Марина Комарова
Кобра клана Шенгай. Кодай-но

寺の門前に鬼が住む

Демоны живут напротив ворот храма

Японская пословица

Часть I. Сиджарта

Глава 1

Сумасшедшая белизна била по глазам. В ушах выли и стонали тысячи голосов. Ветер немыслимой силы швырял нас, как щепки, даже не чувствуя.

Всё, что сейчас было важно – это рука, сжимающая моё горло.

Рёку наполнила тело, сила готова была вырваться в любой момент, но я не знала, не сделает ли это хуже. Поэтому снова ударила по запястью Трёхрукого. Послышался какой-то треск, а в следующую секунду буря прекратилась, и мы рухнули на пол.

По спине пронеслась волна боли, под лопатками и поясница онемели.

– Проклятая девчонка, – прошипел Трёхрукий. – Поначалу ты меня забавляла, но потом тебя стало слишком много. Лезешь везде, где только можешь. Почему не забилась в свою нору? Глядишь бы – пощадил.

Он резко встал и поднял меня. Мои ноги повисли над полом. Я со всей силы заехала ногой в его пах. Пальцы дрогнули, и я отлетела в сторону. Совершенно подлый прием, но всегда работает. Закашлявшись, вовремя ушла от массивного кулака.

– Ненавижу, – прорычал он и кинулся на меня.

Краем глаза удалось увидеть, что мы оказались в зале… наверное, храм. Алтарь, ниши для вознесения молитв и какая-то дыра в стене. В ней будто что-то было. Живое, темное, дышащие, как огромный зверь. А ещё оно – пристально следило за нами. И от этого внимания делалось ещё хуже, чем от Трёхрукого, который старался меня уничтожить.

А ещё… он неумолимо теснил к этой дыре, словно намеревался загнать именно туда. Понимая, что и так оказалась в не очень выигрышной ситуации, я метнулась в сторону, практически подныривая под его кулаками. Коджи учил меня драться с противником, у которого две руки. Но вот три – это серьёзно осложняет задачу. Вечно этот лишний элемент стремится прилететь по затылку.

Никогда в своей жизни я ещё не чертила кандзи на такой скорости. Один за одним они летели в Трёхрукого, обжигая, толкая, снося волной ветра. В какой-то момент он пошатнулся.

«Мирунгша тоже долго держался, – вспомнила я. – Но у него были мертвецы, из которых он тянул силу. А ещё – посылал на нас. Трёхрукий же один».

Я влила больше рёку. Кожа словно вспыхнула огнем. Голова пошла кругом. Такое же было, когда в меня пришла сила Сацуджинши. Как хмельное вино, которое делает тело невесомым, а внутри заставляет полыхать огонь.

Трёхрукий не успел увернуться от потока рёку, которая хлынула с моей ладони.

– Сто-о-ой! – раздался его крик, но в следующий миг он оступился и провалился в черную дыру.

Тишина, наступившая через секунду, оглушила. Моё сердце колотилось, как ненормальное. Грохотало прямо в ушах и горле, не желая утихать. Руки и ноги онемели. Дыхание резало лёгкие. Пришлось ухватиться за ближайшую поверхность. Кажется, это стол для приготовления ароматических смесей.

Поначалу казалось, что Трёхрукий прямо сейчас выпрыгнет оттуда и набросится на меня, но… минута, две, три… Ничего не происходило.

Мои колени дрогнули, и я практически рухнула на пол. Холодно? Твёрдо? Плевать. Главное, что я жива. Сейчас немного отдохну и разберусь… со всем.

Правда, мысли тут же спутались, и я почувствовала, как меня утягивает в тяжелый беспокойный сон. День выдался беспокойным. Нервы, ожидание подвоха и… такой конец.

Я отключилась. Никаких образов мне не приходило. Только чьи-то голоса шептали что-то на непонятном языке. Вроде бы и похоже на тот, что у нас в Тайоганори, и… совсем иной…

Не знаю, сколько времени я так проспала, но, когда открыла глаза, то почувствовала себя значительно лучше. Сев, потянулась, разминая затекшие мышцы. Повертела головой, прикидывая обстановку. Трёхрукий не вернулся, что уже хорошо. Кроме меня тут никого нет. Ну статуя возле алтаря не в счет.

– Не лучший денек я выбрала для коронации, – пробормотала под нос, медленно поднимаясь и осматривая себя.

Мне удалось выйти без серьёзных ранений. Синяки в наличии, царапины, но это терпимо. Одежда не залита кровью – значит, можно появиться на глаза.

«На глаза кому?» – появился в голове вопрос, на который отвечать совершенно не хотелось.

Хотя бы потому, что я понятия не имела, где нахожусь. Храм Трёхрукого? В общем-то, логично. Трёхрукий меня уносит из дворца в место, где можно спокойно убить и избавиться от тела. Удобно, практично и не портит природу.

Я встряхнула головой и тут же застонала, сжав виски. Вот это было лишнее. С мыслями и так сейчас неразбериха, а тут ещё добавится мигрень.

– Нет, точно не лучший денек, – произнесла я и медленно приблизилась к статуе.

Интересно, кто это? Уж точно не Трёхрукий. А изящный юноша с невероятно красивым лицом и крыльями за спиной. Статую вырезали из удивительного тёмно-синего камня. Чем дольше смотришь, тем сильнее кажется, что внутри разгорается звёздный огонь. Кем бы ни был тот, кто создал такую красоту, он – настоящий мастер.

– Как интересно, – выдохнула я и аккуратно провела по скуле юноши, ожидая почувствовать холод.

Но подушечки пальцев внезапно ощутили странное тепло. Я невольно отдернула руку и нахмурилась. У нас такого нет. Какой… странный материал. Ещё и эти глаза. Ощущение, что смотрит прямо в душу. И от этого взгляда переворачивается всё внутри. Поначалу ничего, статуя, как статуя, а теперь кажется, что я слышу крик о помощи. Но какой ещё крик?

Через несколько секунд стало ясно, что никакого крика нет. Просто изумительно сделанная статуя.

Шумно выдохнув, я решила обследовать всё помещение.

Только вот ничего особенно не обнаружила… если не брать в расчет дыру. К ней даже приближаться не хотелось. Возникало ощущение, какой-то… необратимости. Будто там что-то такое, после чего не будешь прежним.

– Я не собираюсь причинять тебе вред, – тихо сказала, понимая, как это может быть глупо со стороны. Если тут никого нет, то я дожилась, что говорю с собой. Если есть… это хоть немного спасет мою репутацию.

Хотя, о чем это я… Мою репутацию уже не спасет ничего. А вот желудок… желудок спасет рис с соевым соусом и маслом, а ещё кусочек рыбы. Пусть маленький, но вкусный. А вкусного я мало не умею, кстати. Поэтому с размером что-то придется решать.

Решив не соваться в дыру, полную необъяснимо живой тьмы, я осторожно отступила. Мне нужно отыскать выход. Сидеть в закрытой комнате не вариант. Повторно изучение помещения дало положительные результаты. Я отыскала умело спрятанную дверь между стеллажами с каким-то барахлом. Барахло, кстати, выглядело очень прилично, но камушки, подсвечники и благовония меня сейчас интересовали слабо.

Поэтому благоразумно выставив перед собой кандзи «Щит», я толкнула дверь. И тут же зашипела от боли. Зараза, придется как следует постараться. Удар. Ещё удар. Скрип… и дверь подалась. Я вовремя удержала равновесие, чтобы носом не проехать по полу. Пол, кстати, красивенький – выложенный разноцветной плиткой. Цветочные узоры настолько тщательно подобраны, что можно рассматривать очень долго. Только вот в коридоре полумрак, поэтому разглядеть получается ухватить только какие-то фрагменты.

Я двинулась дальше, предварительно подкинув в воздух кандзи «Свет». Так вот куда лучше.

На стенах была роспись: красивые крылатые люди в садах. Улыбчивые лица, белая кожа, волосы, убранные в сложные прически. Я невольно остановилась. Кто-то решил изобразить персонажей из какой-то легенды? Попыталась копнуть глубже, что об этом знаю, но память скрутила фигу, показав, что знаний на подобную тему в моей голове никогда не было.

– Ладно, – вздохнула я, – может быть, просто фантазия кого-то из оформителей. В конце концов, в Тайоганори нет запрета оформлять храмы строго по канону. Учитывая, что много о богах не знали, то всегда допускали какую-нибудь вольность.

Я пошла дальше в надежде, что скоро хоть куда-нибудь выйду.

– Только не лабиринт. Все цуми и кто там ещё ответственный за проблемы, что на нас сыплются… Дайте хоть небольшую передышку, – пробормотала я, увидев, как коридор сворачивает куда-то влево.

Видимо, какие-то светлые силы меня услышали, потому что поворот вывел к бытовым помещениям. Ничего особо ценного, разве что одежда есть и запасы… Хм, лепешки и сыр. А жизнь-то налаживается.

Несколько секунд поколебавшись, я всё же подхватила темно-зеленый верхний халат, штаны и плащ. Таскаться в дорогой одежде, который после боя с Трёхруким ещё и отвратно выглядит – опасно. А так никто и не поймет, кто я. Одежда, правда, какая-то несколько непривычная. Но, если меня уволокли на одну из окраин страны, то там может быть что угодно. Если это граница с Чань-Хан-Го, то нормально, фасоны похожи.

Переодевшись, я спрятала волосы под широкий отрез ткани и накинула плащ. Сверток с запасами тоже прихватила, засунув его в мешковатую сумку. В общем-то, что это я стесняюсь? Если в этом месте поощряют проделки Трёхрукого, то тут и церемониться не стоит.

Почему-то на краю сознания кто-то засмеялся. Нет, не чужой голос, а… скорее, тот самый внутренний, который всё знает, но прямо никогда не скажет.

Впрочем, мои опасения оказались напрасны. Храм не выглядел старым, но при этом… тут никого не было. Вообще. Это чувствовалось. Словно это место покинули, но каким-то чудом оно осталось в хорошем состоянии. Краски на стенах не поблекли. Пыль толстым слоем не покрывала пол и столы. Даже алтарь, который я видела, выглядел вполне прилично.

Через некоторое время я вышла в зал, куда первым делом должны попадать прихожане. Тоже симпатично, всё украшено. Ощущение, что вот-вот должен зайти жрец и начать службу.

Только вот кругом гулкая тишина и пустота. Никого. Одна статуя с молящими о помощи глазами…

Нет, не думать о ней. А то вмиг становится холодно и неуютно. Там такое освещение, что мне просто показалось.

Тут, кстати, есть ещё один алтарь, на котором расставлены разные ёмкости. Сюда прихожане могут опускать ше и полудрагоценные камни, выражая своё почтение божеству. Только вот кому? Вдруг это не храм Трёхрукого? Все бывает, малые народы вообще уважают Тех, Без имени.

«А вдруг и правда я на территории кого-то их них?» – нахмурилась я.

Значит, надо быть осторожнее. Мы не враги, но кто поверит, что императрица вдруг оказалась в день коронации цуми знает где? Я горько усмехнулась. Сама бы не поверила, да выбора не оставили.

Поняв, что дальше не стоит задерживаться и лучше уйти, пока никто не мешает, я направилась к выходу. Вышла через главный вход, переступила через порог, а в следующий миг заорала от ужаса, потому что твёрдой поверхности под ступней не оказалось, и я рухнула прямо в белые облака.

Глава 2

Полёт был настолько стремительным, что горло перехватило, и ни единого звука не срывалось, хотя откровенно хотелось орать. Я зажмурилась, потому что в лицо ударил тёплый ветер и крохотные капельки.

Всё пронеслось на такой скорости, что я не сразу сообразила, как упала в стог. Удар значительно смягчило, поэтому потребности собирать ноги и руки по округе не требовалось.

Ну и мысли у меня. После общения с богами, цуми и прочей гадостью начинаешь уже думать несколько… не так, как полагается приличной даме.

Привстав на локтях, я осмотрелась. Так… луга… вдали аккуратные домики, дорожки… Слева пасутся козы, щиплют траву. Я в какой-то деревеньке. Очень интересно. Потерев затылок, которому и так достается последнее время, я вздохнула:

– Ладно, уже неплохо. Надо слезать и разбираться.

Искренне надеясь, что сейчас ни возьмись откуда не выскочит хозяин несчастного стога, я глянула на землю, прикидывая, можно ли спрыгнуть так, чтобы пока не прибегать к рёку. Мало ли кто тут… Если обычные люди, то могут банально насторожиться. Если есть те, кого стоит опасаться, то лучше лишний раз не светиться.

Сообразив, что расстояние терпимое, я перекинула длинную лямку сумки через плечо, чтобы она шла по груди наискось, повернулась задом к пасущимся козам и начала осторожно соскальзывать вниз.

– Вот так живешь, борешься за место под солнцем, цуми убиваешь, врагов разносишь, наконец-то уничтожаешь главного соперника, становишься императрицей и… в итоге сползаешь со стога сена неведомо где, рискуя получить люлей от хозяина этого участка, – пробурчала я под нос, оказавшись на земле.

Вынув из волос соломинки и отряхнув одежду, я пришла к выводу, что выгляжу вполне пристойно – тыкать пальцами не будут. Но в то же время вряд ли кто-то обратит внимание. Так, путница, которая идет издалека. Теперь… Теперь надо выяснить, насколько издалека.

Я направилась по дорожке прямо, понимая, что иного выхода нет. Поначалу домиков практически не попадалось, но потом становилось всё больше и больше. С виду – ничего особенного. Обычные деревенские строения. Правда, порой казалось, что они… старые. Нет, не в смысле, что самим домам много лет, а… не строят в Тайоганори так.

«Аска, прекрати, – мысленно одёрнула я себя. – Если это граница с кем-то из соседей, то тут сплав культур, поэтому весьма глупо ждать, что дома будут выглядеть так, как у меня в Крае Гроз».

Звучало логично, но какое-то сомнение, присыпанное неуверенностью, все равно оставалось. Ладно, надумать можно что угодно. Взять тех же шаманов… У них вообще дома не походи на те, что строят клановые люди.

Малые народы… Я одновременно радовалась, что могла оказаться в их землях, но в то же время и опасалась. Это не шаманы, поэтому я понятия не имею, как они вообще тут живут. Если преданы своим кланам, то Шенгаям не обрадуются. Если предпочитают не слышать о кланах, то… всё равно не лучший расклад.

В какой-то момент из отдаленного домика выскочил малыш этак лет четырех. Следом за ним выбежал, заливаясь громким лаем, щенок. Ребенок как ребенок. Собака как собака.

Я с облегчением выдохнула, сама не понимая, насколько была напряжена всё это время. Неужто ждала появления Трёхрукого в любой момент?

Следом за малышом появилась молодая женщина. Вероятно, мать. Она окинула взглядом дорогу, заметила меня. Задержала взгляд с откровенным интересом. Ни намека на враждебность я не увидела.

– Да осенят вас крылья, – произнесла она приятным голосом. – Куда держите путь?

«Какое интересное приветствие, – отметила я про себя, – никогда подобного не слышала. Какие крылья?»

– Да будет ваш день светлым, – ответила я более-менее универсальной формулировкой, надеясь, что это не противоречит никаким местным традициям. – Я иду издалека. Не подскажите, как называется это место?

Вот и всё. Первый контакт состоялся. И как дальше будут разворачиваться события, зависит от женщины, стоящей напротив.

– Это деревня Ласань. Если вам надо в город, то подождите немного, мой сосед как раз едет с овощами на рынок, подкинет вас. Идти далеко.

Звякнув подвесками на поясе, она подбежала к забору и крикнула:

– Дедушка Тару! Дедушка Тару!

Я ничего не успела сказать, потому что в следующий миг появился кругленький старичок, чем-то напоминавший целителя Изаму. Такой же толстенький и приятный глазу. Смуглое лицо было покрыто морщинами, но в глазах светились интерес и жажда действовать.

– Алу, что случилось? Почему кричишь?

Алу указала на меня:

– Дедушка, возьмите с собой девочку до Сиджарты, вы же знаете, сколько там идти. А она издалека, видите, какой плащ запыленный. Сама же не доберется.

Плащ… ну, какой в храме стырила, такой стырила. Что сразу на этом заострять внимание?

Однако мыслей своих, разумеется, не показала. Только улыбнулась, надеясь, сойти за милашку.

Ласань, Сиджарта… Вообще не понимаю, где я. Первое название ни о чем не говорит, а второе… оно больше похоже на то, как называют города в Шкандастане. Но местные хоть и смуглые, но черты лица однозначно тайоганорийские. А со Шкандастаном мы не граничим.

Тару задумчиво взглянул на меня:

– Дитя, ты сбежала от нелюбимого? Родители выдают замуж за богатого, да неразумного?

Я открыла рот, потом… закрыла. Скорбно вздохнула и кивнула. По факту… Сбежала же от Трёхрукого? Сбежала. А какие нас с ним отношения связывают – это уже детали.

– Да, дедушка, – сказала я, добавив в голос слезы и опустила взгляд.

Опустить – это главное, иначе поймут, что кто-то ни капли не опечален и вообще крайне наглый.

– Алу, что за время, – пробормотал Тару. – Уже не первая. И все через нашу деревню. Дорога сбежавших невест!

Какие у них тут интересные вещи происходят. Возможно, местечко, где браки заключают родители, а девицы бунтуют? Ладно, позже разберемся.

– Тебя как зовут-то, горемычная? – мягко поинтересовался Тару.

– Я… – Хотела было ответить, но что-то остановило. И то верно, зачем называть настоящее имя? Конечно, я не единственная Аска в стране, но всё же… Не стоит говорить правду. – Я – Ши.

И только произнеся это, поняла, что именно ляпнула. Хотелось с размаху хлопнуть ладонью по лбу. Но всё уже… назвалась карпом – полезай в тарелку.

– Какое чудное имя, – заметила Алу.

– Главное, что оно угодно небу, – сказал Тару. – Ну я сейчас. Подожди немножко.

…Уже через полчаса мы ехали по неровной дорожке, виляющей между высокими деревьями и густыми кустарниками. Повозка оказалась маленькой, а лошадка немолодой. Но при этом справлялась с нашим весом и корзинами с овощами вполне бодро.

Я разместилась рядом с дедушкой Тару, который оказался замечательным рассказчиком. За время дороги я узнала, что урожай в этом году выдался что надо. В Сиджарте открыли много новых чайных домов и лавок. Город процветает, дожди идут регулярно, а значит, не будет проблем с водой. Что у главы города родилась очаровательная дочка, а первенец уже отправился на обучение на Белый остров.

Я помалкивала и старательно запоминала каждую деталь. Кто знает, что ещё пригодится в жизни?

Проблемой было только то, что все услышанное ни на ри не приближало меня к пониманию, где же я оказалась.

– В городе быстро найдешь работу, – тем временем продолжал Тару, смешно почесав нос. – Там всегда нужны руки. А ты по виду девчонка ловкая, я это понял.

Ну да, не забиралась на повозку два часа. Я хихикнула, не совсем понимая, как реагировать. Но у дедули была такая улыбка, что всё плохое настроение уходило на второй план.

– Cпасибо, – улыбнулась я.

– Ты чего-то умеешь? – покосился он. – Если служанкой в таверну какую, то могут взять. А коль и готовишь хорошо, то точно ухватят.

Готовлю я как придется, а вот ем хорошо. Есть ли местечко, где будут платить за то, что я ем?

Почему-то в памяти всплыло лицо учителя Коджи, который закатывает глаза и… сердце болезненно кольнуло. Нет больше Коджи. И так, как на меня смотрел он, уже не сможет никто другой.

Дедушка Тару всё заметил и решил больше не спрашивать. Некоторое время мы ехали в полной тишине, не считая пения птиц и шума речушки справа. Я смотрела на крутые берега и старалась затолкать как можно глубже тоску. Про боль утрат я буду думать потом. Когда пойму, где нахожусь и как добраться домой.

Не знаю, сколько мы так ехали, разговор завязался сам собой. Но так, о всяких глупостях, будто перед нами лежали горячие камни, которые нужно обойти, чтобы не обжечься.

– У меня оба внука, разбойники этакие, в этом году уехали на Белый остров, так я горжусь! – тем временем говорил Тару.

Семейка оказалась ещё та. Явно спокойно никто не сидит.

Подумав, я рискнула спросить:

– Дедушка, а что это за Белый остров?

Ожидала удивленного взгляда и ухмылки, но он совершенно спокойно сказал:

– Так для обучения же боевым искусствам. Лучшим потом забирает небо.

Я невольно вздрогнула. Почему это прозвучало так жутко? Вроде бы и он произнес это совсем не горько, а у меня аж мурашки по коже пробежали.

– Абы кого не берут, – продолжил он. – Надо постараться. Вот мои мальчишки не зря себе зарабатывали высокие оценки. Мастер их одобрил. Жаль только, что во время обучения не приедешь, будем только письма друг другу ветром слать.

Ветром слать…

Что тут вообще происходит? Вернуться – обязательно разберусь. Конечно, в кланах свои порядки, но что-то звучит и правда устрашающе.

Вдали показался город. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть его. Сиджа… Сиджарта… Он был светлым. Голубой, белый и бледно-золотой. Здания удивительные, будто кто-то взял архитектуру Тайоганори и Шкандастана, смешав в одном котле, а потом вылепил домики и расставил на холмах.

Формы не такие острые, как у нас. Везде то и дело прослеживается мягкая округлость. Часть крыш вытянута, по виду напоминает кукурузные початки. Солнце скользит по ним, вызывая яркий блеск.

– Какая-то сказка, – выдохнула я, не в силах смотреть на что-то другое. – Словно сошло с картинки в книжке.

– Да, дитя, так и есть, – тихо рассмеялся дедушка Тару. – Сиджарта – это драгоценность, которая дарована нам милостью неба. Я невероятно горд, что могу ездить сюда.

Небо, снова небо…

Мы въехали на мост, направляясь к городским воротам, через которые проходила вереница повозок. Видимо, тут не бывает пустоты никогда.

– А… – начала я, но над нами раздался шелест крыльев, заглушая все звуки.

Я медленно подняла голову.

Глава 3

Над нами кто-то пронесся настолько быстро, что не получилось разглядеть. Хм, кто тут может быть? У меня дома живет императорский хеби, поэтому здесь тоже может быть какая-то своя специфическая живность. Но вот что она летает…

В своё время я искренне радовалась, что Ши не летает, ибо спасу б от него тогда точно не было. А не дай боги он перед этим ещё и плотно покушает…

Я передернула плечами. Дедушка Тару с любопытством на меня посмотрел:

– Замерзла?

Какой вежливый человек, заботливый. Я спешно помотала головой.

– Нет-нет, всё в порядке. Задумалась.

– Кажется это «что-то» крайне неприятное, – вздохнул он. – Но ты не переживай. Здесь у нас хорошо. Найдешь себе местечко.

Я бы только за. Думая об этом, я толком и не заметила, как мы оказались в городе. А когда все же решила осмотреться, то замерла от восторга.

Кто бы тут ни жил, город был хорош. Светлые постройки, широкие дороги, много зелени и цветов. Несколько напрягало, что я не могу узнать ни одно из растений, правда, тут можно было сослаться на то, что я не особо этому уделяла внимание.

Архитектура города… непривычная. Видимо, всё это влияние Шкандастана. Но в то же время есть знакомые загнутые крыши, фонарики перед дверьми и каменные охранники у входа в дома. А ещё был какой-то удивительный свет. Будто солнечные лучи отражались от всех поверхностей. В какой-то момент пришлось даже прищуриваться.

– Сиджарта яркая, девочка, – тихо рядом сказал Тару. – Каждый раз, как приезжаю – сердце радуется. Строили её с душой.

Я ничего не сказала, но из вежливости кивнула. Яркая, согласна. Но радостно ли было при взгляде на город? Не знаю. Возможно, я просто привыкла к другому. Город однозначно не мрачный, но и теплоты я не чувствую. Не той, которая должна согреть в холодную погоду, а той, что разливает в груди приятное щекочущее чувство, и становится легко-легко.

Мне не хватало уюта Кисараджу. Его узких улиц и трепещущих на ветру вывесок. Разговоров торговцев и покупателей. Даже блистающий Шиихон вызывал иные чувства. Пусть большой. Пусть шумный и немного беспорядочный. Но там всё равно я была на месте. А здесь… Здесь что-то чужое.

От осознания этого я моргнула. Первоначальное очарование городом отошло на другой план. И это мне совсем не понравилось.

Тем временем дедушка Тару повернул налево, объезжая аккуратные домики.

– Далеко ли до рынка? – спросила я, желая хоть чем-то развеять наше молчание.

– Улиц пять будет, – ответил он. – А что, уже голодная? Там можем взять булочек. Я тоже на весь день, а уже голодный. Жена всегда ругается, а я считаю, что нет ничего лучше, чем поесть, отправляясь в путешествие.

– Пусть даже путешествие – поездка на работу? – улыбнулась я.

Он поднял палец вверх:

– Разумеется. Чем оно хуже чего-то другого?

Я рассмеялась. К цуми Сиджарту, а вот дедушка Тару мне определенно нравится. Поэтому мы всё же остановились у одной очаровательной пекарской лавки, перед которой нужно было обойти с десяток толстеньких мурчащих кошек. Работница оказалась очень красивой женщиной средних лет, напомнив мне о Ёсико. Незаметно для остальных я тихонько вздохнула. Сейчас бы её супчик и рыбку. Нет, определённо, когда я вернусь, то первым делом выпишу себе свою повариху в Шиихон и обожрусь до состояния нестояния её стряпни. И всё. Пусть целый мир подождет.

«Цуми! Деньги! – спохватилась я. – Я же вообще без них».

Но в этот момент дедушка повернулся ко мне и всунул в руки две паровые булочки.

– Держи.

– Я не…

– Это угощение, – отрезал он. – Ничего не хочу есть. У тебя одни глаза только – всё остальное на костях еле держится. Ешь.

Ощутив прилив благодарности, я с благодарностью склонилась перед Тару. Пусть не сейчас, но я обязательно отблагодарю. Булочки оказались великолепными, хоть были без начинки. Но это такая мелочь. Кажется, я готова была замурлыкать, как те коты перед пекарской лавкой. Её хозяйка смотрела на меня с умилением. Что ж… выгляжу я и правда как голодная бедная девчонка, так что ничего удивительного. За последнее время из-за нервов от всего происходящего я похудела, поэтому замечание про одни глаза не так уж далеко от истины.

Снова переступив котов, мы забрались на повозку и направились к рынку. После булочек город показался более привлекательным. На рынке же и вовсе была толпа народу, и это местечко скучным никак не назовёшь.

Пожалуй, все рынки мира похожи. Разница только в расположении торговых рядов. У кого-то стойки, у кого-то столики, а кто и вовсе расположился прямо на земле. От нарядов людей рябило в глазах. Среди покупателей были как местные, так и смуглые грациозные мужчины и женщины, одежда которых просто сверкала безумным количеством металлических украшений.

На некоторых я даже засматривалась, чуть не свернув голову. А потом и вовсе потеряла дар речи, увидела высокого мужчину с абсолютно гладким черепом и одеянии с пестрыми узорами по подолу.

«Жрец Ошаршу! Это же точно кто-то из их братии! – поняла я, чувствуя, как ставится немного легче. – Значит, надо найти храм Ошаршу. А там и связаться с братом Гу».

На душе немного отлегло. Поэтому, как только мы добрались до торгового места дедушки Тару, я помогла ему выложить овощи и сердечно попрощалась.

– Нужна будет помощь, Ши, приходи, – сказал он с неожиданной серьёзностью.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, снова поклонившись.

Именно сейчас я не могу ничего сделать, чтобы его отблагодарить, однако, как только вернусь, обязательно. На добро отвечают добром.

Но перед тем, как уйти, всё же задержалась и уточнила:

– А как добраться до храма Ошаршу?

Дедушка Тару озадаченно посмотрел на меня. В глазах было удивление и непонимание.

– Чей-чей? Не знаю такого. Ты уверена, что правильно назвала?

Возможно, жрец тут по какому-то дело. Но вот не знать Ошаршу… Хотя, с чего я взяла, что на всей без исключения территории Тайоганори знают четырех богов?

Ещё раз поблагодарив дедушку Тару и уточнив, где центральная площадь, я отправилась к ней. По крайней мере именно оттуда лучше ориентироваться. Будет не слишком хорошо, если в этих местах почитают Трёхрукого. У нас с ним всё же… разногласия.

«Надеюсь, он быстро не вылезет оттуда, куда мне удалось его столкнуть», – пролетела мысль, пока я осторожно протискивалась мимо людей.

Стоило оказаться на площади, как меня постигло разочарование. Здесь было всё… кроме храма. Я нахмурилась. Ерунда какая-то.

– Спасибо вам, господин, – донесся слева звонкий голос. – Только благодаря вам моя супруга смогла стать на путь выздоровления.

– Не стоит. Всё в порядке.

Этот голос… Я бросила взгляд через плечо. После чего даже не поверила своим глазам.

Возле мужчины лет сорока в одежде ремесленника стояло… Стоял… Боги, кто ты?

Да, фигура человеческая, лицо тоже. Только вот кожа слишком чистая белая. Глаза… удивительно светлые, по-моему, голубые. Волосы – чисто золото, длинные и ухоженные, убранные в сложную прическу, украшенную длинными шпильками.

Одежда из интересной ткани, которая переливалась сине-фиолетовым при каждом движении. На широком поясе, усыпанным сверкающими камнями, были ножны для короткого меча, рукоять которого сейчас была скрыта белой рукой.

Но это всё что… Поражало, что у него были крылья. Самые. Настоящие. Крылья. Четыре. Они словно светились изнутри и поэтому казались полупрозрачными. Сейчас аккуратно сложенные за спиной, но такие, что можно рассмотреть каждую деталь.

Я медленно повернулась, не давая себе отчета, что пялюсь на незнакомца во все глаза. И, судя по реакции мужчины, с которым он говорил, – ничего удивительно тот не находил.

Да и все, кто ходил мимо, не глазели. Ну стоит какой-то крылатый, да ради всех богов. Кого этим удивишь?

Крылатый… Крылатый.

В моем голове что-то зазвенело.

Крылатый!

О хвост моего хеби! Этого не может быть!

Ты сама станешь Кодай-но!

Покачнувшись, я отступила назад. Именно в этот миг крылатый, будто что-то почувствовав, перевел на меня взгляд. В эти голубые глаза опрокинули небо, смотришь – и голова кругом. Чувствуя, что в любой момент могу потерять связь с реальностью, я рванула в сторону одной из улочек, подходивших к площади.

Кажется, на лице крылатого мелькнуло удивление. Но я бегала быстро. Мне нужно успокоиться. Мысли запрыгивали одна на одну. Сердце колотилось, как безумное.

Кодй-но. Кодай-но. Кодай-но.

Время, когда они ещё были Крылатыми. Время, когда ещё не стали проклятыми чудовищами. Время, когда четверо из них волею судьбы не выжили, решив разделить сферы влияния в Тайоганори.

Какое это именно время? Сколько у меня времени до пришествия Карана? Могу ли я хоть что-то сделать, чтобы не нарушить потом ход событий?

Могу я сделать хоть что-то?!

Я прислонилась к первой попавшейся стене. Сердце так и грохотало в ушах, не собираясь затихать. Прикрыв глаза, вдохнула жаркий воздух. Солнце, словно в насмешку, светило прямо на меня, угрожая сжечь дотла.

Дышать. Надо просто дышать. Успокоиться. Взять себя в руки. И наконец-то мыслить трезво. Что за позорная паника?

Разумеется, ответа не было. Я прекрасно понимала, что повела себя, как последняя дура, когда побежала с площади. Остается надеяться, что крылатый просто примет меня за ненормальную и выкинет из головы. Что? У них может не быть ненормальных? Не верю. Они всегда есть!

– Девушка, вам плохо? – спросил прохожий, обеспокоенно заглядывая в глаза.

– Всё нормально, – пробормотала я и, сообразив, что прижимаюсь к стене чайного дом, юркнула внутрь.

Здесь было шумно: за столиками сидели люди и ели. Подавальщики шустро носились между ними, принося заказы. А ещё здесь была прохлада, да и пахло приятно. Я тихонько выдохнула. Крылатых не видно. Возможно, удастся тихонечко посидеть в уголочке и привести мысли в порядок. И будет не лишним прислушаться к разговорам.

Ко мне подскочил верткий подавальщик:

– Что будете заказывать?

Я только открыла рот сообщить, что подумаю, как соседний столик вдруг с грохотом опрокинули.

– И ты мне ещё будешь возражать? – рявкнул здоровенный мужик, сверля гневным взглядом хрупкую девушку в бледно-розовой одежде. – Я тебя не спрашиваю!

Он протянул руку и ухватил девушку за горло. Она хрипло вскрикнула и попыталась дернуться, но ничего не смогла поделать против грубой силы.

Внутри вскипел гнев. Он же задушит её только одной лапищей. Не раздумывая, я ухватила тарелку с подноса подавальщика и запустила в мужика.

Глава 4

От удара того отшвырнуло в сторону. Девушка только судорожно выдохнула и посмотрела на меня огромными глазами. Подавальщик пискнул и отшатнулся. Я в следующий миг оказалась рядом с обидчиком девушки и от души заехала ногой под рёбра.

– Будешь знать, как распускать лапы, тварь, – прошипела я, не в силах усмирить клокочущий гнев.

Рукам отчаянно не хватало мечей или хотя бы кайкэна. Запястье жёг изуродованный кумихимо, которым последнее время я не пользовалась, не в силах смотреть на подарок Плетуньи. Но вот верен он был исключительно мне, поэтому готов был присоединиться к бою.

– Как смеешь? – хрипло выплюнул мужик, сверля меня ненавидящим взглядом.

Я вовремя прикусила язык, чтобы не брякнуть правду. Он начал вставать. Краем глаза я заметила, что ко мне подбирается высокий хлыщ.

– Бежим, – выдохнула девушка и, ухватив меня за руку, проворно выскочила из чайного дома.

Бегала она быстро. Я припустила за ней, понимая, что сейчас это самый лучший вариант. Драться со всеми посетителями в мои планы не входит. К тому же я и так засветилась, чего не стоило делать. А при драке со всеми – вообще имела бы все шансы стать звездой Сиджарты.

Прохожие расступались, кто-то провожал нас взглядом, но догонять не пытались. Даже если обидчик и выскочил следом, то догнать нас не получится. Девушка умело петляла дворами между бело-синими домами, ныряла в такие пролеты, что я бы никогда о таких не догадалась.

Явно местная. Очень уж хорошо знает город. Одета прилично, значит, скорее всего, просто хорошо знает местность, потому что ранее ходила тут. Предположение, что девушка промышляет чем-то нехорошим, я отмела. Он не пыталась спрятаться, а явно куда вела.

– Вроде бы никого нет, – выдохнула я, пытаясь отдышаться, когда мы остановились между торговцами с забавными прилавками, на который было столько украшений, что можно было рыться полгода.

Внезапно внутри кольнуло, что я на таких толком и не была. Наверное, последнее радостное блуждание по рынку было ещё в Нодзу, когда Харука и Мисаки угостили меня окаси просто… просто потому что мы дружим. После этого я всё время куда-то бежала. И такими душевными моменты могли сравниться только беседы с братом Гу. Почему-то жрецы культа Ошаршу вызывали во мне какое-то спокойствие.

Я моргнула. А ведь тут тоже был жрец. Он-то меня и сбил с размышлений. Значит ли это, что Ошаршу уже поклоняются?

– Никого, – тем временем сказала девушка, на всякий случай поглядывая в сторону, откуда мы прибежали.

Только сейчас я рассмотрела, что она по возрасту, как я. Хорошенькая. По всем канонам красоты Тайоганори, только вот одежда отличается, да волосы собраны не так, как у нас принято.

– Спасибо тебе большое, – с искренней благодарностью сказала она и поклонилась.

Я вовремя схватила её предплечье.

– Не стоит. Это сделал бы любой человек на моем месте.

– Не любой, – покачала она головой, но, поняв, что я не хочу церемоний, улыбнулась: – Меня зовут Цайну. И я теперь перед тобой в долгу. Как твоё имя?

– Ши, – ответила я.

Её глаза удивленно распахнулись:

– Какое чудное имя. Никогда ничего подобного не слышала.

– Мир огромен, – философски сказала я, отпустив её предплечье.

Цайну с улыбкой кивнула и вдруг огорошила вопросом:

– Есть хочешь?

Я уставилась на неё. Это что-то новенькое. Оно, конечно, не прямо вот чтобы сильно, но почему нет, когда да?

– У тебя конкретные предложения? – прищурилась я.

Цайну хихикнула:

– Ужасно конкретные. Пошли!

После чего меня снова ухватили за запястье и потащили за собой. Я не возражала, к тому же теперь мы шли в умеренном темпе, поэтому получалось глазеть по сторонам. Крылатые больше нигде не показывались, и это немного успокаивало. Я приблизительно понимала, где оказалась, но признаться в этом было до цуми сложно. Кстати, есть ли у них тут сейчас цуми?

Цайну вывела меня на яркую улицу, где среди лавок торговцев находились таверны и чайные дома. Остановилась возле того, где росли роскошные пионы, ароматом заполняя половину улицы.

Подняв голову, я уставилась на табличку заведения… Кандзи в чем-то похожи на наши, но в то же время есть разница. Но всё же, если мне удалось правильно прочесть, то это «Чайный дом семьи Чжанихиро».

«Кажется, мне придется тут уже и грамоту подтянуть», – мрачно подумала я.

– Ши, на что ты так смотришь? – поинтересовалась Цайну.

– Тут… красиво, – нашёлся нейтральный ответ. Надо сказать, я ни в чем не соврала. И правда, красиво.

– Это мы с мамой сами высаживали, – с гордостью сказала Цайну. – Отец хотел розы, но мы настояли на пионах. Просто… просто они такие красивые! И посетители всегда останавливаются, чтобы полюбоваться.

– Мама, отец? – эхом отозвалась я.

– Да, это наш чайный дом, – улыбнулась Цайну. – Ну пошли-пошли!

После этого мне ничего не оставалось, как последовать за ней по светло-серым ступенькам, понимая, что, кажется, это я очень удачно зашла. Судьба, конечно, злодейка, но порой ведет себя, как Ши, объевшийся стряпни Ёсико.

* * *

Чета Чжанихиро оказалась очень приятной. Обоим было за сорок, но от энергии, исходившей от супругов нужно было ещё суметь удержаться на ногах. Они были чем-то похожи: неуловимая паутинка у век, когда оба улыбаются; мягкие улыбки и звонкие голоса. Спроси меня, на кого больше похожа Цайну, я бы растерялась.

Стоило только ей рассказать, что я сделала, госпожа Чжанихиро охнула и прижала ладони к щекам, а её супруг нахмурился.

– Клянусь Крылатыми, я больше не буду этого терпеть, – произнес он. – Сегодня же отправлю жалобу на род Нхе, если они иначе не понимают.

– Нхе – наши конкуренты, – пояснила меня Цайну. – Они всё время пытаются подставить нам ножку.

– И ты совершенно не подумала, чем это может закончиться, – вздохнул господин Чжанихиро. – Цайну, пожалуйста, будь осторожнее и не приближайся к любому из этих выродков.

– Теперь уж точно, – вздохнула она.

Я невольно отметила, что родители не кидаются и не кричат на дочь. При этом не потому, что им всё равно, а просто стараются не усугубить ситуацию. Правда, Цайну не выглядит безголовой. Она хотела, как лучше: договориться. Но ничего не вышло. Понимаю. Есть те, с кем договориться может только катана.

Пока мы говорили, приятная полненькая женщина, работница семьи, вынесла миску с супом из корня лотоса и свиных ребрышек. Потянув запах, я поняла, что не против тут поесть… и даже пожить.

Цайну щебетала о конкуренции чайных домов, о предстоящем празднике фонарей, о том, что должны спуститься Крылатые. В этот момент я только крепче сжала ложку и бросила взгляд на собеседницу.

– А они спускаются только по праздникам?

– Нет, – улыбнулась она. – Конечно, нет. Только вот именно в этот раз должны будут отобрать тех, кого заберут на Небесные острова на обучение.

«Заберут… обучение…», – мысли в голове неслись, как сумасшедшие.

Мне туда надо? Надо! Просто необходимо. Потому именно там я буду непосредственно среди них и сумею разобраться, как вернуться домой. В том, что это возможно, я не сомневалась. Если Трёхрукий сумел закинуть меня в прошлое, значит, возможен и обратный путь.

– Праздник обещают хороший, – сказала появившаяся с подносом булочек госпожа Чжанихиро. – Мы надеемся, что в этот раз выберут Цайну, ведь её результаты в школе Гайхон лучшие.

Глаза Цайну загорелись:

– Всех, кого берут на обучение на Небесные острова, возвращаются и строят очень успешную жизнь.

– Как замечательно, – пробормотала я с набитым ртом. Надо придумать, как туда попасть. Просто кровь и носу. Только вот у меня ни результатов, ни обучения. Ну не буду же я воровать чей-то документ, в конце концов!

– Ши, а какие у тебя планы дальше? – спросила госпожа Чжанихиро, разливая чай. Аромат жасмина тут же наполнил наш уголок. Нас нарочно посадили так, чтобы посетители не глазели, да и можно было спокойно поговорить.

– Я… ну это… – Всё красноречие вмиг исчезло, словно я оказалась перед директором Тэцуей, пытаясь оправдаться за очередную проделку. – Я иду издалека. Сиджарта мне понравилась. Хочу остановиться здесь. И ищу работу.

Супруги Чжанихиро быстро обменялись взглядами. Это длилось всего долю секунды, но они друг друга прекрасно поняли. Цайну не произнесла ни слова, но тут это было бы лишним.

– Ши… – начала госпожа Чжанихиро, – нам очень нужна работница. Если ты будешь не против…

– Мы бы ли бы рады, если бы так осталась, – сказал господин Чжанихиро. – У нас есть комната на втором этаже. Еда наша. Жалованье обсудим. Но точно не меньше, чем платят соседи. Это достойно, поверь.

Я понятия не имела, что в Сиджарте достойно, но лишь с трудом сдерживала довольную улыбку. Потому что сейчас это был отличный исход. Сразу крыша над головой и деньги. Сомневаюсь, что здесь будет такая работа, с которой нельзя справиться. А господа Чжанихиро явно всё просчитали: зачем отпускать человека, который только что помог? Конечно, я могла быть нечистой на руку, но, кажется, мой вид их расположил.

Я сделала вид, что задумалась.

– Так неожиданно. А… а у меня всё получится?

Услышь это кто-то их моих шаманов, хохотал бы… нет, ржал как конь.

– Получится, – сказала госпожа Чжанихиро. – У нас не хватает рук. А перед праздником прибывает всё больше людей, поэтому скоро будем работать без остановки.

– Я помогу! – тут же подхватила Цайну. – Обязательно!

Заметив её выражение, я поняла, что люди не меняются: ни в прошлом, ни в будущем. Кажется, у неё есть замечательная семья и прекрасное дело, но вот с друзьями не складывается.

Посмотрев на семейство Чжанихиро, я кивнула:

– Хорошо. Договорились. И спасибо.

Цайну улыбнулась настолько тепло и радостно, что я на минуту почувствовала себя как дома. Потому что только там мне всегда были рады. Очень странное, но такое тёплое чувство. Резко захотелось оказаться где-то в саду своего поместья, кидать уткам еду и пререкаться с Харукой и Мисаки. Пререкаться из-за полной ерунды и даже не заметить, что за этой время Ши уволок корзину со всеми вкусностями.

– Ой, я принесу добавки! – всплеснула она руками и выскочила из-за стола.

– Я не… – начала я, но, опустив взгляд, поняла, что миска опустела.

Кажется, стоит всерьёз озадачиться и не трескать все на такой скорости. Иначе есть риск, что тут я буду работать не подавальщицей, а рисовым колобком, который давит всех неугодных. Впрочем, это уже получаются услуги вышибалы. Разве это плохо?

Глава 5

Дни пошли своим чередом. Поначалу я искренне опасалась, что мои навыки владения подносом, полным тарелок, стремятся к нулю, и в итоге всё будет на полу, но обошлось. Не зря я столько училась владеть собой, боевыми искусствами и кандзи. Конечно, узнай Коджи, да укроют его духи в посмертии от всех бед, что столько времени он вбахал на то, чтобы его ученица не вылила суп на голову посетителя чайного дома… Прибил бы меня сразу.

Поначалу я не могла найти себе места. Казалось, что я теряю время. Но потом села и всё тщательно проанализировала. У меня есть крыша над головой, еда и свобода для маневров. Деньги, что мне платила семья Чжанихиро, я откладывала. Никогда не лишнее. Форму мне, кстати, выдали. Такое симпатичное жемчужно-серенькое одеяние с вышитыми пионами. Наряжаться тут причин не было, поэтому я довольствовалась тем, что имею.

Деньги в Сиджарте напоминали наши ше, однако имели значительно меньшее отверстие и назывались тут «дже». Вообще здесь было много слов, которые звучали звонче, чем я привыкла. Ощущение, что в язык Тайоганори проникло змеиное шипение и заглушило все остальные звуки.

Интересно, откуда такая ассоциация? Значит ли этого, что в один момент просто стало слишком много хеби, которые зашипели всю страну?

– Две чашки лапши! – донесся мужской голос.

Я кивнула и быстро передала заказ Цайну. Как оказалось, она готовит на кухне наравне с тремя сёстрами-хохотушками, из-под пальчиков которых выходили потрясающие блюда. Вот вам и хозяйская дочка. Ни надменности, ни попытки показать, что выше других. Чета Чжанихиро тоже производила очень приятное впечатление. Если нужно было кого-то подменить, они брали дело в свои руки, не хвалясь своим положением.

Посетителей здесь всегда было достаточно. Не удивлена, что потребовалась работница. Как-то так сложилось, что прежняя уволилась, а тут подвернулась я.

С Цайну мы подружились. Она оказалась открытой и любознательной. На все вопросы отвечала спокойно и прямо, не пытаясь что-то скрывать. От неё я узнала, что в Сиджарте Крылатые – не редкость. Цайну говорила о них с восхищением: и красивые, и сильные, и умные, и благодетели. В общем, сплошная польза.

Я в это время молчала и слушала, понимая, что не стоит делиться тем, что я на самом деле знаю о Крылатых. К тому же… я понятия не имею, в каком временном отрезке оказалась. Возможно, тут далеко до Карана. Во всяком случае, ни от Цайну, ни от остальных я этого имени не слышала.

Принеся заказ, я прислушалась к разговору за соседним столиком. О, говорят про про фестиваль. Прижав поднос к груди, я замерла за углом, ловко скрытая развесистыми ветками диковинного растения в массивном горшке.

– Его сынок должен в этот раз прорваться. Знаешь ли, тут и бы сказать что про блат, только вот Крылатые таким не занимаются.

– Не то, что глава городского управления, – донеслось ворчание. – Тому бы только взять за что-то монет.

– И никакой управы?

– А какая тут управа? У него вся власть.

Я поморщилась. Что ж, во все времена одинаково. Ничего не меняется. Вздохнув, я окинула зал взглядом. Так, вот барышня зашла, надо спросить, чего желает. Приблизившись, я с улыбкой поинтересовалась, чего она желает. Девушка оказалась очень красивой, но явно не заметила моего присутствия рядом. Поэтому пришлось аккуратно коснуться её плеча.

Вздрогнув, она посмотрела на меня, и выдохнула:

– Пирожное с цветочными лепестками и зеленый чай с жасмином.

После чего посмотрела в окно, словно кого-то ждала. Решив, что не стоит напрягать клиента, я метнулась на кухню, передав заказ.

– Всё в порядке? – улыбнулась Цайну.

На её щеке белела мука. Чёрные прядки выбились из гладко убранных в тяжёлый узел волос.

– Да, – ответила я и, приблизившись, тыльной стороной руки, стёрла муку. – Слушай, чем можно развеселить девушку?

Цайну хихикнула, ибо вымазаться во время готовки она была просто мастерица. Поэтому мои действия её ни капли не смущали.

– Девушку… – потянула она. – Да, по идее, чем угодно, если только она не влюблена в какого-то плохого человека.

– Если она влюблена в плохого человека, то нужно избавиться от плохого человека, – проворчала я.

– Ши… – Цайну широко распахнула ресницы. – Разве так можно говорить?

Цуми. Надо следить за словами. Не всем мои методы могут быть по душе. К тому же семья Чжанихиро весьма миролюбива, тут не принято даже ругаться. Поэтому на их фоне я выгляжу несколько… агрессивно. Но что поделать, если там, откуда я пришла, меня хотели убить с завидной регулярностью, поэтому и мышление… соответствующее.

– Прости, настроение такое, – отмазалась я. – Просто клиентка в зале…

– Грустит? – догадалась Цайну и улыбнулась, на этот раз грустно. – Это, наверное, госпожа Аншу. – Она любит одного Крылатого. Однако… здесь ничего не получится. Они не выбирают невест среди людей. Даже, если и чувства взаимны.

– У Крылатых и людей не может быть детей? – спросила я.

Цайну покачала головой:

– Да. К тому же общество Небесных островов никогда не примет человеческую женщину.

Я фыркнула:

– А кого же они принимают?

– Безымянных.

Я чуть не выронила скалку, которую хотела поправить. Безымянные? А это ещё кто такие?

– Вот, неси скорее! – Передо мной оказались два пирожных, похожих на драгоценные камни, украшенные цветами. Одна из поварих шумно выдохнула: – Что за день сегодня? Что за день!

Продолжить разговор не удалось, поэтому я, подхватив поднос с пирожными, выскочила в зал. И замерла, потому что в этот момент в чайный дом вошёл жрец Ошаршу.

Тёмно-зеленая одежда скрывала фигуру, однако по широте плеч я понимала, что физически он прекрасно развит. Пестрые узоры на подоле и рукавах не давали отвести взор. Хотелось смотреть-смотреть-смотреть. В отличие от тех, что были у брата Гу, здесь были вписаны ещё какие-то символы. Смуглая кожа, гладкий череп, тонкая цепочка на лбу с маленькой золотой каплей, что практически доставала переносицы. Миндалевидные глаза, такие темные, что просто падаешь в бездну. Веки деликатно подведены черным и темно-зелёным. Удивительно, но ему очень идёт. В наше время жрецы Ошаршу так не делают, а зря. Мгновенно в облике появляется что-то змеиное.

Он сел за угловой столик. Я стояла далеко, но даже тут показалось, что слышу, как звякнули браслеты на запястьях.

– Ух, какой, – выдохнула рядом Цайну, которая шла к другому посетителю. – Мне всегда немного не по себе, когда они появляются.

– Почему? – шепнула я, не отводя взгляда от жреца.

– Есть в них что-то… чуждое. Хоть и люди, но порой мне кажется, что они не испугаются даже Крылатых.

Жрец сплёл длинные пальцы. Одно из колец закрывало все фаланги, напоминая золотой коготь. Чего не говори, а в этом нет разницы ни в моё время, ни сейчас – побрякушки они любят.

– Сможешь подойти к нему? – спросила Цайну, явно не слишком желая приближаться к жрецу.

– Пагоды без крыш могут все, – хмыкнула я.

– Что? – озадачилась она.

– Не обращай внимания, просто непереводимые выражения моей родины.

И правда, здешние строения только частично похожи на наши, а термин «пагода» пока что ещё никто не озвучивал.

Цайну улыбнулась, а я направилась к жрецу.

– Добрый день, брат, да будет ваш день светлым, – поприветствовала его. – Чего желаете?

Он поднял на меня взгляд, в котором читалось удивление. Так… я в чем-то пролетела? Здесь так не обращаются? А-а-а, что ж такое!

– Добрый… маленькая сестра, – ответил он, после того, как внимательно изучил от макушки до пяток. – Холодный чай, чтобы освежиться. И мёд.

Кивнув, я поспешила на кухню, чувствуя, как меня прожигает его взгляд. Возможно, тут жрецы обладают какой-то дополнительной магией, поэтому местные относятся к ним с опаской?

Кстати, за всё это время я заметила одну вещь. В этом мире нет рёку. Именно в том виде, в котором я привыкла. Что-то, безусловно, должно быть. Потому что Цайну как-то рассказывала про удивительные возможности Крылатых, но при этом… Ничего не уточняла про людей.

За всё это время я не видела ни единого кандзи в воздухе, ни волны рёку, сорвавшейся с чьих-то пальцев. Это было странно и непривычно. Я не понимала, как это работает. Получается, силу мои предки приобрели после помощи Кодай-но, вступивших в союз с Караном? Или же было ещё что-то? Ни в каких исторических источниках об этом не говорилось. Возможно, просто не было тех, кто бы мог засвидетельствовать правду.

– Ой, у меня просто мурашки по спине бегут, – выдохнула одна из поварих. – Эти змеепоклонники…

– Поговаривают, что веру в своего Тысячехвостого они несут на наши земли, – сказала вторая. – А я вот хочу спросить: как можно верить в змея, если над нами уже распростёрли крылья в защите и благословении?

Минуточку. Нет… подождите-подождите. Вера! То есть Ошаршу уже бог? То есть всё, что я знаю, неправильно? Точнее, не так, как сказал Сацуджинша? Может ли быть такое, что он и сам был не в курсе?

Это было маловероятным, мысли скакали, как бешеные белки.

Достаточно сложно разобраться во всём, стоя на кухне в чайном доме. Ясно было только одно: никому нельзя верить. Потому что недостаток информации – бич прошлого, настоящего и будущего. Я ведь раньше не допускала мысли, что среди четырёх богов Тайоганори – не боги. Но теперь пришло время задуматься, что среди четырёх Кодай-но не все… Кодай-но. С Ошаршу я сталкивалась при учебе у Шичиро. После этого Тысячехвостый и был в моей жизни, и в то же время никогда не навязывался. Куда больше присутствовали Плетунья и Дайске-с-костылём.

В этот момент стало досадно. При этом я прекрасно понимала, что не могла бы даже предположить, что как Кодай-но изображают из себя богов, так и бог… может прикидываться Кодай-но… Или всё же не бог?

Хотелось схватиться за голову. Мне нужно как можно скорее разобраться в происходящем, узнать, на чьей стороне Ошаршу. Его имя, кстати, подозрительно похоже на те имена, что тут носят люди.

Это открытие не дало сдвинуться с места. Если имя взято не нарочно, а является настоящим… То всё становится ещё запутаннее. Пока что ясно только одно: Крылатые не имеют ничего божественного, но относятся к ним с особым пиететом. А у Ошаршу – свои жрецы.

– Ши, неси же заказ! – сказали мне, легонько толкнув в бок.

Чуть не подпрыгнув на месте, я ухватила поднос и покинула кухню. Резко выдохнув, пошла к жрецу. Ладно. Если я чего-то не знаю, значит, нужно просто спросить.

И что вы мне сделаете? Я из другого времени.

Глава 6

– Ши, смотри какие красивые! – голос Цайну на удивление звонкий, поэтому с лёгкостью перекрыл гул возле лавок торговцев.

Я посмотрела на разноцветные веера. Не слишком дорогие, вполне по карману. Пусть не изысканная роспись знаменитых мастеров, но вполне ярко и радует глаз. Пусть кто-то скажет, что слишком безвкусно, но я прекратила прислушиваться к чужому мнению после того, как поняла, что не услышу там ничего толкового.

Протянув руку, я аккуратно взяла светло-сиреневый веер, на котором была изображена изумрудная кобра. Она удалась настолько хорошо, что приковывала взгляд.

– Нравится этот? – с интересом глянула на веер Цайну. – Давай куплю!

– Я могу купить сама, – возразила, крутя веер со всех сторон.

– Конечно, – улыбнулась она. – Но я хочу сделать подарок. К тому же я до сих пор толком тебя не отблагодарила за моё спасение тогда.

На мой взгляд, благодарности было больше, чем достаточно, однако за это время уже поняла, что с Цайну лучше не спорить. С виду девочка-цветочек, которая обожает пионы, носит светлые одежды и смотрит огромными-огромными карими глазами с зелеными вкраплениями, а характер – сталь нагинаты Айдзи. Просто пока что слишком юная и не закалённая бедами, поэтому обладает добрым сердцем.

Пока я молчала, Цайну достала сверкающие дже и отдала торговцу.

– Вот, – улыбнулась она. – Теперь ты как самая настоящая солидная дама. Тебе очень идёт.

«Солнце моё, меня солидной дамой не сделали даже одеяния императрицы, а тут один веер…» – подумала я.

Правда, говорить ничего не стала. Никому сейчас не нужны подробности моей прошлой жизни. Поэтому оставалось только поблагодарить Цайну и потащить её к прилавку с подвесками. Сейчас ей тоже что-нибудь подберем.

Вокруг царили возбуждение, громкие разговоры и лёгкое напряжение. Все поглядывали на установленные помосты, где должны выступать ребята, доказывая, что достойны попасть на Небесные острова. Я так и не осилила весь список дисциплин – их было действительно много.

Цайну собирается играть на флейте. Заметив мою заинтересованность фестивалем и Крылатыми, предложила попробовать свои силы. Потому что бывали случаи, что кто-то талантливый, но не проходивший обучения в школах, мог приглянуться кому-то из Крылатых.

Сейчас, глядя на ребят с флейтами фуэ, сямисэнами, кокю со смычками и ещё чем-то совершенно невероятным, я понимала, что не зря в своё время Шичиро доверил мне только бубен. При этом дать в бубен у меня всегда получалось лучше, чем на нём сыграть.

Поэтому я благоразумно отказалась. У меня цель попасть на Небесные острова, а не закрыть себе путь туда навсегда, заставив Крылатых оглохнуть.

При этом я всё ещё крутила в голове разговор с жрецом Ошаршу. Точнее, слабое его подобие, потому что со мной общались вежливо, но при этом не спешили делиться информацией.

Хоть жрец и благосклонно отнесся к тому, что я обратилась к нему, как принято среди змеепоклонников, но на этом всё… Удалось только узнать, что жрец пришёл издалека, в Шкандастане и правда почитают Ошаршу, а тут он по зову одного своего друга.

Мне любезно предложили отправиться в Шкандастан вместе после того, как будут решены всё проблемы, однако в этот момент мне пришлось снова бежать обслуживать клиента.

Поведение жреца теперь не выходило из головы. Возможно, и правда никакую свою веру они не несут сюда. А ещё… вдруг это и вовсе не жрец? Я же, в конце концов, никакая не «Ши издалека».

– Госпожа, вас что-то интересует? – поинтересовался пожилой продавец с приятной улыбкой.

Я опустила взгляд на прилавок и взяла симпатичную подвеску из белого камня с персиковой кисточкой.

– Да, вот это. Сколько?

– Три дже, госпожа.

Рассчитывавшись, я посмотрела по сторонам. Так, а где Цайну? Через несколько секунд увидела, когда он машет мне рукой, подзывая к себе, а потом указала на помосты. О, это мы столько гуляли? Совсем на время не смотрели!

Больше не задерживаясь, я побежала к ней.

* * *

Никогда бы не подумала, что места для зрителей окажутся такими маленькими. Точнее, дело не в местах, а количестве пришедших людей. Родители Цайну бы тоже пришли, но им пришлось срочно уехать, чтобы договориться о поставках своей продукции в соседний город – они собирались открывать новый чайный дом. Госпожа Чжанихиро все сокрушалась, что не может остаться, но Цайну заверила, что справится. И, глядя на её уверенность, родители потихоньку смирились с ситуацией. Мне казалось, что они разрывались между двумя желаниями: гордиться дочерью, которая завоюет право попасть на Небесные острова, и… волнением, что там она будет одна.

Моё появление словно примирило их с последним. Пусть про меня чета Чжанихиро знала мало, но все же не могла ни в чем упрекнуть. Да и не хотела, откровенно говоря.

Сейчас, находясь в толпе, я искренне жалела, что не обладаю ростом Гиртаха. Тогда бы не пришлось вытягивать шею, чтобы что-то получше разглядеть. И вроде бы нарочно никто не пытался меня оттеснить, но то и дело приходилось работать локтями, чтобы пробиться поближе к сцене.

Мы пришли как раз к началу музыкальных выступлений. Цайну прониклась моим подарком, шустро повесив его на флейту и сказала, что это на удачу. Что ж, я буду только за. После чего убежала к остальным участникам.

В музыке я разбиралась на уровне «нравится и вообще не нравится», поэтому с точки зрения профессионала судить не могла. Однако однозначно могла сказать, что участники были хороши.

От мелодий некоторых замирало сердце, а потом начало бешено стучать. Другие невольно заставляли пританцовывать на месте. Я отметила одного худенького паренька, игравшего на сямисэне. Казалось, что он исполнил мелодию, не принадлежащую этому миру, позаимствовав её Там, За вратами. Нечто подобное я слышала у призрачных дев, что сидели в верхушках деревьев и играли бесконечно тоскливые и пронзительные мотивы, что перехватывало дыхание.

Народ одобрительно загудел. Я видела, как стоящая рядом женщина украдкой смахнула слёзы. Нахмурившись, глянула на помост. Скоро должна выйти Цайну, и ей надо как-то произвести большее впечатление, чем прежние участники.

Пока думала об этом, мимо протолкался какой-то здоровяк, и я едва не въехала носом в чью-то спину впереди.

– Осторожнее! – возмутилась я и резко обернулась.

Спина показалась знакомой, но быстро скрылась среди остальных. Я нахмурилась. Хм, где-то я уже это видела.

В это время на помост поднялась Цайну. Окинула собравшихся взглядом. Тонкие пальцы сжались на бело-розовой флейте. Я поймала её взгляд и улыбнулась. Сжала кулачки, показывая, что болею за неё всем сердцем. Ну давай, покажи им.

Цайну слабо улыбнулась уголками губ, в глазах зажглись огоньки азарта. Она поднесла флейту к губам и заиграла. Звуки, словно зеленеющая весна после хмурой зимы, полились, заполняя площадь.

Я слышала её репетиции, поэтому уже не испытывала тех эмоций, что в первый раз. В композиции Цайну было бескрайнее небо, взмахи крыльев птиц, журчание ручьев и шепот листвы. Гимн жизни и свету. Слёзы на глаза не наворачивались, но становилось теплее и радостнее. И нельзя было сказать, что это плохо. Ведь заставить человека плакать легче, чем улыбнуться.

Волшебная мелодия Цайну замерла рассветной росой на траве и крышах домов, будто предвещая скорое появление солнца. Первые секунды все молчали, наслаждаясь тишиной, как финальным аккордом. После чего одобрительно захлопали, Цайну выдохнула, кажется, даже не надеясь на такую реакцию.

Некоторое время постояв, она поклонилась, после чего подошла к лестнице, чтобы спуститься. Протискиваясь между людьми, я направилась к ней.

И совсем не ожидала услышать испуганный вскрик.

– Извините!

– Опять ты! – донеслось чье-то рычание. – Снова встретились.

Послышался глухой удар, толпа заволновалась. Я резко взмыла вверх, наплевав на предосторожность. Цайну лежала, свернувшись клубочком, а над ней нависал громила… да это же тот самый, в которого я швыряла тарелки. Ну, скотина! Опять за своё!

Не раздумывая, я швырнула в него раскрытый веер, влив рёку. Веер на сумасшедшей скорости пронесся над головами людей, разбрасывая фиолетовые искры. Кто-то вскрикнул, кто-то шарахнулся, кто-то сравнялся по цвету с мукой.

Веер откинул громилу, как раз в сторону нескольких стоявший Крылатых. Они то ли покинули места жюри, то ли просто были в сопровождающих.

Я поймала вернувшийся веер, опустилась возле Цайну, помогая встать. Она шумно выдохнула. Щека стремительно наливалась краснотой.

– К лекарю надо? – спросила я.

Ответить она не успела – рёв громилы не дал рассиживаться. Я вовремя перехватила его руку, вывернула. С удовольствием въехала кулаком в челюсть и добавила ногой в бок. Он взвыл, но сбил меня с ног. В падении удалось крутануться, уходя от новой атаки.

«Этот фестиваль они запомнят надолго, – промелькнула заполошная мысль. – побывать на фестивале и не пофестивалить – это прямо вот моё».

Нельзя меня пускать в люди, определенно нельзя. А уж если рядом крутится кто-то, до одури похожий на богов, то тем более. Хотя, видят все цуми и Ши в придачу, я вела себя прилично.

Впрочем, это описывать долго, а подумалось мгновенно. Оказавшись на ногах, я блокировала его руку, резко раскрыла веер, встречая вторую. Зря я грешила, может, расцветка и такая себе, но в бою работает неплохо.

– Ши! – обеспокоенно крикнула Цайну.

Пригибаясь, я заметила, что она рванула к Крылатым, в то время, как люди отошли от нас, не зная, что делать. Кто-то боялся лезть в драку, кто-то – наслаждался увиденным. Ну что за музыкальные номера без драки?

Пальцы аж горели, чтобы пустить пару кандзи, но я уже опомнилась, поэтому держала рёку при себе. Все равно выносливости у меня больше, чем у противника. Он явно привык брать силой, но не сталкивался в бою с кем-то быстрым и ловким. К тому же не мог состыковать, что худая девица с веером бьет так, что он отлетает в сторону.

Едва не зазевавшись, я ушла от грозящего опуститься на голову кулака. И в следующий миг раздался низкий, полный с трудом удерживаемого гнева голос:

– Немедленно прекратить!

Часть II. Небесные острова

Глава 1

Но я уже ткнула громила в живот, и он со стоном согнулся, каким-то чудом ещё изрыгая проклятия. Слабенько, очень слабенько. После Кса-Карана, богов и Эйтаро, шиматты всея Шаманов Ночи, это, считай, ни о чем. У меня были такие учителя, что тебе меня никогда не уделать.

– Я сказал: прекратить.

Я замерла, потому что на этот раз от голоса повеяло холодом. Даже мне стало немного не по себе. Подняв глаза, увидела, как к нам приближается высокий мужчина. Двигается вроде бы и резко, но в то же время есть что-то от текучести воды. Очень странное сочетание. Синие с черным одежды, широкий пояс, на котором нефритовые подвески причудливой формы. Меч и какой-то крюк жуткого вида. Под такой лучше не попадать.

Длинные волосы были мертвенно-белыми, как снег на горе Фуджи. Кое-где в тонкие косички вплетались металлические колечки и цепочки с синими камнями. Голубые глаза. Очень чистые и светлые, словно небо. Только вот…

Я невольно сделала шаг назад. Ни цвет глаз, ни цвет волосы не заставили бы меня не признать этого человека.

Черты лица, хмурящиеся брови, поджатые губы.

Коджи!

Как… Нет, ка-а-ак?

Цайну тем временем быстро сориентировалась, уважительно поклонилась:

– Простите нас, господин.

Голубые глаза посмотрели прямо в мои. Прямо, как тогда, когда я только очнулась в школе Годзэн. Готов назвать пагодой без крыши, услать на склад и вообще пореже пересекаться.

Но это все ерунда. Куда больнее было, что в этих глазах не было узнавания. Совершенно никакого. Даже намека. Вот уж не думала, что не смогу от этого дышать.

– За что мы должны просить прощения? – спросила я и кивнула на громилу, который наконец-то смог выпрямиться. – Он преследует мою подругу. Уже не первый раз поднимает руку. Даже здесь не постеснялся.

Цайну рядом судорожно выдохнула, дёрнула меня за край одеяния, но я не собиралась отступать. Уж если тут придется познакомиться с ним заново, то так и быть. И скромностью да покладистостью я ничего не добьюсь. К тому же правда на нашей стороне.

Коджи бросил взгляд на громилу. Тот съежился, но все же залепетал:

– Они врут. Разве я мог? Господин, я слабый и миролюбивый, я…

Синий всплеск рёку взвился в воздухе, ударив громилу. Тот рухнул вместе с выпавшими из карманов кастетами и ножом.

– Стража, разобраться, – коротко приказал Коджи.

До меня вдруг дошло, что он точно не Крылатый. Но в то же время выглядит совсем не так, как местные люди. Это такая маскировка? Или с ним тоже произошло нечто, что так изменило внешность?

У меня был только маленький процент сомнения. Вдруг это не Коджи? Но, быстро прикинув варианты, я отмела его. Нет, он двигается, как Коджи. Смотрит, как Коджи. Говорит, как Коджи, то… Вывод очевиден. Другой вопрос, как он тут оказался и помнит ли что-то из своей прошлой жизни?

«С чего ты взяла, что в твоем настоящем он был собой? – вдруг промелькнула мысль. – Что если, он наоборот пришел из времени Кодай-но в Тайоганори?»

Мне немного подурнело. Нет, это уже слишком. Если тут ещё и можно шастать туда-сюда во времени, то ничего не остается, как взять паровых булочек и уйти в горы в уединение, стегая кнутом всех, кто посмеет приблизиться. Ибо если возможно, что можно прыгать из века в век, то тогда вообще ни в чем не разберешься.

– Ши, ну же, – внезапно прошипела Цайну, легонько толкнув меня носком мягкой туфельки в щиколотки. – Отвечай.

Я прохлопала какой-то вопрос. Ничего не оставалось ничего, как посмотреть на Коджи и попытаться улыбнуться. Судя по выражению его лица, получилось не очень.

– Простите, у меня плохо со слухом, – сказала я первое, что пришло в голову.

«С головой у тебя плохо, – явно читалось в голубых глазах. – Но что поделать».

Я ждала какой-то резкости, однако он достаточно спокойно повторил:

– У тебя интересная техника. В этот раз недохват учеников на боевых искусствах. Твоя подруга прошла. Пойдешь с ней?

– Пойду, – просто сказала я, понимая, что ответила слишком быстро, но если тебе что-то само падает в руки, то лучше не тормозить.

Он, кажется, несколько удивился столь быстрому ответу, но комментировать не стал. Зато ещё раз окинул меня взглядом с ног до головы.

– Хорошо. Завтра в десять утра сбор на центральной площади Сиджарты. Не опаздывать.

После чего резко развернулся и направился к двум Крылатым, которые не вмешивались в разговор, но очень внимательно на нас смотрели. А мы, в свою очередь, на них. Коджи подошёл к ним и что-то сказал. Крылатые кивнули, после чего все трое скрылись среди людей.

Люди отошли немного от нашей перебранки и позвали на помосты следующих участников. Некоторое время мы не шевелились, но потом Цайну очнулась и, ухватив меня за рукав, куда-то потащила.

Я ничего не говорила, послушно шагая за ней. Конечно, у меня тьма вопросов, но лучше отойти подальше от толпы. И Коджи… Коджи, все цуми тебя за ногу, как ты здесь оказался?!

И это, пожалуй, самый главный вопрос сегодняшнего дня.

* * *

Спустя некоторое время мы сидели в малюсенькой таверне на пару столиков на окраине Сиджарты. Цайну привела меня сюда, сказав, что тут самая вкусная рыба. Только мне было совсем не до еды. Пожалуй, кто бы это услышал, очень долго б смеялся, а потом заявил, что это не про Аску Шенгай.

Однако, дело серьёзно осложнялось, что мне даже не давали раскрыть рта. Потому что как только мы зашли в таверну, Цайну склонилась ко мне и зашипела:

– Ты хоть знаешь, с кем говорила? Хорошо, что нам за непочтение ничего не сделали.

– С кем? – задала я единственно возможный вопрос в этой ситуации.

– Это же широй! Они с Крылатыми на одном уровне. Людям до них далеко. Обычно широй редко влезают в наши вопросы, здесь было прямо нечто из ряда вон выходящее. По крайней мере для нашего города.

Широй. Широй. Широй!

Мысли понеслись как ненормальные. О боги и цуми вместе взятые! Как же я сразу не сообразила-то! Внешность Коджи изменилась, но при этом он остался собой.

Ведь… Я сжала кулаки, быстро проматывая в голове события последних дней в своем времени. Мастер Хидеки забрал его прах. От него так ничего и не удалось добиться. Да и про широй я знала только то, что мне он сам рассказывал. А если… Если он и правда сделал нечто такое, что вернуло Коджи в прошлое?

Он снова широй?

Тут же пришло, что, в общем-то, от Коджи ничего не осталось, но это уже после похорон. Да что вообще тут происходит? Что именно умеют широй?

– Ши, ты меня вообще слышишь? – возмутилась Цайну.

– Да-да, – отозвалась я. – Продолжай. И вообще… ты же согласна, что нельзя было делать вид, что ничего не происходит? Этот урод бы тебя покалечил! Там силища ого-го.

Цайну вздохнула:

– Да, ты права. Он и правда не хотел останавливаться. И ты одна за меня заступилась.

Это, кстати, я заметила ещё в первый раз. Здешние смертные какие-то… Безразличные? Неправильные? Почему, когда кто-то бьет хрупкую девушку, никто не попытается наказать обидчика?

– Вот это мне и не понять, – буркнула я, глянув на миску с рисом и кусочками рыбы, завернутыми в листья. – У нас так не принято.

– У вас хорошо, – с каким-то странным тоном сказала Цайну и мягко накрыла мои пальцы своими. – Я действительно тебе очень признательна.

– Да, кстати. – Вспомнив о подвеске, я быстро вынула её из кармана и вручила Цайну. – Это подарок. Должна же я тебя как-то поздравить!

Она рассмеялась и быстро повесила её на пояс.

– Спасибо! Хотя теперь я снова должна тебе что-то подарить. Ведь ты тоже отправляешься со мной на Небесные острова!

– Радость-то какая, – проворчала я.

Нет, конечно, радость была. У меня получилось достичь поставленной цели, и достаточно быстро. Только вот способ как всегда… Ладно. Неприятность эту мы переживем.

– А можешь мне рассказать побольше о широй? – невинно спросила я, подтягивая к себе миску с едой.

Цайну разлила нам чаю, в воздухе сразу появился аромат чего-то очень сладкого.

– Широй… – Она задумалась. – Они такие… Знаешь, двуликие. Умеют обращаться в водяных драконов. Когда смотришь – дух захватывает. А ещё у них есть магия, как и у Крылатых. Они сильнее людей.

То есть, всё же, я не зря это всё подметила. С рёку тут у людей всё плохо. И мои фиолетовые искры точно заметили, но так как это было очень быстро, не все поняли, что именно произошло.

Кроме Коджи. Тут я даже не сомневалась: этот всё видел. Поэтому и пригласили меня на Небесные острова. Что ж… Придется везде действовать, думая, что меня уже спалили. Так будет двойная защита. Ну, если, конечно, я где-то не отчебучу что-то ещё.

Цайну продолжала говорить про широй, а я слушала и не перебивала. Получалось, что полуоборотни тут очень неплохо живут. Просто в отличие от Крылатых к ним не относятся с таким пиететом. А так… настороженно смотрят.

– Ши, – позвала Цайну, – а откуда у тебя такое владение боевыми искусствами? Для такого надо очень много учиться. Но такая молодая.

– Просто хорошо сохранилась, – отмахнулась я и засмеялась, показывая изо всех сил, что шучу.

Ведь и правда… сохранилась.

– У нас так принято, – ответила почти правду. – Уделяется внимание физическому развитию.

– Ты мне расскажешь о своей родине? И почему оказалась тут?

Я некоторое время молчала, но потом кивнула. Что ж ещё поделаешь?

– Расскажу, хоть это и долгая история. А уж как оказалась… Захотела посмотреть мир.

– О… – Цайну улыбнулась: – Это верное решение. А на Небесных островах и вовсе такие вещи, что Сиджарте не сравниться! Нам заранее надо приготовиться к чудесам?

Почему вместо последнего слова я услышала – «глубокой заднице»? Ладно, не буду пока насаждать свои пессимистические настроения. К тому же теперь меня надо выяснить всё про Коджи. Что именно он умеет, кому служит, как видит мир… помнит ли что-то из прежней жизни?

Что делать потом с этим, я ещё не знала, однако… потом придумаю. Главное, располагать информацией, а кому с её помощью навредить – дело второе.

Мы с Цайну ещё какое-то время провели в таверне, после чего отправились домой. К вечеру усилилась духота, поэтому приходилось обмахиваться веером.

Внезапно остановившись, я с прищуром посмотрела на изумрудный рисунок. Хм, у меня нет кайкэна, но кобра осталась…

– Ши, что-то не так? – обеспокоилась Цайну.

– Слушай, а где тут ближайшая оружейная лавка?

Она хлопнула ресницами. Но потом быстро взяла себя в руки и осмотрелась:

– Пошли, я знаю одного интересное место.

Я не возражала. Куда ещё сходить с милой девушкой, как не в оружейную лавку?

Глава 2

Дома нас усиленно тискали счастливые поварихи. При этом их улыбки были настолько искренни, что я поверила: рады и за меня. Даже не пугает, что я попала к Крылатым таким интересным способом.

Услышав про конкурентов, только поохали и покачали головами. Правда, пышечка Анко ухватила швабру и уже хотела рвануть на разборки. Пришлось ухватить её за шиворот и успокоить.

– Его забрала стража, – сказала я.

– Козел, – выдохнула Анко.

В общем-то, с ней сложно было не согласиться. А под вечер приехали родители Цайну, поэтому ужин превратился в веселую пирушку.

После чего мы с Цайну отправились собираться. Точнее, ей помогали, ибо вещей было значительно больше. Я же искренне радовалась, что не обросла лишним барахлом. Когда мы живем долго в одном месте, то вещей становится всё больше и больше. Мы к ним привязываемся и потом сильно печалимся, если всё приходится бросить.

Но, оказавшись в чужом мире с минимумом необходимого, вдруг понимаешь, что для жизни много не нужно. Скучаешь ли по привычным штучкам? Ещё как. Но однозначно не умираешь без них.

Из соседней комнаты доносились смех, громкие разговоры и порой глухой стук – передвигали ящики. Поначалу я хотела пойти к ним, но что остановило. Поэтому просто подошла к окну и, оперевшись на подоконник, посмотрела на укутанный в ночную тьму двор.

Что меня ждёт на Небесных островах? Как туда нас перенесут? И вообще в какую сторону там нужно двигаться? Сказать, что я слабо представляла, как всё устроено у Кодай-но – ничего не сказать.

Есть надежда, что получится передвигаться самостоятельно, не имея крыльев. Ведь берут же туда простых смертных! Да и широй… Они летать не умеют.

Невольно вспомнились слова мастера Хидеки, что драконы после смерти улетают на небо. Но ведь они водяные…

Я шумно выдохнула:

– Ерунда какая, – пробормотала я. – Нет бы сидеть себе сейчас во дворце и законы издавать, ругаться с советниками, посылать шпильки Эйтаро… Вернется же он, в конце концов. А Шичиро бы пытался нас утихомирить. Ну или не Шичиро.

Про Ичиго я тоже не забывала, но сейчас оставалось только надеяться, что он идет на поправку хорошими темпами. И вообще… вернусь – женю его на Изуми. Они давно уже стреляют друг в друга глазами, целуются, когда никто не видит (ну, они так думают) и… Вот, короче, пора.

Пусть становится уважаемым господином при жене и куче деток. Хочу любимых племянников!

Кто бы сейчас узнал о моих мыслях, знатно бы поразился. Но Аска Шенгай не лишена сентиментальности, она готова одинаково любить и змеиных детей, и человеческих.

Ко мне вдруг заглянула Цайну:

– Ты тут чего одна сидишь?

– А у нас есть дела? – насторожено спросила я.

Она улыбнулась и протянула мне руку:

– Пошли. Зажигать фонарики на удачу.

Я моргнула, но не стала возражать. Это что-то однозначно интересное. Поэтому дала утянуть себя на задний двор. Там уже чета Чжанихиро и поварихи шустро развели костер достали несколько бумажных фонариков с нарисованными пионами.

– Ши! – позвала госпожа Чжанихиро и поманила меня к себе. – Иди к нам! Чем больше человек, тем сильнее удача.

Я не стала говорить, со мной можно запросто все испортить, ибо вечно что-то идет не так, однако… не стала. Они все были такими счастливыми, что невозможно было отказать.

Поэтому едва я приблизилась к костру, как мне вручили в руки фонарик. Он оказался сделанным из желтовато-розовой бумаги, очень приятный на ощупь. Внутри появилось необъяснимое теплое чувство, еле ощутимое такое, как огонёк на ветру. Но при этом яркое.

– Что надо делать? – тише, чем собиралась, спросила я.

– Сейчас будем запускать, – улыбнулась Цайну. – Надо загадать желание, отпустить фонарик и прошептать молитву.

– Кому? – невольно сорвалось с моих губ.

– Каждый молится тому, кому считает нужным, – раздался голос господина Чжанихиро. – Нельзя молиться тому, к кому не лежит душа. Тогда это будет ложь и разочарование.

Я замерла, мягко придерживая фонарик. Какие простые и мудрые слова. Ведь отец Цайну совершенно прав. Но об этом не задумываются, а служителям богов это и вовсе не выгодно. Ибо если каждый будет обращаться к тому, к кому хочет, то кто же будет нести подношения в конкретный храм.

Я помрачнела. Что буду делать, когда вернусь? Ведь там по-прежнему почитают четырёх богов, но их истинная суть…

Тяжкий вздох сорвался с губ. Цайну обеспокоенно посмотрела на меня.

– Ши, что-то случилось?

– Нет, всё нормально, – встрепенулась я. – Даже если не сейчас, то обязательно будет дальше.

Фонарики начали взмывать в ночное небо под потрескивание костра. Закусив губу, я глянула на нарисованный пион.

– Ну что ж… – прошептала одними губами. – Желаний у меня много, но, пожалуй, самое горячее: вернуться домой, чтобы защитить своих близких.

Произнесла это настолько тихо, что никто не смог расслышать. После чего отпустила фонарик в небо, который плавно поднялся над землей.

В этот момент я прекрасно понимала, что всё зависит не от каких-то богов, а от меня самой. Но немножко удачи никогда не помешает.

* * *

На площади было много народу – не только юное поколение, участвовавшее в отборе на обучение к Крылатым, но и полно зевак.

– А как нас перенесут на Небесные острова? – просила я Цайну, придерживая котомку.

В таком столпотворении лучше следить за своими вещами. Вряд ли, конечно, кто-то покусится на мои пожитки, но допустить, чтобы оторвалась ручка – та ещё идея. Я просто протискивалась следом за Цайну, стараясь не упустить её.

– О, у них есть потрясающие летающие колесницы, – улыбнулась она. – Не думала, что когда-нибудь смогу на таких покататься.

– Уж неплохо, – проворчала я. – Ибо я бы просто не выдержала, если б нас они перетаскивали на себе.

– На себе? – изумилась она. – Хочешь сказать, как в поэме «Возлюбленная синеглазого ветра»?

– Э… Ну… Да.

Понятия не имею, чем там занимался ветер со своей возлюбленной, но, заметив, как заалели щеки Цайну, поняла, что сказала это зря. Ладно, цуми с ней этой сиджартской любовной поэзией. Колесница – звучит обнадёживающе.

И стоило только об этом подумать, как послышался гул, а небо вдруг заволокло ярко-голубым свечением. Поначалу показалось, что можно разобрать очертания огромного облака, но потом я поняла, что это огромная колесница из неизвестного мне металла.

Она медленно опускалась на площадь, место, которое было достаточно далеко от нас, и изначально я туда даже не смотрела.

Столбы яркого белого пламени вырывались из её основания, и погасли только тогда, когда она оказалась на плитах площади. Я стояла, не в силах поверить увиденному.

Что ж… Говорить можно что угодно, но в Тайоганори не было ничего подобного. А вот Крылатые и правда освоили науку, о которой мы можем только мечтать. Такая штука… это же… Ох, у меня даже слов нет. Но я бы точно не отказалась иметь такую в хозяйстве. Во-первых, по-императорски солидно, во-вторых, практично, в-третьих… ни одна сволочь не посмеет напасть.

Колесница запросто могла вместить сотню человек. Нас же было около сорока. На площадь вышло несколько Крылатых. Все такие высокие, красивые – аж противно. И смотрят по-доброму. Точнее… Так родитель смотрит на ребенка, который ещё совсем несмышлёныш. Вроде бы ничего плохого, но меня задело. Может, всё дело в том, что я познакомилась с поздними версиями Кодай-но, поэтому не верила ни взглядам, ни улыбкам. Или же… просто чувствовала то, что было неподвластно остальным сиджартцам.

– Приветствуем вас, будущие ученики Крылатых, – сказал тот, что был одет дороже всех. – Мы благодарны людям, что доверили нам своих детей, и обещаем, что после обучения они вернутся достойными гражданами своего города, дабы развивать его и делать жизнь лучше.

Я слушала вполуха и, прищурившись, выискивала учителя Коджи. Он сейчас выглядит непривычно, но это неважно. Беда, что пока что его нигде не было.

Подростки тем временем двинулись, поднимаясь на колесницу. Родители махали им, кричали, что будут ждать. Господа Чжанихиро тут тоже были, но мы потеряли их из виду. Ничего, поднимемся – будет возможность взглянуть сверху.

Пришлось только ухватить Цайну за руку, чтобы не потеряться. Почувствовав в ответ легкое пожатие, я несколько расслабилась. Кажется, ей не по себе от всего. Да и, признать откровенно, я тоже себя чувствую неуютно.

Стоило подняться по гладким ступеням, как стало дышать полегче.

– Прошу вас близко не подходить к перилам, – сказал Крылатый и вдруг пристально посмотрел на меня.

Его лицо мне было незнакомо, однако взгляд совсем не понравился. Знаете, такое, когда тебе ещё человек не сделал ничего плохого, а руки тянутся его придушить… Очень настойчивое чувство.

Тем не менее мы с Цайну уважительно поклонились и шмыгнули к ребятам, которые уже поднялись. Окинув взглядом стоящих внизу людей, я заметила вишневое одеяние господина Чжанихиро и помахала рукой. Мне тут же ответили. Цайну рядом пискнула и замахала двумя ладошками. Госпожа Чжанихиро присоединилась к супругу.

Ещё некоторое время колесница была на земле, но как только все поднялись, снова послышался гул.

– Мы сейчас будем подниматься, – прошептала Цайну, бросив взгляд на сверкающую верхушку колесницы.

Как-то само собой получилось, что мы так и держались за руки. Не то чтобы мне было страшно, но сердце не на месте. Я не знала, чего ждать от чуда техники Крылатых. Хотя люди смотрят спокойно, страха ни у кого на лице нет.

Значит, ничего из ряда вон выходящего.

Колесница дрогнула. Внизу раздался гул. Пришлось ухватиться за поручни у стены. Мы взмыли в воздух. Толпа начала уменьшаться, их голоса уже не слышались.

Остальные ребята тоже похватались кто за что. Некоторые зажмурились, некоторые старались делать вид, что ничего не боятся, но на дне широко распахнутых глаз читалось всё, как в раскрытой книге.

Периферийным зрением я заметила, что за нами внимательно наблюдают Крылатые. Ишь, какие! Проверяют, кто как реагирует? Мне очень хотелось посмотреть прямо в синие глаза, но пришлось себя одернуть. Не надо привлекать лишнее внимание. Пусть смотрят и сами делают выводы.

– Ши, о чем ты думаешь? – вдруг спросила Цайну, вцепившись в перила.

– О том, что мне бы такая колесница очень бы пригодилась!

Глава 3

Небесные острова были… прекрасны. Кажется, что они просто сошли с иллюстраций сказок.

Просто представьте, что острова, покрытые зеленью, изящными бело-голубыми строениями, усыпанными звездной пыльцой, парят прямо в небе. Между собой они соединены воздушными мостами, словно сотканными из льда, воздуха и солнца.

Я смотрела, раскрыв рот, и ни капли этого не стыдилась. Нечто отдаленно похожее я видела в храме Плетуньи в Кисараджу. Там было далеко до этого масштабного великолепия, однако стиль явно угадывался. Ощущение, что себе храм строила не проклятая Кодай-но Плетунья, а прекрасная Крылатая Джагандша.

До сих пор я слабо представляла, как себя вести, если вдруг встречусь с кем-то из старых знакомых. Одно дело, если они не пользуются тем переходом, что Трёхрукий, другое… Об этом даже думать не хотелось.

Нас выпустили из колесницы, и некоторое время все просто молчали и глазели вокруг. Всё тут как-то… светло, что ли. Ярко, переливается всеми цветами радуги. Сиджарта сама по себе была светлым и приятным городом, но здесь это чувство усиливалось в несколько раз.

– Как же красиво, – выдохнула Цайну.

– Согласна, – подтвердила я, заметив, что к нам приближается один из Крылатых.

– Прошу внимательно послушать, – сказал он. – Сейчас вас проводят в корпус учеников. Пока что ещё не было официально церемонии, однако вы все равно считаетесь учениками. Поэтому убедительно прошу: вести себя согласно правилам и не ронять высокое звание ученика Небесных островов.

Послышались тихие выдохи. Никто и не собирался спорить, я же с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Ну да, да… Не пить, не курить, не ругаться, не драться – ску-у-учно.

Будь я реальной ученицей, то не знала бы, что делать. Сейчас же думала, как достать Коджи, чтобы он признал меня. Учитывая, что в прошлом приходилось всякое отчебучивать, здесь входить в образ примерной ученицы – не вариант.

Однако, пока тут Крылатые, лучше не выпендриваться.

Через какое-то время появилась приятная женщина в белых одеждах, её крылья переливались ярким серебром. Представившись старшей ученицей школы Цзазын, она сообщила, что будет сопровождать нас по дороге в корпуса.

Все переглянулись, уважительно поклонились и последовали за ней. По пути я вертела головой, рассматривая удивительные здания, мостики, дворики… Порой казалось, что тут строили из перламутра и хрусталя. Но разве такое может быть? Какие-то чудные материалы забытой цивилизации. Надо будет отковырять кусочек в качестве сувенира.

Да уж… Благородные Крылатые сейчас бы были в культурном шоке, узнай, о чем я думаю. Что ж… кому сейчас легко?

Корпус учеников оказался зданием попроще учебных и, конечно же, торжественных. Два этажа, довольно обширная прилегающая территория, несколько беседок, площадки для тренировок и даже сад для медитаций. Очень недурственно. Наверное, так могла бы выглядеть школа Годзэн, если бы не соседство с цуми.

Внезапно пришло осознание, что я скучаю по тем временам. И более простая школа Годзэн мне куда милее этой, блистающей и похожей на драгоценность.

Я невольно хмыкнула.

– Ши, что-то не так? – шепнула Цайну.

– Нет, всё нормально, – ответила я. – Думаю, как бы так сделать, чтобы нас поселили в одну комнату.

Цайну покосилась на старшую ученицу. Кажется, это могло стать серьёзным вопросом. Кто знает, какие у них тут правила. Однако наши тревоги оказались зря. Госпожа удача решила нам помочь, поэтому нас не разлучили.

В итоге, получив указания осматриваться, ознакомиться с правилами (в комнатах уже находились листовки с ними) и потом и ждать дальнейших распоряжений.

Что ж… Неплохо. Церемония принятия в ученики будет только завтра. Значит, у нас есть время немного побалбесничать. Правда, расслабляться я и не думала. Нужно разложить вещи, переодеться в выданную форму, изучить всё вокруг.

Цайну, кажется, была под впечатлением, поэтому практически ничего не говорила.

Наша комнатка оказалась небольшой, но вполне уютной. Две кровати, два стола и два шкафа. Всё, что нужно для учебы. Но есть даже миленькая тумбочка, на которой стояли благовония и нефритовые фигурки.

Подойдя к ней, я задумчиво покрутила одну из фигурок в пальцах. Ничего необычного: Крылатая девочка.

– Цайну, – позвала я. – Скажи, а Крылатые кому-то молятся?

Ответом была пораженная тишина. Мне пришлось даже обернуться. На лице Цайну отражалось истинное изумление:

– Ши, Крылатые никому не молятся. Они же… Крылатые!

Ну так себе аргумент, честно говоря. Однако ход её мыслей я поняла. Значит, считают себя высшей расой. Это чистая правда. Конечно, знаний у них хватает, но и зазнайства тоже.

– Понятно, спасибо, – ответила я, стараясь не смотреть на Цайну, которая, кажется, до сих пор не могла прийти в себя после моего вопроса.

Разложив вещи, я аккуратно достала из чехла веер и с удовлетворением ощутила его тяжесть в руке. После фестиваля мы с Цайну зашли в оружейную лавку и там, порядком удивленный мастер, укрепил мне веер металлическими штырями. До боевого тэссэна матушки Шизуки Шенгай, конечно, далеко, но пользоваться можно.

Цайну молча за всем наблюдала тогда, но лишних вопросов не задала. Несмотря на внешность девочки-цветочка, она прекрасно понимала, что в спутницы судьба ей послала совсем не простую оборванку, поэтому надо быть внимательной и… прислушиваться.

– Прогуляемся? – предложила она. – Тут красиво. К тому же будем знать что и где находится.

Идея показалась интересной. Я прихватила листовку с правилами. Не то чтобы прямо хотелось их читать, но иного выхода нет. Цайну не проявляла рвения изучать порядки Крылатых, но по её лицу я видела, что всё равно этим займется.

Проходя мимо висящего на стене зеркала в полупрозрачной раме, я глянула на своё отражение. Белая форма с голубыми облаками, явно призванными отражать небо. Одеяние скрывает от горла до пяток, чем-то напоминает одежду из Чань-Хан-Го – у них так же принято зашиваться, не оставляя обнаженных участков кожи. Широкий пояс поддерживает одеяние, на металлические колечки можно повесить ключи, кисти, веер или ещё что-нибудь.

Для меня это было непривычно. Как и рукава, в которых можно было вынести половину племени Шаманов Ночи. Здесь это считалось признаком красоты и благородства. А как по мне… можно было тупо запутаться в этих тряпках и свалиться прямо в комнате, не добравшись до улицы. Слишком много… всего.

Вот Цайну, кстати, нравилось. От неё я до этого узнала, что чем вот больше всех этих слоев одежды, тем состоятельнее человек. А вот бедные отдают предпочтение нормальным нарядам, в которых можно работать.

Мы с Цайну вышли из корпуса, с любопытством рассматривая всё вокруг. Нет, местечко очень ничего. Тут точно приятно отдыхать вечером. Да и можно заниматься в беседках.

К одной из них мы и направились. Беленькая такая, закрытая от посторонних. Не то чтобы я прямо не хотела никого видеть, однако общаться не тянуло. Мы разместились на мягких подушках прямо на лавках. Цайну посмотрела на столик, где стоял чайничек и пиалки.

– О, сюда можно приходить с чаем!

Я достала правила и пробежалась по ним взглядом. Так, ну ничего такого страшного, только надо быть внимательнее, вести себя достойно, бла-бла… Ага, вот, после девяти вечера не покидать территорию школы.

Я нахмурилась. Надо ли мне будет куда-то ходить ночью? Скорее всего, да. Потому что ни одно приличное дело при свете дня не делается. Теперь стоит учитывать, что за нарушение правил светит наказание.

Цайну с интересом перегнулась через разделяющий нас столик и заглянула в написанное:

– Есть тут нечто, из-за чего нам побеспокоиться?

Я покачала головой:

– Учиться, не драться, вести себя прилично… В общем, ничего такого, что было бы невыполнимым для учеников.

Она хотела было ещё что-то спросить, но рядом внезапно раздались мужские голоса. Именно мужское – не юношеские.

– Почему именно здесь?

– Директор. Он вызвал, сказав, что располагает нужной информацией.

– Неужто с ним поделились чем-то про Кристалл времени? Это же закрытые данные!

– Ещё насколько, – донесся смешок. – Только вот, думаешь, зря под учебным корпусом расположен лабиринт? Часть экспериментов проводят именно здесь, потому что в храмах это невозможно.

Опять храмы. Что именно они так называют. Я понимала, что в них не молятся, только вот что тогда делают? Может ли быть так, что здесь это… ну, допустим, лаборатории для экспериментов? На земле же построены по образу и подобию, и люди не догадываются об истинном назначении?

Мои мысли – всего лишь предположения. Но, подозреваю, что мыслю я в верном направлении. Да и Кристалл времени? Что это такое?

Мы сидели с Цайну, затаив дыхание и не в силах шевельнуться. Я искренне надеялась, что никто не надумает зайти именно в нашу беседку. Но в то же время и жалела, что не вижу лиц говорящих.

Они ещё перекинулись парой слов и отошли, после чего мы смогли выдохнуть с облегчением. Некоторое время я пыталась сложить мозаику в одну картину, но ничего не выходило. Кристалл времени… А что, если при помощи этой штуки Трёхрукий переместил меня сюда? Ведь что-то же это сделало!

Цайну глянула на меня:

– Ши, у тебя сейчас такой вид…

– Дикий?

– Можно и так сказать.

– А я всегда дикая. Но симпатичная.

Она невольно хихикнула:

– Ну что ты на себя наговариваешь!

– То есть я не симпатичная? – искренне возмутилась я и швырнула в неё подушкой.

Хохоча, Цайну пригнулась, и подушка вылетела из беседки. Судя по разлетевшимся после этого во все стороны перьям, кто-то её поймал. И явно распорол.

– Выйти, – прозвучал властный голос. – Немедленно.

Ого. А интонация-то. Как ведро ледяной воды. Кажется, вляпались.

Мы замерли. Так, кажется, стоило вести себя потише. Не успели ещё и пройти церемонию принятия в ученики.

Оставаться было глупо – кто знает, что будет, если разозлить Крылатых, поэтому я встала и направилась к выходу, давая знак Цайну следовать за мной, но не лезть вперед. Уж если кто и будет гневаться, то всё же пусть в первую очередь на меня. Всё же я швырнула эту несчастную подушку. Поэтому лучше сначала мне и появиться. А там уже действовать по обстоятельствам.

Стоило только оказаться на улице, как мои глаза встретились с глазами учителя Коджи. Только вот ничего близкого на понимание в них не было – бескрайняя снежная пустыня, в которой нет ни намека на снисхождение.

Глава 4

Через некоторое время я сидела в просторной библиотеке школы Цзазын и понимала, что, в общем-то, не такое уж и плохо наказание. Ну, подумаешь, надо переписать все правила десяток раз. Могло быть куда хуже.

В конце концов, здесь сухо, комфортно и практически не пыльно. Ещё бы Крылатые не заходили с такими рожами, будто я им всем должна денег. Рядом вздыхала Цайну. Да уж, едва приехали, как тут же нарвались на наказание. Не то чтобы оно сильно напрягало, но, как я уже поняла, в отличие от меня Цайну была послушной ученицей, поэтому к такому не привыкла.

Я же искренне радовалась, что не заслали на какой-нибудь склад, где живут цуми. Короче, сплошные плюсы. К тому я оказалась в библиотеке… Значит, тут можно тихонько порыться в поисках полезных данных, когда все выйдут. Проблема была только одна: книг столько, что я даже не знаю, с какой стороны искать что-то про Кристалл времени.

Конечно, я понятия не имею, что это за артефакт, но интуиция подсказывает, что нужно ориентироваться на название.

– Почему он такой злой? – послышался рядом шепот Цайну.

Я кинула на неё взгляд, пытаясь понять, о ком речь.

– Этот учитель Фуджита.

Ну да, ну да, библиотекарь обратился к Коджи именно так. Только как ты ежа не назови… Ладно, не об этом сейчас.

– А что? Почему злой?

Просто занудный до ужаса. Не любит, когда ученики ведут себя, как вздумается. Кошмар, какая ностальгия. Кажется, меня ею так накрыло, что я даже ворчать не хочу – только умиляюсь. Что ж, опыт однозначно делает все эмоции тише.

– Мы ничего такого не сделали!

– А давай… сделаем? – задумчиво предложила я, глядя на шкафы, чьи полки едва не прогибались под тяжестью книг.

– Ши! – выдохнула Цайну, округлив глаза. – Тогда нам…

– Ничего не будет, – хмыкнула я, легко поднявшись и подойдя к книгам.

На корешках были прорисованы песочные часики – это и привлекло моё внимание.

Цайну явно потеряла дар речи. Одно дело бормотать про злого учителя, другое – продолжить шкодить.

Хотя шкодой это не назвать, но брать книги без разрешения – нельзя. Это я успела уже прописать. Однако… Если я в своей жизни буду долго ждать разрешений, то очень быстро окажусь прахом в погребальной урне. А меня это не устраивает.

Так… Я начала листать книгу. Конечно, написано заковыристо, читать не слишком привычно, но терпимо. Что у нас здесь?

Время, как непостоянная величина.

Хм, интересная формулировка. Некоторое время я листала томик, пытаясь найти хоть что-то кроме общих данных, однако не видела ничего такого, что могло бы хоть намекнуть, что Кодай-но делают то, что под запретом.

«А ты чего хотела? – фыркнул внутренний голос. – Что прямо вот в открытом доступе тебе поставят все, что хочешь? Бери, дорогая, читай, собирай компромат на всех и вся».

Я с громким хлопком захлопнула книгу.

– Ши, что случилось? – переполошилась Цайну.

– Всё нормально. Я просто… думаю.

Ответом последовала тишина. Цайну явно была слишком воспитана, чтобы уточнить: «Чем именно ты можешь думать?». Ах, что-то прямо скучаю по прежнему Коджи и Эйтаро, которые за словом в карман не лезли.

Вернув книгу на место, я снова села за переписывание. Только вот мысли теперь были далеко. Нет, не выходили за эту библиотеку, но было над чем подумать.

Где-то должна храниться информация, которая не должна попадаться на глаза всем подряд. Значит, это либо в библиотеке будут какие-то тайные секции, либо подземное хранилище, либо… вовсе не библиотеку. Но последний вариант маловероятен.

Книги легче всего спрятать… среди книг.

Кажется, я настолько сильно задумалась, что не отметила: моя рука двигалась быстро и отточено. Сколько часов отработки каллиграфии у учительницы Тэхико, сколько работы с боевыми кандзи, когда нужно писать прямо пальцами в воздухе.

И только, сообразив, что рядом странная тишина, я повернула голову. Цайну зачарованно смотрела на листы, исписанные моей рукой. В глазах читался чистый восторг и… неверие. Неужели так можно?

– Ши, – чуть ли не благоговейно спросила она, – где ты так научилась?

Судя по реакции, в Сиджарте так не обучают. Да и почерк у меня всё же… Видно, что обучали меня… иначе.

– Ну… дома, – сказала я правду, понимая, что врать тут бессмысленно. Просто не стоит говорить все, а только часть.

– У вас там все мастера, что ли? – пробормотала она. – У тебя такая скорость. Я хоть и была одной из лучших в своей школе, но за тобой не угонюсь.

Просто ты не лупила цуми летучими кандзи, девочка. А у меня это вполне обыденная часть жизни. Если б тебе довелось точно так же, то сейчас бы уже отбросила все эти правила в сторону и кинула исписанные листки Коджи в лоб.

– Да нет, – потупилась я. – Это просто… Ну это надо.

Такой «исчерпывающий» ответ Цайну не удовлетворил, однако она, поджав губы, с усердием принялась двигать кистью. Я только качнула головой и присоединилась к ней. И все же… где прячут Кодай-но информацию про Кристалл времени?

* * *

Ученики заметно нервничали перед церемонией посвящения. Я считала жирных синих птиц на загнутой крыше. Почему их много? Кормушка рядом, что ли?

– Ши… – Цайну ткнула меня локтем в бок. – Тебе совсем не интересно?

– А? – отозвалась я.

– Тебя совсем не интересует всё, что происходит вокруг? – спросила она. – Ты ведешь себя так, словно в ученицы к Крылатым тебя принимаются каждый день.

Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Крылатые, хвостатые… Как разница. Слева вон процессия учителей в белом. Все такие красивые – аж противно. Лица эти одухотворенные. Почему-то чем дольше я тут нахожусь, тем сильнее хочется куда-то к цуми. Серьёзно. А ведь это только начало. Не будь я Аской Шенгай из будущего, пришлось бы тут торчать весь срок обучения.

Мы, кстати, тоже были в белых одеждах. После принятия в ученики на них должны появиться сине-золотые отметки.

Появилась старшая ученица и сообщила, чтобы следовали за ней в Зал Церемоний. Ничего не оставалось, как пойти следом. Птиц я так и не досчитала, что порядком омрачало всё мероприятие.

Зал оказался очень просторным. Высокие колонны поддерживали потолок, под которым плыли жемчужные облака. Стены переливались всеми оттенками голубого. Несколько золотых кресел-тронов, соединённых между собой крыльями из камня, похожего на аквамарин. Видимо, там должны быть учителя.

И правда, через некоторое время вошли Крылатые и заняли свои места. Я насчитала восемь человек: шесть мужчин и две женщины. Все мягко смотрели на нас. Даже если и ученики не соответствовали их представлениям о прекрасном, то этого никто не показывал.

Вполне возможно, что об этом никто и не думал. Просто я уже привыкла, что иначе не бывает. Поначалу перед нами выступил самый старший, произнес приветственное слово и то, как нам теперь всем важно настроиться на учебу и быть достойными учениками школы Цзазын.

После чего встала женщина и начала называть имена учеников. Тем, чьи имена назвали, нужно было выйти из нашего строя, опуститься на колени и признать учителя, когда тот положит руку тебе на голову, произнеся формулу принятия.

Забавно, что после всего каждый раз на учеников вспыхивало сапфировое сияние, словно подтверждая клятву «учитель-ученик».

Где-то до пятого учителя я откровенно зевала, потому что вызывали кого угодно, только не нас. В какой-то момент у меня даже начала ныть поясница, захотелось размяться, но это явно было не то, что подошло бы для торжественного момента.

– Цайну Чжанихиро! – прозвучал кристально звонкий голос второй Крылатой.

Я только неуловимо быстро показала Цайну, что поддерживаю её и легонько подтолкнула вперед. Она шла, как завороженная. Опустилась на колени. Тонкие белые пальцы Крылатой легли на голову Цайну. Спустя некоторое время вспыхнуло сапфировое пламя, закружившись причудливой спиралью.

Шумно выдохнув, я проследила, как Цайну отошла за спину Крылатой. В какой-то момент подруга перевела на меня взгляд. У-у-у, там сейчас восторг и радость. Впрочем, вполне понятно. Она добилась поставленной цели. Теперь уже точно ученица школы на Небесных островах. Да и Крылатая производит приятное впечатление.

Теперь оставалось ждать, к кому попаду я. В обще-то, всё равно. Главное, чтобы не к тому, что говорил первым. Он мне не очень нравится. Правда, если попаду… что ж, не в первый раз. Как-то же я отучилась в школе Годзэн до этого. А там далеко не всегда прислушивались к пожеланиям учеников, хоть, надо сказать, откровенно противных учителей не было.

Ученики выходили один за одним. Я в какой-то момент напрягалась. Что-то мне это совсем не нравится. Неужто решили оставить меня напоследок?

«Ты им не нравишься, вот и выгонят назад», – подколол внутренний голос.

Думать об этом не хотелось, но я понимала, что такой исход тоже можно… допустить. Хоть это и будет странно. Зачем стоило тащить сюда, чтобы потом отказать? Или в этой школе не нашлось учителя, готового взять меня, потому что я слишком хороша? Да уж, ни за что не поверю. Но все же направленные на меня взгляды, как Крылатых, так и учеников, тревожили. А уж Цайну… Она и вовсе сжала кулачки, аж костяшки пальцев побелели. Тоже понимает, куда ветер дует.

В конце концов, я осталась одна. В зале повисла тишина. Ученики озадаченно переглядывались. По лицам же Крылатых же вообще не понять, о чем они думают. Кто-то никак не выражал эмоций, кто-то – покровительственно улыбался. Честное слово, уж лучше бы скривились. Я б хоть понимала, что надо делать ноги.

Можно было, конечно, держать паузу, но к чему? Крылатые хотят проверить выдержку? Зачем? Глупости какие-то.

Поэтому, не заморачиваясь, я деликатно прочистила горло и спросила:

– Уважаемые учителя, позвольте узнать: что будет со мной?

И в этот же момент загордилась собой. Раньше бы всё же промолчала. Но сейчас уже прекрасно понимала: промолчишь – ничего не получишь.

На губах учительницы Цайну появилась улыбка. Но вот остальные не разделили этого – так и смотрели, будто не знали, какое принять решение.

Тишина показалась какой-то густой и вязкой. Мне это совсем не нравилось.

– Ши, – сказал первый Крылатый, – ты, безусловно, талантливая девушка. Только… Однако твой огненный нрав не для наших мест. Поэтому мы приняли решение отправить тебя домой.

Я не успела ничего сказать, потому что в этот момент донесся низкий голос:

– Её возьму я.

Глава 5

Он шёл без спешки, но каждый шаг эхом отдавался от светлых стен.

В какой-то момент показалось, что сейчас во все стороны полетят искры. Хмуро сведенные брови, сжатые губы, будто он с трудом сдерживает эмоции. И эти эмоции… ох не назовешь положительными.

– Учитель Фуджита? – послышался удивленный голос кого-то из Крылатых.

Я не раз видела, как злится Коджи, но сейчас была какая-то холодная ярость. И направлена однозначно не на учеников. Даже не на меня. Он смотрел на Крылатых так, словно думал, кого первый ощипать и зажарить не вертеле.

Покосившись на учителей, я с удовлетворением отметила, что все если не напряглись, то во всяком случае подобрались.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.