Владимир Бит
Лисс в пальто

Глава 1

– Я думаю у всех бывали дни, что не похожи на другие. Которые остаются в памяти на всю жизнь и ничто и никак не может стереть их из вашей памяти, – я огляделся по сторонам, наблюдая за тихой и спокойной в это время таверной, – такие вот волшебные дни, которые теплятся внутри и напоминают, что в жизни не всегда всё однообразно и не всегда одно дерьмо.

– О… простите, я вижу ваше вдохновлённое лицо… вы подумали, что я сейчас расскажу о таком своём дне? – трактирщик перестал натирать стакан и поставил его на стол, прикрыв тряпкой.

– Извините, но нет, я прошу прощения, что ввёл вас в заблуждение, – трактирщик разочарованно выдохнул и снова взял стакан, глядя через него в окно, – нет, я не расскажу о таком дне, хоть и мог бы, ведь в моей жизни такие волшебные дни были и не один раз.

– Прошу, уважаемый, не надо морщиться и отводить глаза, думая, что я начну вам тут нудить и жаловаться на жизнь. Поверьте, это тоже будет интересно. Ведь сейчас я хочу вам поведать о простом, можно сказать ничем не примечательно дне. Это был будний день…

Я снова огляделся и улыбнулся тому, что никто бы и не догадался найти моего нынешнего собеседника в этом Богами забытом месте. Ведь это самый что ни на есть обычный кабак, в этом районе их, наверное, несколько десятков. Эта обычная деревянная обивка стен и пола, а также длинная барная стойка с пятью-шестью деревянными столиками. И вонь. Стандартная вонь, что присутствует в подобного рода заведениях. Пусть было и не сильно поздно, но в воздухе уже витал тяжёлый смрад скисшего пива, да и ароматы местных завсегдатаев тоже добавляли колорита в воздух. Хах, очень и очень забавно.

– Да на кой хер мне твои дни, придурок? – собеседник огляделся по сторонам, нахмурился и выпучил от злобы свои глаза, – мне заняться что ли не чем? Долби мозги другим, а у меня дела…

– Да постой, уважаемый, я же говорил, что мой рассказ долгий и начну я его с самого начала, вы же согласились и оплатили выпивку, – придержал я собеседника за рукав и заглянул ему в глаза, – ведь всё было так? Я же не обманываю…

– Эх… да хер с тобой… начинай… – собеседник ещё раз осмотрелся и не найдя глазами за что зацепиться, махнул рукой и сел обратно на стул, взяв кружку с напитком, – но ты обещал, что история будет очень интересной. А если нет, то пеняй на свою тощую задницу, понял?!

– Всё понятно, уважаемый, – поднял раскрытые ладони перед ним я, всё больше фокусируя его зрение на себе, – вам понравится, я обещаю!

– Начнём? – я потёр руки и начал рассказ.

– Так вот. Это был прекрасный… нет, простите, обычный день. Обычная среда, коих было уже миллион в моей жизни.

– Кто такая Среда? И что в ней такого обычного? – спросил собеседник, отпивая свой напиток.

– Гхм… Уважаемый прошу вас не перебивать меня, как рассказчика, иначе мы и через век не закончим, – покачал я головой, – среда, это день недели. Третий день от начала недели, если точнее.

– Нет-нет, уважаемый, все вопросы после, – запротестовал я, видя, как собеседник начал открывать рот, – вот вам лист бумаги и то, чем писать. Записывайте то, что вам не понятно и я после рассказа вам всё поясню, хорошо?

Дождавшись кивка, я выдохнул, видя, как собеседник неуклюже взял письменные принадлежности, с которыми кажется даже не знал как взаимодействовать. Покрутил в руках и поднял глаза на меня. Трактирщик снова прикипел взглядом к нашей компании и замер со стаканом в руке. А те редкие посетители вокруг вообще не обращали на нас никакого внимания. Говорили, и шептались о чём-то своём. Я глянул в окно, на прохожих, медленно бредущих по своим делам, выдохнул и настроился снова.

– Так вот. Это была обычная среда. Ничем не примечательная и похожая на многие такие же дни. Буквально та среда, что была у меня на протяжении последних пяти лет, которые я провёл на службе. Мне было двадцать пять лет. Когда я закончил нужные шаги в виде школы, армии и академии, а после поступил на службу в полицию. И взяли меня не просто постовым, а опером в отдел уголовного розыска. Дааа, не хухры-мухры! И вот я уже пятый год нёс службу в стройных, а местами не очень стройных, рядах полиции. Спросите, почему не стройных? А потому, что некоторые из уже не слишком молодых и энергичных её сотрудников носили форму кингсайз размера. Да они кроме как стоять, сидеть и медленно передвигаться ничего и не могли, в физическом плане. Ну, да не суть. Вернёмся к среде. Я сидел за своим рабочим столом и вёл допрос очередного криминального элемента. Ну как вёл? По сути, это был монолог. Да, он просто сидел передо мной и каялся во всех своих и видимо не совсем своих грехах. Он был истово напуган и не затыкался уже ровно час. Вы спросите почему так? А всё просто. Видимо мои коллеги ранее были не столь терпеливы и лояльны как я и испугали его, так сказать. Да, и такое на службе бывало… И видимо, потому что он молчал, долго и упорно, они обмолвились тем, что применят последний аргумент. Знаете какой? А я знаю… Терморектальный криптоанализатор. Ректальный термостимулятор долговременной памяти, если сказать иначе, – я изобразил пальцами колечко и сунул в него палец другой руки, – и, видимо, ему более не захотелось молчать. А мне как самому молодому в отделе пришлось сидеть и нудно записывать все его показания. Представьте, рассказ начался из самого детства. Вот такие были мои будни.

– Ну, уважаемый, вам уже повеселее? – хохотнул я, видя то, как собеседник заёрзал пятой точкой на стуле, нервно глядя на меня и по сторонам.

– Так вот, он рассказывал и рассказывал. А затем, сквозь череду событий его жизни начала проявляться истина. Какая? Да обычная, которая касалась нашего дела, по которому мы его и приняли. А дело было так… – я сделал картинную паузу и заговорщически подмигнул.

– Он рассказал, что стоял у подъезда своего дома и курил папироску. Как вдруг не пойми откуда выскочил соседский мужик и громко вереща, про судьбу-злодейку побежал в сторону проспекта в халате и тапках. Наш ухарь, недолго думая и смекнув, что может навариться, шмыгнул в подъезд. И о чудо! Увидел, что дверь соседа не заперта, от слова совсем. А так как он знал, что сосед живёт один и что он очень небеден, то решил обнести его хату. Наш ухарь же не промах, он из сидельцев со стажем и опытом в кражах. Ну вот и вынес он ценностей на сотню другую тысяч деревянных, а после затаился и не отсвечивал, сидя в своей конуре, пока следствие не уляжется, – мой собеседник явно начинал нервничать сильнее. То, как он смотрел по сторонам и теребил листок в руках его явно начали выдавать, – да вот беда. Мы, злые опера, таки нашли окурок от его папироски на полу у соседа, который он по забывчивости уронил там. Исследовали его и нашли части ДНК, которые, как ни странно, принадлежат нашему ухарю. А как мы это поняли? Да очень просто, мы прошли по всему подъезду и выспросили все обстоятельства кражи, поминутно. И так получилось, что жила-была в этом доме бабушка-Штирлиц, которая и видела нашего ухаря, курящего у подъезда. Ну а когда мы были с допросом в его квартире, то в мусоре нашли бутылочку с его остатками слюны и из неё выделили ДНК. И вот так совпадение, что эти две ДНК, что по итогу у нас получились, были одинаковы. Поэтому то наш ухарь и влип, как куры в ощип. Таким образом и был найден преступник и все украденные вещи.

– Как вам история, уважаемый? Правда увлекательная? – посмотрел я на нервно подёргивающегося собеседника, что ещё сильнее нахмурился и стал больше озираться по сторонам, – я смотрю она вам близка?

– Ох, нет, ну что вы, – выдохнул собеседник, – я и половины не понял… Что за деши… как там его? Что за дэ-нэ-ка? Да и причём вообще тут кража?

– Ой, да не стесняйтесь дорогой… – похлопал я его по плечу, – сейчас я всё проясню… Дешифратор – это прибор, который помогает найти истину. А ДНК – это то, что есть в каждом человеке и у каждого она своя. Ну, понимаете, как вот, например глаза. Они есть у всех, но у каждого они разные. Понятно?

– Угу… – кивнул мне собеседник, явно начав сильнее трястись на стуле, – так, а зачем вы мне такую историю рассказали?

– Ох, да, точно, – я пошарил в кармане и вынул из него окурок самокрутки. Вытянул с ним руку и показал собеседнику, – знаете, ко мне тут обратились люди с просьбой помочь найти бандита, что нагло обворовал их давеча. И единственное, что они смогли найти на месте кражи, так это вот этот окурок. Узнаете?

– Н-нет… – забегали глаза собеседника, – я вообще не курю, я за здоровый образ жизни…

– Очень интересно… – я убрал окурок в карман плаща и прислонил пальцы к подбородку, – тогда скажите, почему у вас на пальцах правой руки жёлтые следы, что характерны для самокруток с табачком и свидетельствуют о том, что вы довольно долго и много курите?

– Что? Какие пятна? – собеседник инстинктивно прикрыл пальцы рукой, – что вы такое говорите? Я не курю!

– Ага, точно! – кивнул я с издёвкой в голосе, – а что мы узнаем, если я сейчас возьму вашу кружку с остатками ДНК на нём и проверю его в лаборатории?

– Что? А ну отдайте мне мою кружку! – его рука схватила воздух в том месте, где ранее стояла его кружка, которую я уже забрал, – вы не имеете права!

– Я? Нет…увы… – картинно поднял руки и скорбно опустил голову. Затем поднял её и глянул собеседнику за спину, – но вот мои друзья, имеют. Забирайте его, товарищи!

– А? Что? – собеседник посмотрел за спину и увидел двух представителей закона, что двигались в его сторону, – АРРРГХ! Живым не дамся!

Собеседник вскочил на ноги и только сейчас я увидел, что он немного не той расы и размеров, что я предполагал ранее. Он ухватил стул и лёгким движением руки швырнул его в одного из представителей власти. Тот словил стул лицом и с протяжным охом, как подкошенный, кулём свалился на пол. Второй ускорил шаги и что-то властно прокричал, но было поздно. Мой собеседник резко рванул ко мне, не смотря на свои не маленькие габариты, и ухватил меня за горло, приподнимая меня над полом и начал трясти.

– Ах ты выкидыш суккуба! Да я тебя!!! – он тряс мою тушку в воздухе всё сильнее сжимая руку на моей шее, – ты покойник! Клянусь Ллос, я тебя изничтожу, мелкое ты отродье!

– Ах ты ж! – я болтался в воздухе пытаясь разжать мёртвую хватку бывшего собеседника на своей шее, – кххх!

– Ха-ха-ха! Всё?! Съел?! – трепал он мою тушку за шею, – ещё никто в этом мире не смог поймать меня! Саавос Мятежный, ещё никогда не был за решёткой и никогда там не будет!

– Агхха… – прохрипел я и трясущимися от слабости руками снова залез в карман пальто, вытягивая листочек бумаги и прикладывая его к груди преступника, – ну… игаджеты…

– А? Ты ещё жив?! – он снова тряхнул меня, но я прижал листочек к его груди сильнее.

– К-кош, – из последних сил прохрипел я и опустил руку.

Листочек бумаги прилип к одежде преступника и начал наливаться синим светом. Мой собеседник резко запаниковал и отпустил мою шею. Я мешком упал на пол и свернулся, калачиком прикрывая лицо и уши, пока здоровяк пытался скинуть с себя бумажку, шлёпая и махая по ней руками. Листочек начал прожигать одежду и затем впечатался в кожу преступника. Вокруг него начал нарастать гул, а затем яркая вспышка и мощный треск грянули в полутёмном помещении трактира. Короткий вскрик и тело злодея падает на пол, трясясь в конвульсиях. Я перевернулся на спину и тяжело дыша поднялся на ноги, отряхивая свою одежду. Глянул на дрыгающегося засранца и плюнул на его корчащееся в судорогах тело, по которому до сих пор бегали мелкие вспышки электрических разрядов.

– Ну вот, теперь опять к лекарю топать… – пробурчал я, растирая шею, – вяжите этого всратого огра товарищи служивые…

– Так точно! – один товарищ в форме подскочил к телу всё ещё трясущегося на полу злодея и хватанул его за руку, чтобы надеть кандалы, – ай-ай-ай! Больно!

– А ты как думал, уважаемый? Его же молнией шибануло только что… Вон ещё разряды по телу бегают, – глянул я на служивого с ухмылкой и медленно, чуть покачиваясь пошёл к барной стойке, – обожди двадцать ударов сердца и вяжи. Как раз действие заклинания ослабеет. Только цепь потолще бери, это тебе не гоблин какой.

– Так точно! – встал, тряся рукой служивый и вытянулся по струнке.

– Да окстись ты, я же не в вашей структуре работаю, да и звания у меня нет, – махнул я ему рукой и показал характерный жест рукой бармену.

– Н-но, как? – служивый оглядел меня, дрыгающееся тело злодея, почесал в затылке и развёл руками, – почему вы? Ну… вот это вот всё?

– Начальство спроси, оно расскажет, – взял я протянутую мне местным барменом дубовую стопку прозрачной жидкости и махом залил её в рот, – оххх… ххха! Благодарю, уважаемый!

Я хлопнул рукой о стойку, оставив на ней пару медных монет и начал медленно брести к выходу. Ну вот и ещё одно дело раскрыто, похититель ценностей найден, и я могу быть свободен. Я встал на пороге трактира, изо всех сил потянулся, до хруста напрягая спину, зевнул и сделал шаг на тротуар. М-да… Дело простое, но затратное. Меня снова попытались убить. Можно было уже привыкнуть, но каждый раз это всё равно заставляло задуматься. Хотя… Мне лень! Мне нужно к моему, можно уже сказать личному лекарю. Лечить свою шею. Да, а потом к нанимателю, за баблом. Ну и да, придётся его немного расстроить увеличением суммы за моральный и физический ущерб. Вот так и сделаю, а остальное потом.

Я двинулся по неширокой грязной улочке, заставленной двухэтажными домами. Под ногами грязюка. Толи дождь прошёл, то ли эта жижа вообще никогда не высыхает. Все дома вокруг были деревянными. Да и выглядели одинаково, если честно. Разница была разве что в длине самих домов и количестве окон в них. Ну и тем, что на них было. Я имею в виду дыры, рисунки, да и просто пятна от чего-то то ли едкого, то ли жирного. Ну и копоть, конечно. Тут обитали разные твари и все они далеко не из высшего общества. Ах, да, окна. Ну, вообще да, окна – тёмные прямоугольные дыры в фасаде дома. Не всегда ровные, даже наоборот почти всегда кривые или поломанные. Стёкол-то нет, только ставни, да и то не везде. Просто стекла тут ещё никто не придумал. Есть хрусталь, но он шибко дорогой для этого бедного района города. Да о каких стёклах может идти речь, если до сих пор в обороте деревянная и глиняная посуда? За редким исключением бывает металлическая, но и её не много и только у сильно богатых господ. Тьфу… средневековье, ей Богу!

Я медленно шёл по улице, меня огибали редкие стайки детишек разных рас и мастей. Они забавно галдели и перекрикивая друг друга бежали кто с чем в руках за очередной огнекрысой в соседний переулок. Я задержал на них взгляд и чуть улыбнулся. Эх…дети… я и себя помню в том возрасте. Будто сто лет прошло, но помню. Правда у нас не было столько различий, как у этих деток. Ну не было у нас хвостов, шерсти или ещё каких чуждых аномалий, не свойственных людям. Я шёл дальше, а мимо меня то и дело шли прохожие. Женщина дроу, что из-под капюшона хмуро оглядывала всех острым взглядом. Всех, кто так или иначе проходил хотя бы в шаге от неё. Ну, оно и понятно, тут полно воров. А вот совсем юный челокот, почтальон судя по форме. Эх…какой твари тут я только не увидел… Но для меня это уже нормой стало. Ах ты! Ну, вот и меня снова пихнули в бок. Ааа… это молодая орчиха из клана зелёных или как там… Ну вот почему орки так меня не любят? Вот будто им кто мишень на мне нарисовал… вечно меня кто-то из них да толкнёт… что за люди?

Эх… люди… вот как раз они и редкость тут. В этом городе полно разных тварей и зверей, начиная от мелких фей, заканчивая трясëлками в виде человека. Но вот людей тут днём с огнём не сыщешь. И дело тут не в том, что их мало, просто они бы не выжили в этом районе. Другие расы так или иначе сильнее людей и поэтому человеки не столь частые гости в Трясине, как называют этот район города местные. Хотя официально этот район носил гордое название Окраина. Я оглядывал существ, что встречались мне на пути и топал в сторону выхода из этого района. Всё почти как я привык видеть в свою бытность полицейским на родине. Почему почти? Да потому что лица, морды, хари и прочие части головы, которые я видел раньше, ну никак не были похожи на человеческие. А редкие улыбки на лицах только подтверждали этот факт и небольшое сходство с родиной. Не зря же про нашу страну всегда говорили, что она хмурая и безэмоциональная. Я дошёл до врат и остановился, получив жест от привратника. Он подошёл ко мне.

– Приветствую господин де-детектив! – отсалютовал он мне латной перчаткой от латного же шлема, – рад видеть вас в добром здравии!

– Да перестань Ульгард, все же свои, можно просто, Лисс, – похлопал я его по доспеху, – нет нужды в регалиях и прочей мишуре.

– Да-да, господин Лисс, я… хорошо, – заулыбался, во все свои острые зубы, волчий смесок Ульгард, – я всегда рад вас видеть, господин! Заходите в лавку к моей жене, она вас булочками с кроличьими почками угостит. Вы же знаете, как мы вам благодарны!

– Ага, хорошо, Уль, зайду на днях. Как дети? – натянуто улыбнулся я ему в ответ слегка испытывая тянущую боль в шее, – растут сорванцы?

– Да! Растут бандиты, слава Амагуку! – он снова искренне заулыбался и чуть не обнял меня, – ох, господин, если бы не вы…

– Полно-полно, Уль, не нужно, не вспоминай, всё прошло и это хорошо, – чуть отстранился я от человолка, – ну, рад за тебя и семью. Мне пора, увидимся…

– Всех вам благ, господин! Заходите в лавку! – прокричал мне в след Ульгард, махая лапой или рукой, как там правильно не знаю.

Я пересёк врата и продолжил свой путь. Дома вокруг хоть и изменились, но не так чтобы сильно. Они всё также были деревянными, но было видно, что за ними хотя бы кто-то ухаживает и следит. Пятен и дыр уже не было. Окна стали ровнее. А дерево, из которого были сделаны эти дома, было явно светлее. Они не были похожи на развалюхи и бараки, как в Трясине, но и не были элитными. Такие себе аккуратные домики с небольшими лужайками и садиками за хлипкими заборчиками. Меня всегда забавляла эта разница в достатке районов. Просто оглядевшись вокруг, можно было догадаться, где ты сейчас, и кто вокруг тебя. Этот район носил название Рабочий. Потому что собственно его жителями были многочисленные твари рабочих профессий. Тут уже было побольше стражи и прочих структур, чем в Трясине, но это не особо спасало рабочий класс. Так как и здесь бывали разбои и нападения. Но это уже совсем иная история. Что-то шея моя как-то странно себя чувствует. Я должен дойти до следующего района Ремесленников и желательно побыстрее. Ибо именно там-то и жил мой лекарь. Да и я сам обитал в том же районе. На большее мне рассчитывать не приходилось. Я пересёк несколько улиц и миновал ещё одни врата, попав наконец в свой район.

А спустя ещё минут десять я наконец уже звонил в колокольчик дома лекаря, вызывая оного на рандеву.

– Ох, голубчик мой, вы снова здесь? – охнул средних лет солнечный эльф, поправляя круглые небольшие очки на довольно больших глазах, – вас снова угораздило?

– Привет, Док… рад видеть… – помахал ему рукой и оперся на перила лестницы, мои руки и ноги начали трястись, – принимай работу, на этот раз шея.

– Эх… ну что же вы себя не бережёте, Лисс, – он подхватил меня под руку и затянул в прихожую дома, закрыв дверь, – Далила, срочно отменить все записи на ближайшие два часа. У нас тут срочный случай!

– Но, господин, так же нельзя, – запротестовала лесная дриада, помощница лекаря, видя меня, – некоторые месяц ждут!

– Подождут ещё пару часов! Это не требует отлагательств, – эльф силком тащил мою тушку в кабинет, изрядно напрягая хилые мускулы, – это не обсуждается Далила! Закрой дверь и иди помогать!

– Но! – дриада открыла рот, но осеклась, глядя на начальство и его тон, и робко буркнула, – сию секунду, господин!

Раздался хлопок и щелчок двери, позади нас, а затем лёгкий топот деревянных ножек по полу и меня подхватили под второе плечо. Заволокли в кабинет и усадили в кресло. Док начал осматривать мою шею, а Далила злостно пыхтя, надменно глядела на меня стоя рядом. Моё сознание немного начало плыть. То ли это жарка так подействовал, то ли этот преступный огр передавил на моей шее что-то сверх нормы. Но мне как-то резко поплохело, а мысли нагрянули в голову потоком. Самая важная мысль, которая сейчас крутилась в моей голове, это то, что я вовремя сюда дошёл. Судя по состоянию, если бы я промедлил, то отключился бы где-то по пути, а может и вообще копыта бы отбросил. Док поцокал языком и что-то сказал Далиле. Она исчезла из моего поля зрения и быстро вернулась, держа в руках глиняную кружку.

– Так, уважаемый Лисс, вам нужно это выпить, – он взял кружку из рук дриады и сунул её мне в руку, – лучше залпом, чтобы было быстро и организм не отторг отвар.

– Фууу… Док, ты опять за своё? – рвотный позыв скрутил желудок, когда до моего носа дошёл отвратный запах отвара, – эта отрава меня убьёт быстрее, чем огненный дьявол!

– Нет времени спорить, дружочек, пей быстрее, – он запрокинул мне голову и начал давить на скулы, чтобы я открыл рот, – ты всегда упрямишься, но ты же знаешь, что это поможет! Да во имя Асклепия, пей ты уже!

– Глыг… – Далила запрокинула мою руку с кружкой в мой рот и тягучая, острая жижа потекла мне в глотку, – грррлу…

– Далила, нос! – деревянные пальчики помощницы зажали мой нос, и я инстинктивно сглотнул жижу, – молодец, девочка…

– Хххах! – выдохнул я, когда меня отпустили, – что это за дрянь, Док?! Я в жизни ничего хуже не пил!

– Стебли остролиста, кора фикаллокактуса, листья лютипанки и щепотка жаренного слизня, – стал загибать пальцы лекарь, – это выправит твои смятые в клубок сосуды, вены и мышцы. Ускорит кровообращение и даст усиление лёгким. Да кому я это объясняю? Откинься, сейчас я подлечу тебя магией.

– Не-не-не, Док! – слабо замахал я руками, – никакой магии, ты же знаешь! Лучше дай мне йаду выпить!

– Цыц! И хватит паясничать! Без магии ты только через месяц, а то и два в себя придёшь, а так уже через час будешь бодр и свеж! – он закатал рукава и снял перчатки. Начал что-то певуче говорить на родном языке и мою шею окутал мягкий изумрудный свет.

– Ага, адская боль в ближайший час, и я здоров… – прокряхтел я, вжимаясь в кресло и впиваясь в подлокотники пальцами, – свежий такой, зелёный и в пупырышку…

– Тихо, не мешай! – Док шлёпнул мне в лоб раскрытой ладонью и мои голосовые связки отключились.

Спустя пол часа моя шея перестала болеть, а я перестал испытывать муки магии. Док вытер с моего лица холодный пот, что струйками стекал по моему лбу и отошёл, плюхнувшись в кресло.

– Ну, всё… – выдохнул лекарь и принялся что-то писать на листочке, а затем протянул его мне, – теперь всё в порядке. Вот рецепт, покажешь его Далиле на выходе, она даст тебе снадобье. Пей его по ложке два раза в день и уже на третий день всё совсем пройдёт.

– Ммм… – промычал я, беря листочек.

– Ох, да… – Док снова шлёпнул меня в лоб, – ты что-то хотел сказать?

– Кхм… ага, хотел… но промолчу, – пробурчал я, массируя свою подлеченную шею.

– Вот и славно. Оплату как обычно оставишь Далиле, – кивнул эскулап и показал на дверь пальцем, – ну давай, топай и я надеюсь тебя не видеть, хотя бы неделю, для начала…

– Ага, постараюсь… – снова пробурчал я и пошёл в соседнюю комнату, – спасибо, Док!

– Да иди уже! – хохотнул лекарь, – и хватит меня так называть… у меня имя есть. Запомни я Данталуэль.

– Ага, понял, Док, – хихикнул я и закрыл дверь в кабинет.

– Всё шутите, Лисс? – очень злобно прошипела Далила, – а могли бы и с уважением к господину относиться. Он вам столько раз жизнь спасал и выручал, а вы…

– А я не благодарный выпухоль, что каждый раз сопротивляется лечению, – положил я бумажку с рецептом на стойку дриады и широко улыбнулся, – сколько же от меня проблем… эх… очи бы твои ясные и прекрасные меня бы не видели…

– Хм! – возмущённо хмыкнула дриада, полыхнул зелёной вспышкой из глаз, схватила бутылочку из-под прилавка поставив её передо мной, чуть не разбив, – с вас пять серебряных и три медяхи!

– Вот, пожалуйста, моя прекрасная дриада, – я выложил монеты на стойку, затем сунул в карман плаща руку и вынул фиолетовый цветок и положил туда же, – а это вам за хлопоты и моё неприемлемое поведение…

– Ох… – я открыл дверь, когда за спиной раздался восторженный вздох, – это… это же тигриный тюльпан! Ещё и фиолееетовый… Хи-хи!

Эх… Женщины. Какой бы ни были они расы и как сильно не гневались бы на что-то, но фактически любой, даже самый маленький, но приятный сюрприз, может изменить их настроение. Хотя бывает и наоборот. Но и это тоже радует. Ведь не всё тут так сильно отличается о того, к чему я привык. Я побрёл в сторону своего дома, по ходу соображая есть ли у меня хоть что-то там поесть. И снова, будто в первый раз, выругался, понимая, что и быть-то ничего не может. У меня не было холодоса, так что кроме чёрствого хлеба или ещё какой другой фигни, что может выжить на кухне более двух дней, там точно нет. Ну и плевать. Сначала сон, а вот уже после буду думать. Наконец я добрался до своей конуры и прям как есть хлопнулся на подобие кровати, практически моментально отправляясь в сон, ещё в полёте.

Тем временем в сердце Розенбурга:

– Глава! Глава Аннет! Главааа! – среди толпы кто-то без устали прыгал, маша руками.

– Итак, сограждане! Я хотела бы сказать, что очередной разбойник пойман и теперь население Рабочего и Тря… Окраинного районов нашего славного города в безопасности, с чем я вас всех и поздравляю, – стройная суккуба в деловом костюме поправила небольшие очочки на своём изящном носике, сверкнув глазами очередному сотруднику газеты, – наши доблестные хранители закона вновь раскрыли дело и призвали к справедливости вора-трясинника, как его окрестили жители. Давайте поблагодарим шефа полиции нашего города! Прошу, шеф Даркгримм!

– Полно, вам миледи, я всего лишь скромный слуга народа. Всю работу сделали мои подчинённые, – под недружный шум аплодисментов на вышитую бархатом сцену взошёл огромный дьявол в форме полицейского, – кхм… господа. Лицедей известен и заключён под стражу, в ближайшее время его ждёт справедливый суд и соразмерное наказание. Следите за полицейской хроникой и будете в курсе. Что касается нас, то мы рады избавить наш славный город от этого бандита и предать его под честный суд общественности. На этом всё. Есть ли у вас вопросы, господа? Да-да, слушаю?

– Глава Аннет! Глава! Пропустите меня! – позади людей с блокнотами снова прыгал странный холодец жёлтого цвета.

– Журнал "Рога и копыта" Поздравляет вас с успешной поимкой преступника, – выдвинулась вперёд жеманная полуэльфийка с причудливой причёской и в ярко розовом костюме, – скажите как проходило расследование и по каким приметам вы смогли поймать вора? Спасибо.

– Хммм… Детали расследования мы разглашать не в праве, – нахмурился шеф, – однако скажу, что преступника выдала его небрежность и излишняя жадность, что и помогло нам в расследовании. Следующий?

– Мы рады запечатлеть успехи нашей полиции. И наша редакция городской газеты присоединяется к поздравлениям, – начал щуплый молодой дроу, что-то чиркающий в блокноте, – у нас и наших читателей есть вопрос, который уже давно назрел, господин Даркгримм. Скажите, как вам удалось так быстро найти лиходея?

– Что же, это не секрет, – довольно выпятил грудь дьявол, – дело в том, что в нашей полиции служат только самые выдающиеся существа, они храбры, умны и у них самая большая раскрываемость любых преступлений в нашей стране. Именно поэтому такие преступления не представляют особой сложности для моих сотрудников. Следующий?

– Газета "Ветвь истины", тоже безусловно поздравляет вас с поимкой преступника, – выдвинулся вперёд статный солнечный эльф с оранжевой гривой волос, – уважаемый шеф, скажите правда ли, что вы и ваш департамент привлекает сторонних специалистов для работы. Мы и наши читатели заметили, что последние несколько лет на местах громких преступлений появляется одна необычная личность, которая на ровне с полицейскими участвует в деле. А свидетели утверждают, что именно эта личность и поймала вора-трясинника в трактире сегодня утром. Прокомментируйте пожалуйста? Спасибо.

– Кхм-кхм… Все эти слухи, не более чем слухи, господа… – заметно замялся шеф полиции и забегал глазами, то на толпу, то на главу города, – уверяю вас, мы справляемся сами и только мы имеем законное право на расследование. Никто из жителей, не служащих в полиции, не имеет никаких полномочий.

– Да пустите же! Глава! Глава, это срочное донесение! – продолжала скакать за толпой жёлтая тряселкообразная субстанция.

– Но постойте, как же так, шеф Даркгримм? – запротестовал гривастый эльф, – очевидцы сообщают, что последние девять или десять громких дел они своими глазами видели эту личность непосредственно на местах преступлений, допросах и при поимке преступников. Во лжесвидетельстве их трудно заподозрить, так как это не один десяток людей.

– Благодарю за вопросы, господа, – нервно улыбаясь, а точнее жутко скалясь публике, замахал руками дьявол, такая вот особенность у этой расы, – на этом выступление окончено, всем спасибо и до новых встреч!

– Постойте, шеф Даркгримм, но как же так?! – не унимался эльф, – ведь то, что вам помогает существо со стороны это факт! Кто это? Как его зовут? Почему он вам помогает?

Шеф зло сузил и без того небольшие глаза и еле заметно мотнул головой. Две тени метнулись к гривастому солнечному эльфу и его голос оборвался на полуслове, а сам эльф как сквозь землю провалился. Довольный таким развитием событий шеф Даркгримм кивнул головой, ещё раз помахал толпе. Затем он медленно и вальяжно, по-другому с его габаритами сделать было нельзя, развернулся и удалился в след за главой города в полицейский участок.

Глава 2

Проснулся я внезапно. Это если в двух словах и не ругаясь матом. И времени, судя по рассвету было около пяти утра. Ладно-ладно, раньше бы я смог точно время сказать, а сейчас тыкать пальцем в мягкое место и прикидывать что к чему.

– Бах-бах-бах! Лиииссс! Открывай! – раздались очередные удары в дверь, и кто-то начал рвать глотку, – именем закона! Если вы не откроете нам дверь, то мы её сломаем!

Ну, вот опять. Снова законники до меня докопались. Вот что им не понятно? Я сплю, а они ни свет ни заря ломятся в мою, итак, полуживую дверь. Что теперь? Вроде я нигде не косячил. Вроде всё тихо было. И договорённостей не нарушал. А они снова всех соседей переполошат. Снова мне потом отбрёхиваться от старой соседки орчихи, что я не лиходей какой… Я опустил ноги на пол и оглядел свои однокомнатные хоромы. Хех, кровать, если её можно так назвать, шкаф, стол, пара стульев, ну и ящики, собранные на манер кухонного гарнитура. Вот, собственно, и всё, что у меня тут было. Я поднялся с кровати, и побрёл к двери.

– Бах-бах-бах!!! Я считаю до десяти и, если вы не откроете дверь мы войдём сами! Больше предупреждать не будем! – снова кто-то начал драть горло, этот кто-то видимо большой и широкий, ну, судя по мощному басу, по крайней мере, – один! Два! Три…

– Да-да… Сова, открывай! Медведь пришёл! – я наконец добрëл до двери и резко открыл её на шестом счету, – О! И правда медведь пришёл…

Я выпучил глаза на огромного волосатого рыжего вер медведя, что стоял на моём еле живом и очень скрипучем крылечке. Эта туша стояла и грозно смотрела на меня сверху вниз, скаля клыки и выдавая злобные гримасы. Я стоял и глядел на это чудо природы, соображая, что сказать дальше.

– Здравствуй, Винни! Ты как-то сильно изменился с нашей последней встречи, – нахмурил я брови и потыкал его в шерстяной бицепс, а потом хлопнул его по плечу, поднявшись на носочки, – ты в качалку ходил, что ли? Сразу видно много ешь и штангу тягаешь… Молодец!

– Яммм… эээммм… – косолапый завис, не ожидая от меня такого поведения.

– Вы… Вы обязаны проехать с нами! – раздался писклявый голосок позади моего большого гостя, – по приказу шефа Даркгримма!

– Да… грм… вот! – охреневший от моей наглости и тона вермедведь прикрыл отвисшую пасть и потыкал когтем, с мой палец, за спину, – следуйте за нами.

– Ага, щаз! Вот прям взял и побежал… – сложил я руки на груди и вперил злой взгляд в тушу мишки, – хрен вам, а не приказы… Меня мой утренний кофе ждёт. И вообще, какого беса вы заявились сюда в такую рань и глотку рвёте? По какому праву я спрашиваю вы орёте на весь район?!

– Ну… это… – вермедведь продолжал огранивать от моего поведения и решил, что почесать свою макушку будет проще, – ууу… у нас, это… приказ… вас, это… сопроводить.

– Приказ? Как звучал приказ, салага?! – встала в позу "руки в боки" и просто начал напирать на бедолагу, – сопроводить! Верно? Так за каким бесом вы мне дверь, чуть не выломали и разбудили добрых и хороших граждан этого славного города во всей округе?! Вот бабуля Дори, сейчас из окна от страха выпадет! А деда Фергюс, чуть пердечный сриступ не получил, того гляди обделается сейчас от твоих воплей!

– Ну… это… кхм… – медвежонок как-то совсем скис, глядя на дрожащего от немощи старичка-эльфа, что стоял за калиткой своего дома, держась за поясницу, а затем глянул на старую орчиху, что наполовину вылезла из окна напротив, дабы услышать всё, что происходит в моём доме, – простите добрые граждане… мы не хотели мешать вам в столь тихое утро…

– Та што ты ховоришь, милок?! – бабулька помахала кулаком и на улочку шлёпнулся её могучий плевок, что зачастую прилетал галдевшим детям, когда они переходили её порог громкости, – вы што тут уштроили, а?

– Тише, бабушка, тише, мы больше не будем, – запищал снова кто-то из-за могучей спины вермедведя, – мы сейчас уйдём и не будем вам мешать. А вы дедушка, присядьте, всё хорошо…

– Шта? – прошамкал старик и плюхнулся на лавку, – хде хорошо? Неее, у нас всё плохо… кости болять…

– Ну? Довольны? Товарищи полицейские? – я шлёпнул себя ладонью по лицу, в характерном жесте и снова злобно глянул на мишутку, – вот что теперь обо мне подумают? Загубили вы мою репутацию… всё! Жизни теперь мне больше не будет тут, придётся дом сжечь и отправиться в скитания… пойду по миру, буду попрошайничать на рынке или вообще сдам своё тело на потеху дам в трактир за гроши…

– Оххх… п-простите, милейший! – взревел мишутка и виновато посмотрел на меня, – я… я виноват… я… мы… не хотели…

– Офицеры, что тут происходит? – появился третий голос со стороны входа, – вы чем тут занимаетесь? Отставить ныть и выть, где Лисс?

– О, Боооги! Накажииите меняяя! – взревел не на шутку расстроенный мишка и закрыл голову и уши руколапами, – чтооо я надееелал?

– Офицер, Медвед! Отставить Богов! Вернитесь на пост! Я сам всё решу! – продолжая что-то тихонько рыкать себе под нос вермедведь развернулся и побрёл на соседнюю улицу, а передо мной оказался мой старый знакомец, хоббит Вася, – мистер Лисс, прекратите паясничать! Вы вон офицера почти до слез довели! Мне теперь его пол дня успокаивать… мой коллега очень ранимая личность…

– Пффф… ха-ха-ха.... Медвед?! – не выдержал я и прыснул от смеха, – ты серьёзно? Медвед? А чего не Михаил?

– Прекратите, мистер Лисс, – посерьёзнел мой знакомый и сложил руки на груди, – вы и сами наверняка знаете, что род моего коллеги малочисленный и все их имена даются им в сочетании с их расой. Прекратите этот смех и нам пора.

– Хааа… вот ты умора… – отдышался я и побрёл обратно в дом к кухне и начал шариться в ящиках, – Вася, заходи, сейчас кофею глотну и буду готов, вы завалились без предупреждения, я ещё не проснулся. Вы вот вообще стыд потеряли? Зачем это шоу с утра пораньше?

– Не стоит. Мистер Лисс, кофе из вашей любимой булошной уже в карете и ждёт вас, – с важным видом и намекая на ускорение моих действий выдал хоббит, – нас очень ждут. Дело очень важное и не требует отлагательств.

– Огооо… как всё серьёзно… – обернулся я на пятках и развёл руками, – прям кофе и прям из той самой булошной в центре моего района? Василий, ты меня разбалуешь так… ну, тогда, друг мой, это всё меняет! Тогда нам стоит выдвигаться в путь? Пойдём?

– Так точно! – Вася развернулся и пошёл босыми ногами в сторону улицы, – офицер, Люсиль, оставьте дедушку в покое! У него уже последняя стадия маразма, а здоровье у него как у быкочерепахи, ничего с ним не будет, мы проверяли…

– А? Правда? Н-но? – мелкая нимфа отпрянула от дедули, что уже пытался схватить еë за такую же мелкую попку, хитро улыбаясь, – мистер Лисс… сказал, что у него пердечный… ну, этот… ну… сриступ…

– Отставить, Люсиль! – я услышал характерный шлепок со стороны лица Васи и тяжкий выдох, а затем он вперил в меня уставшие глаза, – он шутил… правда мистер Лисс?

– Люся, всё хорошо, не беспокойся, – заулыбался я, – кроме сожалений о твоей сочной попке ему ничего не грозит…

– Ой! Дедушка, перестаньте, пожалуйста! Да что вы себе позволяете?! – хитрый старикан таки умудрился ущипнуть нимфу за мягкое место и теперь сидел, довольно скаля свой почти беззубый рот, – ой, всё! Я поняла, ухожу на пост…

– Мистер Лисс, вот вечно вы так… – скорбно выдохнул хоббит, слегка дрыгая смешными ушами, – вечно вы выставляете моих ребят на посмешище… теперь вот новичкам досталось… не могли бы вы…

– А не могли бы вы действовать деликатнее, уважаемый Василий? – неоднозначно протянул я ему в ответ оборвав на полуслове, – ломитесь мне в двери, едва солнце встало. Орёте, будто я маньяк какой-то. Нельзя что ли по-людски? Тихо, спокойно, пригласить меня на встречу.

– Мы же не люди… но, я понимаю вас… и за это лично прошу прощения… – поморщился Вася и пожевал губу в раздумьях сообщил, – шеф видимо был в бешенстве, когда отдавал им приказ, вот они и решили действовать напролом.

– Ну, какой привет, такой ответ, – пожал плечами, когда мы уже почти были у кареты, что стояла рядом с моим домом, – так что стряслось-то? На моей памяти такое впервые. Чтобы так рано, да ещё и кофе, почти в постель…

– Эх… всё очень плохо, мистер Лисс, – он открыл дверь кареты, и мы зашли внутрь, сев на скамейки, – вы скоро сами всё поймëте. Трогай Даррел, нам пора!

И мы поехали по ещё совсем сонному городку. Вася хранил молчание, а я, устроившись поудобнее и вытянув ноги глядел в окно. Перед нами медленно проплывали пустые улочки и переулочки утыканные разнородными, по своей сути домами. Мой Ремесленный район мне почти сразу запал в душу. Отчасти поэтому я в нём и поселился. После моей первой прогулки по нему. Он напомнил мне несколько городов из моей прошлой жизни. Разноцветные домики, разных же габаритов. То тут, то там на каменной брусчатке стояли столики или другие ремесленные штуки. Люди были более спокойные, да и просто сам вид и обстановка располагали к какому-то спокойному и мирному времяпрепровождению. Дороги тут были шире и чище, а про запахи я вообще молчу. Тут пахло то булочками, то цветами, то просто чистотой. Я за последние годы привык шататься по своему району, благо масштабы города позволяли окунуться в него на тройку-другую часов. Я блаженно наблюдал за меняющейся картинкой в окне кареты и отпустил свой разум. Вид за окном навеял мне первый мой день в этом городе. Почти ровно десять лет назад меня также везли по таким улочкам, а место назначения было увы не офисом шефа местной полиции, а кое-что совсем иное и очень неприятное…

Примерно десять лет назад…

– Дед?! Ты меня вообще не понимаешь? – уставился я на седого как лунь старика, что сидел на лавке напротив меня, в каком-то смешном халате и конусовидной шапочкой на макушке. За его спиной стояли два огромных зелёных бугая в белых халатах, – я тебе уже который час распинаюсь, а ты и слова не молвил!

– Молодой человек, у вас оссстрый психоз, судя по вашшшему поведению и словам, – выдохнул он и сложил руки в замок на столе передо мной, – то, шшшто вы нам поведали, это горячечный бред. Будто вы сссъели пару пудов бредтравы и выпили пару добрых литров смехнастоя. Понимаете? То, что вы рассказываете это непостижимо. Вы возможно сказочник. Но могу вассс уверить, что такого я никогда в жизни ещё ни разу не слышшшал. Вас нужно лечить. Правда я пока не понял насссколько с вами всё плохо…

– Да это вас всех тут лечить надо! Вы себя в зеркало видели? Не, я понимаю, что может в вашем заведении так принято и вы хотите, чтобы кого иного сразу кондратий хватил, но я-то в своём уме, – сорвался я на крик, – может хватит мне тут с важным видом втирать дерьмо в уши? Пока вы не закончите свои маски-шоу, которые тут устроили я не могу вести с вами нормальный диалог. Господа, снимите эти долбанные костюмы и поговорим нормально!

– Юношшша, успокойтесь… Или нам придётся вас уссспокоить… Поверьте у нас для этого все сссредства, – медленно и мерно произнёс старик, – и о каких ещё коссстюмах вы говорите? Я вас не понимаю…

– Да как же! Вы что издеваетесь? Где камера? Куда смотреть? – я сбавил тон, но продолжал напирать, – вы тут телешоу снимаете? Что за наряды? Что за дешёвые трюки? Да вы хоть понимаете кого похитили? Я сотрудник полиции, меня вся столица ищет!

– Полиции? Альберт, накажи Арчибальду связаться с шшшефом Даркгриммом и уточнить про этого юношшшу, путь проверят… – старик глянул за плечо и один из громил поклонившись отправился за дверь, – а вы юношшша продолжайте, о каких трюках и теле… кхм… речь?

– А? Дед, да ты спятил? – выпучил я глаза пытаясь вырваться из пут, – вы вообще охренели? Что за цирк?

– Тишшше-тишшше… Никакого цирка… Что вы называете шшшоу и что костюмами? – он приложил палец ко рту и продолжил смотреть на меня через очки.

– Да как что? Ваши наряды… – мотнул я головой на него и на детину за его спиной, – ваш этот нелепый наряд ящерицы и вон тех, стрëмных ребят зелёного цвета…

– Ох. Всссё хуже, чем я думал… – покачал головой ящер и потрогал указательным пальцем пасть, – то есть вы никогда раньшшше не видели драконорожденных и орков?

– Д-ДАХ!!! – я трахнул лбом об стол и замер, глядя на старика исподлобья, – А? Кого? Вы чë грибов наелись? Какие орки? Какие драконы? Вы все Толкина с Варкравтом перечитали? Реконструкторы что ли?

– Тааак… Мне всссё ясно, Ванечка, принимай товарищщща и отправляй его к оссстрым, там его и подлечим, – старик повернулся к здоровенному зелёному детине со страшной харей и кивнул на меня, – пару процедур и потом ссснова ко мне, может и сговоримся тогда…

Очередной ухаб больно отозвался в пояснице и скинул мои ноги с окошка кареты. Я сел и потянувшись хрустнул спиной, разминая затёкшие суставы. Глянул в окно и увидел новые декорации. Похоже мы уже за пределами моего района. И судя по богатым стенам и выглядывающим над ними крышам высоких, больше, чем привычных два этажа, домов, с мощными и вычурными воротами, я в Центральном районе. Бывал я тут не часто, но знаю, что этот район самый богатый, так как тут живёт знать. В общем весь цвет этого города тут. И видимо у них есть что терять, ну простые существа бы не стали строить такие высокие стены вокруг своих владений.

– Василий, долго нам ещё? – спросил я хоббита примерно сидящего на скамейке и разглядывавшего меня, – а то, что-то я устал ехать на этом ведре. Нет у вас что ли телег премиум класса? Чего на таком вообще ездить, никаких удобств…

– Знаете, вот смотрю я на вас, мистер Лисс и никак не пойму… Гений вы или слабы на голову? – нахмурился Вася, – но на ваш вопрос отвечу. Ехать ещё немного, а телег других у нас нет. Тьфу… не телег, а карет. Телеги у крестьян, а у нас кареты. Да и ещё, меня зовут Вася, а не Вас-илий.

– Ага, кареты. Ладно хоть не скорой помощи… – хохотнул я, – знаешь Васютка, я и сам до сих пор не пойму… вроде, и справка из дурдома есть, но вот точно не знаю здорова моя голова или нет… врачи так и не пришли к однозначному ответу…

Вася выкатил глаза, видимо понял значение слова дурдом, и больше не произнёс ни слова. Напротив, он как-то задёргался и занервничал, обдумывая что-то внутри своего небольшого кудрявого котелка. Мы приехали ещё минут десять в полной тишине, что изредка сопровождалась пробуждением города. И наконец приехали. Карета остановилась и хоббит спрыгнув на пол со скамьи открыл дверь приглашая меня на выход. Я вышел из кареты и опустил ноги на землю. Схватился за талию и стал делать нехитрые движения тазом, чтобы разогнать кровь в затёкших ногах. И теперь я убедился в своей правоте. Меня привезли в Центральный район. Я огляделся, но не увидел ничего интересного или странного, за исключением толпы галдящих и бегающих служителей закона. Дом и все прилегающие к нему постройки были оцеплены и посторонних тут точно не было. Я двинулся за Васей. Мы дошли до входа в поместье, если так можно назвать чуть ли не дворец с оградой почти в три метра и нас пустили внутрь. Мы прошли небольшую сторожку и перед нами раскинулся огромный, размером с небольшой парк сад. Кусты, цветы, деревья и прочие арт-объекты явно были ухожены. Солнце заливало весь сад и всё его буйство зелени. Даже величавый фонтан в середине искрился водой, будто из него бьёт жидкий хрусталь. Хоббит глянул на меня, хмыкнул и попросил идти за ним, и я двинулся вперёд.

– Мдааа… Живут же люди… – я снова оглядывал великолепие сада глазами, двигаясь в кильватере хоббита, – Вася, этот дом какого-то богатого хрена?

– Мистер Лисс, – шикнул на меня хоббит, когда мы уже вошли в дом и остановились у нескольких людей, которых опрашивал человолк в форме, – это поместье лорда Пайка. Он лунный эльф знатного рода, филантроп, меценат и вообще добрейшей души существо. Он очень уважаем всеми и его семья известна всем в нашем городе.

М-да… поместье… да это дворец! И чтобы его содержать нужно как минимум армия с сотню или две прислуги. Да тут наверное бы весь Эрмитаж бы влез. А может и пару. Не, я видел богатые дома, но тут, что-то иное… Тут собрана выставка ваз, картин, золота и прочей дорогущей фигни. Я вот вообще не понимаю, как они тут это всё хранят так, что их ещё не обокрали. Может у них тут где-то легион страшных и злых, как стая бесов, дварфов тусуется? По-другому я себе даже представить не могу, как защитить этот музей. Я оглядывал поместье и людей вокруг.

– Мхм… я смотрю не все согласны с его исключительной замечательностью, – я глянул на молодую эльфийку с кожей нежно-фиалкового оттенка, что сморщила носик, когда услышала слова моего сопровождающего, – видимо не всё так гладко в доме Обломовых…

– А? Каких Обломковых? Ааа, вы снова за своё, мистер Лисс, – он проследил за моим взглядом и поторопил меня, – идёмте скорее, нас очень ждут. Мы и без того сильно задержались.

– Угу, ведите, сэр Василиан, я последую за вами, – шутливо подмигнув симпатичной эльфийке, что гордо отвернула от меня голову, фыркнув сквозь зубы и двинулся дальше, – вы меня заинтриговали, неужели сейчас будет кульминация нашего с вами небольшого путешествия?

– Ох, мистер Лисс, прошу, идите, – хоббит откинул занавеску в арке и приглашающе махнул рукой, призывая меня войти внутрь, – шеф Даркгримм там, он хочет с вами поговорить наедине.

Я вдохнул и шагнул в комнату. Первое, что предстало перед моими глазами была спина. Ну, как спина. Спинищща, просто. Ширина этого бугристого объекта была раза в три больше меня. Я, конечно, понимал, что дъяволы, это довольно крупная раса, но этот её образчик был каким-то специфическим исключением. Такой себе треугольник на трёх мощных опорах в виде мускулистых ног с копытами и толстым, с моё предплечье хвостом с заострённой стрелкой на конце.

– Дорогая, я дома! – шутливо, но негромко сказал я и потыкал пальцем в эту спину, – ужин уже готов или желаешь приготовить меня к употреблению?

– Ааа? Чтооо?! – спина начала разворачиваться и спустя секунду в меня через очки впились пылающие огнём небольшие глазки с угольно чëрной радужкой, – ты в своём уме? Да я тебя!..

Кустистая бровь взмыла на высокий лоб от возмущения. На меня пахнуло горячим воздухом с примесью ванили и корицы. Шеф явно не так давно стрескал булочку с кофеём. Острый нос наморщился, а под ним разверзся кратер, утыканный до безумия острыми как бритва зубами. Перед моим лицом поднялся кулачище, размером с мою голову, с торчащими из него пятисантиметровыми когтями и завис. Морда шефа изменилась с ярости на недоумение, а гримаса убийства стекла в охреневание от того, кто сейчас стоял перед ним. Голова отпрянула от меня и взгромоздилась на пышущую силой и мышцами шею, что возвышалась над перевитыми мускулами торсом исполинского красного дьявола.

– Лиииссс… – выдохнул шеф, складывая руки на груди и помотал своей перевитой рогами головой, – опять ты… ну, когда я уже привыкну к твоим выходкам?

– Шеф, а вы походу Растишку снова литрами пьёте? – ухмыльнулся я, окидывая его взглядом, – по-моему снова подросли сантиметров так на пять с нашей последней встречи.

– Какую Растишку? – нахмурился исполин, – ну, да, я вообще за собой слежу.

– Ага, заметил у вас прелестный маникюр на когтях, с перламутром такой. Видимо, чтобы кровь не прилипала, когда вы будете потрошить очередного преступника? – подмигнул я шефу и кивнул на руку, – очень утончённо, хочу я вам сказать. Вы сэр знаете толк в извращениях.

– Лисс!!! – гаркнул дьявол и из его глаз пыхнуло огнём. Он прикрыл руки и глянул на заглядывающегося на него постового, что охранял место преступления, – а ты чего завис, Жабофски? У тебя дел нет? Звание жмёт?

– Полно вам, он просто завидует, – хохотнул я на моментально позеленевшего желейного человека, что минуту назад был пурпурного цвета, – ну, не суть. Итак, зачем я здесь, шеф.

– Эх… порвать бы тебя на куски и скормить всё это выхухолям в яме… – забормотал дьявол и махнул рукой уже совсем бледной жиже, указывая на выход, а затем развёл руками описывая место преступления, – но увы, ты мне нужен… зачем-зачем? За хлебом… вот посмотри, что скажешь?

– Скажу, что тут явный шедевр постмодернизма… Со всеми вытекающими жидкостями и прочими кровавыми мазками, – оглядел я комнату с разорванным телом на полу, – тут явно кого-то убили. Ну или кто-то убился сам, весьма изощрённым способом.

– Ну хорош уже, Лисс, ты же сам всё понимаешь! – замахал шеф рукой прогоняя желейного из комнаты, пока мы не остались наедине, – знатный труп, это же кошмар. Мы теперь под пристальным вниманием самого короля. И вообще, мне теперь не спать, пока мы не раскроем дело. А у нас тут тупик уже. Улик нет, свидетелей нет.

– Труп-труп-труп… Вот он свежий труп… – забормотал я, нараспев оглядывая тело и комнату, – знатный? Да, слышал. Что узнали? Что случилось?

– Да как что? Вот это и случилось, – тыкнул ручищей шеф в сторону тела и снова обвёл руками комнату, – ну и вот это вот всё… никто ничего не видел, никто ничего не знает. Все его любили и вообще он был просто очень добрым и щедрым эльфом. Родные в нём души не чаяли и так далее…

– И видимо это счастье и радость его так разбарабанили? – осматривая рисунки крови на полу, стенах и потолке комнаты, – видимо его давно распирало от счастья и вот наконец он не выдержал той благости, что в нём скопилась и она разорвала его в клочки. Так?

– Да ну хватит уже, Лисс, ну ты же нормальный… – окинул меня взглядом начальник полиции, – кто бы ты ни был… поэтому сам понимаешь, что тут убийство. Мы почти ничего не нашли, ни следов, ни мотива. Вот как они это сделали, зачем и чем, пока вообще не ясно. Дело реально серьёзное и резонансное. Этот Пайк был вхож во дворец и с минуты на минуту тут будет представитель гвардии короля. Ты думаешь они будут шутить?

– Ясно, дело у вас заберут, и вы будете на побегушках у гвардии и её следопытов, – я прошёлся по комнате, достав книжицу. При каждом моём усилии воли её страницы вспыхивали и на них оставалось изображение желаемых мной мест, местный фотоаппарат, – а я вам нужен, чтобы вести это дело отдельно и как всегда раскрыть его, чтобы вы после могли присвоить лавры себе.

– Ну, блин, ну Лисс, ну что ты в самом деле… – дьявол раздосадовано покрутил руками в воздухе, – ну с меня же спрашивает глава, а с неё король. Ну не можем мы тебя в штат взять, ну и заслуги твои признать официально. Ну ты же знаешь, всё понимаешь. После того что было…

– Да-да… Помню, знаю, проехали, – оборвал я его, не желая снова вспоминать те события. Я достал подобие местного пинцета, склянки и острый нож, вставая над телом, – но и ты пойми, я же никто и не имею права на расследования. Я же просто слух и вообще никак не отношусь к полиции. Я же выдумка…

– Ох… Ты о той статье? – выдохнул дьявол, садясь на стул, – ну так вышло… мы не можем просто так расписаться в своей немощи. Но и ты за это не просто так золото получаешь, верно? Так что все в выигрыше!

– Ну да… все в выигрыше… кто-то маникюр с педикюром делает, а я только и делаю, что жалуюсь на жизнь и трачу кровные на лекарей, – я стал собирать казавшиеся важными детали с тела и вокруг него, – так сказать, каждому по заслугам, да шеф? Ни поесть, ни поспать, ни отпуска тебе… всё честно, да шеф?

– Ну, ëп.. не начинай… – дьявол снова спрятал когти в кулаки и непроизвольно поджал копыта под стул, – всё будет, всё сделаю, только возьми дело себе, молю… Мои рога на кону, я ж всего лишусь, если эти гвардейцы меня обойдут. Что тебе нужно? Деньги? Будут. Много. Одежда, еда? Тоже. Что ещё?

– Да за каким бесом мне всё это? Дай мне лицензию на своё дело… – я продолжал копаться в ошмётках тела и одежды пострадавшего, фотографируя и собирая всё, до чего дотянусь, – ты мне уже два года одну и ту же нудную песнь поёшь, а воз и ныне там, шеф. Я хочу делать своё дело официально, понимаешь?

– Ох… ну вот опять… выпухоль тебя задери… Лисс! – я услышал характерный шлепок и хруст дерева, посмотрел на шефа, сидящего на скрипящем под его весом кресле и обломок подлокотника в лапе, – не могу я… нет у меня такого права! Только король может это сделать, а он… он недосягаем для меня, понимаешь? Глава и та не может к нему уже год попасть. А мне до него как до неба.

– Понятно… – пожал плечами я, спрятал свою добычу с тела в пальто и встал, отряхивая руки, – ну тогда и говорить не о чем. Пойду ко двору сам, напишу прошение и буду искать новые пути. А вы… ну вы тут сами, вам не привыкать…

– Эээ? Погоди… – шеф вскочил с кресла и поспешил за мной, цокая копытами по полу, стремясь догнать меня на выходе из комнаты, – ну не надо так резко, Лисс. Мы же давно друг друга знаем, столько бесов съели за это время. Ну что ты хочешь? Ты же меня без ножа режешь…

– Шеф, Даркгримм? – передо мной будто из воздуха возник тёмный эльф и оглядел меня и шефа, – гвардия, по приказу короля прибыла на место происшествия. Я полагаю всё произошло здесь?

– Ммм… эээ… д-да… – медленно кивнул дьявол, стараясь не заметно убрать руку с моего плеча, – всё так господин гвардеец, именно тут всё и случилось. Позвольте показать.

– Что тут делают посторонние? – тёмный эльф принюхался, кивнул на меня и вонзил свои ясные алые очи в шефа, – тем более смесок человека и животного? Вы же прекрасно знаете, что посторонних на место преступления пускать нельзя. Тем более такой представитель из гибридной расы не заслуживает и малейшего доверия!

– Полностью с вами согласен, уважаемый, – дьявол заискивающе вгляделся с вопросом в глаза эльфа.

– Капитан следопытов Файзел, к вашим услугам, – резким кивком обозначил приветственный поклон эльф.

– Да-да, я как раз выпроваживаю столь низшую расу с места преступления, капитан Файзел, – дьявол стал требовательно подпихивать меня ладонями в спину, по направлению к выходу из комнаты, – понимаете, это садовник, я ранее его допрашивал, и он случайно забрёл сюда. Видите ли, он немного не в себе после убийства его хозяина, вот и я старался как-то помягче его попросить уйти.

– Аххх, вот оно что… – эльф понимающе покивал дьяволу, когда тот покрутил когтем у своего виска, кивнув подбородком на меня, – тогда это всё меняет. Ну, же, болезный пройдите в холл, там о вас позаботятся…

– Хер те в дышло, сраный ты выпердыш ночи! – скинул я руку эльфа со своего плеча и вздел подбородок в потолку, – не сметь касаться меня, гордого представителя моей изящной расы! Не осквернять мою белую кожу своими грязными, тёмными кривульками! Дорогу мне!

– Эээ??? – эльф смотрел на меня со смесью шока и ярости, тут же схватился за меч на поясе, но дьявол перехватил его руку, продолжая крутить когтем у виска, – вот ты ж, бес! На плаху бы его… Гвардейцы! Выпроводить болезного в холл, немедля!

– Ооо, чудное создание! Я рад увидеть вас, позвольте пригласить на танец! – подскочил я к девушке нимфе, что была полностью облачена в гвардейский кожаный доспех, который очень сексуально обтягивал её изгибы и обвил руками её талию, – позвольте унестись с вами в танец на небеса! Смелее, звезды ждут нас, дорогая!

– Ах! Ох! Что за! – нимфа, не ожидавшая моей прыти и силы, закружилась со мной в объятиях, только и успев ухватить меня за плечи, – капитан, это не я, это… это… Ах!

– Поддайтесь танцу нашей любви, дорогая, – я нежно чмокнул симпатяжку в щëчку и крутанулся на месте, выпуская её из рук, – встретимся позже, моя дивная принцесса. На нашем месте в полночь!

– Да как? Что?! Я тебя сейчас на ремни порежу! – покраснев от щёк, до кончиков ушей, она схватилась за ножны меча, что покоились на её поясе, но пара её коллег схватили её за руки в попытке успокоить, – а ну вернись, нахал! Я тебе сейчас покажу небеса!

– Ох, Лиииссс… – раздался характерный мощный хруст дерева со стороны Даркгримма, за моей спиной и я, хохоча, как последний злодей покинул коридор с гвардейцами и прилип спиной к стене, – ну, сссууу… кхм… уважаемый, пройдёмте в комнату.

Я прислушался и когда понял, что суматоха, маты и прочие вопли в мой адрес притихли, отлип от стены. Ну, а как ты хотел, Даркгримм? Теперь расхлёбывай ту кашу, что сам заварил. Ненавижу напыщенных индюков, вроде этого начальника. Все из расы тёмных эльфов считали себя выше других, а таких как я, вообще за людей не считали. И всё это их трёхнутая на всю голову богиня Ллос, что вообще берегов не видела, собственно, поэтому и все её последователи до одного моральные уроды и нарциссы признающие только силу и статус. Ладно, бес с ними, пойду поброжу по дому, может что-то интересное, касательно дела узнаю. Даркгримм всё равно с меня не слезет и упросит взять это расследование, как всегда, это делал. Так что почему бы мне не выяснить всё, что смогу, а после набью цену повыше.

Спустя ещё несколько часов и перепалок с гвардейцами. Включая попытки отстоять честь поруганной мной обворожительной нимфы, которые я виртуозно избегал, дразня и вгоняя всех в краску своими действиями. Нет, ну, вот тоже странная вера у них… ни обнимашек тебе, ни поцелуев, ни даже в щёчку. А иначе замуж не возьмут. Тьфу… в общем я покинул особняк, что к этому времени был полон шума и гама от рассерженных гвардейцев. Я возвращался к хоббиту Васе, что ожидал меня у сторожки на выходе из сада. Он недовольно глянул на особняк, вопросительно кивнул и тяжело выдохнув покачал головой, когда получил от меня в ответ ехидную усмешку и подмигивающий глаз.

– Эх… Мистер Лисс, вы нашего шефа до ручки скоро доведёте своими выходками, – указал Вася на карету рукой, – он хоть и должен жить веками, согласно сути его расы, но каждая ваша встреча явно сокращает его жизнь на годы, если не на десятилетия…

– Да ладно, он ещё ого-го какой! – запротестовал я, поднимая руку в кулаке перед собой, – его хрен что сломит. Его расу и не любая магия берёт. Так что кто бы жаловался…

– Вас не переубедишь… Мистер Лисс, назовите место Дарреллу, и он вас туда доставит, на этом всë, – хоббит протянул мне руку, – благодарим вас за визит, думаю шеф с вами ещё свяжется. Или может быть вы уже знаете кто убийца?

– Ага, это же очевидно, Вася. Убийца садовник! – громко выкрикнул я, улыбаясь хоббиту и в этот же момент за кустом что-то громко охнуло и шлёпнулось оземь, – ну в общем, и тебе не хворать Василий, до встречи!

– Вася! – не сдержался хоббит выкрикнув мне вслед своё имя и опрометью бросился в кусты, – вызовите лекаря! Скорее, тут садовник присмерти!

Я хохотнул и продолжил топать к карете. Забрался в неё и назвал полицейскому кучеру место последнего моего заказчика. Мы тронулись, и я откинулся на лавке, заложив руки за голову, ожидая, когда мы прибудем на место.

Глава 3

Я сидел и ждал, когда мы наконец доберёмся до места. Ох и долго же приходится трястись в этой тарантайке. Грëбаное средневековье, блин! Ну не могут они что ли магию или кристалл какой прикрутить к этой телеге? Чтобы можно было ездить без этих медленных недоконей или как они там называются… Ну как в моей прошлой жизни. Сел в машинку, завёл и вдавил газулю в пол. Ммм… красота. А вместо этого что? Мне приходится биться костлявой задницей о деревянные скамейки на каждом камушке и нюхать густой запах навоза.

– Фу, блин… аррргх… – я не смог больше терпеть и остановил кучера на въезде в Рабочий район.

Вылез из телеги, огляделся, поблагодарил кучера и плюхнулся на дорогу ногами подняв в воздух пыльные облачка. Ко мне тут же подбежала стайка детишек и окружила меня галдя на разный лад. Ну, ещё бы. Меня привезли сюда с полицейским эскортом, да ещё и одет, как местные говорят, необычно. А значит что? Правильно, у меня должны быть деньги. А им только этого и надо. Эх… я наклонился к самому мелкому то ли гному, то ли лепрекону, я вообще не понимаю, как и чем их различать и шепнул ему на острое ушко пару слов. Детки почти сразу прыснули в стороны, а я только и успел углядеть пару кошачьих хвостов и несколько копыт, что исчезали в переулке. Хех, всегда работает… а я ведь просто передал привет старой, доброй Фэнь, что держала в узде эту кодлу мелких оборванцев, что орудовали тут и в Трясине. Я огляделся и не увидев других опасностей, поспешил к заказчику, пока совсем не стемнело.

Меня, со слезами на глазах, встретила семья каменщика, которого как раз и ограбил тот огр "Трясинник". Меня, как и подобает в этом районе, почти с порога усадили за стол. Не сказать, чтобы он был изобилен, но я был очень рад такому угощению. Домашнее рагу из какой-то смеси барашка с крокодилом, жарка из пупырки. Хоть название и забавное у этого растения, но по факту оно сродни пшеницы из моей прошлой жизни. Свежий и ещё хрустящий хлеб, чумазые детки, улыбки и радость. Всё это сразу мне навеяло родину. Да и что ни говори, а в этом районе умеют благодарить и пусть я не привык к такому, но всё же на душе стало очень тепло. Это тебе не заросший жиром знатный мудак, что всё меряет исключительно золотом и статусом. Это простые и честные люди, которые искренне благодарны. Может они не богаты. Обычный не большой домишко на три комнатушки, мощная небогатая, но добротная мебель, деревянная посуда, но это ничто по сравнению с атмосферой уюта. Меня встречали, как любимого родственника, которого не видели с добрый десяток лет. И да, может их детки измазаны в саже и грязи, но это же дети. Я и сам таким был и это в моей памяти на всю жизнь, так как это были моменты искренней радости. Ну, может они и вынуждены экономить, но всё-таки это честные люди. Блин, ну пусть не люди, пусть это простые дварфы, но факт, есть факт. А самое главное в том, что это напоминает мне мою родину, и хотя бы на этот краткий миг я перестаю тосковать по ней и своей прошлой жизни. Да и по факту я всего лишь сделал свою работу, я просто вернул им их статуэтку богини Мья. Да, она не была какой-то древней или драгоценной, но она была дорога их семье. Это их наследие и мне это тоже знакомо. У меня вот в семье хранили царскую монетку из червонного золота и передавали через поколения. Пусть я умыкнул эту статуэтку в закладке вора из-под носа полиции, но то, как вся семья дварфов истово радовалась ей, я не забуду. Я разделил с ними ужин, иначе было нельзя, по какой-то там древней традиции этой расы. Тем более им было запрещено делать по-другому, так как я отказался от названной ими награды. Меня, конечно, пытались отблагодарить, но я был упрям и не в моих принципах было брать за свою работу оплату с тех, кто живёт хуже, чем моём районе. Увы, но меня просто так не отпустили и в итоге, я благодарил их за радушный приём, а затем ушёл от дварфов с корзинкой набитой снедью и выпивкой ближе к ночи.

Ну теперь вообще хорошо на душе стало. Сытный ужин, пара литров гномьей особой, и я довольный топаю домой. Дом, милый дом… правда со стороны он таким не выглядит, но я уже привык. Я выкупил эту мрачную и приземистую с виду лачугу у одного своего бывшего заказчика, в обмен на услугу лет пять назад. С тех пор и прикипел к ней и душой и телом. Сначала начал было, с полными штанами энтузиазма и литрами эндорфина в крови, решил сделать из халупы замок. Но, через пару дней и очередной заказ мне стало лень, и я ограничился небольшим набором мебели и, так сказать, устроил себе быт в стиле минимализма. Я вошёл в дом и сел за стол, поставив корзинку на ноги. Вынул бутылку гномьей особой налил в стакан прозрачную жидкость и опрокинул. Зажевал всё это дело кровянкой и снова отпустил свой воспалённый разум, поплыв по воспоминаниям…

Десять лет назад…

– Юношшша, то есть вы говорите, что вы из другого мира? – ящер с забавным конусом на голове повернул ко мне морду боком и посмотрел немигающим глазом, – вы хотите сссказать, что этот мир вам чужд?

– Мир, да? А что вообще такое мир? – я продолжал сверлить взглядом старика, но после некоторых процедур над моей тушкой уже не был столь противоречив и громок, – я предлагаю вам выгрузить мои мысли и подискутировать на эту тему. Вы не против?

– Хм… Хорошшшо… Шшшто же, мир – это место, где мы сссейчас находимся. Всссё что нас окружает, – после нескольких секунд паузы высказал ящер, – сущщщества, Боги и так далее. А для вас это шшшто-то иное?

– Что для я считаю миром? Это то, что меня окружает? Это люди? Или может быть вещи? А может это чувства или ощущения? Как вы и сказали. Или возможно, что это всё вместе и при этом ничего. Может быть это что-то одно всё-таки, хотя может быть это и совокупность всего, о чем я думаю. Ведь в настоящее время есть миллионы и миллиарды различных теорий, – я закатил глаза и подумал, что мне реально нужно выговориться хоть кому-то иначе мой мозг просто лопнет, – в чём-то они похожи. Где-то они в принципе одинаковы, но описаны разными словами. Конечно, есть и те, что абсолютно не похожи друг на друга. Ну и есть наконец такие, в которые даже самому сложному случаю человеческого психоза не просто поверить.

– Хм… Очень рациональные мысссли, юношшша. Вы впервые за этот месссяц говорите то, что вас действительно волнует, – медленно кивнул седой ящер, – прошшшу, продолжайте, расскажите об этих теориях.

– Нууу… например, в моём мире есть теории от религий. И их довольно много. Но если брать основные, то в них нам говорят, что мир создал всесильный и всемогущий Творец, который ввёл миллионы ограничений на всех кто населяет его мир и там всё крутится вокруг человека и его поступков. Что все люди грешники с самого своего рождения, так как родились они во грехе. И как ни крути, но в любом случае каждому человеку нужно жить так, как сказали те или иные представители различных конфессий, так как они несут слово этого Творца, полученные от Его законных представителей. Так сказать, заповеди Его. Соблюдая которые, ты выводишь себя из этого греха. Что люди обязаны быть добры, чисты и вообще жертвовать собой направо и налево, ведь с их точки зрения это правильно. Ведь именно так поступил сын Творца, пожертвовав собой ради нас людей. – ящер нахмурился с удивлением, а два зелёных мордоворота с торчащими из пастей клыками придвинулись к нам ближе, – да-да, не удивляйтесь, его сын был во плоти, так сказать. Есть ещё два пути у человека. Рай и ад. Рай – это место, где живут только праведники, чистые и светлые души. Которые правильно жили на земле и делали правильные вещи. И, конечно, они соблюдали все те правила, которые проповедует та или иная конфессия. Есть ад – это место падших, грязный и грешных душ, которые за время своего пребывания на земле так или иначе запятнали себя плохими поступками, которые не одобряемы конфессиями. Ну или для тех душ, которые ничего не делали и просто плыли по течению. А почему именно так? Всё очень просто. Есть для этих конфессий только то, что написано в их священных писаниях, а всё остальное пристально разглядывается под призмой того, что там написано или того, как это интерпретировали те или иные представители конфессий. Отмечу отдельно, что почти все религии сводятся к тому, что душа человека – это его настоящее, бессмертное тело и после смерти на земле он уходит жить в бесконечность в рай или ад. Ну и, конечно, все люди должны быть обязательно благодарны конфессиям за то, что они несут слово Творца. Ходить на общие собрания, показывать какие они хорошие и конечно же нести деньги тем, кто несёт слово Его.

– Очень интересссно… Получается, что все плохие от рождения, и чтобы им стать хорошими нужно делать только то, что говорят руководители этой веры? – почесал когтями свою нижнюю челюсть ящер и с неё полетели частички белой чешуи, – ну и конечно платить. Это напоминает мне учение одного из наших богов, есть у нас целый город такой в котором все так живут… ну, допустим. Что ещё?

– А вот ещё, например, у нас есть теории эзотерики, где нет конкретики, нет догмы, нет границ. Там нам рассказывают о похожем, но всё же немного ином сотворении мира и о том, что мир создал тот же Творец. Но! В нашем мире практически нет ограничений. Там нет миллионов и миллиардов правил. Нет конфессий, нет раздела и разброда с шатаниями. Там описывается о единообразии и единоналичии мира. Да, там есть законы, но они едины для всех. Я называю их законами мироздания. Те нерушимые правила, которые привели весь мир в движение, заставляют и помогают ему двигаться всё время. Там нет правильного или не правильного. Нет жёсткости или чёткого руководства. Там всё решает сам человек. Его поступки, мысли, желания, чувства. Эзотерика направляет как бы человека задуматься над тем, кто он, зачем он и что он может сделать. – пока я говорил, я разглядывал место, где находился. Но кроме стен, стола и пары стульев вокруг ничего не было, – там множество различных мнений и путей, но ни одно не исключает другое, а то, как жить человеку решает сам человек. В эзотерике нет конкретного конца жизни, так как дух человека бессмертен и при прекращении его жизни на земле он отправляется либо на перерождение, либо на следующий этап жизни в другом как бы измерении. А самое главное там ничего не крутится вокруг одного человека, как в религии. Нет там этого странной и почти равной безумию маниакальности служить. Быть правильным и удобным. Здесь человек может быть собой и выбирать то, что ему хочется, главное делать это в соответствии с законами мироздания.

– А вот это уже похоже на мировоззрение эльфов. Они придерживаются таких же взглядов и порой именно из-за этого их и не любят, – ящер опустил руку на стол и постучал костяшкой по столу, – юношшша, продолжайте. Мне становится интересссен этот диалог.

– Ну и наконец, есть ещё чисто людской атеизм, – пожал я плечами, – тут всё более прагматично и логично. Тут каждый сам себе злобный Буратино. И то, как ты прожил эту жизнь зависит только от тебя. Так как если ты помер, то помер окончательно и на этом всё.

– Ну и таких я тоже знаю, – кивнул мне ящер, – но ссскажите, кто такой Бур-атино?

– Ну был такой персонаж. Да не суть, могу сказать, что конечно же в моем мире есть и другие направления, но вышеописанные мной, всё-таки являются основными. И хочу сказать, что каждая теория имеет место быть. Каждая по-своему имеет и плюсы, и минусы. Но есть то, что их объединяет.

– Хм… и что же это?

– Все их объединяет то, что их придумали люди, – ткнул я пальцем в стол, обозначая точку.

– Мммда… Занятно, а почему вы так решшшили?

– Ну, как… ведь всё, то, что пришло из глубин древности в виде святых писаний, слов и прочей фигни шло через людей. Всё, то, что передавали люди друг другу о том или ином прозрении, духовности или чего-то ещё. Ну и наконец про атеизм. Это вообще придумала свободная воля человека. Так вот, всё это было так или иначе получено через людей или от людей, ну или в конце концов там люди уже отпечатали свои мысли и убеждения. Ведь мы не можем не проецировать на всё, что нам приходит извне, наш опыт, наши мысли, домыслы или суждения. Наша голова в конце концов так устроена. И всё, что в неё попадает тут же обрастает тем или иным дополнительным мусором наших обыденных мыслей, мнений и опыта. Увы и ах, именно так устроен человек.

– В принципе это логично, – согласился, кивая старый ящер, – юношшша, да вы я смотрю мыссслитель, что стремится стать мудрецом? Видимо поэтому у вассс листья с ветками не сходятся в голове?

– Да нет, это доступно у нас всем. Ну, почти. А в доказательствах моего мировоззрения далеко ходить не нужно. Стоит просто оглянуться по сторонам и обратить внимание на окружение. Видели ли вы хоть раз такую картину, когда перед вами семейная пара или просто пара любящих людей. Возможно, они живут вместе один день, а может быть они уже сожительствует больше тридцати лет. Но есть то, что не меняется между ними сколько бы, они не прожили совместно лет.

– Конешшшно, пары есть всссюду, – он придвинулся ко мне, – и к чему вы клоните?

– Это их взаимопонимание.

– Хм… – задумался ящер.

– Каждый из нас думает о чëм-либо, и в этот момент он автоматически закладывает свои мысли и слова, а самое важное, он закладывает в это свои смыслы. Говорит то, как только ему одному понятно, так как именно он закладывает в свои слова те смыслы, которые хотел в них заложить. Ну а второй человек, его собеседник, думает и воспринимает его через свои мысли, слова и смыслы, – я продолжал говорить и мне становилось легче, – иногда их смыслы совпадают, а зачастую нет. И тогда начинается недопонимание, из-за которого их совместное проживание либо претерпевает изменения, либо взрывается и разлетается на тысячи мелких осколков.

– М-да… вы правы юношшша, такое действительно бывает часто, – ящер сложил руки в замок передо мной.

– А всё дело в том, что каждый человек получает уроки и извлекает опыт из них тот, который нужен именно ему. И даже два человека прошедшие один и тот же урок непременно получат разный опыт. А под влиянием полученного опыта у человека формируется призма его восприятия. И на данный момент на этом свете ни у одного человека нет призмы такого восприятия, которая была бы идентична другому, ну или хотя бы приближённо схожа с чьей-нибудь ещё. А отсюда вывод. Всё, что приходит к человеку, оно покрывается наростом из его личных смыслов и отправляется дальше. Ну и представьте, что если людей в цепочке передачи информации было много, то какой слой из призм дойдёт до вас? А будет ли там вообще истинная составляющая. Ту, которую Творец или кто-то ещё хотел бы передать и передал человеку?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.