Майкос
Добровольцы на смерть

Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою

Олдос Хаксли как-то писал, что вся беда литературы в том, что в ней слишком много смысла, которого нет в самой жизни. Что же, в 3130 году мы достигли такого уровня развития и осознания, о котором многие наши предки, пусть и отдаленные, могут лишь мечтать. Правда, для этого мы многим пожертвовали....

В 2050 году началась война между двумя могущественными странами, результатом которой был огромный взрыв на всех атомных электростанциях и выброс радиации, уничтоживший добрую половину населения мира. Ученые до сих пор не могут объяснить, как кто-то остался в живых, ведь доза была смертельной даже для столь развитых существ, как наша раса. Мир погрузился в хаос, люди хоронили друзей в свинцовых гробах, создавая почитаемые нами Святые Рощи, устраивали пожары, сжигающие личные вещи, животных и свои дома. Казалось, что тот кошмар скоро закончится. Но, как сообщают книги, на этом все не закончилось. Эта сильнейшая в истории волна радиации не только истребила более слабых представителей человечества, проявляя естественный отбор в действии, но и привнесла достаточно катаклизмов и в привычное устройство мира. Конечно, для нас это уже кажется довольно обыденным состоянием планеты, но все же, раз мы заговорили про запретный 2050 год....

Все началось осенью, ну или люди заметили это лишь тогда. Как отмечается, в мире увеличилось количество землетрясений, сутки стали длиться дольше, а атмосферное давление намного выше. Как описывали ученые, при зарождении земли из космической пыли и взрывов, планета крутилась вокруг своей оси с огромной скоростью, поэтому первые растения и животные были просто невероятно гигантскими. Как говорят оставшиеся источники, тогда в планету врезался огромный астероид, замедливший вращение планеты, тем самым изменив климат планеты. Скорее всего, именно из-за этого и вымерли те динозавры и появились маленькие ящерицы, которые смогли приспособиться к новым условиям жизни. К сожалению, сейчас все стало намного хуже. Планета замедлила свое вращение настолько, что наши сутки составляют 148 часов, а это еще не предел. Каждый день наши сутки увеличиваются на несколько секунд, а иногда и минут, когда в какой-то части планеты происходит катаклизм. Все те растения, которые раньше относились к деревьям – стали обрушиваться и ломаться, со временем, они начали высыхать и разлагаться, образуя необходимые нам запасы перегноя и угля. Чаще всего, днем у нас крайне засушливо и жарко, ночью же настолько холодно, что может выпасть даже снег! Кстати, современным ученым очень помогли книги Свифта или Верна, к примеру. Благодаря им мы узнали, какими большими были люди в древние времена, ведь в наше время высокий человек – это 150-160 сантиметров, чем далеко не каждый может похвастаться. Помимо всего этого, наш любимый спутник стал притягиваться к Земле с такой силой, что к 2980 году это расстояние составило лишь 20 тысяч километров, а моря стали затоплять все больше и больше городов в приливы, пока многие не были стерты с лица нашей планеты.

Вы не представляете как она красива при левом стоянии! Ах да, вы же еще не знаете, что это такое. К сожалению, мы уже не знаем, что такое лунный цикл, да и знать нам и не сильно нужно. Луна за месяц имеет теперь лишь два состояния: правое стояние, которое мы лишь предполагаем, ведь оно находится с другой стороны земли, и левое стояние, когда наша ночь светла и озаряется неземным ее светом также сильно, как и при свете Солнца.

На что же повлияла Луна? Из-за частых землетрясений литосферные плиты стали двигаться быстрее и сталкивались друг с другом, образуя новые материки, горы и моря. Так образовалось лишь три материка, находящиеся на огромном расстоянии друг от друга: Южная Земля, Пацифида и Грейшида. К сожалению, о первых двух я рассказать ничего не могу, так как имеем лишь гипотетическую географическую карту, без каких-либо доказательств или заметок. Возможно, на них никто и не живет, чего нам не узнать уже никогда…

А что же насчет Грейшиды? По правде сказать, мы изучили лишь небольшую территорию и виной тому метаморфы. Та радиация внесла значительные коррективы в жизнь многих существ, но не сразу. Конечно, гены всех людей претерпевали изменения и подстраивались под суровые реалии, но в какой-то момент они начали давать сбои. Стали рождаться дети с сросшимися конечностями, изуродованными лицами, неправильным строением органов, чешуей и шерстью, к тому же, за ними часто наблюдалось девиантное поведение. Тогда пошла волна протеста, повлекшая за собой глобальные изменения на Грейшиде. Здоровые люди в 2070 году построили себе город Айденос, оградив себя от тех метаморфов, что было огромной ошибкой. Метаморфы легко смогли прорваться в него и напасть на жителей, ведь тех было намного больше. Кровопролитная война шла три недели, пока власти города не смогли прийти к соглашению с главой Талакийцев (как говорится в наших учебниках, так они просили их называть).

С того дня наш город находился в полной неприкосновенности, а все Зарубежье принадлежало тем мутантам. Конечно, мы могли выходить за стены Айденоса, но никто не мог гарантировать безопасность. В свою очередь, мы должны отдавать им 300 невинных детей в возрасте от 12 до 18 лет им на воспитание каждый год. Даже в наше время не известно, для чего они им нужны. Правда, мы и не задаем таких вопросов, в принципе, как и многих других. После заключения такого мира нашему городу было несладко. Наши предки совсем не знали, как построить свое государство, как все структуризировать и развивать, чтобы не прийти к вымиранию. К счастью, тогда мы нашли старинную библиотеку, в которой лежало достаточно книг довольно известных и авторитетных писателей, по крайней мере, нам так кажется. Не стали бы люди хранить у себя на полках некачественную литературу, не так ли?

В первую очередь, мы выстроили иерархию, ведь без нее наш город продолжал сумбурно зализывать раны страшных времен. Всего у нас получилось три касты: восходящего Солнца, Земли и Левого стояния. К первым принадлежали Консулы Мира, которые охраняют мудрость и нашу историю; а также совет собрания, который в свое время заключил мирный договор с Талакийцами, а теперь контролируют спокойствие города. Вторая каста самая обширная. К ней относятся: ученые, земледельцы, учителя, строители, инженеры и подобные профессии. К последней же относились Выходцы – это лучники и охотники. Они ищут подопытных метаморфов за стеной, а также приносят различные культуры растений и туши животных.

Так как многих детей отдавали мутантам, то у многих из нас родители были лишь формально, а все мы жили в общих пансионатах и воспитывались для будущих профессий, которые предрекали нам консулы в день нашего рождения. Взрослыми же мы могли влюбляться и, если верховный консул благословит, то пожениться и завести детей биологическим способом. Однако, чаще всего консулы сами подбирали выгодные для кровосмешения партии, поэтому ни о каких чувствах в таких парах не шло и речи, конечно, за некоторыми исключениями.

Ах да, консулы назвали меня Мариэль, но все зовут меня Мари. Я отношусь к касте Земли, как и мои биологические родители. Мое предназначение – стать научным деятелем, хотя это мне совсем и не нравится. Я люблю совать свой нос в чужие дела, а также довольно меткий стрелок из лука…

– Итак, дети. Сегодня у нас последний урок по истории перед так называемой "жатвой". Здесь есть добровольцы? – поинтересовался учитель.

В классе резко все опустили глаза. Быть добровольцем – крайне почетно, а также и безрассудно, ведь это прямая дорога в лапища наших главных врагов. К счастью или к глубокому разочарованию, рассудка у меня нет, поэтому я подняла руку.

Следом за мной руку подняла и моя лучшая подруга Сьюзи, из-за которой все это и началось. Дело в том, что старые законы, сформированные в первый год мира, нашего города выдворяют за свои врата сирот, которой и стала Сью. Ее родители были лучшими инженерами в наших механических лабораториях, за что их семья всегда была в почете. Однажды ночью, в их смену, в лабораториях произошла авария и те погибли там.

– Не удивлен, что именно вы подняли руку. Ибо буквально час назад Седьмой мне сообщил, что записался в добровольцы. Он бы не пошел туда без вас. Ну, что же, вы не настолько и важны нашему городу, так что поздравляю с почетной миссией! – сказал преподаватель весело, открыв учебник по истории.

– Мари, почему ты мне сказала, что При тоже доброволец? – шепотом спросила Сью.

– Потому что ты бы его попыталась отговорить, а из-за этого вы бы поругались. Снова, – ответила ей я.

– Но он же Седьмой! При суждено стать Верховным Консулом. Его нельзя им отдавать, ведь он знает все секреты нашего мироустройства и правопорядка, – раздраженно буркнула та, сжав мою руку.

– Если бы Консулы считали это ошибкой, то они бы не дали ему идти добровольцем. К тому же, Сью, он бы не был счастлив здесь без тебя. Я не понимаю его, но, очевидно же, что он влюблен в тебя, разве ты этого не видишь? – возмущенно прошептала я.

– Мы из разных каст, Мари. Он не способен выжить в лесу, ведь он всю жизнь живет с консулами, а здесь он всегда будет в почете и безопасности, – ответила она.

Я не стала продолжать с ней диалог, ведь это было бы бесполезной тратой времени. При (он же Седьмой) никогда не видел и не знал своих родителей, которые ему были и не нужны. Консулы выбрали его своим лидером, так как самому верховному консулу сейчас около 190 лет, а это значит, что ему осталось жить всего ничего, а наследник нужен. Поэтому и выбрали Седьмого высшим консулом среди новорожденных (они не имели право на имя и личность, ведь должны были нести лишь мудрость и рассудительность). Он старше нас и намного рассудительнее, но человеческая натура в нем сыграла жестокую шутку. Вот уже третий год он безответно влюблен в Сьюзи, но, по правилам города, у него не может быть даже формальной семьи и привязанности, так как это мешает вершить правосудие. Почему мы его называем При? Все просто, когда мы только познакомились, то решили дать ему имя, ведь обращаться так уважительно к другу было бы странно, поэтому мы его называем При (сокращение от Принца).

Занятие пролетело быстро, сразу же после него мы пошли на наш пустырь, где встречались с При и весело проводили время втроем. Правда, после смерти родителей Сью наши встречи стали походить на боевой лагерь, ведь мы почти ничего не знали о выживании.

– Привет! Я взял твой лук, Мари, так что можем приступить к тренировкам уже сейчас, – сказал парень с улыбкой.

– Почему ты мне не сказал, что ты пойдешь с нами? – раздраженно спросила Сью, толкнув парня в грудь.

– Потому что ты бы попыталась меня отговорить от этого. А я не намерен бросать вас на произвол судьбы и это разумное решение, – ответил тот, скрестив руки на груди.

Сью что-то раздраженно пробурчала и ушла к огромному булыжнику и уселась читать книгу по элементарным изобретениям, которые могли бы помочь нам выжить за границей.

– Она скоро свыкнется с этой мыслью, – сказала я парню, хлопнув его по плечу.

– А ведь она обо мне заботится, значит, я ей не безразличен, – с глупой улыбкой произнес парень.

– Пойдем, научу тебя стрелять из лука, чтобы ты умел добыть пищу или защититься, если меня не станет, – ответила я и мы направились к нашим импровизированным мишеням.

Мы подошли к деревьям, на которых краской был изображен круг, в который должны были попасть.

– Смотри, сложнее всего достаточно натянуть тетиву лука и удерживать ее до выстрела. Давай покажу на своем примере, как нужно. Так как я правша, то встаю к цели левым боком. Ноги должны стоять на ширине плеч где-то и ни в коем случае не сгибаем их. Корпус спины тоже должен быть ровным, чтобы было легче. Берем лук в левую руку, пальцами правой руки натягиваем тетиву вместе со стрелой. Мне удобнее держать правую руку немного ниже подбородка при натяжении, но можешь поэкспериментировать. С помощью мушки прицеливаешься и отпускаешь стрелу, – сказала я, отпустив стрелу.

– Неплохо стреляешь, но медленно, – сказал незнакомый голос за спиной.

Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. Перед нами стоял довольно взрослый парень, довольно высокого роста, выше любого знакомого мне человека. Выглядел крайне неопрятно – сальные черные волосы, прикрывающие голубые глаза, щетина на лице, растянутая и поношенная одежда только дополняли этот образ. Скорее всего, он был из касты Левого Стояния.

– Кто ты? – поинтересовалась я, держа лук в руках.

– Это не так важно. Я так понимаю, что вы добровольцы. Ну что же, как охотник, дам вам пару советов: с одной стрелы ты вряд ли убьешь даже белку, поэтому не так важно, попадешь ли ты в сердце или рядом с ним, а времени на прицеливание потеряешь намного больше. К тому же, когда целишься, то задержи дыхание, чтобы не было дрожи в движении, тебе так будет проще, – сказал тот, вытащив стрелу из мишени.

Он передал стрелу мне и скрылся где-то за деревьями так быстро, что мы не успели моргнуть.

– О Хаксли! Как же быстро он передвигается, такому мастерству маскировки можно поучиться! – восторженно произнес При.

– Мы и сами справимся, не переживай, – немного неуверенно сказала я.

– Справимся? Уж сомневаюсь. Давай рассуждать здраво. Я и При не умеем пользоваться оружием совсем, а это уменьшает возможность выжить уже процентов так на 66. Спортивная подготовка у нас у всех хромает, поэтому если за нами кто-то погонится, то мы не сможем убежать слишком далеко, – истерично проговорила Сью.

– Давай я провожу тебя до дома, сейчас уж лучше успокоиться и принять то, что нам придется выжить. Мы же вместе, поэтому и справимся, – с улыбкой сказал При, протянув руку девушке.

Сью отказалась от помощи и встала сама, но домой пошла в сопровождении парня. Я же решила остаться на площадке и еще потренироваться. Как бы мне не хотелось верить в лучшее, но Сьюзи права, поэтому мне надо тренироваться больше, чтобы не умереть.

– И снова привет, принцесса. Друзья тебя покинули? – прозвучал голос где-то со спины.

– Может, пора уже представиться? – поинтересовалась я.

– Меня зовут Сэм, – ответил сероглазый парень, протянув мне свою руку.

– Мариэль, – ответила я, пожав руку.

– Шансов у вашей тройки не особо много, поэтому давай я вам немного помогу. Обязательно возьмите с собой ножи. Если на вас кто-то нападет, то будет шанс убить зверя в ближнем бою. Умеешь драться? – спросил тот, посмотрев мне в глаза.

Я отрицательно замотала головой. Он посмотрел на меня и тяжело вздохнул, понимая весь ужас нашей ситуации. Сэм протянул мне свой нож.

– Против мутантов тебе это не понадобится, но если нападет животное, то бей его в шею или в брюхо, – сказал тот, посмотрев мне в глаза.

– Ты видел метаморфов? Они действительно такие отвратительные и беспощадные? – поинтересовалась я с некоторым испугом.

– На меня напал Цербер и я уже думал, что на пути в иной мир, если бы не мутанты. Они убили зверя и взяли меня с собой в лагерь. За мной ухаживал Дерек – местный лекарь. У них не было ни бинтов, ни антибиотиков, но он спас мою истерзанную ногу, – рассказал Сэм, показывая на шрамированную, но хорошо заживающую ногу.

– Отпустили? Но зачем им это? – удивленно спросила я.

– Они не такие плохие, как вам рассказывают в школе, – ответил Сэм.

– Но из-за них мы заперты в этом городе и не знаем, что за пределами Айденоса. Они забирают наших детей ежегодно, – раздраженно отчеканила я.

– Ты думаешь, что все это правда? Ты считаешь, что мы не монстры? Мы не дали им крова и не помогли приспособиться к жизни, когда случился крах. Разве так поступают хорошие люди? – на повышенных тонах спросил парень.

– Мы? Мы не забираем детей у матерей для жертв! – зло завила я.

– У матерей? Да в нашем государстве и нет понятия семьи! Да и у многих детей никогда не было даже биологических родителей! – сказал тот и сразу же замолчал.

– О чем ты говоришь? Такое биологически невозможно, – скептически отметила я, смерив парня взглядом.

– Я не могу тебе сказать всего, но Консулы никогда не рассказывают правды до конца. За границей города ты все узнаешь, – сказал тот, посмотрев в пол.

Я пыталась узнать что-то еще у него, но он был нем как рыба. Я же сгорала от злости. Как можно обвинить наших Консулов во лжи? Они же полностью лишены чувств и эмоций, поэтому и лгать они не могут…

– Мариэль. Мне нужно бежать, так что увидимся уже за стенами. Тебя я там уж точно найду. Скорее всего, где-то в центре неприятностей, – с улыбкой произнес тот и убежал…

Глава 1. В ситуации выживания проявляются истинные черты человеческого характера

Я буду скучать по такому идеальному городу, хотя это будет скорее недостаток комфорта и размеренности жизни, а не привязанность к локации. Уже сегодня мы с моими друзьями разменяем каменные джунгли на одичалые районы, о которых бытуют лишь кошмарные рассказы Консулов в наших районах.

Я собирала свой небольшой рюкзак. По правилам, мне полагалось взять: 1 бутылку пресной воды стандартного объема (500 мл), 1 вакуумный паек (у меня это синтезированный белок и рис, вместо риса может быть и гречка), 1 компас, 3 метра веревки и 2 холщовые ткани, на которых полагалось спать. Закрывая свой походный рюкзак, я вспомнила о словах Сэма, поэтому в боковой карман я бросила небольшой самодельный ножик (да-да, мы очень много практиковались, чтобы получилось хоть немного похоже на острый предмет).

Нам также полагалось переодеться в белую льняную футболку стандартного размера и плотные брюки общего размера коричневого цвета, которые оказались мне немного коротки, ведь я довольно высокая (в этом году мой рост составил 147 см и я почти гигант в глазах окружающих).

Конечно, и в обычной жизни мы ходили в одинаковой одежде в зависимости от возраста и статуса. К примеру, дети до совершеннолетия или начала работы обязаны носить только льняные рубашки и штаны (относится только к касте Земли). Консулы восходящего Солнца носили белую рясу и скуфью, а также всегда подпоясаны плетеной бечевкой. От них сильно отличался верховный консул, коим и должен был стать При. У них одежда обрамлялась золотыми нитями, а пояс сделан из атласных лент. По нашим традициям, только верховный консул имел право носить украшения и золото в одеянии, так как это дар почитания и неподкупности в необходимых решениях.

Перед выходом я окинула дом взглядом. Думаю, При и Сью видели точно такую же картинку, так как нам запрещалась добавлять индивидуальности комнатам, так как это отвлекало от учебы и самосовершенствования. И в этот момент мне на глаза попался мой шкаф, и я вспомнила один момент из моего детства…

***

-Мариэль, не бегай так быстро, а то кого-нибудь собьешь! – прокричала мама 5-ти летней мне.

Сегодня был ежегодный день единства с родителями. По случаю такого праздника все родители освобождались от работы и были обязаны провести какое-либо совместное дело со своими биологическим родителями. Мои не были оригинальны, поэтому мы просто пошли погулять в парке, где было множество подобных родителей. Парк – идеальное место для семейного праздника. Дети обычно сидят в песочнице и играют с синенькими лопаточками, а родители читают где-то на лавочке, благо, книжные боксы с почитаемыми авторами всегда стоят рядом и любой человек может окунуться в историю наших предков.

День пролетел довольно быстро и ничем не отличался от любого другого, пока мы не пришли к дому. Мама пошла в дом, а папа задержал меня у входа. Он присел на корточки рядом и протянул мне кулак.

– Малышка, ударь по кулачку и вылетит птичка, – сказал мне Габриэль.

Я легонько ударила отца по его руке, и он ее открыл. Там лежала маленькая и несуразная игрушечная птичка, скорее всего отец сделал ее сам из подручных средств. Но мне она так сильно понравилась, что я сильно прижала ее к сердцу, улыбнулась и побежала к себе в комнату. Я знала, что мама отнимет ее перед тем как увести меня в пансионат, поэтому положила в шкаф своей комнаты, которая положена мне с 14 лет. И весь следующий год я ждала следующего праздника, чтобы поиграть с ней, пока все взрослые заняты своими делами…

***

Я подошла к уже потертому шкафу и открыла дверь, издавшую истошный скрип. Птичка, сделанная из подшипников и цилиндрических шариков лежала вся в пыли и небольшой паутинке. Я бережно достала поделку, аккуратно устранила все следы прошедшего времени, аккуратно завернула в холщовую ткань и положила на дно рюкзака, дабы ее никто не увидел.

Теперь можно идти. Я закрыла за собой дверь и направилась к центральному мосту, именно здесь всегда был эпицентр скоплений жертвенных детей каждый год. Всех остальных жителей не допускали до этого мероприятия, ведь нельзя нарушать рабочий день и снижать продуктивность горда. Этот день был крайне душным, что было не свойственно нашему климату. По старым книгам (примерно XX-XXI века) такое состояние погоды подразумевало дождь, но за мои 15 лет дождя не было ни разу. Вся вода у нас была из раскола посреди города, остальные земли питались подземными источниками, правда, те уже на грани иссушения, поэтому у нас довольно развиты технологии поливов земли и весь агрокомплекс.

На мосту я легко нашла Сью, и мы вместе стали искать При. На удивление, это было крайне сложно. Почему-то, все парни были крайне схожи на внешность, отличаясь чаще всего либо цветом глаз, либо цветом волос.

– Почему они все похожи? – недоуменно спросила Сью.

– Не знаю. Ты заметила, что многие девушки тоже почти не отличаются друг друга? – сказала я, рассматривая их.

– Да, здесь столько ребят и все они немного младше нас, но я никогда их не видела в школе, – сказала та, выискивая При.

И тут мы заметили ошарашенного парня в стороне и сразу узнали в нем своего друга, поэтому подошли к нему.

– Они… Я… Мы так с ними похожи… Почему? – растерянно тот спросил у нас.

Мы лишь пожали плечами и приобняли друга. Признаюсь, мы никогда не видели его таким. Да и в принципе нам эмоции не свойственны, кроме тех, что вызываются потребностями организма (усталость и раздражение, к примеру), кроме Сью. Она могла изображать и чувствовать куда больше, а я могу лишь анализировать поведение и ощущения, а после делать выводы.

Спустя двадцать минут раздался громкий звук. Это означало, что нужно идти к воротам Айденоса, так как после второго звонка они откроются и надо будет бежать, дабы не попасть в лапы метаморфов. Мы встали с самого бока, так как планировали бежать по периметру ограды, ведь там нет травы и бежать будет намного удобно, да и путаться под ногами никто не будет.

Громогласный звон и скрип ворот. Люди уже начали давить друг друга, пытались пролезть в небольшой зазор открывшейся новой жизни. Кто-то уже скрылся за пределом, мы же ждали своей очереди. И вот ворота открылись полностью. Большинство уже скрылось в непролазном лесу, а мы побежали налево. Сзади нас раздавался третий звонок. Ворота закрыли и теперь пути назад нет....

По ощущению, мы бежали довольно долго и уже виднелся конец каменной ограды, поэтому я остановилась. Мои друзья последовали примеру, и остановились немного позади.

– И что нам теперь делать? – немного задыхаясь спросила Сью.

– Думаю, нам надо получше осмотреться, – сказал При, оглядываясь по сторонам.

Справа от нас был настоящий лес, весь заросший и непроходимый. На фоне звучали неведомые нам ранее звуки, которые вызывали умиротворение.

– Это… Птицы? – удивленно спросила Сью, ища источник звука.

В нашем городе никогда не было животных, любой возможный звук – это спокойная музыка, которая уже лилась в наших генах, так как мелодия никогда не менялась.

Прямо от нас послышался треск опавших веток и шуршание травы. Кто-то шел к нам. Мы переглянулись с друзьями, При указал на чащу леса и мы одобрительно кивнули. Спустя пару секунд мы побежали туда, отдаляясь от нашего прошлого дома. Бежать долго не получалось, ноги постоянно путались в бурьяне, мы спотыкались. В какой-то момент пришлось остановиться, так как уже болели ноги и дыхание не могло вернуться в норму.

– Нам нужно укрыться, небо заволакивает серыми облаками. Скорее всего, уже вечер, – сказал При, разглядывая небо.

– Еще слишком рано. Мы не могли бежать восемьдесят часов, – настороженно сказала Сью.

Что-то высоко над нами загорелось, будто резкая вспышка света, который даже заставлял на доли секунд слепнуть. Как только искра исчезла, раздался громогласный грохот, который невозможно сравнить с любым шумом, который мы слышали в школе на уроках. Внутреннее беспокойство разливалось по всему телу, заставляя тело покрыться какими-то выпуклыми шариками. Наверное, именно это и называется страхом.

Я стала оглядываться по сторонам, пытаясь найти укрытие, но я никак не могла сфокусироваться, все было уж слишком смазанным, пока я не заметила огромный камень с глубокой трещинной.

– Нам надо укрыться. В этой глыбе есть глубокая трещина. Может, мы сможем там скрыться? – с надеждой спросила я, указывая пальцем на место.

Мы быстро побежали к проходу и по очереди зашли внутрь. Трещина начала расширяться и перед нами оказалось вместительное убежище, в котором мы могли поместиться. Конечно, особо здесь не развернешься, но тут все же уютнее, чем на улице.

Сквозь щель мы наблюдали за тем, что было снаружи. Грохот быстро прекратился, и мы услышали другой звук. Резкий и громкий, будто кто-то кидался железными шариками без перебоя.

– Что это такое? – ошарашенно спросила Сью.

– Вероятно, дождь – предположила я.

– Да. Консулы говорили, что за пределами города – это нормальное явление. Чем дальше мы отойдем от города, тем он будет сильнее и дольше, – сказал При.

– Почему у нас никогда не было дождей? – спросила я.

– Любые изменения погоды могли повлечь катаклизмы, поэтому консулы приказали ученым отслеживать изменения и устранять, – ответил При.

– Но как? Мы же не всемогущие! – удивленно возгласила Сью.

– Не знаю. Мне об этом не говорили. Единственное, что знаю – это профиль Мариэль, когда та бы пошла работать по предназначению, – сказал парень, разглядывая образовавшиеся лужицы.

Ближайшие 20 часов шел дождь. Мы уже изрядно проголодались, но никто из нас не хотел прикоснуться к своему маленькому запасу. Мы не видели по пути ничего похожего на ягоды, только трава и ветки. Охотиться – слишком опасно, ведь у нас нет ни лука, ни каких-либо навыков выживания. Объединив все эти факторы, мы осознали, что не знаем, когда сможем поесть еще, да и сможем ли вообще…

– Предлагаю обустроиться и поспать, – сказала Сью.

– Да, хоть сейчас и довольно рано, но почему-то клонит в сон. Нужно перевести дух, только Платон знает, что нас поджидает дальше, – сказал При.

– Вы пока устраивайтесь, а я буду охранять вас. Если что-то произойдет, то я вас разбужу, – сказала я, сев возле выхода.

При достал одну из тканей и укутал свои плечи и сел в углу, подозвав к себе Сью. Она села рядом и положила голову на его плечо, глаза ее тяжелели и моргать было все сложнее, а после и вовсе закрылись в спокойном сне.

Я смотрела в сторону и заметила листья дуба. Я выглянула из трещины пещеры и осмотрелась, никого не было поблизости и я выбежала к дереву. Оно было довольно высоким, но было легко забраться по обломавшимся веткам. Мне нужно было найти прутик для лука, точнее отпилить ножичком подходящую ветвь. Я делала это уже много раз в Айденосе, поэтому это не составило труда. Обратно я уже еле слезла, сил не хватало вообще, поэтому сделать лук – первая необходимость для добычи провианта.

Я быстро побежала обратно, чтобы сильно не промокнуть. Внутри я начала обтачивать ветку, удалив все неровности и шероховатости. Сделав концы лука идеальными близнецами, стала делать зарубки для будущей тетивы. Из своего рюкзака достала веревку и отмерила необходимую длину (она обязательно должна быть короче лука, чтобы было необходимое натяжение). Завязав веревку безопасным узлом, я потянула за образовавшуюся тетиву, чтобы проверить качество своей работы. Конечно же, получилось хуже, чем всегда, учитывая, что найти сухой прут было невозможно, а веревка не подходила, так как была немного толстоватой. Останется сделать только стрелы, но для этого нужно подождать окончание дождя, так как отсыревшие от влаги ветки не подойдут даже для обучения стрельбе.

– Ты все трудишься, да? – спросил При, разглядывая лук.

– Ты же меня знаешь, я не могу сидеть без дела, – сказала я, улыбнувшись.

– Поспи немного, я не могу нормально спать, – сказал парень, придерживая Сью за голову.

Я заняла его место и приобняла девушку, та прижалась ко мне сильнее и заулыбалась во сне. Сев рядом с сопящей девушкой, я почувствовала свою усталость. Глаза сами закрылись, и я погрузилась в свою темноту. В своей жизни мы никогда не видели снов, которые так яростно описывали многие авторы. Нам удалось обнаружить и уже потрепанные сонники, которые были крайне популярны (мы сделали такой вывод, так как экземпляров от различных авторов было куда больше, чем тех же учебников по математике или физике). В школе нам часто рассказывали, что это лишь выдумки и никто никогда не видел ничего, максимум всплески нейронов в виде белых и резких вспышек прямо перед пробуждением.

Но сейчас я видела именно сон. Нет-нет, поток воспоминаний. Я видела полянку, где мы всегда отдыхали и обсуждали наши учебные дела. Это место придавало мне спокойствие и безмятежность, которого мне не хватало сейчас. Я открыла глаза и попыталась прийти в себя, эта необычная деталь привнесла в меня что-то новое и в тоже время что-то также быстро забрало, иначе как объяснить боль в груди?

Глава 2. Если уж речь заходит о выживании, то здесь главное – многослойность защиты

На улице прекратился дождь и пахло чем-то неизвестным, но таким вкусным. Хотелось проглотить как можно больше этого дурманящего аромата. Неужели именно так и пахнет озон и эфирные масла, о котором писали в старых книгах?

– Мари. Как хорошо, что ты проснулась. В тех кустах уже пару минут кто-то шуршит, – сказал парень, указывая на кусты рядом с тем дубом. Я вылезла из объятий подруги и аккуратно уложила ее на землю. Сью всегда спала очень крепко, сейчас мне было это очень удобно. Я достала ножик и крепко сжала его в руке.

– Сядь поближе к Сью и будь начеку. Я пока узнаю, кто же там, – сказала я, пододвинувшись поближе к выходу.

Я нашла небольшой камень рядом и кинула его прямо в кусты и принялась наблюдать. Шорох прекратился. Ветви раздвинулись и на середину лужайки вышло какое-то животное.

– Очень похож на кабана. Мне показывали их фото. По книгам – крайне опасное животное. У него всюду стальная шерсть, – прошептал При.

– Не всюду, – с озарением произнесла я, вспомнив слова Сэма.

Я дождалась, когда кабан отвернется и крайне осторожно вышла из укрытия. К счастью, зверь не услышал меня и жадно пил воду из лужи. Я стала приближаться к животному со спины, чтобы перерезать горло и добыть свежего мяса. План был неплох и шла я довольно уверенно, но я не рассчитала то, что никогда не ходила по влажной земле. Наша обувь не была приспособлена к этому, поэтому уже через секунду я упала, ударившись копчиком и изгваздавшись в склизкой субстанции, которая быстро распространялась по моим штанам.

Животное грозно завизжало и стало быстро приближаться ко мне. Мои руки стали мокнуть не только от грязи, но и от активно выделяющегося пота. Я почувствовала дрожь в коленях и скрежет зубов. Надо было убежать или отползти, но я оцепенела.

Зверь уже подбежал ко мне, и я зажмурила глаза, приготовившись к смерти. Но тут я услышала отважный мужской крик. При прыгнул на зверя, оттолкнув от меня. Кабан завизжал и напал на Седьмого. Он начал кричать, от чего я пришла в себя и собрала волю в кулак. Я нащупала нож и побежала к парню и села на животное сверху. Довольно быстро и резко я нанесла несколько ударов ножом зверю. Тот истошно захрипел и попытался скинуть меня. Я же продолжила наносить удары, пока животное не рухнуло рядом.

– Что у вас тут происходит? При? – спросила Сью, которая только что проснулась.

Я оглянулась и увидела, что При не двигался. На его лице была явно кровь животного, так как не было и места укуса. Тут я его осмотрела и увидела, что его сильно укусили за ногу.

– При? – растерянно произнесла я, встряхнув его за плечи.

– Нужно было разбудить меня, – сказала Сью и стала щупать пульс у парня.

– Девочки, расслабьтесь. Он жив. Это лишь болевой шок, и он жив, но ему нужна срочная помощь, – сказал довольно знакомы голос сзади.

Я оглянулась назад и увидела Сэма. Спокойно выдохнув, парень подошел к нам.

– Дайте мне веревку, нужно остановить кровь. Кудряшка, принеси мне чистой воды. А принцесса поищет сухой хворост. Нам нужен огонь, – сказал парень с уверенностью.

Мы принялись за поручения. Найти сухой хворост на улице было просто невозможно, но я вспомнила, что был сухой мох и что-то похожее на ветки внутри нашего убежища. Я вынесла все это и пыталась понять, где все это расположить. Всюду были лужи и костер бы просто не разгорелся.

– Отлично. Я наложил что-то из разряда жгута. Мариэль, не стой тут без дела. Подержи своего парня, пока подруга промывает рану. Я разберусь с костром, – сказал парень с непонятной мне интонацией.

Я подошла к При и села рядом. Сью кропотливо и аккуратно обливала рану, чтобы убрать всю грязь. Он пришел в сознание и пытался улыбнуться, чтобы вернуть нас в спокойное состояние. Я не знала, что сейчас чувствую, но это точно было что-то отрицательное, ведь я должна была быть на его месте.

Сэм умудрился развести костер. Я не видела огня, но почувствовала характерный запах дыма (насколько я помню химию, то это аромат терпенов и продуктов пиролиза древесины).

– Сейчас держите ему руки. Мне нужно прижечь рану, – сказал Сэм, держа раскаленный нож в руках.

Сью хотела запротестовать, но Сэм делал все уверенно и быстро. Мы и моргнуть не успели, а вот При успел все прочувствовать и заорать, хотя я быстро среагировала и заткнула ему рот. Мы сейчас не могли бы никому противостоять, поэтому лучше и не привлекать внимания. Как только нож остыл, то Сэм убрал руку и отвязал веревку, так как кровотечение уже остановило.

– Перевяжи ему рану и дай ему еще немного воды. Как только ему станет лучше, то покорми, – сказал парень моей подруге.

– С ним… С ним все будет хорошо? —поинтересовалась она, пристально смотрев в глаза Сэма.

– Будем надеяться, что да. Нужно разделать тушу вашей добычи. Мариэль, идешь со мной, так как я не планирую в будущем постоянно с вами нянчиться, – сказал тот и направился к туше.

Я пошла за ним и с неким недоверием смотрела на животное.

– Мари, ты молодец, что била его в шею. Это спасло твоего друга и помогло обескровить зверя. Так мясо будет портиться дольше. Сейчас будет самое сложное: нужно снять кожу с зверя. Попробуй сделать надрезы над копытами. Да, главное, не порежься. Нам хватит одного раненного, – сказал парень и передал мне окровавленный нож.

Пилить дерево было намного легче, чем разрезать шкуру возле копыта. Пару раз, я чуть не попала по пальцам, из-за чего на меня чуть ли не шипел компаньон. К третьему копыту у меня уже получалось лучше и быстрее, что принесло мне некое удовлетворение работой.

– Ты не так безнадежна, как я предполагал вначале. Теперь отдай мне нож и смотри внимательнее. В следующий раз будешь разделывать сама, – сказал парень, перевернув зверя на спину.

Он провел ножом от внутренней стороны бедра рядом с суставами задних копыт. Далее он разрезал шкуру вдоль брюшины к шейной части, доведя лезвие до нижней губы.

– Сейчас нам надо снять шкуру ножом. Хочешь попробовать сама? – сказал Сэи, протянув нож.

Я поддела кожу на срезах и стала размеренно резать прожилки, натягивая свободной рукой отделяющуюся шкуру. Мне потребовалось довольно много времени, ведь я не хотела остаться без пальцев или сделать работу некачественно.

– В следующий раз уже будешь делать быстрее. Сейчас я покажу, как правильно отрубить копыта, – сказал парень.

Сэм уложил копыта животного на камень и приложил нож чуть выше сухожилий, после чего надавил на лезвие всем телом. Послышался хруст кости и копытце отлетело в сторону. Тоже самое он проделал и со вторым. Увидев, что я все еще пристально наблюдаю, он взял копытца и ударил ими друг об друга. Был довольно громкий и скрипучий звук, а от источников шума пошли искры.

– Копыта вепря – лучшее средство для быстрого розжига, но шумное, – с улыбкой сказал парень и отдал мне их.

– Это был вепрь? При говорил что-то о кабане, – сказала я, вспомнив о словах При.

– Слушай, если вам все же придется встретиться с Талакийцами и захотите быть в безопасности, то вы встретили вепря, – ответил Сэм с беспокойством.

Я не стала интересоваться. Раз сказано, что так безопаснее, значит безопаснее. Мы верим тем, кто спасает и учит. Сэм подвесил кабана и стал его потрошить (он объяснил, что самое главное – не затронуть печень, так как мясо станет очень горьким). Как только органы животного были выброшены под один из кустов (стоит отметить, что у них был уже неприятных запах), брюнет приступил к разделыванию туши, ведь мне он это не доверил (так как делаю все медленно, но аккуратно, хотя второй аспект он не отметил). Признаюсь, управлял ножом он отлично, не мудрено, ведь его отнесли к охотникам еще при рождении.

– Нам повезло, что рядом река. Советую набрать воды в ваши бутылки, так как ваша вода вся ушла на промывку раны. Я же возьму мясо, чтобы промыть его, – дал указание парень, взяв уже разрезанные куски мяса.

Я пошла к своим друзьям за емкостью для воды. При сидел у костра, а Сью поила его водой. Рядом с ними был раскрытый пакет из-под пайка. Парень выглядел почти также, как и всегда, только пот стекал с его лица. У него был жар, но я не знала, что это значит. Надеюсь, он просто так реагирует на лечение.

Как только ребята освободили последнюю тару, я забрала и пошла искать парня. Как оказалось, совсем недалеко за нашим убежищем был небольшой водоем, похожий больше на ручей своими размерами (особенно, если сравнить с рекой в Айденосе). Мясо лежало на земле, а Сэм жадно пил воду из своих рук.

– При в сознании, – сказала я, чтобы завязать диалог.

– Как он себя чувствует? – спросил парень, вытирая рукавом стекающие с подбородка капли.

– Я нашла упаковку от пайка, значит, он полон сил. Я видела, как он выпил достаточно много воды, следовательно, не обезвожен. Из этого могу сделать вывод, что он в стабильном состоянии. Только вот у него лихорадка или у костра жарко, так как При вспотел, – констатировала я.

– Значит, интересоваться самочувствием других ты не любишь. А вот пот – это плохо, так как чаще всего это признак лихорадки, – сказал парень, о чем-то задумавшись.

Сэм помог мне набрать воды и отставил их в сторону. После этого мы взяли по довольно тяжелому куску мяса и опустили в воду. Парень сказал, что нужно замочить мясо как можно лучше, чтобы остаток крови вымылся. Да и есть грязное мясо – антисанитарно.

– Вепрь был больше, куда делось остальное мясо? – спросила я, поглаживая мясо под водой.

– Дело в том, что мы не можем есть мясо, которое на кости. Оно вызывает тошноту и рвоту, – ответил тот, достав кусок из воды.

– А кто-то его может употреблять? – решила узнать я.

– Да, старейшие Талакийцы. Я только наслышан о них, про них достаточно былин, – сказал парень и стал пристально на меня смотреть.

Я не обратила на это внимание и продолжила заниматься своим куском мяса.

– Как же тяжело с тобой общаться, Мари. Ты должна была поинтересоваться, что я о них знаю, – сказал тот и улыбнулся.

– Зачем? Ты не владеешь достоверной информацией, только какие-то сказки, – сказала я, пожав плечами.

– Даже если и сказки, то почему бы просто не послушать? Вдруг из этого что-то и окажется реальностью? – спросил тот, как-то странно улыбнувшись только одной стороной рта и прищурившись.

– Думаю, ты прав. Тогда я готова узнать данную информацию, – сказала я и достала последний кусок.

–Через 20 часов стемнеет. Нам надо приготовить мясо и двигаться дальше. За костром расскажу все, что знаю, – сказал парень и взял куски мяса.

Мы подошли к костру, где сидели мои друзья. При положил голову на колени Сью и размеренно дышал, вероятнее всего, он спал. Девушка же аккуратно поглаживала волосы парня и что-то тихо нашептывала ему на ухо.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась я.

– Я пою колыбельную, чтобы ему было легче заснуть. Ему очень больно, – сказала она с мокрыми глазами.

– Откуда ты знаешь песни? Мы же никогда ничего такого не проходили в школе, – спросила я.

– Моя мама мне пела перед сном. Точнее шептала, это же было запрещено, – ответила мне девушка.

Я села с другой стороны и стала затачивать ветки, делая из них шпажки для запекания мяса. Сэм сел рядом со мной и начал насаживать куски вепря, после чего приставил шампур к костру. Мясо зашкворчало, оно начало стягиваться и немного светлеть. Появился манящий аромат готовой еды, который раньше я никогда не чувствовала. Мы редко ели мясо животных (были распространены случаи массового отравления с летальными исходами), давно перешли на синтез белковой пищи. Но этот нежный и в тоже время сильный аромат почти готового мяса.

– Мари, чувствуешь этот чудесный аромат? – сказала Сью с горящими глазами.

– Да. Белки мышцы животного денатурируют с образованием продуктов конденсации цистеина с сахарами, например, 2-метил-3-фурантиол и его димер, а также 2-фурилметантиол. Ну или по-простому, то мы чувствуем результат реакции Майяра, – пояснила я для Сэма.

– По-простому, пахнет необычайно аппетитно, что слюнки сложно сдержать, – передразнил меня парень.

Я замолчала, никак не могу привыкнуть к тому, что никому не нужны подобные факты, ведь мы больше не в Айденосе и не в своих кругах, где это было бы нормальным.

– А мне… Мне очень нравятся эти научные факты… Расскажи еще… Прошу, – прохрипел При

– Видишь, мясо становится коричневым неравномерно. Где-то появились черные угольки. Это обугливание жиров. Жиры – это сложные эфиры глицерина и жирных органических кислот. При температурной обработке они химически превращаются в альдегиды, это мы не можем наблюдать, но чувствуется характерный запах. Если попробовать этот уголек, то будет немного сухо и горько во рту, – констатировала я.

– Ого, я думал мясо пахнет просто дымом от костра, – перебил Сэм

– Запах дыма тоже присутствует. Сирингол и гваякол, к примеру, являются продуктами реакции горения веток и листвы. Они как раз и придают аромат дымка, – завершила свой урок я.

– Спасибо за урок науки для человека, никогда не ходившего в школу. А теперь угощайтесь мясом, нам всем нужны силы, – сказал Сэм и раздал всем по шампуру.

Мы дружно откусили кусочек мяса и начали его жевать. Признаюсь, вкуснее этого я никогда ничего не ела или не помню такого. Мы были очень голодны, так как ели еще в Айденосе, может, поэтому и казалось, таким вкусным?

– Ну что детки, а теперь у вас будет урок Талакийцеведенья. Во-первых, они не мутанты как таковы. Они похожи на всех нас, но выше. Лица многих украшают ожоги и порезы от диких животных. Существуют легенды, что их возглавляют старейшины – основатели поселения Талаки, которые живы до сих пор. Они застали крах всего мира и возрождение нового. Они основали свое поселение и заключили мирный договор с нашими консулами. Они во многом грубы, но справедливы. Правда, именно они и забирают детей, вот что с ними делают я не знаю, но думаю, что те нужны для простого труда: сельское хозяйство, создание стрел, ножей и так далее, – сказал тот.

– Раз им только для таких работ, то почему они их так отлавливают? Почему бы просто не встретить возле ворот испуганных детей и не отвести к себе? – поинтересовалась Сью.

– Ты никогда не смотрела вверх? Хоть у нас и договор с Талакийцами, но у всех лучников приказ охранять нашу ограду и пропускать только охотников, любой не городской житель попадет под град стрел. Нас же они встречают спокойно, если мы делимся с ними добычей, то они дают нам переночевать возле их поселений в полной безопасности, а после продолжить путь, – продолжил Сэм.

– Тогда почему мы все еще здесь, а не пошли к ним? – перебила его я.

– Потому что вы ему нужны, особенно Седьмой. Вы знаете куда больше о выживании, развитии и новой эре, чем все они. Те дети, которые приходят к ним – пустые болванки, которые не знают ничего об Айденосе. Они не знают ни своих имен, ни своей касты. Мы, охотники, называем их Серыми, так как они словно серая масса, ничем друг от друга не отличающиеся. А вы… Вы другое дело. Вы знаете всю историю, науки, инженерную составляющую. А Седьмой так вообще лакомый кусочек. Ты же знаешь все о порядке, управлении и мироздании, – тревожно сказал тот.

В нашей компании повисла тишина. Нам не стоило находиться здесь, а мирно сидеть в городе. Но теперь нам нужно вертеться и выживать.

Глава 3. Предательство – это нарушение доверия в очень значимых и серьёзных для нас вопросах

– Куда мы пойдем дальше? – спросила я, сложив оставшиеся кусочки в большой лист с дерева и убрав их в рюкзак.

– Если мы пойдем прямо, то упремся в поселение Талаки. Если будем держаться правее, то упремся в тупик в виде холодных скал. Нам надо идти в обратную сторону и пройти дальше ворот Айденоса к Святой Роще. Вас там не будут искать. Только вот проблема в том, что идти нам куда больше, чем 10 часов, а ваш Принц не сможет пройти и пару минут, – задумчиво сказал Сэм.

– И что нам сегодня делать? – спросила Сью.

– Нам нужно уйти немного к горам, хотя бы на пару километров. Талакийцы редко когда подходят к ним близко, не знаю почему, но это наш шанс спокойно переночевать, – сказал парень, затушив костер.

Сэм помог встать При, перекинул его руку через шею, сделавшись неким костылем. Сью же подошла с другой стороны, приобняв его за талию. Я пошла сбоку. В руках у меня были ветки и нож, а на плече весел новый лук. Раз нам нужно было идти так далеко, то можно и заточить стрелы, да и третьим колесом в сплоченной системе ребят быть не хотелось.

Правда, пройти довольно далеко не получилось, так как При начал стонать от боли где-то часа через два или три, да и ребята уже не могли его особо тащить. Мы подошли к ближайшему большому дубу и усадили парня.

– Как ты там? – спросила Сью, вытирая рукавом пот со лба парня.

– Дайте мне пол часа отдохнуть и я смогу идти дальше, – прохрипел он, корчась от боли.

– Не сможешь. У тебя началась лихорадка, поэтому нам придется основать тут. Вам все еще выдают ваши тряпки? – спросил Сэм, присев рядом с рюкзаками.

– Да. Ты что-то придумал? – поинтересовалась я.

– На этом дереве есть две большие ветви, но они где-то на высоте 3-ех метров. Мы свяжем тряпки поднимем Седьмого наверх и привяжем веревкой, чтобы не упал. Рядом с ним будет сидеть Сью. Мы с Мариэль будем сидеть напротив дерева внизу. Если кто-то придет, то мы представимся охотниками, а вы двое будете молчать. Если вас найдут, то вы обречены. А нас двоих могут не особо приметить, особенно если принцесса будет помалкивать или не говорить на своем научном языке, – сказал парень, достав ткани.

При довольно долго пререкался, ведь ему не хотелось подставлять друзей. Но Сью смогла его убедить, поэтому мы начали связывать ткани. Сэм залез вверх по веткам, держа в руках конец ткани. Перекинув ее через ветку выше, он стал ждать, когда мы обвяжем друга. Как только мы его зафиксировали, то Сэм начал тянуть изо всех сил. При стал приподниматься над землей, секунда за секундой его ноги отдалялись от земли сантиметр за сантиметром. Я залезла наверх и помогла парню тянуть, так как Сэм уже выдыхался. Сюзи же сидела на ветке, где и должен был оказаться При.

Как только парень был уже на уровне нас, то Сюзи перетащила его на ветвь, усадив его там. Сэм достал веревку и привязал его покрепче к ветви и стволу, чтобы он не упал, потом также закрепил и Сью. Проверив прочность веревок, он им оставил рюкзак с ножиками и немного съестного на случай непредвиденных обстоятельств.

– Ну что, Мари. Готова к жаркой ночи? —спросил тот, странно улыбнувшись.

– Ты разожжешь костер? – спросила я.

– Ага. Раз мы охотники, то не должны сильно выделяться или вести себя странно. К тому же, укусы местных насекомых крайне неприятные и иногда опасные. Есть такие виды, которые отравляют человека, путают сознание и лишают подвижности. А дым от костра хорошо их отпугивает, – сказал парень, складывая хворост в кучу.

Огонь разжегся довольно быстро, парень достал нож и начал затачивать стрелы, я тоже присоединилась к его занятию. Около часа мы сидели в тишине и занимались своими делами, вокруг начало темнеть. Небо было завораживающе алого цвета с проблесками ярко оранжевых полос. Последние лучи света сегодняшнего дня никак не могли отпустить нас, да и я не хотела осознавать, что с утра проснулась в своей комнате под старым и давно изжившим себя пледом, а сейчас греюсь у костра в неизвестном месте и не знаю, что меня ждет завтра. Это незнание выводит меня из моего состояния спокойствия.

– А я сначала ждал, что ты выдашь краткий экскурс по насекомым, – резко сказал Сэм.

– Я о них ничего не знаю, не моя сфера изучения, – ответила я.

– И что же ты изучала? – поинтересовался парень.

– Кроме классических предметов что и у всех, практические занятия я проходила всегда в лабораториях, да и я была обязана изучать химию в свободное время, ведь это мое предназначение, – ответила я, заточив последнюю стрелу.

– Тебе нравилось это предназначение? – поинтересовался тот, посмотрев в мои глаза.

– Нет. Я хотела бы стать охотником, как, похоже, и выходит сейчас. Но меня вполне устраивало и раз мне дали такое предназначение, то я бы с гордостью пошла бы на работу и делала все на благо нашего идеального города, – ответила я, опустив взгляд.

– Почему охотником? Это же не самая уважительная работа, тем более для людей вашего круга, – спросил тот, копошась палкой в костре.

– Мне папа подарил маленькую игрушку, когда я была маленькой. Я не знала, что это такое и откуда она. Когда я пошла в школу, то стала копошиться в книгах, дабы узнать, что это за объект. Спустя пол года я нашла фотографию, похожую на тот подарок. На ту маленькую металлическую птичку. Я не знала, какие они звуки издают и всегда хотела хоть разок их услышать. Я узнала у родителей, кто их изучает. Как оказалось, в Айденосе не было никогда птиц и единственные, кто их когда-то видел – охотники. Отец помогал мне достать первый лук и найти подходящие книги с теорией по стрельбе, а после я много практиковалась, чтобы применить теорию на практике, – сказала я, достав птицу.

– Надо же. В тебе есть задатки чувств и человечности, а я думал, что ты безнадежна, – с улыбкой сказал тот, разглядывая мою игрушку.

– В Айденосе эмоции – враг. Ты становишься пристрастным, зависимым от них, от людей и человечности… Но и отказаться от нее совсем было не самой лучшей затеей, я лишь выполняла предписания Консулов, – рассказала я, почувствовав уже знакомую пустоту в сердце.

Сэм не стал допрашивать меня дальше, и мы просто сидели в тишине. Спустя пол часа меня начало клонить в сон, так как в городе мы в это время уже ложились спать. Ребята на дереве уже спали, так как перестали доноситься их разговоры.

– Ладно. Тебе пора ложиться спать, я послежу, чтобы мы не попали в передрягу, – сказал парень, увидев мои глаза.

– Разбуди меня, когда самого будет клонить в сон,– сказала я, зевнув.

Ночью на улице было прохладно, поэтому Сэм достал мне смятое одеяло, в которое я потом укуталась, откинулась назад и уперлась спиной в дерево. Заснуть было довольно легко, я чувствовала сильную усталость, нет-нет, изнуренность. В это раз мне ничего не снилось, тяжесть в ногах унесла все силы на сновидения…

– Мари… Мари… Просыпайся, – послышался отдаленный голос парня.

–Что… Что случилось? – недоуменно спросила я, понимая, что спала лишь несколько часов.

– У нас гости, – сказал Сэм, указывая в сторону.

Я сфокусировалась на тех зарослях и увидела шевеления и тени. Я напряглась, так как встретиться с животными мне больше не хотелось, а увидеть Талакийца… Даже и не знаю, что я бы боялась увидеть сильнее. И тут появился молодой человек высокого роста, стройный, с густыми курчавыми волосами каштанового цвета, большие бегающие глаза с открытым взглядом. Его израненное лицо украшает прямой нос, и маленькие губы.

– Сэм, Сэм, Сэм. Как давно я тебя не видел. Думал, ты попал в передрягу, а ты лишь девушек развлекаешь, – сказал мужчина с израненным лицом.

– Дерек, приятель. Я думал за прошлые передряги ваш совет тебя изгонит из своего поселения, – сказал Сэм с доброй улыбкой.

– Я выкрутился, не познакомишь меня с дамой? – поинтересовался мужчина, разглядывая меня.

– Это Мариэль. Совсем недавно закончила обучение на охотника. Пару дней уже я обучаю ее практике, пока подает неплохие надежды, – ответил Сэм, похлопав меня по плечу.

– Приятно познакомиться. Я лекарь Талакийцев, так что если попадешь в беду, то можешь приходить к нашему поселению. И да, не поделитесь ужином со странником? Я видел недалеко отсюда протухшее мясо, – сказал тот, присев рядом.

– Да. Мари впервые забила вепря, и мы немного поживились, так как пару дней не могли найти пропитание, – сказал Сэм и достал куски мяса.

– Я все никак не могу понять, зачем вы все еще существуете? —поинтересовался чужак, сев рядом со мной и откусив кусочек мяса.

– Дело в том, что ученым интересно изучать химический состав костей, узнавать влияние радиации на растения, животных и людей. Так же, здесь мы ловим живность для их экспериментов и разработки новых антибиотиков, – сказал Сэм, копошась в своем рюкзаке.

– Кстати, ты принес обещанное? – спросил Дерек, покосившись на меня.

– Да. Как и обещал, – тихо произнес Сэм и протянул две ампулы антибиотиков.

– Тебя что-то смущает, куколка? – с ухмылкой спросил Талакиец, увидев мою настороженность.

– Да. Зачем тебе сильнодействующие антибиотики класса А? – прямо спросила я, разглядывая светло желтую жидкость.

– А ты как думаешь? – решил узнать Дерек и пододвинулся поближе.

– Я думаю, у вас лихорадка гриппа или чего-то подобного, – с уверенностью сказала я.

Парень усмехнулся и посмотрел мне в глаза. Он положил ампулы в карман, а уже через секунду притянул к своей груди левой рукой, а правой приставил нож. Сэм немного отстранился и лишь наблюдал за этим.

– Кто ты, милая моя? – спросил он прямо у моего уха.

– Я… Охотник, – прохрипела я, боясь пошевельнуться.

– Не похоже… Думаю, это лишь антураж, а сама ты из безрассудных добровольцев, – смеясь произнес тот.

– Дай мне мой лук и я покажу, на что способна, – ответила я с уверенностью.

Парень убрал нож, и я выпала из его объятий. Он ждал моей провальной стрельбы, но тут уж я не оплошаю. О Хаксли, помоги мне не осечься в этой темноте…

Я взяла лук и заточенную стрелу, параллельно ища взглядом необходимую мишень, благо, подходящая была рядом. Вставив стрелу и натянув тетиву, я нацелилась на сидящего Дерека. Парень лишь заулыбался, он пристально и спокойно смотрел мне в глаза. Я выстрелила. Стрела пролетела на пару миллиметров левее головы парня и точным ударом воткнулась в землю за ним.

– Плохой ты все же стрелок, куколка, – с ухмылкой сказал брюнет.

– Не похоже. Она только что спасла тебе жизнь. Оглянись, – произнес Сэм, разглядывая стрелу за парнем.

Дерек оглянулся и увидел убитую змею. Она была совсем рядом с ним и могла бы очень сильно отравить Талакийца. Парень посмотрел на меня с благодарностью.

– Спасибо, что не убила меня и спасла от неприятного укуса этой змеи. Он бы меня не убил, но боль бы была не хилой, – сказал тот, оттолкнув чешуйчатую.

– Теперь убедился, кто я? – с уверенным взглядом спросила я.

– Да. Ты Мариэль из касты Земли, умна не по годам. На том дереве спрятаны твоя подружка с кучерявыми волосами и раненый парень из Консулов. Но за маскарад спасибо, – сказал парень и скрестил руки на груди.

Я навела на него лук, а он и не вздрогнул. Только усмехнулся и посмотрел на Сэма. Парень же опустил рукой мое оружие и постарался успокоить своим невозмутимым взглядом.

– Мари, на него можно положиться, – сказал Сэм, взяв меня за плечо.

– А ты молодец, не стушевала. Не переживай, мне вы не нужны вообще. Я занимаюсь лишь лечением Талакийцев и не поддерживаю их решения, но хотел бы брать у твоей компании советы, если еще вас встречу. Поверь мне, ты от этого сможешь выиграть в будущем, – произнес Дерек, смотря в мои глаза.

– Мари, я ручаюсь за него, как за себя, – произнес Сэм, увидев мои колебания.

– Как жаль, что я не верю и тебе, – сказала я, отбросив лук.

Как можно доверять этому неопрятному, вечно ухмыляющемуся охотнику, который все про нас рассказал Талакийцу, который может в любой момент привести к нам своих сородичей и пытать нас ради информации? Мой мозг разрывался от эмоциональной нагрузки, которую в столь большом количестве он никогда не получал. Часть меня, которую я не понимаю, советует довериться ему. А другая же часть неистово требует убить обоих…

– Ладно, я отвечу на любой вопрос, если ты поможешь залечить укус животного, – ответила я.

– А вот это правильный подход, куколка. Вот здесь лежит смесь трав. Приложите к ране и закрепите тканью, укус через дня два пройдет и от раны останется небольшой шрам. Если поднимется температура, то дайте попить настоя из синих ягод, которые растут везде. Думаю, сварить чай будет не сложно, – сказал парень, протягивая мне сверток.

– Чай? Мы никогда не пили ничего подобного, – недоуменно сказала я.

– Это упущение всей твоей жизни. Для этого тебе понадобятся листья растений и ягоды. Налей в флягу чистой воды и добавь все ингредиенты, потом нагрей, пока не пойдет белый пар. Затем остуди настой и принимай внутрь. Зимой же можете пить и в горячем виде, чтобы не замерзнуть, – сказал тот, протянув мне давно обугленную металлическую флягу.

– Спасибо за совет. Теперь, что же тебе нужно от меня? – спросила я, рассматривая флягу.

– Люблю таких, как ты: жестких и все сразу по делу. Еще немного и готов влюбиться. Расскажи мне про антибиотики. Как я понял, ты не плохо осведомлена о них, – попросил Дерек.

– Антибиотики делятся на 4 класса: класс А или лекарственный. Разработан для лечения серьезных и смертельных заболеваний, передаваемых воздушно-капельным путем. Класс Б или начальный, лечит различные инфекции по типу грибка, а так же на ранних стадиях помогает вылечить рану. И класс В, который помогает излечить тяжкие заболевания и ранения намного быстрее и продуктивнее. На самом деле, это не все антибиотики, а лишь общее название. К ним часто относят и другие лекарства, но часто это лишь смеси лекарств, отдельно не существующие, – сказала я и осеклась.

– Детка, со мной лучше не играть. Расскажи про четвертый тип антибиотиков, – потребовал тот.

– Четвертый тип я никогда не видела в лаборатории, только рецептуры. Класс С или воскрешающие. Конечно, они не могут воскресить, но если ты на пороге от смерти, то спасут уж наверняка. Но его нельзя использовать на право и на лево, так как разрушают иммунную систему максимально, после этого надо бережно относиться к здоровью, так как даже малейший сквозняк вызовет смертельную лихорадку, – ответила я с настороженностью.

– Хмм, это довольно интересная информация. На этом я покину вас, но не бойся я еще вернусь, когда нам обоим это понадобится, – сказал тот и, не прощаясь, исчез в тени ночи.

Сэм хотел поговорить обо всем, что сейчас произошло, но я не хотела его слушать. Я легла на землю и просто закрыла глаза. До рассвета оставалось часов 5, поэтому хотелось отдохнуть и подумать без усталости и раздражения…

Я проснулась намного позже рассвета, что было мне не свойственно. Я слышала только голоса и смех Сьюзи, что и разбудило меня.

– Мари, ты проснулась! Сэм рассказал нам о ночной встрече с Талакийцем и ты была просто великолепна! – восторженно произнесла подруга.

– Сэм предатель. Он сдал нас одному из них и теперь мы в опасности, – сказала я с растущим во мне негодованием.

– Мари, если бы я ему не сказал, то он бы уже отловил вас по одному. А так я наладил ваш контакт и построил доверие, – сказал Сэм и слегка улыбнулся.

– Доверие? Откуда он знал, где находятся эти двое? Откуда он знал, что При ранен? – поинтересовалась я, скрестив руки.

– Он следил за нами и, возможно, все еще следит. Поверь мне, если бы он хотел сдать вас своим, то уже бы сделал ночью, когда вы были уязвимее всего, – сказал тот парень, выпив немного воды.

Я не захотела продолжать диалог. Часть меня хотела довериться Сэму, ведь он помогает нам выжить, но другая часть просит быть на стороже, ведь предал раз, предаст и второй раз. Мне не нравилось себя так чувствовать, я так хочу обратно в Айденос, где не было ни предательств, ни интриг, только порядок и честность…

– Мари, я понимаю тебя, но мы не сможем жить без связей здесь. И мой тебе приказ: успокойся, – сказал При, положив мне руку на плечо.

Голубоглазый брюнет выглядел сегодня гораздо лучше, я посмотрела на его ногу и увидела позеленевшую ткань возле раны, похоже Сьюзи послушала Дерека и нанесла на рану его компресс. Действует он, конечно же, хуже наших антибиотиков, но все же помог. При улыбался и что-то пил, наверное, это тот самый чай, о котором и говорили.

Мне стало немного спокойнее, так как При был невероятным воплощением всего того, во что я свято верила. Я принялась к своему завтраку, Сьюзи и Сэм о чем-то шептались и смеялись, пока мы с Седьмым завтракали в тишине.

– Через пол часа мы двинемся дальше, – сказал Сэм всем.

Сьюзи и При одобрительно кивнули, я же просто вздохнула. Мы все сложили в рюкзаки и двинулись вперед. В этот раз При помогала только Сьюзи, хотя по состоянию Седьмого и его походке я поняла, что он мог уже идти сам без этих импровизированных костылей в виде товарищей, но он был так рад, что я решила промолчать впервые в своей жизни.

Вдали виднелись пики гор, которые я видела лишь на картах. Мне не приходилось представлять их грандиозность и величественность, но тут я не могла отвести взгляд. Белые макушки, полностью покрытые снегом. Интересно, снег действительно такой обжигающе холодный, как пишут или это гиперболизация?

– Мы уже недалеко от Священной Рощи. Нам нужно подойти к тем серым постройкам, – сказал Сэм, указав вперед.

Наверное, если бы он не сказал, что те серые пятна являются постройками, то я бы подумала, что это лишь окаменелости. Приближаясь к ним, я смогла разглядеть очертание кирпичей, потрескавшегося бетона и ржавого металла. Немного справа от этого здания лежало что-то затерто-желтое, заросшее лианами и травой.

– Это небольшой алтарь. Сюда люди приносили все предметы, которые могли иметь хоть какое-то излучение. Возможно, именно из-за остаточной радиации тут и не растет особо трава и деревья, – сказал Сэм, облокотившись на покошенную колонну.

– Не совсем так. Святая Роща – это могила. Мы идем по забетонированному склепу, а на нем редко что может расти. Очень символично, но хоронили всегда рядом с церковью или реальным склепом. Люди надеялись, что смогут выжить и прийти скорбеть по своим близким людям со временем, – пояснил При.

– В том здании я живу все время, которое нахожусь за пределами Айденоса. Милости прошу в мой личный храм, – сказал Сэм и направился в самое сохранившееся здание.

Мы последовали за ним. Эта постройка выглядела крайне невзрачно, но довольно надежно. Внутри не было мебели, но была полуразложившаяся подстилка. Сэм помог сесть Седьмому на нее, который уже изрядно выбился из сил. Мы немного перекусили и укутали парня в ткань, чтобы тот смог спокойно вздремнуть и восстановить силы.

Я же не могла унять свое любопытство. Мне просто необходимо исследовать все, что меня окружает в данный момент. Я оставила ребят в комнате и пробралась в соседнюю. Она была завалена деревянными полками, лавками и другой мебелью. Я подошла поближе и заметила, что за ней спрятана какая-то дверь.

– За тобой нужен глаз да глаз, – сказал Сэм, подойдя сзади.

– Что там? – спросила я, указав на эту дверь.

– Я не знаю. Как видишь, комната завалена и нет возможности пролезть, – ответил тот, приблизившись ко мне.

– Это все деревянное, вероятнее всего тут уже все держится на честном слове, так как дерево имеет свойство гнить. Ты поможешь мне расчистить комнату и отправить все это на дрова или будешь с важным видом стоять рядом? – спросила я, подойдя к ближайшей лавке.

– Какая ты настырная, принцесса. Имею слабость соглашаться на твои авантюры, – с улыбкой сказал тот.

К счастью, дерево уже превратилось в труху и разломать все было очень легко. Очень быстро мы разобрали, разъединив скрепленные детали ножиком. К нашему несчастью, на двери был ржавый замок, который явился последней преградой между мной и моим любопытством.

– Я пойду схожу за копытами вепря, думаю, они помогут нам сбить этот замок, – сказал парень и скрылся.

На улице медленно подкрадывался закат. Я начала чувствовать ноющую боль в мышцах всего тела, поэтому села на холодный бетон в ожидании парня. Тот вошел в комнату и улыбнулся, посмотрев на меня. Он протянул руку и помог встать. Я ждала в стороне, пока Сэм бил копытом по замку, от него летели искры и громогласный звон, пока замок не поддался и не свалился на пол. Парень стал изо всех сил давить на дверь, пока та со скрипом не открылась. В комнате сильно пахло пылью и было довольно темно. Мы долго вглядывались в этот мрак, пока наши глаза к нему не привыкли…

Глава 4. Книга, созданная руками человека, стала такой ж

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.