Кейлет Рель
Злодейка поневоле

Глава 1

Я проснулась рано утром и посмотрела на часы. До будильника оставалось еще несколько минут. Волной накатила апатия: а так ли мне нужно вставать? Тяжело вздохнув, я разблокировала телефон и открыла недочитанный ночью роман. Как же я завидовала его главным героям! Волшебство, приключения, магическая академия и… и любовь. Последнего, пожалуй, мне больше всего не хватало.

А в современном мире вообще осталась романтика? Я перелистнула страницу на иллюстрацию, где главный герой дарит героине букет цветов. А где мой принц? Они в нашем мире благополучно вымерли?

Я фыркнула и продолжила читать. Через пару страниц этот самый принц признавался напарнице-попаданке в любви. Девушка таяла в его объятиях. А потом принц потянулся к ее губам и… меня перекосило.

– Э, – вслух произнесла я. – Уважаемый! Вас там невеста на балу ждет. Не, ничего?..

История продолжалась. Прозвенел будильник, но я добросовестно дала себе еще десять минуточек на чтение. Потом еще раз. Еще. Уже опаздывая на ненавистную работу, я кое-как оделась, умылась и выскочила на улицу. Читать роман пришлось уже в автобусе. Как назло, началось самое интересное: злобный ледяной дракон сходил с ума и пытался отбить главную героиню у принца.

Я вышла на своей остановке и попыталась дочитать на бегу. Текст в телефоне расплывался из-за тряски, но я мужественно прорывалась сквозь буквы к сути. Ледяной дракон проигрывал. Любовь побеждала. Если что, так главную героиню звали. Ну и влюблялись в нее все, кому не лень. Если бы любовь побеждала, то у бедной попаданки давно организовался гарем размером с половину академии. Я хмыкнула и перелистнула страницу.

Меня зацепила первая же строчка. Появилась злодейка – невеста принца, которой тот изменял. Меня немного коробило то, что благородная графиня вдруг превратилась в базарную бабу и таскала Любаню за космы. За дело, конечно. Но я не понимала, почему “злодейка” так упорно цеплялась за этого идиота с комплексами.

Загорелся зеленый. Бросив взгляд на кругляш света на противоположной стороне улицы, я шагнула на проезжую часть. В книге злодейку убивал ее бывший жених. Бр-р-р!

В том месте, где благородная графиня упала на плиты древнего храма, в реальности послышался визг тормозов. Меня ослепила вспышка света. В мое тело врезалось несколько тонн металла и пластика. Телефон вылетел из рук, так что я понятия не имела, чем закончился тот роман. Наверное, хэппи-эндом. В историях про попаданок все всегда заканчивается хорошо, со свадьбой и детишками.

А в жизни не так. В моей так точно. Я умерла. Почему-то после этого я встала рядом с собой и закурила. Откуда у меня сигареты? Давно же бросила…

Я задумчиво посмотрела на себя, на слегка помятую машину и собирающуюся толпу зевак. М-да. Невесело. Ну хотя бы на работу идти не придется. Выдохнув в воздух призрачное облачко дыма, я снова посмотрела на толпу.

В ней выделялась одна нескладная девчушка в одежде заядлой неформалки: берцы, темный мейк, платье невесты, только что вылезшей из склепа. Незнакомка приблизилась ко мне и спросила:

– Дашь закурить?

Я по привычке протянула ей сигарету. Как?! У меня ведь даже пачки в руках не было. Когда шок прошел, я вдруг спохватилась:

– А лет-то тебе сколько?

Девчушка криво улыбнулась. Согласна, глупый вопрос. Да и после смерти как-то невежливо читать нотации единственному существу, которое меня видит.

– Больше, чем тебе, – соизволила ответить она. – Что читала?

Глава 2

Я посмотрела в сторону разбитого телефона. Почему-то обиднее всего было не дочитать историю. Может, у графини еще оставался шанс? Не могла же она потерять все из-за какого-то принца? Остальное мало волновало осиротевшую двадцатипятилетнюю меня.

– Про попаданку, – призналась я.

– Хорошая книга?

– Неплохая, – уклончиво ответила я.

Девчушка прищурилась и скрестила руки на груди. Она сразу раскусила мою ложь. Пришлось пожать плечами и признаться:

– Да глупость какая-то! Почему все так носятся с этой Любовью? И вообще, будь я на месте графини, плюнула бы на жениха…

– Он же принц! – удивилась незнакомка.

– … открыла бы собственный бизнес на деньги дядюшки и наслаждалась жизнью. Принц! Тоже мне, принц. Мало ли таких по зачарованным эльфийским лесам бегает? Нового нашла бы. Тот же ледяной дракон. Чем он плох? Красавчик, все при нем, еще и карьеру построил.

– Он не романтик, – закатила глаза моя собеседница. – Просто всеми силами пытается снять проклятие ведьмы. Ему, видите ли, интересно, что такое любовь.

Мы обменялись понимающими взглядами и взяли еще по одной. Нет, это не дело! Конечно, курение призраку не навредит, но все равно обидно. Я же бросила!

– Все мужики козлы, – вдруг заявила незнакомка.

– Ты поэтому вся в черном? – спросила я и поправилась: – В грязном. Или это траур по истинным чувствам? В той книге все как-то наигранно.

Девчушка прикусила губу и нервно покосилась на меня. Какое-то время мы молчали. Я думала о том, что делать дальше, а незнакомка решала, посвящать меня в свои тайны или нет. Наконец она произнесла:

– Я богиня всех миров.

– А я маркетолог.

– Я серьезно!

– Так я тоже, – развела руками я.

– Могла бы проявить хоть немного уважения, – фыркнула незнакомка.

– Прости, – ответила я. – Давно не верю в богов.

Девушка пристально на меня посмотрела, после чего подняла руку и ткнула мне пальцем в лоб. Было неприятно. Словно на миг вернулась чувствительность и жажда жизни. Как только незнакомка убрала руку, мне снова стало все равно. Призраки не умели переживать.

Самопровозглашенная богиня пытливо вглядывалась в мое лицо. На какую реакцию она рассчитывала? Мне только книгу дочитать хотелось. Никакого страха или желания остаться в этом мире подольше.

– Я богиня не всех миров, – призналась девчушка, поняв, что священного трепета от меня можно не ждать, – а только книжных. Ты знала, что когда автор пишет книгу, он создает целый мир? Взаправдашний! В него даже можно попасть. Только нужно уметь создавать порталы.

– Ты хочешь сказать, что есть Земля, а есть Ирион, в котором Люба и эльфийский принц будут счастливы?

– Да, – кивнула богиня. – Миры из книг настоящие. Правда, есть пара нюансов с перемещением и временем. Чаще всего создается петля, потому что автор не может вдохнуть в книгу жизнь. Вечно эти писатели что-то напутают с сюжетными ветками, а мне спасать персонажей…

– Графиню жалко, – перебила я. – Ну не могла она так цепляться за принца! Характер не тот.

Богиня кивнула. На ее лице расплылась широкая улыбка. Сейчас девушка больше всего походила на человека, который нашел, с кем обсудить прочитанную книгу. Этот огонек в глазах ни с чем не перепутаешь.

– Ты меня понимаешь! – сказала богиня. – А ты хотела бы исправить книгу? Так, чтобы все работало и стало по-настоящему? Логично?

– Логичная книга про попаданку – это оксюморон, – рассмеялась я. – Логика и попаданки несовместимы. Да и авторы вечно что-то да приукрасят в угоду сюжету.

– Хотела бы или нет? – строго повторила вопрос богиня.

Я без раздумий кивнула. Было бы славно, если бы графиня не погибла так нелепо и получила второй шанс. А Любаня с ушастым принцем пусть сама разбирается, нам изменники не нужны!

– Отлично, – потерла ладошки богиня. – Мне как раз очень нужна такая помощница. Если что, меня зовут Эветта. Я пока занята, но чуть позже к тебе загляну. А теперь вперед, исправлять сюжет!

Она щелкнула меня по носу. Вокруг заплясали золотистые звездочки. Стало щекотно, и я расчихалась, так и не успев спросить, что Эветта собралась делать. Мир вокруг вспыхнул ярким светом, и сознание покинуло меня. Так начались мои проблемы.

Глава 3

Карета налетела на кочку, и я больно ударилась виском об оконную раму. Зато это быстро привело меня в чувство. Где я? Хотя ладно, это не самый важный вопрос. Кто я?

Запаниковав, я принялась ощупывать лицо и даже разворошила высокую прическу. Нос прямой и маленький, как у меня. Волосы рыжие. Такого же оттенка, в который я красилась на Земле. Да и руки никак не отличались, разве что колец стало больше.

Рядом со мной на обитом бархатом сидении нашлась сумка. Я быстро отыскала в ней зеркальце и наконец рассмотрела себя. Как-то странно было видеть знакомое лицо в такой обстановке. Эветта говорила так, словно отправляла меня в чужое тело латать сюжетные дыры. А в итоге я осталась сама собой, просто платье неудобное и транспорт странный.

Пока я рылась в сумке, точно воровка, и пыталась определить, куда меня занесло, карета остановилась. Послышались шаги. Я успела кое-как пригладить растрепанные локоны и принять благородный вид, и дверца кареты распахнулась. С лязганьем выдвинулись ступеньки. Лакей подал мне руку и помог выбраться. Я старалась делать вид, что ничего особенного не происходит. Скрыть нервозность удалось, но вот не отреагировать на вопль лакея не получилось.

– Графиня Анна-Мариетта фон Лютенберг!

Я чуть не присела. Судя по скучающим лицам стражников и прохожих, это было нормальной практикой. А потом до меня медленно дошел смысл произнесенной фразы. Анна-Мариетта! Это та самая графиня, которую автор сделал злодейкой, преследующей эльфийского принца. Вот тут-то и начинались проблемы.

Да, мне хотелось, чтобы графиню оставили в покое. Пусть живет счастливо. Вот только исправлять сюжет своими руками было страшно. Ситуацию сильно осложняло то, что я оказалась на месте героини, которую должны убить. Радости не добавлял и тот факт, что никто мне не сказал, что делать и как спасать графиню.

Сейчас от принятых решений зависела моя жизнь! Один раз я ее уже потеряла, но не успела этого даже прочувствовать. А теперь надо мной словно повесили наковальню и сказали, через сколько секунд веревка оборвется. Попробуй угадать, куда надо встать, чтобы не раздавило.

Я круглыми от шока глазами смотрела на проходящих мимо адептов в синих мантиях с зелеными нашивками Академии. В каком месте сюжета я хоть оказалась? По-моему, это самое начало. Графиня прибывает в Академию. Где-то здесь мой принц сейчас должен поцапаться с Любой, главной героиней, а после…

– Аннет! – выкрикнул мужской голос откуда-то из-за спины.

– Анн нет! – испуганно выдохнула я и бросилась обратно, в карету.

Принц все же бегал быстрее. Не зря учился на факультете боевой магии, зараза белобрысая! Он сгреб меня в охапку и закружил.

– Любимая, – приторным тоном произнес он, косясь в толпу первокурсниц, откуда за ним наблюдала Люба.

Убедившись, что девушка не отвернулась, принц свернул губы трубочкой и потянулся ко мне за поцелуем. Не отрывая взгляда от первокурсниц. Замечательно. Я нахмурилась, пытаясь вспомнить имя эльфа. В конце что-то на “эль”. А начало не помню!

– Дорогой, – выкрутилась я. – Поставь меня на землю. Не на людях же…

От такой простой просьбы у всех вытянулись лица. Не по сюжету, знаю! Хотя нет, в книге что-то про это было. В книге адепты очень удивились появлению графини, потому что никто не знал, что у самого завидного холостяка Академии уже есть невеста. Интересно, почему же? Я презрительно усмехнулась, посмотрев в голубые глаза жениха. Что, не ожидал? Я графиня, а не девка трактирная. Меня тискать на людях нельзя!

Принц нахмурился. Его руки продолжали сжимать мою талию. Я все еще висела на эльфе, что бесило. Жених был теплым и закрывал меня широкой спиной от ветра, что радовало.

– Дарниэль? – выкрикнул парень, стоящий рядом с Любой.

Спасибо, родной! Думала, так и не вспомню, как зовут моего нареченного.

– Дорогой, – продолжила я, – все смотрят. Давай заберем чемоданы, и ты поможешь мне отыскать комнату. А потом поговорим.

– Мы не виделись почти год, – напряженно произнес он. – Аннет, ты не рада меня видеть?

– Очень рада, – соврала я.

Видимо, обманывать у меня получалось плохо. Дарниэля перекосило. Он все же поставил меня на землю и кивнул лакею, чтобы тот вытаскивал чемоданы. Я украдкой посмотрела на Любу. Она нервно теребила светлую косу и выглядела расстроенной. Однако у нее пока не было повода меня ненавидеть. Может, я не стану главной злодейкой? Тем более, мы обе с Земли. Можно подружиться! Не будет же Дарниэль убивать подругу возлюбленной.

Я улыбнулась своим мыслям и посмотрела в сторону Академии. Шпили защитных башен уходили высоко в небо. Над крышей главного корпуса развевались флаги. Все выглядело волшебно. И мне предстоит здесь учиться? Да это же мечта!

Задумавшись, я не заметила, как принц опасно приблизился. Слуги уже таскали мои вещи, а эльф, улучив момент, склонился и поцеловал. Он планировал чмокнуть меня в щеку, но я почувствовала горячее дыхание на своей коже и машинально повернулась. Наши губы соприкоснулись. Поцелуй состоялся. И он был в сто раз хуже, чем тот, который описывался в сюжете.

Первый планировался как показной, игра на публику, чтобы заставить Любу ревновать. А этот стал настоящим.

Глава 4

Дарниэль притянул меня к себе за талию, вовсе не планируя отпускать. Его не заботило, что на нас таращится весь двор. Я уперлась ладошками в грудь и оттолкнула жениха. Попыталась.

– Дарниэль! – прошипела я, отворачиваясь.

– Любовь моя, – с долей ехидства ответил он, – а я уж думал, ты позабыла мое имя.

О, ты даже не представляешь, насколько прав! Я поморщилась и прогнулась в пояснице, стараясь оказаться как можно дальше от жениха. Это уже напоминало какой-то цирк. И мне не хотелось становиться в нем главным клоуном.

– Адепт ле Соррель, что происходит?

Тихий голос принадлежал мрачному мужчине, застывшему у кареты. Кажется, он только что подъехал и был крайне недоволен увиденным. Где-то в стороне Люба сжимала и разжимала кулаки, сверля меня злым взглядом. Дело принимало дурной оборот. Я снова попыталась оттолкнуть жениха. Он не реагировал на мои трепыхания и лишь сильнее прижимал меня к себе.

– Моя невеста прибыла в Академию, – спокойно ответил он. – Мы долго не виделись. Разве я не имею права поцеловать возлюбленную, лорд ректор?

Мужчина перевел взгляд на меня. У меня мороз побежал по коже. Лорд ректор в книге описывался иначе. Этот был высоким черноволосым мужчиной со стальным взглядом. Он не выглядел агрессивным или нервным, как тот, который сходил с ума из-за Любы в романе. Почему-то у меня возникло подозрение, что лорд ректор тоже прибыл в книгу из другого мира. Но понимал ли он, где оказался? Эветта, если ты слышишь, мне срочно нужна помощь!

Богиня не откликнулась. К счастью, лорд ректор потерял всякий интерес к адептам. Он забрал из кареты трость с набалдашником в виде оскаленной змеиной морды и пошел к воротам. Ректор больше ничего не сказал и даже ни разу не обернулся, но почему-то Дарниэль убрал руки с моей талии. Эльф начал вести себя прилично. Удивительно! Что дальше, снег пойдет?

Я оправила платье и сделала пару шажочков в сторону, чтобы эльфийские лапищи точно до меня не дотянулись. Дарниель начал светскую беседу о природе, о погоде, о своей учебе. К нам подошли его однокурсники. Меня представили всем друзьям, но я не запомнила и половины имен. В такой обстановке не до знакомств. У меня дрожали руки от страха. Больше всего я боялась выдать в себе обычную девчонку с Земли. Кто знает, как поступают графини, когда им представляют герцогов из других королевств?

Никто будто и не замечал странностей. Парни вели себя дружелюбно и спокойно общались, как мои ровесники с Земли. Я сделала вывод, что в Академии царили свободные нравы. Магам вообще многое было дозволено во всех романах, что я читала.

Дарниэль искренне не понимал, почему я стесняюсь целоваться на глазах у всех и с визгом вешаться ему на шею. Проводив меня до двери комнаты, он заметил:

– Ты изменилась, Аннет.

Я не удержалась от гримасы. Эльф задумчиво посмотрел на меня, будто впервые увидел не богатую невесту со связями, а личность.

– Повзрослела, – добавил Дарниэль. – Тебе не нравится, как я тебя называю? Ты все время морщишься, стоит мне произнести твое имя.

Я слабо улыбнулась. И что отвечать? Жених вполне мог раскусить подмену и объявить меня самозванкой. Графиня в книге описывалась иначе, так что я не смогла бы доказать свою родовитость. А дядюшка, приближенный советник короля, должен будет умереть через пару глав! Кто меня защитит?!

– Энни, – медленно произнес принц. – Как тебе?

Я снова улыбнулась. Да что он пристал-то? Я скоро поседею от испуга. Зачем так буравить бедную девушку взглядом?

– Красиво, – ответила я. – А чье это имя?

– Твое, глупенькая, – мелодично рассмеялся эльф. – Ладно, отдыхай. Потом решим, как тебя называть.

Он щелкнул меня по носу и ушел. Замечательные у него отношения с невестой: подбирает кличку, как собачке. После его ухода я наконец вздохнула с облегчением. Заперлась на все замки и начала разбирать чемоданы. Посмотрим, каким оружием меня наградила судьба!

Глава 5

Заперев дверь на ключ, я пошла распаковывать чемоданы. Что-то мне подсказывало, что в Академии даже графиням служанки не положены. Так как огромные сумки в человеческий рост я не смогла бы даже поднять, решила начать с мелких. В первом же оказались ночные сорочки. Посмотрим, чем нас побалует жизнь!

– Панталоны. С рюшечками.

Я отложила несчастный предмет гардероба в сторону. И автор думал, что с таким пеньюаром у злодейки получится вернуть себе жениха или соблазнить ректора? Наивный. С этими панталонами мне проще сразу пойти к сопернице. Она умрет со смеху, и одной проблемой сразу станет меньше.

– Автор! – взвыла я, посмотрев на очередное кружевное безобразие с вышитыми сердечками. – Ты писал про злодейку или про девственницу из анекдотов?!

Вдруг в дверь постучали. Я даже не попыталась убрать раскиданные по комнате панталоны, уверенная, что это слуги притащили очередной чемодан графини. Но на пороге оказался лорд ректор.

Он мазнул взглядом по мне, посмотрел на ворох тряпья на кровати… Уголки его губ дрогнули.

– Кхм-кхм! – привлекла внимание ректора я. – Вы что-то хотели?

– Напомнить вам о приличиях, – холодно произнес он.

И нечего так кривить лицо. Между прочим, ты тоже злодей, хоть и не знаешь этого. Так мы и умрем вдвоем в обыкновенном женском романе, если я не исправлю сюжет. Проявил бы чуточку уважения к своей спасительнице.

Но ректор, конечно, не знал ничего о предстоящих испытаниях. Он все еще был гордым ледяным драконом, не знающим слов любви и даже не подозревающим, что будет драться с эльфийским принцем за сердце и панталоны первокурсницы Любы. А потом погибнет, втянув меня в свои интриги. Интересно, а сцены соблазнения за кадром были, или меня и ректора связывали только деловые отношения?

Я так задумалась, что едва не забыла, где нахожусь. Ректор напомнил. Какой джентльмен. Тихо кашлянув, он кивнул на часы. Я хлопнула ресницами. Полвторого. И?

– Собрание, – наконец изволил пояснить ректор. – Все ждут только вас.

Я кивнула и попыталась закрыть дверь прямо перед носом мужчины. Мне собраться надо, между прочим. Графини не появляются в одном наряде дважды. Однако ректору мои аристократические замашки пришлись не по душе. Он ухватился одной рукой за дверь, второй за косяк. От легкого толчка меня снесло с дороги ректора, словно пушинку, только туфли по полу проскользили.

– Что вы там говорили о вежливости? – задумчиво уточнила я, глядя на черные полосы от каблуков.

– Она подразумевает не только знание этикета, – ответил он, – но и умение планировать свое время. Идемте, адептка Лютенберг.

Я вскинула взгляд на флегматичного ледяного дракона. Как он узнал имя? Насколько я помню, в книге было полно всяких графинь, так что титулом в Академии никого не удивишь. Так почему ректор выделил меня среди других? Или у этого дракона феноменальная память, поэтому он может назвать имена всех студентов? Что-то подозрительно.

– Это странно, – наконец сказала я. – Адептку провожает ректор. Это неприлично. Что обо мне люди подумают? – В голову пришла интересная мысль, и я поспешила ее озвучить: – А что подумает мой жених?

Ректор недовольно поджал губы и смерил меня уничижительным взглядом. Ему не нравилось, что приходится спорить с соплячкой и доказывать свою правоту. В серых глазах словно поселилась февральская стужа. Мне на самом деле стало холодно, будто взгляд ректора способен был превратить человека в ледышку.

– Так вы знаете дорогу, адептка Лютенберг? – вкрадчиво спросил он.

– Нет.

– Тогда идите за мной. И хватит спорить. Еще одно слово, и вы получите первое предупреждение.

Я очень вовремя вспомнила, что в этом мире есть магия. И ректор мог меня не только заморозить, но и превратить в симпатичную жабку в панталончиках с рюшами и сердечками. Так что волевой характер пришлось поумерить, а злые взгляды спрятать под полуопущенными ресницами. Уверена, со стороны я походила на смирную овечку. И лишь телепат мог знать, что творилось у меня на душе.

Глава 6

Говорят, чтобы успокоиться, нужно подумать о чем-то хорошем. Я представляла, как пойду на лекцию по проклятиям и выучу свое первое заклинание. Мне почему-то хотелось обеспечить ректору и жениху проблемы с мужским здоровьем. Но если преподаватель начнет с заклинания-слабительного, тоже неплохо.

Когда мы вошли в зал, все обернулись. Видимо, я и правда сильно опоздала. Еще и явилась под конвоем, какой стыд… Репутация в Академии у меня будет отменная. В первый учебный день допустила сразу два промаха. Надо исправлять!

В книге почему-то всех злодеек делали надменными, требовательными и наглыми. В принципе, Избранные и попаданки вели себя также, только на их стороне была магия и пара-тройка венценосных особ. Я решила ломать стереотипы, поэтому быстро поклонилась преподавателям на сцене, надеясь, что под юбкой не видно, насколько плох мой реверанс. Раскаяние даже изображать не пришлось. Я действительно жалела, что не пришла сама.

Ректор продолжал шагать к сцене, а я юркнула на ближайшее свободное местечко на скамье. Ледяной дракон притормозил на полпути и поискал меня взглядом. Кажется, ему не понравилось мое решение сесть на галерке. Не моя проблема. Никто не говорил, что у графини есть именное место. А мне и с обычными студентами неплохо!

– Лютует? – тихо спросил у меня сидящий сбоку парень. – Такой мрачный сегодня…

– Не знаю, – пожала плечами я. – Может, для него это обычное состояние. Пока ни разу не видела его довольным.

Парень прыснул и отвернулся к сцене. Ректор уже занял свое место и открыл тонкую папочку с золотыми вензелями и гербом Академии. Я поерзала на скамье, стараясь устроиться поудобнее. Приветственные слова всегда казались мне нудными. Я не понимала, зачем вообще устраивали эти собрания.

– Дорогие студенты, – начал ректор. – Мы здесь собрались, чтобы…

На этом моменте мозг просто перестал воспринимать информацию. Краем уха я слышала, как ректор перечисляет спонсоров Академии, потом преподавателей, потом говорит, в каких соревнованиях мы будем участвовать в этом году. От нечего делать я рассматривала других студентов.

В первых рядах резко выделялась макушка моего суженного. Эльф был выше остальных, да и платиновым цветом волос обладал только он. У остальных представителей его расы преобладал золотистый оттенок, но иногда встречался серый. Принц сидел с гордо выпрямленной спиной и делал вид, будто слушает ректора. А рядом с ним я различила светлую косичку. Неужели Люба?

Хорошо, что не пошла с ректором до первых рядов. Даже если там было место, уверена, оно досталось настоящей главной героине романа. А ссориться с ней не стоило. Мне не хотелось умирать, поэтому я надеялась как-нибудь аккуратно сбагрить этой девице своего жениха, а потом заняться своими делами.

– Адепты! – вдруг гаркнул ректор.

Я инстинктивно вжала голову в плечи. Ну зачем так орать-то? Мне даже показалось, что ледяной дракон недоволен мной. К счастью, он смотрел на парочку в первом ряду. И ему очень не нравилось, как они переговаривались. У меня возникло ощущение, что ректора беспокоит вовсе не пренебрежение студентов, а отношения Любы и Дарниэля. Класс! Я скрестила руки на груди и насупилась. Этот кадр тоже влюбился в Любу? Уже?

Парень, сидящий сбоку, неверно истолковал мое поведение. Он дружески похлопал меня по плечу и спросил:

– Что, не успеешь заказать платье?

Я удивленно посмотрела на него. О чем речь? Какое платье? Он комнату мою видел? У меня больше платьев, чем места для них в шкафу. Не буду я ничего заказывать.

– Не переживай, – продолжил он. – Вы, девчонки, всегда красивые на балу. Если что, старшекурсницы за серебряный сделают глэм.

– А когда бал? – с подозрением посмотрела на парня я.

– Ты вообще не слушала? В субботу.

– А сейчас какой день недели?

Парень хмыкнул и постучал пальцем по лбу. Моему, между прочим. Не знаю, почему он вел себя так, словно мы были знакомы уже вечность. Хотя, у него тоже были рыжие волосы. Может, почувствовал родственную душу? Точнее, ее отсутствие.

– Среда.

– Ясно. – Я кивнула и снова повернулась к сцене. – Кстати, меня зовут Ма… Мари.

Я чуть по привычке не назвала земное имя. К счастью, парень не обратил внимания.

– Лекс, – представился он.

– Приятно.

– Взаимно.

Мы продолжили слушать разглагольствования ректора на тему того, какая у нас замечательная Академия и сколько торжеств нас ждет этой осенью. Меня волновал лишь один вопрос: учиться-то мы будем или только на балах танцевать?

Глава 7

Мои мысли были услышаны. Меня засыпали списками предметов, нужной литературы, какими-то брошюрами с рекламой мест прохождения практики. Поняв, что в библиотеке скоро начнется битва, я распрощалась с Лексом и сбежала. Где-то на втором повороте меня догнал жених.

– Обиделась? – спросил он.

Я продолжала активно стучать каблуками по плитке в сторону библиотеки, изредка сверяясь с выданной схемой корпуса. Только бы успеть за учебниками! А эльф пригодится, дотащит стопку книг до общежития.

– Аннет, да что с тобой такое! – раздраженно бросил Дарниэль.

Он забежал вперед и преградил мне дорогу. Когда я попыталась обойти препятствие, у эльфа задергался глаз. Пришлось остановиться и пояснить:

– Дорогой, я иду за учебниками. Скоро все разберут.

– Аннет, какие к жрыху учебники? Твой дядя скупил половину книжного перед началом учебного года.

Я испуганно посмотрела на жениха. Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу. К счастью, Дарниэля больше волновали его проблемы, чем несостыковки между моими словами и реальностью. Жених сам подсказал мне, как вывернуться:

– Я же вижу, ты обиделась на меня. Любовь подошла, чтобы извиниться, а потом появились преподаватели. Ей пришлось сесть на твое место…

– А тебе пришлось с ней мило поболтать? – фыркнула я.

Меня мало волновало, с кем проводил время этот блондинчик. Но если скажу, что не обиделась, придется придумывать другое оправдание визиту в библиотеку. Придется изображать ревность. Дарниэль быстро понял, что его интеллекта не хватит, чтобы выиграть спор со мной, поэтому предпочел действовать грубой силой. Меня снова схватили за талию и притянули к себе для поцелуя.

От Даниэля приятно пахло цветочными духами. Женскими. Надо будет потом спросить у Любы, где купила. Губы эльфа оказались совсем близко к моим. Я без раздумий ткнула ему в лицо брошюрой с описанием мест, где студенты могли заработать опыт и пару десятков монет.

– А ты как проходишь практику? – спросила я. – А то не знаю, какое место выбрать.

– Хочешь со мной? – мурлыкнул эльф, отодвигая бумажки от лица.

– Конечно! – Я улыбнулась. – Нет…

Последнюю часть фразы жених уже не расслышал. Его окликнул кто-то из однокурсников. Я узнала в приятном молодом человеке того парня, который стоял рядом с Любой у ворот. У него были короткие каштановые волосы и карие глаза. А еще под верхней губой прятались едва заметные клыки. Я пока не могла определиться, симпатичен он или нет, но мне определенно нравилась его привычка отвлекать Дарниэля.

– Эй, ты уже видел списки? Мы с тобой попали к Шаграсу на фехтование, а вот магия будет у того дедули из гарнизона…

– Бран, я говорю с невестой, – перебил его Дарниэль.

– О чем? – полюбопытствовал клыкастый.

– Не твое дело!

– О практике, – поспешила сообщить я. – Вот ты куда поедешь?

Бран хитро прищурился, посмотрев на Дарниэля. Уверена, клыкастый прекрасно понимал, что мешает другу. Однако это его не останавливало. У меня создавалось впечатление, что эти двое просто заклятые друзья, закадычные враги. Их взгляды скрестились, и разве что искры не летели от возникшего в воздухе напряжения.

– В лучшее место. Пустошь, – сказал Бран. – Но туда больше нет мест. Дар тоже не успел.

– Я попал на практику к Красту, это куда интереснее, – натянуто улыбнулся принц. – Туда, к сожалению, берут далеко не всех. Так что этот вариант тебе не подходит, Аннет. Даже Брана не взяли.

Парни потеряли ко мне интерес и принялись обсуждать, где лучше боевой опыт, где веселее попойки в тавернах и чей куратор круче. Я потихоньку отходила в сторону, не забывая изредка кивать и улыбаться, как восторженная дурочка. Пока парни мерялись, кхм, мечами, у меня уже родился план побега. Только я развернулась, чтобы ускользнуть в толпу студентов, как в коридоре появилась Люба. За ней семенили высокородные первокурсницы и какая-то странная девица с зелеными волосами. Дриада, что ли?

Пока я глазела на процессию, Дарниэль заметил пропажу невесты. Меня снова сцапали за руку, чтобы наверняка не сбежала. А потом эльф заметил приближение Любы.

– Идем, – скомандовал он, круто развернув меня и кивнув Брану.

Клыкастый понятливо улыбнулся. Он отсалютовал мне и пошел навстречу девицам. Видимо, собирался прикрыть зад друга.

Глава 8

– Куда?! – возмутилась я.

Дарниэль не обратил внимания на мои попытки вырвать руку из стальной хватки. Он просто продолжал идти вперед, пока я скользила следом, упираясь пятками в пол. Эльфа новоприобретенный буксир не смущал. Тоже мне, таран!

– Дар! – воскликнула я.

Эльф замер. Он медленно повернулся ко мне и попытался прожечь взглядом дырку в платье. То ли принц плохо учил заклинание испепеления, то ли на мне сегодня не работала магия. В общем, я уцелела.

– Не называй меня так, – мрачно попросил эльф.

– Это еще почему?

– Его Высочество считает, что его имя слишком красивое, чтобы сокращать, – хмыкнул Бран за моей спиной.

– А-а-а, – протянула я. – Ваше Высочество, там за моей спиной простые смертные. Хотят аудиенцию.

Получилось слишком язвительно для аристократки из средневековья. У бедного Дарниэля вытянулось лицо. Где-то за моей спиной Бран пытался скрыть смех кашлем. А потом что-то упало. Я обернулась и заметила, что это одна из первокурсниц растянулась на полу. И никто даже не подумал ее ловить! Ну и нравы у здешней молодежи. Ладно парни, но хоть Люба-то могла поддержать несчастную или нашатырь из кармана вытащить. Ой! Простите, нюхательную соль.

– Я хотела извиниться! – звонко произнесла Люба.

Мне понравился ее голос. Громкий, все отчетливо слышно. На ее фразу обернулась половина коридора, а вторая уже доставала попкорн, семечки и фляжки с горячительным, готовясь к шоу.

Я отступила в сторонку, решив, что время молодым разобраться между собой. Бран тоже поспешил уйти с траектории извинений.

– Прости, – сказала Люба, тряхнув светлой косичкой. – Прости… я не знала, что ты такой козел!

– Спросила бы меня, я бы подсказала, – пробормотала я.

– Что? – нахмурился Дарниэль.

– Ничего, – поспешила заверить его я. – Интересный способ извиняться, говорю.

– А ты… – Люба переключилась на меня. – Графиня фон Лютенберг!

– Знаю, – машинально кивнула я, – мне утром сказали.

Бран непочтительно расхохотался. Он-то думал, что я шучу, но мне же действительно лакей на ухо проорал, кем меня сделала Эветта. Люба очаровательно покраснела, сжимая и разжимая кулачки. А я поняла, что перегнула палку и как-то неправильно начинаю знакомство с главной героиней.

– Извини, – тут же сказала я. – Это все от нервов. И некрасиво получилось, что мы с Дарниэлем затянули с объявлением о помолвке.

В толпе первокурсниц послышались перешептывания. Третья некрасивая сцена за день с моим участием! Иду на рекорд. Завтра вся Академия будет обсуждать, как графиня поцапалась с безродной и талантливой магичкой из-за парня. Фи, как некультурно!

– Ясно, – отрывисто произнесла Люба. – Поздравляю.

Она круто развернулась и ушла. Первокурсницы тоже начали разбредаться, чтобы перемыть косточки мне и сопернице. И никто даже не думал помогать обморочной барышне! Это поразило меня до глубины души. Поэтому я поспешила к бедной первокурснице и присела рядом на корточки. Нашатыря у меня с собой не оказалось, а нюхательную соль я могла не отличить от пузырька с ядом. Пришлось прибегнуть к старому проверенному методу.

Я легонько похлопала девушку по щеке. Она не подавала признаков жизни. Тогда я хорошенько размахнулась и отвесила ей пощечину. Девушка распахнула глаза. Я отпрянула, увидев их насыщенный красный цвет. Спасенная подскочила. Ее черные волосы спутались и походили на воронье гнездо. На платье расстегнулось несколько пуговиц, кокетливо приоткрыв грудь.

– Ах! – воскликнула девушка. – Что произошло?

Глава 9

– Хороший вопрос, – задумчиво произнесла я. – Следующий вопрос.

Девушка захлопала ресницами, переводя взгляд с меня на Дарниэля. До нее медленно начало доходить. Она ойкнула и прикрыла рот ладошкой, а после посмотрела на меня, как на привидение. Уже состоявшееся или будущее? Хороший вопрос.

– Зачем же вы так? – прошептала она. – Это принц!

– И мой жених, – сдержанно добавила я. – Должен привыкнуть к характеру. Он у меня не из легких. Вдруг Его Высочество изволит расторгнуть помолвку?

Дарниэль закашлялся. Да так, что побагровел и стал похож на перезрелый томат. Хотя, справедливости ради, эльф был хорош. Даже в ярости он сохранял какой-то благородный вид. Брови вразлет и высокие скулы добавляли ему обаяния. Если бы я не знала, какой он на самом деле поганец, точно отдала бы ему руку, сердце и даже наследство дядюшки. Но память услужливо подсовывала те моменты, где эльфийский принц изменял своей невесте с Любовью. Как звучит-то: изменял с любовью! А мы такого не прощаем. Даже если в реальности этого еще не случилось.

Девушка продолжала хлопать ресницами, словно намеревалась улететь из Академии через форточку. Неожиданно на выручку пришел Бран. Он дружески похлопал меня по плечу – я даже присела от неожиданности.

– Идем, Дар, – елейным голосом сказал он. – Нам еще надо к Красту зайти, взять темы для курсовых. Не будем смущать девушек.

Эльф помрачнел. Он буравил меня взглядом, словно надеялся добраться до содержимого черепушки и хорошенько там поковыряться. Я чувствовала, жених начал подозревать неладное. Мне как-то и в голову не пришло, что еще рано отталкивать Дарниэля. Надо было немного повременить.

Хотя… Если мы расстанемся по моей инициативе, то эльфийский принц будет выглядеть не так плохо в глазах читателя. И почему Эветта не дала мне более подробных инструкций? Чтобы запертый в петле книжный мир ожил, что нужно сделать? Исправить весь сюжет или только капельку?

Я решила следовать своим принципам и просто поступать логично. Как вела бы себя графиня с любимым женихом?

Я присела в легком реверансе и улыбнулась. Мне хотелось немного успокоить Дарниэля и показать ему, что он все еще принц и главный ловелас Академии. Поэтому я постаралась принять глуповато-влюбленный вид. Дарниэль расслабился и улыбнулся мне в ответ. Бран за его спиной насмешливо выгнул бровь. Моя улыбка стала натянутой, но я держалась до тех пор, пока жених с другом не ушел далеко вперед.

– Фух, – выдохнула я. – Убрался наконец…

– Леди, – строго проговорила девушка с алыми глазами, – это же опасно! Что скажут ваши родственники, если договорной брак распадется? Эльфийский посол будет недоволен.

Я с любопытством посмотрела на первокурсницу. Она была аристократкой до кончиков ногтей. И платье, и обилие украшений, и даже манера держаться, хлопая ресницами и так и норовя упасть в обморок – все кричало о ее принадлежности к власть имущим и баснословно богатым. Однако я не помнила, какую роль она играла в романе.

– Как тебя зовут? – спросила я, склонив голову к плечу.

Девушка смешалась, но все же быстро присела в реверансе и ответила:

– Лилит ле Валенси. – Увидев, что я ничего не поняла, она добавила: – Принцесса вампиров.

– О-о-о, – протянула я, по-новому взглянув на нее.

А упыри уже не те. Интересно, она от вида крови тоже в обморок падает?

Глава 10

– Лилит, – мягко произнесла я, – боюсь, мы не при дворе. Если ты не заметила, к особам голубых кровей в Академии относятся также, как и к обычным людям. И нелюдям, конечно.

Она послушно посмотрела по сторонам. Нас обходили адепты Академии. Парни иногда цеплялись взглядом за вырез платья Лилит, который стал глубже из-за расстегнувшихся пуговиц. Однако всем было плевать на нашу аристократичность. Никто и не собирался делать реверансы принцессе. Я заметила, что большинство адептов ходит в форме, не заморачиваясь с нарядами. Многие девушки были в штанах, как и Люба.

– Здесь другие нравы, – добавила я, легонько похлопав принцессу вампиров по плечу, – и чем быстрее ты привыкнешь, тем лучше.

Ресницы Лилит задрожали. Девушка вытащила из сумочки батистовый платочек и промокнула глаза.

– Столько нового, – всхлипнула она. – Все не как у вампиров.

Я сочувственно кивнула. Мне хотелось поскорее уйти, но было жаль оставлять юную вампиршу одну. Лилит выглядела совсем потерянно. Поняв, что мы уже мешаем потоку адептов, я взяла первокурсницу под локоток и повела в сторону общежития, рассудив, что принцессе отец точно учебники смог купить.

Вампирша продолжала вздыхать и утирать слезы. Она даже истерила красиво! Всем бы у нее поучиться. Когда мы миновали небольшой парк, Лилит сказала:

– Ой! Простите…

– Прости, – поправила я.

Да, принцессе здесь придется нелегко. Вот эльфийский наследник прекрасно вписывался в общество, бегал по болоту с мечом наперевес и охотно надирался дешевым гномьим самогоном в таверне. А Лилит была слишком утонченной натурой, чтобы даже обратиться к ровеснице на “ты”.

– Прости, – исправилась вампирша. – А как тебя зовут?

– Мари, – представилась я. – Анна-Мариетта фон Лютенберг. Графиня. Больше известна как невеста эльфийского принца.

Лилит помолчала. Мы зашли в высокие двери общежития. Не с первого раза. Я несколько раз толкнула тяжелые створки, прежде чем удалось сдвинуть их с места. В лицо пахнуло прохладой.

– Как в склепе, – прокомментировала я.

Лилит оживилась и даже слабо улыбнулась. Вспомнила родной дом? Я продолжила путь, стараясь определить, откуда меня забрал ректор. К сожалению, по дороге на собрание приходилось опускать взгляд пониже, поэтому почти ничего не запомнилось. Мне точно надо было на второй этаж. И комната где-то в конце коридора.

Лилит почему-то семенила следом за мной. Оставалось лишь надеяться, что она просто жила рядом. Потому что искать юной вампирше склеп – это уже слишком. Хватит с меня благотворительности на сегодня.

На лестнице мы столкнулись с ректором. От его хищного взгляда у меня мурашки бежали по коже. Ректор был не один. Рядом с ним перепуганной мышкой замерла Люба. Мне стало ее жалко, но один взгляд на злого дракона – и желание спасать всех девиц в Академии пропало.

Если кого-то и заморозят сегодня насмерть, то точно не меня. А Люба – главная героиня, что ей сделается-то?

– Адептки, – кивнул нам ректор.

– Лорд Краст, – присела в реверансе Лилит.

Я машинально повторила ее позу и чуть не упала, споткнувшись о собственную ногу. Хуже укоризненных взглядом адепток и насмешки ректора было только осознание, что ледяной дракон – тот самый Краст, которого ищет в главном корпусе Дарниэль. Не медля ни секунды, я схватила Лилит за руку и понеслась дальше по лестнице, свернув направо.

– Извините, мы торопимся, – крикнула я через плечо.

– Адептка!

От резкого окрика я застыла на месте.

– Вы живете в левом крыле, – холодно произнес ректор.

Я постаралась сохранить на лице нейтральное выражение лица и потянула Лилит обратно. Когда мы проходили мимо ректора, по коже пробежался холодок, словно невидимая рука коснулась основания шеи и скользнула вниз по спине. Я вздрогнула и ускорилась.

– Всего доброго, – проговорила вежливая Лилит.

– Всего доброго, – эхом повторил дракон, смотря почему-то на меня.

Глава 11

– Какой у нас вежливый ректор, – проговорила вампирша.

Я мрачно кивнула, разглядывая таблички на дверях. Автору было лень заморачиваться, поэтому он решил сделать их именными. И хорошо! Мне тоже лень спускаться на первый этаж и искать комендантшу, чтобы узнать, куда меня поселили.

– Даже подсказал, куда идти, – заметила Лилит.

– Ага, – откликнулась я, притормозив на развилке.

Коридор справа мне нравился больше. Слева перегорели почти все светильники, а под потолком паук повесился. От одиночества. К нему очень давно не залетали мухи. Где может жить злодейка из романа? Конечно, в коридоре почище. А Любе, бедняжке, придется ютиться в темном, где комнаты меньше, двери скрипучее и мебель древнее. Не развалюха, а раритет, как любили говорить у нас в общаге. Логично? Логично!

Лилит заметила, что я потерялась, и потянула меня в сторону темного коридора. Видимо, вспомнила, где сама живет. Я решила, что ничего со мной не случится, если провожу принцессу, поэтому пошла за ней. И Лилит меня крайне удивила. В конце коридора я увидела табличку.

На ней значилось мое имя. Чуть ниже нашлось имя принцессы. Я готова была поклясться, что графиня жила одна, так как ее дядюшка дал кому-то взятку. Откуда у меня в комнате вампирша?!

Лилит открыла дверь и зашла. Мои чемоданы все еще стояли на полу, а на кровати валялись панталоны с рюшами. В дальнем углу комнаты появилось место для второго жильца. Я удивленно моргнула. Пространство будто расширилось. Та-а-ак… А что там у нас по сюжету?

– Рада, что мы живем вместе, – прощебетала Лилит. – Ты такая отзывчивая!

В алых глазах вампирши светился неподдельный восторг. Она принялась разбирать вещи, изредка поворачиваясь, чтобы что-то рассказать. Вскоре я уже знала все о вампирском семействе ле Валенси. Лилит даже не смущало, что все это время я сижу на кровати с квадратными глазами. Мне пришлось сослаться на головную боль и скрыться в ванной, чтобы прервать поток откровений. Наедине с собой я смогла привести мысли в порядок.

В зеркале я увидела девушку с растрепанной прической и диким взглядом. Ее личико исказилось в гримаске отвращения. И не надо так корчится, дорогая! Это ж твое отражение. Фыркнув, я открыла кран и умылась холодной водой. А когда подняла взгляд на зеркало, в нем уже была девочка-подросток в странном наряде. Эветта посмотрела на меня, как на привидение.

– Что с тобой случилось? – спросила она.

– Жизнь, – коротко ответила я. – Ты не сказала, что мне делать!

Эветта смутилась. Она пригладила черные волосы и достала из кармана сигареты. Закурила. Со мной не поделилась. Я уже думала обидеться, но богиня протянула руку из зеркала и дала мне сигарету. В моих пальцах она приобрела другую форму, а бумага превратилась в подобие пергамента. Мир изменял все под себя.

– Графине не положено курить, – хмыкнула Эветта.

– У меня стресс. Дай зажигалку. Этот принц стремный, и друзья у него так себе.

– С Любой познакомилась?

– Да. И подружилась с Лилит.

– Это еще кто? – Богиня нахмурилась и выпустила в воздух облачко дыма. – Не помню, чтобы она была в сюжете.

– Она упала в обморок, и я ей помогла, – призналась я.

Эветта погрозила мне черным острым ноготком. Богиня не выглядела недовольной, но ее, как и меня, напрягло случившееся.

– Ты меняешь сюжет, – пояснила она.

– Так нельзя?

– Можно, если все логично. Однако чем дальше ты отходишь от версии в книги, тем больше меняется реальность. Мир становится самостоятельнее и опаснее для тебя.

Глава 12

– Кстати об опасности, – тихо произнесла я.

Не стоило забывать, что где-то за дверью разбиралась с ворохом платьев и слишком маленьким шкафом Лилит. Будет сложно объяснить утонченной вампирше, откуда у нас в ванной взялась богиня-неформалка.

– Мне кажется, с ректором что-то не то, – прошептала я.

Облик богини в зеркале размылся. Вскоре она появилась вновь, почему-то с моим телефоном в руках. Черные ногти застучали по экрану.

– Ледяной дракон, – вздохнула богиня. – С ними всегда что-то не то. Видишь ли, это единственная раса, способная путешествовать по другим мирам. Безобразие! Они даже в книжный могут пролезть до того, как он станет реальностью.

Эветта принялась читать книгу. Я, пока ждала, присела на край ванной и закурила. Струйки дыма поднимались к потолку и утекали на улицу через маленькую форточку. Я еще разгоняла их рукой, словно это могло замаскировать запах. Хотя Лилит вряд ли знала о запахе табака.

– Надо бросать, – заметила я, затушив сигарету.

Эветта тут же отобрала у меня бычок и кинула куда-то за плечо. Богиня так высоко подняла брови, что на лбу появилась морщинка.

– Да нет, – сказала она. – Это тот ректор. По сюжету ледяной дракон влюбится в Любу. Бред, конечно, эти ребята не умеют любить. Его привлечет огненная, жизненная магия. Кстати, как только ты исправишь сюжет, мир станет реальным. Это я просто напоминаю, что лорд Краст пока якобы ледяной дракон. А потом станет настоящим бесчувственным снобом. Их может расколдовать лишь поцелуй любви, щедро приправленный огненной магией.

– Сначала кинуть фаербол, потом поцеловать, – решила я. – В лоб. И белые тапочки не забыть.

Эветта фыркнула, но кивнула. Ей тоже никто из мужчин не нравился. Просто меня больше бесил принц, а богиню – ледяной дракон. Хотя меня успокаивало то, что лорд Краст пока не настоящий.

– Инструкции будут? – устало спросила я.

– Не могу ничего посоветовать, – развела руками богиня. – Разве что… Старайся придерживаться пока версии книги. Люба и правда влюбилась в принца. На балу они должны поцеловаться. А эльф разорвет с тобой помолвку.

– Хорошо, а…

Богиня не дослушала. Махнув мне напоследок, она исчезла. Теперь в зеркале отражалась только ванная комната и одинокая рыжая графиня, то бишь я. У меня затекли ноги от сидения на краю ванной, поэтому пришлось встать и потянуться.

– То меняй сюжет, то придерживайся сюжета, – пробурчала я. – Вы уж там определитесь! И могла бы мне хоть сигареты оставить…

Я склонилась над раковиной, чтобы поправить у зеркала прическу, и тут мне в лоб прилетела начатая пачка. Под влиянием мира она быстро начала меняться, превращаясь в тонкий портсигар. На нем красовалась надпись: “Курение убивает. Тебе бросать пора!”

Пока что меня больше убивало неведение и машины, едущие на красный свет. Поэтому портсигар я запихнула под корсаж, решив, что пригодится. Трогать не буду, но если случится страшное, хотя бы будет возможность достать его и вспомнить о прежней жизни. Она была слишком скучной, чтобы к ней возвращаться. Да и шанса не было: мое бренное тело наверняка уже оказалось в морге после аварии. Однако что-то простое и понятное в этом опасном мире помогало мне успокоиться.

– Ладно, – вздохнула я. – Будем решать проблемы по мере их поступления. Следующая – бал.

Глава 13

Однако я ошибалась. У меня до бала нашлось еще очень много проблем. Например, я выяснила, что автор подарил моей героине очень скромный магический дар, которого хватало лишь на бытовую магию и чуть-чуть сверху.

Как мне объяснили преподаватели, в начале обучения все студенты проходили тестирование. На нем выясняли, на какой факультет отправить поступивших. Все было логично: до того, как показывать свою магию, мы повторяли теорию. Это уравнивало бедных студентов с теми, кто мог себе позволить частные уроки.

Я была счастлива, потому что мой дар считался скромным. Никаких проблем с резервом, никаких всплесков магии, ничего опасного. С моими способностями даже шторку подпалить проблемно будет. А еще книга обеспечила мне идеальную память: графиня знала бытовые заклинания и умело ими пользовалась. Погладить платье? Не проблема. Остудить чай? Нагреть суп? Сию секунду. Накрутить локоны? Щелчок пальцами и прическа готова. В общем, в Академии мне просто должны были выдать диплом и подарить красивую мантию. С остальным прекрасно справился мой дядя и домашнее обучение.

Как только это выяснилось, моему счастью не было предела. Я-то думала, что придется добывать знания, экстренно проходя школьный курс магподготовки. Однако нужные заклинания и формулы сами появлялись в голове, стоило преподавателю задать вопрос.

Мне не давалась лишь боевая магия и общая физподготовка. К счастью, на факультете бытовиков это и не проходили. В книге графиня очень жалела, что ее дар слишком слаб, и отчаянно завидовала безродной Любе. Я же придумала, как использовать свои таланты. И была очень довольна результатами!

Перед балом в субботу у нашей с Лилит комнаты выстроилась очередь из первокурсниц, которым хотелось получить красивые прически и макияж за полсеребрушки.

– Зачем тебе это? – с недоумением спросила Лилит, смотря, как за дверью исчезает очередная довольная адептка.

Я закинула в шкатулку еще одну монетку. Уже получалась внушительная горка. В чем-то вампирша была права: в деньгах графини не нуждались. И все равно мне понравилось зарабатывать самой, да еще и так быстро и легко.

– Пригодится, – улыбнулась я. – Следующая! К балу мы озолотимся, Лилит.

– Если тебе что-то нужно, скажи, – нахмурилась вампирша. – Я куплю, мне не сложно…

– Сразу видно, особа голубых кровей. Мне нравится процесс, а результат – приятный бонус. Но спасибо за предложение. Там есть еще кто-то или все?

Я кивнула на дверь, за которой исчезла последняя клиентка. Лилит неуверенно высунулась в коридор и робко произнесла:

– Заходите…

В комнату вошел ректор. Мужчина слегка склонил голову, чтобы не задеть лбом дверной косяк. По полу постукивала трость. Мне это почему-то напоминало тиканье часов у таймера. Лорд Краст осмотрелся. Его взгляд остановился на кровати, где в первый день я сложила кучу панталонов, а потом безошибочно определил шкатулку, в которой лежало незаконно нажитая прибыль. Я перетрусила.

Лилит, к счастью, была слишком утонченной леди, чтобы понимать, чем занималась ее соседка. Торговля без лицензии, неуплата налогов – все это промелькнуло в моей голове, но не пришло на ум принцессе вампиров. Лилит простодушно спросила:

– Вам тоже локоны накрутить?

Я едва сдерживала рвущийся наружу хохот. Ректор медленно повернулся к моей соседке. Та стояла с самым честным лицом и абсолютно не понимала, что сейчас натворила.

– Адептка ле Валенси, выйдите, пожалуйста, – холодно произнес ректор.

Глава 14

Лилит кивнула и выскользнула за дверь. Я даже не успела придумать благовидный предлог, чтобы попросить ее остаться. Ректор прошелся по комнате, рассматривая разбросанные помады и вешалки. На кресле лежало мое платье – шедевр из зеленого шелка с золотой вышивкой на лифе. В книге графиня постоянно ходила в красном, но мои рыжие волосы в сочетании с этим цветом выглядели странно. Я решила, что в романе ничего не изменится, если графиня начнет одеваться нормально.

Ректор посмотрел на мое платье так, словно оно было виновно в гибели его родственников. Что, конечно, неправда. Этот зеленый шелк и мухи не обидит. Скорее уж его обидят! Моль, например.

– Адептка, – холодно произнес ректор, – объяснитесь.

– Что-то не так? – притворно удивилась я. – Простите, что девочки стояли в коридоре. У нас маленькая комната, вот и…

– Странно. Мне показалось, что с последней нашей встречи она стала больше, – перебил меня ректор.

Наши взгляды встретились. Казалось, я смотрю в ледяную пустыню, серую и безжизненную. По коже пробежал легкий холодок. Я поежилась.

– Что-то не так? – передразнил меня ректор.

На секунду я даже опешила. Он что, издевается?

– Ничего, – ответила я. – Сквозняк, кажется.

– Пришлю к вам бытового мага. Пусть посмотрит, есть ли щели в стенах. Заодно проверит метраж комнаты. На случай, если она опять решит увеличиться.

Я вскинула брови. Неужели ректор подумал, что я расширила пространство, воспользовавшись заклинанием без спроса? За кого он меня принимает? Нет, я-то хотела, но магии не хватало…

– Адептка фон Лютенберг, – обманчиво ласково произнес ректор, – еще раз поймаю за подобным, будете наказаны.

– Первое предупреждение? – деловито уточнила я.

– Второе.

Я вздернула нос, намереваясь оспорить это решение. В первый раз его требование было выполнено, так что и наказывать меня он не в праве. Дракон насмешливо посмотрел на меня, мигом остудив воинственный пыл. Я быстро сообразила, с кем пытаюсь спорить, и предпочла заткнуться. Только кивнула, показывая, что услышала его. Хоть третье, только оставь меня в покое.

Дракон не уходил. На стенке тикали часы Лилит, отсчитывая минуты до бала. А я ведь даже прическу еще не сделала! Пришлось покашлять, поглядывая на дверь и надеясь, что ректор поймет, что его там уже заждались.

– Знаете, Лютенберг, – тихо произнес ректор, – адепт ле Соррель выберет не вас. И я даже понимаю почему.

От этих слов я мучительно покраснела. Жгучий стыд переполнял меня. Я не могла повлиять на решение Дарниэля, а ректор говорил так, словно в измене жениха есть моя вина. Что там говорила Лилит? Ректор? Вежливый? Ха-ха три раза! Приличному человеку чувство такта не позволило бы так открыто говорить о чужой проблеме. Дарниэль поступал некрасиво. Он – не жертва. Никакая скука и недовольство невестой не давали ему права изменять, при всех приставая к другой первокурснице.

– Вот и сейчас, – продолжил дракон. – Вы стоите и молчите. Позволяете вытирать о себя ноги. В вас нет огня, Лютенберг. И вы даже не стараетесь его в себе разжечь.

Я облизнула пересохшие губы. Все тело словно одеревенело от едва сдерживаемой ярости и шока. Да, ректор этим разговором застал меня врасплох. Я не ожидала такого удара.

– Я бытовик, – хрипло произнесла я. – Это у Любви преобладает огненная стихия.

– Откуда вы знаете? – прищурился ректор.

Я отвернулась к зеркалу и принялась собирать карандаши и помады в косметичку. Мне было плевать на вежливость. Я просто не хотела, чтобы ректор видел мое дергающееся веко. Внутри все клокотало. Пятна румянца продолжали расцветать на коже огненными пятнами. Я отчетливо чувствовала каждое из них.

– Сплетни ходят, – бросила я через плечо.

Повисло молчание. Я продолжала убирать туалетный столик, будто важнее этого ничего и быть не могло. Лилит не появлялась. Видимо, уже ушла на бал. Через пару минут за дверь вышел и ректор, отстучав тростью по паркету.

– Скатертью дорожка, – прошипела я, со злостью швырнув последнюю баночку в косметичку.

Пора было собираться на бал. Но мне отчаянно не хотелось идти.

Глава 15

В зале я появилась спустя почти час от начала торжества. Больше всего мне хотелось пропустить бал, сославшись на головную боль. Но тогда Дарниэль просто не смог бы меня бросить, и сюжет книги пошел бы коту под хвост. Поэтому я остервенело завивала локоны, добиваясь идеальной укладки. Никто бы и не подумал, что художественный беспорядок на моей голове требует столько усилий.

А потом я рисовала себе стрелки. Обычный легкий макияж меня не устраивал, поэтому я раз за разом подводила глаза, делая линию то толще, то длиннее, пока не получился идеальный острый кончик.

Гнев, вызванный словами ректора, немного поулегся, уступив место тихому бешенству. Я маниакально разглаживала шелк на платье, начищала магией туфли и закрепляла укладку так, что она смогла бы пережить ураган “Катрина”.

Когда я появилась на балу, мой образ был идеален. Даже слишком. Я как-то не подумала, что Дарниэлю надо меня бросить. Глупо получится. Он променяет роскошную графиню на Любу в идиотском черном платье и с распущенными волосами.

Да, автор верил в естественную женскую красоту. Он просто путал ее с ухоженностью.

Чертыхнувшись, я отыскала взглядом группку первокурсниц. Зеленоволосая девица, которая так поразила меня в коридоре, о чем-то переговаривалась с Любой. Видимо, они должны были стать подружками. В романе упоминалась соседка Любы, дриада, но лишь пару раз. Неудивительно, что я ее не узнала.

Подхватив юбки, я пошла к ним. Первой мое появление заметила дриада и ткнула подругу в плечо. Люба обернулась, тряхнув светлыми волосами, на которых еще оставались заломы от косички. Надеюсь, Дарниэль подарит своей возлюбленной расческу.

– Здравствуй, – поздоровалась я.

Люба скрестила руки на груди и посмотрела на меня с видом победительницы. Кажется, она ждала извинений или как минимум признания, что Дарниэль любит ее больше, чем меня. Мне стало мерзко. Приходится помогать девушке, которая отбивает у меня жениха. Был еще вариант, конечно, очаровать эльфийского принца и все же выйти за него замуж, но Дар мне не нравился. Не настолько, чтобы ради него стараться.

– У тебя очень красивое платье, – сделала комплимент я, стараясь сохранять дружелюбный вид.

Глаз все равно дергался. А Люба даже не думала упрощать мне задачу и поддерживать беседу. Я себя чувствовала мамочкой, уговаривающей подростка сходить в душ. Вроде делаешь это ради его же пользы, а столько сопротивления!

– Мы как-то неправильно начали знакомство, – продолжила я. – Я не хочу враждовать, Любовь.

– Ты мне не соперница, – фыркнула она. – Так что расслабься. То, что произошло между мной и твоим женихом – случайность. Я даже не собиралась сегодня его целовать.

Дриада расплылась в торжествующей улыбке. Они обе посмотрели на меня, ожидая хоть какой-то реакции. Мне просто стало совсем тошно. Ситуация не располагала к долгим беседам, поэтому я равнодушно посмотрела на Любу. Точнее, на ее секущиеся спутанные кончики. Если просто предложу сделать укладку, эта гордячка точно откажется. А с бытовой магией у нее проблемы. И как спасти утопающего, который намерен захлебнуться в луже?

– Так это Дарниэль испортил тебе прическу? – сказала я. – Извини. Я с ним поговорю. И о поцелуе, и о привычке хватать девушек и портить им укладки. Давай исправлю.

Люба не успела возразить. Я щелкнула пальцами, и искры бытовой магии осыпали ее голову.

Глава 16

Я вовсе не ожидала, что Люба взвизгнет и поставит щит, а ее подружка натравит на меня пальму, до этого мирно стоявшую в кадке неподалеку. Пока взбесившееся растение пыталось выкопать себя из земли, моя бытовая магия уже сделала свое дело. Волосы Любы блестящей волной спадали вниз, сияя ярче золота. Я превзошла саму себя. За три секунды появился и объем у корней, и кончики стали гладкими и аккуратными, и локоны закрутились, как надо. Люба ошарашенно смотрела на меня.

– Так-то лучше, – устало улыбнулась я.

Дриада сконфуженно посмотрела на пальму, которая активно выкидывала из горшка землю. Все ссыпалась обратно, так как от испуга я сотворила заклинание, которое защищает домашние цветы от посягательств котов. Оно не давало разрывать землю и переворачивать горшки. Честно говоря, я и сама немного удивилась, что простенькое бытовое заклинание смогло спасти меня от боевого растения.

– Может, немного успокоите пальму? – вежливо попросила я дриаду.

Та, словно опомнившись, хлопнула в ладоши, призывая растение к порядку. И вовремя. Именно в этот момент в зале появился ректор. За ним зашел мрачный Дарниэль. И спустя пару минут нас почтил своим присутствием Бран, одетый в зеленый камзол.

Я даже поморщилась от досады. До его появления на балу был только один человек в зеленом – я. Адепты предпочли нарядиться в цвета Академии: синий, золотой и черный. Кто-то пришел в алом и фиолетовом. И лишь мы с Браном выделялись.

– Прошу меня простить, леди, – чопорно произнесла я.

Я сделала пару шагов в сторону фуршета, уже представляя, как холодное шампанское скатывается вниз по горлу, но меня остановил требовательный голос дриады.

– Эй! Как насчет извиниться?

Я вновь повернулась к девушкам и заломила бровь. Мне? За что? После недолгих раздумий я все же решила не провоцировать конфликт. В очередной раз приходилось наступать на горло собственной гордости.

– Извини, – сказала я. – Надо было спросить, прежде чем накладывать на тебя заклинание. Я не подумала.

– И все?

Зеленоволосая уперла руки в боки и нахмурилась. Она вела себя куда агрессивнее Любы. Впрочем, каждой главной героине положена такая боевая соседка. На фоне предложений дриады вырвать мне волосы и подпалить конспекты Люба просто ангел. Ее действия всегда будут выглядеть хорошо. Как полумеры. Как вынужденная агрессия. Как самозащита.

Почему-то все читатели забывают о чувствах брошенной невесты, графини, которой тоже неприятно. Жених ухлестывает за девицей без роду без племени, наплевав на договорной брак. И проблема даже не в том, что мы с Дарниэлем вместе не из-за любви. Все же он мог проявить больше уважения ко мне и хотя бы сказать в Академии, что помолвлен.

– Что ты еще хочешь услышать? – сдалась я.

– Извинись, – глупо повторила дриада.

Я посмотрела Любе прямо в глаза, внимательно и серьезно. Неужели ты, дурочка, не понимаешь, что проблема не в нас? Не во мне и не в тебе. Это Дарниэль сделал так, что мы оказались по разные стороны баррикад. И ты сейчас уводишь его, а он уходит. За что мне извиняться?

Подруга-дриада нервно откинула волосы назад. Я досчитала до десяти и спокойно сказала, не отрывая взгляда от Любы:

– Извини.

Она потупилась. Дриада довольно усмехнулась и похлопала подругу по плечу, мол, так мы ее. Но Люба лишь сбросила ее руку.

Глава 17

Бал был в самом разгаре. Большая часть преподавателей ушла, оставив студентов развлекаться. Только ректор остался присматривать за порядком, но делал это без особого рвения. Дракон был строг во всем, что касалось учебы и меня, а вот студенческие попойки его мало волновали.

Я видела лорда Краста на балконе, попивающим вино и смотрящим на полную луну. Он даже не оборачивался на вспышки смеха и попытки старшекурсников перещеголять друг друга в магии иллюзий.

Я стояла у столов с едой и жевала одну канапешку за другой. После целого вечера колдовства меня одолевал голод. Я чувствовала такую усталость, словно не укладки студенткам делала, а помогала в шахте добывать алмазы.

Дарниэль весь вечер танцевал. Он пользовался огромным успехом среди всех женщин и очаровывал даже преподавательниц. Стоило ему отойти к колоннам, как тут же налетала стайка адепток. Они смеялись и что-то рассказывали, и изредка эльф утягивал одну из них на урок танцев. Я наблюдала за этим со странным интересом.

Даже ревности не чувствовала. Почему-то с первой встречи я считала Дарниэля чужим – не моим мужчиной, а случайным попутчиком. И я знала, что сегодня наши пути разойдутся.

Я сделала глоток вина, чтобы смочить горло после соленого сыра. И чуть не поперхнулась, когда у меня за спиной появился Бран. Он откинул каштановые волосы со лба и широко улыбнулся. А потом его взгляд наткнулся на зажатый в моей руке бокал с вином, от которого осталась в лучшем случае половина. Остальное я расплескала, дернувшись от резкого появления парня.

– Привет, – процедила я, вытирая руку салфеткой.

На зеленую ткань платья тоже упала пара капелек. Вино легко можно было вывести заклинанием. Однако усталость брала свое, и я решила, что их не так видно, чтобы прибегать к магии.

– И какой это по счету бокал? – нахмурился Бран.

– Восьмой.

Я решила не уточнять, что в предыдущих был сок. Пусть наше с Дарниэлем расставание выглядит по-настоящему драматично. Словно прочитав мои мысли, Бран посмотрел в толпу танцующих. Платиновые волосы эльфа резко выделялись среди других. К тому же, Дарниэль был высок, поэтому его сложно не заметить. Он танцевал. Я присмотрелась внимательнее и разглядела черное платье и золотые локоны. Эх, забыла закрепить укладку! Кудри немного раскрутились. Если бы подруга Любы меня не вывела из равновесия, все было бы идеально.

Бран осторожно взял меня под локоть, и развернул спиной к залу. Когда он заговорил, его голос звучал преувеличенно жизнерадостно и бодро:

– Какой чудесный вечер! А луну видела?

– Предлагаешь мне подышать свежим воздухом вместе с ректором? – фыркнула я. – Тот уже час не выходит с балкона. Может, там кто-то сироп пролил, а ректор прилип к полу и стесняется позвать на помощь?

Шутка вышла несмешной. По крайней мере, Бран даже не улыбнулся. Он бросил взгляд через плечо, а потом снова повернулся ко мне.

– Не расстраивайся, – сказал он.

– Ты о чем?

Он нервно облизнул губы и почему-то посмотрел на мои. Я нервничать не собиралась. И даже если у меня вокруг рта размазан сметанный соус из тарталетки, убирать его не буду. Это запас на черный день. Или на случай, если проголодаюсь, пока иду в комнату в общежитии.

– Да так, – уклончиво ответил Бран. – Ты хорошая, Анна-Мариетта. Не стой одна. Может, поищешь подружку? А то твоя одинокая фигура вызывает жалость.

Бран решил говорить в лоб. Я его не осуждала. Наверное, для адептов я и правда выглядела грустной брошенкой. И не объяснишь же, что у графини праздник живота. А Лилит я просто не хотела втягивать в наши разборки, поэтому весь вечер ее избегала. Кто знает, когда жених прибежит меня бросать? По моим расчетам это должно было произойти час назад.

Но Бран был прав: изображать статую не дело. Я кивнула. Друг Дарниэля мягко мне улыбнулся и зачем-то поцеловал запястье.

– Больше не пей вино, – посоветовал Бран. – Оно бывает коварным.

Глава 18

Я и не собиралась. Во-первых, на балу подавали кислое красное, которое годилось только сыр запивать. Во-вторых, я последовала совету Брана. До полуночи оставался целый час. Дар любил красивые жесты, поэтому мог решить бросить невесту под бой курантов. Я решила, что до этого момента успею найти Лилит и поболтать.

Принцесса вампиров стояла в углу, трепетно прижимая веер к груди. Она выглядела волшебно, словно кремовый тортик с вишенкой сверху. Черные локоны я убрала в изящную высокую прическу, открыв шею девушки. Легкий макияж лишь подчеркивал естественную красоту юной принцессы. На миг мне пришло в голову, что было бы неплохо открыть свой салон красоты.

А что? Отличный бизнес. А с моей магией создавать шедевры на головах и лицах девушек не составит труда. Потом еще ноготочки начну делать, найму парочку горячих массажистов… Моя лавка красоты станет самой фешенебельной в королевстве!

– Почему ты так улыбаешься? – недоуменно спросила Лилит, заметив меня.

Я повернулась в сторону танцующих и увидела Любовь с принцем. Все шло по плану. Мой жених держал первокурсницу за талию, она смущенно краснела. Ах, эта любовь! Легко кружит голову. Но взрослые девочки не ведутся на высокие скулы и широкие плечи эльфийских принцев. Это в молодости мы мечтаем о красивых и высоких.

Чувствах или мужчинах? Не так уж важно. А потом симпатичной мордашки становится мало. Хочется, чтобы с избранником было еще и интересно. И не только в горизонтальном положении…

Я усмехнулась и пожала плечами. Да, еще пара минут отдыха, и я начну реагировать, как настоящая графиня. Не думаю, что аристократка закатит на балу истерику, как это описывал автор. Буду следовать сюжету, но делать все немного по-своему.

– Я в предвкушении, – ответила я Лилит.

– Чего?

– Своего будущего. Уверена, оно будет блистательным.

– Без принца? – вздохнула Лилит.

– Будущее женщины не должно зависеть от мужика с короной на голове, – фыркнула я. – Мое будет прекрасным. И плевать, будет ли там принц на горизонте или нет.

Лилит протянула мне руку и молча сжала ладонь. Какое-то время мы просто стояли, попивая сок и наблюдая за романтичной сценой. Мимо нас проплыла горделивая дриада, и я вежливо ей кивнула. Она удивилась и отсалютовала бокалом в ответ, взглядом указав на парочку в центре зала. Музыка закончилась, а Люба и Дар стояли и пялились друг на друга.

– Это уже выглядит глупо, – прошептала Лилит.

Я глянула на часы и заметила:

– Рано или поздно им надоест. Ноги затекут.

Хлопнула дверь, разрушая волшебство момента. Ректор все же вернулся с балкона и почтил нас своим присутствием. Я посмотрела на его ботинки. Вдруг дракон и правда прилип и долго не мог освободиться? Но нет. Ректор был обут, одет, до крайности серьезен и чем-то недоволен. Он заметил парочку в центре зала и поморщился, а потом почему-то перевел взгляд на меня. И смотрел дракон так, словно мы участвовали в спектакле, а я пропустила свой выход.

Лилит дернула меня за рукав и шепнула на ухо:

– Смотри, он идет сюда!

Дарниэль. Эльф наконец сбросил оцепенение и пошел решать свою маленькую проблемку – бросать невесту, чтобы потом спокойно строить отношения с Любовью. Принц приближался ко мне с решительным видом, только волосы развевались за спиной. Бежать ему, видимо, что-то в штанах мешало. Я пихнула Лилит локтем в бок и пробормотала:

– Извини, мне надо поговорить с… возлюбленным.

Глава 19

– Аннет… – решил обойтись без прелюдий Дарниэль.

Я резко вскинула руку, призывая его замолчать. Хватит уже. Я все понимаю, но даже невеста по договору может рассчитывать на человеческое отношение. К тому же, Дарниэль старше. В его возрасте неплохо бы иметь мозги и капельку уважения к окружающим. Что он вообще о себе возомнил?

Мой взгляд был достаточно грозен, чтобы вынудить эльфа замолкнуть. К сожалению, я слишком долго формулировала фразу, стараясь обойтись без прямых оскорблений. Может, зря? Принц продолжил:

– Нам надо поговорить.

– Да я уже догадалась, – фыркнула я, – что ты не на танец меня пригласить собрался.

Удивительно, но в голове Дарниэля что-то щелкнуло. Жаль, что не шейный позвонок. Эльф смущенно опустил взгляд.

– Можешь не стараться. Я знаю, что ты хочешь бросить меня. Сообщи моему дяде и своим родителям, что разрываешь помолвку, – спокойно произнесла я. – Прискорбно, что тебе не хватило духу закончить этот фарс раньше. Например, в тот момент, когда ты понял, что не способен удержать в штанах свой… меч.

Последнее явно было лишним. Рядом с нами послышались робкие смешки. Разумеется, все адепты сейчас веселились, наблюдая сначала за одной нелепой сценой, а теперь за другой – безобразной. Дарниэль нервно тряхнул волосами, и одна из его тонких косичек зацепилась за длинное ухо и повисла. Смотрелось это забавно, но я мужественно подавила улыбку.

– Аннет! – повысил голос Дарниэль.

Я посмотрела на него с вежливым интересом. Внутри все клокотало от злости. Пусть этот ушастый только попробует возразить, я его просто сожру! И ректором закушу. Этот ледяной дракон назвал меня тряпкой? Пусть не путает банальную вежливость со слабостью. Дарниэль дал мне наконец веский повод злиться. И я собиралась этим воспользоваться.

А эльф тем временем пытался найти возражения. Видимо, он хотел быть мачо, самым желанным женихом, и рассчитывал на слезы и заламывание рук. А потом до принца дошло, что брак у нас планировался договорной, а значит, кое-кому придется выплатить неустойку… Правда, я не знала деталей, но очень надеялась, что полкоролевства мне отстегнут.

– Ты меня бросаешь? – спросил Дарниэль.

– Нет. Ты меня бросаешь, дорогой.

– С чего ты взяла?

Дарниэль так резко изменил тон, что я даже опешила. Задница эльфийская! Получается, любовь любовью, но денежки нам жалко? Хочет на меня неустойку скинуть?

– Ты прилюдно целовался с другой девушкой, – начала загибать пальцы я, – игнорировал меня на балу, потом десять минут стоял посреди зала со своей новой пассией. По-моему, достаточно очевидно. А еще ты заявил, что нам нужно серьезно поговорить. Я с тобой согласна, Дарниэль. Измена – это низко. Я уже все сказала. Извинения будут или просто разойдемся?

На скулах Дарниэля заходили желваки. Эльф пытался испепелить меня взглядом, но, к счастью, я обладала отменным иммунитетом. Поэтому не стала отказывать себе в удовольствии и добавила:

– Поздравляю, кстати. Надеюсь, в этих отношениях ты продержишься дольше, чем со мной.

Эльф схватил меня за запястье и потащил прочь из зала. Я попыталась упереться каблуками в пол, но туфли скользили. Дарниэль невозмутимо волок меня за собой, словно так и должно быть. Я дернула рукой, пытаясь освободиться. Меня проигнорировали.

– Дарниэль, отпусти. Я никуда с тобой не пойду.

Эльф бросил на меня взгляд через плечо и продолжил путь, чуть крепче сжав запястье.

– Дар, – уже раздраженно произнесла я, – отпусти. Не надо ломать комедию.

Он поджал губы и особенно сильно дернул меня вперед, прорываясь сквозь толпу. Я едва не упала.

Глава 20

Что бы сделала графиня? Наверное, позвала бы на помощь. Или шла бы за взбешенным женихом, беспомощно оглядываясь по сторонам и надеясь, что в толпе прячется спаситель. Меня воспитывали суровые каменные джунгли, где от прохожего ждешь скорее проблем, нежели помощи. В современном мире нас учили полагаться только на себя. Грустно, конечно, но очень эффективно.

Я посмотрела на Дарниэля. Два предупреждения было? Было. Меня услышали? Нет. Значит, придется прибегнуть к крайним мерам.

С кончиков пальцев сорвались золотистые искры простейшей бытовой магии. Она не считалась опасной, поэтому против нее не работали ни щиты, ни заклинания дезактивации. И когда волосы эльфа начали завиваться в тугие пружинки кудряшек, он ничего не смог сделать. Через пару секунд принц уже мог похвастать густым длинным афро, падающим ему на глаза и перекрывающим обзор.

Дарниэль отпустил меня и нелепо взмахнул руками. Он попытался развеять магию, но она продолжала впитываться в волосы, закрепляя эффект заклинания. Я усмехнулась и сделала шаг в сторону, чтобы эльф до меня не добрался.

– Аннет! – рыкнул он.

И был закономерно проигнорирован. А что? Ему можно, а мне нельзя? Я не стала останавливаться на достигнутом и отполировала паркет под эльфом до зеркального блеска. Принц тут же поскользнулся и едва не упал.

Я досадливо цокнула языком, жалея, что Дарниэль учится на боевом факультете и может легко поймать равновесие благодаря постоянным тренировкам. Вот если бы он упал на пятую точку, и все над ним посмеялись… К сожалению, желания не сбывались. Мой бывший жених остался стоять. Он остервенело пытался убрать платиновые кудряшки с глаз.

– В чем дело? – холодно произнес голос за моей спиной.

Ректор решил появиться именно в тот момент, когда я уже со всем справилась. Я повернулась к нему и пристально посмотрела в льдистые глаза. Дракон на секунду задержал взгляд на мне, а после повернулся к Дарниэлю.

Эльф не торопился рассказывать о случившемся. Возможно, он и сам пока не понял, что его осадила первокурсница с помощью заклинания завивки. Ректор нахмурился. Казалось, в бальной зале стало холоднее. Я поежилась и сделала шажок в сторону, подальше от источника проблем и холода.

– Его Высочество решил сменить стиль, – сказала я. – Хотела помочь ему с укладкой, но ошиблась с заклинанием. Сделала слишком мелкие кудряшки.

Ректор смерил меня строгим взглядом, особое внимание уделив запястью, на котором расцветали алые пятна будущих синяков. Молчание затягивалось. Казалось, вся Академия погрузилась в тишину, чтобы не пропустить ни слова. В бальной зале я слышала лишь пыхтение Дарниэля. Не было ни шелеста юбок, не шепотков. Все словно замерло. Само время застыло, как лед на луже морозным утром.

– Адептка, – произнес ректор.

Он умолк. Я терпеливо ждала продолжения фразы. Должно быть, ректор планировал собираться с мыслями целую вечность, потому что он так и не сказал ничего. Откуда-то из толпы появилась Лилит. Вампирша схватила меня за руку, зыркнула алыми глазами на Дарниэля, превратившегося в одуванчик, потом зачем-то на ректора, и поволокла меня прочь из зала. Ровно по тому же маршруту, который изначально выбрал мой бывший. Лилит даже руку выбрала ту, на которой проявлялись синяки.

Я послушно топала за ней. В глаза будто песка насыпали, а руки мелко дрожали. Навалилась усталость. На выходе из зала я оглянулась через плечо. Ректор и Дарниэль о чем-то говорили. За их спинами маячил недовольный Бран и заплаканная Люба. И из толпы мне махнул мой рыжий знакомый, Лекс. Он светился, словно начищенная монетка. Я махнула ему в ответ и вышла.

Лилит дошла со мной до парка, и только там я набралась сил сказать:

– Стой.

Вампирша удивленно оглянулась. Ее щеки заливал румянец гнева, а в глазах появились искры родовой магии. Лилит заметила, что я вот-вот свалюсь, и отвела меня к скамейке. На свежем воздухе мне стало немного легче, но физически я была выжата, как лимон. Мы плюхнулись на скамейку. Повисла пауза. В парке стрекотали цикады. Где-то вдалеке трещал магический светильник, готовясь навсегда погаснуть.

– Это не по-вампирски… – возмущенно начала Лилит.

И тут я захохотала.

Глава 21

Сначала Лилит недоумевающе посмотрела на меня, а потом тоже согнулась пополам от смеха. Мы хохотали так, что слезы выступили, размазывая тени и тушь. Но разве это важно? Нам было слишком весело, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

Мы сидели на скамейке в парке, пока вся Академия веселилась на балу и обсуждала мою ссору с Дарниэлем. Ночь выдалась теплой, и ласковый ветерок трепал мои волосы. Было так хорошо и спокойно, что я даже пожалела, что не ушла из зала раньше. Столько времени потратила зря, пока смотрела, как жених танцует и флиртует с другими.

– У него было такое лицо… – пробормотала я.

Мы снова захихикали. Лилит заговорщицки мне подмигнула и достала из корсажа маленький флакон. На крышечке поблескивал крохотный рубин, а вниз уходили ряды витых сердечек из золота.

– Нюхательная соль? – фыркнула я. – Мы вроде в обморок падать не собираемся.

– Лучше, – прошептала вампирша.

Она убрала крышечку с тихим “чпок”, а потом протянула флакон мне. Я с опаской поднесла его к носу. Пахло чем-то сладким и алкогольным.

– Лилит! – притворно возмутилась я, но тут же расплылась в улыбке.

Благородная принцесса додумалась высыпать нюхательную соль и заменить ее алкоголем! А Лилит не так проста, как кажется. Алые глаза смотрели на меня с хитринкой. Я пофыркала ради приличия, но все же сделала глоток.

На языке появился вкус ягод, чего-то сладкого и нежного. Алкоголь почти не чувствовался. Я сделала еще один глоточек и отдала импровизированную фляжку Лилит. Вампирша сразу же поднесла ее к губам и немного отпила. Вряд ли в флакон помещалось больше половины бокала, но нам хватало и этого. Мы захихикали, словно школьницы, сбежавшие с уроков.

– Вот уж не думала, что она мне понадобится, – вздохнула Лилит.

– А зачем ты ее вообще взяла с собой?

– Для храбрости, – смущенно пояснила соседка. – И на случай, если вечер будет… дерьмовый.

Я икнула от неожиданности. Лилит никогда при мне не говорила ничего грубого, а тут… Впрочем, я ее понимала. Этот эпитет прекрасно описывал наш вечер. Меня бросили, а принцессу вампиров кто обидел?

– Что случилось? – нахмурилась я.

– Меня никто не пригласил танцевать, – сокрушенно покачала головой Лилит. – Я весь вечер ждала, но… Никто. Даже на жалкую польку! Это вообще не танец, а дружеские подпрыгивания.

Я прыснула, за что тут же получила локтем в бок. Невежливо смеяться над чужими проблемами, знаю. Но меня повеселило описание польки!

– Пойдем дружески попрыгаем, – предложила я.

Лилит посмотрела на меня, как на городскую сумасшедшую. Настала моя очередь хватать ее за руку и тащить. Мы вышли из парка самым коротким путем, срезав по гравийной тропинке, на которой вечно не хватало магических светильников, и вернулись в бальную залу. По дороге я заверяла Лилит, что все адепты уже наверняка разошлись, а остались лишь те, кто уже напился и не в силах уползти.

Как же мы ошиблись! Студентов словно стало больше. Музыка играла беспрерывно, в середине зала крутились редкие парочки, но основное веселье было у столов. Старшекурсники что-то замешивали в ягодный пунш, пока ректор не видел.

– Они все равно пьяны, – дернула плечом я.

– Это странно! – трагическим шепотом ответила Лилит. – Не по-вампирски…

– Я не вампир, так что мне свойственно поступать по-своему. И тебе тоже следует научиться.

Лилит затравленно огляделась по сторонам. До нас никому не было дела, хотя буквально полчаса назад я стала звездой вечернего скандала. Я потянула подругу в центр зала. Прозвучали последние аккорды танго.

– Только бы не полька, – взмолилась я.

Грянул вальс. Лилит дернулась, собираясь отступить, но я крепко держала ее за запястье. Мы обменялись взглядами и захихикали. Кажется, в тот флакон помещалось гораздо больше вина, чем казалось на первый взгляд.

– Мадемуазель, – произнесла я, паясничая, – за весь вечер я не увидела в зале ни единого джентльмена. Так позвольте самой пригласить вас на дружеские подпрыгивания!

– Бал без танцев – не бал, – чопорно ответила Лилит. – Так давайте же опозоримся вместе.

Глава 22

Мы скакали по залу, как две городские сумасшедшие, безумно хохоча и отпугивая несчастных первокурсников. Старшекурсники глотнули свою улучшенную версию пунша и присоединились к нам. Бал все меньше походил на бал и все больше – на шабаш. Мы с Лилит кружились, взявшись за руки, прямо посреди зала, как вдруг оглушительно громко хлопнула дверь.

Магические светильники испуганно моргнули. На наши с Лилит головы посыпались искры бытовой магии: главная люстра сломалась, потеряв заряд. А виновник переполоха медленно приближался.

На ректора было страшно смотреть. Черные волосы развевались от ледяного ветра – и это в закрытом помещении! На скулах мужчины появились серебристые чешуйки, и их острые кончики опасно топорщились. Но больше всего меня испугал призрачный хвост, метущий пол позади ректора.

Мы с Лилит врезались друг в друга, не разобравшись, куда бежать, и в итоге остались стоять на месте, крепко обнявшись. Ректор приблизился к нам и застыл. Первокурсники пытались слиться со стенами, а старшекурсники, наученные горьким опытом, уже потихоньку двигались к выходу.

Я думала, ректор заморозит нас с Лилит взглядом. Но он круто развернулся и посмотрел на других адептов. В кои-то веки не я стала причиной раздражения ледяного дракона.

– Около получаса назад из нашего архива был похищен артефакт, – произнес ректор, чеканя каждое слово. – Академия закрыта до выяснения обстоятельств. Виновник будет найден. Если вы вдруг знаете что-то о местонахождении артефакта, советую рассказать сейчас. Каждый – каждый! – из соучастников будет наказан. Мне нужно пояснять, что сокрытие информации делает вас пособником?

Студенты молчали. Мы с Лилит переглянулись.

– Дай нюхательную соль, – едва слышно попросила я.

– Так у меня нет…

Я сделала большие глаза, и до Лилит дошло. Она покосилась на ректора, который стоял к нам спиной, достала из корсажа флакончик и сделала глоток, и только после этого передала его мне. Я лишь успела поднести пузырек к губам. Ректор резко развернулся. Его стальной взгляд теперь сверлил флакон в моих руках. Я поперхнулась воздухом.

– К носу, адептка, – мягко произнес ректор. – Нюхательную соль подносят к носу. Не ко рту. Вам показать, как?

Он сделал шаг в нашу сторону. Я молниеносно вырвала из рук Лилит пробку с рубином и закрыла флакон. Запаниковав, не придумала, куда его сунуть, поэтому попросту оттянула лиф и уронила контрабандный алкоголь себе за пазуху.

– Передумала, – заявила я. – Как-то неудобно падать в обморок. В комнате сделаю. Лилит, проводишь?

Вампирша закивала и, воспользовавшись предлогом, повела меня под локоток к выходу, огибая дракона по широкой дуге. Другие адептки тоже смекнули, как быстро сбежать из-под стального взгляда ректора. В зале послышались ахи и испуганные вздохи, а за ними звуки падений. Не всех успели поймать кавалеры. На выходе мы столкнулись с Любой и дриадой. Я миролюбиво пропустила девушек вперед. Они демонстративно игнорировали меня и шли к цели. У них почти получилось покинуть бальный зал, но тут дверь резко распахнулась и дала Любе по лбу.

Лилит заверещала, зачем-то попытавшись залезть на меня. На пороге стоял Дарниэль, и на его голове все еще красовалось задорное афро, почти полностью перекрывающее обзор.

– Тише! – шикнула я на подругу.

От ее крика звенело в ушах. Дарниэль заметил пострадавшую Любу и бросился к ней с утешениями и заклинаниями лечения. А потом взгляд эльфа упал на меня.

Глава 23

– Аннет… – выдохнул Дар.

Он посмотрел на свою возлюбленную, потом на меня, потом снова на нее. И Люба была забыта. Кажется, скрежет моих зубов услышали все присутствующие в зале. Ты что творишь, дурак ушастый! У тебя же… Любовь!

У принца все было плохо с расстановкой приоритетов, поэтому он пошел ко мне. Я ойкнула и попятилась в толпу адептов, понимая, что сейчас мне достанется и за одуванчик, и за прилюдный разрыв, и вообще за все хорошее. Лилит пискнула и зачем-то начала меня толкать вперед. Вечер закончился бы очередным светопреставлением, если бы не влетевший в зал Лекс. Рыжий впечатался в эльфа, сбив того с пути, после чего завопил:

– Пожар! Парк горит!

В поднявшейся суматохе у нас с Лилит получилось наконец улизнуть. Тушить пожар могли только преподаватели и старшекурсники, ведь у первачков больше шансов поджечь что-то еще, а не помочь. Оказавшись в общаге, я стянула с себя туфли и босиком прошлепала к лестнице. Ноги гудели с непривычки, и каждый шаг отдавался болью в стопах. Лилит продержалась немного дольше, но потом плюнула на все.

– Манеры, – пробормотала она, стаскивая туфли и догоняя меня. – Вампиры их сильно переоценивают.

– Согласна, – кивнула я.

– Без этих рамок и правил как-то проще, что ли…

Принцесса вздохнула, на миг притормозив на лестничной клетке. Ковер заканчивался. Дальше предстояло идти по холодному полу, которого еще ни разу не касалась половая тряпка. В конце коридора тускло мигал светильник.

– Проще, – согласилась я, подхватывая юбки поудобнее. – Но в то же время сложнее. С правилами ты всегда знаешь, как поступить. Тебе диктуют, что делать, но и ответственности никакой. А без правил – полная свобода. Но и полагаться приходиться только на себя. Готовых рецептов нет.

– Мы все еще говорим про безумные танцы и снятие туфель? – задумчиво уточнила Лилит.

– И про это тоже.

Я пинком распахнула дверь к нам в комнату и повалилась на кровать. Однако в пышном платье этот трюк не сработал: пришлось встать и расшнуровать корсаж, а потом еще пять минут стягивать с себя лишние юбки. Лилит тоже ругалась сквозь зубы и шуршала тканью на другом конце комнаты.

Наконец мы улеглись. Вампирша потушила свет, и мы уже почти уснули, как вдруг Лилит вспомнила:

– Макияж не смыли.

Я резко распахнула глаза. В родном мире у меня вечно все высыпало и шелушилось. Один неверный шаг, одна случайная масочка непроверенной фирмы – конец. Мы снова в седьмом классе. Поэтому я тут же подорвалась с кровати, но вовремя вспомнилась бытовая магия.

Я легла обратно и щелкнула пальцами. На подушку осыпались золотые искорки. Волосы сами собой распрямились и шелковистой волной легли на кровать. Я потрогала ресницы и не обнаружила следов туши. Мой облегченный вздох услышала Лилит.

– А мне? – жалобно попросила соседка.

Пришлось еще немного поколдовать. За этот день я столько раз прибегала к помощи магии, что уже чувствовала себя квалифицированной ведьмой. Хоть иди диплом у ректора просить! Впрочем, это я поспешила. К ледяному дракону ни ногой.

– Спасибо! – пискнула Лилит.

Она еще немного поворочалась и затихла. Я тоже попыталась уснуть, но что-то мешало. В голове раз за разом прокручивались недавние события. В книге ничего не было про похищение артефакта и пожар в парке. Откуда?..

Я зажмурилась и отвернулась к стене. Не мое дело. Если сюжет изменился, может, оно и к лучшему. Вероятно, во время событий романа кража действительно произошла, просто была такой незначительной, что автор не обратил внимания. Эветта, что я несу?

Решив, что утро вечера мудренее, я все же уснула. Всю ночь меня мучили зыбкие кошмары, но их туманные образы растаяли с первыми лучами солнца. Утро началось с истошного крика Лилит.

Глава 24

Я подскочила, но запуталась в одеяле и свалилась на пол. Сверху на меня упали подушки, надолго похоронив под собой. Где-то в ванной продолжала верещать Лилит. Я не могла разобрать ругательств. Видимо, от эмоций вампирша перешла на свой родной язык. Пришлось экстренно выпутываться. Пододеяльник пал смертью храбрых, треснув по шву, а я все же доползла до соседки, прижимая одну из подушек к животу. Лилит повернулась ко мне, гневно сверкая алыми глазами.

Выглядела вампирша великолепно. В моем родном мире готки порвали бы ее на клочки от зависти, если бы еще существовали. У Лилит были идеально подведенные глаза. Однако в романе никто не знал про смоки-айс, да и панд Лилит явно не долюбливала.

– Что это? – воскликнула она.

Я поднялась на ноги и подошла к зеркалу. У меня на веках расцвели такие же черные пятна не до конца смытой косметики. Я послюнила палец и потерла глаз. Чернота осталась.

– Не знаю, – призналась я. – Видимо, что-то напутала с заклинанием…

Лилит прерывисто вздохнула. Новых ругательств не последовало, хотя я ожидала как минимум обвинений и требований все исправить.

– Прости, – тихо произнесла я, виновато опустив голову.

– Ничего. Ты ведь первый раз столько колдовала. Неудивительно, что ночью магия дала сбой. Как у тебя только резерва хватило?!

– Это же бытовая магия, она почти ничего не требует. С ней каждый дурак справится.

Еще час мы потратили на попытки убрать последствия моей неудачи. Черные круги вокруг глаз не желали сходить. Мы терли их салфетками, шептали заклинания, пытались развеять магию – все напрасно. Я нервничала все больше. Выходить из комнаты не хотелось. Вдруг у других адепток мой супер-стойкий макияж тоже не смылся?!

– Ладно, – с кислой улыбкой сказала Лилит. – Выглядит даже интересно. Пойдем завтракать?

– В столовую? – испугалась я.

– Можем съездить в город.

Я на секунду вдохновилась идеей посмотреть окрестности, но вспомнила слова ректора.

– Мы заперты, – сказала я. – Или столовая, или…

– Голодная смерть. Так что идем!

Лилит быстро надела очередное кремовое безобразие с кружевными манжетами и направилась к выходу. С таким макияжем ее наряд смотрелся просто нелепо, так что я остановила ее и заставила надеть что-то черное, да и сама натянула платье потемнее. Мы смотрелись очень мрачно, зато стильно. И темные цвета отлично отражали мое настроение.

Сегодня был первый день моей свободной жизни. Я не хотела показывать Академии, будто сразу забыла жениха. Он меня унизил при всех, синяки наставил, потом еще и хотел список претензий предъявить.

Эльф вроде бы благополучно умотал к Любане, да и она сама по сюжету должна заниматься учебой, ведь там наклевывались какие-то проблемы с огненным даром. Вот пусть с ним и разбирается, а меня трогать не надо! Без этих двоих жизнь графини будет просто прекрасна.

Мы с Лилит прошли по темному коридору и оказались на лестничной клетке. Там стояла уже знакомая парочка: ректор и Люба. Они спорили. Дракон весьма двусмысленно зажимал первокурсницу в углу, а та густо краснела и что-то лепетала.

Лилит со щелчком распахнула веер – и где только прятала? – и выразила свое отношение к происходящему, гневно им замахав.

– Фи! – озвучила я.

Дракон резко развернулся к нам. Он увидел меня и отошел от первокурсницы. Его реакция была мне непонятна, а вот Люба эмоции скрывать не умела. Ее глаза округлились от шока. Она разве что пальцем в нас не тыкала.

– Адептки, что с вами? – недовольно спросил дракон.

Он нервно поправил пиджак и сделал шаг нам навстречу. Я почувствовала, как шею щекочет холодный ветерок. При закрытых окнах.

– Я плакала, – ответила я, гордо задрав нос.

– А ле Валенси? – выгнул бровь ректор.

– Она поддерживала. Мне было грустно плакать одной.

– А в компании веселее?

– Именно.

Я окинула их недовольным взглядом, стараясь вложить в него как можно больше презрения. Лилит яростно махала веером, заставив меня усомниться, что причиной сквозняка был ректор. Мы уцепились друг за друга и продолжили путь, стараясь сохранять неприступный вид, а не сутулиться. Истинные леди!

Глава 25

На входе в столовую мы столкнулись с группкой студенток. Они сначала попытались протиснуться мимо, а потом одна подняла взгляд и заметила наш макияж. Дамочка взвизгнула. Я лишь повыше задрала нос и зашла в столовую, усиленно работая локтями.

– Аннет! – выкрикнул кто-то.

Я повернулась на голос. За ближайшим столиком сидел Бран с друзьями. Моего одуванчика не было. То ли эльфа смущала новая прическа и он рыдал в ванной, то ли пошел с утра пораньше писать родителям о разрыве помолвки. Надеюсь, Дарниэль совмещал приятное с полезным.

Бран подавился чаем и закашлялся. Его друзья тоже оценили мой новый стиль. Я бы непременно стала предметом насмешек, если бы рядом не появилась Лилит. Ей макияж очень даже шел. Мы уже выглядели не как жертва маминой косметички, а как законодательницы моды.

– Что с твоим лицом? – в лоб спросил Бран.

– Решила немного сменить имидж.

– Чего? – нахмурился его дружок.

– Мода, говорю, новая пошла! – раздраженно бросила я. – Из столицы.

– Какой? – поинтересовался Бран.

– Эльфийской.

Я бы продолжила огрызаться, но заклятый друг Дарниэля быстро уловил мое настроение. Он поднялся и подошел ко мне, чтобы не перекрикиваться, снабжая адептов свежими сплетнями. За последнее время у них и и так появилось много тем для обсуждения.

Лилит погладила меня по руке, с тревогой заглядывая в глаза. Я молча кивнула. С Браном справлюсь сама, мне группа поддержки не нужна. Что может пойти не так? Всего лишь короткий разговор на глазах у всей Академии. Не убьет же он меня? Лилит пошла за едой, оставив меня наедине с третьекурсником.

– Аннет, – начал Бран.

Я поморщилась как от зубной боли и вскинула руку, прерывая его. Аннет – домашний питомец эльфийского принца. А я все же графиня, аристократка и наследница рода, пусть и со скромным магическим даром.

– Мари, – поправила я.

Моему ледяному тону позавидовал бы даже ректор. На лице Брана появилась мимолетная улыбка. Он шагнул вперед, не оставляя и намека на личное пространство, вынуждая меня попятиться в коридор. Мы оказались наедине. Предыдущие адептки куда-то пропали, а новые из столовой выбегать не торопились.

Только я и обаятельный негодяй в лице лучшего друга Дарниэля. Бран прекрасно знал, какое впечатление производит на девушек. Он небрежно откинул со лба вьющуюся прядь и улыбнулся. Я поджала губы в ответ.

– Как прошел вечер? – мурлыкнул Бран.

В его голосе появились опасные интонации. Мне это не нравилось. Больше всего я боялась стать трофеем для этих двух самцов, уже который год мерявшихся мускулами в Академии.

– Паршиво, – лаконично ответила я. – Что ты хотел?

– Поговорить.

– Ну так не томи, выкладывай.

Бран внимательно посмотрел на меня, словно оценивал, стоит ли доверять секрет какой-то графине. Он наклонился вперед, почти касаясь губами моих волос. Я попыталась снова попятиться, но вскоре уперлась в подоконник.

– Ты мне нравишься, Мари, – выдохнул Бран.

Я молчала. Хотела покрутить пальцем у виска, но не была уверена, что графини могут себе позволить этот жест. Не слишком ли вульгарно? Бран наконец отстранился. Он долго изучал взглядом мое лицо, но, так ничего там и не найдя, продолжил:

– Ты хорошая. Для человечки, само собой. Поэтому я решил тебе помочь.

– Очень любезно с твоей стороны, – сдержанно ответила я. – Однако мне не требуется помощь.

– Ты пока еще не понимаешь, во что вляпалась.

Бран привалился плечом к стене и со скучающим видом посмотрел поверх моей головы. Должно быть, за окном было куда интереснее, чем со мной, потому что оборотень вдруг улыбнулся.

– Бран, – мрачно произнесла я. – Или объясни нормально, или давай разойдемся по своим делам. Я еще не завтракала.

– Ректор начал копать. Он подозревает в краже артефакта тебя и Любовь. И что-то мне подсказывает, что эта наивная светловолосая огневичка понятия не имеет, что пропало.

– Забавно, – ледяным тоном ответила я, – потому что я тоже не знаю, что пропало.

Наши взгляды скрестились. Я отвернулась первой, не выдержав напора и близости оборотня. Это пугало. Я не любила проигрывать. А сейчас мое поведение могли счесть признанием вины!

– Сам знаешь, это не я, – раздраженно добавила я.

– Не знаю, – негромко произнес Бран. – Чем докажешь?

Глава 26

– Мне не нужно ничего доказывать, потому что я даже предположить не могу, что за артефакт пропал. И мы с соседкой весь вечер провели на балу, среди других адептов. Как бы я смогла украсть артефакт? В перерыве между вальсом и полькой?

Бран на мою пламенную речь отреагировал лишь легкой усмешкой. Я с удивлением осознала, что он мне не верит. Бран действительно думал, что я – воровка?

– Ты… – процедила я. – Ты отличный друг. У вас с Дарниэлем много общего.

Эта фраза задела парня. Он наконец отлип от стены, меж бровей появилась суровая складка. Я прошла мимо, пихнув его напоследок плечом.

Такое поведение больше подошло бы Любане, а не графине из древнего рода. Я корила себя за излишние эмоции, но Бран и правда выбесил своим поведением. Подозревать меня? В воровстве? Зачем мне красть? Все постоянно забывали, что мой дядя – приближенный короля. Стоит попросить, и любая побрякушка и так окажется у меня в кармане.

Хотя нет, вру. Мне даже не придется унижаться до просьб. Достаточно лишь намекнуть. Дядя смог устроить мой брак с младшим эльфийским принцем! Это мезальянс, причем не только для аристократии, но и для магов, и для расы Дарниэля. И все же графиня каким-то чудом получила самого завидного жениха. Дядюшка достанет звезду с неба для любимой племянницы.

Это в книге графиня убивалась по ушастому и почему-то боялась его потерять, словно он был ее последней надеждой. В действительности же с такими связями и финансовыми возможностями фон Лютенберги даже не заметили бы пропажу эльфа.

Бран так и остался стоять у подоконника. Он не извинился и не стал меня останавливать. Что ж, запомним.

Я фурией пронеслась по столовой, мысленно перемывая косточки Дарниэлю и его дружку. Понятно ведь, зачем Бран подошел! Запугать меня решили. Убедить взять дело в свои руки и самой попросить расторжения помолвки. И компенсацию тогда платить будут фон Лютенберги. И взбалмошной истеричкой стану я, а не Дарниэль.

Ни. За. Что.

Я прокручивала в голове наш разговор, буравя взглядом последние булочки, словно мой гнев умел разогревать вчерашнюю выпечку. К сожалению, ярость не сотворила чуда. На завтрак я опоздала, поэтому пришлось довольствоваться малым.

Я опустила поднос на столик рядом с Лилит. Немного не рассчитала силу удара, поэтому остывший кофе чуть не расплескался на белые салфеточки и маковую булочку. Я села, стараясь двигаться плавно и грациозно. Вампирша смотрела на меня большими красными глазами, как испуганный кролик на удава.

– Как все прошло? – пискнула Лилит.

Она торопливо пододвинула мне тарелку с кашей и кружку с чаем, но я лишь отрицательно покачала головой. Как знала, что аристократка ничего интересного не возьмет. Я откусила кусок булки и принялась сосредоточенно жевать. Голодная женщина – злая женщина. После кофе и сладкого должно стать легче.

– Рос-скошно, – прошипела я. – Меня хотят обвинить в краже треклятого артефакта. А я даже не знаю, что похитили из хранилища. Или архива? Ай, да неважно! Все спихивают на меня…

Кофе был отвратительно холодным и дешевым. Я прошептала заклинание, чтобы нагреть напиток, но магия решила меня снова подвести. Из чашки повалил густой дым. Керамика треснула от высокой температуры. Благо, кофе уже испарился, а я успела нейтрализовать собственную магию.

– Ого, – сдержанно прокомментировала Лилит и сделала глоточек чая.

Остывшего. Нагреть напиток меня не попросили. Как предусмотрительно! Я же испытывала раздражение, потому что сегодня абсолютно все валилось из рук. Бытовой магией я пользовалась лишь пару дней, но уже успела привыкнуть к ее удобству. Лишь вчера пришлось поколдовать куда больше обычного. Но это же не повод ломаться!

С моим средним даром перегорание вообще считалось невозможным. Скромный резерв просто не позволял магу искалечиться. Но у меня, судя по всему, как-то получилось.

Я гипнотизировала взглядом треснувшую кружку. Говорят, посуда бьется к счастью. Надеюсь, сегодня судьба мне поднесет парочку приятных сюрпризов – для разнообразия.

Глава 27

– Аннет!

Я прикрыла глаза и досчитала до десяти. Маковая булочка во рту уже не радовала. Настроение стремилось к нулю. Лилит, сидящая напротив, сочувственно погладила меня по руке и вернулась к завтраку. Вампирша наслаждалась кусочками сырого мяса, щедро сдобренными соусом и посыпанными зеленью. У ее расы была особая диета, и Лилит старалась не пропускать приемы пищи.

У вампиров голодная женщина была не просто злой, но еще и опасной для жизни. Соседка прекрасно знала, что первой под руку попаду я. И то ли Лилит боялась потравиться моей дурной кровью, то ли переживала, что не сможет со мной справиться – но ела она регулярно и много. Чтобы уж точно без осечек. И сейчас я пожалела, что не смогу натравить на Дарниэля голодную упырицу. Думаю, с остроухим Лилит справилась бы.

– Аннет!

Его голос прозвучал куда ближе. Я устало помассировала виски. Поворачиваться не хотелось. Какая разница? Все равно ведь идет сюда, чтобы испортить мне день окончательно. Я с тоской посмотрела на Лилит, и та молча пододвинула мне кружку с зеленым чаем. Да, маковую булочку неплохо бы запить хоть чем-то, раз с кофе не вышло.

– Адептка фон Лютенберг! – окликнул меня кто-то еще.

На сей раз я обернулась и увидела в дверях столовой служащего Академии. В руках он держал большой конверт с алой печатью. Мужчина заметил меня и начал пробираться к нашему столику, обходя адептов.

Дарниэль шел пафоснее и медленнее, поэтому служащий оказался рядом раньше. Мужчина с трудом перевел дыхание, попытался что-то сказать, но махнул рукой и просто сунул мне конверт. Дорогую бумагу украшала кривая клякса печати. Почему-то это алое пятно сургуча нервировало. Оно смотрелось странно на идеальном молочном конверте с золотыми вензелями на уголках.

– Что это? – спросила непонятно кого я.

Ответила мне Лилит.

– Почта. В воскресенье приносят.

– А почему не в комнату? – удивилась я. – Зачем вручать лично?

– Что-то срочное? – предположила вампирша. – Твои родственники потратились на курьера.

Я задумчиво провела пальцами по печати. Герб фон Лютенбергов. Вполне в духе дядюшки спустить целое состояние, чтобы племянница как можно скорее получила его письмо и отправила ответ. Да, служащий Академии все еще мялся рядом с нашим столиком в ожидании. Может, это по поводу Дарниэля и нашей помолвки? Точнее, ее разрыва.

Я задумчиво осмотрела конверт. Служащий терпеливо ждал. Он не поторапливал и не злился, что я медлю и не открываю письмо. Видимо, платили ему неплохо, раз мужчина терпел аристократические капризы студенток.

Я почти набралась храбрости открыть письмо, но тут на стол шлепнулся другой конверт. От Дарниэля. Эльф, кстати, все же укротил свою шевелюру.

– Ты добилась своего, Аннет. Я сообщил нашим родственникам. К сожалению, мой старший брат весьма недоволен. Уверен, скоро он будет на пороге твоего дядюшки. Требовать объяснений.

– Я напишу дяде, – спокойно ответила я. – Он поймет. И у него довольно неплохо получается улаживать международные скандалы. Уверена, справится и с твоим старшим братом.

– Читай, – бросил Дарниэль. – Это тебе. Брат велел передать лично и дождаться ответа.

– Я чуть позже это сделаю.

Я снова помассировала виски. Голова уже болела от стольких событий. Я скучала по первым учебным дням, когда от меня требовали только присутствия на парах. И никаких краж, женихов и писем.

– Сейчас, – повысил голос эльф. – Я не мальчик на побегушках, Аннет. И не собираюсь ждать тебя вечность.

– Я сама отправлю ответ. Можно мне хотя бы час отдохнуть и заняться своими делами?

Это прозвучало не раздраженно, а как-то жалобно. Мне самой стало противно от просящих интонаций в голосе, но скрыть их я не успела. Казалось, все слышали, в каком я состоянии. К столу подошла Люба. К счастью, у нее в руках конвертов не было.

– Ответь, – повторил Дарниэль, покосившись на возлюбленную. – Я хочу быть уверен, что между нами все кончено и ты не сговоришься с моим братцем, чтобы вновь заключить помолвку.

– Ты думаешь, я захочу вернуться к тебе? – удивилась я.

– Прекрати врать. Хотя бы самой себе.

– Я знаю, ты меня ненавидишь, – влезла в разговор Люба. – Но у нас настоящие чувства! Это не холодный расчет, как было с тобой. Дарниэль меня любит.

Она очаровательно покраснела. Маковая булочка попросилась обратно, на тарелку. Не иначе как хотела надавать пощечин наглой первокурснице, соблазнившей моего жениха, а теперь еще и что-то требующей от меня.

– Леди, – вдруг произнес служащий. – Неловко вам мешать, но в письме срочное…

– Молчать, – рыкнул Дарниэль и велел мне: – Читай уже.

Глава 28

Я стиснула зубы, считая до десяти. Больше всего мне сейчас хотелось напустить взбесившуюся магию на эльфийского принца. И плевать, что это может привести к исключению из Академии. Графиня может найти учебное заведение попроще, а к вершинам пробиться за счет связей. Я посмотрела на бывшего жениха, затем на Любу. Первокурсница отвернулась.

Конверт эльфов вскрылся легко, стоило лишь потянуть за зеленую нить, проходящую по бумаге в виде лиственного узора. Она заискрилась золотом. Бытовая магия спала, превратив конверт в россыпь желтых березовых листьев. От красоты и изящества эльфийского колдовства меня отвлек голос Дарниэля:

– Ну? Что там?

Я запоздало догадалась, что женишок просто не в силах был вскрыть письмо сам. И неведение было хуже любых угроз, ведь Дарниэль понимал, чем чревато нарушение договоренностей между двумя влиятельными семьями.

Письмо было написано вычурным эльфийским почерком с бесконечными завитушками и такими тонкими линиями, что сложно разглядеть. Я пробиралась через витиеватые фразы, надеясь разобрать суть. По всему выходило, что старший брат Дарниэля расстроен. А еще ему нравятся леса нашего графства осенью, когда все словно охвачено огнем. Или это намек, что он собирается их спалить к чертовой бабушке?

Заканчивалось письмо милыми пожеланиями успехов в учебе и просьбой слушаться дядю и не держать зла на Дарниэля. Я стащила у служащего Академии перо и быстро накорябала на обратной стороне письма ответ.

– Спасибо, – прочитал Дарниэль, забрав бумаги. – Надеюсь, наши семьи останутся в хороших отношениях, и вы еще не раз посетите наши леса. Однако между мной и Дарниэлем все кончено. О новой помолвке даже речи идти не может. С наилучшими пожеланиями, графиня фон… Аннет, ты издеваешься?!

Я сделала пару глотков чая, нарочно издавая такой звук, будто напиток был слишком горячий и обжигал небо, поэтому приходилось одновременно и дуть, и пить. Даже Лилит скривилась, а прынцу все нипочем!

– Аннет, ты должна написать, что мы разошлись мирно, – настаивал Дарниэль. – Как джентльмен, я беру все издержки на себя, разумеется.

– Но вызвать гнев брата боишься, – вдруг вставила вампирша. – Позор! Тоже мне, принц…

Кажется, с нее слетели розовые очки. Лилит не благоговела перед эльфийским наследником. Хотя он второй в очереди на престол, кровь все равно голубая.

– Дар, – тихо произнесла я, – еще хоть слово, и я допишу свой ответ.

Мы скрестили взгляды. Ушастый был хорош, но в гляделки играл куда хуже Брана. Он сдался первым. Его ухо нервно дернулось, как у кота, которому не дали лакомый кусок из хозяйской тарелки.

– Что же ты допишешь? – спросила вдруг моя соперница.

Я удивленно перевела взгляд на Любу. Зря она решила защищать возлюбленного, ой зря! Я не в том настроении, чтобы щадить чувства главных героинь, а уж тем более пытаться с ними подружиться.

– Что мой дражайший бывший жених нашел новую пассию, – с улыбкой ответила я. – И детально опишу, как. Да-да, придется рассказать и про то, что вы с Дарниэлем сначала нашли друг друга, пофлиртовали, и лишь потом он решился отказаться от запасного варианта в моем лице. Не забуду описать и твой исключительный дар. Уверена, брат Дарниэля захочет узнать побольше о новой кандидатке и ее родословной. Хорошо, что у тебя ее нет! Меньше искать придется.

Люба дернулась, а я опустила угрюмый взгляд в пустую тарелку. Хамство было лишним, но первокурсница сама напросилась. Не стоило лезть в наши разборки. Чтобы хоть как-то себя успокоить, я вскрыла письмо от дядюшки. Сургучная печать отваливалась кусками. В конверте была лишь короткая записка. Ее суть терялась под ворохом соболезнований, поэтому я несколько раз перечитывала, пока наконец не пришло осознание.

Дядя умер сегодня утром.

Глава 29

Я знала, что это должно случиться. Однако от новости внутри словно что-то оборвалось. С дядей я потеряла главного защитника и единственного человека в этом мире, которому было не плевать на судьбу Анны-Мариетты фон Лютенберг. Я скомкала бумагу в руке и посмотрела невидящим взглядом в окно.

Серое небо с темными пятнами туч нравилось мне больше, чем радостные лица адептов в столовой. Кажется, меня кто-то окликнул. Я никак не могла себя заставить очнуться: так и сидела, сжимая письмо в кулаке и смотря в пустоту. Умом я понимала, что мы с дядей даже никогда не виделись, но боль… Боль от потери близкого человека была настоящей.

Она окутывала меня, словно толстый слой ваты, полностью отрезая от реального мира. Я бы так и осталась с ней, если бы не резкий запах табака, щекочущий ноздри. Сейчас сигаретку бы…

Я моргнула, возвращаясь к реальности. Лилит как-то очутилась рядом. Старшекурсница-эльфийка обмахивала меня подносом, как опахалом.

– Нужна нюхательная соль! – воскликнула Люба. – Вампирша, ты же всегда ее с собой носишь!

– Нет! – рявкнула Лилит.

Моя соседка на минуту задумалась, а потом достала из-под корсажа флакон. Блеснул рубин на пробке. Вскоре холодный металл прижали к моим губам. Я еще не отошла от шока, поэтому даже не дернулась.

– Она нюхательная, – раздраженно бросил подошедший Дарниэль, пытаясь отнять флакон, – а не питьевая.

Лилит цыкнула на него, а я прикусила зубами горлышко пузырька. Мне нужно лекарство! Такие новости сложно переварить без правильного напитка. В горло полился обжигающий алкоголь, и пустота внутри наконец ушла, уступив место теплу. Я закашлялась и вернула Лилит флакон.

Вампирша взяла меня за руки и пытливо посмотрела в глаза. Все вокруг суетились, что-то спрашивали, что-то от меня хотели. И только Лилит просто была рядом, молчаливо поддерживая. Мне кажется, она бы осталась на моей стороне, даже если бы узнала, что причиной моего состояния стал отказ дяди покупать очередное платье. Поэтому я и решилась сказать ей:

– Дядя умер.

На большее меня не хватило. Я расплакалась. Напряжение последних дней сломало плотину и вылилось наружу тихими рыданиями. Я прикрыла лицо руками, стыдясь собственных чувств. Мне не хотелось выглядеть слабой и сломленной, но так оно и было. Я больше не справлялась.

На плечо опустилась тяжелая мужская рука. Я вздрогнула. Смотреть на наглеца не хотелось. И только тонкий аромат сигарет подсказывал, что ко мне подошел не Дарниэль. Эльф был слишком чувствителен к запахам и щепетилен в вопросах вредных привычек. Иными словами, ушастая зараза терпеть не мог курение.

– Адептка фон Лютенберг, в мой кабинет, – холодно произнес мужчина.

По ледяным ноткам в голосе я быстро узнала ректора. Пришлось подчиниться и встать, украдкой вытирая мокрые щеки. На ладони остался черный след. Просто отлично! Именно сейчас бытовая магия утратила силу, превратив меня в зареванную панду с потеками туши на лице. Пр-р-релестно!

Ректор оглядел меня с головы до ног, особое внимание уделив уже наверняка опухшему лицу и зажатой в кулаке бумажке. Потом он кивнул Лилит, замершей рядом, и готовой грудью закрывать меня от обидчиков.

– Адептка ле Валенси, вы с нами. Любовь Иванова…

Я прыснула. Самое нелепое имя для героини фэнтезийного любовного романа. Это как если бы в Академии мне встретился благородный эльф по имени Вася. Ректор бросил на меня предупреждающий взгляд.

– Адептка Иванова, жду вас с адептом ле Соррель на занятии через час. Не опаздывать.

Дракон круто развернулся к выходу, показывая, что разговор окончен. Он все сказал, а наше мнение его не интересовало. Я поплелась следом за ректорской ледышкой, от души желая ему смерти от рук эльфа в конце романа. Как же они все меня бесят!

Глава 30

В кабинете ректора было мрачно и угрюмо. Я словно попала в викторианскую Англию. На стенах висели портреты известных магов, и их глаза словно следили за провинившимися адептками. Мебель была сделана из темного дерева и покрыта старым лаком, который казался липким на вид. Здесь я чувствовала себя посетительницей музея и боялась задеть экспонаты.

Лилит прижималась ко мне и робела от недовольных взглядов дракона. Вампирша продержалась в кабинете от силы пару минут. Я поняла, что моей спутнице самой скоро понадобится нюхательная соль, поэтому тихо попросила:

– Принеси мне кофе.

Лицо Лилит просияло. Вампирша с готовностью закивала и вихрем унеслась выполнять поручение. Ректор опустил взгляд на стоящий на столе кофейник. Мы помолчали. Надо будет в следующий раз тщательнее выбирать предлог, под которым спасаю соседку из лап дракона.

Мои колени слегка дрожали после пережитого шока. Я не стала спрашивать разрешение и просто плюхнулась в кресло. Немного подумав, решила обнаглеть окончательно и все же украсть кружку кофе. Ректор молча наблюдал. Казалось, он почти смирился, что первокурсница разоряет его кабинет.

– Кофе плохо сочетается с успокоительными, – заметил дракон.

– Отлично. Я как раз их не пью.

– Думал, вы глубоко переживаете потерю жениха. Настолько, что рыдали при всех. Мне интересно, вы уже умоляли его передумать и вернуться к вам?

Я напряглась. Ректор увидел сцену в столовой, но понял ее по-своему. Что ж, я не собиралась его разубеждать и доказывать, что у меня есть гордость. И мозг. Второе важнее, конечно.

– Это мое личное дело. – Я заправила за ухо рыжий локон и выпрямилась так, что позвоночник жалобно хрустнул. – С каких пор представители учебного заведения вмешиваются в такие конфликты?

– С тех пор, как адептки Академии начали так позориться. Плакать перед женихом, который изменил вам… Лютенберг, вы в своем уме?

– Нет, – хрипло ответила я и вдруг призналась: – Дядя умер. Завтра похороны. Он… Я не успела…

Горло перехватило от эмоций, и я умолкла. Глаза жгло. Я подняла взгляд в потолок, надеясь не проронить ни слезинки. Перед глазами все затуманилось от влаги. Было больно. Я вцепилась в подлокотники кресла, будто они были моей последней надеждой.

– Ясно. Соболезную вашей утрате, – сухо произнес ректор. – Однако Академия закрыта, пока артефакт не будет найден. Поэтому вы не сможете попасть на похороны.

Я продолжала буравить взглядом потолок. Знала, что стоит только опустить глаза, как по щекам побегут накопленные слезы. Я не видела лицо ректора, хотя мне очень хотелось. Каким надо быть, чтобы отказать девушке в такой малости?

– Ясно, – процедила я.

Хотелось еще много чего добавить, но у меня получилось сдержаться. А еще в голове всплыли слова Брана. Так что же, ректор и правда подозревал в краже… меня?!

Я услышала, как по полу проехались ножки кресла. Дракон подвинул соседнее, чтобы сесть поближе ко мне. Я ощущала его взгляд кожей. В кабинете словно стало холоднее. Щеки защипало, как на морозе.

– Знаете, а ведь забавно выходит, – сказал дракон. – Если я правильно понял, вам плевать на жениха? Честно говоря, даже не думал об этом раньше. Мне казалось, вы активно пытаетесь вернуть его. Но нет… Вам плевать на Дарниэля. И Любовь тоже теряет к нему интерес. Вместе с вами. Словно она хотела лучшего мужчину в Академии, а после ваших выходок ле Соррель стал всего лишь посмешищем.

Глава 31

На моем лице дернулся мускул. По мнению ректора, меня должны беспокоить любовные интересы Любы Ивановой? Она может заниматься, чем угодно. Моя задача – сохранить свою жизнь. И, насколько это возможно, сделать сюжет логичным. Тогда книга станет реальным миром, петля не появится, все будут счастливы.

А если Люба будет держаться подальше, то с графиней точно ничего не случится! И у меня больше шансов выполнить поручение Эветты.

– Вам неинтересно, – с ноткой недовольства произнес ректор. – Очень жаль. Я думал, вам будет любопытно, к каким выводам я пришел.

– Вы ошиблись.

– Прискорбно. Я думал, вы не хотите умирать в конце романа.

Я едва не упала с кресла. С ресниц сорвались две слезинки и все же прочертили дорожки на щеках. Я смотрела на ректора с ужасом. Лицо дракона напоминало маску, деталь ледяной скульптуры.

– У вас не так уж много шансов выжить, – продолжил он. – И вы отказываетесь от лучшего из них…

– Вы бредите, – прошептала я. – Или угрожаете… Да, вы угрожаете адептке!

Его смоляная бровь изогнулась в красивую дугу. В остальном дракон остался неподвижен, но я чувствовала исходящую от него угрозу. И его взгляд ясно давал понять – мы начинаем играть в открытую. И мне не стоит притворяться.

– Откуда такие выводы? – неохотно спросила я.

– Вы главная антагонистка. Не самая опасная, но единственная стоящая соперница. Именно с вами у Любы крепкая сюжетная связь.

Я нахмурилась. Мне не нравилось направление мыслей дракона. Если он прав, сбежать от Любы не получится. Она будет постоянно рядом, потому что моя судьба в романе – это отражение ее.

– Иными словами, ей нужен был не Дарниэль, – догадалась я. – Любе нужен мой жених.

Ректор кивнул, удовлетворенный моей сообразительностью. Он подвинул кофейник поближе к себе и нагрел кофе. По комнате поплыл аромат свежеобжаренных зерен. Дракон без труда пользовался магией, а мне приходилось сегодня довольствоваться остывшим чаем. Я постаралась не слишком зло коситься на мужчину и сосредоточиться на деле.

– Значит, вы предлагаете мне помощь, – продолжила я. – А взамен?

Дракон буравил меня взглядом. Его пальцы с силой сжали подлокотники, но ректор вовремя спохватился и усилием воли расслабился, делая вид, что ему все равно. Ему было физически тяжело признавать, что без меня он не справится. Но мы оба понимали, что вдвоем достигнуть цели легче. Я хотела выжить. А дракон?

– Мне нужен поцелуй.

– Мой?!

Я ужаснулась. У меня появилось желание вжаться в спинку кресла и потыкать мужчине в лицо распятием. С нечистью всегда помогало, вдруг и с драконом сработает?

– Нет, – не меньше моего напрягся ректор, – конечно нет! Поцелуй Любви.

– Зачем?

Я не ждала, что дракон раскроет передо мной все карты. Однако он решил играть полностью в открытую.

– Истинный огонь снимет проклятье, которое наложила на мой клан ведьма. – Дракон с досадой поморщился. – А подобную магию не так-то легко найти. Я побывал в сотнях миров, но тщетно.

– А попросить помощи у товарищей? Вместе быстрее искать. Тем более, вас там целый клан.

– У снятия проклятья есть побочный эффект – любовь. А драконы чаще всего собственники. Хотя не понимаю, зачем так цепляться за одну девушку, если в мирах таких тысячи…

Я кивнула. Нет, конечно, точка зрения дракона мне казалась глупой, да и история вызывала некоторые сомнения. Однако ректор поделился со мной своей целью. Теперь пора узнать, как именно он будет меня спасать и как представляет мою работу свахой? Обеспечить ему поцелуй будет не так уж просто.

– А если меня все же убьют?

– Я наложу на тебя защиту. Ни одно заклинание ее не пробьет, – сказал дракон. – А ты будешь притворяться, словно влюблена в меня. Любовь захочет забрать трофей и…

– Понятно. Похороны, – ответила я. – Разрешите мне съездить. Это станет поводом влюбиться.

– Как будто моей красоты и харизмы недостаточно, – фыркнул дракон. – Артефакт…

– Я даже не знаю, как он выглядел, – перебила я. – И мне никакие артефакты не нужны. Отпустите меня к дяде, или будете сами учиться соблазнять девушек.

Ректор задумчиво потер подбородок. Видимо, вспомнил свои попытки зажать Любу на лестнице. Вскоре он кивнул и подписал мне разрешение на выезд из Академии. Я вышла из его кабинета обессиленная, но довольная. Первая маленькая победа!

Хотя этому дракону может доверять лишь самоубийца. Мало ли, что взбредет ректору в голову? От разговора с ним мои нервы накалились до предела. Руки все еще дрожали, поэтому я нашла тупик с окном, открыла форточку и закурила.

Глава 32

Сигаретный дым не принес столь желанного облегчения, лишь першение в горле. И все же я чувствовала себя чуть ближе к дому, к чему-то родному и понятному. Голова слегка кружилась после пережитого. Я поверить не могла, что это произошло.

Что “это”? Да все сразу. Дарниэль, смерть дяди, откровения ректора.

Зато теперь я точно знала, что приручить ледяного дракона не получится. Ему нужна была даже не Люба, а ее магия. А во мне ни грамма огня, сплошь золотые звездочки бытовухи. Но это и к лучшему, правда?

Я еще раз затянулась.

– Мари!

Я воровато оглянулась и затушила сигарету. Если графиню поймают за курением, мне не сдобровать. А я, вообще-то, пытаюсь найти свое место в Академии: наладила связи со студентками, сделав им прически, показала старшекурсникам, что умею развлекаться, да даже завела себе подругу голубых кровей! Мне нельзя показывать дурные привычки и слабости. Хватило и сцены в столовой.

– Мари! Пс-с-с!

Я снова осмотрела коридор. Никого. И только потом я поняла, что звук исходит от окна. В стекле застыла Эветта, наполовину прозрачная из-за солнечного света. Богиня поправила платье трупа невесты и подмигнула мне. Вот только мое кислое выражение лица ясно давало понять, что что-то не так.

– Ла-а-адно, – протянула богиня. – Рассказывай, по какому поводу курить будем.

– Ректор козел, – заявила я.

– Все ледяные драконы такие, – отмахнулась Эветта, – отмороженные. Не бери в голову.

– Любовь дура!

– И всегда была.

– А эльфы те еще му… мужланы!

– Согласна.

Богиня покивала со знанием дела и подперла щеку кулачком. Она выглядела задумчивой.

– Мари, а ты сейчас одна? – зачем-то спросила она.

– Само собой.

– Странно, мне кажется, что-то не так. – Эветта тяжело вздохнула. Ее взгляд остановился где-то в точке у меня на лбу. – Книга опять меняется. Она становится… тоньше.

– Не поняла, – нахмурилась я.

– Ты решила какую-то проблему главной героини. Один из конфликтов пропал. Но сюжет пока неясный, так что подсказать не могу.

Я смяла в пальцах окурок и посмотрела в окно, за которым открывался вид на полупустой парк. Половина деревьев была обуглена. Над ними работали второкурсники под руководством преподавателя-дриады. Академия казалась такой тихой, такой мирной… И лишь моя жизнь напоминала сущий Хаос.

– Украли артефакт, – сказала я в пустоту. – Мне надо узнать, какой. И кто. Иначе эта чешуйчатая задница меня четвертует. Нет, сначала использует, чтобы снять с себя проклятие огненным поцелуем Любви, а потом уничтожит. С особым садизмом.

– Этого в сюжете не было, – недовольно произнесла Эветта. – Как-то слишком много изменений, хотя ты почти идеально следуешь сюжету. Разве что характер показывала, но основа-то та же…

Богиня осталась со мной еще на минуту, чтобы рассказать о мерах предосторожности и грядущих похоронах. Потом она исчезла в привычной для себя манере, не прощаясь и не говоря, когда вернется.

Я прислонилась лбом к стеклу и ненадолго прикрыла глаза. Ноздри щекотал сладкий запах дорогого табака. Видимо, остался от моих сигарет. Я наслаждалась покоем лишь пару минут. Потом пришлось все же отлипнуть от окна, поправить платье и прическу и направиться к кабинетам.

Но передо мной возникла невидимая преграда. Я отступила на шаг назад, удивленно потирая лоб. Магия осыпалась вниз белыми снежинками. Передо мной стоял ректор собственной персоной. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Чешуйчатая, – проговорил он. – Задница.

Я потупилась. Пауза затягивалась.

– Козел, – по буквам произнес дракон. – Адептка, а вы в курсе, что у козлов нет чешуи?

– У меня плохо с животноводством, – пробормотала я.

Сделать хуже было просто невозможно. Поэтому я просто присела в реверансе, низко опустив голову и стараясь не дрожать от страха.

– Приношу свои глубочайшие извинения, – сказала я. – Это было недостойно графини. Обещаю, подобное не повторится.

– Будете обзывать так, чтобы я не услышал?

Ректор усмехнулся. Искры ледяной магии окутали мой подбородок, вынуждая поднять голову вверх. Кожу покалывало от мороза, а губы словно перышком пощекотали. Я вздрогнула.

– Так вы мне нравитесь больше, адептка, – удовлетворенно произнес ректор. – В вас есть что-то… Змеиное.

Меня только что назвали гадюкой подколодной? Что ж, устроить ему удачное свидание будет куда сложнее, чем я думала.

– С самого начала я увидел в вас огонь, но с Соррелем вы вели себя как овечка. Безмолвная, послушная. Тошно смотреть. Я рад, что вы не стали за ним волочиться. Вот это – недостойное графини поведение. А что до оскорблений… Я люблю честность. В следующий раз говорите в лицо. Поверьте, своим ядом вы меня даже не заденете. Козел? Это даже по-детски.

Он развернулся и ушел. Я так и осталась стоять в реверансе, не зная, как на это реагировать. Ректор что, во мне родственную душу увидел? Такую же отмороженную змеюку? М-да, скатилась ты, Маришка.

Глава 33

Я доплелась до общаги, едва переставляя ноги. В голове был туман. Я до сих пор не понимала, как реагировать на появление ректора и его слова. На душе было погано. Еще и погода не радовала: с неба сыпался дождь вперемешку со снегом. Как оказалось, учебный год в Академии начинался в первый месяц зимы. Уже через пару недель в этом мире начнутся холода. Автор, конечно, не говорил об этом в романе.

Адепты все время бегали без шапок, целовались на морозе и без проблем нарезали круги по стадиону.

Я пинком открыла дверь в общежитие и потопала, стряхивая снег и грязь с туфель. Комендантша выглянула из-за стойки, но увидела меня и передумала что-то говорить. Графиням все же давали поблажки. Особенно, когда те были не в настроении следовать правилам. Я поднялась на наш этаж, прошлась по темному коридору, в котором окончательно сдохли все светильники, и наконец попала к себе в комнату.

Лилит сидела в кресле, сжимая в руках пачки с чаем. Она смотрела на них так, словно от ее выбора зависела чья-то жизнь. От моего появления вампирша вздрогнула и вжалась в спинку кресла.

– Ты уже все? – пискнула она.

Вокруг алых глаз Лилит все еще расплывались темные пятна косметики, но цвет уже немного поблек. Надеюсь, к началу учебы наш экстравагантный макияж уже сойдет.

Я закрыла дверь и прижалась спиной к косяку. А потом и вовсе сползла по нему на пол. Тикали часы. Мое веко дергалось в такт. Хотелось пожаловаться Лилит на ректора, но я понимала, что детали нашего разговора раскрывать не стоит.

– У нас проблемы? – робко уточнила принцесса.

– Да, – призналась я. – Больше у меня, чем у нас. Так что выдыхай.

Лилит поджала губы, и один из ее клыков зацепился за нижнюю. Она смущенно прикрыла рот рукой. Я же смотрела на нее круглыми глазами и невольно улыбнулась. Кто бы мог подумать, что клыки доставляют вампирам столько неудобств! Даже сверхъестественные бессмертные создания попадали в глупые и неловкие ситуации. Так чем я хуже? Разве у меня нет права не ошибку?

– Что будем делать? – спросила Лилит.

Я неопределенно пожала плечами. А зачем что-то делать вампирше? Вот у меня полно проблем, с которыми только предстоит разобраться. И очень интересно, что творится в голове у ректора. Он решил, что Люба станет со мной соперничать за его внимание. И что? Мы теперь притворяемся влюбленными?

Лилит все же сделала мне чай вместо обещанного кофе и сунула в руки какой-то детективный романчик. Я сама не заметила, как погрузилась в чтение и успокоилась. Главная героиня, лихо подоткнув юбку за пояс, расследовала убийство и лезла в самое пекло вперед следователя. Оно и понятно, у нее-то сюжетная броня. А что делать скромным злодейкам, которые в романах умирают от любого чиха Избранной?!

Я прикусила губу и посмотрела поверх книги в окно. Солнце уже почти зашло. От него осталась лишь размазанная алая клякса заката на горизонте. В парке мерцали не до конца настроенные светильники. А в главном корпусе Академии еще горел свет в преподавательском крыле. Интересно, что мне принесет новый учебный день?

Я посчитала по окнам, что ректор тоже не спал. Дракон работал. Это радовало. Надеюсь, он успеет найти воришку уже на этой неделе. Мне очень не хотелось, чтобы дядю хоронили без меня. Кто проконтролирует ушлого управляющего? Кто удостоверится, что под дядиной головой лучшая подушка, а на груди самые свежие цветы?

– Если хочешь сделать что-то хорошо, – задумчиво проговорила я, – сделай это сам. Прости, Эветта, но мне придется немного подправить сюжет.

Я встала с кресла и положила книгу на трюмо, заложив страницу, где главная героиня находит логово преступника. Если она смогла, то чем я хуже? Лилит не было в комнате, чтобы меня остановить. Я накинула поверх черного платья мантию и вышла из комнаты. Мой путь пролегал через весь парк и заканчивался в архиве. Нужно было узнать, что именно пропало и в чем меня хочет обвинить ректор.

Глава 34

Первая же адептка, попавшаяся за порчей Академического имущества, сдала мне местоположение архива. Я пошла дальше, в главный корпус, а она продолжила пририсовывать портрету ректора усы. Получалось недурно. Я отошла не десяток шагов и вернулась.

Бытовая магия все еще работала с перебоями, поэтому я повторила заклинание для снятия макияжа. Адептка недовольно на меня зашипела, думая, что ее художества исчезнут. Вместо этого чернила стали ярче и въелись в холст даже через защитный лак.

– А тебе он как насолил? – удивленно спросила она.

– Не понимаю, о чем ты, – по-доброму улыбнулась я. – Я всего лишь пыталась отмыть грязь с портрета, а магия вдруг неправильно сработала. Упс.

Адептка широко улыбнулась и дружески похлопала меня по плечу. Рука у нее была тяжелая, совсем как у выходца с боевого факультета. Воспользовавшись ее расположением, я решилась задать вопрос:

– Слушай, а какой артефакт пропал?

Адептка прищурилась. Она огляделась. Хоть коридор был пуст, девушка подошла ближе и наклонилась к самому уху.

– Кулон-приворот, – громким шепотом ответила она. – Один из сильнейших.

– Приворот? – изогнула бровь я. – Кому могла понадобиться эта побрякушка…

– Этот кулон способен приворожить любого. Он делится на две половинки. Одна дает власть над привороженным, другая делает носителя рабом. Проблема в том, что никто не знает, какая половинка за что отвечает! Они выглядят одинаково. Опасная штука, хоть и срабатывает не всегда. С ней можно приручить любого монстра. Перед магией артефакта даже архимаг не устоит!

Я кивнула. Адептка пошла портить остальные портреты ректора, а мне оставалось только продолжить путь в архив. Так назывался небольшой склад в преподавательском крыле, куда мой зайти любой студент. Там хранили пособия для практики, артефакты и магические компоненты. Я обошла весь архив, но никого не встретила. Бери – не хочу. Ни единого охранника! Неудивительно, что опасный и ценный артефакт похитили.

На одной из витрин стояла пустая подставка. Под ней была табличка с надписью “Ах’Вана”. Я ненадолго задержалась рядом с ней, а потом продолжила изучать содержимое архива.

Некоторые артефакты даже не защищало стекло. Любой студент мог облапать ценности Академии. Мое внимание привлекло изящное колечко в виде ящерки, держащей в зубах алый камень. Работа неведомого мастера настолько завораживала, что я даже не заметила, как ко мне подошли.

– Что, даже не попытаешься примерить? – выдохнул мне кто-то на ухо.

Я ойкнула и прижала руки к груди, но не двинулась с места. Не хватало еще повалить стеллаж. Мой собеседник удовлетворенно хмыкнул. Кажется, ему понравилось, что адептка не снесла половину полок, пытаясь сбежать. Я осторожно обернулась, но увидела за собой лишь пустоту.

– Все вы такие, – проворчал голос. – Думаете, в архиве с артефактами будет сидеть бабка-вахтерша, которая не видит дальше собственного носа. Как бы не так!

– Вы… архивариус? – осторожно спросила я у пустоты.

– Хранитель, – поправил меня голос. – К вашим услугам, адептка фон Лютенберг.

На языке вертелись десятки вопросов. В архиве всем заведовал призрак? Он заметил меня с самого начала? Почему не дал знать о своем присутствии? Выжидал, когда я нарушу какое-нибудь правило?

– Уважаемый Хранитель, – вежливо произнесла я, – не могли бы вы мне дать справочную информацию по одному артефакту? Или просто покажите свою картотеку, чтобы я не отвлекала вас от работы.

– Дай угадаю, – насмешливо ответил голос, – тебе нужен тот, что пропал?

– Да, – не стала юлить я. – Ректор сказал, что он опасен, а вора так и не нашли. Мне хотелось бы знать, чего ожидать.

С потолка упал ворох карточек и завис прямо на уровне моих глаз. Бумаги одна за другой подлетали ко мне, так что я едва успевала читать.

– Ты долго, – скучающим тоном произнес Хранитель. – Половина адептов поспешили узнать, что за артефакт, еще в первый день.

– Не ожидала, что его будут так долго искать, – холодно пояснила я. – Думала, над этим делом работают компетентные личности.

– Хочешь, расскажу секретик?

В воздухе появился голый череп с широкой посмертной ухмылкой. Кровь отхлынула от лица, но я лишь покрепче сжала кулаки, запрещая себе визжать или бегать по архиву. В пустых глазницах черепа зажглись голубые огни. Кажется, Хранитель и правда был призраком. И очень любил пугать студенток!

– Я знаю, где артефакт, – сказал голос. – Я видел похитителя.

– Что?! – Я прикрыла рот ладонью. – Кто это?

– Это…

– Лютенберг!

От голоса ректора по спине побежали мурашки. Я обернулась и увидела дракона. Он недовольно постукивал пальцем по навершию трости.

– С кем вы разговариваете? – спросил он.

– С Хранителем, – призналась я, опешив от вопроса.

– Не глупите. Это всего лишь заклинание. Вы даете ему команду, оно выполняет. Как с ним можно разговаривать?

Я повернулась к тому месту, где в воздухе висел оскаленный череп. Его уже не было. Карточки с описанием и зарисовками артефакта тоже исчезли.

Глава 35

– Анна-Мари, вас ждут в приемной.

Обращение ректора выбило меня из колеи. Я стояла столбом, пока мужчина не приблизился, отбив тростью странный ритм по паркету, и не взял меня за руку. Прикосновение ледяного дракона было на удивление теплым и мягким. Он наводил ужас на всю округу своими взглядами и странным поведением, однако тот же Дарниэль хватал меня куда грубее.

– Кто? – оторопело спросила я.

– Ваш родственник, – зло выплюнул дракон.

По коридорам Академии мы шли молча. Ректор был в ярости. Это я поняла по кружащимся вокруг нас снежинкам и обледенелому паркету. Дракон подвел меня к двери в приемную, где студенты могли спокойно поболтать с родственниками. В последний момент я ухватила его за рукав.

– Адептка, – с негодованием посмотрел на меня дракон.

– Мы теперь заодно, – прошептала я. – Не хотите помочь?

– Анна, вам ничего не угрожает.

– Вы не хуже меня знаете, что во мне от графини не больше, чем в прикроватной тумбочке от балерины! Этикет, манеры, память о прошлом… Я ничего не знаю об этом мире. Один неверный вопрос, и моя легенда посыпется. Что, если нас раскроют?

– Не раскроют, – отрезал ректор. – Если бы у меня была возможность, я бы остался с вами. Но мужское общежитие горит, а эти идиоты не могут совладать с огненной магией.

Он посмотрел на мое испуганное лицо и накрыл руку своей. На мгновение мне показалось, что дракон проникнется ко мне сочувствием. Но ректор принялся медленно отцеплять мои пальчики от своего рукава.

– Я вернусь, как только смогу, – уже мягче произнес он. – Вам нужно продержаться лишь пару минут. Ну не съедят же вас, в конце концов?

Я кивнула. Да, в этой Академии обитал лишь один монстр – ледяной дракон. И раз уж ректор выбрал меня своей пособницей, то все вроде складывается по сюжету… Предам его и получу билет в идеальную жизнь! А лучше сделаю главным злодеем Дарниэля, ему эта роль больше подходит. Я немного успокоилась и отцепилась от дракона.

Ректор любезно открыл мне дверь в приемную и не слишком вежливо захлопнул ее за моей спиной. Мне показалось, что в замке повернулся ключ. Путь к отступлению перекрыли. Придется знакомиться с родственниками. Я оглядела приемную, но поначалу никого не заметила. Только успела перевести дух, как шторка у окна шевельнулась.

Дверь на балкон открылась и впустила в приемную высокого мужчину с подозрительно длинными острыми ушами. Не припомню, чтобы у меня в роду были эльфы, зайцы или белки. Длинные уши не наша фамильная черта. Хотя… Учитывая мой рыжий цвет волос, белки могли где-то затесаться в семейном древе. Но эльфы? Нет, невозможно.

– Ваше сиятельство, – мягко произнес незнакомец. – Позвольте выразить мое восхищение. Вы великолепно выглядите, Анна-Мариетта.

Я приподняла брови. Великолепно? В траурном платье и с заплаканными глазами? Интересные у него представления о женской красоте. Эльф согнулся в поклоне, словно только что вспомнил о правилах этикета. Я подыграла ему, присев в глубоком реверансе и склонив голову.

Логика подсказывала, что ко мне мог пожаловать лишь один эльф – брат Дарниэля. А если меня не подводит память, он был старшим и на данный момент являлся не просто первым принцем крови, но и правой рукой короля.

– Ваше высочество, – поприветствовала я.

– Давайте на этом закончим с формальностями, – ласково произнес эльф. – Присаживайтесь, леди. Чаю?

– Не откажусь.

Я понадеялась, что эльфийский принц сам пойдет к заварнику и будет колдовать над кипятком, отвернувшись и дав мне передышку. Но он лишь щелкнул пальцами, и посуда сама засуетилась, чтобы налить наследнику напиток. Эльф не сводил с меня глаз.

– Забавно, – хрипло продолжила я. – Ректор мне сказал, что приехал родственник.

– Мы почти семья, – улыбнулся он. – Извините, что вот так отрываю вас от дел. Обещаю, что надолго не задержу. Уже вечер, вам пора отдыхать. Вы уже виделись с дядей? Я отправил ему письмо, прежде чем воспользоваться порталами, чтобы добраться сюда. Он должен был прибыть в Академию раньше меня. Я думал, мы поговорим втроем и обсудим случившиеся…

Я невольно сжала руки, скомкав подол платья. В горле стоял ком, мешающий сказать эльфу новость. Я думала, что пытка продолжится, но мужчина довольно быстро заметил мое состояние. Он прервался на полуслове и пытливо посмотрел на меня. Я силилась выдавить из себя хоть что-то и не могла. Просто не знала, как об этом сообщить.

– Дарниэль вас обидел? – предположил эльф. – Я услышал только его версию. И догадываюсь, что братец сообщил далеко не все детали. Вам больно говорить о расставании?

Я качнула головой и подняла взгляд к потолку, чтобы слезы высохли как можно скорее.

– Анна-Мариетта, – уже обеспокоенно произнес он, – случилось что-то еще?

Через приоткрытую дверь на балкон влетел магический журавлик. Он упал на ладонь наследнику. Мужчина извинился и быстро развернул записку. Его светлые брови сошлись к переносице. Затем белоснежные, будто покрытые инеем ресницы дрогнули. Он поднял взгляд на меня.

– О, Пресветлая… Я… Мне безумно жаль. Простите, мне не сообщили…

Я устало закрыла лицо руками. К счастью, рыдания застряли где-то в горле. Новой истерики не случилось. И вдруг я почувствовала прикосновение к плечу. Меня ласково погладили, желая утешить. И вместо того, чтобы успокоиться, я вдруг расплакалась.

Глава 36

– Ну-ну, – с нежностью проговорил эльфийский принц, гладя меня по волосам. – Все будет хорошо.

– Мари, – всхлипнула я.

– Что?

– Не называйте меня Аннет. Ненавижу это имя. Как кличка комнатной болонки! Меня зовут Мари.

– Знаю, – удивил меня эльф. – Ваш дядя… простите. Он всегда вас так называл.

Я кивнула и спрятала лицо у него на груди, чтобы не показывать, как шокированная сказанным. Выходит, это имя мне нравилось не просто так? Хорошо, что эльф рассказал. Странно, если бы графиня не знала, как ее звал покойный дядя.

Причиной моих слез стала не только кончина родственника. Дядя и так был пожилым и давно уже жаловался на проблемы с сердцем. Сам король несколько раз вызывал к нему своего лекаря. Как бы больно ни было это признавать, смерть дяди не стала сюрпризом ни для кого.

Я плакала от того, что все оказалось слишком сложным, а удары судьбы сыпались на меня один за другим. Легко рассуждать, как поступила бы на месте героини. А вот попробуй оказаться в ее положении! Я сама злилась, что эмоции то и дело берут надо мной верх. Больше всего раздражала собственная уязвимость.

Не прошло и дня, как я уже что-то должна ректору, а главная героиня готова бросить Дарниэля, потому что он стал слишком скучной целью.

Эльф поймал меня за подбородок и заставил все же поднять голову и встретить его взгляд. У него были такие же платиновые волосы, как у Дарниэля, только глаза удивительного зеленого цвета.

– Можете звать меня просто Ал. Думаю, Алвиниэль ле Соррель слишком длинно и неудобно. К тому же, теперь нас связывает общее горе. Хотел бы я, чтобы все сложилось иначе… Ваш дядя был моим близким другом. Я помню вас еще совсем малышкой. Вы, наверное, и забыли, как я учил вас магии?

Я округлила глаза. Память услужливо показывала картины из несуществующего прошлого. Логично, что пока мой дядя работал послом в эльфийской столице, у него появились связи. Но кто бы мог подумать, что он станет поверенным принца крови?

Зато это объясняло наш с Дарниэлем брак. Я влюбилась в принца, и дядя договорился с его старшим братом, своим другом, о помолвке. Старые товарищи получили шанс породниться… Поэтому Алвиниэль был так недоволен младшим братом. Дело не в компенсациях и клятвах, а в дружбе с моим дядей. Выходит, мне потакал и настоящий опекун, и эльфийский наследник.

– Не помните, – немного разочарованно произнес Ал и тут же сгладил это улыбкой: – Десять лет прошло. Для людей это и правда большой срок. Да и вы очень изменились, Мари. Потеряли эту очаровательную детскость и манеру капризно дуть губки.

– Пришлось повзрослеть, – ответила я и отвела взгляд.

Ал продолжал сжимать меня в объятиях. Я не сразу заметила, что сижу у него на коленях. Смущения почему-то не было. Друг дяди явно помнил меня еще малышкой, поэтому действовал скорее по привычке. Эльф был осторожен. Я чувствовала, что стоит мне захотеть, как он тут же отпустит.

Но было приятно ради разнообразия пообниматься с приятным мужчиной, который проявил искреннюю заботу обо мне. Я спокойно положила голову ему на плечо и задумалась. В комнате повисла тишина, но в ней не было неловкости. Ал принялся рассеянно перебирать мои локоны, размышляя о чем-то своем.

Мне пришло в голову, что эльф может помочь уговорить ректора отпустить меня на похороны, если тот вдруг решит забрать у меня разрешение. Помощь принца – отличная страховка на случай проблем со своенравным драконом, который всегда был себе на уме. А Ал, видимо, принял какое-то свое решение. Мы повернулись друг к другу одновременно, и наши лица оказались так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах.

Ректор не мог выбрать более неудачного момента, чтобы зайти. Мы с Алом отпрянули друг от друга, словно и правда занимались чем-то непотребным. Ледяной дракон сложил руки на груди, ясно дав понять, что жаждет объяснений. Я пыталась подобрать слова, но эльф решил все за меня. Он положил руку мне на поясницу и спокойно произнес:

– Нам с невестой нужно будет покинуть вас на несколько дней. Мы хотели уладить все в имении.

Глава 37

Если верить “Камасутре”, безвыходных положений не бывает. Этим я себя и успокаивала, пока по дверному косяку расползался морозный узор. Ректор словно не замечал, что его магия портит дорогое дерево и вот-вот примется за ковер. Он буравил нас с Алвиниэлем взглядом так, словно мы испортили ему и карьеру, и личную жизнь, и отравили существование в целом.

Поначалу я даже не поняла, почему он так взъелся. Мне фраза Ала показалась даже логичной: эльф взял меня под свое крылышко, пока ситуация не утрясется. После смерти дяди мне понадобится поддержка. Я, конечно, могу и сама вступить в права на имение и бизнес дяди и получить благословение короля, но с эльфийским наследником как-то спокойнее. И почему дракон разнервничался?

Люба! Точно! Она же со мной соперничает, так что ректору нужно какое-то время притворяться, словно мы вместе. А потом я постепенно отойду в сторонку, дракон и Люба сходят на свидание, один снимет проклятье, другая расстанется с невинностью. После этого и я смогу жить долго и счастливо, выбирая себе женихов получше и не опасаясь смерти от рук бывшего. Все в выигрыше!

И все же Дарниэль может меня убить за помощь ректору. Только он сделает это уже не случайно, как было в романе, а намеренно, чтобы отомстить.

Меня такой расклад не устраивал, поэтому я прижалась к теплому боку Ала и на всякий случай обвила руками его шею. Со стороны действительно могло показаться, что мы влюбленные.

– Мы предпочли бы пока не говорить о новой помолвке, – сказала я. – В Академии никто не должен знать.

– Разумеется, – сквозь зубы ответил ректор.

Между строк очень явно читался упрек, что я слишком быстро сменила одного эльфийского жениха на другого. Но не дракону меня судить! Он вообще собирался украсть поцелуй Любви, чтобы справиться с какими-то своими заморочками. Ему любые чувства до лампочки. И я не уверена, что все дело в ледяном проклятии.

– Оставите нас? – вежливо попросил Ал. – Мы хотели еще кое-что обсудить.

– Нет. – Ректор нахально прошел мимо нас и уселся в кресло, словно собирался смотреть спектакль. – Продолжайте, я не буду вам мешать. Но из-за недавних событий мне приходится внимательнее смотреть за студентами.

Лучше бы он так за артефактами следил, как за мной! Я возмущенно засопела, но вспомнила, что сама же просила о помощи. М-да, неловко вышло.

– Как пожелаете. При условии, что все будет строго конфиденциально, – ответил эльф.

– Само собой. Считайте, меня здесь нет, – ядовито улыбнулся дракон, подбирая со столика журнал.

Я вздохнула. Мне очень не хотелось обсуждать личные дела при нем. Дракону я не доверяла ни секунды и мечтала попросить Эветту как-нибудь выкинуть его из моего романа. Ледышка лишний на этом празднике жизни! Он обещал помочь мне выжить, но пока только ходит за мной с мрачным видом и подозревает во всех смертных грехах. Ему просто не дает покоя моя личность?

Ал погладил мою руку и нежно сжал, показывая, что он рядом и не бросит. Быть под его защитой оказалось неожиданно приятно. Правда, я ощущала себя маленькой девочкой, которую посадили на коленки, чтобы вручить леденец, но это уже мелочи. Как только я повернулась к Алу, он убрал руку с моей талии и переместил ее на затылок.

От его прикосновения по коже побежали мурашки. Мужчина мягко притянул меня к себе и поцеловал. Его губы нежно прижались к моим, а после слегка приоткрылись. Я абсолютно ничего не понимала, но поцелуй мне нравился. В нем чувствовалась уверенность и бесконечная нежность, от которых я таяла.

Ал целовал меня долго, пока я наконец не сдалась и не ответила – не играя роль для ректора, а по-настоящему. Эльф вскоре отстранился, тяжело дыша. Затем он уткнулся лбом мне в плечо и усмехнулся.

– Прости, – хрипло произнес он. – Я лишь хотел, чтобы Краст ушел. Кажется, мы немного увлеклись…

– Да, – эхом ответила я. – Мы немного увлеклись…

Дыхание тут же превратилось в облачко пара. В комнате было настолько морозно, что запонки эльфа покрылись инеем. Однако я не чувствовала холода, словно он не решался меня коснуться.

Глава 38 Ректор

Лорд Мораг Краст, ректор Академии

Я тихонько закрыл за собой дверь, хотя было желание хлопнуть ей, да посильнее, чтобы штукатурка сыпалась. Ледяной дракон не может взять себя в руки? Чушь. Такого просто никогда не бывало. Тем более со мной, одним из сильнейших представителей расы. Мое душевное равновесие всегда было предметом зависти для собратьев, но какая-то графиня смогла его пошатнуть.

Я был в ярости и никак не мог подавить гнев. Он бурлил где-то глубоко внутри, раздражая и пугая одновременно. Я убедился, что вокруг никого нет, и открыл портал в свой кабинет.

Там меня ждало очередное разочарование. Богиня сидела в кресле, поджав под себя ноги, и что-то читала в телефоне. Она даже не подняла на меня взгляд. Так и продолжила листать страницы книги, словно в ее жизни не было ничего важнее нового романа.

Я успел налить себе рома и сесть за стол, когда Эветта наконец оторвалась от чтения.

– Прода закончилась, – пожаловалась она. – Это какая-то пытка для читателя! Мне же интересно, что будет дальше, а глава закончилась и все. Как всегда, на том самом моменте, когда…

– Мне неинтересно, – перебил я.

– Ледяной дракон, – фыркнула Эветта. – Вы всегда такие. Отмороженные. Грубые. Не от мира сего.

– Никто не заставлял тебя помогать мне, – парировал я. – Могла бы и дальше превращать свои любимые книги в настоящие миры, распутывать петли или чем ты там обычно занимаешься…

– Читаю.

– Вот, пожалуйста. Ты сама сказала, что нужно втянуть в книгу другую злодейку, чтобы все стало по-настоящему. А в итоге? Любовь еще дальше от меня, чем когда-либо.

– Хватит ныть. Ты сам ведь влез в роман. Мало того, что я не могу тебя вытащить из петли, так еще и сюжет постоянно меняется!

Богиня раздраженно швырнула телефон на стол. Я успел рассмотреть лишь портрет светловолосого эльфа, одного из персонажей. Его рожа почему-то вызвала у меня зубовный скрежет.

Да что со мной такое? Почему я так реагирую?

– Проклятие ему надо снять, видите ли, – проворчала богиня. Она спрыгнула с кресла и принялась мерить комнату шагами. Грязное платье шлейфом волочилось за ней. – Все нормальные ледяные драконы ищут магов истинного огня в реальности. Ты единственный, кому понадобилось проникнуть для этого в книгу.

– Это показалось логичным, – пожал плечами я. – Мне сказали, что книжные миры становятся реальными, вот я и пришел в подходящий. Только твой глупый роман сразу же сделал меня главным злодеем!

– Роман не мой, – погрозила мне пальцем Эветта. – Он авторский. А ты, если бы потрудился для начала поговорить со мной, знал бы, что книга меняет все под свою реальность. Ты в первый же цикл петли похитил девушку и стал требовать у нее поцелуй! Кто ты, если не злодей?

– Проклятый. – Я вздохнул и сделал глоток вина. – Который отчаянно жаждет спасения.

Эветта лишь фыркнула. Она привела ту девушку, чтобы исправить сюжет. Богиня не стала мне даже говорить, чье место займет незнакомка, но это и так было понятно. Графиня фон Лютенберг так старалась не выдать себя, что превратилась в самую таинственную и молчаливую девушку в Академии. Остальные вели себя или взбалмошно, или мило, подстать тону романа, но она…

Анна-Мари выделялась так же ярко, как истинный огонь в ледяных пустынях. Она должна была мне помочь с Любовью, а в итоге лишь сделала сюжет куда сложнее. Еще и этот эльф! Мало мне конкурентов… С Любовью, конечно. Я про Дарниэля. О боги, перед кем я оправдываюсь? Что за чушь?

Я залпом осушил бокал.

– Лучше бы твой план сработал, да поскорее, – бросил я. – Сама знаешь, проклятие делает драконов настолько бесчувственными, что через какое-то время холод просто сводит их с ума. Апатия, кровожадность – кто знает, какое безумие ждет меня?

– Перед этим проходят тысячелетия, – фыркнула богиня.

– Не в книге, – коротко ответил я. – Все стало иначе. Я чувствую, времени мало. Эта петля будет последней, которую я проживу. Следующая столкнет меня в пучину безумия.

Эветта недоверчиво посмотрела на меня и вздрогнула, когда осознала, что я не шучу. Дурак… Я искал легкий способ снять проклятие, а в итоге сам загнал себя в ловушку. И теперь день за днем лед в моей душе только крепнет, уводя все дальше от чувств, желаний и настоящей жизни.

Глава 39

Я слезла с Ала и пригладила взъерошенные волосы. Сначала мы просто играли спектакль для ректора, но теперь между нами возникла неловкость. Губы все еще покалывало от поцелуев.

Румянец залил мои щеки. Я целовалась со старшим братом своего бывшего! И Дарниэль точно побаивался родственника, то есть Ал обладал большим влиянием в семье.

Куда я вляпалась? Я подошла к двери на балкон и распахнула ее пошире, чтобы проветрить голову. Да, в комнате оставалась магия льда, но меня она игнорировала. Вот же гад чешуйчатый! Это все из-за него. Мы прекрасно беседовали с Алом, пока ректор не пришел, чтобы все испортить.

Я потерла щеки, словно так можно было смыть с них румянец. Пальцы были ледяными от ветра, но я все равно не закрывала балкон. Ведь тогда пришлось бы вернуться к Алвиниэлю и поговорить, а мне еще нужно было время. Что ему сказать? Как себя вести дальше?

– Мари, – тихо позвал меня эльф.

Я лишь слегка повернула голову, показывая, что слышу. Подойти к нему было просто страшно. В романе графиня даже не пыталась строить романтические отношения с наследным принцем эльфов! Так высоко замахнуться решилась бы не каждая. И я струсила.

Ал подошел сам. Он погладил мои плечи руками, а после мягко приобнял за талию, притягивая к своей груди. Мы стояли чуть ближе, чем следовало бы по этикету. На мгновение мне показалось, что он поцелует меня в шею, туда, где заканчивалась ткань строгого платья. Однако Ал лишь вздохнул.

– Прости, – сказал он. – Надеюсь, ты понимаешь, что я делаю это лишь ради твоего спокойствия и безопасности. Я мог бы соврать, что поступаю так из уважения к покойному другу. Но…

Ал развернул меня к себе лицом и пристально посмотрел в глаза. На его губах появилась слабая улыбка. Он нежно провел пальцами по моей щеке, чтобы убрать выбившуюся прядь за ухо.

– Но я просто хочу оберегать тебя, пока это возможно. Обещаю, если ты влюбишься, я сам разорву помолвку. Могу принести магическую клятву, чтобы ты не переживала. А пока я предлагаю тебе стать моей невестой.

Алвиниэль встал передо мной на одно колено и протянул раскрытую ладонь. По его коже побежали голубые искорки магии, быстро стекая к пальцам и формируя там круг. Прямо на моих глазах Алвиниэль сотворил кольцо.

– Ты согласна, Мари? – тихо спросил он.

Я прикусила губу от волнения, но все же кивнула. Мне хотелось верить в сказку. Мне хотелось знать, что в этом мире кто-то сильный и влиятельный хочет меня защитить. И сердце чувствовало, что Алвиниэль не навредит.

Он надел кольцо мне на палец, а затем поцеловал запястье. Я снова смутилась, но эльф сразу же отпустил мою руку и поднялся с колен.

– Ты не хочешь говорить о помолвке? – спросил он, склонив голову к плечу.

– Дарниэль не считал нужным рассказывать в Академии о наших отношениях, – ядовито произнесла я и тут же пожалела об этом.

Не думала, что захочу жаловаться Алу на его братца, но само вырвалось. Эльф нахмурился, услышав об этом.

– Я не это имела в виду, – поторопилась успокоить его я. – Просто не хочу, чтобы пошли слухи и сплетни.

– Хорошо, – кивнул Алвиниэль. – Мне убрать кольцо?

Я задумчиво посмотрела на тонкую полоску золотого металла с изумрудными листочками сверху. Кольцо мне нравилось настолько, что было жаль с ним расстаться.

– Пусть будет, – решила я. – Скрывать нет смысла, но и делать громких заявлений не хочется.

– Договорились, – улыбнулся Ал. – Проводить тебя до общежития?

Глава 40

Мы медленно шли через парк, обсуждая мою учебу и дальнейшие планы. Я решила поделиться с Алом желанием открыть свою модную лавку, и он одобрил эту идею и даже пообещал подыскать мне мастериц в помощь. Мы отлично проводили время, и даже в комнату возвращаться не хотелось.

С неба все еще сыпал мелкий снежок вперемешку с дождем, но Ал поставил над нами защитный купол, не дающий дурной погоде испортить прогулку. Мы делали уже четвертый круг по парку, но никого это не смущало.

– Это королевские катальпы? – удивленно произнес Ал, остановившись.

Влево уходила узкая дорожка, вытоптанная студентами. По бокам от нее росли деревья с крупными листьями, почему-то до сих пор не потерявшими своей зелени. С веток свисали длинные сережки – стручки с семенами.

– Не возражаешь, если мы немного изменим маршрут?

Я с улыбкой кивнула. Кажется, эта часть парка сгорела в ночь бала. Где-то совсем рядом мы с Лилит сидели на скамейке и жалловались друг другу на мужчин. А катальпы – плод работы наших преподавателей, которым пришлось срочно восстанавливать облысевшую часть парка.

Эльф с интересом рассматривал деревья, а я не отвлекала его разговорами, просто любуясь Академией, в которой мне предстояло провести еще несколько лет. Вдруг Ал резко остановился. Я тоже замерла, удивленно посмотрев на своего спутника. Его взгляд был устремлен куда-то вперед, на прогалину рядом с тропинкой.

Ал вскинул руку и выпустил в воздух сноп светлых искр. Их подхватил ветер, унося за собой. Сначала ничего не происходило, а потом искр стало больше. Я заметила, как медленно осыпается чей-то щит. А за ним…

Дарниэль целовал Любовь, стоя на прогалине. Наверное, стоило их поблагодарить, ведь они додумались хотя бы прикрыться щитом. С них сталось бы целоваться и у всех на виду. Кажется, никого не смущало, что совсем недавно Дарниэль разорвал помолвку.

Бывший жених не сразу заметил наше появление. Алвиниэль кашлянул, привлекая внимание брата. Люба тихо ойкнула и спряталась за спину к возлюбленному, вот только перенервничала и подожгла ему камзол. Дар выругался, стряхивая с себя пламя. Мы с Алом молча смотрели на это. Я – с веселым интересом, а вот мой новый жених – с тихой яростью.

– Брат, – негромко произнес Дарниэль, – позволь представить тебе Любовь Иванову.

Ал выгнул бровь и смерил бедную первокурсницу таким взглядом, что даже меня зацепило. Я невольно выпрямилась, стараясь держать идеальную осанку. Рядом с Алом даже потомственная аристократка смотрелась как бедная родственница без манер и образования, что уж говорить о юной попаданке? Конечно, речь шла о Любе. Кроме дара у нее ничего не было. Отсутствие связей еще можно было компенсировать мозгами, но… По сюжету попаданка была одаренной, и этого ей хватало.

– И давно? – прерывисто произнес Алвиниэль.

Дар сделал вид, будто не понимает вопроса. А вот Любе захотелось подчеркнуть свой статус и еще раз показать мне, что между мной и эльфом все кончено. Должно быть, ей стало скучно из-за слишком легкой победы. Ректор не ошибся – Любе было важно соперничество, а не результат.

– Мы любим друг друга, – сказала она.

– И когда вы это поняли? Сегодня? – процедил Ал.

– С первой встречи.

Люба вздернула нос и вышла вперед. Она широко расставила ноги, словно готовящийся к бою воин. Однако на встрече с эльфийскими принцами это смотрелось скорее смешно.

– Я что, не подхожу вам, потому что не родилась с золотой ложкой во рту?

На скулах Ала заходили желваки. Он сжал мою руку в своей, а после нежно погладил большим пальцем запястье. Когда эльф заговорил, в его голосе прозвучали виноватые нотки:

– Анна-Мариетта, прошу, оставьте нас. Кажется, Дарниэль забыл упомянуть некоторые подробности вашего расставания.

– Надеюсь, скоро вас посвятят в детали, – спокойно улыбнулась я и кивнула Любе: – Приятной беседы с будущим родственником. Дарниэль. Было неприятно повидаться.

Бывший начал что-то говорить, но Алвиниэль прервал его одним лишь жестом. Они молчали, пока я не отошла достаточно далеко, чтобы не слышать их диалога.

Я была благодарна тому, что Ал не стал посвящать меня в детали их разборок. Мне и своих проблем хватало.

Глава 41

Я добралась до комнаты без приключений, а там меня уже ждала взволнованная Лилит. Вампирша расспросила меня, где я пропадала, а потом угостила своей фирменной нюхательной солью. Как она утверждала, так лучше спится. Главное не спиться.

Мы действительно пробыли в царстве Морфея куда дольше, чем обычно, и проснулись лишь к третьему будильнику. Времени на сборы оставалось катастрофически мало, а первой парой значилась боевая подготовка. На нее опаздывать нельзя. Местный физрук гонял перваков так, словно лично обещал ректору, что до сессии дотянет не больше половины.

На площадку мы прибежали последними, доплетая косы уже по дороге. У Лилит на щеке красовался след от подушки, а мои глаза покраснели и чесались – уснула с пакетиками ромашки под глазами. Хотела убрать следы слез, а в итоге сделала только хуже.

– О, Мари! – тихо окликнул меня кто-то в строю.

Я не шелохнулась. С минуты на минуту должен был подойти преподаватель, старый Шаграс. Я скорее съем любимые туфли, чем рискну его разгневать.

– Мари! Пс-с-с! – продолжал добиваться моего внимания кто-то из толпы.

Я все же обернулась и заметила в третьем ряду давнего знакомого. Рыжий широко улыбался и, кажется, был очень доволен жизнью. Как же его звали? Векс или Лекс?

– Погано выглядишь, – с лучезарной улыбкой сообщил мне рыжий. – По какому поводу?

– Ромашка, – сухо ответила я и отвернулась.

– Цветок тебя бил или расстраивал? – хохотнул он. – Ладно, я не за этим. Мари, у тебя…

Тут раздались тяжелые шаги. На площадку из оружейной поднимался самый грозный преподаватель Академии. На вид уж точно! Это был герр Шаграс, плечистый орк с оливковой кожей и клыками, выпирающими над губой. Нависшие кустистые брови придавали ему неповторимое “очарование”. Орк словно постоянно хмурился, а с его привычкой смотреть на всех исподлобья… Видок у преподавателя был тот еще. Лилит на первом занятии чуть в обморок не упала. Некоторым первокурсницам повезло меньше.

Всех, кто визжал и тянулся за нюхательной солью при виде его, Шаграс не щадил. Он вообще ни к кому не питал нежных чувств. Преподаватель считал, что лишь суровая школа жизни у него на парах поможет нам добиться учпеха. Сочувствие у него вызывал лишь адепт, которого на Земле прозвали бы шкафом. После тренировки Шаграс подходил к нему, сочувственно хлопал по плечу и говорил:

– В натуралку тяжело, брат.

Я не понимала смысла его слов, пока Бран мне не объяснил. Некоторые боевики принимали зелья для роста мышц, но у Шаграса это было строго запрещено. А как только парни отказывались от химии, у них начинало болеть все – так называемый откат. Без зелий дело шло плохо, мышцы быстро сгорали, и приходилось набирать форму с нуля.

Вот и доставалось адепту, который до поступления в Академию активно использовал магические средства. Шаграс хоть и поддевал его, но по-своему сочувствовал, когда видел, как парень теряет форму.

– Адепты! – гаркнул преподаватель. – Ровняйсь! Смир-р-рна!

Мы вытянулись в струнку, стараясь даже не дышать. Те, кто приходил на пару последним, оказывался на передовой. Остальные занимали места в третьем ряду, где недовольный взгляд преподавателя не мог их сразу найти.

– Десять отжиманий, – скомандовал Шаграс.

Конечно, это было задание для первого ряда, из раза в раз состоявшего исключительно из девушек. Да, прекрасный пол опаздывал с завидной регулярностью. Мы быстро приняли упор лежа и принялись пыхтеть. За несколько дней в Академии все усвоили, что чем быстрее приступаешь за выполнение задания, тем меньше дополнительных условий даст преподаватель.

Я тяжело дышала и пыталась на трясущихся руках изобразить хотя бы пять отжиманий. Слева от меня страдала Лилит. И где-то там уже вставала Люба, единственная девушка, у которой была отменная физическая подготовка.

Шаграс вовсю гонял парней, выкрикивая обидные прозвища и угрожая подзатыльниками. Я с трудом закончила упражнение и начала подниматься, чтобы тут же получить новое задание:

– Иванова, Лютенберг! В круг.

Я с недоумением посмотрела на преподавателя, затем на соперницу. Оказалось, мы с ней первыми закончили отжиматься, вот Шаграс и решил пристроить нас к делу.

– В круг? – переспросила я.

Орк рыкнул и ткнул пальцем в место для боев. Мы уже пару раз видели там старшекурсников, и я совсем не ожидала, что сама окажусь в таком круге. Люба поспешила к указанному месту. Пришлось последовать за ней, чтобы лишний раз не злить преподавателя. Как только мы подошли к площадке, на песке появилась линия – тот самый круг.

У меня по коже побежали мурашки. Тут не надо быть архимагом, чтобы понять, что сработал защитный контур, не дающий заклинаниям вылететь за пределы ринга.

Нас что, и правда заставят драться?

Глава 42

Шаграс не признавал полумеры и считал, что выживает лишь сильнейший. Я понимала, почему оказалась на ринге напротив Любы. Старый рубака знал, что Иванова одна из сильнейших – и по уровню дара, и по физической подготовке. И он выбрал ту, которая показала самые близкие к Любе результаты. Ту, которая первой закончила отжиматься. Ту, которую было не жалко использовать в качестве наглядного примера и подушки для битья. Ту, которой сам сюжет велел постоянно сталкиватьсялбами с главной героиней.

Шаграс выбрал меня. Потом он начнет ставить против Любы парней, которых она будет размазывать по стенке. Главная героиня, чтоб ее! Но первой жертвой придется стать мне.

Я нервно потянулась к своему скромному магическому резерву. Сегодня с утра заклинания получались нормально, еще и самочувствие улучшилось. Я подозревала, что этому поспособствовал перстень Ала. Однако он не мог меня защитить от огненной магии Любы.

– Вы там долго будете разглядывать друг друга? – рыкнул орк. – Начинайте.

– В рукопашную? – удивилась я.

Пора бы привыкнуть, что на боевке все вопросы – лишние. Я повернулась к преподавателю в надежде получить еще какие-то указания, но отвлеклась от соперницы и тут же получила только удар в живот. Люба не медлила. Она быстро повалила меня на землю и принялась бить, словно мы были настоящими врагами.

От боли в глазах потемнело. Я защищала лицо руками, но силы быстро покидали меня. У меня не было и шанса.

– Что, в бою деньги дядюшки не помогли? – прошипела Люба. – Только женихов покупать умеешь?

Ее кулак ударил мне в солнечное сплетение, отчего из легких выбило весь воздух. Я задыхалась не только от боли. Слова этой светловолосой идиотки с каждым днем задевали все больше. Я словно и правда становилось графиней, даже несуществующие воспоминания появлялись.

И обида дала мне сил. Адреналин бурлил в крови. Боль больше не отвлекала меня, а лишь делала меня сильнее. Вывернувшись немыслимым образом, я скинула Любу в песок и откатилась. Она начала вставать, и я швырнула горсть песка ей в лицо. Люба ругалась и терла глаза, а Шаграс захохотал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.