Лидия Демидова
Рождественская история. Осторожно, злая попаданка!

Пролог

Дзинь, дзинь, дзинь…

Противный звон надоедливой трелью ворвался в мой сон, бесцеремонно прерывая его.

Дзинь, дзинь, дзинь…

«Кого черти принесли с утра пораньше?!», – поморщилась я от болезненного импульса, пронзившего голову.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Сев, глубоко вздохнула и попыталась открыть глаза. Получалось как-то плохо. Все-таки вчерашняя корпоративная вечеринка явно удалась, именно поэтому мне так паршиво с утра. Как закончился вечер, я помнила смутно.

Кажется, вся прекрасная половина нашего рекламного отдела участвовала в танцевальном конкурсе под шумные рукоплескания и свисты сильного пола.

Перед глазами мелькнула картинка, я, вся такая нарядная и красивая, изображая восточную прекрасную гурию, умудрилась залезть на стол… А еще главный приз в виде бутылки дорогого шампанского тоже достался мне. Именно она, наверное, и стала лишней, так сказать, последней каплей в море.

Дзинь, дзинь, дзинь…

«Кто ж такой настырный?!», – подумала я и невольно застонала. Болело все тело, словно меня разобрали по частям, а потом неправильно собрали.

Открыв один глаз, скривилась от яркого света и тут же зажмурилась. Да…, что сказать… Праздник однозначно удался.

Вдох-выдох, вдох-выдох, внутренне собравшись с силами, открыла глаза и опешила.

Передо мной были огромные витражные арочные окна от пола до потолка. Разноцветный рисунок на стекле в виде больших роз завораживал. Так как на улице начался снегопад, казалось, что сказочные цветы выросли посреди зимнего царства, чтобы согревать сердца людей своей красотой.

Я, медленно оглядевшись, невольно вздрогнула.

Длинный стол в центре, камин в углу комнаты, пушистые паласы на полу, большое кресло-качалка, в котором сижу – это место мало напоминало мою съемную квартиру…

«Так… Приехали! – мысленно цокнула. – Ну и где это я? Думай, Полли, думай».

Папочка, который почти сразу после моего рождения, свалил в туман из моей жизни, был большим оригиналом. Он решил назвать наследницу Пелагеей и смог настоять на таком странном имени для дочери. Можно так сказать, оставил свой глубокий след в моей жизни…

Мама почему-то возражать не стала, а жаль. На ее месте я бы подумала, каково будет жить девочке с таким старомодным именем.

Когда подросла, Пелагию сократила сначала до Полины, а затем и до Полли. Именно так меня звали все окружающие.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Звук исходил словно со всех сторон.

Осторожно встав, сосредоточилась, пытаясь вспомнить, как же все-таки закончился вечер и где я нахожусь. Но в памяти зияло одно большое белое пятно.

Нахмурившись, шагнула к окну, надеясь, увидеть во дворе какую-нибудь знакомую машину, которая подскажет у кого я в гостях, но увы… Повсюду лежало бесконечное снежное покрывало, и лишь вдалеке виднелся черный кованый забор и небольшая резная деревянная беседка.

– М-да, – расстроенно протянула. – Легче не стало.

Выхода у меня не было. Надо искать хозяев дома. Одернув короткое коктейльное платье, выглядящее слегка помятым, начала оглядываться по сторонам в поисках своих туфель. Одна обнаружилась около кресла, вторая под столом.

С трудом достав обувь, привела себя в порядок и направилась к двери.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Противный звук повторился. И сейчас пришло четкое осознание, что он раздается прямо у меня за спиной.

Обернувшись, обвела удручающим взглядом комнату.

Камин, стол со стульями, комод у стены, кресло-качалка, шкафы, елка весьма красивая…, и тишина.

«Глюки», – решила я.

Дзинь, дзинь, дзинь…

И тут стало все понятно. Этот звук издают игрушки на елке, ветки которой почему-то трепыхаются.

– Что за чертовщина?!

Я шагнула к новогодней красавице поближе, и звон усилился. Елка действительно шевелилась.

Несколько раз моргнув, сделала еще шаг и замерла.

За большими густыми ветками кто-то прятался. Именно он и заставлял игрушки звенеть.

– Эй, ты кто? – осторожно спросила я.– Что там делаешь?

Ответом стал звон. Ель буквально заходила ходуном.

– Почему молчишь? Как тебя зовут?

Присмотревшись, поняла, что это ребенок в каком-то странном пушистом светло-сером костюме с большими ушами.

– Эй, я Полли, – невольно улыбнулась. – Выходи, не бойся.

Дзинь, дзинь, дзинь… Дзинь, дзинь, дзинь…

Малыш трясся, как листок на ветру.

– Маленький, ну, выходи, уже. Как тебя зовут?

Ребенок замер, а потом осторожно выглянул.

– Точно не обидишь? – раздался голос.

– Обещаю.

– Ну, это… Я тогда выхожу.

И ко мне из-за ели шагнули…

Я увидела большущие зеленые глазищи, розовый носик, пушистую мордашку, длинные уши, два тонких рога на макушке, здоровый хвост…

– Мамочки, – заорав в ужасе, шарахнулась в сторону выхода.

От страха, невольно оступившись на скользком полу, с грохотом растянулась, немного не добежав до двери.

Глава 1

Некоторое время спустя

Забравшись с ногами в кресло и обхватив колени руками, я задумчиво поглядывала на необычное говорящее мохнатое существо, которое вновь спряталось за елку, и теперь пристально наблюдало за мной.

Все напоминало жуткий кошмар, в плену которого я оказалась и никак не могла выбраться.

После того как мне выпала честь поближе познакомиться со скользким полом, чудовище вместо нападения, почему-то снова спряталось за лесную красавицу и затихло.

Понимая, что происходит что-то нереальное, спешно поднялась и бросилась к двери, надеясь найти за ней помощь. Но к моему огорчению она оказалась запертой. Я дернула раз, потом два, а затем услышала писклявый голос:

– Тяни не тяни, не откроешь!

– Это еще почему?! – обернувшись, уставилась на елку, которая опять стала издавать звон.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Мохнатик буквально трясся, и из-за этого ветки пушистой красавицы периодически колыхались.

– А потому что нужно сказать правильное слово, и только тогда магический замок откроется, – послышалось в ответ.

– И какое это слово? – уточнила я.

– Не скажу.

– Почему? – от удивления ахнула.

– Потому что…, – и в комнате повисла тишина.

На всякий случай дернула дверь еще пару раз, а потом, осознав бесполезность попыток, повернулась к елке. Чудо-юдо продолжало прятаться за деревом и пристально наблюдать за мной.

Оглядевшись, уселась в кресло и задумалась, что делать. Вопросов накопилось немало. Во-первых, я не понимала, где нахожусь. Во-вторых, запертая дверь – была колоссальной проблемой. Ну и, конечно, говорящий мохнатик. Таких, как он, мне никогда не встречалось. Вроде внешне – необычный зверек, но весьма разумный и разговаривает, как человек.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Дзинь, дзинь, дзинь…

Игрушки мелодично звенели, елка качалась из стороны в сторону, периодический звон немного развеивал повисшую тишину. Я вновь посмотрела на необычное существо, и ко мне пришло осознание, что он меня боится не меньше, чем я его…

Прищурившись, решила попытаться наладить контакт.

– Может, хватит трястись? – промолвила я. – Вон на елке уже иголки осыпаться начали.

– Мне страшно, – послышался писк в ответ.

– Мне, между прочим, тоже, – невольно хмыкнула. – Так что, давай вместе прятаться за елкой, что ли…

– Тебе страшно? – в голосе чудика мелькнуло неподдельное удивление. – И кого ты боишься?

– Представь себе – тебя, – вздохнула в ответ.

– А я тебя, – признался мохнатик.

В комнате повисло молчание. Странное говорящее существо идти со мной на контакт особо не торопилось. Но этот необычный зверек был единственным, кто хотя бы на часть моих вопросов мог дать ответы. Необходимо было во всем разобраться, и как можно скорее.

– Эй, – обратилась к чудику. – Скажи, здесь еще кто-нибудь есть?

– Кто-нибудь, это кто?

– Ну, например, люди, похожие на меня.

– Нет, тут живу только я.

– Как это? – пришел мой черед удивляться.

– А вот так…

Послышался смешок. Мохнатик явно забавлялся. Почему-то промелькнула мысль, что он меня обманывает.

– Послушай, а тебе не говорили, что врать нехорошо? – поинтересовалась я.

– Я не вру, – раздалось в ответ.

– А мне кажется, ты меня обманываешь. Если, кроме тебя, здесь никого нет, то кто тогда нарядил эту елку? – хитро прищурилась, искренне считая, что поймала пушистика на лжи.

Внезапно послышалось:

– Я!

От неожиданности встрепенулась и чуть наклонившись, уточнила:

– Ты? Один?!

– Конечно, один, здесь же никого, кроме меня, нет.

«Хм…, – подумала я.– История становится все запутанней и запутанней. Не похоже, что чудик врет, но как он такой маленький смог нарядить елку в несколько раз больше его самого?»

Глубоко вздохнув, взяла под контроль свой страх и промолвила:

– Знаешь, тебе не кажется, что общаться вот так не очень удобно? Выходи, что ли… Будем знакомиться.

– Ага, как же… Сейчас выйду, а ты опять кричать начнешь. Знаешь, как это страшно? А тут спокойно, да и ты кажешься нормальной.

– Что? – невольно поперхнулась. – Что значит нормальной?

– Ну, вполне себе адекватной.

Если честно, я была в шоке от подобного признания. Мне даже стало немного обидно, что какое-то непонятное лохматое существо считает меня истеричкой.

– Знаешь, ты меня напугал до полусмерти.

– Почему? – в вопросе отчетливо слышались нотки любопытства.

– Потому что совершенно не ожидала увидеть тебя, – честно ответила я.

– А кого ожидала?

– Ребенка, совсем малыша. Мне показалось, что ты маленький мальчик.

– А тебя не смутил мой внешний вид? – послышался ехидный вопрос.

– Я подумала, что это новогодний костюм. В общем, давай выходи, будем знакомиться. Раз ты здесь единственное живое существо, значит, только ты сможешь дать ответы на мои многочисленные вопросы.

Ветки елки затряслись.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Дзинь, дзинь, дзинь…

Звон новогодних игрушек наполнил комнату, а потом из-за дерева осторожно выглянуло лохматое существо.

– Выходи, не бойся, – поманила его рукой. – Нам надо поговорить по-человечески.

Мохнатик громко вздохнул, а затем шагнул вперед. Замерев на приличном расстоянии, он поудобнее уселся и обвил себя хвостом, а потом пристально уставился на меня своими большими зелеными глазами.

Чудик явно разглядывал меня, а я в это время его.

Он, конечно, был очень необычным и ни на кого непохожим. Мордашка, как у зайчонка, уши как у фенька, длинная кошачья шерсть и невероятный роскошный хвост.

Сейчас, когда страх отступил, я бы сказала, что пушистик – весьма симпатичное существо.

– Давай, знакомиться, – чуть улыбнулась и представилась. – Меня зовут Полли. А как твое имя?

– Арманд, – послышалось в ответ.

– Хм, – хмыкнула я. – Очень необычно и так странно. Арманд!

– Ну, можно сокращенно – Ама, – промолвил пушистик.

– Ама, здорово, – кивнула и повторила. – Ама, Ама… Коротко и звонко. Мне нравится.

Мохнатик наклонил голову вбок и промолвил:

– Полли… У тебя тоже красивое имя.

– Ама, скажи, а где я сейчас нахожусь? – спросила о самом главном.

– В моем доме.

Ответ оказался весьма неожиданным.

Пристально уставившись на пушистое чудо, несколько раз моргнула, а потом уточнила:

– Это твой дом?

– Да.

– И ты живешь тут совсем один?

Ама кивнул.

– Скажи, ты можешь рассказать, как я здесь оказалась?

– Не знаю, – мой собеседник пожал плечами. – Правда, не знаю. Единственное, что могу сказать, что чувствую тонкий шлейф мощнейшей энергии. Кажется, что тебя ко мне забросила сама судьба.

– Что ты имеешь в виду? – невольно нахмурилась.

– Понимаешь, я вчера загадал желание под елкой, и в этот момент с неба упала звезда. Верный знак того, что вселенная меня услышала. А утром появилась ты. Я пришел в комнату, а ты спишь в кресле.

– И какое ты желание загадал? – сердце внутри сжалось. Интуиция подсказывала, что ничего хорошего сейчас не услышу.

– Чтобы в моей жизни появился тот, кто все изменит, – Ама вздохнул.

Я провела ладонями по лицу и замерла. В голове мелькнуло воспоминание – елка, гирлянды, мое внезапно ставшим паршивым настроение. Вокруг кружили пары, и лишь для меня кавалера почему-то не нашлось. Стало себя так жалко. Мужа нет, родителей нет, живу сама по себе, как перекати-поле. Поддавшись своим эмоциям, отчаянно прошептала: «Хочу, быть просто счастливой! Пусть в моей жизни появится тот, кто все изменит».

В это сложно, конечно, было поверить, но, похоже, мое желание сбылось, правда, вот в такой странной форме.

– Нет, – пробормотала я вслух. – Это какой-то бред. Ну подобного просто не может быть. Это невозможно!

– Что не может быть? – уточнил Ама.

Вскинув на него взгляд, прошептала:

– Скажи честно, ты же не настоящий, да?! Плод моего воображения? Выдумка? А может, ты мне просто снишься?

– Что значит не настоящий?! Вот он я, перед тобой. У меня есть лапки, хвост, ушки, усики, – существо пошевелило носиком, чтобы доказать свои слова. – Поэтому, если кто-то и является выдумкой, так это ты!

Кажется, мой собеседник обиделся.

– Ама, а ты кто? – решила наконец-то выяснить самое главное.

– В смысле?

– Ну я – человек, а ты?

– Гуен, – в голосе чудика появились нотки гордости.

Но для меня это слово ничего не значило. Его я слышала впервые, поэтому уточнила:

– Гуен – это название животного?

– Сама ты животное, – Ама отвернулся, продемонстрировав мне пушистый хвост. Вот теперь хозяин дома на меня точно обиделся. Ситуация выглядела действительно некрасивой, и я поспешила извиниться:

– Ама, извини. Не дуйся. Я просто никогда не встречала таких, как ты. Не обижайся. Расскажи, кто такие гуены?

Пушистик повернулся ко мне и промолвил:

– Древние магические существа, можно сказать – хранители рода. Мы оберегаем дом, семью, детей. Только гуен знает, что пойдет на пользу хозяину, а что нет. Я могу излечить любые раны, подсказать правильный выбор на распутье, и моя обязанность – охранять эти стены от всевозможных напастей.

– Вот значит, как, – задумчиво протянула я. Следующий вопрос напрашивался сам собой. – Ама, а где же твоя семья?

Чудик печально вздохнул и обнял себя лапками за плечи. Он едва не плакал. В этот момент пушистик был таким жалким и несчастным, что, поддавшись эмоциям, я поднялась с кресла и подошла к нему. Присев на корточки, осторожно коснулась ладонью мягкой, пушистой шерстки и прошептала:

– Ама, ты попал в беду, да?

Он кивнул, а затем, всхлипнув, закрыл лапками мордочку.

– Успокойся. Расскажи, что случилось?

Ама бросился к елке и вновь спрятался среди зеленых ветвей. Стало понятно, что в жизни этого необычного существа произошла какая-то трагедия, и мне безумно захотелось ему помочь.

Поднявшись с корточек, решительно шагнула к зеленым ветвям. Раздвинув их, заглянула в самую глубину.

Хранитель дома сидел на полу, прижавшись спиной к стволу. Я не видела его мордашки, но подрагивающие уши давали понять, что гуен плачет.

– Эй, – тихо промолвила я. Услышав мой голос, пушистик сжался, превратившись в круглый меховой шарик. – Ама, убегать от проблемы не вариант. Она сама не решится, уже понятно.

– Откуда ты знаешь? – раздался всхлип.

– Ну как откуда… Вот смотри, явно ты здесь в одиночестве живешь не первый день, ведь так?

– Так, – вздохнул Ама.

– Значит, события, после которых ты остался один в этом доме, произошли давно, – осторожно промолвила я.

Хранитель рода промолчал, но и так было понятно, что возразить ему просто нечего.

– Отсюда вывод, если бы проблема могла решиться сама, то это уже давным-давно бы произошло. Поэтому прекращай лить слезы, это все равно не поможет.

Ама шмыгнул носом и лапками протер мордочку.

– Ну вот и хорошо. Теперь выходи и поговорим, – настойчиво произнесла я.– Беседовать, когда одна колючая ветка упирается в щеку, а другая в бок, весьма неудобно.

Я вновь вернулась к креслу. Едва присела, послышался знакомый звон.

Дзинь, дзинь, дзинь…

Ама вылез из середины ели, но даже издалека было видно, что некоторые пушистые ветки примялись, а несколько штук сломалось.

– Эх, смотри, елочку-то мы испортили, – невольно вздохнула. – Жалко красавицу.

Ама обернулся, а потом пожал плечами:

– Нестрашно, – он махнул рукой, и в одно мгновение смятые иголки выпрямились, а места надломов срослись. Перекрученные игрушки самостоятельно красиво расправились, а многоцветная нить гирлянды засияла огнями.

– Вау, – восхищенно протянула я.– А это как?!

– Обыкновенная бытовая магия, – прокомментировал свои действия гуен. – Ничего сложного.

– Для кого как, – качнула головой, осознав, как мохнатику удалось самостоятельно нарядить елку. – А что ты еще умеешь?

– Наводить порядок, – хозяин дома махнул лапкой, и в то же мгновение в комнате начались чудеса. Из шкафа выскочила метла, самая настоящая, и начала самостоятельно сметать осыпавшиеся на палас иголки. Совок, как экскаватор, сгребал их и ссыпал, в вовремя подскочившее, ведро для мусора. Несколько тряпок терли стол и окна, швабра надраивала и так скользкую плитку до блеска. Стулья словно по команде выстроились ровной шеренгой.

Я от изумления вскочила, в тот же миг, плед, на котором сидела, аккуратно сложился в ровный прямоугольник.

И прежде чем успела сказать хоть слово, Ама шикнул какую-то странную фразу, и кресло-качалка растворилось прямо в воздухе, а в комнате появилось два обыкновенных кресла, журнальный столик и большая многоярусная ваза с разнообразными фруктами.

– Ух ты… Да ты настоящий волшебник, – невольно прижала ладони к груди. – Да о таком мечтает любая хозяйка.

– О чем? – Ама вскарабкался на кресло и вытянул лапки.

Сейчас я отметила, что он был обладателем абсолютно голых розовых задних четырехпалых конечностей с короткими прозрачными коготками. Хранитель дома потер лапку об лапку и вздохнул:

– Как-то холодно, – а потом хлопнул в ладоши, и в камине с характерным треском вспыхнули поленья.

От неожиданности буквально рухнула в кресло и пробормотала:

– Ну ты даешь…

– Испугалась? – Ама пристально уставился на меня. В его зеленых глазах читалось откровенное нетерпение.

– Немного, – призналась в ответ.

– Немного, – протянул пушистик, а потом вновь хлопнул в ладоши.

Из камина в мою сторону вырвался огненный шар. Осознав, что могу пострадать, кубарем скатилась с кресла, спрятавшись за него.

Прошло мгновение, затем еще, но так ничего и не произошло.

Осторожно выглянув, со страхом уставилась на пушистика.

– А теперь страшно? – на меня пытливо посмотрели. И тут я осознала, что мохнатик все это сделал специально, чтобы меня напугать.

Вскочив, поставила руки на талию и рявкнула:

– Совсем спятил?! Ты что творишь?

– Ага, кричишь, значит, испугалась. Это хорошо, – послышалось умозаключение. И это было сказано с такой радостью, что меня буквально затрясло от злости.

Шагнув к Ама, автоматически схватила его за длинное ухо и, дернув, прошипела:

– Ну, и что это значит? Я хочу тебе помочь, а ты решил меня напугать?! Зачем!

– Опусти! – раздалось верещание в ответ. – Отпусти! Как не стыдно! Обижать гуенов нельзя!

– Да ты что? – вкрадчиво прошептала я.– Это еще почему?

– Потому что мы маленькие и беззащитные!

От такого заявления едва не рассмеялась. Качнув головой, пригрозила:

– Знаешь что, беззащитный, еще одна подобная выходка, и не посмотрю на твою важность, оттаскаю за шкирку, как хулигана!

Я выпустила мохнатое ухо.

Ама тут же прижал важную часть себя к макушке и пробурчал:

– Злая ты…

– Зато ты добрый, – парировала в ответ.

Вновь сев в кресло, сняла туфельку и сжала ее покрепче в ладони.

– А это зачем? – тут же раздался вопрос.

– На всякий случай.

– Это какой? – мохнатик настороженно смотрел на меня.

– А это все зависит от тебя. Выкинешь еще какую-нибудь глупость, получишь каблуком по лбу.

После этих слов Ама откинулся на спинку кресла, приложил лапку ко лбу и театрально простонал:

– Кажется, я поторопился и неосмотрительно загадал не то желание.

– Знаешь, мне все происходящее тоже не очень нравится. Поэтому давай рассказывай, где твои горе-хозяева. Возможно, если решим твою проблему, потом сможем помочь и мне.

– А тебе нужна помощь? – не открывая глаз, тоскливо протянул мохнатик.

– Представь себе да. Я хочу вернуться домой!

Ама встрепенулся, наклонился вперед и, широко раскрыв глаза, невероятно изумрудного цвета, изумленно прошептал:

– Как это домой? Почему? А как же я?!

Пожав плечами, уточнила:

– А что ты?! – спросила, не совсем понимая сути вопроса.

– Неужели, бросишь меня одного? – в голосе пушистика отчетливо слышались нотки обиды.

– А не должна?

Я абсолютно не понимала столь странную реакцию на свои слова.

Ама вздохнул, потер мохнатые ладошки и самоуверенно заявил:

– Меня нельзя бросить тут одного, – фраза звучала так, будто это строгое правило, которое нарушать было никому недозволенно.

– Почему?

Я положила подбородок на согнутую руку в локте, который удобно поставила на подлокотник. Мне было действительно интересно, насколько далеко зайдет наглость моего мохнатого собеседника. Потому что стало ясно, что он пытается мне диктовать свои условия, то бишь занять главенствующую роль в наших взаимоотношениях.

– Потому что маленьких нельзя бросать! – раздалось в ответ.

– Это ты маленький? – изумленно приподняла брови, едва сдерживая смех.

Мохнатик нервно пошевелил розовыми пятками и выдохнул:

– Да! А есть сомнения?

– Есть, – кивнула в ответ. – Буквально недавно ты пытался мне угрожать, разве не так?

– Я хотел показать, что хранитель обладает силой. Мало ли, зачем ты сюда явилась… Вдруг у тебя в голове коварный план. А мне нужно имущество хозяев сохранить в целости.

– Твоя логика не поддается разуму, – рассмеялась в ответ. – То пугаешь, то, хочешь, чтобы осталась.

Ама вздохнул и выдал:

– Ну вот такой я загадочный.

– Знаешь что, еще одна подобная выходка и получишь. А теперь рассказывай, что с тобой случилось? Где твои хозяева?

Мохнатик прикрыл глаза, сложил лапки на увесистом брюшке и промолвил:

– Не знаю… Все произошло как-то очень быстро… Я охранял клан Леви. У последних моих хозяев родился лишь один наследник – Лорд Альвет. С детства я заботился о мальчике, надеясь, что, когда он создаст семью – продолжу оберегать род. Его родители ушли за грань, а молодой наследник связывать себя узами брака не торопился, и к моим советам не прислушивался. А потом он уехал за женой… Я приготовил замок…, – Ама замолчал.

Сначала я подумала, что гуен подбирает слова, а затем осознала, что его рассказ в принципе закончен.

– А что было дальше?!– не удержалась от вопроса.

На меня грустно посмотрели и почти шепотом промолвили:

– Я не помню.

– В смысле? – встрепенулась я.– Как это так?

– Вот так…, – мохнатик пожал плечами. – Я помню, как проводил лорда Альвета. Он наказал мне следить за домом, и ждать его с новобрачной… Не знаю, как объяснить… Мне казалось, наследник только что уехал, но шло время, а он не возвращался, и никто ко мне так и не приехал. Я стал пленником здесь, и сколько времени прошло – не могу сказать.

– Не понимаю, – качнула головой, не в силах сдержать удивления. – Что же произошло?

– Сам не понимаю… Просто мой лорд не вернулся… И время словно замерло.

– А такое бывает?

– Ну нет рода, нет гуена. Значит, не уберег, не смог. А тут…

– Ама, а сколько времени ты провел в одиночестве?

Мохнатик пожал плечами и выдохнул:

– Не знаю… Я вообще не знаю, какой сейчас год, кто правитель нашего времени, что вокруг происходит.

– Получается, ты пленник этого дома?

– В какой-то мере, да Устав от всего, я загадал желание, и появилась ты.

– Знаешь, я вот думаю, а если произошла ошибка…

– Ошибка?!

Ама вскочил и заметался по комнате с невероятной скоростью. Мне даже показалось, что мир закружился вокруг. Перед глазами было то размазанное радужное пятно, то хвост, то розовые пятки, то вновь разноцветные блики.

Понимая, что к добру это не приведет, рявкнула:

– Стоп!

Ама, можно сказать, в движение завис в воздухе, а потом скептически уточнил:

– Ну и чего кричишь?

– С тем же успехом могу спросить, ну и чего бегаем?

– А что ещё делать? – пушистик рухнул в кресло.

– Разбираться во всем, – уверенно заявила в ответ.

– Как?

– Ну как…, – на мгновение задумалась. – Наверное, нужно выяснить, где твой хозяин. Ведь если я правильно понимаю, он жив, иначе не было бы тебя. Так?

– Так!

– Тогда надо связаться с правителем, ну или кто тут у вас главный, скорее всего, у него есть информация.

– Думаешь? – недоверчиво протянул пушистик.

– Конечно, а как иначе. Вопрос только в одном, а как добраться до повелителя вашего мира?

Ама наклонился вперед и предложил:

– Отправить письмо.

– Отличная идея, – улыбнулась и поинтересовалась. – А почему ты этого раньше не сделал?

– Не догадался, – признался хранитель.

– Значит, так, тащи бумагу и ручку, сейчас все напишем. Ты отправишь?

– Конечно, – Ама хлопнул в ладоши, и передо мной возник небольшой столик с письменными принадлежностями.

– То бишь писать придется мне? – подняла взгляд на своего собеседника.

Ответом стал кивок.

Ама обладал невероятной наглостью, но он мне определенно нравился.

Глава 2

Послание неизвестному мне правителю я писала под диктовку Амы. Если честно, это было весьма непросто. Пушистик периодически сбивался, возвращался к своим мыслям, добавлял красивые эпитеты, в красках расписывая свою несчастную судьбу.

В какой-то момент устав от высокопарных слов, уточнила:

– Ама, может, уже перейдем к сути нашего послания?

– В смысле? Разве речь как раз не об этом? – на меня удивленно уставились. – Ведь я тут остался совсем один, и неизвестно, сколько времени провел в неведение. Мне пришлось выживать, иначе и не скажешь…

Когда поняла, что гуен заново начал перечислять свои горести, осознала, что второй раз «полотно» его жалоб не выдержу, и решила сразу прервать это безобразие:

– Так Ама, стоп! Хватит!

– Разве я неправду говорю?! – хранитель рода скривился. – Вот почему ты меня перебиваешь, на самом интересном месте? Необходимо, чтобы правитель проникся моими горестями и бедами, проявил сочувствие.

– Не уверена в этом. Чтобы узнать информацию, нужно задавать правильные вопросы. И в данной истории, уж прости, твои переживания совершенно неважны, – заявила я.

– Что?! – Ама вскочил и заметался по комнате. – Да как так можно? Как? Сердца у тебя нет… Мои переживания неважны! А что?! Я спрашиваю, что важно?

– На мой взгляд, самое главное, что единственный наследник рода… Как ты говорил, зовут хозяина дома? – прищурилась, пытаясь вспомнить имя, но у меня ничего не вышло.

– Лорд Альвет Леви, – буркнул Ама.

– Вот, главное то, что лорд уехал за невестой и не вернулся… Вот самое важное в этой истории. И наша просьба заключается в том, чтобы нам помогли с информацией. Где лорд? Что с ним произошло?

– Ты черствая, как прошлогодний сухарь, бессердечная, не знающая, что такое сострадание и сочувствие, – гуен рухнул в кресло и приложил лапку ко лбу. – Ни капли жалости не испытываешь к беззащитному существу.

Наблюдая за хранителем рода, невольно открыла рот от неподдельного удивления. В маленьком мохнатом маге пропадал великий артист. И самое главное, Ама исполнял свою роль так искренне, что ему было сложно не поверить.

– Эх, бедный я, несчастный…

На этом моя выдержка закончилась. Рассмеявшись, уткнулась лицом в ладони и хрюкнула:

– Ни на бедного, ни на несчастного ты непохож, но актерский дар у тебя точно хорошо развит.

– Ты… Ты… Ты смеешься?!– раздался возмущенный вопль. – Надо мной?!

Посмотрев на гуена, смахнула слезы и промолвила:

– Мы письмо будем писать или как?

– Будем, – раздалось в ответ.

– Тогда диктуй…

Ама насупился, демонстративно сложил лапки на груди и вздохнул:

– Так на чем мы остановились?

– На том, что Лорд Альвет уехал и не вернулся.

– Помню, помню, – хранитель рода махнул лапкой и начал сочинять продолжение письма.

Я старалась тщательно все записывать, при этом периодически приходилось корректировать пушистика, который нет-нет, да начинал забываться и вновь возвращался к своим личным трудностям.

Не знаю, сколько у нас ушло времени, но наконец-то послание было завершено. Пробежавшись по написанным строчкам, довольно улыбнулась:

– Ну вот, лаконично и понятно. Думаю, что прочитав письмо, правитель не откажется нам помочь. Кстати, а как называется твой мир?

Ама пожал плечами:

– Мир, просто мир.

– А правитель один или несколько? – поинтересовалась я.

– Конечно, один, – на меня обескураженно уставились. Мол, не знаешь элементарных вещей.

Пожав плечами, промолвила:

– Просто в моем мире есть множество государств, и во главе каждого стоит свой президент.

– Презент? – уточнил Ама.

– Президент, – поправила я.– Считай, правитель.

Хранитель рода некоторое время молча размышлял, а потом протянул:

– Это получается у всех разные законы и традиции?

– Да, – кивнула в ответ. – Разные деньги, языки и многое другое.

– Какой кошмар, – озадаченно произнес Ама. – Это очень сложно. И наверняка в твоем мире творится хаос.

– Да с чего ты это взял? Странный вывод какой-то!

– С того, что там, где много разных правил, в принципе порядка быть не может, – заявил мохнатик тоном, не допускающим возражений.

Стало понятно, что спорить бесполезно, потому что вряд ли мне удастся переубедить упрямца. Да и смысла в этом особого не было, на самом деле.

Махнув рукой, перевела тему разговора:

– Так, а как мы отправлять послание будем?

– Магической почтой.

– Ааа, – протянула в ответ. – А это как?

– Сейчас покажу. Давай сюда письмо, – гуен вытянул лапку.

Я протянула ему листок.

Ама развернул его, пробежал взглядом по тексту и заорал:

– Полли, ты что издеваешься?!

А затем мохнатик дома стал махать письмом из стороны в сторону, словно флагом.

Я ошеломленно наблюдала за хранителем рода, абсолютно не понимая сути его претензий.

– Ты потратила мое время! Я же понадеялся! А ты… Ты…

Когда в меня полетел листок, мое терпение закончилось.

– Так! – я невольно повысила тон. – Истерику прекратить! Быстро!

Ама замер и вжал голову в плечи. Кажется, с ним еще никто и никогда так не разговаривал. Нахаленок опешил и, видимо, потерял дар речи. Но сейчас это было к лучшему. В комнате повисла тишина.

– Отлично! – порадовалась я.– А теперь присядь, и будь добр объясни суть своих претензий. А то мне непонятно, в чем ты меня обвиняешь.

Гуен молча смотрел на меня, и в его больших зеленых глазах кипело неподдельное возмущение. Только вот причина мне была совершенно непонятна. Я писала письмо под диктовку хранителя рода, а теперь он почему-то недоволен.

– Ама? – вопросительно посмотрела на него. – Может, уже хоть что-нибудь скажешь? В чем моя вина? Я чужие мысли читать не умею, и сейчас, просто даже не знаю, как реагировать на твои крики. Если вдруг допустила ошибку, то это не специально.

– Хочешь сказать, что сделала это случайно? – послышался вздох. – Не верю…

– Что сделала? – мягко поинтересовалась у пушистика.

– А может, ты просто грамоте не обучена? По тебе же видно, что кровей ты неблагородных, дерешься, ругаешься… А настоящая леди давно бы уже в обморок упала, – Ама, словно не заметив моего вопроса, продолжил философствовать. – Сам виноват, понадеялся. Эх, ничему меня жизнь не учит.

Подняв с пола письмо, снова пробежалась по нему взглядом и пожала плечами:

– Не пойму, чем ты недоволен.

Мохнатик забрался на кресло с ногами, выдернул из моих рук листочек и возмущенно произнес:

– Эти каракули переводу не поддаются… Как правитель, может это прочитать, если тут ничего не понятно.

– Как это?! – невольно вырвался вздох. – Тут же черным по белому написано…

– Да ничего здесь не написано, – буркнул пушистик. – В том-то и дело.

И тут меня осенила догадка. Но прежде чем рассказать о ней, решила проверить свою теорию.

– Так, – пристально посмотрела на Ама. – Сядь и напиши что-нибудь!

– Что? – раздался любопытный вопрос.

– Что угодно.

– А зачем?

– Затем.

– Полли, ты можешь нормально отвечать на мои вопросы? – хранитель рода был возмущен до глубины души.

– А ты можешь их не задавать? Просто сделай так, как я прошу, – ответила в тон ему.

– Опять издеваешься?

– Нет, просто хочу проверить одну догадку.

– Какую? – в глазах пушистика загорелись искорки любопытства. Длинные уши заходили ходуном, хвост в нетерпение затрясся. Малышу просто не терпелось все выяснить.

– Сейчас узнаешь. Но сначала напиши пару фраз.

Хранитель рода соскочил с кресла, схватил со стола листок и ловко «начирикал» несколько строчек, а потом заявил:

– Все! А теперь рассказывай!

– Секунду.

Взяв его записи в руки, поняла, что вижу лишь кривую изломанную линию, напоминающую график кардиограммы.

Переведя взгляд на пушистика, уточнила:

– Ну и что ты тут написал?

– Как что? Я хранитель рода Леви, самый мудрый гуен на свете, – гордо ответил мой собеседник.

– Уверен?

Ама поднял глаза к потолку и скептически хмыкнул:

– В чем? Кем являюсь я? Тогда, да. А вот в том, что ты в своем уме, уже начинаю сомневаться. Хотя, может, в твоем мире все вот такие…

– Прекрати ерничать, – прервала тираду пушистика. – Дело в том, что я не могу прочитать ни строчки.

Ама потрясенно уставился на меня, а потом, приложив лапки к щекам, выдохнул:

– Так ты все-таки безграмотная, получается?

– Получается, что язык твоего мира для меня чужой. Тебе непонятно мое письмо, мне твое…

Пушистик присел на краешек кресла и задумался.

Несколько мгновений он молчал, а потом протянул:

– Хм, получается, что мы можем общаться только благодаря моей магии. Вот задачка… Надо это немедленно исправлять.

– Как?

– Тебе необходимо изучить язык нашего мира, – послышалось в ответ, и это было сказано таким тоном, словно это легко и просто, даже усилий никаких не понадобится.

– Знаешь, на это уйдет время, много времени.

– Не выдумывай, – Ама махнул рукой. – Сейчас все сделаем.

Прежде чем я успела хоть что-то спросить, хранитель рода вскочил и заметался вокруг моего кресла, мгновенно превратившись в серо-белое пятно.

Перед глазами все замелькало. Моментально стало подташнивать, а потом ко мне пришло осознание, что я нахожусь в центре ветряного вихря. Стихия была настолько сильна, что перехватило дыхание.

А затем перед глазами будто из ниоткуда стали появляться странные знаки. Они сменялись с немыслимой скоростью, а потом в какой-то момент ко мне пришло осознание, что это буквы, которые складываются в слова.

Не знаю, сколько это длилось, может час, а может вечность, но в какой-то момент я почувствовала невыносимый болезненный импульс в голове и невольно закричала. А после свет в глазах померк…

– Полли, эй! Полли! Да что же это такое…Эй!

Я почувствовала хлопки по щекам, а еще показалось, что мне на грудь положили невероятно тяжелый камень, из-за которого сложно было дышать.

С трудом сделав глубокий вдох, открыла глаза и едва не заорала, увидев над собой нечто пушистое с необычной мордашкой.

А потом воспоминания нахлынули волной, и я выдохнула:

– Ама, я убью тебя.

Ответом стал радостный возглас:

– Очнулась, ну наконец-то, – и ко мне прижались, крепко обняв за шею, а затем послышался шепот. – Стало так страшно… Как представил, что вновь останусь здесь один.

– Не бойся, – погладила пушистика по спинке. – Ты, конечно, весьма странное существо, и от тебя не знаешь, что ожидать, но мы поладим, обязательно.

– Да, – Ама приподнялся и заглянул мне в глаза. – А сейчас вставай. Надо проверить, как ты освоила язык этого мира.

– Ну и как мы это будем делать?

– Как, как, письмо переписывать, – хранитель наконец-то слез с меня и подбежал к столу, в нетерпение буквально подпрыгивая на месте. – Полли, ну, давай же…

Представив, что сейчас вновь придется выслушивать историю о страданиях маленького и беззащитного, невольно застонала.

***

Прошло несколько дней

Открыв глаза, сладко потянулась и присела на постели. За окном сияло яркое солнце, окрашивая все вокруг в светлые блестящие тона. Казалось, что кто-то повсюду щедро рассыпал золотую пыль.

Сегодня, впервые за долгое время, мне снился чудесный сон, наполненный спокойствием и благодатью. Он был светлым, добрым, каким-то волшебным, иначе и не скажешь. Но что снилось, я, к сожалению, не запомнила, просто на душе поселились тихая радость и спокойствие.

Именно поэтому я проснулась в чудесном приподнятом настроении.

Поднявшись с постели, подошла к окну и резко распахнула шторы. На улице сыпал серебристый пушистый снег. В этом мире, не имеющем названия, он был действительно потрясающим – объемным, крупным, невероятно красивым, и самое главное, ежедневным.

Зима здесь была настоящей – белоснежной, с легким морозцем, высокими сугробами и ночными метелями.

Все это время, как очнулась в другом мире, я провела в доме в компании хранителя рода – Ама.

Усадьба рода Леви оказалась огромной. Особняк представлял собой большое здание с многочисленными лестницами, переходами с этажа на этаж и лабиринтами одинаковых проходных комнат. Если честно, мне казалось, что для того чтобы ориентироваться здесь, нужна топографическая карта, иначе и не скажешь. Я просто периодически терялась…, а потом, находилась… Ама, насмехаясь над ситуацией, утверждая, что нужно лишь приложить немного усилий, и чужой дом станет мне родным. Но пока ни черта не выходило.

Ама…

Я очень долго пыталась понять, что же это за необычное существо, старалась подобрать синоним названию «гуен»… Не зверь, не человек, а разговаривает, умеет неплохо обращаться с магией, называет себя хранителем рода… На мой взгляд, можно было необычного мохнатика назвать домовым. Это самое подходящее слово. Он охранял особняк, заботился о своих хозяевах, был наделен немалой магической силой… Ама оказался удивительным, и еще, я бы сказала, весьма чудным.

И тем не менее мы нашли с ним общий язык, если можно было, так сказать.

Хранитель, как хозяин особняка, сразу взял опеку надо мной… Хотя, если честно, пушистый зверек меня настораживал, потому что вел себя довольно необычно. Иногда возникало ощущение, что в нем сочетаются два абсолютно противоположных существа: одно – милое, доброе, трогательное, которого хочется оберегать и протянуть руку помощи, другое – сумасбродное, немного сумасшедшее и очень странное. Второй Ама меня пугал, так как я абсолютно не знала, чего от него ожидать… Он действительно был непредсказуем. То напугать меня хотел, то показывал свою силу, то еще что-то выдумывал, неподдающееся логическому объяснению.

Когда дверь в комнату с грохотом распахнулась, я, перепугавшись, соскочила с постели и, схватив с прикроватной тумбочки деревянную скалку, размахнулась посильнее, приготовившись защищаться.

«Оружие» я случайно обнаружила в одну из экскурсий по дому, и сразу утащила его в свою спальню, точно зная, что найду ему применение. Мне эта вещь показалась очень нужной и весьма удобной…

Ама, залетевший в комнату, внезапно замер и обиженно протянул:

– Ты чего?

– Ничего, – невольно рявкнула. – Тебя стучаться не учили? Напугал…

– Учили, – раздалось в ответ. – Но ты же не спишь… Так чего испугалась?

В голосе мохнатика слышались удивленные нотки. Мол, и чего это я, привязываюсь ко всякой ерунде понапрасну.

– Ама. – качнула головой. – Я живой человек, не забывай, и могу заниматься своими делами. А ты мог мне помешать.

– Помешать? – в глазах пушистика читалось недоумение. Мол, как он, в принципе может помешать?! Ты вообще в своем уме?

– Да, – пристально посмотрела на него. – Знаешь, ведь у меня тоже могут быть секреты.

– Секреты? – прищурившись протянул Ама, и я сразу осознала, что зря это сказала, очень зря. Хранитель все воспринимал в какой-то особой плоскости и видел то, чего в принципе не было. Он умел так переворачивать слова, что я терялась… А еще имел свойство обижаться на то, что сам домыслил. Его логика не поддавалась ни одному разумному объяснению.

– Ты все не так понял, – тут же заверила, надеясь, что очередной истерики смогу избежать.

Но моим надеждам было не суждено сбыться.

Ама театрально вздохнул и пропищал:

– Полли, а как?! Объясни!

По возмущенному возгласу стало понятно, что хранитель уже все сам себе придумал, и теперь мне нужно оправдываться и извиняться за то, чего не делала.

Хмыкнув, промолвила:

– Просто не надо додумывать того, чего нет.

– Ты сейчас о чем? – Ама явно перешел в оборонительную позицию, и любое мое слово воспринимал как атаку.

Укоризненно качнув головой, уточнила:

– Что-то случилось? Ты поэтому примчался?

– Да, – он буркнул в ответ. – Правитель прислал письмо.

– Ответ? – обрадовалась я.– Здорово!

– Рано радуешься…

Услышав эту странную фразу, автоматически замерла и уточнила:

– В смысле? Что ты имеешь в виду?

Ама будто сжался. Опустив плечи, гуен скользнул к двери и пискнул:

– Выгляни в окно.

– И что я там увижу? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– Много чего любопытного, – послышалось в ответ, а потом Ама скрылся за дверью. Топот лапок дал понять, что догонять его бесполезно.

Вздохнув, уже заранее не ожидая ничего хорошего, подошла к окну и невольно ахнула.

У центральных ворот стояла делегации из людей «в черном». Именно эта ассоциация возникла в голове, при виде многочисленных мужчин в темных одеяниях.

Незнакомцы сопровождали роскошную карету, вот самую настоящую, словно из сказки. Она была окрашена в нежный кремовый цвет и украшена искусной резьбой. Белоснежные лошади, с длинными густыми гривами, словно танцуя, нетерпеливо били копытами и переминались с ноги на ногу. Создавалось впечатление, что жеребцы вот-вот пустятся в пляс. Кучер, одетый в пестрый полушубок и высокую шляпу с пером, сидел на козлах, терпеливо ожидая, когда его «пассажир» решится покинуть экипаж.

Внезапно заиграли фанфары, да так оглушительно, что я невольно отшатнулась в сторону. Абсолютно не понимая, что происходит, громко крикнула:

– Ама!

Ответом мне была полнейшая тишина. Возникло ощущение, что в этом доме я одна. Стало понятно, к появлению внезапных визитеров причастен гуен. Пушистик, видимо, осознал, что натворил и поспешил затихариться.

– Вот паразит хвостатый, – в сердцах выругалась я и направилась к двери.

Дернув за ручку, поняла, что она заперта.

«Вот точно, у кого-то рыльце в пушку. Не только сбежал, но и дверь запер», – хмыкнув, качнула головой и вслух погромче крикнула:

– Ама! Ама, закрытая дверь меня точно не остановит! Уж поверь!

Наклонившись к замочной скважине, шепнула волшебные слова, которым меня научил хранитель этого дома:

– Я тут живу, я тут хозяйка. Откройся, пропусти!

Они служили своего рода и замком, и ключом. Не зная их, нельзя было ни закрыть, ни открыть двери. Гуен похвастался, что это он сам придумал, но, видимо, сейчас, в процессе «бегства» совершенно забыл, что раскрыл мне свой секрет.

Двери тут же доброжелательно распахнулись, пропуская меня в коридор. Оказавшись за пределами комнаты, огляделась по сторонам. Вокруг не было ни души, но зная, любопытство гуена, подозревала, что он где-то поблизости.

– Ама, немедленно иди сюда, – не сдержавшись, рявкнула. – На минуточку… Есть неотложный вопрос, который необходимо решить прямо сейчас.

– А что я? Я ничего… Как что, сразу Ама, Ама, – послышалось неизвестно откуда.

Задумчивым взглядом обвела коридор, размышляя, где маленький паршивец мог спрятаться – за колонной с красивой золотой вазой, в соседней комнате, а может…

Невольно остановилась на плотных шторах, закрывающих окно в конце коридора. Интуиция подсказывала, что мохнатик именно там. Чтобы проверить догадку, обманчиво-ласковым тоном, промолвила:

– Ама, дружок, выходи по-хорошему.

– Драться будешь? – послышался вопрос.

– Нет, – цокнула я.

– Ругаться?

– Не-а.

На носочках, стараясь не издавать лишнего шума, я незаметно подкралась к окну и резко распахнула шторы.

Гуен сидел на подоконнике, прижав лапки к мордочке. И глаза у него были большими-большими. Увидев меня, он вздрогнул.

– Ага, попался, – радостно воскликнула я, хватая мохнатика двумя руками.

И тут же на весь дома раздался вопль:

– Помогите! Спасите! – Ама верещал так, что невольно хотелось закрыть ладонями уши. Кто-нибудь на помощь! Эта страшная женщина весьма опасна! А маленьких магических существ обижать нельзя! Ааааа!

– Ну-ка тихо! – шикнула я.– Все равно тебя никто не слышит, и на помощь не придет.

Ама попытался вырваться, но я оказалась сильнее и более ловкой. Поудобнее перехватив мохнатика, покрепче прижала его к себе и направилась в комнату. Закрыв дверь ногой, посадила «диверсанта» на подоконник и поинтересовалась:

– Это что такое?

– Это… Это… Я не знаю, – выпалил хитрец в ответ.

– Ах, не знаешь? – схватила его за ухо и легонько дернула. – А вот мне кажется, что ты от меня что-то скрываешь и явно не договариваешь.

– Тебе просто кажется! Отпусти меня, немедленно!

Крик гуена перекрыл звук очередных фанфар.

Я невольно уставилась за окно, наблюдая за происходящим.

Дверь кареты распахнулась, а потом из нее вылез почтенный джентльмен. На вид ему было лет пятьдесят. Мужчина был одет, как герой старомодного романа – нелепые короткие широкие штаны, зауженные к голени, длинноносые кожаные сапоги, пушистый полушубок ярко-оранжевого цвета, странная меховая шапка на голове.

– Старый хрыч, приехал первым, – с досадой произнес Ама. – Вот уж… Всегда старается урвать кусок получше.

Я дернула мохнатого за ухо и промолвила:

– Так, быстро рассказывай. Это кто такой?

– Лорд Аткинс, наш ближайший сосед, – вздохнул гуен.

– Замечательно, – скептически промолвила я.– А теперь рассказывай, зачем этот почтенный лорд пожаловал? Да еще так внезапно? Что ему надо?!

– Я не знаю, – выпалил Ама, при этом почему-то отвел взгляд в сторону.

Сразу стало понятно – врет.

– А мне кажется, что знаешь! – топнула ногой. – Быстро рассказывай! И не надо выводить меня из себя. Выйдет только хуже.

– Я думаю, что его прислал правитель, – Ама вздохнул. – И вряд ли это ошибка.

– Интересно зачем? – нервно усмехнулась.

Хранитель рода многозначительно молчал, и это наводило меня на нехорошие мысли.

– Так зачем? – повторила вопрос. – Мне нужна правда!

– Полли, – Ама подкатил взгляд, а затем как-то странно отступил и уткнулся спиной в стекло. – Ну, неужели непонятно…

– Непонятно!

– Ну, как зачем? Между прочим, в доме незамужняя девица…

Несколько мгновений я, потеряв дар речи, смотрела на гуена, а потом с трудом крякнула:

– В смысле? Незамужняя девица?! Что ты имеешь в виду?

В душу закрались большие сомнения… и, кстати, весьма нехорошие.

Пристально посмотрев на пушистика, я уточнила:

– Скажи-ка, дружочек, а ты правителю отправил письмо в том виде, как мы его написали? Или добавил «отсебятину»? Признавайся!

– Добавил что? – Ама хлопнул пушистыми черными ресницами, как будто не понял меня. Всем свои видом он показывал, что совершенно тут ни при деле.

И тогда я пояснила:

– В послание что-то добавлял от себя? – и мне почему-то показалось, что так и есть.

В ответ хранитель рода закрыл лапками мохнатую мордочку, опустил вниз уши и пискнул:

– Я же хотел, как лучше…

– Да ладно, – усмехнулась, едва сдерживаясь, чтобы не вцепиться двумя руками в пушистую шею. – Ну что ты там улучшил? Слушаю!

– Я добавил правду! – пискнул гуен.

– Ну тогда, расскажи эту правду мне… ну, чтобы я тоже была в курсе.

Под моим пристальным взглядом Ама практически «размазался» по стеклу и выпалил:

– Ты нарушаешь мое личное пространство. Мне сложно дышать!

– Личное пространство? – прорычала в ответ и, уткнувшись носом в пушистую мордашку, прошипела. – Ты еще не знаешь, что значит вторгаться в личное пространство… Но еще пару мгновений, и поверь, все прочувствуешь в полном объеме. Гарантирую.

– Да ты что…, – ахнул пушистик. – Между прочим, гуены охраняются законом…

– Ничего, – прервала его, – Я готова принять наказание, но ты получишь за все! Обещаю.

Ама приложил лапку ко лбу и театрально простонал:

– Ну, что же за мегера досталась мне…

И это стало последней каплей в чаше терпения.

– Хватит! – заорала я, хлопнув ладонью по подоконнику.

– Мамочка, – проверещал пушистик и попытался изобразить обморок. Но на меня его уловки больше не действовали.

Схватив Ама за хвост, тряхнула:

– Быстро говори, что ты там написал правителю!

– Помогите! Лишают самого ценного, – послышалось верещание.

– Самое главное – это жизнь, – прошипела в ответ.

После моих слов Ама подкатил глаза и, кажется, действительно упал в обморок.

– Эй! – тряхнула увесистую тушку. – Эй…

Зверек мотылялся в моих руках из стороны в сторону, и стало понятно, что с угрозами я переборщила.

– Ама! Ама!

Если честно, в этот момент я весьма перепугалась.

И тут зазвучала новая музыка. Подняв взгляд, опешила.

В сопровождении охраны подъехала другая карета. Черные жеребцы напоминали саму тьму. Длинноногие кони выглядели весьма устрашающе.

– Офигеть, – промолвила я.

– Не-а, – пропищал тонкий голосок. – Это лорд Батик.

– Кто? – прохрипела я, переведя взгляд на мохнатую тушку. Ама весьма успешно изображал бездыханное тело.

– Эй, – ткнула его пальцем в бок. – Заканчивай свое представление. Кто такой лорд Батик?

– Наш сосед, – раздалось в ответ.

Ама приоткрыл один глаз и уточнил:

– Драться будешь?

– Нет!

– А применять силу к существам, защищенным государством?!

Пристально посмотрела на него и ответила:

– За правду и не жалко пострадать. Так что все зависит от тебя… Или правда, или хвост оторву.

– Хвост?!

Ама вскочил, обнял лапками пушистую конечность и выдал:

– Хвост нельзя! Это самое ценное.

– Тогда уши!

– И уши нельзя. Это тоже ценное.

– А что можно? – едва сдерживая смех, поинтересовалась я.

– Ничего нельзя! – заявил пушистик. В один миг он принял сидячий вид, забыв об обмороке.

– Даже так? – удивленно приподняла брови.

– Я правда хотел, как лучше, – послышалось в ответ.

– Рассказывай, что ты там дописал?

– Правду!

– Какую…

– Что в моем доме появилась незамужняя девица из другого мира, – сознался хранитель рода.

– И все?

– Все, – заверил Ама.

– А с чего ты взял, что я не замужем?

– Ну, это чувствуется.

– Как это?

– Ну с твоим дурацким характером…, – начал Ама, но поймав мой строгий взгляд, замолчал на полуслове. Видимо, осознав, что мои угрозы реальны. Тяжело вздохнув, он промолвил. – Я вижу по твоей энергетической оболочке, что ты не связана с кем-то отношениями.

Там…трамп…трамп…

Раздалась новая музыка.

Бросив взгляд на окно, осознала, что на горизонте появилась очередная карета.

– А это кто?!– раздраженно выпалила я.

– Не знаю, – промолвил Ама. – Но это точно к тебе.

– И что мне теперь делать? – вопросительно уставилась на него.

– Как что? Принимать женихов.

– Ммм, – протянула в ответ. – Ты их вызвал, ты и принимай.

– Полли, ты спятила? – раздался вопль.

– Нет, – качнула головой. – Ты эту кашу заварил, ты и расхлебывай. Мне женихи были не нужны. А раз приехали, отворот-поворот будешь давать сам.

– Как?

– Как хочешь, – спихнула Ама с подоконника и посильнее задвинула шторы. – Вот как хочешь, так теперь и разбирайся!

Глава 3

Услышав со стороны улицы очередные праздничные фанфары, невольно вздрогнула и обхватила себя руками за плечи. Безумно хотелось закрыть уши ладонями и сделать вид, что ничего не происходит. Но это был бы обман самой себя. Ама заварил такую…кашу, что разрулить ситуацию будет непросто.

Музыка играла уже раз пять, или шесть, а может, и больше… В общем, при каждом появлении очередного «жениха» раздавалась мелодия. Если честно, я уже сбилась со счета, а выглядывать в окно было страшно.

И что делать дальше, тоже непонятно.

Конечно, была надежда, что Ама сможет справиться с данной ситуацией и исправить свою ошибку, но в глубине души поселились большие сомнения по этому вопросу. Гуен категорически не хотел покидать мою комнату, всячески сопротивлялся, и мне буквально пришлось его выпихнуть за дверь. При этом я предупредила мохнатика, что пока он не решит эту проблему, которую сам же создал, может, в принципе не возвращаться. Прощения ему нет и не будет.

Хранитель дома тяжело повздыхал, опустил плечи и обреченно побрёл в сторону лестницы, причитая на весь дом. Чего я только не услышала в свой адрес: порядочные девицы так не поступают; да и я могла бы принять женихов и пообщаться с ними, а вдруг действительно один из них моя судьба; и что он, больше после такого стыда не сможет смотреть порядочным гуенам в глаза; и как ему жить бедному, несчастному, когда жизнь к нему так несправедлива…

Если честно, в данной ситуации мне этого мохнатого хитреца не было жалко ни грамма. Ведь он сам проявил инициативу, и тем самым создал эту самую неприятную ситуацию. А еще в голову пришла мысль о том, что если он также помогал своему хозяину и устраивал его личную жизнь, то может быть несчастный лорд просто сбежал… Возможно, Альвет сейчас живет где-то в тишине и спокойствие, и возвращаться домой к диктатору не желает.

У меня частенько складывалось впечатление, что хитрый очаровательный малыш совсем не тот, за кого пытается себя выдать. Вернее, он многое недоговаривает, привирает, утаивает, и хозяин его однажды уехал из этого замка не просто так…

А еще сегодня я четко поняла, что инициатива маленького пушистика еще принесет мне немало неприятностей, и за ним нужен глаз да глаз.

Послышался тихий шорох. Подняв взгляд, увидела приоткрытую дверь и гуена, заглядывающего в спальню.

– Ну что ты там стоишь? – хмыкнула я.– Заходи, рассказывай. Тебе удалось исправить свою ошибку? Если нет, сразу можешь топать обратно.

На мордашке Ама расплылась широкая улыбка, и я услышала довольное:

– Да! Можешь успокоиться, лорды уже уезжают.

– Ну вот и отлично, – радостно хлопнула в ладоши. – И я надеюсь, что в следующий раз, прежде чем выкинуть нечто подобное, ты трижды подумаешь.

– Конечно- конечно, – заверил Ама в ответ.

– А самым наилучшим будет, если ты вообще не станешь больше проявлять никакой инициативы, – промолвила я тоном строгого учителя.

– Да, конечно. Ты права.

Услышав полное согласие, замерла. Гуен вел себя крайне подозрительно, и это вызвало у меня множество вопросов.

– Ама, а что ты сказал этим почтенным господам? – уточнила я.

Мохнатик вздрогнул, шевельнул ушами и поспешил заверить:

– Ничего!

– Как это ничего? – вопросительно приподняла брови.

– Ну… Ммм…Ээээ, – гуен мялся, и по спине пробежал холодок. Кажется, он опять что-то учудил, и чем мне это аукнется, можно было только догадываться.

– Так что ты им сказал? – строго спросила я, невольно сжав руки в кулаки.

– Полли, только не надо драться, – завопил Ама и отскочил в сторону. – Я сказал уважаемым лордам, что ты не можешь их принять, пока незнакома с самим правителем.

– Что?! – у меня нервно дернулось веко. – Что ты им сказал? Повтори!

– Что ты не можешь принять их в качестве женихов… Для начала тебе необходимо познакомиться с правящим лордом. И таким образом, проявить свое уважение и почтение к нему, – выпалил гуен и замер.

Наверное, если бы я могла испепелять взглядом, он сейчас бы превратился в горстку пепла.

– И что на это сказали незваные гости? Только отвечай правду, иначе хуже будет.

– Полли, ты опять мне угрожаешь? – в зеленых глазах отчетливо читался укор. Да и всем внешним видом Ама демонстрировал обиду. Только вот его «спектакли» на меня уже не действовали.

– Предупреждаю, – скептически хмыкнула я.– И хочу напомнить, что мое терпение не безгранично.

Гуен укоризненно покачал головой:

– Что все поняли, осознали и приедут чуть позже.

– Ммм, – протянула я.– Ну как в следующий раз явятся, просто скажи, что меня нет дома и для них никогда не будет. И надеюсь, на этом закроем вопрос раз и навсегда.

– Полли, – прошептал Ама. Он прижал лапки к груди, а в глазах появилась паника. И я поняла, что сейчас услышу нечто страшное.

– Говори, – пристально посмотрела на пушистика. – Все как есть говори.

– Сегодня вечером сам правитель прибудет, чтобы с тобой познакомиться. Кстати, он тоже не женат, и у тебя есть большой шанс выгодно пристроиться. Имей в виду.

– Что? – заорала я и, автоматически схватив скалку, со всей силы замахнулась ей, желая отлупасить хранителя этого дома.

– Спасите, – раздался визг, и гуен прошмыгнул к выходу с такой скоростью, что мимо меня проскользнуло только размытое пятно, а потом дверь захлопнулась.

От безудержной ярости и своего бессилия зашвырнула в преграду «грозное оружие». Скалка с глухим звуком ударилась о деревянную поверхность, а потом с грохотом упала на пол и медленно покатилась в сторону. Я бессмысленным взглядом наблюдала за ее движением, ровно до того момента, как она достигла края пушистого мягкого паласа и остановилась. Тяжело вздохнув, пытаясь взять под контроль свой гнев, направилась к окну.

Осторожно приоткрыв плотную штору, пристальным взглядом оглядела окрестности. Вокруг не было ни души. Стало ясно, что хоть в этом Ама мне не солгал. Многочисленная армия из женихов и их сопровождающих действительно исчезла из-под ворот, и лишь примятый грязный снег давал понять, что все произошедшее мне не приснилось, хотя и напоминало жуткий кошмар. По-другому сегодняшнее утро и все случившееся назвать не могла.

Прислонившись лбом к холодному стеклу, зажмурилась.

Хранитель рода был существом странным и совершенно мне непонятным. Иногда он казался беззащитным и очень трогательным, невольно вызывая в моей душе трепетные нежные чувства. Его хотелось жалеть, оберегать, приласкать. А иногда… В него будто вселялся сам бес, и он вытворял такие дикие и ненормальные вещи, что голова шла кругом. Взять тоже письмо правителю…

Зачем нужно было что-то добавлять от себя? Да еще сообщать о том, что я не замужем и одинока? Неужели Ама не знал, чем это обернется? Думаю, знал. Зачем ему все это? Решил от меня избавиться? Так вроде, услышав о том, что я хочу вернуться домой, он расстроился и даже стал возмущаться… Зачем же хранитель рода так поступил? А возможно, он добавил в письмо информацию, не подумав о последствиях?

Невольно застонала, потому что голова шла кругом от количества вопросов, на которых ответов не было.

– Полли, – за спиной послышался робкий шепот. – Злишься? Да?

Голосок гуена звучал тихо и как-то заискивающе. Только вот в раскаянье данной особи я совершенно не верила, да и злость в душе еще не погасла, а лишь немного утихла. Поэтому, чтобы не наговорить лишнего, решила просто промолчать. В моем мире была чудесная поговорка: «Молчание – золото», и сейчас она, как нельзя лучше, подходила для нашей ситуации.

– Обиделась? – послышался следующий вопрос. – Ну, почему ты молчишь?

Ама сделал свои выводы, и переубеждать его, что они неверны, я не собиралась.

Прошло несколько мгновений, и пушистик заявил:

– Ну так нечестно… Игнорирование – не поможет нам найти выход из создавшейся ситуации. Разве ты сама этого не понимаешь?

Прикусив губу, чтобы не рассмеяться, продолжала молчать. Было очень интересно, к каким дальнейшим логическим заключениям придет гуен. Хотя, если честно, сейчас, как никогда, он шагал верной дорогой.

– Полли, ты вообще слышишь меня? Эй…, – мохнатик повысил голос. – Полли!

Ама вошел в комнату, это стало понятно по тихим шажкам его лапок.

– Перестань дуться, давай поговорим…, – раздалось совсем рядом. – Ну, в жизни всякое бывает. Все имеют право на ошибки.

Медленно обернувшись, вопросительно посмотрела на гуена. Он замялся, опустил глаза в пол, шаркнул ножкой и «мявкнул»:

– Полли, не злись… Все же хорошо.

– Да? – протянула я.– Ты действительно так считаешь? Все хорошо?

Я пристально смотрела на Ама, не сводя с него взгляда. Хранитель дома явно занервничал. Дернув пушистым хвостом из стороны в сторону, он осторожно шагнул ко мне и, подняв на меня большие зеленые глаза, в которых считалось искреннее раскаянье, вздохнул:

– Честно-честно, не думал, что все так выйдет. Извини за это происшествие.

– Ну тогда расскажи, с какой целью ты подкорректировал письмо правителю? Чего хотел этим добиться? – поинтересовалась я.

Гуен вздохнул, потом отступил в сторону и пробубнил:

– Просто показалось, что это может быть важной информацией. Красивая молодая девушка, иномирянка, незамужняя… Ведь ты явно попала сюда не просто так. Наверное, ты особенная! Да и потом, Полли, ты такая очаровательная, замечательная, добрая и заслуживаешь быть счастливой…

Гуен сыпал комплиментами, бесконечно расхваливая меня, и это явно было неслучайно.

Качнув головой, ухмыльнулась:

– Ты большой льстец, а еще имеешь дурацкую привычку о многом умалчивать. Поэтому или говори правду, или мы закончим этот пустой разговор.

– Полли, – гуен возмутился. – Да разве я могу… Да ты… Да разве так можно!

– Ама, – вкрадчиво протянула я. – Заканчивай свой спектакль. Считаю до трех!

– Ладно, ладно, – пробормотал пушистик. – Я все это написал, надеясь, что правитель заинтересуется тобой.

– В смысле?

– Ну, что подыщет тебе достойную пару, и тогда ты точно никуда от меня не уйдешь, и я больше никогда не останусь в одиночестве.

– А как же твой лорд?!

– Возможно, он больше не вернется. Неизвестно, что случилось с Альветом. А так ты с мужем можешь жить здесь, дом снова наполнится детским смехом, и я опять стану кому-то нужен.

Мысленно охнула, совершенно не ожидая услышать подобное. И сейчас, осознав истинные мотивы пушистика, я смогла взглянуть на всю ситуацию с иной стороны. Получается, что маленький прохвост затеял всю эту авантюру только с одной целью – всеми правдами и неправдами удержать меня в этом мире, чтобы больше никогда не быть одиноким. Но…

Подняв взгляд на хранителя, вздохнула:

– Ама, Ама… Может, твой план и хорош, но ты не подумал об одном.

– О чем?

Гуен прижал уши к голове, нервно подергивая правой лапкой от нетерпения. Ему явно очень хотелось понять, к чему я веду.

– Ну же, – поторопил меня он. – Говори, раз уж начала. О чем я не подумал?!

Я специально выдержала небольшую паузу, испытывая терпение гуена, а потом вкрадчиво промолвила:

– Ты придумал замечательный план, но не учел одного – с чего ты решил, что мой будущий супруг согласится с тобой?

Ама поморщился, почесал макушку и задумчиво протянул:

– Что ты имеешь в виду?

– А ты не понимаешь? – хитро посмотрела на него. – Ну-ка, хорошенько подумай…

Ама вздохнул и пошевелил усами, что давало понять, он изо всех сил размышляет, пытаясь просчитать, где и что упустил. Прошло несколько мгновений, а потом, он цокнул:

– Мне кажется, что ты меня разыгрываешь.

– Это не так, – заверила его.

– Так, не так, – пушистик заметался по комнате. – Ты специально меня мучаешь?

– Нет.

– Тогда говори, – в голосе Ама послышались драматические нотки.

– Хорошо. Вот скажи, с чего ты решил, что мой потенциальный муж согласится жить в этом доме? У него нет своего очага? Своего хранителя рода? Неужели ты думаешь, что достойный сильный мужчина откажется от всего и придет жить сюда?!

Гуен медленно побледнел, если можно, так сказать. Его густая серо-белая шерстка приобрела полупрозрачный серебристый оттенок. Стало казаться, что вокруг хранителя рода расплывается дымка. Покачнувшись, он обхватил лапками мордашку и запричитал:

– Ох, горе мне, горе, бедному несчастному… Никому я не нужен, неприкаянный, обездоленный… Ты скоро уйдешь, а я опять останусь один. Да как же так?! А ведь жизнь должна была измениться. Я же это загадал, а оно вон как! И что же мне теперь делать… Что?! Ох, и зачем я написал правителю о тебе?! Надо было молчать и никому ничего не говорить… Жили бы, как жили. Но нет, детского смеха мне захотелось, радости в доме, веселья… Теперь об этом можно забыть. О горе мне, горе.

Ама причитал и причитал, при этом с каждым сказанным словом он все больше становился прозрачным.

Не знаю, что это было – обман моего зрения, сила его магии, или очередная хитрость, но в этот момент мне действительно стало страшно. Промелькнула мысль, а что будет, если Ама от огорчения и расстройства исчезнет…, просто растворится в воздухе без следа. Да, гуен своей инициативой создал немало проблем и сложностей, но в то же время он был единственным существом в этом мире, которого я знала. Так сказать, мой личный путеводитель, правда, иногда, работающий с перебоями.

И без него…, без него станет совсем грустно. Если честно, на мгновение представив, что останусь в этом огромном доме одна, вздрогнула. Что может быть хуже одиночества?! Можно было только представить, как Ама здесь жил много лет в полном неведении.

– Ама, успокойся! Успокойся, пожалуйста! – присев на корточки, обняла пушистика и крепко прижала его к себе. Хранитель дома мелко дрожал. Ласково поглаживая пушистую шерстку на спинке гуена, призналась. – Ты мне нужен, очень нужен. Ведь я без тебя не справлюсь. Ты мой помощник и советчик.

– Правда? – послышался всхлип.

Чуть отстранившись, заглянула в большие глаза изумрудного цвета, наполненные влагой, и улыбнулась:

– Ну, конечно. А как же иначе… Я никогда не вру, запомни это.

– А зачем я тебе нужен? – спросил Ама. – Зачем?

– Как зачем? – чуть приподняла брови. – Ты мой друг.

– Друг? – в голосе гуена мелькнуло удивление. – Правда? Я твой друг?

Ама сейчас был таким маленьким, трогательным и беззащитным, что мне хотелось его пожалеть и утешить. Невольно вспомнилась наша первая встреча, трясущаяся ель, звон игрушек… Прошло всего несколько дней с того момента, а мне, казалось, что пролетела целая вечность.

Маленький пушистый хранитель дома очень хотел быть важным и нужным, и сейчас, он, как никогда, нуждался в теплых словах:

– Конечно, ты мой друг. Даже не сомневайся в этом.

На мордашке Ама расцвела счастливая улыбка. Он вновь вернул своей шерстке привычный серо-белый оттенок. Прислонившись к моему плечу, малыш признался:

– Знаешь, я так рад, что ты появилась в этом доме. Сразу столько интересных событий произошло. Жизнь изменилась до неузнаваемости.

– Моя тоже, – вздохнула в ответ. – Если бы мне кто-то сказал, что со мной может произойти подобное, я бы никогда в это не поверила.

Гуен вновь крепко обнял меня и прошептал:

– Полли, я рад, что мы друзья, и что ты больше не сердишься.

– Ама, давай договоримся, больше никакой самодеятельности с твоей стороны. Если тебе очень захочется что-то сделать, или ты посчитаешь, что я действую неправильно, прежде чем что-то предпринять, сначала все обсуди со мной. Это поможет избежать неприятных сюрпризов.

– Хорошо, – хранитель дома кивнул.

– Ну а теперь, – я присела на постель. – Давай думать, что делать дальше.

– В смысле? – на меня с удивлением посмотрели.

– На коромысле, – передразнила гуена я.

По его изумленному взгляду стало понятно, что он ошарашен.

– Не обращай внимания, – махнула рукой. – вечером приедет как бы глава этого мира, а я ничего не знаю… Как его встречать? Что говорить? Да и вообще, что мне делать?!

– Ой, ой, ой, – заверещал Ама. – Я же про него совершенно забыл… Так, так, так…С чего бы начать?

Гуен заметался по комнате, да с такой скоростью, что вновь превратился в размытое пятно.

Некоторое время понаблюдав за творящимся безобразием, качнула головой, сбрасывая «наваждение» от бесконечного мельтешения, и громко рявкнула:

– Ама, стоп! Хватит! Это невыносимо! Остановись!

Гуен от неожиданности фактически завис в воздухе, и так получилось, что в этот момент он оказался вверх ногами, где-то в районе потолка.

– Что?!– недовольно протянул пушистик. – Вот чего ты кричишь? Я же не глухой!

Задрав голову, мысленно крякнула. Я подобного еще не видела. Ама словно прилип к потолку лапками и кажется, даже не замечал, в какой неудобной позе находится.

– Полли, ну чего ты хотела? – в голосе ушастого хранителя рода мелькнули нотки нетерпения. – То кричишь, словно что-то случилось. То молчишь как рыба. Ты такая странная.

Скептически хмыкнула:

– Кто бы говорил, и уточнила. – Тебя ничего не смущает?

– Все… Мне не нравится все, и я не знаю, за что хвататься…, – послышалось в ответ.

– Вообще-то, ты висишь под потолком вверх ногами, словно летучая мышь. Тебе так комфортно?

Хранитель рода быстро спустился по стене вниз и замер напротив меня. Сморщившись, он почесал лапкой мохнатую макушку и выдал:

– А может, у тебя есть варианты?!

– Варианты чего? – на всякий случай уточнила я, прекрасно зная бурную фантазию своего необычного дружка.

– Как встретить правителя, чтобы он остался доволен, – последовало в ответ. – Его нужно удивить, поразить, восхитить.

– Да, – кивнула головой. – У меня есть шикарное предложение. Оно самое лучшее, поверь.

– А мне расскажешь? Мне?! – гуен от нетерпения подпрыгнул на месте, потирая лапки.

– Конечно, – кивнула в ответ. – Оно мне нравится, думаю, и ты оценишь.

– И в чем оно заключается? Что за предложение?

– А давай сделаем вид, что никого нет дома? – хитро посмотрела на пушистика. – Правитель постучит в закрытые ворота, осознает, что хозяева отсутствуют, и просто-напросто уедет. Так решим все проблемы одним махом.

– Полли, ты в своем уме? – заорал Ама, хватаясь за голову. – Это правитель!

– И что? Вот зачем мне с ним встречаться? Для чего?!

– Чтобы познакомиться, – раздалось в ответ. – Выяснить новости о моем лорде. Да и потом, неужели тебе самой неинтересно узнать, кто правит этим миром?

– Честно, нет, – качнула головой. – И что-то мне кажется, что приезд правящей особы принесет очередные неприятности. Я прям это чувствую.

Гуен дернул ухом и вздохнул:

– Полли, заканчивай думать о всяких глупостях. И вообще, у нас немало дел.

– У нас? – удивленно посмотрела на него.

– Конечно. Нужно привести дом в порядок и приготовить угощения.

– По-моему, ты с этим чудесно справишься и без меня, – пожала плечами. – Разве ты не магическое существо, обладающее невероятными талантами?!

Здесь я польстила гуену, прекрасно зная, какой он самолюбивый.

– Да, я такой! – тут же послышалось в ответ.

– Тогда воспользуйся своей силой. Дом будет блестеть, ну а в кулинарных шедеврах тебе нет равных.

На лице Ама расплылась улыбка.

На самом деле малыш с помощью магии готовил невероятно красивые блюда, но вот вкус у них был весьма посредственный, даже пластилиновый.

Поэтому часть готовки я взяла на себя, благо денег в доме лорда Альвета оказалось немало и заказывать продукты можно было магической почтой. Особенно Ама оценил блинчики. Он мог в одиночестве слопать целую тарелку и даже глазом не моргнуть. При этом вместе с круглой румяной выпечкой одновременно исчезали и варенье, и сметана, и мед, и сгущенка. Хранитель этого дома оказался большим сладкоежкой.

– Полли, я понимаю, что с этим справлюсь самостоятельно, но надо бы и тебя приодеть. А то ты у меня как простолюдинка, без рода и племени.

– А чем не нравится мой наряд? – с удивлением посмотрела на Ама. – Ты же сам создал для меня несколько платьев. Они красивые, даже роскошные. А потом, что-то, когда толпа женихов явилась сюда, в моем облике тебе все нравилось.

– Это разные вещи. Правитель – важный гость, которого необходимо встретить достойно. Ты должна выглядеть леди, а не служанкой, – послышалось в ответ. – И не спорь. Даже слушать ничего не хочу, тем более что я прав.

Малыш хлопнул в ладоши и коварно оскалился:

– Сейчас мы из тебя такую красавицу сделаем.

После этих слов появилось непреодолимое желание сбежать. Автоматически отступила в сторону двери.

– Не надо, – качнула головой. – Думаю, к предстоящей встрече я в состоянии подготовится самостоятельно.

– Полли, – гуен хмыкнул. – Доверься тому, кто в этом понимает.

– Нет.

– Не доверяешь? – Ама нахмурился.

– Остерегаюсь…

– На споры времени нет, – хранитель хлопнул в ладоши.

В это же мгновение меня окутал ледяной вихрь. Показалось, что окно случайно приоткрылось, и порыв снежного ветра ворвался в теплую уютную комнату, бесцеремонно нарушая наше спокойствие.

Я хотела закрыть створку, но тут осознала, что не могу пошевелиться. Тело словно онемело и абсолютно перестало меня слушаться. Рывок, еще рывок, но мне не удалось сделать ни шага.

– Что ты со мной сделал? – рявкнула я, перепугавшись не на шутку.

– Пока еще ничего…

– Ама, немедленно исправь все, что натворил, – проговорила я, ощущая на лице «каменную» маску.

– Да, – гуен обошел меня по кругу и цокнул. – Времени мало, работы предстоит много. Так что приступим…

Глава 4

Когда со стороны улицы послышалась громкая музыка, невольно вздрогнула. Автоматически коснувшись высокой прически на голове, в очередной раз чертыхнулась и направилась к окну.

Приоткрыв шторы, увидела у ворот белоснежную карету, запряженную шестеркой вороных скакунов. Лошади были высокими, мощными, с длинными чуть волнистыми гривами.

Сопровождали важного гостя многочисленные всадники в сияющий черной броне. В свете закатного солнца их латы сияли и переливались, невольно притягивая к себе взгляд.

– Полли, – послышался шепот. – Там это… Правитель приехал.

Резко обернувшись, поняла, что за спиной никого нет. Гуен тщательно прятался, да это и не удивительно… Сегодняшняя экзекуция с нарядом переполнила мою чашу терпения, и я в сердцах пообещала обрить мохнатого кутюрье налысо.

Ну а как иначе. Этот тиран, применив свою магию, для начала полностью меня обездвижив. А затем… Вспомнив подготовку, невольно покраснела. Ама совершенно не думал о моих душевных терзаниях и смущении. Сначала он с помощью магии раздел меня до ночной сорочки. Затем организовал ванну со всякими косметическими средствами. После, как куклу «выполоскал» в семи водах, измазал какой-то зеленой вонючей дрянью и завернул в некое подобие полиэтиленовой пленки.

Стоит ли говорить, что все это сопровождалось моим возмущенными воплями. Но наглец просто делал вид, что ничего не замечает, а потом и вовсе лишил меня голоса.

Я самой себе напоминала рыбу, выброшенную на берег. Рот открывала, но издать не могла ни звука.

Зато гуен был говорлив как никогда. Он как заведенный, повторял, что после косметических процедур я стану моложе на десяток лет, волосы приобретут блеск, кожа -сияние, и вообще, сама себя не узнаю.

Отмывать зеленую тину было крайне неприятно. Возникло ощущение, что она смывается вместе с кожей. Тело буквально горело, словно меня отхлестали жгучей крапивой.

Затем этот мохнатый садист забрался на потолок и обсыпал меня какой-то пудрой, вызвавшей жуткий приступ бесконечного чихания.

К концу «процедур» я мысленно тысячу раз убила гуена и столько же раз воскресила.

Про прическу, макияж, создание вечернего платья я промолчу.

Результаты трудов Ама были «потрясающими». Да, волосы блестели, и кожа сияла, в этом он не соврал. Но на моей голове «выросло» воронье гнездо, по-другому широкую многоступенчатую махину из волос назвать было нельзя.

Пышное платье визуально добавило мне несколько килограмм, превратив в довольно упитанную пышку с роскошными формами.

Я была в ужасе, увидев свое отражение в зеркале.

Зато гуен был всем доволен, периодически потирал лапки и утверждал, что правитель без сознания рухнет у моих ног, едва познакомится. Кстати, вот в этом я не сомневалась. Потому что не любая психика выдержит такую «ослепительную» красоту».

– Ну что скажешь? – Ама взмахнул лапкой. – Нравится?

Я почувствовала легкий ветерок, после которого ко мне вернулась способность двигаться и говорить.

– Убью! – заорала я, хватая скалку.

– Неблагодарная! – послышался вопль в ответ, а потом хранитель выбежал из спальни. – Ни стыда, ни совести! Гуенов трогать нельзя!

Я обыскала весь дом, но он словно провалился сквозь землю.

Но самое страшное было в том, что платье будто прилипло к коже и не снималось. Прическа никак не хотела распускаться. Едва я выдергивала шпильку, она тут же возвращалась обратно.

Потратив немыслимое количество времени и, осознав бесполезность своих попыток, чуть не разревелась.

Желание убить хранителя рода утроилось.

Но он весьма хорошо спрятался, и чем занимался остаток времени я не знала.

Но вот едва раздались фанфары – тут же объявился.

– Полли, ты еще на меня сердишься?

Голос звучал словно из стены.

– Нет, – рявкнула в ответ.

– Злишься! Ты врешь, и это видно, – послышался писк.

– Если видно, зачем тогда спрашиваешь?!

– Полли, я просто хотел, чтобы ты была красивой, и кстати, все получилось.

– Даааа уж, – протянула в ответ. – Превратил меня в неизвестно кого и еще гордишься этим.

– Не ценишь ты меня, а зря… Кстати, тебе пора спуститься вниз, чтобы встретить гостя, – напомнил гуен.

Тяжело вздохнув, уточнила:

– А ты?

– А я, пожалуй, не пойду.

– Интересно почему? – хмыкнула в ответ. – Боишься, что затмишь меня своей красотой?

– Боюсь… тебя.

– Выходи!

– Не-а, – пискнул гуен. – А вдруг ты выполнишь свое обещание?

Осознав, что мохнатый хранитель рода, действительно испугался, поняла, что немного переборщила. Теперь, когда волна гнева утихла, желание убить мохнатика исчезло. Зато теперь я осознала, что, если он сейчас не спустится со мной вниз, правителя придется встречать самостоятельно. А что делать и говорить, я просто не знала.

– Если ты мной еще раз посмеешь сделать нечто подобное, то моя угроза приобретет реальный характер. А сейчас не бойся, выходи!

– Обещаешь, что драться не будешь?

– Обещаю.

– И уши не тронешь, и хвост?

– Не трону!

– Ну, смотри, ты обещала…

Раздался хлопок, и Ама возник неподалеку от меня, словно из ниоткуда.

Качнув головой, усмехнулась:

– Да ты мастер маскировки, как я посмотрю.

– Жизнь и не так крутиться заставит, – философски промолвил Ама.

– Я уже много раз говорила, сначала думай, а потом делай.

– Полли, ты в курсе, что у тебя дурацкий характер?

– Кто бы говорил, – подняла глаза к потолку. – Ты иногда бываешь просто невыносим.

– Знаешь, просто ты – мегера в юбке.

Услышав это, прищурилась.

Гуен вздрогнул, отступил и, подняв передние лапки вверх, поспешил заверить:

– Это шутка. Просто шутка. У тебя еще и проблемы с чувством юмора, оказывается.

Мысленно крякнув, промолчала, решив, что устрою этому хвостатому наглецу «райскую» жизнь, но чуть позже.

Сейчас на повестке дня был правитель.

Идти в дурацком несуразном платье было непросто. Каждая ступенька казалась непреодолимым препятствием. Шаг, еще шаг, коридор показался невероятно длинным, а потом мы достигли края лестницы…

Ама постарался и «украсил» дом в весьма своеобразной манере – зачем-то убрал все ковры, но натер до блеска паркет, красивые картины с изображением местных пейзажей заменил на вычурные натюрморты в позолоченных рамах, а еще в глаза бросились вазоны с искусственными цветами и яркие банты на шторах и стенах.

От яркости красок пестрело в глазах, и большей безвкусицы я еще не встречала. За весьма короткий срок Ама умудрился превратить уютный и милый особняк в жуткое место, от которого невольно хотелось сбежать, по крайней мере, мне так точно.

– Нравится? – с явным довольствием в голосе поинтересовался хранитель. – Дорого, богато, с размахом! Правитель будет сражен.

– Ну да, – скептически хмыкнула я.– Если несчастный переживет мою «красоту», то это великолепие его точно добьет.

– Что? – Ама дернул ухом. – Я не расслышал.

– Говорю все красиво, но для полной картины сияния и блеска не хватает.

– Думаешь? – задумчиво протянул хранитель дома. – А это не будет перебором? Боюсь испортить первое впечатление излишней роскошью. Необходимо поразить нашего гостя, но тем не менее, этот дом не должен быть лучше его дворца, чтобы в душе правителя не появилась зависть.

Я бросила насмешливый взгляд на своего мохнатого спутника. На секунду мне показалось, что он шутит, но нет, Ама рассуждал на полном серьезе.

– Полли, так что, сияния в интерьер добавлять? – уточнил он. – А может лучше банты сделать ярче?

– Давай спустимся и там определимся, – ушла от ответа я.

– Ну вот, – послышалось возмущение. – Все приходится решать самому. Бедный я, бедный.

– Нет, Ама, – невольно рассмеялась. – Судя по всему этому, – обвела рукой холл, – ты весьма обеспеченный гуен.

– Это ты еще гостиную не видела, – раздалось в ответ.

– Даже страшно представить, что там меня ждет, – искренне призналась я и стала осторожно спускаться.

А это оказалось весьма непростой задачей. Странные длинноносые туфли были не только неудобными, но и очень скользкими, а наряд, украшенный камнями настолько тяжелым, что я невольно ссутулилась от его веса.

Подняв край пышной юбки, я осторожно спускала сначала одну ногу, затем другую, а после мне потребовалось несколько мгновений, чтобы выровнять равновесие. От страха в любой момент грохнуться вниз и сломать себе шею, буквально вцепилась в перила.

– Полли, ты похожа на колченогую клячу, – внезапно прокомментировал мою походку Ама.

Обернувшись, рявкнула:

– Да ты что?! А кто в этом виноват?

Гуен окинул меня задумчивым взглядом, постучал когтистым пальцем по щеке и выдал:

– Твои родители?

Нервно дернув глазом, крякнула:

– А они-то тут при чем?

– Ну как… Клан, семья, родная кровь… Дети похожи на своих родителей, это факт. Интересно, а кто так ссутулился и волочил ноги в твоей семье? Чья ветка рода так подкачала? Отец или мать?

– Дедушка, – процедила в ответ, едва сдерживая порыв, чтобы не стянуть неудобную туфлю с ноги и не настучать гуену по мохнатой, но абсолютно пустой, головушке.

– О, так это значит тянется давно…

– Послушай, – я прервала Ама. Осторожно спустившись еще на пару ступенек, выдохнула. – Ты специально испытываешь мое терпение?

– Нет, – пискнул хранитель дома.

– Так зачем задаешь дурацкие вопросы? В моей походке виноват ты!

– Я?!

– А кто нарядил меня в этот наряд? Кто натер полы и лестницу до блеска, превратив в каток? Кто эти туфли раздобыл? Кто желание под елкой загадал?!

– Так, – Ама взвился и, заскочив на перила, держась за них пушистым хвостом, весьма ловко скатился вниз. – А вот про желания не надо… Ты в своем мире там тоже постаралась.

– Знаешь, как я об этом сожалею, – в сердцах выкрикнула я и стала спешно спускаться, забыв обо всех своих опасениях.

И лишь когда оказалась в холле, осознала, что препятствие в виде лестницы закончилось.

– Ну вот, можешь же, когда хочешь, – гуен довольно потер лапками.

– Так ты что меня специально злил? – прищурившись, посмотрела на него.

– Ну а как еще, надо было действовать – еле движешься, вся бледная, руки трясутся. Ну явно нервничаешь перед важной встречей. Вот и пришлось тебя отвлечь. Зато сама посмотри, какой результат – в глазах блеск, на щеках румянец, грудь вперед, плечи расправлены. Ну красавица же, кра-са-вица!

А после этого хранитель дома скользнул к окну. Несколько мгновений он за чем-то молча наблюдал и выдал:

– Так, правитель уже покинул свою карету и скоро будет здесь. Но у нас есть немного времени. Думаю, ты должна оценить стол.

– Стол? – уточнила я, чувствуя себя актрисой в спектакле с абсолютно абсурдным сценарием. Выходки хранителя уже даже перестали удивлять. Просто сегодня я в очередной раз убедилась, что от этого чудаковатого создания мне надо бежать и как можно скорее, пока он меня окончательно не свел с ума.

Я провела в этом доме всего несколько дней, но уже прекрасно понимала, если выяснится, что лорд Альвет Леви сбежал, его даже осудить будет не за что. Потому что вот это все ни один нормальный человек выдержать не может…

– Полли, ну что ты опять застыла? Идем же, скорее!

– Ама, а как зовут правителя?

– Не знаю, – гуен пожал плечами. – Да и какая разница в принципе?

– Просто хотелось бы знать имя нашего высокопоставленного гостя. Некоторых, кто сегодня утром терся у ворот, ты знал.

– Когда-то были знакомы лично. Но я слишком долгое время провел в одиночестве в этом замке и не знаю, что произошло с тех пор, как мой лорд уехал, – раздалось в ответ.

– Но ты же видел правителя в окно. Узнаешь его или нет?

– Полли, в этом мире магия – обычное дело, и скинуть десяток-другой прожитых лет очень просто. И вообще, сейчас ты должна оценить сервировку стола, идем, – и Ама шустро исчез в гостиной.

Мне ничего не оставалось, как последовать вслед за ним.

В комнате, как и везде, от украшений пестрело в глазах. Ама постарался на славу, что еще можно было сказать. Банты, цветы, золотые аксессуары – всего этого здесь оказалось в излишке. Круглый стол у окна буквально ломился от разнообразных угощений: разноцветные пирожные, небольшие мини-закуски, мясная нарезка, сырная, несколько красивых блюд. Все было словно с картинки и выглядело ненатурально.

– Нравится? – поинтересовался гуен, заглядывая мне в лицо. – Смотри, как все красиво.

– Ты большой молодец, – похвалила его я, понимая, что Ама действительно очень старался. – Правителю обязательно понравится.

– Это ты еще ничего не пробовала. Я решил сегодня поэкспериментировать со вкусами, и вышло очень необычно. Вот смотри, это печенье, – мохнатик показал на выпечку ярко-оранжевого цвета, – со вкусом печеной моркови, а в этот салат, – мне продемонстрировали тарелку, щедро украшенную зеленью, – я добавил рыбу, орехи и немного меда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.