но сил искать лекарство я в себе не нашла, поэтому только закуталась в одеяло и провалилась в сон. Последней мыслью было то, что я так и не рассказала декану о подслушанном разговоре. Но это могло подождать.

Неудивительно, что после такой бурной ночи я проспала завтрак. Пришлось в спешке собираться и нестись сразу на урок. К счастью, в шкафу нашелся запасной комплект формы. Предыдущий я угробила за два дня…

Опаздывать на первый в жизни урок алхимии не стоило, так что всю дорогу до класса я бежала. В кабинет влетела уже со звонком, но тут же напоролась на недовольный взгляд нового учителя. Я хотела прошмыгнуть на свое место, но в этот момент Адриан сообщил:

– А вот и леди Лунд, о которой вы спрашивали, господин Джоберти.

Улыбка родственника мне совсем не понравилась. Что на этот раз?

Я повернулась и начала придирчиво рассматривать преподавателя алхимии.

Господин Джоберти не был стар. Я бы дала ему лет сорок. Суровое лицо больше подошло бы воину, чем алхимику. Короткая бородка и крепкое телосложение усиливали это впечатление.

Учитель алхимии откинулся на спинку своего кресла и разглядывал меня из-под кустистых бровей. И я ему определенно не нравилась. Вот только… я его видела первый раз.

Когда и чем я успела насолить этому типу? Неужели ему тоже нужно это дурацкое наследство Лассалей?

Тут алхимик заговорил:

– Значит, это по вашей вине, леди, меня подняли среди ночи, чтобы варить магическую приманку?

– Приманку? – осторожно переспросила я.

– Именно. Чтобы поймать льепхена, которого кое-кто выпустил по своей дурости.

Я неопределенно пожала плечами и пробормотала:

– Вроде того…

– Вроде того? – мрачно переспросил алхимик. –Пришлось работать ночью, так еще и все без толку. Бланко так ничего и не нашел. Глядите в оба, эта тварь где-то в замке. Говорят, на границе они любят закусывать юными девушками, хе-хе…

– Колбасой они любят закусывать, – буркнула я. – И заставлять юных девушек бегать по лестницам.

Лица моих товарищей вытянулись, а господин Джоберт посмотрел на меня как на дурочку.

Эолалия мягко произнесла:

– Марта с Севера, и этих зверей мы не успели пройти.

– Так и нечего лезть туда, куда адептам ходить запрещено, – сказал алхимик и махнул рукой, позволяя мне сесть.

Я опустилась за парту рядом с Эолалией. Пока Джоберт распинался о значимости алхимии, подруга шепнула:

– Тебя искал декан Бланко.

Я рассеянно кивнула. С ним мы еще увидимся: сегодня тренировка. То, что льепхена не поймали, оказалось неприятным сюрпризом. Зверя было немного жаль. Меня не покидало чувство, что ящеропес очень умен. Но теперь совершенно неясно, что мне за это будет. Оставалось надеяться, что Бланко сдержит свое обещание и уговорит ректора не писать на Север. Кажется, ему это выгодно: я же обещала взамен хранить его тайну.

Мысли вернулись к странному рисунку на теле декана. Я никогда не слышала ни о чем подобном. Видимо, это родовая магия, причем ее скрывают. Любопытство принялось терзать меня с новой силой. А еще я вспомнила, что эта штука впитала мою кровь. Это смущало, и я сама не могла объяснить почему.

Надеюсь, на этот раз Бланко меня выслушает. Я должна рассказать ему о разговоре с ректором.

К счастью, алхимик меня больше ни о чем не спрашивал. Но я поняла по его взгляду, что на следующем уроке меня спросят в первую очередь. Поэтому я сделала себе мысленную зарубку выучить алхимию в первую очередь.

В ректорат меня так и не вызвали. Но весть о моем проступке стремительно облетела Академию. В столовой на меня не косился только ленивый. Я мрачно жевала и вполуха слушала разговоры за столами. Мысли скакали от льепхена к татуировке декана и обратно.

Из столовой я вышла не с пустыми руками. Повинуясь порыву, я прихватила с собой пару бутербродов с колбасой. А перед тем как отправиться в комнату, забежала в библиотеку. Там молодой помощник библиотекаря быстро помог мне найти нужное. Так что в комнату я вернулась нагруженная не только приманкой для льепхена, но и Справочником по магическим существам Западного Герцогства.

Правда, времени читать уже не оставалось – впереди была тренировка с деканом Бланко. Поэтому я сгрузила книгу и бутерброды на стол, а затем помчалась на полигон. К счастью, оружие больше тащить не нужно было. Лук явится по жесту призыва, а кинжал… О нем, наверное, придется забыть.

На этот раз Бланко уже ждал меня. Правда, не у шестого полигона, а у пятого. И он был там не один. Рядом с ним стоял Адриан.

Я остановилась в шаге от них и скрестила руки на груди. Только после этого поздоровалась с деканом. Тот холодно кивнул и сказал:

– Я решил, что тебе не помешает наглядное пособие. У Адриана такая же магия. Так что сегодня он покажет тебе свое искусство. После этого мы отправимся на соседний полигон.

Парень смотрел на меня снисходительно, его ухмылка невероятно раздражала. Красуясь, он вышел на позицию и поднял свой лук. Оружие выглядело внушительнее и проще моего. Искрящаяся полоса соединила плечи лука. Я придирчиво наблюдала за тем, как Адриан нарочито медленно натягивает тетиву, а затем на ней вспыхивает ало-золотая стрела. Стоило юноше разжать пальцы, как она стремительно понеслась к мишени. Как только стрела коснулась гладкого дерева, последовала вспышка.

Я ждала привычные фейерверк и грохот, но их не было. С легким хлопком мишень превратилась в труху, а остатки магии рассыпались горсткой алых искр.

Настроение упало. Я и не представляла, что магию можно контролировать так точно. Адриан повернулся к нам. Больше всего хотелось стереть с его лица самодовольную улыбку. Но пришлось плестись за деканом на соседний полигон. К счастью, площадки для тренировок разделяли магические барьеры, поэтому моего позора дражайший родственник не увидит.

Как только мы остановились у столба с цифрой шесть, Бланко повернулся ко мне и спросил:

– Все поняла? Твоя очередь.

Жест призыва оружия вышел у меня безупречным. Гладкая рукоять удобно легла в ладонь.

Декан одобрительно кивнул, а я ни с того ни с сего спросила:

– И все же почему к этому луку прилагался кинжал? Я думала, клинки – удел стражей.

Бланко рассеяно ответил:

– Скорее всего, бывший хозяин этого оружия настолько любил игру, что ему создали специальный кинжал. В пару к луку. Первый раз такое вижу, большая редкость. Но его магия идеально тебе подходит…

Я перебила его:

– Игру? С кинжалом? Какую игру?

В памяти тут же всплыли слова незнакомца.

«Напишу вам, как пройдет следующая игра» – вот что он сказал ректору.

Бланко спохватился:

– Ах да, ты же не знаешь. Впрочем, это не имеет отношения к уроку.

Но я тут же схватила его за рукав и потребовала:

– Расскажите мне все! Я хочу знать. И я должна тоже вам кое-что рассказать.

Декан удивленно посмотрел на меня и произнес:

– Позже. Сначала тренировка.

Но я не отступала:

– Вчера вы говорили, что я смогу вам рассказать это на тренировке. Правда, хорошо бы сделать это без лишних ушей.

Я многозначительно посмотрела на него. Бланко дернул плечом, и я сразу вспомнила про живой рисунок на его спине. Интересно, где эта штука сейчас? Мысль была неожиданной для меня самой. А затем я поймала себя на том, что рассматриваю декана так, будто пытаюсь проникнуть взглядом под его рубашку и снова увидеть загадочный рисунок.

Наверное, со стороны это выглядело не совсем прилично, потому что Бланко кашлянул и покосился на мои руки. Только в этот момент я осознала, что все еще цепляюсь за его рукав, и неохотно разжала пальцы.

– На позицию, – приказал декан. – Покажи мне результат, и я выслушаю тебя. В месте, где не будет лишних ушей.

– И расскажете про игру, – напомнила я.

Бланко усмехнулся:

– И расскажу про игру. Но это не то, что будет интересно юной девушке.

– Мне уже интересно, – возразила я и вскинула лук.

Магия заструилась по моим пальцам и наполнила оружие. Тетива появилась сразу, и я вдруг поняла, что у Адриана магическая нить выходила толще. Настроение снова испортилось.

Декан резко сказал:

– Выше нос. Ты ничем не хуже его. Покажи мне свою настоящую силу.

Я натянула тетиву и сосредоточилась. Тонкая полупрозрачная стрела не могла сравниться с той, что создавал Адриан. Скрипнув зубами, я выжала из себя еще магии. Стрела стала толще, но искры полетели во все стороны. Декан отшатнулся, спасая очередной камзол, и скользнул мне за спину.

– Собери магию, – потребовал он. – Ты видела у Адриана хоть одну искру?

Контролируй силу.

– Стараюсь, – процедила я.

– Ты растрачиваешь свою магию зря, – продолжал Бланко. – Расслабь плечи! Помни про дыхание!

Я медленно выдохнула и постаралась опустить плечи. Стало меньше искр, стрела наполнилась магией. Пальцы декана сжали мой локоть, заставляя руку занять правильное положение.

Теперь Бланко стоял почти вплотную ко мне, и его голос звучал над ухом:

– Вот так. Сосредоточься на цели, а не на оружии. Давай!

В памяти всплыла самодовольная ухмылка Адриана. Я позволила стреле сорваться с места. До мишени она не долетела, но получилось явно лучше, чем вчера.

Бланко это не удовлетворило. Декан, похоже, настроился отомстить за ночные приключения и выжать из меня все соки. Не знаю, с какой целью он заставил Адриана покрасоваться передо мной, но это и правда подстегивало.

Попасть в яблочко оказалось не так сложно, как не позволять магии взрываться веером искр.

Наконец, Бланко сухо кивнул:

– На сегодня достаточно.

Я опустила руку и коротким жестом отправила свое оружие на место. Пальцы задрожали, царапины на ладонях пощипывало, навалилась усталость. Но я тут же повернулась к декану и вскинула голову, заглядывая в лавандовые глаза.

– Вы обещали мне разговор, – напомнила я и пошатнулась от усталости.

Бланко поймал меня за плечо, не отрывая взгляда. Наверное, потупиться стоило мне, но его глаза меня завораживали. То ли необычным оттенком, то ли… не знаю чем. Магия какая-то. А может быть, какой-то ореол силы, который окружал декана.

Он прервал затянувшуюся паузу:

– И мы обязательно поговорим, но не здесь. Тем более что тебя ждет работа.

– Работа? – озадаченно переспросила я.

Бланко кивнул и коснулся своего кольца. Вихрь перемещения закружил нас. А когда магия вокруг утихла, я поняла, что мы стоим в кабинете декана. И в нем кое-что изменилось. Можно сказать, изменение было почти революционным.

Здесь появился еще один стул. Судя по цвету обивки, его утащили из другого кабинета.

Я критически оглядела ножки и подлокотники, на которых осталось несколько длинных царапин, и спросила:

– Вы его что, с боем вырвали у другого декана?

Спинка стула тоже выглядела слегка пожеванной.

– Почему сразу декана? – удивился Бланко. – Взял из кабинета заместителя. Все равно его пока не назначили.

– А предыдущий что, так не хотел увольняться, что цеплялся за свое место зубами и ногтями?

Шутку Бланко не оценил и мрачно посмотрел на меня. Чтобы не раздражать его, я с наслаждением опустилась на стул. И только после этого бросила взгляд на стол. Стопки бумаг и папок громоздились от края до края. Пока я таращилась на все это канцелярское великолепие, Бланко подтвердил:

– Это и есть твоя работа на сегодня. Сходишь на ужин и можешь приступать. Нужно разложить все по кварталам и годам.

– Видимо, стул ваш предыдущий заместитель пытался унести с собой, как награду за вредность, – пробормотала я.

Но тут же заработала раздраженный взгляд Бланко и поспешила перевести тему:

– Так что там с игрой и кинжалом?

Он присел на край стола и махнул рукой.

– Да ничего интересного. Местное развлечение для богатых, называется модан. Но чаще говорят просто «игра», потому что всем и так понятно, о чем речь.

– И в чем суть этой игры?

– Нужно поймать магический шар кинжалом.

Я удивилась:

– Магический шар? То есть это игра на меткость?

– Нет, – покачал головой Бланко. – На интуицию и холодный расчет. Правила объяснять долго, да и тебе это не понадобится. Несколько игроков вонзают кинжал в специальное поле на столе, пока один из них не сумеет поймать шар. Призы интересней правил: ставкой служат драгоценности или артефакты. Раз в год проходит большая игра, на которой выставляются какие-то редкости. Победить в ней – большая честь, а попасть туда могут далеко не все.

– И она скоро, да? – нахмурилась я.

– Относительно, – уклончиво сказал декан. И тут же насторожился: – А откуда ты знаешь?

– Слышала разговор ректора с каким-то странным типом, – сообщила я. – Ночью, пока ловила льепхена.

– Которого мы так и не нашли, – вздохнул Бланко. – Значит, подслушивала. Они говорили обо мне?

Я кивнула.

– Да. И про наследство Лассалей.

Теперь все внимание декана было приковано ко мне, и я быстро пересказала ему подслушанный разговор. Он нахмурился и начал ходить по комнате. Я терпеливо ждала.

Наконец, Бланко развернулся ко мне и приказал:

– Держись подальше от Адриана и смотри в оба.

– Может, вы Адриана попросите держаться подальше от меня? – саркастично спросила я. – Мне до него и этого наследства нет никакого дела. У меня свой клочок земли есть, на Севере!

– Если б дело было только в земле, – фыркнул он, – на эти камни никто бы и не позарился. Но иногда земля скрывает внутри себя несметные богатства.

– Золото, что ли? – спросила я.

Декан пожал плечами.

– Кто знает. Это все слухи. И тебе это неинтересно, сама сказала. Так что иди на ужин и возвращайся разбирать бумажки.

Пришлось выполнить его приказ и отправиться в столовую. После нее я не пошла в комнату, а сразу вернулась в кабинет – к бумажкам.

Бланко там уже не было. Феликс восседал на спинке кресла декана. Оказалось, что его хозяин отправился ловить льепхена: Джоберт сварил новую магическую приманку. Я была уверена, что колбаса сработает лучше, но моим мнением никто и не подумал интересоваться. Так что пришлось провести вечер за стопкой ненавистных листов.

В комнату я вернулась поздно, когда остальные адепты уже собирались спать. Мне больше всего хотелось того же. Я зажгла магический фонарь в изголовье кровати. Взгляд упал на столик в изголовье, и я обомлела.

Рядом с книгой, которую я взяла в библиотеке, лежало несколько подсохших кусочков хлеба. А вот колбасы на них уже не было.

В следующий миг раздался протяжный скрип. Я подняла взгляд и обнаружила, что створка окна приоткрыта. И я точно помнила, что его не трогала… Сначала я заглянула под кровать. Но там меня встретила только пыль. Тогда я несколько мгновений прислушивалась. Наконец, я смогла различить сопение, которое доносилось из шкафа. Я решительно направилась к нему и приоткрыла дверцу.

Льепхен беззастенчиво дрых под бальными платьями, свернувшись в тугой комок. Кончик ядовитого хвоста подрагивал во сне. Мое появление зверя не впечатлило. Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что я думаю о чешуйчатых собаках с грустными глазами.

Но в этот момент в дверь постучали.

Глава 7. Беглец

Льепхен тут же встрепенулся и оскалился. Но я шикнула:

– Сиди тихо! Не знаю, кто это, но тебе лучше не показываться.

С этими словами я осторожно расправила подолы платьев, чтобы прикрыть зверя. А затем плотно притворила дверцу шкафа и пошла открывать.

Я надеялась, что поздней гостьей окажется Эолалия или кто-то из моих сокурсниц, а не Бланко с отрядом стражи. Второе было вероятнее, и сердце замирало. Отдавать бедного зверя, чтобы его снова заперли в клетке, не хотелось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.