Дмитрий Шимохин
Восхождение язычника – 5

Глава 1

Переправились на другой берег спокойно, без каких-либо эксцессов. Подспудно ожидал каких-то изменений вокруг. Трава та же самая, солнце светит так же, ничего не поменялось, да и никто нас не встречал ни с хлебом-солью, ни с летящими дротиками.

Полдня мы двигались, не встретив никого, и наконец начали встречаться следы жизни людей, тропиночки и срубленные деревья. Вывернув из-за леса, в метрах пятистах перед нами предстало небольшое селение домов на десять, окруженное защитной оградой с открытыми нараспашку воротами.

– У-у-у, – раздался рог в руках одного из дружинников, стоящих рядом с воеводой.

– Вперед, – взревел Огнеяр.

Весь наш отряд ломанулся вперед большой нестройной толпой. Я успел удержать Могуту и его десяток, лишь потому что они находились рядом.

Толпа же, улюлюкая и что-то крича, неслась к воротам селения. Нас заметили почти сразу, и поляне, что находились за оградой, начали разбегаться в разные стороны, кто бежал в лес, а кто и в селение. Ворота начали закрывать, вот только не успели.

В селении один за одним начали влетать бойцы.

– А-а-а-а, – из-за ворот раздался первый крик, полный боли и страха, а потом еще один и один.

Я оглянулся и заметил, что даже моих десятников увлекла толпа, как и тех, кто присматривал за лошадьми, кони остались стоять брошенными.

– М-да уж, – пробормотал я себе под нос. – Могута, соберите коней, а то разбегутся, – брат кивнул и начал отдавать приказы своему десятку.

Переведя взгляд, я наблюдал, как огромная толпа втягивается в эти маленькие ворота.

«И куда они все лезут? Там же места столько нет, сколько туда людей лезет», – мелькнула у меня мысль.

Чуть впереди стоял Огнеяр в окружении своих дружинников и внимательно на меня смотрел. Так, что я направился к нему, видя это, воевода даже с коня слез.

– А ты что, решил ослушаться моего приказа? – со смешком поинтересовался.

– Да на кой я там? Они и без меня справятся, будут селян сейчас гонять, – и я кивнул на ворота, в которые до сих пор пытались пройти бойцы. – Там же яблоку некуда упасть.

– И то верно, но как бежали, – в тон хмыкнул мне Огнеяр.

Через час тех, кого не убили и взяли в плен, начали выгонять из селения. Мужики были избиты, а женщины, что моложе, в разорванной одежде.

– Пойдем посмотрим, чего они добыли, – хмыкнул Огнеяр и направился в сторону поселка, обернувшись, я подал знак Могуте, чтобы он присоединился к нам.

Дойдя до пленных, Огнеяр их внимательно их осмотрел, а тем временем бойцы начали выходить из селения.

Воевода оторвал взгляд от полян и посмотрел на бойцов.

– Взяли на меч первое селение. Поход начался удачно, а это значит, боги с нами, – проорал он и воздел меч над собой.

– А-а-а-а, е-е-е-е-е, – вторили ему криками бойцы.

– Я в вас и не сомневался, настоящие орлы, – довольно произнес воевода.

Мне хотелось хмыкнуть саркастически, было бы чем гордиться, но я удержался. Все же действительно первая победа, и люди воодушевлены, и это надо поддерживать.

– Значит, так, этих гнать в шею, – указал Огнеяр.

– Это наши трофеи, – донеслось откуда-то из толпы, а после еще пара выкриков поддержали говорившего.

Огнеяр нахмурился и обвел людей гневным взглядом.

– Трофеи будут, когда я скажу. В походе мы по воле князя, и ее стоит выполнить наперед. Так что гнать этих. В селе взять снедь, да, коли найдутся, злато и серебро.

– А лощадку-у-у? – донеслось жалостливо и проникновенно вновь из толпы.

– Ха-ха-ха, – начал я смеяться одним из первых, а потом и остальные подхватили, даже Огнеяр не удержался.

– Ой, не могу, лошадку, конечно, можно, – посмеявшись, ответил Воевода. Село же придать огню.

Как только он произнес это, все вновь закрутилось. Селян погнали пинками, и они мигом разбежались по окрестным лесам. Не всем пришлось это по нраву, но с воеводой не поспоришь.

В селе также была обнаружена пятерка холопов, трое из поморян, а еще двое то ли из лучижан, то ли из какого другого племени, я сильно вникать в это не стал.

Возиться с ними ни у кого желания не было, выдали им снеди и показали, в какой стороне переправа, благо до нее идти недалеко, да и пожелали доброго пути. Наше воинство еще обзавелось двумя телегами, запряженными конями, в них и сложили добытую снедь да приглянувшиеся трофеи и шкуры, несмотря на слова Воеводы. Который, глядя на это, лишь тяжко вздохнул и махнул рукой.

К тому же было трое раненых, и мне пришлось заняться их лечением, благо раны были легкие и я смог, не напрягаясь, вернуть их в строй.

Мы покидали это селение, а оно полыхало за нашими спинами, черный дым подымался до самого неба, а вереница бойцов шла дальше к новой цели, не оглядываясь назад.

К следующему селению вышли под вечер, оно маячило впереди в нескольких километрах.

Огнеяр принял решение брать его с утра, а пока сидеть и не дергаться даже в ту сторону. Лагерь разбили на берегу какой-то мелкой речки, можно даже сказать, ручья.

Когда костры вовсю пылали, я погнал всю свою сотню мыться выше по течению. И сам подал пример, окунувшись в прохладные воды, смыв с себя грязь и пот. Там и остальным пришлось лезть.

С самым рассветом мы выдвинулись к селению, и нас встретили запертые ворота, над которыми торчали головы его защитников, поглядывающих на нас со страхом.

– Эге-гей, кто вы такие и зачем пожаловали сюда? – раздался чей-то крик со стороны селения.

Воевода ничего не ответил, а вот от наших бойцов полетело улюлюканье и оскорбления.

– Могута, – обратился я к брату, что был рядом, – передай Гавру и Вуличу, пусть их десятки идут в лес и быстро вяжут лестницы. А остальным, чтобы не лезли первыми, я посмотреть хочу, как будут брать поселок.

– Хорошо, – кивнул он. – Вот оно как, а то я думал, чего мы не поможем. Ведь с нашими силами мы легко сломаем ворота.

– Легко, – кивнул я. – Говорю же, посмотреть хочу, как без наших сил справятся, – пояснил я.

Брат, почесав затылок и взяв несколько человек, отправился передавать мои слова.

Я же направился в сторону воеводы, который расположился чуть в стороне, рядом с ним уже стояли все сотники и что-то обсуждали.

При моем приближении они замолкли.

– Хм, я там людей отправил лестницы вязать, – произнес я.

– Ха, да на кой? – со смехом произнес Радим. – Было бы городище, тогда – да. Надо было бы и таран, а тут что? Ворота легко порубить можно будет. Так что ты глупость сотворил, видно, нечасто селения брал, – произнес сотник и запустил в бороду пятерню.

– Согласен, порубить ворота и всего делов, – степенно высказался Вагнар. – Токмо дротики метать надобно али стрелы, чтобы эти не шибко мешались, – и он указал рукой на маячивших защитников.

– Это да, – высказался Млад. Огнеяр лишь кивал в ответ с улыбкой. Мы же с Добраном просто переглянулись.

– Будут лучники, у меня около дюжины, – высказался я.

– То добро, – высказался Радим, – я сам лично людей поведу и первый окажусь за воротами.

– А чего это ты? – с вызовом произнес Вагнар. – Может, я первым там окажусь.

– Ха, ну это мы еще посмотрим. Пойду людей соберу, – и, не говоря больше ни слова, Радим развернулся и двинул к своей сотне.

– Не быть ему первым, – с уверенностью произнес Вагнар и отправился к своим людям.

– Пойду лучников соберу, чтобы этих прикрыли, – с улыбкой сказал я.

По пути мне попался Могута, так что я отдал ему приказ вертать Гавра и Вулича с его десятком, а также собрать наших лучников, и чтобы они прикрыли бойцов, которые на штурм пойдут, и чтобы защитники из-за стен носа высунуть не могли.

Отдав распоряжения, я вернулся к воеводе, который взирал на селение. Сотников на этот раз рядом не было.

– Сам на приступ не пойдешь? – с иронией спросил Огнеяр.

– Не-е-е, – протянул я. – Еще успеется.

– Хах, как скажешь, – задумчиво произнес воевода. – Как скажешь.

Из общей кутерьмы бойцов появилась дюжина моих лучников, которые стали метрах в семидесяти от ворот и начали с ленцой пускать стрелы в защитников, которые спрятались в стены.

Тем временем из общей толпы вышло два отряда по десять-пятнадцать бойцов, один отряд возглавлял Радим, а второй Вагнар.

– О, пошли, – прокомментировал Огнеяр.

Отряды шли спокойно, расслабленно и неспешно, прикрываясь щитами, а сверху на шлемы еще и шкуры накинули.

Когда до ворот оставалось метров тридцать, отряды ускорились и сделали резкий рывок вперед.

– Тук-тук-тук, – по воротам заколотили топоры, вгрызаясь в древесину.

Защитники тоже не сидели без дела, начав сваливать на отряды камни и пытаться метать дротики.

Лучники начали активно посылать в защитников стрелы. К ним присоединились и другие бойцы из нашего войска, даже появился небольшой отряд, что выдвинулся поближе к воротам и начал закидывать защищающих дротиками.

– Бум, кхк, – раздался особо звонкий удар топором, а после и скрип древесины.

– А-а-а, – следом прозвучал радостный рев бойцов, что штурмовали ворота.

В самих воротах появилась дыра, которую нападающие пытались расширить, но из дыры постоянно показывались острия копий, что мешали.

Пять минут, и дыру удалось расширить, в нее тут же полезли наши бойцы. Кто первым вошел во вражеское селение, Радим или Вагнар, я не успел рассмотреть.

– У-у-у, – прогудел рогом стоявший рядом с нами дружинник по взмаху Огнеяра. И все наше войско качнулось в сторону ворот, кроме моей сотни. Которой я в прошлый раз накрутил хвост, чтобы без моей команды они и не думали идти в атаку.

Повернув голову, я увидел, как вся моя сотня смотрит на меня в ожидании команды, и я махнул рукой, разрешая им присоединиться к атаке.

– Уа-а, – взревели они и кинулись к общей массе бойцов. Хоть я и не видел в их участии какого-либо смысла, но пусть хоть разомнутся.

Как позже выяснилось, первым в селение войти удалось бойцу из отряда Вагнара, а вот вторым был Радим, который изрядно получил по шлему кузнечным молотом, и мне даже пришлось его лечить и приводить в порядок.

В остальном все было так же, как и в прошлом селении, местных сначала помутузили хорошенько, а после с легкой руки Огнеяра выгнали взашей. Так же взяли четырех лошадок, которых запрягли в телеги. Да еще с десяток холопов освободили, которых по моему предложению усадили в эти же телеги править лошадьми и их же обихаживать. Селение, как и предыдущее, предали огню.

Освобожденные холопы показали ближайшее селение полян, до которого мы добрались всего за пару часов.

Ворота были закрыты, видимо, весть о нашем приближении уже дошло до них, а может, дым увидали.

В этот раз я решил проявить себя, пока все остальные тянули.

Свою сотню вывел вперед, они встали метров за сто до ворот, ощетинившись оружием и прикрывшись щитами.

Цепочка рун в голове, я, напитав ее силой, окутался воздушным щитом и под подозрительным взглядом Воеводы и остальных сотников легким прогулочным шагом направился к воротам.

В меня тут же полетели стрелы и дротики с камнями, но они не могли причинить мне вреда и легко отклонялись щитом ветра в стороны.

Я почти вплотную подошел к воротам, до которых оставалось метров пять, в голове вновь выстроилась цепочка рун, которую я наполнил силой, взмах рукой, и ворота сносит внутрь воздушным тараном.

Обернувшись, я увидел, что на меня с удивлением уставилось все наше войско, помимо моих бойцов, которые скалились во все тридцать два зуба.

– И долго вас еще ждать? – крикнул я, обращаясь к своей сотне.

– Яромир, уа-а, – взревели мои бойцы и бросились к воротам, а за ними и вся моя сотня, другие же застыли словно в оцепенении с открытыми ртами, переводя взгляд с пустых ворот на меня. Тут прозвучал звук рога, выводя людей из оцепенения, и они рванули следом за моими бойцами.

Мне пришлось даже отбежать в сторону, чтобы вся это толпа меня не снесла, и я направился к воеводе и сотникам, которые следили за каждым моими движением.

– Это ж как так ты смог? – первым спросил Добран.

– Я же говорил, что одаренный, – хмыкнул я и пожал плечами.

– Я думал, ты только лечить можешь, – высказался задумчиво Млад.

– Не только, – улыбнулся я.

– Так, значит, ты так любые ворота можешь снести? – с любопытством спросил Вагнар.

– Почти, – легко ответил я, заработав еще один задумчивый взгляд воеводы.

– А чего в прошлый раз так не сделал? – недовольно произнес Радим.

– Так, я ж никогда не видел осад. Вот и захотелось посмотреть, как вы справитесь, – легко ответил я. Радим же кинул на меня непонятный взгляд и погладил голову, куда пришелся удар молотом.

Тем временем в этом селении повторилось все точно так же, как и в предыдущих.

Селян выгнали, коней и холопов оставили.

В этот день дальше никуда не двинули и стали лагерем под стенами горящего селения.

Огнеяр же, немного подумав, начал меня агитировать на службу князю, обещая молочные реки и кисельные берега. Его даже не смущал мой отказ князю, в общем, с моим участием он уже в мыслях представлял, как мы всех нагнем и победим. Я же отшучивался, а после вообще начал игнорировать такие предложения. Было заметно, что воеводе это не по нраву, не привык он выступать в роли просящего.

Мы же шли от селения к селению, а наше войско разрасталось за счет освобожденных холопов и новых телег. На седьмой день нашего гуляния по польским берегам нам начали попадаться брошенные селения, было видно, что люди их покидали в спешке, бросая свое имущество. Такие селения мы не обходили стороной и сжигали.

Воевода даже заметил, что пошла молва о нас и о том, какое разорение мы несем. А значит, мы выполнили свое предназначение, теперь можно и о трофеях подумать и поворачивать назад.

Через два дня, когда воевода уже подумывал отдать приказ возвращаться, мы наткнулись на городище, не особо большое, может, на тысячи три жителей. Без меня войско наверняка бы кровью умылось, беря его в осаду, к тому же Огнеяр прекрасно понимал, что в скором времени могут явиться и защитники и мы будем зажаты с двух сторон.

Но, благодаря моему дару, осада не нужна. Я вновь легко вскрыл ворота, и бойцы влились внутрь. К вечеру город был полностью взят на меч.

В этом городке пришлось задержаться, обшаривая все дома. Вот только мне пришлось вновь становиться лекарем, хватало раненых, да и убитые тоже были. Это было не зря, трофеи взяли богатые, и золото, и серебро, да и полян похолопили, в основном стараясь брать молодых девок да ремесленников. Заодно и освобождая тех, кто был у них в холопстве. В общем, вышло весьма достойно. Одних похолопленных более трехсот, а телег более сотни, забитых разным скарбом.

Когда мы вывались из разрушенного города, Огнеяр отдал приказ поворачивать назад. Скорость нашего войска упала, так что двигались обратно со скоростью черепах, и, видя это, я смог продавить на совете решение об организации конной разведки. Благо коней, не запряженных в телеги, хватало.

Семь дней мы добирались до переправы, когда до нее осталось, на мой взгляд, пару часов хода, к телеге, на которой я передвигался, прибежал один из дружинников Огнеяра.

– Тебя воевода требует.

– О как, – выдал я, замечая, что все войско начало останавливаться.

Спрыгнув с телеги, я поспешил в начало колонны, где находился Огнеяр. Вид у него был смурной и задумчивый, к нему спешил не только я, но и другие сотники.

– Чего звал, воевода? – первым спросил Млад.

– На переправе войско полян, нас ждет, – тяжело произнес Воевода, окидывая нас суровым взглядом.

Глава 2

Спрыгнув с телеги, я поспешил в начало колонны, где находился Огнеяр. Вид у него был смурной и задумчивый, к нему торопился не только я, но и другие сотники.

– Чего звал, воевода? – поинтересовался я.

– На переправе войско полян нас ждет, – тяжело произнес Воевода.

Когда подошли и остальные сотники, Огнеяр и их ошарашил новостью. О, какой был спектр эмоций на лицах.

Вагнар начал ругаться, Млад нахмурился, Радим усмехнулся в бороду, а на лице Добрана мелькнул страх. Колонна меж тем начала останавливаться на отдых по приказу воеводы, но без костров.

– Много ли их там? – первым отмер Радим.

– Поболе чем нас, вполовину больше, так видоки сказали. Встали возле самой переправы и ждут, со слов видаков, они там не так давно, – спокойно ответил Огнеяр.

– Вот же ж, почти выбрались, – пробурчал Вагнар.

– Это да, и не поспоришь, – произнес Млад, смотря в сторону.

– Я вижу два выхода, – начал говорить Огнеяр, и все взоры обратились к нему. Мы пытаемся уйти к другой переправе, – и глянул на нас.

– Хм, мы медленно идем, нас наверняка смогут углядеть, – высказался Млад.

– Ты прав, а коли углядят, кинутся за нами в погоню, – зло произнес Вагнар.

– Возможно, а возможно, и уйдем, – твердо сказал Огнеяр. Я же молчал, сотники правильно говорят.

– Можем в бой пойти. Опрокинем заслон полян и уйдем к нам, вот только добычу бросить придется, – озвучил второе предложение Огнеяр.

Вот только, судя по лицам сотников, предложение бросить добычу не нашло отклика. Если они так прореагировали, то и людям не придется это по нраву.

– Люди не бросят добычу, каждый будет тащить до последнего, ругань будет, а какой уж тут бой, о мошне будут думать, – пробурчал Радим.

– Эт верно, – закивал Добран.

– Трудно будет убедить все бросить, до крови может дойти, так что уж лучше к другой переправе идти. Так хоть шанс есть, – зло произнес Вагнар. Судя по всему, бежать от драки ему было не по нраву, но и бросать добычу, как и остальным, не нравилось.

На нашу компанию вновь опустилась тишина, и все задумались над словами воеводы.

– К другой переправе идем, – махнув рукой, произнес Радим.

– В путь, – высказался Вагнар и было видно, что такое решение дается ему с трудом.

Млад глянул на нас и, выдохнув, произнес:

– В путь, – а следом и Добран, глядя на старших, высказался за то, чтобы уходить.

Все взгляды скрестились на мне.

– Глянуть бы на полян для начала. Есть одна мысля, – высказался я, и сразу раздалось парочка хеканий.

– Значит так, – произнес Огнеяр. – Немного на роздых, и собираемся в путь. Первым пойду я, в начале. С боков Вагнар и Радим, дальше Добран и Млад. Последним Яромир. Ежели нас догонят, Яромир, ты их задержишь и сразу уходишь, так что идти тебе налегке.

Тут уж я заскрипел зубами.

«Меня прикрывать кидает, оставляя на поживу. Вот же воевода. Это же почти смерть, и я наверняка потеряю многих своих людей. А там, видимо, и посговорчивей стану, на предложение пойти к князю на службу. Коли помру, значит, судьба такая. Вот же ж старый козел».

Видимо, у меня что-то мелькнуло в глазах, Огнеяр аж закашлялся.

– Надо глянуть на них, как они расположились. Тогда я свое мнение озвучу, может, и не стоит бежать, дозволь посмотреть, воевода, а там и еще раз обсудить?

– Хм, ну глянь, – легко согласился Огнеяр.

– Благодарю, – с усмешкой произнес я и поклонился.

Посмотрим на полян, и, коли будет бой с ними, кровью умоются, а остальные поймут, не стоит со мной связываться и в бою сходиться. Будет вам урок, со мной лучше договариваться, иметь в друзья!

– Тогда тех, кто их заприметил, к тебе отправлю, они покажут, – буравя меня взглядом, произнес Огнеяр. Еще раз поклонившись, я отправился к своим людям.

У телеги меня сразу окружили, всем было интересно, зачем воевода созвал сотников и о чем мы так долго беседовали.

– Могута, седлай двух коней, со мной поедешь, а остальным быть готовыми к бою на переправе. Нас ждут, – произнес я.

– О как, хорошо, сейчас сделаю. Варей, слышал? Седлай, – начал раздавать распоряжения.

– Много ли их? Когда бой? А что делать? – полились вопросы от ближников ко мне.

– Все потом, просто будьте готовы, и люди пусть будут готовы, – рыкнул я на них.

Не успели оседлать лошадей, как появились два всадника, я пригляделся к ним. Как мне показалось, они были из сотни Вагнара, оттуда Огнеяр отбирал разведчиков.

– Воевода приказал тебе полян показать. Будя ты на них очень уж поглядеть желаешь? – произнес один из них, седовласый воин с огромными залысинами на голове.

– Верно, – кивнул я.

– Да что на них глядеть, на бережку сидят, нас ждут, – весело хмыкнул второй, что был помладше, со светлыми, как пшеница, волосами и огромной бородой, которую за пояс можно было заправлять.

Как только кони были готовы, мы отправились к переправе. Старшего из разведчиков звали Лют, а второго Мстивой.

Наш путь занял не меньше часа. Мы остановились на опушке редкого леса, в стороне от дороги, ведущей к переправе.

– Вот узнаешь же дороженьку, по которой мы пришли, – указал на небольшой пригорок Лют.

– Узнаю, – кивнул я, осматриваясь, в том числе и глядя на истоптанную дорогу, на которой виднелось множество свежих следов.

– Хорошо они встали, из-за пригорка-то и не видно сразу. Как подымишься да спускаться начнешь, считай, в руки и попал к ним. Вот только и их разглядеть легко.

– Вы их так и заметили? А они вас нет? – вскинулся Могута.

– Э нее, – глядя на меня с хитринкой, ответил Лют, а Мстивой довольно хмыкнул. – Мы их услышали, точнее, шум. Сам прислушайся, реку уже слышно, но там и другое было, – повертел Лют рукой в воздухе. – Так река не шумит. Вот это мы и приметили. Да не стали соваться, решили оглядеться. Коней вон там привязали. Да лесом прошли, а там и они, родимые, нас ждут дожидаются, – я покивал на слова Люта и слез с коня, а следом спешились и остальные.

– Мстивой, пригляди за лошадками, а мы, стало быть, еще разок сходим, – и Лют передал поводья своему напарнику, а потом и мы.

– Я чуть подальше отойду тогда, – произнес Мстивой, – а то заржут ненароком.

Получив мой одобрямс, он повел коней в сторону, а мы двинулись в лес. Первым двигался Лют, и шел он достаточно умело, по крайней мере, нам с Могутой не уступал.

Присев возле одного из кустиков, Лют указал вперед и тихо зашептал:

– Вот отседова их хорошо видно, можно, конечно, ближе подобраться. Но зачем? Они по лесу шастают, да и наверняка секреты выставили.

Присев рядом с Лютом, я вгляделся в сторону реки, и действительно, там была огромная толпа вооруженного народа.

Сейчас большинство отдыхали без доспехов, но были и десятки людей при оружии.

– Раз, два, три… – начал я десятками считать людей. – Тысяча шестьсот двадцать два, – подвел я итог. Многовато.

– Немало, всяко больше нас, – тихонько хмыкнул Могута, а Лют лишь кивнул.

Расположились они не у самой кромки воды, а метров за триста до нее. Их окружал лес, с одной стороны достаточно густой, а с другой редколесье.

Расстояние между лесами было около километра, а может, и чуть меньше. Если считать от пригорка, километра два до берега. Пригорок имел пологий спуск и буквально через метров сто выравнивался. Мда, интересный расклад, а в моей голове окончательно созрел план, как мы их можем разбить.

– Возвращаемся, – произнес я спустя еще две минуты, и мы направились обратно.

Мстивой не так далеко ушел, но скрылся в лесу, когда мы подошли, он указал в сторону пригорка рукой.

– Я там людей видел. Нас не заметили, но ежели мы рядом проходить будем, углядят. Наверняка на пригорке кто есть, да на дерево видаков усадили.

– Молодец. Глазастый, – хлопнул я Люта по плечу.

Уходить пришлось аккуратно, сначала вдоль леса, но вот с конями это было тяжелее.

Вернувшись к нашей колонне, я велел Могуте позвать всех сотников к воеводе, а сам не спеша утолил жажду и направился к Огнеяру.

По нашему же лагерю вовсю шла суета и люди готовились к переходу, на лицах мелькали озабоченность и страх.

Огнеяр сидел на земле возле колеса телеги и при виде меня поднялся.

– Ну что, поглядел? – с ехидцей произнес он.

– Да, поглядел. Я сотников созвал, сейчас подойдут, и я выскажусь.

– Ну, давай послухаем, – степенно покивал воевода.

Не прошло и пяти минут, как все подошли.

– Поглядел я на полян, все как и сказывали. На переправе нас ждут. При хорошем оружии и в бронях. Также выставили догляд. Так что нас наверняка заметят и погонятся. Украдкой пройти не сможем, очень уж нас много, или бросать все и уходить. В том числе и тех, кого мы спасли из полона, мне бы этого не хотелось. Так что я предлагаю дать им бой и разбить, – серьезно произнес я.

– Их же больше, да и сам сказал, что вои там серьезные, – обеспокоенно произнес Млад.

– Так и мы не цыплята, – со смешком Радим.

– Мыслю, это не все, – произнес Огнеяр.

– Да, у нас есть то, чего нет у них, этим и воспользуемся, – с легкой улыбкой ответил я.

– И чего же? – первым успел спросить Добран.

– Одаренные богами! – веско сказал я.

– Тю, и что, ты их сам одним махом, что ли, разобьешь? А не надорвешься? Не, ты, конечно, ворота ломаешь, мило посмотреть, но все же маловато нас, – почесывая бороду, произнес Вагнар. – Не, подраться-то я готов. Меня никто трусом не называл.

– Так я и не один, – довольно ответил я.

На мне опять скрестились вопросительные взгляды, а Огнеяр нахмурился.

– Включая меня, нас трое одаренных, и этим мы и воспользуемся, – произнес я.

– Как трое? – удивленно спросил Добран, а Огнеяр начал сверлить взглядом.

– Вот так, у меня есть еще двое одарены богами и они не слабее меня, – твердо ответил я. Не много слукавив, и, нагнувшись к земле, достав кинжал, что подарил мне Триглав, принялся изображать три квадрата.

«Надеюсь, использование кинжала таким образом не сочтут за богохульство и оскорбления», – мелькнул у меня мысль.

Три квадрата я расположил в один ряд.

– И чего это? – пробормотал Радим, разглядывая квадраты.

– Вот смотрите, посередине встану я со своими людьми, у нас и броня хорошая и люди ученные мной же.

– Твоими людьми, не всей сотней, что ли? – сразу понял Млад мои слова правильно.

– Именно, – кивнул я. – Остальные из сотни отойдут по левую руку, – и я указал на левый квадрат, – и усилят его.

– Предположим, даст-то нам это что? – нервно произнес Добран, пытаясь вникнуть.

– Как мы начинаем сечу, когда грудь в грудь сходимся? Сначала пускаем дротики, – все начали кивать на мои слова. – Поляне так же наверняка поступят, вот только я смогу поднять ветер и отклонить их дротики, а после и успокоить ветер. От них мы урона не получим, а наши полетят точно в цель.

– Хм, дельно, – закивал Радим.

– Как и сказал Млад, ворота я кладу – милое дело. Так вот, сложить я могу не только ворота, но и людей. Это даже легче будет. К тому же я не один, как и сказал. Со своими людьми я смогу полян пройти насквозь и весьма хорошо проредить, а после мы развернемся и ударим им в спины, – кинжалом я протянул линию от среднего квадрата, показывая, как мы выходим вперед и разворачиваемся вправо.

– Таким образом их войско будет разделено на две части, а после правая сторона окажется зажата с двух сторон, – покивал Радим.

– Да, верно, но это не все еще. Пара дюжин лучников у нас найдется, переправу окружает лес, вот они пройдут этот лес и ударят по левой части полян сзади. Так что я предлагаю бой!

– Хм, – скривился воевода. Судя по всему, мое предложение ему не по нраву. Еще бы, добыча в руках, да и наверняка он уйти сможет. А тут бой, который ему не особо и нужен.

– Дельно, – произнес Вагнар и нагнулся к земле, рассматривая мои каракули. – Если выйдет, они кровью умоются и побегут. До конца явно стоять не будут, за их спинами всего лишь река, а не родной дом. Стоять насмерть они не станут. Я за, битва – это хорошо. Да и взять у них явно будет чего. Не бедные землепашцы.

– Это если выйдет, а если нет, – с сомнением произнес Млад.

– Битва в любом случае будет, – пожал я плечами. Просто так они нас не отпустят, так лучше драться, когда есть шанс победить. – Да и князю это придется по вкусу, наверняка их тоже воевода ведет, али еще какой ближник. Разбив их здесь, а нам честь и слава. Малым числом побили! – воодушевленно произнес я.

– Хороший бой выйдет, – с предвкушением произнес Радим.

– А, – и Млад махнул рукой, а следом и Добран закивал. Огнеяр немного постоял, помялся и тоже кивнул. Мы не оставили ему выбора, а то слухи поползут.

Мой план был принят. Не раз мы его проговорили, обсуждая разные мелочи. Огнеяр выдал мне один из сигнальных рогов. Чтобы я подал сигнал, когда пускать дротики. Отобрали так же сорок лучников, и десяток воев к ним придали, которые будут обходить полян.

Добытое же имущество расположили в ближайшем леске, с каждой сотни выделили по пять человек для охраны. Вооружили так же мужчин, освобождённых из холопства, чтобы они помогали в охране. Все же похолопленных хватало, и в случае, если они устроят бучу, охранники могли и не справиться.

Я переговорил с Накамом и Могутой о предстоящем бое, что придется дар применять. Парни были готовы, с братом также обсудил помощь в отклонении дротиков, ведь я один могу и не справиться и надорваться. Вдвоем наверняка будет легче, да и Могута вспомнил, как наши отцы совместными усилиями ломали ворота. Решили попробовать действовать подобным образом, даже немного потренировались, взявшись за руки, и, на удивление, контролировать ветер таким образом было легче.

Разобравшись со всем, наше войско выдвинулось к переправе. Подошли к пригорку, от нас отделился отряд лучников и направился в лес.

Мы же перевалили пригорок и начали спускаться воде. Поляне, видимо, были уже предупреждены и в спешном порядке вздевали брони и выстраивались.

– Многовато как-то их, – расслышал я рядом чей-то голос, но узнать не смог.

– Не боись, много не мало, – откликнулся я.

Мы шли не спеша, можно даже сказать, степенно и величаво. А может, мне так казалось.

Когда до выстроившихся полян осталось метров двадцать, мы остановились по приказу Огнеяра и тоже начали выстраиваться.

Я же остался только со своими людьми, они пока стояли рядами. Как только пойдем в бой, мы встанем клином. Я буду первым, а рядом со мной Гостивит и Дален. Мы на самом острие, так как у нас лучшие брони, и этим стоит пользоваться. За ними будут идти Могута и Накам, применяя свой дар, а там и остальные. Могута сейчас находился рядом со мной, чтобы в любое мгновение мы могли объединиться и выпустить силу ветра, уводя вражеские дротики в сторону.

Повсюду слышались крики вперемешку с руганью, которая летела в сторону врагов.

Вдруг из рядов полян вышел рослый боец и направился в нашу сторону, каждый шаг он бил топором по щиту.

– На бой вызывает, – пробормотал Путята. – Яромир, не хочешь размяться? А то о твоем бое под крепостью я столько слышал, вот бы увидеть.

Глава 3

Окинув вышедшего бойца взглядом, я задумался. Хороший бой и победа нам не помешает. Жаль, что я не могу выйти и рискнуть, от меня в этом бою слишком многое зависит.

– Я бы с удовольствием, – ответил я ему с усмешкой. – Вот только я нужен здесь, как и вы все, – надавил я голосом.

По рядам прошлось недовольное бурчание. Очень уж парни хотели выйти и показать свою силу и удаль. Путята скорчил рожу и отвернулся.

Тем временем из нашего войска начали выбираться бойцы и стали так же, как и соперник, бить щиту топором. Они даже ругаться между друг другом начали, о том кто сильнее и кто достоин выйти на бой.

Отовсюду летели крики поддерживающие того или иного бойца. Даже мои орали, поддерживая своих знакомых.

Точку в этом цирке поставил Огнеяр, который ненадолго вышел из наших рядов и указал на одного из бойцов. Им оказался один из дружинников князя, что были с нами.

Как мне шепнули, дружинника звали Ратко. Он был таким же рослым и здоровым как его соперник. На нем был норманский шлем, одет он был кольчугу, а в руках большой круглый щит с умбоном и топор.

Как только он шагнул вперед, народ разразился криками. Стоящие напротив нас поляне так же начали орать, и в нашу сторону полетели ругань и оскорбления.

Вот Ратко достиг своего соперника.

Сошлись в бою не на жизнь, а на смерть два бойца, два богатыря, между двух полчищ воинов. Они начали кружить как матерые лесные хищники, изредка обмениваясь ударами. Ни кто из них не шел напролом. Действовали умно и осторожно – оба были серьезными бойцами.

Удар. Прикрыться щитом и нанести ответный.

Вот только долго так не могло продолжаться. Соперник отпрыгнул назад, и Ратко шагнул вслед за ним. Вот только противник сразу же метнул свой щит в ноги Ратко, который не был готов к этому и запнулся, чуть не полетев на землю. И он раскрылся в этот момент, удерживая равновесие. Всего мгновение, но этого хватило. Соперник перехватил свой топор, взявшись за него обеими руками, и ударил сверху вниз. Всего один удар, но огромной сокрушающей силы. Прямо в грудь Ратко. Кровь пролилась!

Ратко рухнул на землю и не шевелился. На наши ряды опустилась тишина. Те, кто мгновение назад орал и подбадривал нашего бойца, замолкал.

Дружинник не подавал признаков жизни, а его грудь пересекала огромная рваная рана. Я видел как от туда хлестала кровь, заливая его. Возможно, будь у меня сейчас время и, если Ратко до сих пор жив, я бы смог его спасти. Вот только у меня его не было. Впереди бой…

– Аааа, – развернувшись в нашу сторону и подняв окровавленный топор, заорал победитель. – Вы все сдохните! Боги с нами! – продолжал неистовствовать победитель, а поляне поддержали его криками. Ведь победил их боец.

– Плохая примета, – услышал я озабоченный голос Гостивита.

Наши ряды молчали. Люди были подавлены этим поражением.

– Да твою же ж, – пробормотал я себе под нос и сделал пару шагов привлекая к себе внимание.

– Что носы повесили, а бойцы?!! – заорал я во все горло. – Победа им досталась, да и пусть! Это единственная их победа за сегодня. Ведь их поражение и смерть уже здесь. Мы уже здесь! За нашими плечами не один взятый посёлок и городок! Нигде не было у них победы. Так с чего вы взяли, что еще раз повезет?!

– Боги даровали победу им. Они с ними, – расслышал я чей-то крик.

– Не знаю, какие боги с ними. Но мой Бог Триглав всегда со мной, и он умеет шутить. Да и с вами здесь я – Яромир! Вы сами видели, как легко я ломаю их ворота. И в этот раз мы их так же легко поломаем…

– Верно! Возьмем победу! – начали раздаваться крики.

Не знаю, поднял ли я дух бойцам, и все ли воодушевились, но такими потерянными они уже не выглядели.

Я же быстро вернулся в строй.

– Могута, пора, – проговорил я, видя, как пошло шевеление в рядах противника.

– Дротики готовь!! – проорал я, беря брата за протянутую руку, и мы начали выпускать силу.

К такому я не готовился, да и не знал подходящих рун. Только чистая сила и контроль, как в старые времена.

Ветер окружил нас с братом, подымая пыль, а рядом стоящим пришлось отойти, от чего вокруг нас образовалось свободное пространство. Не сговариваясь с братом, мы подняли руки вверх. Я чувствовал ветер. Я будто был им и свободно парил. Слышалось, как скрипели верхушек деревьев. Я хорошо чувствовал брата. Ощущал его силу, как свою. Как она изливается из нас. Я был одновременно и собой, и братом, и стихией.

Единение.

У меня не было более подходящего слова.

– Уууу, – расслышал я звук боевого рога нашего противника сквозь весь творящийся шум, и в небо взметнулось более тысячи дротиков.

Я не раз уже видел такое, но как же это было чертовски завораживающе и красиво. Летящая смерть. Кажется, от них не укрыться и не спрятаться. Они настигнут и убьют нас.

Сила льется из меня потоком, я не сдерживаюсь. Резкое движение руки влево. Могута повторяет за мной, и резкие порывы разыгравшегося ветра сносят все дротики в сторону, словно они ничего не весят, легко и играючи. Они больше не угрожают нам и летят в другую сторону.

С меня льется пот, а дыхание сперло. Казалось простое движение рукой, а такой результат. Вот только он не дался нам легко. Могута пошатнулся и, выпустив мою руку, начал заваливаться. Меня тоже пошатнуло. Это было тяжело. Чертовски тяжело. Больше трети резерва как корова языком слизала. Кажется, на секунду даже в глазах потемнело, но я устоял. Мгновение и я выпускаю силу жизни. Она приносит облегчение, смывая усталость. Резкий взгляд в сторону. Могуту подхватили Дален и Путята. Брата всего трясет, и он весь бледен. Лицо в испарине, а дыхание прерывистое.

Сорвав с плеча боевой рог, я сунул его в руки Путяте. Он понял все сразу и, приложив его к губам, дунул.

– Уууу, – загудел рог, подавая сигнал уже нашему войску.

Воины тут же бросили свое смертельное оружие, но я не обращаю на это внимание. Я пытаюсь прийти в себя и в то же время помочь брату. Прикосновение к нему и я выпускаю силу жизни. Мгновение, еще одно и я вижу, как ему становится легче. Он смотрит на меня, и я вижу в его глазах облегчение и благодарность. Могута кивает и отстраняется от Далена и Путяты. Стоит твердо на ногах, хотя его и пошатывает.

– Ты как? – не удержался я от вопроса.

– Уже терпимо, но я пуст. Источник пуст, но я буду драться. Мой топор со мной, – на что я лишь киваю.

Тяжело пришлось брату, у него резерв силы меньше чем у меня. Вероятно, ему как более слабому пришлось тяжелее, хотя судя по моему первоначальному состоянию, это далеко не факт. Ведь у меня есть сила жизни, которая благотворно на меня влияет.

В источнике больше половины, и этого с лихвой должно хватить на бой. Ведь потребления маны благодаря рунам на заклинания уходит намного меньше.

Время же на поле боя не стояло. Запущенные нами дротики нашли свои цели, и в войске напротив видны раненные и убитые, и их не мало.

– Строй!! – ору я, воздев топор вверх.

Стоящие за моей спиной воины выстраиваются клином, все как на учениях. Не зря тренировались.

– Бой!! – вновь ору я и делаю первый шаг вперед.

Поляне тоже не стоят на месте и устремляются в нашу сторону, словно снежная лавина, которую ничем и никак не остановить.

За первым шагом еще один, потом еще один. Я уже прекрасно могу рассмотреть лица врагов, что несутся в нашу сторону.

В голове выстраивается цепочка рун, и наполняют её силой, вздымая руку с топором, немного разжав ладонь. С нее тут же вперед устремляется огромное воздушное лезвие.

– Аааа!!! – впереди раздаются крики боли и страха.

В рядах врага образовалась кровавая просека метров пять шириной и четырех в глубину. Не меньше пяти десятков врагов стали жертвами моего заклинания.

С боков слышится звон оружия и крики. Там уже сошлись грудь в грудь.

Враг впереди замер в страхе, видя этот кровавый пир. Да и мне не по себе от такого зрелища. Люди разрублены пополам. Часть из них пока жива, а стоны полные боли разносятся над землей.

Нас же никто не спешит атаковать, и вот мы уже идем по земле залитой кровью и шагаем по трупам.

Я вновь поднимаю руку, с которой срывается еще один серп. И снова целая просека, а люди валяться на землю.

Сзади я чувствую жар, и влево устремляется огромный шар огня. Это Накам начал действовать. Его хоть никто и не учил, о чем я жалею в данный момент, но парень, глядя на наши тренировки, самостоятельно занимался и даже достиг определенного успеха.

Сдвигаю руку вправо и вновь наношу свой удар. Еще одна просека. А впереди стоящие враги начинают разбегаться, бросая оружие и устремляясь в сторону леса.

Я же вырвался к берегу. Пара десятков шагов вперед и я поворачиваю вправо, а за мной и весь клин.

Поляне, видя угрозу с нашей стороны, как и разбегающихся товарищей, развернулись в нашу сторону и замерли. Я вновь поднимаю руку, сея смерть впереди. Всего лишь два удара в разные стороны – больше магичить я опасаюсь, а то вдруг и до наших доберусь.

Враги не выдерживают, начиная разбегаться кто куда от вида столь быстрой и страшной смерти.

Неожиданно перед собой я вижу смутно знакомые лица все в крови.

– Аааа! – на меня замахивается топором бородач.

«Точно это же с сотни Варнара или Радима» – мелькает мысль.

С поднятой руки срываются воздушные кулаки с минимальным наполнением силы, откидывая парочку бойцов и не причиняя им вреда.

– А ну стоять! Охолонули, – рычу я на них. – Совсем уже…

– Глянь, так это наши, – раздается впереди от одного из бойцов.

– А поляне где? – недоумевающий вопрос от другого.

– Бегут. Теперь туда, – и я указал на другой фланг, где вовсю идет жестокая рубка. – Все вместе разом! – Командую я.

На другом фланге враги не обратили внимания на потери, а может и не заметили поражение своих и побег. Все так быстро произошло и ситуация мгновенно изменилась для них.

Мы общим фронтом ударили по другому флангу, только пробежаться пришлось по кровавой просеке оставленной мной и не только. Парочку сгоревших и дымящихся трупов мне тоже попалось на глаза.

В этот раз заклинания я не стал использовать, а рубился вместе со всеми. Тело требовало действий, и я их дал, рыча и орудуя топором и щитом, раздавая удары.

Кровавый угар не обошел меня стороной. Вот враг рядом. Бей, руби, рви…

Я и бил, и рубил, и рвал.

Несколько минут ожесточенной рубки и все! Враг начал разбегаться.

Лучники, стоявшие возле леса, не давали просто так уйти и в спины летели стрелы.

– Победа. Ааааа! Яромир… Огнеяр. Во вломили то…, – раздавались отовсюду победные и радостные крики, а весь берег был усеян раненными и убитыми людьми.

Я стянул с себя шлем, так хотелось сесть и посидеть, отдохнуть. Напряжение и усталость дала о себе знать. Применение силы жизни – и мне стало легче.

Вокруг творилось непонятно что. Кто-то ходил и добивал раненных врагов. Кто-то потеряно бродил среди трупов или опустился там, где стоял.

– Десятники! – взревел я. – Раненых сюда! Ко мне.

Первыми пациентами были мои люди. Ко мне потянулась вереница раненых. Убитых не было, а вот раненых хватало. У кого-то легкий порез, а у кого и серьезная рана. У кого-то шишка на голове от полученного удара. У кого-то полноценный пролом и вся голова в крови и шлем не спас. Переломов и отрубленных пальцев хватало.

Пальцы я отправлял искать, а переломы фиксировал, не спеша лечить. Легкораненых же отправлял собирать трупы и оттаскивать в сторону. Работы мне хватало. Сначала по своим прошелся, а потом очередь и до остальных дошла. Ко мне тянулись, а я лечил, кого мог и как мог.

Когда закончилась сила в источнике, а от усталости закрывались глаза, я продолжал осматривать людей и помогать им. В один момент люди закончились, а я продолжал сидеть в полном отупении и опустошении.

Глаза сами по себе закрылись, и я вырубился.

Очнулся я через несколько часов, если судить по расположению солнца, укутанный на чем-то мягком. Рядом обнаружился Могута, Накам и Дален с Гостивитом.

Приподнявшись на локте, я осмотрелся вокруг. Убитые враги уже были раздеты до исподнего. Наших же уже отнесли в сторону и подготовили огромный погребальный костер. Там же в стороне стояла наша колонна со взятой добычей и холопами, которые сидели сжавшись.

– Яромир, ты как? – раздался голос брата, и он мне протянул мех с водой.

– Терпимо, – ответил я, и брат усмехнулся, а я утолил жажду.

– Это хорошо, – ко мне подскочил Гостивит. – Ты сидишь себе, а тут бац и валишься. Мы аж всякое подумали. А ты просто спишь, – со смешком добавил друг.

– Перенапрягся, – пояснил я. – Пожевать бы чего.

– Сейчас будет, – весело произнес Дален и унесся к телегам.

Тело все ломило, да и слабость была дикая.

– Как тут дела? Много убитых у нас? – поинтересовался я.

– Больше сотни, – сразу откликнулся брат.

– А этих, – кивнул я на врагов.

– Кто ж знает, ни кто не считал, – ответил Могута и почесал затылок. – Броней изрядно взяли как и оружия. Вот только многое чинить надо или в переделку. Воеводу захватили и еще каких-то важных. Воеводу нашли прям на поле боя. Ему по голове прилетело, и он без чувств был. Наши его чуть не прибили, но обошлось. Огнеяр рад радёшенек. Важный такой ходит, – усмехнулся брат.

– Хорошо, – только и произнес я, как появился Дален, притащив с собой дюжину яблок.

Я сразу их с удовольствием оприходовал, мне даже полегчало.

Через несколько часов заполыхал погребальный костер, а мы затянули прощальный воинский плач, прощаясь с павшими.

Не дожидаясь, пока он потухнет, мы начали переправу на родной берег. Никто не желал ночевать на поле брани.

Ночь прошла быстро, и с утра с немного наполнившимся источником я вновь приступил к лечению раненных.

Отдохнув мы отправились в Щецин. Обратная дорога мне показалась короче и быстрее. Мы возвращались домой с победой и с добычей. Вот такая она воинская слава. Подходя к городу, Огнеяр отправил гонцов вперед, дабы сообщили о нашем прибытии.

Нас встречал с почестями фактически весь город. Были и жрецы, и посадник, да и многие другие. Главное нас вышли встречать дочери князя.

Они лично поднесли кубок с хмельным медом Огнеяру, а после и нам с сотниками. Уважили – не отнять, не прибавить.

Мне кубок подавала младшая дочь князя. Я же смотрел на нее не отрываясь, и под моим взором она покраснела и потупилась. Красивая….

Глядя на нее у меня возникла шальная мысль, а не посвататься ли к ней. Не сейчас конечно, а позже. Бажена меня конечно устраивает более чем, но в нынешних реалиях можно иметь и больше жен. Да и с политической стороны женитьба на княжеской дочке мне многое даст и укрепит мои позиции на местном политическом олимпе. Да и мой сын в таком случае сможет претендовать на власть в этом княжестве. Да и без этого хватает плюсов, как и минусов. Надо будет со всех сторон поддерживать князя, да и что бы посвататься к княжеской дочке, надо соответствовать. Вот только до этого я еще не дорос, как бы себя не тешил.

После столь щедрого приема посадник приказал устроить пир в нашу честь. А княжеские дочки удалились. Не дело им в отсутствии отца присутствовать на таких мероприятиях. А жаль, я бы с ней парочкой слов перекинулся бы.

Пир разгорался возле самого города на месте нашего лагеря. Столы прямо на месте сколотили, а еду тут же на кострах готовили. Все просто и быстро.

Сотников усадили за стол вместе с воеводой и посадником. Была пара жрецов и еще какие-то уважаемые люди. Имена я запомнил, вдруг пригодятся, но в целом мне было плевать, очень уж хотелось домой. Сидели допоздна, и из-за стола ни кто не выбрался трезвым.

С утра пораньше началось самое интересное – дележ добычи. Сначала было распределение долей. Князю выделили двадцать долей. Его хоть и не было с нами, но поход он организовал. Выделял коней и еду, и вообще молодец и с ним надо делиться. Мне это не особо понравилось, но я промолчал.

Воеводе досталось пятнадцать долей. Мне тоже дали пятнадцать долей: десять как сотнику и еще пять сверху, как внесшему вклад при взятии городков и в бою. Огнеяр обещал дополнительно сотникам десять долей добычи, их мы и получили…

Когда доли были распределены, началась дележка. Первым выбирал представитель князя. В данном случае им выступил посадник, отбирая самое лучшее и дорогое.

Вторым был Огнеяр. Третьим вышло выбирать мне, все же по долям меня уровняли с воеводой. Я взял себе двадцать холопов, четверо из которых были мастерами, два бортника, да один кузнец и кожевник. Взял так же немного серебра. Больше двух килограмм на мой взгляд, а остальное металлами, броней и оружием.

Дальше потянулись остальные. До самого вечера продолжали рядиться. О, сколько споров и склок на этот счет возникало! Кто-то положил глаз на красивую холопку или вещь, а ее забрал другой, так что без драк не обошлось.

Пока все это происходило, я Могуту с двумя бойцами отправились проверить драккары и людей. С ними было все хорошо, и это была прекрасная новость. Бойцам, оставшимся на охране кораблей, я отсыпал серебра, чтобы им не было обидно.

С сотниками я прощался как с добрыми друзьями. В их глазах я был чуть ли не герой, а вот с Огнеяром было некое напряжение. То ли он завидовал мне, то ли обижался, что не смог уговорить на службу князю. Его же идею, дабы бы я прикрывал отход, я не забыл…

Пятеро из моих людей, получив добычу, изъявили желание покинуть мою службу. Обидно конечно, но и понятно. Брони я у них забрал, а оружие оставил – заслужили. Даже до Устки пообещал добросить вместе с добычей.

Ушедшим сразу нашлась замена. Ведь под мою руку попросилось сразу двадцать бойцов из моей сотни и десяток из других, так что я еще и в прибытке остался.

Меня же упросили договориться с дядей и через него реализовать полученное. Пришлось помогать и мотаться до Волина пару раз. Зорен с удовольствием принялся помогать в столь сложном деле, как прдажа добычи. В особенности за небольшую долю в этом.

Я же, видя объёмы и понимая, что мне не обойтись без торговли в будущем, а на драккары много не нагрузишь, договорился с Зореном, чтобы он в ближайшее время присмотрел и выкупил мне торговую ладью или кнорр. Под это дело отдал все добытое мной серебро и еще сверху золота отсыпал.

Когда торговая эпопея была закончена, я выдохнул и с легким сердцем отправился до Устки.

Путь был быстрым, ведь ветер был попутным моим кораблям, благодаря мне и Могуте.

Прибыв к городу, я отпустил людей на отдых, а тем, кому не куда было идти, поставил охранять корабли. Сам же поспешил к прадеду.

Рознег как и всегда бурчал, но было видно, что он рад. А после моих рассказов так еще и горд за меня. Когда я уже собрался отправиться к отцу, он огорошил меня новостью, что Керон объявился.

– А что я его не вижу? – завертел я головой, сидя у прадеда под навесом.

– Хах. Так он не тут нынче обитает, а возле города, в лесу, шалаш поставил и живет. Да и не один он, – весело добавил прадед, прищурив один глаз.

– Как не один? – не понял я.

– А вот так, не один, – развёл руками Рознег. – Надыбал себе три бабы, таких же, как и он сам, да еще двое мужей. Один совсем мальчишка почитай, а второй постарше. Ни к кому не лезут, да и к себе не пускают. Двое наших к ним сунулись из любопытства, так твой синекожий им бока намял. На копья хотели их поднять, да я запретил их трогать, они все же чужаки, а бузят. Так что угомони дружка своего. Сам к нему сходи, он тебя дожидается, – закончил прадед.

– Вот уж чего не ожидал, так что Керон своих соплеменников найдет. Да еще и у нас, – удивленно пробормотал я.

– Ага, – поддакнул весело прадед.

– Пойду, прогуляюсь, – поднялся я.

– Я пожалуй с тобой схожу, погляжу, – поднялся прадед следом.

Двадцать минут хода и мы подошли с прадедом где обосновался мой синекожий друг. Остановившись на опушке леса, я закричал:

– Кероня! Керон! Это я, Яромир! – спустя пару секунд в лесу мелькнул силуэт и Керон.

– Яром-м-и-р друж-же, – обрадовался синекожий и припустил ко мне. – Кер-рон нашел своих. Керон больше не один. У Керона есть семья, – начал вокруг меня радостно пританцовывать синекожий гигант.

– Поздравляю! – Искренне произнес я.

Тут из леса вышел еще один троль.

Он был выше Керона и сильно горбился. Весь его вид внушал, по-другому и не скажешь. Да и было заметно, что он намного старше моего друга. Да и вообще не простой. На его груди покоилось огромное ожерелье из мелких косточек, на руках были браслеты так же собранные из костей, а еще у него был большой посох, который так же увивали кости.

При виде его, Керон изменился, а на его морде отчетливо читалось опасение.

– Друж-же, меня прощ-щать. Я сказать ты мой новый вождь всем, – зачастил Керон.

Тем временем к нам приблизился второй тролль, пренебрежительно нас осмотрел и спросил что-то у Керона на гортанном языке. У моего друга еще больше опустились плечи, и он указал на меня своим когтем.

Незнакомый тролль внимательно меня осмотрел и принюхался, а после фыркнул и что-то проревел. В его голосе слышалась угроза, я вопросительно глянул на Керона.

– Полж-жин вызывает тебя на бой, победит стать новым вож-ждем, – потеряно произнес Керон.

– Чего????

Глава 4

– Полж-жин вызывает тебя на бой, победит стать новым вож-ждем, – вновь повторил Керон и даже шаг сделал в сторону от меня.

Прикрыть глаза и вдох полной грудью, а на выдохе открыть, – попытался успокоиться я.

Керон виновато смотрел на меня, прадед скалился и довольно улыбался. Еще бы, такой театр.

Названный Полджином, тролль смотрел на меня воинственно и в то же время пренебрежительно.

Я все прекрасно расслышал и, кажется, даже понял, но все же решил уточнить.

– Значит так, – произнес я, но в моем голосе прорывались нотки злобы с недоумением. – Ты нашел своих соплеменников? – обратился я к Керону, который тут же закивал.

– Привел их сюда, и, вместо того чтобы поселиться со всеми, вы встали отдельно, да еще и безобразничаете, людям бока намяли, которые вам ничего плохого не сделали и приютили. – В ответ на мой спич Керон бросил быстрый взгляд на второго тролля и опустил голову.

Полджин тут же что-то прорычал, смотря на меня, я же даже не взглянул в его сторону, и, видимо, ему это не понравилось, так как он сделал шаг в мою сторону, но мне было на него плевать. Кто он такой? И кем себя здесь возомнил?

– Керон, – обратился я к своему товарищу. Я рад, что ты нашел семью, но не надо так делать. Вы здесь все же чужаки, я помог тебе, а тут такое. А еще этот бросает мне вызов за место вождя, потому что ты меня таковым назвал.

– Да, – глухо ответил Керон.

– Так ответь мне, как своему вождю, какого? Вы подняли руки на моих соплеменников? – и я строго глянул на Керона.

– Яромир друж-же. Самки там, не привыкли ещ-ще, опасаются мы защищ-щали, не хотеть зла. Яромир – друж-же, – виновато произнес Керон.

– Понятно, – со вздохом выдавил я. – Теперь с этим, – развернулся я ко второму троллю. – С чего ради я должен принимать вызов этого Полджина?

– Ты… – на секунду замялся Керон, подбирая слова. Я назвать тебя вождем, ты обо мне з-заботиться и спасать, и помогать. Ты дружже, Роз-з-знег помогать, он друж-же, но вы не тролле. Вы людь! Полдж-жин старый тролле, упертый тролле, – и тут Керон бросил взгляд на моего прадеда. – Не принимать, не понимать жить с людь. Не хотеть понимать. З-земля другая, нет других тролле, нет духов предков, не видеть плохих людь, не понимать друж-же, – горестно закончил Керон, и тут Полджин опять что-то проревел на своем гортанном языке и сделал ещё один шаг в мою сторону.

Я махнул рукой, в его сторону, дескать, обожди. Полджин заворчал недовольно, но остановился.

– Если ты не ответить Полдж-жину, ты перестать быть вож-ждем, он им стать. Мы уйдем, я не хотеть друж-же, ты почти тролле, но не тролле. Уйти смерть тролле. Помоги, Яромир, друж-же, – с мольбой протянул Керон.

Однако вот ситуевина-то. Керон уже давно в этом мире, пообвык и прекрасно понимает, что без нашей помощи им придется туго, а точнее, поубивают как опасных и непонятных тварей. Если я соглашусь, стану для них настоящим вождем, согласно их логике, а там и заботиться надо будет. Забрать их с собой придётся, а не оставлять здесь под боком у прадеда, одно дело помогать одному Керону, который действительно стал другом, да и вообще пример адекватности.

– Хорошо, я согласен с ним биться, – медленно произнес я.

– Дружже, – радостно протянул Керон и тут же начал говорить что-то Полджину, который стоял сгорбившись и скалился, глядя прямо мне в глаза, демонстрируя клыки.

– Яромир, дружж-е, – зачастил снова Керон. – Полдж-жин старый тролле, сильный тролле, с духами предков говорить, ш-шаман, но друже Яромир сильнее. Не убивать старого Полдж-жина, мало тролл-ле.

– Постараюсь, – буркнул я. – Скажи ему, биться будем всем чем сможем, – и Керон тут же перевел, а Полджин довольно закивал, в сторону отошли прадед с Кероном давая нам пространство для поединка.

Я тоже не стал стоять на месте и сделал пару шагов назад, в итоге между нами с троллем было шагов семь. Все-таки для применения магии нужно место, мне казалось, что я легко уложу этого Полджина парочкой заклинаний, вот только все пошло не по плану.

Полджин выпрямился, перестав горбиться, и оскалился, после чего сорвал какую-то косточку со своей одежки, бросил на землю перед собой и, взмахнув посохом, что-то забормотал.

Мне было интересно, чего это такое он делает, поэтому и не спешил.

На месте брошенной косточки начал проявляться силуэт. Он рос и рос, сначала он был едва видимый, почти прозрачный, но с каждым мгновением набирал цвет, и вот уже там сидит огромный зверь, так похожий на волка, только мощнее и больше, он был мне по грудь, не меньше.

– Харвей цаше, – рыкнул Полджин и взмахнул рукой в мою сторону.

Зверюга тут же угрожающе зарычала, а ее шерсть вздыбилась, и она рванула мою сторону.

– Твою ж, – вырвалось у меня, и я начал судорожно выстраивать цепочку рун в голове. Это был воздушный кулак, как самый простой, влив в него силы, я запустил им в зверюгу, надеясь откинуть подальше, что даст мне время сотворить что-то поубойней.

Вот только мое заклинание прошло сквозь эту призванную тварь, не причинив вреда. Сотворить новое заклинание я не успевал и выхватил топор из проушины на поясе.

Тварь, как следует разогнавшись, прыгнула, метя мне в шею. Шаг в сторону, и избегаю удара, тварь проносится мимо. Взмах топора, и я бью ее по хребтине, надеясь если не перерубить его, то хотя бы сильно ранить. Вот только все без столку, топор и моя рука свободно проходят сквозь тварь, будто ее и нет вовсе, словно это призрачный фантом или мираж.

«Может, она ненастоящая?» – мелькнуло у меня в голове.

От удара я провалился вперед, а, чтобы не упасть, пришлось резко тормозить с выставленным топором.

Тварь тем временем не стояла на месте и, резво развернувшись, вцепилась мне в руку, в которой был топор.

– Агрх, – вырвалось у меня, а боль стеганула по всему телу. Рукав тут же окрасился кровью, и волчара начал трепать меня, словно детскую игрушку, мотая из стороны в сторону. Казалось, еще мгновение, и он перекусит мне руку.

Кровь капала на землю, я чувствовал, как клыки твари впиваются в мою плоть.

Несмотря на боль, я смог вновь скастовать воздушный кулак и кинуть в тварь, как и предыдущее заклинание, он прошел сквозь нее.

«Да как так? Как же тебя кончить?» – быстро проносилось в голове. Заклинание и хладное железо не причинили ему вреда.

Кинжал, вдруг осенило меня. Тот самый, что даровал мне Триглав, и я потянулся к нему. Тварь же не успокаивалась, продолжая трепать меня и валять по земле, но вот я ощутил рукоять кинжала, он в моих руках. Уперев колени в землю, я замахнулся и всадил кинжал в шею твари.

– Бам, – она лопнула словно воздушный шарик, будто ее не было. Рука разодрана по плечо, сплошное месиво. Все вокруг залито кровью.

– Грх, – раздалось впереди. Это уже забытый мной Полджин рыкнул и пошатнулся, он устоял благодаря тому, что вцепился в посох. Он злобно сверлил меня взглядом, и вот потянулся к еще одной косточке, висящей на его наряде.

– Ага, счаз, – сквозь боль шепчу я.

От боли туманит разум, но я успеваю мысленно построить цепочку рун. В этот раз это было поистине боевое заклинание. Воздушный таран я его автоматически выдал в силу привычки, оно сорвалось с моей целой руки, быстрее чем косточка упала на землю.

Вокруг же Полджина начал формироваться щит, сперва едва видимый и полупрозрачный, как и волк в первые мгновения своего появления. Вот только, видимо, защитой этот синекожий ублюдок не озаботился в самом начале, и та не успела сформироваться до конца, как в него прилетел таран.

Щит лопнул, но, видимо, он успел взять на себя часть удара.

– Бам, а-а-а, – таран смел Полджина, ломая ему кости, и откинул на пять метров. Так еще и по земле протащил.

– Яромир, дружже, – раздались взволнованные голоса прадеда и Керона, которые ломанулись в мою сторону.

Я не обратил внимания на них, мой взгляд полностью прикипел к Полджину, который так и лежал сломанной куклой, но вроде как был живой, шевелился и хрипел.

– Как ты? – раздался голос прадеда, а из-за него выглядывал взволнованный Керон. Рознег начал осматривать меня со всех сторон, а после приподнял мою покалеченную руку, заставив меня зашипеть и скривиться от боли. Боль накатывала волнами, видимо, адреналин притупил ее. Рука плохо чувствовалась и слушалась, шматы мяса висели, но кровь остановилась, да и виден был зелёный оттенок силы жизни. Видимо, ее я на рефлексах применил и сам не заметил. Пришлось напрячься и остановить лечение, а то мясо и мышцы срастутся неправильно, разбирайся потом. Лучше будет обрезать все, да и перемешено там все с тканью.

– Так, пойдем к Снежане, лечить тебя будем. Аника-воин наш, – пробурчал прадед.

– Позже! Помирать я пока не собираюсь, надо здесь все решить, – глухо ответил я. Все-таки небольшая слабость от потери крови чувствовалась, да и силой жизни я пользоваться перестал.

На мои слова Рознег нахмурился, но ничего не сказал.

– Керон, что черт возьми это было, что за зверь, откуда он взялся, это магия ваша? – обратился я к троллю и тихонько двинулся в сторону лежащего Полджина.

– Ага, ага, – закивал Керон. – Яромир друж-жу, я говорить. Полдж-жин старый мудрый тролле и ш-шамана. Духи предков знать и звать, – пояснил мне синекожий.

– Шаман, значит, – пробормотал я себе под нос. Что-то я не припомню, что Венетий о такой магии сказывал, вроде про гоблинских шаманах был разговор, но там другая магия у них и ни каких призванных тварей.

Тем временем мы приблизились к Полджину, который лежал на земле и пускал кровавые пузыри. Переломало его неплохо, руки и ноги раздробило. Даже видны открытые переломы, ребра наверняка тоже, и это на первый взгляд.

Хотелось добить его за фокусы, но они же меня и останавливали. Такой знаток мне пригодится, даже если людей учить не будет, наверняка многое расскажет Керону. И иметь подобных «шаманов» в будущем мне не помешает, опять же, новая школа магии, если Венетий узнает, что я убил его, меня с потрохами сожрет, а уж этого Полджина наверняка сможет раскрутить хоть на частичку знаний.

– Керон, Рознег подтвердите, что поединок закончен и я победил. Отныне я вождь для тролле! – произнес я.

– Ты победил в поединке, – торжественно произнес прадед.

– Ты вож-ждь, – сказал Керон и склонил голову.

– Брейм ван. Ан вис тролле. Крейм, велас кос, – неожиданно раздалось от лежащего Полджина, я вопросительно глянул на Керона, и он тут же перевел нам:

– Сильный вождь, сильное племя, а ему можно уйти к предкам.

– Ага счаз. Ты у меня жить будешь, скотина ты синекожая, я тебя с Венетием познакомлю, мучиться будешь у меня, но жить. Рано тебе к предкам уходить, – пробормотал я и нагнулся к Полджину, рассматривая его внимательно. Крепкий старик, кости переломаны, да и наверняка еще внутренние повреждения, не стонет и не плачет, о своих соплеменниках думает.

Прикосновение к его голове, всплеск силы жизни, и я погружаю его в сон, а после немного под лечил, должно хватить, чтобы до вечера продержался и не помер.

Разогнувшись и осмотрев дело рук своих, я заговорил:

– Его не трогать и не будить, вернусь подлечу, ясно?

– Да, друж-же вождь Яромир, Керон сделать, – закивал синекожий. Он бы явно рад, что я не убил Полджина.

– Вот и хорошо. Пойдем, деда, до Снежаны, – уже не так бодро проговорил я.

Рознег подошел ко мне и со старческим кряхтеньем закинул одну руку к себе на плечо. Я хотел сначала отказаться, ведь и сам мог дойти, но решил не обижать прадеда отказом, и таким образом мы неспешно направились к Снежане.

Зайдя на подворье, мы увидели ее, сидящую на земле и перебирающую травы в корзине, а вокруг парили светлячки.

– Эй, старая, сюда иди, – замахал ей прадед, и мы двинулись в ее сторону.

– Тебе надо, ты и иди, – сразу откликнулась Снежана, но с земли поднялась, отряхнув руки.

– О, Яромирушка, а с рукой чего? – сразу заметила Снежана. – Будто медведь погрыз, – легко произнесла она, смерив меня взглядом.

– Здрава будь, Снежана, – ответил я. – Почитай, так и было, – попытался я улыбнуться.

– А чего не догрыз? Подавился, видать, то немудрено, костлявые вы с Рознегом, – проскрипела ворчлива старая лекарка.

– Ты говори, да не заговаривайся. Ишь чего, – ответил прадед. А у меня все же вылезла улыбка, бранятся старички.

– Ой, ну тебя, от твоего ворчанья вороны замертво падают. А ты чего застыл, али забыл, куда идти, – и Снежана двинулась к одному из домов, тем временем светлячки подплыли ко мне и начали кружить.

– Потом поиграем, позже, – отмахнулся я от них, и мы с прадедом двинулись за Снежаной.

Зайдя в дом, я улегся на лавку.

– Снежан, срежешь лоскуты мяса, да и повязку потом, а там само заживет, – проговорил я, устраиваясь поудобней.

– Тоже мне выискался лекарь, ты кого учить удумал-то? – ответила Снежана, разжигая лучины в доме.

Тут ко мне нагнулся прадед, положил руку на лоб и выпустил свою силу.

– Спи, – прошептал он, и меня потянуло в сон, а я ощутил, что легко могу перебороть воздействие деда, но не стал сопротивляться и провалился в сон.

Просыпался медленно и с трудом, тело ломило и хотелось пить.

– Проснулся, голубчик? – услышал я голос Снежаны, как только разлепил глаза. В доме было сумрачно, свет лился лишь из открытого небольшого оконца из-под потолка и от лучин.

«Надо будет светляков Снежане привезти и греющих камней», – мелькнула мысль.

– Да, благодарю, – произнес я глухо.

– Вот и славно, – всплеснула руками моя учительница. – На-ка испей взвару, полегчает, – и она протянула мне кувшин.

Привстав с лавки, я тут же хотел в него вцепиться, но правую руку прострелила боль, заставив меня скривиться, да и слушалась она плохо. Взяв протянутый кувшин левой рукой, я опрокинул его в себя. Взвар был на травах, там легко угадывались ромашка, календула и еще с десяток различных трав.

– Ух, спасибо, Снежана, – протянул я и вернул кувшин, а сам приступил к осмотру своей руки, она была перевязана и в массе своей уменьшилась.

– Ты не переживай. Все хорошо, убрали лишнее. Рубаху попортить твою тоже пришлось, – горестно всплеснула руками Снежана. – Хороша рубаха была, и материал приятный, – казалось, ей было больше жаль рубаху, нежели меня, но у Снежаны весьма специфичный юмор.

– А хочешь, я тебе такого материала привезу, сошьешь себе платье, будешь первой красавицей в Устки, – с улыбкой проговорил я.

– А и хочу, – попыталась распрямиться Снежана и руки на бок положила.

– Хах, – улыбнулся я, еще раз глядя на нее, да и она засмеялась, а потом враз поменялась и серьезно на меня глянула.

– Эх, шальной ты, Яромирка. Вечно тебя куда-то тянет, не спеши на встречу к богам, рано тебе, – поучительным тоном заговорила она, на что я, потупившись, кивнул.

– И пообещай мне одно, когда я уйду к богам, ты позаботишься светлячках. Не бросишь их, – и она строго на меня глянула.

– Не брошу, но и ты раньше времени туда тоже не спеши, – и, поднявшись, я прижал к себе старую лекарку одной рукой и выпустил силу жизни, подлечивая ее.

– Я-то не спешу, но и чую, подходит мое время, – со вздохом произнесла она, отстранившись от меня. – Все, беги к Рознегу, он там стол накрывает, ты, поди, есть хочешь. Тебе силы нужны. Он тоже тебя своей силой лечил, когда мы повязку накладывали. Все, беги, – и Снежана подтолкнула меня к двери своей сухонькой ручонкой.

Есть мне действительно хотелось, и я поспешил к прадеду, по дороге использовал силу жизни и направил ее в поврежденную конечность. Спустя пару минут мне пришлось перестать это делать, так как уже захотелось жрать, будто я не ел пару дней.

Рознег действительно накрыл целый стол, было и вареное мясо, и репа, и каша, да и кувшинчик хмельного меда он также выставил. Пока я насыщался, он насмехался надо мной, в том числе и ненавязчиво, намекал, чтобы я забирал Керона и его соплеменников с собой, не уживутся они тут без моего пригляда, коли я для них теперича вождь.

– Благодарствую, деда, за трапезу, – отдуваясь, произнес я. – Надо теперь этого идти лечить, а то помрет.

– А надо? – с прищуром взглянул на меня Рознег.

– Надо, деда. Надо. Сам видел его магию, такая и пригодиться может. Да и расскажет, как с ней лучше бороться, если опять с таким сведут боги.

– Ну, может, и так, – с сомнением произнес Рознег.

Мы не сразу отправились к троллям, пришлось немного напрячь прадедушку и попросить, чтобы он озаботился прокормом моих людей на кораблях.

Вот тут Рознег разворчался, что я его по миру пущу, перед стариком действительно стало неудобно. Ведь помогает и кормит, а мои проглоты жрут немало, так что я пообещал, что все возмещу.

Также на подворье я подобрал пару прямых жердей и отрез ткани, которую тут же пустил на ленты.

Излечивать полностью Полджина не входило в мои планы, пусть помучается. Может, это было и мелочно, но эта синекожая скотина могла меня убить, если бы я не справился с его духом, и то повезло, что у меня был кинжал, дарованный богом. Да и руки я мог лишиться или калекой остаться, если бы не был одаренным или не было рядом прадеда, так что пусть мучается.

Полджин лежал там, где я его и оставил, рядом с ним сидели Керон и еще один тролль, по моложе, почти мальчик. В лесу также виднелись еще силуэты, и, судя по всему, это были их женщины. При нашем приближении они пропали.

Керон поднялся вместе со своим соплеменником.

Это действительно оказался со всем юный тролль, худощавый, с ярко-красным ежиком волос на голове, а из одежды на нем была только набедренная повязка с каменным ножом на ней.

– Как он? – сразу спросил я у Керона.

– Жживой, но плохо, хрипит, – тут же откликнулся он. – Это Явра, он младший. Вырастет, хорош-шим охотником будет.

– Здравствуй, Явра, – произнес я, рассматривая юного тролля, который глядел на меня с опаской, парень мне что-то ответил на своем языке, а после и согнулся в поклоне.

– Он приветствует своего вождя, – тут же перевел Керон.

– Понятно, – произнес я и приступил к лечению Полджна.

Первым делом вновь погрузил его в сон, а после при помощи деда и Керона наложил шины на руки и ноги, а также бандаж на ребра. У Полджина были и другие переломы ключиц и плечевых костей, которые я залечил сразу, да и так силой жизни его обработал, на этом и остановился. Остальное пусть само заживает, не умрет, а я посмотрю и смогу сделать выводы о регенерации троллей.

Как только мы закончили, я сообщил Керону, чтобы они собирались, так как в скором времени я покину Устку, и они вместе со мной.

Керон лишь покивал грустно и с непонятными эмоциями глянул на Рознега, также я приказал ему переговорить с соплеменниками, чтобы они вели себя спокойно, и разрешил ходить к Рознегу и назначил его старшим среди тролле.

По-хорошему мне надо было этих троллих позвать и самому на них глянуть, но я спешил. Хотелось сегодня отбыть в отчий дом, а не оставаться на ночь у прадеда. Ведь я хотел увидеть мать и отца. С отцом мне надо было обязательно переговорить, ведь у меня есть одна задумка, в которой мне понадобится его совет и помощь родичей, но и этого может оказаться маловато и придется привлекать людей со стороны.

Глава 5

До отчего дома добрался под вечер. Зайдя на подворье, я первым делом отвел коня на конюшню и расседлал его, не забыв налить воды в поилку и положить сена. Выйдя во двор и покрутив головой, я никого не обнаружил, но в воздухе витал аромат готовящейся еды, так что я направился к летнему очагу и не прогадал.

Мама крутилась возле очага и, судя по всему, готовила кашу, а на столе на глиняном блюде лежали поджаренные тушки рыб. Рядом на лавке разместилась Смиляна, которая пряла, точнее, тянула нить из огромных комков овечьей шерсти. Рядом с ней сидела Неждана и тетешкалась с моим уже подросшим братом.

– Здравы будьте, – громко произнес я, улыбнувшись, а после отвесил поклон.

– Ой, – ойкнула Смиляна испуганно, мама аж подпрыгнула от неожиданности, а Неждана так и замерла.

– О, Яромирушка появился, а мы и не заметили, испугал ты нас. Что же так подкрадываешься, – тут же начала причитать матушка и заключила меня в свои объятия.

– Да я не хотел пугать, – смутился я. Мама наконец-то выпустила и смотрела на меня с любовью.

– Вот гостинца для вас, – произнес я и полез в мешок, вынув оттуда два комплекта золотых височных колец, украшенных янтарем, и тут же передал, маме и Смиляне. Неждану тоже не оставил без подарка, но он был формальным, можно даже сказать, не от всего сердца, это было простое серебряное кольцо. Все-таки отношение у меня к ней так и осталось на прежнем уровне. Несмотря на то что она вошла в семью. Меня тут же одарили благодарственными взглядами, в том числе и Неждана, видать, не ожидала, что я расщедрюсь. Мне даже как-то неудобно стало.

Женщины тут же начали их рассматривать и примерять, когда радость поутихла, они приступили к расспросам, вновь вернувшись к своим занятиям. Мать к готовке еды, а Смиляна и Неждана к пряже.

– Велерад сказывал, что ты на зов князя нашего откликнулся, а видел ли ты самого князя? – завела разговор матушка, на что я только кивнул.

– А какой он из себя? Статен ли и красив, али немощен? – к разговору тут же с интересом подключилась Смиляна.

– Статен, – кивнул я. – А красив ли, так мне откуда знать, я ж не девка жениха себе выбирать, – со смешком отшутился я. – А батюшка где? Я думаю, он бы тоже послушал.

– На подворье где-то, – ответила мне Смиляна. – Неждана, сбегай, кликни Велерада, да скажи, что Яромир прибыл, – распорядилась она на правах старшей супруги. Неждана, не споря, тут же передала Смиляне брата и скорым шагом направилась на поиски отца.

Женщины тут же начали интересоваться делами Варны, я их заверил, что с ней все в порядке, она нынче в Новгороде и занялась лекарским делом. Хотел их обрадовать, что она не праздна, но точно ли это так, не смог вспомнить, так как за всеми событиями и забыл, в итоге промолчал на этот счет, а там и Неждана появилась вместе с отцом.

– Здрав будь, отец, – я тут же поднялся из-за стола и отвесил отцу поясной поклон.

– О, Яромир, – подошедший отец тут же заключил меня в объятья, я возвышался над ним на и смотрел ему прямо в макушку, в некоторых местах его волосы тронула седина.

«Как же быстро идет время», – промелькнуло у меня в голове, и накатили воспоминания о том, когда я его встретил на празднике после прохождения окончательного испытания мужества. Мда уж! Теперича и у меня у самого есть сын, который зовет меня тятя. В этот момент мне так тепло стало, отчий дом, и все этим сказано.

– Ну, присаживайся, – отец кивнул на стол, и мы уселись на скамью. Мама вместе с остальными быстро принесли снедь, и мы приступили к ужину, младшего же брата Неждана выпустила из рук, и он ползал под столом между наших ног.

Ели мы в тишине, наслаждаясь каждой ложкой каши и свежим испеченным хлебом, отец не спешил с расспросами, да и я не лез.

– Вот и потрапезничали, – протянул отец, откладывая ложку. – Как на пруссов ходил ты, я знаю, и как людей из полона освобождал, тоже мне ведомо. Жаль, с нами не успел, мы тоже по их лесам прошлись и многих из полона освободили, – горделиво произнес отец. – Рознег также сказывал, что ты собирался на зов князя отозваться. Успел ли?

– Успел, – кивнул я и рассказал, как все прошло. Женщин сначала интересовало, какой князь из себя, как были одеты княжеские дочери, наперебой летели вопросы, но отец шикнул на них, и мой рассказ вернулся к походу.

Узнав, что я был там сотником у воеводы Огнеяра, отец горделивым взором окинул жен. Когда дошло до большой битвы с полянами, батя нахмурился, а мама ойкнула. Да и остальные равнодушными не остались к моему рассказу, а уж саму битву я описывал во всех красках. Мда, во мне пропадает великий рассказчик. Во время наших посиделок отец кликнул холопа Хотена и велел ему растопить для меня баню. Вот чему я был действительно рад, помыться в горячей воде – это было истинным наслаждением.

После помывки я наконец-то остался с отцом наедине, и пришло время для серьезного разговора.

– Отец, я тут задумал сам в поход сходить, но боюсь, не сдюжу, – начал я, отец, отставив кружку с медом, вопросительно на меня глянул и запустил пятерню в бороду.

– На пруссов хочу сходить. Точнее, на какой-нибудь торговый городок, а не поселки мелкие разорять, там есть что взять, да и ударит это по ним сильнее, – и я для примера попытался вспомнить названия города, я там ладью с причала выкрал, но, сколько ни напрягал память, так и не смог.

– Так мы недавно сходили и хорошо им бока намяли, – усмехнулся отец.

– Это да, но их торговля в основном в городках происходит, а мы их и не трогали. Там они продают янтарь, свеям, данам, саксонцам и прочим. Если уж и бить по ним как следует, то по торговле и по этим городам, да и добыча там больше и богаче.

– Хм, – задумался отец и вновь запустил пятерню в бороду, я же не торопил его с ответом.

– Ты, Яромир, и так неплохую добычу взял с пруссов, как и я, да еще и воевода тебя не обделил, неужто злато да серебро глаза застилает?

– Золото, серебро, – протянул я. – Это просто металл, – в особенности для меня, ведь я живу уже вторую жизнь. Да и угроза Триглава висит надо мной словно дамоклов меч, заставляя шевелиться и заставляя поднимать ставки.

– Ну-ну, – отец иронично пробормотал отец.

– Отец, я обустроился уже, у меня если и не городище, то селение точно, и я хочу, чтобы оно процветало. Рядом еще пару селений поставить, а для этого нужны люди, хоть холопы, хоть свободные. Лучше, конечно, наших кровей, но я и на пруссов согласен. Янтарь мне нужен, а покупать у пруссов я его не желаю. Можно, конечно, и набрать самому, благо ведаю как. Вот только взятием города я и соседушек наших ослаблю, прибыток получу, людишек и янтарь, да и мастера там наверняка по янтарю найдутся, что то же хорошо будет. Да и все обогатятся, а там и местные, видя мое богатство, ко мне на службу потянутся, часть из них хотя бы. И я смогу взять их под свою руку и уже со всей уверенностью назвать те земли своими.

– Ишь, чего измыслил, – медленно произнес отец, в его глазах читалось напряжение, а голос отдавал холодком. Не думаешь, что тебе перья повышипают, ты бы еще князем назвался.

Я тут же закашлялся после слов отца, а ведь он не знает, что мы действительно ведем свой род от князя, да и я планирую им стать, у меня выхода нет.

– А как иначе? – и я развел руками. – Глупо будет не воспользоваться возможностями, а они у меня есть. Да и у рода нашего, мы в Устке и ее окрестностях самые сильные. – Отец ничего не ответил, лишь внимательно в меня всмотрелся.

– Излагай, как ты это мыслишь? – через минуту игры в гляделки произнес отец.

– Так все просто. Скоро дядька Колояр должен прибыть из Ромеи, его дожидаемся, он и поможет выбрать городок для похода. Я как раз свои дела сделаю и людей соберу к этому времени. Возгаря позвать можно, он ходил с нами уже на пруссов и не откажется еще раз сходить. Клич можно кинуть среди людей, в этот раз не тишком идем, будут бойцы, а коли мало, то и в Гдыне можно еще желающих найти, но тут уж ты мысли, раз с ними в поход на пруссов ходил.

– Хм, думать буду, – произнес отец, поднялся из-за стола и ушел в дом.

Хоть не отказал и задумался, я еще немного посидел и тоже ушел в дом спасть. Отец ответил согласием только через два дня, и мы договорились, что я прибываю в Устку через полтора месяца, к этому времени как раз должен прибыть дядька Окомир, а отец пока подготовит почву, переговорит с Возгарем и другими, да и в Гдыню съездит.

Дома я не сидел и с удовольствием проведал Лана, который был рад меня видеть и с удовольствием послушал о моих приключениях, да и сам поделился новостями, в начале следующего лета он задумал жениться и приглашал на свадьбу. Я в очередной раз попытался его сманить к себе, но он отказался. Малушу тоже проведал и подлечил.

На третий день я покинул отчий дом, не забыв из поселка забрать Гостивита и Далена, и вернулся в Устку, где отпущенный мной народ начал потихоньку возвращаться к кораблям.

Проверив людей и пленников на драккаре, я, кончено, отправился к тролям посмотреть, как у них дела и готовы ли они к путешествию.

Первым возле подлеска я заприметил мелкого Явра, который своим каменным ножом заострял небольшую палку.

«Может, ему железный нож подарить? Я же, как вождь, должен заботиться о своем племени», – мелькнула у меня мысль.

Явра же увидев меня еще издали, сразу подскочил, что-то прокричал в сторону леса на своем гортанном языке, и буквально через минуту оттуда вынырнул Керон.

– Яромир, друж-же. Вож-жде, – сразу протянул синекожий, Явре стал за спину своего старшего сородича и с интересом меня рассматривал.

– И ты здрав будь, Керон. Как Полджин, живой? – поинтересовался я.

– Жжив, но плохо. Встать не мож-жет. Ругаться на эти, – и Керон показал на руки и ноги. Наверняка имеет в виду бандажи. – Чешется весь.

– Ничего, ему полезно. Главное, жив, – с усмешкой ответил я.

– Жжив, – закивал тролль.

– Ты позови женщин, посмотреть на них желаю, да и покажешь им вождя, – хмыкнул я.

– Сейчас, друж-же. – Керон что-то произнес на своем тролльем Явре, и они вместе удалились в лес, чтобы появиться спустя пару минут в сопровождении трех силуэтов.

«Женщины троллей или все же самки?» – мелькнула у меня мысль.

Они отличались от самцов, были меньше ростом и более хрупкие, меньше горбились и шли почти как люди. Клыки, торчащие изо рта, были намного меньше, чем у Керона или Полджина, да и вообще, их можно было спутать с человеческими женщинами.

Одеты они были в плохо выделенные шкуры, а волосы у двоих из них были синего оттенка, а у третьей красноватого. Они спокойно и со скрытым любопытством меня разглядывали, впрочем, как и я их.

Керон с Яврой отошли немного в сторону, не мешая мне.

«Вождь синекожих тролей, мда уж», – промелькнула у меня мысль.

– Керон, а их так же, как и тебя, перенесло? – поинтересовался я.

– Не-е дружже-вождь, раз-зные племена. Мы понимать друг друга плохо, а сейч-час хорош-шо. Полд-жин и Явре вместе были, Полдж-жин Явре делать посвящ-щение в охотники, а потом оказаться тута, где люди, только далеко три дня пути отсюда, а Ладж-жина, Приева и Мледка травы собирать потом тож-же здесь оказаться, их Полдж-жин нашел, а потом я услышать зов духов и их найти. Вот теперь одно племя, вместе ж-жить, а ты вож-ждь.

– Понятно, – только и вымолвил я, осмысливая незамысловатый рассказ Керона. – В общем, собирайтесь, мы завтра уходим, вы, естественно, со мной пойдете. И, Керон, помни, что главный среди троллей после меня ты. Не Полжин, а ты, – и я тыкнул в него пальцем.

На мои слова Керон лишь грустно вздохнул.

– Носилки сделайте для Полджина, чтобы его на корабль перетащить аккуратно, все готовьтесь, – распорядился я и ушел в город.

Отправиться с утра не получилось, так как не все мои люди явились, некоторые подтянулись только к обеду, прослышав, что я собирался отбыть. Но тут моя вина, сроки отдыха я не обозначил, и с этим пришлось смириться.

Полджина и всю тролльскую семейку разместил рядом с собой, а то мало ли что выкинут, но, на удивление, они вели себя тихо, с любопытством все разглядывая, даже Полджин был молчалив.

На море нам часто попадались различные ладьи, как большие, так и малые, в общем, судоходство было весьма оживленное и путь проходил спокойно.

Я каждый день осматривал Полджина и с удивлением наблюдал за тем, как быстро у него срастаются переломы, на десятый день пути, к своему неудовольствию, мне пришлось снять с тролля бандажи. После этого я ждал от него каких-нибудь глупостей, но нет, он повел себя весьма адекватно, видимо, признал мою силу и статус вождя. Явра вел себя весьма любознательно, с удовольствием прислушивался к нашим разговорам и даже начал немного говорить на нашем языке, а вот троллихи немного дичились. Керон же обучал их всех нашему языку, в том числе и Полджина, но успех был только у Явры, видимо, как у самого молодого.

Погода нам благоприятствовала, ветер был попутный, и мы весьма быстро добрались до Нарвы, а на двенадцатый день пути впереди показалось и Ярово городище.

На берегу я разглядел малую ладью.

«Это что, Говша уже вернулся?» – промелькнуло у меня в мыслях, это же хорошо и просто прекрасно. Надеюсь, ему удалось привезти строителей.

Когда драккар клюнул в берег, я сразу прыгнул на землю и быстрой походкой направился в город.

Из ворот посыпал народ, наш комитет по встрече, я вглядывался в лица, и улыбка сама вылезла на лицо. Дом, милый дом и знакомые все лица: Бажен, а рядом Велемар, что держит ее за руку, Филипп и Кастор, Говша, а также другие.

– Яромир, – тут же кинулась ко мне в объятья Бажена. – Тятька, – не остался в стороне, и Велемар, которого я подхватил на руки.

Несколько минут заняли объятья, и мы всей кучей ввалились в город. В котором продолжалась стройка.

– Филипп, – обратился к рядом идущему товарищу. – Керона помнишь? – И он на мои слова наморщил лоб, пытаясь вспомнить. – Синекожий, здоровый и не человек, – тут же пояснил я.

– Такого не забудешь, – с ухмылкой ответил друг.

– Он на драккаре и еще пятерка таких же, как он, отряди пару человек, за ними приглядывать на всякий случай и народ от них гонять.

– Хорошо, сделаю, – ответил друг и сразу начал отдавать распоряжения двоим.

– Айка, пусть столы выставляют. У нас сегодня пир, и отдельный дом подготовь для Керона и его соплеменников, – отдал я новое распоряжение, и бывшая холопка, а ныне помощница моего управляющего Кастора сразу понеслась в сторону больших домов.

Пару минут я еще отдавал распоряжения, а потом и Бажену с Велемара отправил на помощь Айке. Все-таки хотелось и с Говшей, Филиппом и Кастором поговорить.

– Говша, рад тебя видеть, – и я приобнял его, не забыв наполнить немного силой жизни.

– И я тебя, Яромир, – с улыбкой ответил он.

– Сказывай, как сходил, как торговля? Удалось ли ромейского строителя привезти? – с интересом начал расспрашивать я.

– Да хорошо сходили, на Днепре «копченые» объявились, мзду требуют за проход, – немного скривившись ответил Говша.

– Ничего, главное, живы и вернулись. Давно прибыли?

– Седьмицы две назад, – протянул он. – Обидно все же, расторговался на славу и с прибытком. Нового товару закупил, часть у Димитра оставил в Новгороде, а часть сюда привез. Строителя я тебе нашел, – тут же ухмыльнулся Говша. – Даже целых трех, он сам и два его ученика.

– Оу, это хорошая новость, – обрадовался я. Мой план начинал воплощаться в жизнь.

– Они даже приступили уже к строительству бани, – произнес рядом стоящий Кастор.

– Так это еще лучше. Пойдемте глянем, чего это они там уже строят.

И меня повели за большие дома, за которыми открылся вид на котлован длиной метров двадцать и шириной семь.

В самом котловане копались люди, а возле куч земли стояли трое.

Одетые на ромейский манер, один взрослый мужчина уже в годах и двое помладше.

– Учитель, гляньте. Опять эти дикари идут, – произнес один из молодых мужчин, со смешком указывая в нашу сторону. Говорил он на ромейском языке.

При этих словах Кастор дернулся вперед, но я успел его удержать. Филип же хмыкнул.

– Наверняка опять будут нас убеждать, что мы до подземного мира докопаем. Что взять с этих дикарей и варваров, – скривившись, ответил старший из троицы. – Если бы не деньги, я бы никогда не согласился тащиться в этот дикий край, никой цивилизации, ходят и рычат, не понимая человеческой речи.

На мое лицо вылез оскал, я был в предвкушении.

– Вон только гляньте на этого. Скалится словно дикий зверь, да и здоровый, ему бы на рудниках самое место.

Это будет весело!

Глава 6

– Кастор, – обратился я к своему товарищу на ромейском, – вот ты на рудниках был и работал, хочешь туда обратно?

– Не-ет, – коротко рыкнул он.

– А вот эти почтенные господа, как ты сам слышал, считают, что нам там самое место, да еще и оскорбляют, думая, что мы их не понимаем.

Строители замерли и вылупились на меня, их глаза стали словно блюдца, а самый разговорчивый еще и ртом воздух начал хватать.

– Палок им дать или кости переломаем? – предельно серьезно произнес рядом стоящий Филипп, тут даже я сам не понял, шутит или вполне серьезен.

Оглядев его, я понял, что он действительно серьезен и стоит мне только сказать, как эти ромейцы очень сильно пожалеют о своих словах.

– Не посмеете, вот он нас нанял. – И старший указал ругой на Говшу, – мы под покровительством местного владетеля, никто не смеет нас пальцем тронуть, – весьма нервно произнес ромей.

Говша переводил взгляд с нас на строителей, пытаясь понять, что происходит, но в разговор пока не вступал.

– Да-а-а, – протянул я. – Вот только открою маленький секрет. Владетель – это я! Вас наняли для работы на меня. А вы посмели меня оскорбить в собственном доме. С диким животным сравнивать.

– Простите, мы не знали, – протянул мужчина.

– Как говорят у вас, бог простит. А за оскорбление вы понесете наказание. Раз вы нас назвали дикими зверями, то мы и скормим вас им!

– Прошу нет. Простите-е-е, – и вся троица бухнулась на колени.

– Ведите дикую тварь из дикого леса! – отдал я распоряжение.

На меня тут же с непониманием уставились Кастор и Филипп.

– Да медведя просто видите сюда, – пояснил я им, перейдя с ромейского на свой язык, и тут до парней дошло, что я замышляю, их лица озарили улыбки, и Кастор рванул за медведем.

– А чего эт они на колени-то попадали? – поинтересовался Говша.

– Прощения просят, гадостей наговорили, вот и… – пояснил я.

– Неужто оскорбили? – удивился Говша, притом взгляд его сменился из благодушного и непонимающего на цепкий и недовольный.

– Ага, – кивнул я.

– Вот же ж псы, – ругнулся я.

Ромеи же продолжали стоять на коленях, подвывая, а тем временем вокруг нас начал появляться народ.

Оглянувшись, я заприметил Кастора, который вел к нам медведя на веревке, косолапый упирался, но все же шел с неохотой, за то время, что я его не видел, он весьма прибавил в статях и был уже полноценным здоровым медведем.

Я завел руку за спину и призвал силу жизни, на моей ладони тут же заиграл зеленый огонек, силы я не пожалел. Медведь замер на мгновение, а после повел носом и уставился на меня, заревел и рванул в мою сторону. Да так, что вырвал веревку из рук Кастора.

Завидев бегущего и рычащего медведя, ромейцы тут же по вскакивали с колен, и их крики и мольбы только усилились, а народ начал посмеиваться.

Когда косолапый почти добежал до меня, старший из строителей закатил глаза и рухнул без чувств, а от одного из учеников пошел не самый приятный запашок, наверняка напрудил в штаны, цивилизатор хренов. Но надо отдать ему должное, он подобрал с земли какой-то камень и был готов защищать свою жизнь, а вот третий ученик с криком ломанулся в сторону открытых ворот.

Медведь же подбежал ко мне и уткнулся своим влажным носом в мою ладонь. А после и облизывать начал, пытаясь слизать зеленый огонек.

– Ха-ха, – начали доноситься ото всюду смешки, да и я не удержался от смеха. Медведь же продолжал ластиться ко мне, как верный пес, давно не видевший своего хозяина.

– Ладно, пошутили, и будя. Филип, пусть беглеца найдут да вернут, а то действительно сожрет кто, да и о этих пусть позаботятся, – распорядился я и подошел к котловану, оглядывая его.

Яма как яма, на полтора метра вглубь, в которую уже уложили так называемую «подушку» из мелких камней, даже трамбовать пытались, судя по следам.

Ну, что сказать, действительно молодцы, не сидели без дела. В этом году вряд ли баню выстроят, но вот в следующем точно, а там, может, кто из них останется, или новых строителей найму. Мне ведь не только баня нужна, но и защитные каменные стены и крепости каменные, а точнее, кирпичные. А баня нам, конечно, нужна, но больше для учебы, ведь у нас будет местный «цемент», и можно будет делать закрытые печи, что были в моем мире, а это больше тепла и меньше пожаров.

– Говша, а ты скок им заплатить обещал по итогу? Да и звать их как? – поинтересовался я у него, также с любопытством заглядывающего в котлован.

– Ну-с старшего у них Петром звать, ему три сотни солидов обещано, а его ученикам по пятьдесят, без них он отказывался ехать. Мы, как ты и говорил, бумагу сделали, и я ему вперед семьдесят солидов заплатил из тех денег, что ты дал, а его ученикам по пятнадцать. Бегуна звать Фиорен, а того, что животом слаб, Александр, кажется, – со смешком ответил мне Говша. – Переплатил, да? Обманули видать, поганые ромеи. Эх, надо было кого другого посылать, – грустно закончил он.

– Да нет, друже. Все правильно сделал, за меньшее никто бы и не поехал сюда наверняка. А какие они строители, мы увидим, каждый золотой у меня отработают.

– Ну, тебе виднее, – буркнул Говша. Я там с купчишкой еще договорился насчет книг, дорого просит, от тридцати до ста золотых за книгу. Обещал на следующую годину десяток или поболее предоставить.

– О, это отлично, – улыбнулся я, оглядываясь по сторонам. Строителя Петра уже привели в себя, его и его ученика повели в сторону домов.

Медведь же продолжал ко мне ластиться, а я поглаживал его по лобастой голове, не забывая чесать за ушком.

– Видать, опять мне к ромеям плыть, – грустно вздохнул Говша.

Остальные стоящие рядом лишь улыбнулись.

– Может, тебе, а может, и нет. С тобой же Прокоп был, как себя показал?

– О, хорошо себя показал, дельно и торговать помогал, и со строителями торговаться, – начал расхваливать Говша.

– Вот и отлично, значит, Прокопа и отправить, только не одного, с тем же Путятой, например.

– Ну эт да, Путята тот еще хитрован, – заулыбался Говша, да и остальные смешками поддержали, соглашаясь.

– Что еще тут нового и интересного? – обратился я уже к Филиппу и Кастору.

– Ну, животинки бы поболе, маловато на такое количества народа, корма много заготовили. А вот животных мало, тех же овец. Холопки бы хоть шерсть начали прясть, – первый заговорил Кастор.

– Часто чужаки и их следы попадаются близ городища, ну, помнишь, которых мы спровадили из-под стен, мы их, конечно, гоняем, – эстафету подхватил Филипп. – Да, купцы странные из Пскова еще были, все выглядывали да расспрашивали, что тут да как. Интересовались, кто мы такие? Да кому уроки платим, – закончил он.

«Уроки?» – мелькнуло в голове, и я не сразу понял, о чем речь идет. Пришлось напрягать память на этот счет. Ведь это явно не те уроки, на которые ходили школьники в моем мире. Благо память подсказала, здесь это были своеобразные налоги или дань. Уроки еще княгиня Ольга установила в свое время, вот и идет до сих пор так.

– Понятно, разберемся со всем, и с чужаками, и с купцами странными, да с животинкой тоже, – медленно проговорил я.

– А Бонята вовсю для тебя уже терем строит, да и вокруг него частокол уже возвели, – отозвался Кастор.

– Это ж отлично, – обрадовался я. – Ну, показывайте, – распорядился я, и мы всей толпой двинули смотреть мои будущие хоромы, естественно, не забыв топтыгина.

Пришлось идти в другую часть своего селения мимо домов, где уже стащили столы и накрывали.

Мой будущий терем расположили на верхушке холма, где стояла дозорная вышка и возвели дополнительные стены с одной из сторон. Получалась этакая крепость в крепости, если враг возьмет ворота и ворвется в селение, народ может отойти за другие стены. Под это дело отвели треть от территории всего селения, там размещался не только мой дом, который, на мой взгляд, был весьма большим, целых два этажа и трехэтажная дозорная башня. Здесь были и другие постройки, амбары и пока всего лишь парочка домов.

– Вот такое великолепие, и почти уже готово, – к нам тут же подскочил Бонята, глава строителей, которых я нанял в Новгороде.

– Эт да, молодцы, – протянул я.

Тук, тук-тук – стучал топоры рабочих.

Сам терем был уже возведен под самую крышу, еще пара венцов, и можно стелить кровлю.

– Скоро управитесь? – поинтересовался я.

– Около седмицы, и все будет готово, – задумчиво ответил Бонята, оглядывая стройку. – А там и вся работа наша сделана.

– Это да, молодцы, постарались. Оплату получите, как и договаривались, и еще сверху! – ответил я.

– Это хорошо, – довольно ответил Бонята и потер ладони.

– Когда закончите, можете еще один большой дом поставить да пару теплых землянок, за это отдельно уплачу. Так как вас сразу в Новгород увезти не смогу, у меня еще дела, а как с ними закончу, так и возверну вас! По рукам? – и я протянул руку Боняте.

– А по рукам, одно удовольствие с тобой работать, – пожал протянутую ладонь Бонята. – Жаль, на следующий год другое что искать надо.

– Эт отчего? – удивился я.

– Так у тебя же все построили, о чем сговаривались, – пояснил Бонята.

– Это да. Только вдруг еще чего надумаю строить, – улыбнулся я.

– Хорошо бы, мы только с радостью, – расплылся в улыбке он.

– Ага, а если еще и холопы помогают, то вообще хорошо, – недовольно буркнул стоящий рядом Кастор, чем вызвал улыбки у меня и Филиппа.

– Так с ними сподручней. Вона скок всего сделали, почитай, все и возвели.

Парни еще пару минут препирались, а я пошел аккуратно бродить по будущему дому. Стройка шла вовсю, так что приходилось быть аккуратным. В общем, мне понравилось. Терем, он же особняк, а точнее, можно сказать, мини-крепость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.