Синьцзэ Ли
Ань Жань 3:Игра

1. Подкуп

В просторном и роскошно обставленном конференц-зале группы Ян-хэ царила напряжённая атмосфера, подобная тишине перед бурей. Длинный стол, словно молчаливая река, разделял две стороны.

Председатель правления группы Ян-хэ, сидел по одну сторону. На его лице глубоко врезались следы времени, седые волосы были тщательно зачесаны, подчёркивая его строгость и основательность. Более 70 лет жизни оставили свой отпечаток на нём. На нём был сшитый на заказ тёмно-синий костюм, каждая складка которого словно повествовала о его влиянии и власти в деловом мире. Его руки спокойно лежали на столе, пальцы ритмично постукивали по поверхности. Этот лёгкий стук был словно объявление о его доминировании.

За Ян Хэ, по бокам от него, сидели руководители группы Ян-хэ. Все они сидели прямо, с серьёзными лицами, словно верные солдаты, ожидающие приказа своего командира. Один из руководителей, отвечающий за рынок, пристально смотрел на противоположную сторону. Его ручка без устали что-то записывала в блокноте: он то хмурил брови, то слегка кивал. Каждое его движение говорило о высокой степени важности этой встречи.

По другую сторону длинного стола сидела секретарь Торгово-промышленной палаты и генеральный директор компании Линхай Цзя Хуй. На ней был строгий, но элегантный деловой костюм. Воротничок белой блузки был слегка расстёгнут, и виднелась изящная цепочка. Волосы были собраны в строгий пучок, но несколько прядей спадали на уши, добавляя её облику женской мягкости. Выражение лица Цзя Хуй было спокойным и уверенным. Её взгляд твёрдо встречался со взглядом Ян Хэ, без малейшего колебания. Руки она сложила на столе. В руках держала документы, которые периодически просматривала, затем поднимала голову и чётко излагала свою точку зрения.

Заместитель председателя Торгово-промышленной палаты Ань Жань сидела слева от Цзя Хуй. На ней было светло-голубое платье с чёрным жакетом поверх, что подчёркивало женскую элегантность и деловую хватку. Ань Жань была красива, на лице играла лёгкая улыбка, но за этой улыбкой скрывалась недюжинная сила. Её глаза были яркими и выразительными. Во время переговоров она время от времени обменивалась взглядами с Цзя Хуй, передавая свои мысли. Правая рука лежала на столе, пальцы машинально крутили ручку, демонстрируя, что она обдумывает стратегию действий.

Гао Чуань, вице-президент компании Линхай, сидел справа от Цзя Хуй. На нём был тёмно-серый костюм с тёмно-синим галстуком. Выглядел он солидно и внушительно. Выражение лица Гао Чуаня было серьёзным, взгляд его бегал между Ян Хэ и документами для переговоров. Время от времени он что-то записывал в свой блокнот, а затем поднимал голову и громким голосом высказывал своё мнение. Он сидел прямо, слегка наклонившись вперёд, демонстрируя свою сосредоточенность на переговорах.

Ян Хэ медленно заговорил низким и сильным голосом:

– Уважаемые, вы, конечно же, знаете о позиции и вкладе группы Ян-хэ в электротехнической отрасли. Мы надеемся, что Внешнеторговая палата гарантирует группе Ян-хэ долю рынка экспорта электроники не менее 80%. Это крайне важно для нашего долгосрочного сотрудничества.

Говоря это, он слегка жестикулировал, подчёркивая свои слова.

Цзя Хуй слегка улыбнулась и неторопливо ответила:

– Господин Ян Хэ, мы высоко ценим достижения группы Ян-хэ в электротехнической отрасли. Однако Внешнеторговая палата – это справедливая и беспристрастная организация, и мы должны учитывать интересы всех членов. Если мы предоставим группе Ян-хэ 80% доли рынка, это будет несправедливо по отношению к другим членам и противоречит принципам работы Внешнеторговой палаты.

Говоря это, она открыла свои документы, показала Ян Хэ некоторые данные, провела пальцем по цифрам, чётко всё объясняя.

Гао Чуань тут же добавил:

– Господин Ян Хэ, если говорить о реальном положении дел на рынке, то сейчас все компании стремятся расширить свой зарубежный рынок, конкуренция очень высока. Если мы будем чрезмерно увеличивать долю рынка для группы Ян-хэ, это вызовет недовольство других компаний и может привести к дисбалансу на рынке. Это негативно скажется на развитии всей отрасли.

Его голос был спокойным и уверенным. Говоря, он слегка наклонился вперёд, жестикулируя, стараясь, чтобы Ян Хэ лучше понял его точку зрения.

Ань Жань кивнула в знак согласия.

Стороны обменивались аргументами, каждая стояла на своём, и переговоры зашли в тупик. Ян Хэ помолчал немного, а затем махнул рукой и сказал своим помощникам:

– Вы можете идти.

Помощники поднялись и организованно покинули зал заседаний.

Когда руководители группы Ян-хэ поднялись и вышли из зала заседаний, тяжёлая дверь медленно закрылась, издав щелчок, словно отгораживая от внешней суеты и делая атмосферу в зале ещё более напряжённой. Теперь в просторном зале заседаний остались только Ян Хэ, Цзя Хуй, Гао Чуань и Ань Жань. Противостояние по обе стороны длинного стола не ослабло из-за уменьшения количества участников, а, наоборот, усилилось, став ещё более напряжённым.

Ян Хэ по-прежнему спокойно сидел в кресле. Его строгий тёмный костюм был идеально выглажен, лицо не выражало никаких эмоций, лишь лёгкая улыбка играла на губах. В этой улыбке сквозила уверенность человека, повидавшего многое, и одновременно чувствовалась некая непререкаемая власть. Он слегка поднял руку, не спеша поправил галстук, затем небрежно опустил руки на подлокотники, слегка наклонившись вперёд. Его взгляд пробежался по Цзя Хуй, Гао Чуаню и Ань Жань. В глазах читалось осознание собственного авторитета, заработанного за пятьдесят лет работы, словно он без слов сообщал собеседникам, что его слова весят немало.

– Цзя Хуй, Гао Чуань, Ань Жань, вы все знаете, что я, Ян Хэ, проработал в электротехнической отрасли целых пятьдесят лет, – начал Ян Хэ. Его голос был спокоен и звучен, словно бой старинных часов, эхом раздаваясь в зале заседаний. – За эти пятьдесят лет я повидал всякое, какие только трудности не встречались на моём пути. Группа Ян-хэ достигла нынешних масштабов и положения благодаря упорному труду.

Он говорил, одновременно слегка взмахивая правой рукой в воздухе, словно описывая долгий путь, пройденный за эти пятьдесят лет. «А эти молодые предприниматели из внешнеторговой палаты, создавшие свои электротехнические предприятия… что они могут противопоставить Группе Ян-хэ? Они только что появились на свет, у них нет опыта, они действуют опрометчиво, а качество продукции и обслуживание… можно ли на них положиться?» Ян Хэ слегка нахмурился, на его лице появилось выражение презрения, он покачал головой и продолжил: «В отличие от нас, в Группе Ян-хэ мы всегда ставили обслуживание на первое место, относились к клиентам с полной отдачей, и заслужили отличную репутацию за эти годы – это не пустые слова».

Цзя Хуй сидела напротив, на её лице по-прежнему играла спокойная и уверенная улыбка, но в ней появилось больше твёрдости. Её деловой костюм сидел безупречно, манжеты белой блузки были аккуратно закатаны, обнажая тонкие запястья. Она положила документы на стол, сложила руки, выпрямилась и спокойно посмотрела Ян Хэ в глаза, ответив с достоинством: «Господин Ян Хэ, мы искренне восхищаемся вашими пятидесятилетними трудами и достижениями, влияние Группы Ян-хэ в отрасли неоспоримо». Цзя Хуй кивнула, словно подтверждая слова Ян Хэ, но тут же изменила тему: «Однако внешнеторговая палата – это платформа, объединяющая элиту самых разных отраслей, как представителей старшего поколения предпринимателей, так и молодых, полных энтузиазма новаторов, все они работают на развитие отрасли». Цзя Хуй легонько постучала пальцем по документам на столе, в её глазах читалась сосредоточенность. «И хотя молодые люди пока не обладают большим опытом, у них есть инновационное мышление и смелость прорываться, а это мощная сила, которую нельзя игнорировать для всей электротехнической отрасли».

Гао Чуань сидел рядом с Цзя Хуй, выпрямившись, руки на коленях, с серьёзным выражением лица, внимательно слушая разговор Ян Хэ и Цзя Хуй. Услышав, что Цзя Хуй закончила, он тут же подхватил: «Председатель Ян, Цзя Хуй права. Сейчас рынок меняется слишком быстро, эти молодые компании по производству бытовой техники, хотя и начали позже, но очень чувствительны к новым тенденциям и технологиям, они всегда придумывают что-то новое, чтобы удовлетворить разнообразный спрос рынка». Гао Чуань, говоря это, слегка поднял руку, указал пальцем в воздухе, усиливая свою речь: «Если наша внешнеторговая палата будет поддерживать только одну сторону, будь то Группа Ян-хэ или молодые компании, в долгосрочной перспективе это не пойдёт никому на пользу. Только честная конкуренция и совместное развитие сделают отрасль всё более процветающей». Его голос был спокойным и уверенным, каждое слово звучало твёрдо и не допускало возражений. Закончив, он слегка расправил плечи, словно демонстрируя свою непоколебимую приверженность принципам.

Ань Жань же сидела в стороне, её взгляд блуждал, мысли, кажется, улетели куда-то далеко. В её светло-голубом платье и чёрном пиджаке она должна была выглядеть элегантно и деловито, но сейчас выглядела немного подавленной. Она заместитель председателя внешнеторговой палаты, и на таком мероприятии должна была бы активно участвовать в дискуссии, но после недавних событий она так и не смогла наладить своё душевное состояние. Сейчас она сидела как ваза, молча и неподвижно. Её пальцы неосознанно сжимали край платья, губы были слегка сжаты, брови нахмурены, на лице лёгкая горечь, как будто всё вокруг отделено от неё невидимой пеленой. Она ушла в себя и не могла вырваться.

Ян Хэ, выслушав Цзя Хуй и Гао Чуаня, слегка изменился в лице, улыбка на мгновение исчезла, но быстро вернулась, хотя в ней появилось немного неуверенности. Он снова поправил воротник пиджака, откашлялся и сказал: «Я понимаю, о чём вы говорите, но дело в том, что рынок ограничен, и если молодые компании забирают большую часть, то на Группу Ян-хэ ложится большая нагрузка. Я тоже хочу стабильности в отрасли». В его голосе слышалась искренность, но в глазах всё та же твёрдость. Он посмотрел на Цзя Хуй, словно всё ещё ожидая, что она уступит.

Цзя Хуй тихо вздохнула, но улыбка не сошла с её лица. Она посмотрела на Ян Хэ, с искренностью в глазах, и сказала: «Председатель Ян, мы все хотим стабильного развития отрасли, но эта стабильность не должна достигаться за счёт справедливости. Мы должны следовать законам рынка, позволять всем бороться за своё место, только так можно добиться действительно долгосрочного успеха». Говоря это, она слегка развела руки, как бы демонстрируя свою беспристрастность.

Гао Чуань тоже кивнул в знак согласия: «Да, господин Ян Хэ, наши переговоры пока не увенчались успехом, но есть и другие варианты. Можно обсудить другие возможности сотрудничества, вместе увеличить кусок пирога на рынке, тогда все мы получим выгоду». На лице Гао Чуаня появилось ожидание, он посмотрел на Ян Хэ, в его глазах читалось желание продолжить общение.

Однако Ян Хэ, выслушав это, помолчал немного, медленно встал. Он понимал, что сегодня переговоры, скорее всего, придётся прервать. Легко покачав головой, он всё ещё улыбался, но в этой улыбке появилось некоторое сожаление: «Похоже, сегодня мы не сошлись во мнениях, но ничего страшного, не будем торопиться, в другой раз как-нибудь обстоятельно поговорим, обязательно найдём подходящее решение». С этими словами он протянул правую руку для рукопожатия.

Увидев это, Цзя Хуй тоже быстро встала, на её лице всё ещё играла вежливая улыбка. Она протянула руку, пожала руку Ян Хэ, крепко его поприветствовала: «Хорошо, господин Ян Хэ, надеюсь, в следующий раз у нас будет хороший результат». Её движения были чёткими и уверенными, в глазах читалась профессиональная доброжелательность.

Гао Чуань тоже встал, сделал шаг вперёд, пожал руку Ян Хэ, рассмеялся и сказал: «Господин Ян Хэ, в следующий раз мы обязательно всё хорошенько обсудим и придём к согласию». Его улыбка была искренней, а рукопожатие – крепким, демонстрируя его энтузиазм и щедрость.

Ань Жань опомнилась, медленно встала, натянула слабую улыбку, слегка пожала руку Ян Хэ и ничего не сказала, но в её глазах читались сложные чувства.

Затем все четверо отпустили руки, поправили одежду и направились к выходу из переговорной комнаты. Ян Хэ шёл первым, его шаг был уверенным, спина прямой, фигура всё ещё излучала авторитет. Цзя Хуй и Гао Чуань шли рядом, тихо обсуждая детали прошедших переговоров и время от времени задумываясь. Ань Жань молча шла позади, опустив голову, словно погрузившись в свои мысли. Стук её каблуков по полу в тихом коридоре звучал особенно отчётливо. На этом переговоры завершились, а как будут развиваться события дальше, никто не мог сказать.

Когда Ян Хэ и его команда покинули зал заседаний, атмосфера в помещении стала заметно легче, но напряжение всё ещё витало в воздухе. Ань Жань, осознав, что её отвлечённость могла быть замечена, быстро выпрямилась, на её лице вновь появилась лёгкая, но профессиональная улыбка. Она слегка повернулась к Цзя Хуй и Гао Чуаню, пробормотала: «Полагаю, это был сложный, но важный этап переговоров. У Ян Хэ сильная позиция, но он тоже понимает, что без компромиссов не обойтись».

Гао Чуань, пододвинув блокнот, отметил: «Он видит, как рынок меняется, и ему сложно это принять. Но важно, что мы показали твёрдость и готовность к диалогу. Это укрепляет наш авторитет». Затем он посмотрел на Цзя Хуй, добавив с уважением: «Вы вели себя превосходно. Ваш подход – чёткий и убедительный, именно то, что нужно в таких переговорах».

Цзя Хуй, обдумывая сказанное, кивнула, убирая свои документы. Она посмотрела на своих коллег и с лёгкой улыбкой ответила: «Спасибо, но это лишь начало. Важно продолжать отстаивать принципы справедливости и прозрачности. Ян Хэ – опытный переговорщик, но даже он понимает, что в одиночку удерживать рынок становится всё сложнее. Если мы продолжим показывать нашу приверженность общим интересам, это рано или поздно приведёт к согласию».

Ань Жань снова ощутила силу своей команды, её глаза засветились, и она уверенно произнесла: «Тогда нужно подготовиться ещё лучше. Мы не только отстояли свою позицию, но и дали понять, что готовы к диалогу. Давайте воспользуемся этим моментом, чтобы продумать новые шаги для укрепления наших аргументов».

Слова Ань Жань вызвали одобрительные кивки. Трое коллег быстро начали обсуждать дальнейшую стратегию, полностью сосредоточившись на своём плане действий. Атмосфера напряжения уступила место целеустремлённости и уверенному движению вперёд.

Ян Хэ, вернувшись в свой просторный, но несколько холодный кабинет, тихонько закрыл за собой дверь, словно пытаясь оставить за ней напряжённую атмосферу только что завершившихся переговоров. Он медленно подошёл к окну, скрестив руки за спиной, и смотрел на оживлённую улицу, но мысли его были далеко от этой суеты – он погрузился в глубокие раздумья.

Его тёмный костюм, даже в мягком свете кабинета, выглядел безупречно строгим, но сам Ян Хэ утратил то хладнокровие и спокойствие, которые демонстрировал за столом переговоров. Брови его сдвинулись, на лице лежала тень тревоги. Он начал ходить по кабинету. Его шаги, обычно уверенные и твёрдые, стали тяжелее, а стук каблуков о пол звучал особенно отчётливо в тишине кабинета, словно отражая внутреннюю борьбу и размышления.

– Эх, эти скандалы, что недавно разразились в Торговой палате… Шум-то какой подняли, – пробормотал Ян Хэ, прохаживаясь по комнате. Его брови сжались ещё сильнее, а лицо выражало глубокое беспокойство. Он устало потёр виски рукой. Перед его мысленным взором возникали лица бывших влиятельных членов Торговой палаты, которые теперь, после обнародования компрометирующих фактов, оказались втянуты в водоворот общественной критики. Их репутация пострадала, а деятельность предприятий оказалась под угрозой.

– Эти старые товарищи… Как же они неаккуратно всё сделали, оставили за собой такие зацепки, – Ян Хэ покачал головой. В его глазах мелькнуло сожаление, но оно быстро сменилось облегчением – облегчением от того, что Группа Ян-хэ пока ещё не оказалась в этом болоте.

Он подошёл к рабочему столу, остановился, крепко опёрся руками о столешницу, наклонился вперёд, и взгляд его упал на макеты продукции Группы Ян-хэ: изящные и компактные вентиляторы, солидные холодильники, а также образцы высокотехнологичных устройств – средства подавления сигнала, камеры наблюдения и компьютеры. Эти продукты, словно его дети, стали символами многогранного развития Группы Ян-хэ в сфере электротехники. Именно благодаря этому бизнесу Группа Ян-хэ в наше время, когда утечка информации стала обыденностью, могла тщательно скрывать любую невыгодную для себя информацию.

– Ну и ладно, у нашей Группы Ян-хэ есть свои козыри, – Ян Хэ слегка приподнял голову, и на его лице мелькнуло самодовольство. Он взял в руки макет устройства подавления сигнала, бережно покрутил его в пальцах, с восхищением разглядывая, словно драгоценную реликвию.

– Вот, например, это устройство подавления сигнала. При правильном использовании никто, кто захочет узнать наши внутренние секреты, не сунется. А ещё эти камеры наблюдения, развешанные по всем важным местам в группе, – ни одна муха не пролетит мимо нашего глаза. – Ян Хэ указал пальцем на камеру в углу кабинета. Уверенность светилась в его глазах, грудь его самодовольно выпятилась, словно он гордился своей системой безопасности.

Но самодовольство быстро улетучилось, сменившись глубоким беспокойством. Он медленно опустил макет, снова подошёл к окну, заложил руки за спину, непроизвольно потирая пальцы друг о друга, и пробормотал:

– Но, чёрт возьми, конкуренция на рынке сейчас всё ожесточённее. Все эти компании словно соколы, и, если наша доля рынка начнёт утекать… это будет катастрофа.

Ян Хэ прищурился. В его глазах читалась тревога. Он нахмурился и смотрел в окно, словно пытаясь разглядеть за оживлённой улицей своих конкурентов, тайно что-то замышляющих.

– Если сократится доля рынка, снизится и влияние нашей группы, – продолжил он, – и тогда наш электротехнический бизнес не сможет развиваться так широко, как сейчас. А эти камеры наблюдения и устройства подавления сигнала не смогут эффективно работать в ключевых местах. – Ян Хэ взмахнул рукой в воздухе, лицо его скривилось от горечи. Потерев руки, он добавил:

– Без всего этого мы не сможем контролировать всё, как раньше. Секретная информация нашей группы окажется под угрозой… Что же делать? – В его голосе слышалась тревога. Он беспокойно ходил по кабинету, и шаги его становились всё более суетливыми.

– Да и потом, я всю жизнь посвятил группе, а детей так и не завёл, и женат не был. – В голосе Ян Хэ послышалась грусть. Он опустил голову, глядя на свои грубые, изборождённые временем руки, в глазах его читалось бессилие. – Я старею, и сил уже не тех. Я рассчитывал на существующие преимущества, чтобы группа процветала, но, похоже, рынок слишком изменчив. – Брови Ян Хэ сжались в складки, морщины на лице стали ещё глубже. Он поднял руку и провёл по седеющим волосам. Лицо его стало ещё более мрачным, словно его затянула в себя туча.

Он повернулся и подошёл к стене, на которой висели фотографии, запечатлевшие важные этапы развития Группы Ян-хэ: от маленькой мастерской по ремонту электроники до огромного корпоративного гиганта. Каждая фотография хранила в себе его труд и воспоминания. Ян Хэ стоял, молча глядя на фотографии, в его глазах читалась и нежная привязанность, и тревога за будущее. «Пятьдесят лет я бился как рыба об лёд. Эта группа – как мой собственный ребёнок. Я не хочу видеть, как она придёт в упадок после моей смерти, и уж тем более не хочу, чтобы из-за потери доли рынка мы потеряли преимущество в контроле за информацией о конкурентах, и группа оказалась в опасности», – голос Ян Хэ немного дрожал. Он протянул руку и нежно провёл по фотографиям, словно пытаясь вернуть ушедшее время, былую славу и величие Группы Ян-хэ, но тревога не покидала его.

Внезапно стук в дверь прервал его раздумья.

– Ян Хэ, всё в порядке? Вы уже так долго здесь, я забеспокоилась, – раздался обеспокоенный голос секретарши из-за двери.

Ян Хэ глубоко вздохнул, стараясь успокоиться и говорить ровно:

– Всё хорошо, иди работай. Без моего разрешения никого не подпускай.

– Хорошо, Ян Хэ, отдыхайте, – ответила секретарша, и послышались удаляющиеся шаги.

Ян Хэ снова подошёл к окну и, глядя на бурлящий поток машин на улице, задумался:

«Надо что-то придумать, как сохранить долю рынка. И вопрос с преемником тоже надо решать. Всё это – вопрос жизни и смерти для группы. Но как это сделать?»

В его глазах читалась решимость, смешанная с безысходностью. Он крепко сжал кулаки, словно подбадривая себя или бросая вызов неопределённому будущему. Солнце ярко светило за окном, но душу Ян Хэ всё ещё терзали тревоги: куда направится огромная Группа Ян-хэ, всё ещё оставалось неизвестным.

Ян Хэ продолжал ходить взад-вперёд по комнате. Его беспорядочные шаги отражали тревогу и нетерпение, которые терзали его. То он хмурил брови, то прищуривал глаза. В его взгляде читалось сложное сочетание глубокой тревоги за будущее группы и решимости предотвратить беду.

– Эх, ситуация всё сложнее и сложнее становится, – пробормотал Ян Хэ, потирая морщинистый лоб, словно пытаясь стереть этим жестом все свои тревоги.

Потом, словно что-то вспомнив, он резко развернулся и быстрыми шагами направился к большому рабочему столу. Стук его кожаных туфель отчётливо раздавался в тишине кабинета.

Подходя к столу, он наклонился и резко выдвинул ящик – тот с характерным «ба-бах!» отскочил, ещё больше подчеркнув тишину. Ян Хэ быстро пробежался взглядом по содержимому, вытащил дело, на котором было написано «Цзя Хуй, Гао Чуань». Он легонько смахнул с папки несуществующую пыль, словно обращаясь с бесценной реликвией, и аккуратно положил её на стол.

Ян Хэ стоял, склонившись над папкой, и тяжело вздохнул – в этом вздохе слышались бессилие и сожаление.

– Жаль, что этот Ван Цяо, председатель Торгово-промышленной палаты, заменил камеры видеонаблюдения в компании Линхай и в самой палате на оборудование другой марки. А то информации у Группы Ян-хэ было бы гораздо больше, – проворчал Ян Хэ, качая головой и выражая своё раздражение. Он постучал пальцем по папке, словно упрекая её в недостаточной информативности.

Однако вскоре на лице Ян Хэ появилось облегчение. Он поднял голову, посмотрел в окно, и в его глазах блеснула надежда.

– Хорошо хоть, что этот Ван Цяо сейчас в Германии, проводит медовый месяц со своей Лизой, – пробормотал он, слегка улыбнувшись сложной, неоднозначной улыбкой.

Сложив руки за спиной и перебирая пальцы, он продолжил:

– Ван Цяо – не из лёгких. Когда он вернётся, он, с его характером, будет всеми силами поддерживать новые компании. А тогда Группе Ян-хэ будет очень трудно сохранить свою долю рынка.

Ян Хэ нахмурился, в его глазах мелькнула тревога, но тут же её сменила решимость. Он сжал кулак, словно принимая важное решение:

– Нет, я должен подписать с Торгово-промышленной палатой соглашение о сохранении 80% доли рынка Группы Ян-хэ до его возвращения. Дело не терпит отлагательства!

Ян Хэ снова посмотрел на лежавшие на столе дела Цзя Хуй и Гао Чуаня. Его взгляд стал глубоким, он словно задумался о чём-то, легонько постукивая пальцами по столу, издавая ритмичный стук «тук-тук». Спустя некоторое время, он, словно приняв решение, взял телефон на столе и быстро набрал номер. Его уверенные движения говорили о его знакомстве с этим номером.

Как только Ян Хэ дозвонился, его лицо тут же приняло мягкое выражение, голос стал дружелюбным:

– Алло, это ресторан? Это Ян Хэ из группы Ян-хэ.

Даже зная, что собеседник не видит его, Ян Хэ выпрямился, на лице появилась лёгкая улыбка:

– Я хочу забронировать кабинет. Сегодня вечером. Желательно уютный и тихий.

Лёгкое нетерпение мелькнуло в его взгляде, пока он слушал ответ.

– Хорошо, договорились. Спасибо.

Он повесил трубку, а улыбка исчезла, сменившись серьёзным и сосредоточенным выражением. Взяв досье, он слегка похлопал по нему, словно ободряя себя.

– Цзя Хуй, Гао Чуань… Сегодня вечером нам нужно серьёзно поговорить. Надеюсь, вы поймёте мои старания.

С этими словами Ян Хэ направился к двери. Поправив костюм и воротник, он уверенно открыл дверь и вышел.

В коридоре несколько сотрудников почтительно поздоровались:

– Здравствуйте, господин Ян!

Ян Хэ слегка кивнул:

– Работайте хорошо.

Его доброжелательная улыбка, хотя и мгновенная, оставила у сотрудников тёплое впечатление.

Он подошёл к лифту, дождался его прибытия и спустился на первый этаж. Там уже ожидал водитель, который поспешно открыл дверь машины:

– Садитесь, пожалуйста, председатель.

– В ресторан «Юэхуа», – сказал Ян Хэ, усаживаясь в салон.

Во время поездки он смотрел на мелькающие за окном городские пейзажи, обдумывая вечернюю встречу. Он понимал, что убедить Цзя Хуй и Гао Чуаня будет непросто. Оба были опытными и решительными людьми, но ради будущего группы Ян-хэ ему предстояло приложить максимум усилий.

В конференц-зале компании Линхай шло оживлённое совещание. Цзя Хуй, элегантная и сосредоточенная, изучала документы. Рядом сидел Гао Чуань, демонстрируя спокойствие и уверенность. Оба внимательно слушали обсуждение стратегии зарубежной экспансии.

Вдруг телефон Цзя Хуй, лежавший на столе, завибрировал. Она слегка нахмурилась, подняла руку, призывая к тишине, и ответила:

– Алло, здравствуйте.

С другой стороны телефона раздался вежливый голос:

– Здравствуйте, это Цзя Хуй? Я помощник председателя правления Ян Хэ.

В глазах Цзя Хуй мгновенно мелькнула настороженность. Она выпрямилась и ответила спокойно и уверенно:

– А, это помощник председателя правления Группы Ян-хэ. Здравствуйте. Что-нибудь случилось?

Помощник Ян Хэ откашлялся и сказал:

– Госпожа Цзя Хуй, наш председатель высоко ценит вас и господина Гао Чуаня за выдающиеся способности и профессионализм в отрасли. Поэтому он специально забронировал столик в ресторане «Юэхуа» на этот вечер, чтобы обсудить вопросы, касающиеся развития отрасли. Вы не будете возражать?

Цзя Хуй слегка прикусила губу, задумчиво посмотрела на Гао Чуаня, ища поддержки. В её глазах читались сомнения, но Гао Чуань, уловив её взгляд, едва заметно кивнул, побуждая её выслушать предложение.

– Это неожиданно, – произнесла она. – Как вы знаете, у нас в компании Линхай каждый день расписан по минутам.

Говоря это, она легонько перебирала край своей шали, её голос был ровным, но взгляд выдавал осторожность.

– Госпожа Цзя Хуй, – быстро продолжил помощник, – наш председатель прекрасно понимает вашу занятость. Однако он убеждён, что сегодняшняя встреча принесёт пользу обеим сторонам. Это будет возможность обсудить идеи, найти пути для совместного развития и укрепления сотрудничества между нашими компаниями.

Цзя Хуй внимательно выслушала, при этом анализируя каждое слово. Она осознавала, что за этим приглашением наверняка стоят стратегические цели Ян Хэ, но прямой отказ мог бы навредить отношениям. В бизнесе выигрывает тот, кто видит возможности там, где другие видят риски.

Она снова посмотрела на Гао Чуаня. Тот, слегка наклонившись к ней, тихо прошептал:

– Сходи. Это шанс узнать, что они замышляют.

Цзя Хуй слегка кивнула, принимая решение. Её голос стал мягче:

– Хорошо, раз председатель Ян Хэ так любезен, было бы невежливо отказываться. Пожалуйста, передайте ему, что мы будем вовремя.

Помощник Ян Хэ, очевидно облегчённый, ответил:

– Спасибо, госпожа Цзя Хуй. Я сообщу председателю. В семь вечера я пришлю вам адрес. До встречи.

– До встречи, – ответила Цзя Хуй и положила трубку.

В зале заседаний все присутствующие с интересом смотрели на неё. Она слегка постучала по столу и с улыбкой объявила:

– Коллеги, совещание окончено. Отделы продолжают работу по плану. Если возникнут вопросы, обращайтесь.

Когда сотрудники покинули зал, Цзя Хуй и Гао Чуань направились к выходу. По пути она сказала:

– Интересно, что задумал Ян Хэ? Думаю, это связано с недавними переговорами по доле рынка.

– Что бы это ни было, мы узнаем на месте, – ответил Гао Чуань, уверенно поправляя пиджак. – Главное – быть готовыми защищать наши позиции.

В глазах Цзя Хуй мгновенно мелькнула настороженность, она выпрямилась и ответила спокойно и уверенно: «А, это помощник председателя правления Группы Ян-хэ, здравствуйте, что-нибудь случилось?»

Помощник Ян Хэ откашлялся и сказал: «Дело в том, госпожа Цзя Хуй, наш председатель правления Ян Хэ высоко ценит ваши с господином Гао Чуань выдающиеся способности и профессионализм в отрасли и специально забронировал для вас двоих столик в дорогом ресторане «Юэхуа» на сегодня вечером, чтобы пригласить вас на ужин и обсудить некоторые вопросы развития отрасли. Не будете ли вы возражать?»

Цзя Хуй слегка прикусила губы, посмотрела на Гао Чуань, в её глазах читались вопрос и раздумье. Гао Чуань слегка кивнул, давая Цзя Хуй понять, чтобы она сначала выслушала собеседника. Цзя Хуй сказала в телефон: «Извините, это слишком неожиданно, как вы знаете, в нашей компании Линхай очень много дел, у нас расписан каждый день». Говоря это, она легонько перебирала край шали, в глазах мелькало колебание.

Помощник Ян Хэ поспешно ответил: «Госпожа Цзя Хуй, наш председатель прекрасно понимает, как вы заняты, и это приглашение от всей души. Он считает, что вы оба – лидеры в отрасли, и, хотя возможностей для общения и сотрудничества много, редко удаётся сесть и спокойно, обстоятельно всё обсудить. Более того, председатель уверен, что сегодняшнее общение может дать вам новые идеи и возможности, и будет очень полезно для будущего сотрудничества компании Линхай и Группы Ян-хэ».

Цзя Хуй, взвешивая все за и против, слушала слова помощник. Она понимала, что ход Ян Хэ определённо связан с вопросом доли рынка, обсуждавшиеся ранее, но прямой отказ мог бы привести к потере потенциальных возможностей для сотрудничества. Ведь в бизнесе нет вечных врагов, есть только вечные интересы. Она снова посмотрела на Гао Чуаня, и он, немного наклонившись, прошептал ей на ухо: «Сходи, может, удастся прощупать почву и получить информацию для дальнейшего принятия решений». Цзя Хуй слегка кивнула, уже приняв решение.

Она улыбнулась в трубку, и её голос стал мягче: «Хорошо, раз председатель Ян Хэ так любезен, отказываться было бы невежливо. Пожалуйста, передайте председателю, что мы обязательно придем вовремя».

Помощник Ян Хэ на другом конце провода явно облегчённо вздохнул и сказал ещё более радушно: «Прекрасно, госпожа Цзя Хуй, господин Гао Чуань! Я сообщу председателю. В семь часов вечера я вышлю вам адрес ресторана, мы будем вас ждать».

«Хорошо, до вечера. До свидания». После того, как Цзя Хуй повесила трубку, все присутствующие в зале заседаний посмотрели на неё с любопытством.

Цзя Хуй слегка постучала по столу и, улыбаясь, сказала: «Коллеги, у меня срочное дело, мне с вице-президентом Гао Чуанем нужно ненадолго выйти. На сегодня совещание окончено, все потрудились, отделы продолжают работу по плану, если возникнут вопросы, обращайтесь». Все согласно закивали.

Когда все разошлись, Цзя Хуй и Гао Чуань поднялись и направились к выходу из зала заседаний. Идя, Цзя Хуй разбирала документы и тихо сказала Гао Чуаню: «Интересно, что Ян Хэ задумал? Наверняка хочет снова обсудить вопрос доли рынка». Она слегка нахмурилась, в её глазах читалось беспокойство.

Гао Чуань, руки в карманах, широкими шагами шёл рядом, сохраняя спокойствие: «Что бы он ни задумал, мы узнаем на месте. Будем действовать по обстоятельствам, главное – придерживаться принципов, отстаивать интересы компании и внешнеторговой палаты, и он ничего не сможет нам сделать». Гао Чуань слегка поднял подбородок, в его глазах читалась уверенность и решимость, словно любые трудности для него – пустяк.

У самой двери Цзя Хуй остановилась, повернулась к Гао Чуаню, слегка ткнула его пальцем в грудь и, улыбаясь, поддразнила: «Ты всегда такой уверенный в себе, но с тобой мне действительно спокойнее». Её улыбка была подобна тёплому весеннему солнцу, рассеивая лёгкую тревогу в её душе.

Гао Чуань тоже улыбнулся, слегка похлопал Цзя Хуй по плечу и сказал: «Мы так долго вместе, разве мы ещё не знаем друг друга? Пошли, сначала вернёмся в офис, подготовимся, вечером нужно быть в отличной форме, чтобы встретиться с этим председателем правления Группы Ян-хэ».

Они обменялись улыбками и вместе направились в офис. По дороге они обсуждали возможные ситуации и стратегии на вечер, шагая уверенно и твёрдо, нисколько не робея перед предстоящим банкетом. В их сердцах защита интересов компании Линхай и внешнеторговой палаты, содействие здоровому развитию отрасли – это их неоспоримая обязанность, а сегодняшний вечер станет очередным бескровным полем битвы, где они должны отдать все силы.

Вернувшись в офис, Цзя Хуй села за рабочий стол, открыла компьютер и начала изучать недавнюю информацию о Группе Ян-хэ, пытаясь найти какие-то зацепки, чтобы усилить свои позиции на вечерних переговорах. Её взгляд был сосредоточен и проницателен, пальцы быстро стучали по клавиатуре, свет экрана мерцал на её лице, отражая её серьёзность и целеустремлённость.

Гао Чуань стоял у окна, глядя на ночной пейзаж оживлённого города, погружённый в свои мысли. Он хорошо знал глубокие корни и огромную мощь Ян Хэ в электротехнической отрасли, этот ужин – это явно не просто светское мероприятие, за ним непременно скрывается стратегический план Группы Ян-хэ. Но он не боялся, наоборот, в нём вспыхнула боевая готовность, он верил, что вместе с Цзя Хуй они смогут справиться с этой задачей и не уступят сопернику. Он слегка сжал кулаки, в его глазах светились решимость и твёрдость, словно он уже видел свет победы впереди.

Время незаметно пролетело, и вот уже близилось время встречи. Цзя Хуй и Гао Чуань были полностью готовы. Они снова посмотрели друг другу в глаза, увидев в них доверие и решимость, затем вместе встали, поправили одежду и уверенно направились к ресторану в центре города. Этот ужин, связанный с интересами и будущим, вот-вот начнётся, кто одержит победу в этой игре интеллекта – неизвестно, но точно одно: обе стороны готовы к решительной схватке.

В роскошном VIP-зале в центре города царила атмосфера элегантной роскоши. Блестящая хрустальная люстра мягко освещала зал, заливая его ярким светом, словно днём, и отражаясь в идеально отполированном мраморном полу, создавая мерцающие блики.

Большой круглый стол, покрытый белоснежной скатертью, был сервирован на высшем уровне. На нём красовались изысканные блюда: сочная морская рыба, аппетитные стейки с хрустящей корочкой, миниатюрные десерты с утончённым оформлением. Возле каждого места стояли бокалы, готовые принять благородное вино из бутылок, сверкавших каплями влаги под светом люстры.

Ян Хэ уже сидел за столом. На нём был тёмно-синий костюм ручной работы, который подчёркивал его энергичность и внушительность. Белая рубашка с изящным галстуком-бабочкой и аккуратно уложенные седые волосы дополняли его солидный и внушающий уважение образ. На его лице играла лёгкая улыбка – приветливая и добродушная, но в то же время таинственная и загадочная. В глазах мелькали проницательные искорки, словно всё было под его контролем. Руки он спокойно сложил на коленях, тихо постукивая пальцами, терпеливо ожидая Цзя Хуй и Гао Чуаня.

Через некоторое время дверь в зал тихонько приоткрылась, и Цзя Хуй с Гао Чуанем вошли. Цзя Хуй, как всегда, была в элегантном тёмно-синем костюме, лёгкий макияж лишь подчёркивал её мягкость. Она двигалась легко и грациозно, на губах играла вежливая улыбка, но в глазах, как и всегда, читались проницательность и бдительность. Зайдя, она быстро окинула взглядом весь зал, внимательно осмотрев его, и слегка кивнула Ян Хэ в знак приветствия.

Гао Чуань следовал за ней. Тёмно-серый костюм в тонкую полоску делал его фигуру ещё более стройной и подтянутой. Он вошёл уверенной широкой походкой, высоко подняв голову, на его лице читалась уверенность, он словно излучал ауру, рассеивающую напряжение в зале. Его взгляд твёрдо встретился с взглядом Ян Хэ, после чего он вежливо слегка поклонился в знак приветствия.

«Ха-ха, Цзя Хуй, Гао Чуань, вы пришли, проходите, садитесь!» – первым нарушил молчание Ян Хэ, вставая и приветливо протягивая руку, его улыбка стала ещё ярче, голос – громким и заразительным, отчего отказать ему было невозможно.

Цзя Хуй и Гао Чуань переглянулись, подошли к столу и сели. Цзя Хуй поставила сумочку рядом и, сложив руки на столе, с улыбкой ответила: «Ян Хэ, такой роскошный ужин, вы так изрядно потратились». Её голос был спокоен и уверен, но взгляд не отрывался от Ян Хэ.

Гао Чуань кивнул в знак согласия: «Да, Ян Хэ, спасибо за ваше тёплое приглашение». Сказав это, он небрежно откинулся на спинку стула, казалось, расслабившись, но на самом деле все его мышцы были напряжены, готовые к любым неожиданностям.

Ян Хэ улыбнулся, махнул рукой и снова сел. Взгляд его скользил между Цзя Хуй и Гао Чуанем. Медленно он произнёс: «Дорогие мои, мы ведь с вами старые друзья по отрасли, всё время заняты, редко удаётся так вот спокойно посидеть, поговорить». Говоря это, он взял со стола бутылку красного вина и изящно налил по бокалу каждому, движения его были ловкими и непринуждёнными. «Я знаю, вы оба усердно трудитесь, много сделали для компании Линхай и внешнеторговой палаты, особенно Цзя Хуй, как секретарь внешнеторговой палаты и одновременно генеральный директор компании Линхай, на ваших плечах нелёгкое бремя». Ян Хэ слегка поднял голову, посмотрел на Цзя Хуй, в его глазах мелькнуло одобрение, затем он перевёл взгляд на Гао Чуаня: «И Гао Чуань, вице-президент, помогает Цзя Хуй, всегда на передовой, с такими кадрами, как вы, компании Линхай нечего бояться!»

Цзя Хуй и Гао Чуань скромно улыбнулись. Цзя Хуй тихо сказала: «Ян Хэ, вы слишком нас хвалите, мы просто делаем свою работу, в меру сил помогаем отрасли». Её пальцы нежно кружили вокруг ножки бокала, в глазах её читалось недоумение, она не понимала, к чему эти предварительные речи Ян Хэ.

В этом элегантно оформленном ресторанном зале мягкий свет падал на стол. Ян Хэ медленно и изящно отпил вина, словно наслаждаясь началом интересной игры. Поставив бокал, он скрестил руки, слегка наклонившись вперёд. Улыбка на его лице постепенно исчезла, словно солнце скрылось за тучами, он принял серьёзный вид и перешёл к сути дела.

«Цзя Хуй, Гао Чуань, не буду ходить вокруг да около», – голос Ян Хэ был низким и ровным, но в нём ощущалось невидимое давление. «Я знаю, вы сейчас задумываетесь о покупке квартиры, молодым людям трудно пробиться, завести свой дом в этом городе – это целая проблема. Я знаю, вы руководители Линхай, но у вас практически нет контрольного пакета акций компании Линхай, вы живёте только на зарплату и премии». Его взгляд невольно задержался на Цзя Хуй, в его глазах, подобных глубокой бездне, мелькнул неуловимый блеск, хитрый, как змея, затаившаяся в темноте, готовая к смертельному броску.

Цзя Хуй и Гао Чуань слегка переменились в лице, в их сердцах мелькнул испуг, словно на спокойной глади озера упал камень. Они и не предполагали, что Ян Хэ так хорошо осведомлён об их личных делах. Это было как скрытый кинжал, неожиданно направленный в самое сердце. Цзя Хуй невольно сжала бокал, костяшки пальцев побелели от напряжения, в глазах мелькнул испуг, как у испуганной лани. Но она быстро взяла себя в руки, слегка приподняла подбородок, словно возведя оборонительную линию, и только собралась что-то сказать, как Гао Чуань легко придержал её руку. Это движение было спокойным и сильным, словно передавая немую поддержку, призывая её сначала выслушать Ян Хэ.

Ян Хэ, казалось, не заметил их едва уловимой реакции, или же делал вид, что не замечает, и продолжил говорить сам с собой: «Я ценю ваши способности и таланты, и искренне хочу помочь вам решить эти проблемы». Говоря это, он неторопливо сунул руку во внутренний карман пиджака, движение было неспешным, словно совершался какой-то торжественный ритуал. Из кармана он достал изысканный кожаный файл, кожаная обложка которого мягко блестела в свете ламп, словно соблазняя открыть его. Ян Хэ осторожно положил файл на стол и медленно передвинул его к Цзя Хуй и Гао Чуаню: «Здесь – документы на роскошную квартиру в центре города, отличное местоположение, вся необходимая инфраструктура рядом, это просто небольшой знак моего внимания. Кроме того, что касается проблем с финансированием компании Линхай, группа Ян-хэ готова вложить средства, чтобы помочь вам. Вы сможете показать результаты перед акционерами. Я также могу передать вам свою долю в будущих инвестициях в компанию Линхай, сделав вас её крупными акционерами». В глазах Ян Хэ читалась уверенность, уверенность, подобная неприступной крепости, он был уверен, что Цзя Хуй и Гао Чуань не откажутся от такого щедрого подарка, это соблазн, как магнит, перед которым никто не устоит.

Цзя Хуй и Гао Чуань переглянулись, их взгляды столкнулись в воздухе, словно два меча, высекающих невидимые искры. В их глазах – шок и неверие, как будто они увидели самое невероятное на свете. Они и представить себе не могли, что Ян Хэ прибегнет к таким методам. Эта внезапная уловка, словно неожиданный шторм, пыталась прорвать их оборону. Цзя Хуй первой пришла в себя. Глубоко вдохнув, будто черпая силы из глубины души, она выпрямилась, расправила плечи, на её лице снова появилась вежливая, но твёрдая улыбка – словно цветок, распустившийся на краю обрыва, прекрасный, но выносливый. Она протянула руку и аккуратно отодвинула папку обратно к Ян Хэ. Движение было лёгким, но в нём чувствовалась непреклонная решимость.

«Ян Хэ, – твёрдо сказала она, – мы ценим ваше внимание, но этот подарок слишком ценный, мы не можем его принять». В её глазах читалась непреклонность, подобная пылающему огню, без тени сомнения, словно она заявляла Ян Хэ, что их принципы крепки, как сталь, и их не так просто поколебать.

Гао Чуань тут же кивнул. Его лицо было серьёзным, как у статуи, а в глазах – твёрдая приверженность принципам, словно у рыцаря, оберегающего справедливость. «Ян Хэ, мы знаем, что вы хотите нам помочь, но у нас есть свои принципы», – сказал он, слегка нахмурившись. Брови его были сжаты, словно глубокие морщины, отражающие его верность принципам. «После реформ Ван Цяо во внешнеторговой палате все высокопоставленные сотрудники работают честно и прозрачно, как же мы можем принять такие подарки?» Его голос был спокоен и силён, каждое слово – словно твёрдый камешек. «К тому же, хотя развитие компании Линхай и сталкивается с трудностями, мы верим, что сможем преодолеть их собственными силами, не нуждаясь в таких коротких путях». Его взгляд твёрдо был направлен на Ян Хэ, словно он демонстрировал свою внутреннюю решимость, подобно двум непоколебимым горам, которые не сломит никакой ветер.

Ян Хэ молча смотрел на них, выражение его лица не изменилось, но в его глазах мелькнула едва уловимая злость – словно молния, скрытая за тучами, мгновенно исчезающая. Он не ожидал такой решительности от Цзя Хуй и Гао Чуаня. Улыбка Ян Хэ немного застыла, в глазах мелькнуло удивление, но быстро всё вернулось в норму. Он вздохнул, изображая сожаление: «Друзья мои, это редкая возможность, подумайте ещё. Я ведь искренне хочу, чтобы вам жилось хорошо, чтобы компания Линхай процветала». В его тоне слышалась искренность, но взгляд всё ещё наблюдал за реакцией Цзя Хуй и Гао Чуань.

Цзя Хуй и Гао Чуань остались непреклонны. Цзя Хуй слегка покачала головой и, улыбаясь, сказала: «Директор Ян, правда, не нужно, мы очень благодарны за вашу заботу, но об этом не может быть и речи». Её голос был мягким, но непреклонным, в глазах читалась искренность.

Гао Чуань поддержал её: «Да, директор Ян, давайте поговорим о чём-нибудь другом, на этом закончим». Он поднял бокал, сделал небольшой глоток красного вина, пытаясь разрядить немного неловкую обстановку.

В течение последующего ужина они на поверхности мило беседовали, обсуждая забавные случаи в отрасли, последние новости рынка, но в глубине души каждый думал о своём. Ян Хэ, хотя и продолжал улыбаться, время от времени в его глазах мелькала досада; его тщательно спланированный ход неожиданно был так легко обезврежен. Цзя Хуй и Гао Чуань оставались начеку, осторожно реагируя на каждое слово Ян Хэ, опасаясь попасться в какую-либо ловушку.

После сытного ужина Цзя Хуй и Гао Чуань встали, чтобы попрощаться. Цзя Хуй изящно взяла сумочку и, улыбаясь, сказала Ян Хэ: «Директор Ян, сегодня ужин был очень приятен, спасибо за гостеприимство, надеюсь, у нас будет возможность сотрудничать в будущем». Её улыбка была подобна тёплому весеннему солнцу – тёплая и тактичная.

Гао Чуань тоже встал, протянул руку Ян Хэ на прощание: «Директор Ян, до новых встреч». Его рукопожатие было крепким, в глазах читались уверенность и беззаботность.

Ян Хэ встал, на лице всё ещё играла улыбка, он пожал им обоим руки: «Хорошо, до свидания, если что понадобится, обращайтесь».

Глядя на удаляющиеся фигуры Цзя Хуй и Гао Чуань, улыбка на лице Ян Хэ мгновенно исчезла, сменившись мрачным выражением. Он подошёл к углу комнаты, где была спрятана миниатюрная камера, присел, включил устройство наблюдения и просмотрел запись. Он обнаружил, что, кроме обычного разговора, никакой полезной информации заснято не было. Он тяжело вздохнул, встал и пробормотал: «Эти двое молодых людей, действительно непростые, кажется, чтобы их заполучить, придётся придумать другой способ». Сказав это, он поправил одежду и с несколько тяжёлой поступью вышел из комнаты. Этот ужин казался спокойным, но на самом деле под поверхностью кипели страсти, и в будущем противостояние Ян Хэ с Цзя Хуй и Гао Чуань будет продолжаться.

Цзя Хуй и Гао Чуань вышли из ресторана. Вечерний ветерок освежил их лица, словно успокаивая натянутые нервы. Цзя Хуй нежно взяла Гао Чуаня под руку, слегка запрокинула голову, глубоко вздохнула, и напряжение на её лице наконец-то спало, сменившись лёгкой, облегчённой улыбкой: «Этот ужин… вымотал меня, слава богу, мы не попались на удочку Ян Хэ». Её голос звучал мягко, с ноткой благодарности, шаги стали лёгкими, стук каблуков по асфальту раздавался особенно звонко в тишине ночи.

Гао Чуань посмотрел на Цзя Хуй, в его глазах читалась нежность. Он ласково погладил её руку, уголки губ приподнялись в уверенной улыбке: «Конечно, кто мы такие? Этот Ян Хэ со своими хитростями… ничего у него не выйдет». Он выпрямился, весь излучая энергию, словно пережил не сложный ужин, а лёгкую победу.

Они шли рядом, уличные фонари вытягивали их тени, словно двух защитников, стоящих друг за друга. По дороге они тихо переговаривались, делясь впечатлениями от сегодняшней встречи, в их разговоре звучала и настороженность по отношению к методам Ян Хэ, и мысли о том, как действовать дальше. Незаметно они подошли к своему уютному дому.

Зайдя в квартиру, Цзя Хуй скинула туфли, босиком ступила на мягкий ковёр и направилась к дивану, свернувшись калачиком, как ленивый кот. Она снова глубоко выдохнула: «Уф, как хорошо дома». Закрыв глаза, она откинулась на спинку дивана, лицо её выражало усталость.

Гао Чуань тихо закрыл за ними дверь и, глядя на Цзя Хуй, чувствовал и жалость, и смешную нежность. Он подошёл к дивану, обнял её, прижался подбородком к её голове и тихо сказал: «Отдохни, ты сегодня молодец». Его голос был низким и нежным, словно рассеивающим всю усталость.

Цзя Хуй прижалась к Гао Чуаню, на её губах играла счастливая улыбка: «Ты тоже, если бы не ты, подбадривающий меня, я бы и не знаю, смогла ли противостоять этим сладким обещаниям Ян Хэ». Подняв глаза, она посмотрела на Гао Чуаня, в её глазах читались доверие и любовь.

Пока Цзя Хуй и Гао Чуань наслаждались этим мгновением спокойствия, Ян Хэ сидел в своей машине, лицо его было мрачнее тучи. Городские огни ярко сияли за окном, но он их не замечал, в голове постоянно крутились кадры, как Цзя Хуй и Гао Чуань отказали ему. «Хм, эти двое молодые, дарёному коню в зубы не смотрят», – фыркнул он, крепко сжимая руль, суставы пальцев побелели от напряжения, в глазах мелькнула злоба.

Спустя долгое время Ян Хэ завёл машину и медленно поехал к одному из магазинов своей сети электроники. Поздний вечер, магазин давно закрыт, кругом темно и тихо, только уличные фонари проливают бледный свет, едва вырисовывая силуэт здания. Ян Хэ припарковался, открыл ключом дверь и вошёл.

Внутри царила темнота. Он не стал включать свет, просто стоял посреди рядов электроники, его высокая фигура казалась одинокой и безрадостной в темноте. Он медленно ходил, легко касаясь пальцами холодных корпусов техники, словно гладя самых близких друзей. «Эх, за эту компанию я отдал всё, ни жены, ни детей, а теперь, если ещё и долю рынка потеряю, что же мне делать…» – голос Ян Хэ эхом разносился по пустому магазину, полный безысходности и тоски.

Оказывается, за блестящей внешностью Ян Хэ скрывались тайны. Для получения большей прибыли он тайно продавал личные данные, полученные с помощью разработанных в его «Группе Ян-хэ» систем видеонаблюдения. Эти серые доходы постоянно поступали к нему, поддерживая расширение его бизнес-империи. Но сейчас, из-за резкой смены ситуации в Торгово-промышленной палате, потеря достаточной доли рынка означала бы и исчерпание этого незаконного источника дохода – а это он никак не мог допустить.

Ян Хэ долго стоял в темноте, вдруг его словно осенило, глаза загорелись, он быстро направился к укромному уголку в задней части магазина. Там была потайная дверь, за которой находился секретный кабинет, заставленный различным оборудованием для слежки и конфиденциальными документами.

Ян Хэ подошёл к столу, включил компьютер, быстро набирая текст на клавиатуре, нашёл файл с наблюдением за Ань Жань. Мягкий свет экрана осветил его лицо, подчеркнув сосредоточенность и нетерпение. Он просматривал данные и бормотал: «Ань Жань, вице-президент Торгово-промышленной палаты… Хотя реальной власти у неё немного, но положение обязывает, возможно, она станет ключом к решению моих проблем». Его взгляд становился всё ярче, словно он обрёл новую надежду.

Ян Хэ быстро взял телефон со стола и набрал номер Ань Жань. Как только соединение установилось, он тут же переключился на жизнерадостный тон: «Алло, это Ань Жань, заместитель председателя? Это Ян Хэ! Извините, что беспокою вас так поздно». В его голосе звучало искреннее раскаяние, но на лице играла хитрая улыбка.

Ань Жань только что вышла из душа и сидела на кровати, вытирая волосы. Услышав звонок и увидев на экране имя, Ян Хэ, она слегка нахмурилась, немного засомневалась, но всё же вежливо ответила: «Ян Хэ, директор, здравствуйте. Так поздно… что-то случилось?»

Ян Хэ улыбнулся: «Дело в том, госпожа Ань Жань, у меня скоро открывается новый магазин! На следующей неделе! Это дело, которому я посвятил столько времени и сил, и я подумал, что вы, как заместитель председателя Торговой палаты, очень уважаемый человек в отрасли, и, если бы вы смогли посетить церемонию открытия, это было бы для меня огромной честью!» Он говорил, слегка кивая головой, словно Ань Жань была прямо перед ним, и он видел, как её впечатляет его приглашение.

Ань Жань, выслушав его, задумалась. Она понимала, что Ян Хэ – не простой человек, и этот поздний звонок наверняка не случаен, но, будучи заместителем председателя Торговой палаты, просто так отказать было неуместно. Поколебавшись немного, она тихо сказала: «Директор Ян, вы слишком любезны. Раз уж вы так настаиваете, отказ будет выглядеть невежливо. На следующей неделе, да? Я постараюсь освободить время».

Ян Хэ обрадовался, улыбка на его лице стала ещё шире: «Замечательно, госпожа Ань Жань! С вашими словами мне стало намного спокойнее. Я пришлю машину за вами, ждите грандиозного открытия!» Его голос звучал чересчур воодушевлённо, а в глазах блестело самодовольство.

«Спасибо вам большое, директор Ян, если больше ничего, я пойду», – вежливо ответила Ань Жань.

«Хорошо, госпожа Ань Жань, спокойной ночи, увидимся на следующей неделе!» Ян Хэ повесил трубку, и улыбка мгновенно исчезла с его лица, сменившись задумчивым выражением. Он сидел в кресле, тихо постукивая пальцами по столу, и про себя размышлял: «Ань Жань, Ань Жань, надеюсь, ты будешь сотрудничать и поможешь мне достичь цели, иначе… не вини меня потом…»

За окном ночь становилась всё темнее, словно надвигалась большая буря, и Ян Хэ, Цзя Хуй, Гао Чуань и Ань Жань окажутся втянуты в этот вихрь неизвестности. Что их ждёт? Пока неизвестно…

Неделя пролетела незаметно, и вот настал день открытия нового магазина Группы Ян-хэ. Солнце светило так ярко, что глаза слепило – словно сама природа радовалась этому событию. У входа красная ковровая дорожка тянулась от улицы до самого магазина. По обеим сторонам красовались цветы, а разноцветные шары, раскачиваясь в воздухе, образовывали великолепную арку. Журналисты из разных СМИ, вооружившись своей фототехникой, заняли места с самого утра. В их глазах читались волнение и ожидание, они перешёптывались, обсуждая возможные сенсации, и то и дело щёлкали затворами, стараясь запечатлеть каждый момент. Ян Хэ, обычно энергичный и излучающий мощную ауру председатель правления Группы Ян-хэ, сегодня выглядел немного усталым. В новом тёмном костюме он казался ещё худее, а седые волосы на солнце бросались в глаза, каждая седина словно хранила в себе следы прожитых лет и трудностей бизнеса. На лице играла натянутая улыбка, он старался держать спину прямо и медленно, шаг за шагом, прошёл по красной дорожке, приветственно махая окружающим. Жесты были немного замедленными, но в них чувствовалась уверенность, закалённая годами. Из толпы доносились голоса: «Ян Хэ, видно, нелегко ему пришлось, столько сил он вложил в это дело!»

«Да, этот новый магазин – его детище, говорят, он готовился к открытию очень долго». За Ян Хэ шла Ань Жань, также в нарядном платье. Как вице-председатель внешнеторговой палаты, она была одета в простое, но элегантное белое платье, подол которого колыхался в такт её шагам, словно лепестки распустившейся белой лилии. На её лице был лёгкий макияж, но в глазах читалась какая-то грусть и растерянность, которые резко контрастировали с праздничной атмосферой открытия. Длинные чёрные волосы, ниспадающие на плечи, придавали ей ещё большую женственность. Дойдя до конца красной дорожки, Ань Жань остановилась и взяла у девушки в форме золотые ножницы. Немного склонив голову, она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и взяла ножницы в руки. Тонкие пальцы слегка дрожали, и под взглядами ожидающей публики, с характерным «щёлк», она перерезала красную ленту. В зале раздались аплодисменты, заиграла торжественная музыка, полетели конфетти, и атмосфера праздника достигла своего пика. Перерезание ленточки завершилось, и Ань Жань подошла к микрофону, откашлялась и начала говорить своим звонким, приятным, но слегка хрипловатым голосом: «Уважаемые гости, дорогие друзья! Сегодня мы собрались здесь, чтобы вместе отпраздновать торжественное открытие нового магазина Группы Ян-хэ. Группа Ян-хэ, будучи лидером отрасли, на протяжении многих лет неустанно работает над обеспечением вас высококачественной бытовой техникой, постоянно внедряя инновации и внося огромный вклад в развитие отрасли…» Её взгляд медленно скользил по лицам в зале, она изо всех сил старалась выглядеть уверенной и дружелюбной, но только она сама знала, какие сложные эмоции сейчас переполняют её сердце. После выступления Ян Хэ и Ань Жань вместе отправились осматривать магазин. Магазин был просторный и светлый, разнообразная бытовая техника была расставлена в аккуратном порядке, новые образцы сверкали под светом ламп, демонстрируя технологическое совершенство. Ян Хэ шёл вперёд, то и дело останавливаясь, чтобы показать Ань Жань какой-нибудь новый продукт, рассказывая о его уникальных функциях и дизайнерских решениях. Улыбка на его лице становилась всё естественнее, а в глазах загорался гордый блеск: «Ань Жань, заместитель председателя, посмотрите на этот умный холодильник! Над ним наша команда разработчиков трудилась не покладая рук. Он не только вместительный, но и обладает невероятной способностью сохранять свежесть продуктов. Кроме того, в него интегрирована новейшая технология интернета вещей, пользователи могут управлять им дистанционно с помощью телефона – невероятно удобно!» Говоря это, он лично продемонстрировал работу холодильника, ловко управляя сенсорной панелью, словно показывая драгоценную реликвию. Ань Жань шла следом, слегка кивая и вежливо улыбаясь, но её взгляд был рассеян. Она лишь изредка отвечала: «Да, действительно очень хорошо, команда Ян Хэ, председателя, очень сильна». Её мысли были далеко от бытовой техники, она размышляла о истинной цели приглашения её сегодня Ян Хэ. После осмотра магазина церемония открытия подходила к концу. Ян Хэ приблизился к Ань Жань, улыбнулся и сказал, в голосе его слышалась некоторая неумолимость: «Ань Жань, заместитель председателя, спасибо за ваш труд. Прошу вас, пройдёмте в подсобку, выпьем чаю, немного отдохнём». Ань Жань слегка нахмурилась, почувствовав лёгкое беспокойство, но всё же кивнула и последовала за Ян Хэ в подсобку. Комната отдыха в подсобке была оформлена просто, но уютно: журнальный столик, два дивана, на столике стоял изящный чайный сервиз и несколько тарелочек с конфетами. Ян Хэ предложил Ань Жань сесть, затем сам взял чайник и грациозно начал заваривать чай. Его взгляд был сосредоточен, словно он совершал торжественный ритуал, но на самом деле он продумывал, как лучше высказать свою главную просьбу. Пока чай заваривался, Ян Хэ взял чашку, слегка подул на чай и протянул её Ань Жань, на лице всё та же, казалось бы, доброжелательная улыбка: «Ань Жань, заместитель председателя, попробуйте этот чай, это высококачественный лонцзин, специально приготовленный для вас, с насыщенным вкусом». Ань Жань взяла чашку и сделала небольшой глоток, но не почувствовала никакого вкуса. Она поставила чашку, посмотрела прямо на Ян Хэ и прямо спросила: «Ян Хэ, председатель правления, вы пригласили меня не только ради этой чашки чая, правда? Что-то случилось, говорите прямо». В её глазах мелькнул упрямый блеск, руки невольно сжались на подоле платья.

Ян Хэ слегка опешил, затем засмеялся, но в его смехе слышались какие-то скрытые нотки: «Ань Жань, заместитель председателя, вы действительно прямолинейны. Тогда я не буду ходить вокруг да около. Вы знаете, что сейчас ситуация во внешнеторговой палате неоднозначная, председатель Ван Цяо всё ещё находится в Германии в медовый месяц и ещё не вернулся. Согласно нашему уставу, вы сейчас высшее должностное лицо внешнеторговой палаты». Говоря это, он поставил чашку, слегка наклонился вперёд, пристально глядя на Ань Жань, пытаясь уловить хоть малейшее изменение в её выражении лица.

Сердце Ань Жань заколотилось. Она не ожидала, что Ян Хэ вдруг затронет этот вопрос, нахмурилась и настороженно ответила: «Ян Хэ, председатель правления, что вы имеете в виду? Хотя я временно исполняю некоторые обязанности, решения во внешнеторговой палате всегда принимаются коллегиально, я не смею принимать решения самостоятельно».

Ян Хэ слегка покачал головой, улыбка постепенно исчезла с его лица, сменившись серьёзным и искренним выражением: «Ань Жань, заместитель председателя, я не буду скрывать от вас. Вы видите, как непросто Группе Ян-хэ идти по жизни, сейчас усилилась конкуренция на рынке, я только прошу вас помочь мне в этот раз, подписать решение, гарантирующее Группе Ян-хэ 80% доли рынка. Для вас это всего лишь пустяк, а для меня и всей Группы Ян-хэ – это вопрос жизни и смерти». Его голос немного дрожал, в глазах мелькала мольба, руки невольно сжались на груди.

Ань Жань широко раскрыла глаза, полные недоверия. Она резко встала, её голос повысился: «Ян Хэ, председатель правления, ваша просьба чрезмерна! Внешнеторговая палата создана для блага всех предприятий-членов, как можно отдать предпочтение только вашей компании? Я никогда не пойду на такое нарушение принципов!» Её щёки покраснели от волнения, грудь сильно колебалась, в глазах горел огонь гнева.

Ян Хэ, увидев это, тоже медленно поднялся. Он вздохнул, на его лице появилась усталая горькая улыбка: «Ань Жань, заместитель председателя, не сердитесь, садитесь, поговорим спокойно. На самом деле, я понимаю ваши трудности, ваш молодой человек Хуа Чэн… Его осудили на семь лет за непредумышленное убийство, сейчас он находится в психиатрической больнице, вам, конечно, тяжело». Его голос внезапно стал мягче, но в глазах мелькнула хитрая искорка.

Услышав имя Хуа Чэна, Ань Жань словно поразила молния, её тело дёрнулось, лицо мгновенно стало бледным, слёзы неконтролируемо хлынули из глаз. Её ноги подкосились, она снова опустилась на диван, закрыла лицо руками, плечи слегка дрожали, сдавленные рыдания доносились сквозь пальцы: «Как… как вы узнали?»

Ян Хэ, глядя на страдания Ань Жань, почувствовал жалость, но вскоре его собственные желания взяли верх. Он сел рядом с Ань Жань, лёгко похлопал её по плечу, но в его голосе всё ещё звучало некоторое принуждение: «Ань Жань, заместитель председателя, я действительно хочу вам помочь. Если вы выполните мою просьбу, я, Ян Хэ, в этом городе кое-что могу, возможно, найду способ вытащить Хуа Чэна, и вы снова будете вместе. Подумайте, вы с Хуа Чэном так любили друг друга, разве вы не хотите, чтобы он как можно скорее вернулся к вам?»

Ань Жань подняла лицо, залитое слезами, в её глазах читались борьба и отчаяние. Она сдавленным голосом сказала: «Не… не используйте Хуа Чэна для шантажа, я не попадусь на вашу удочку». Но дрожащий голос выдал её внутреннее колебание.

Ян Хэ не успокоился, продолжая давить на неё: «Ань Жань, заместитель председателя, посмотрите на Гао Чуаня и Цзя Хуй, они живут душа в душу, вместе строят карьеру, как же это прекрасно! А ещё Ван Цяо и его жена Лиза, они в свадебном путешествии в Германии, живут как в раю. А вы? Вы с Хуа Чэном разделены, разве вы можете смириться с этим?» Его голос становился всё громче, каждое слово было как острый нож, пронзая сердце Ань Жань.

Ань Жань плакала ещё сильнее, слёзы текли как из прорвавшейся плотины. Её сердце было переполнено болью, противоречиями и безысходностью: с одной стороны, ответственность перед внешнеторговой палатой, верность принципам справедливости; с другой – глубокая тоска по Хуа Чэну и желание спасти его. Она обхватила голову руками, сжавшись в комок, в этой маленькой комнате, погрузившись в мучительный выбор, а Ян Хэ сидел рядом, спокойно наблюдая за ней, ожидая её ответа, в воздухе витала удушающая напряжённость.

Ань Жань долгое время оставалась погружённой в удушающую боль, слёзы ручьём лились по её лицу, промочив большую часть одежды. Но её природная упрямость и стойкость постепенно брали верх. Она прекрасно понимала, что если сейчас уступит, то не только предаст свою совесть, но и толкнёт Внешнеторговую палату в бездну. Она крепко сжала кулаки, ногти почти впились в ладони – так она пыталась справиться со своей слабостью. Глубоко вздохнув, она подняла слегка дрожащие руки и грубо вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Это движение было решительным, словно она хотела стереть всю свою печаль и колебания. Её глаза всё ещё были красными и опухшими, но она изо всех сил старалась расширить их, чтобы в них снова зажглись решимость и твёрдость. Ань Жань медленно встала, выпрямила спину. Хотя её фигура казалась ещё хрупкой, в этот момент она излучала внушительную ауру. Она посмотрела Ян Хэ прямо в глаза. Её голос немного дрожал, но слова звучали ясно и твёрдо: «Ян Хэ, спасибо за ваше предложение, но я не могу рисковать будущим Внешнеторговой палаты. Дело Хуа Чэна я буду решать иначе, я не пойду по этому кривому пути». Она слегка подняла подбородок, на её лице отразилась решимость, в её взгляде не было ни тени сомнения. В глазах Ян Хэ мелькнула досада, но она быстро исчезла, сменившись привычной дружелюбной улыбкой. Только теперь эта улыбка казалась несколько фальшивой и натянутой. Он тоже встал, поправил свой костюм и слегка кивнул: «Ань Жань, я понимаю ваше решение, дело серьёзное, вам нужно время, чтобы подумать. Надеюсь, вы ещё обдумаете всё как следует. Двери Группы Ян Хэ всегда открыты для вас». Его голос был спокоен, но в его глазах читалась неудовлетворённость, словно он ожидал, что Ань Жань передумает. Они шли рядом, Ян Хэ сохранял свою спокойную позу, улыбался и кивал проходящим мимо сотрудникам, его манеры демонстрировали всю его власть как главы крупной корпорации. Ань Жань старалась идти ровно и естественно, слегка подняв голову и смотря прямо перед собой, пытаясь скрыть волнение внутри. Проходящие мимо сотрудники и клиенты бросали на них уважительные и завистливые взгляды. Никто не догадывался о напряжённой схватке, которая только что произошла в комнате отдыха. У входа в туалет Ань Жань тихо сказала: «Ян Хэ, я схожу в туалет». Ян Хэ кивнул в ответ с улыбкой. Ань Жань спокойно вошла в туалет, заперла дверь на засов и, прислонившись к ней спиной, немного расслабилась. Ноги подкосились, и она чуть не упала. Она схватилась за раковину, посмотрела в зеркало на своё опухшее лицо, расплывшуюся косметику и почувствовала горькую тоску. Но ей было не до грусти. Быстро включив кран, она умылась холодной водой, стараясь снять отёк с глаз. Затем дрожащими руками достала косметичку и начала поправлять макияж. Тени, румяна, помада – каждый мазок был пропитан вновь обретённой силой и мужеством. Вскоре в зеркале снова отразилась яркая, уверенная в себе заместительница председателя внешнеторговой палаты. Приведя себя в порядок, Ань Жань глубоко вздохнула и вышла. Ян Хэ ждал неподалёку. Увидев её, он удивлённо вскинул брови – видимо, не ожидал, что она так быстро возьмёт себя в руки. Они снова спокойно прошли через холл, Ань Жань улыбалась и вежливо общалась с гостями, её манеры были безупречны, ничто не выдавало пережитого ею душевного потрясения. С другой стороны холла Цзя Хуй и Гао Чуань с тревогой прятались за высокими холодильниками. Цзя Хуй, генеральный директор компании Линхай и одновременно секретарь внешнеторговой палаты, обычно решительная и деятельная, теперь была напряжена, в её глазах читалась тревога. Она немного повернулась, выглядывая, пытаясь разглядеть выражение лица Ань Жань. Её короткие волосы слегка колыхались, несколько прядей упали на щеку, придавая ей ещё более беспокойный вид. Гао Чуань стоял рядом, прямой и статный, его взгляд был сосредоточен и остёр. Он невольно сжал кулаки, словно готовый в любой момент броситься на защиту Ань Жань. Несмотря на свой рост, чтобы не быть замеченным, ему пришлось немного согнуться – это было неудобно, но сейчас он думал только о безопасности Ань Жань, забыв о собственном дискомфорте. «Как думаешь, с Ань Жань всё в порядке? Этот старый Ян Хэ пригласил её, наверняка, не с добрыми намерениями», – прошептала Цзя Хуй, её голос был полон беспокойства, брови сдвинулись ещё сильнее. Гао Чуань легко коснулся плеча Цзя Хуй и тихо успокоил: «Не волнуйся, Ань Жань не так-то просто сломить. Мы следим за ней, при необходимости сразу вмешаемся». Его голос был спокоен и уверен, словно успокаивающее лекарство для Цзя Хуй, но взгляд его не отрывался от Ань Жань. Однако они и представить себе не могли, что их осторожность заметили журналисты. Группа репортёров, искавших интересный материал, случайно обнаружила их за холодильниками. Внезапно вспыхнули фотовспышки, защёлкали затворы фотоаппаратов – «щелчок, щелчок, щелчок». Цзя Хуй и Гао Чуань были настолько потрясены внезапным поворотом событий, что онемели и застыли на месте, совершенно растерявшись. Эти маститые бизнес-элиты, обычно уверенно планирующие свои действия на рынке и добивающиеся успеха на больших расстояниях, сейчас выглядели как двое провинившихся детей, неловко оказавшихся на виду у всех.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.