Джессика Ренвик
Лаванда Рейн и «Поле кошмаров»

© Jessica Renwick, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

© Смирнова Д. О., перевод на русский язык, 2024

© Антонова А. Е., текст, 2024

© ООО «Издательство «Эксмо», 2025

© По лицензии ООО «Союзмультфильм»

Глава первая

У меня над головой пролетает угольно-чёрная лапа. Я отмахиваюсь, и она прячется на полке, а я, сдвинув брови, продолжаю копаться в картонной коробке, которая стоит передо мной на столе. Голая лампочка, свисающая с деревянного потолка, мерцает, отчего по стенам мечутся тени. Моя лучшая подруга Рози роется в коробке в другой части нашего старого подвала. Воздух здесь холодный – но в тёмной комнате с бетонным полом так ведь и должно быть, да?

Меня пробирает дрожь; я запускаю руку в коробку и убираю в сторону белую кружевную салфетку, под ней оказывается стопка старых рам для картин. Мой кот снова пытается достать меня лапой, после чего спрыгивает с полки и приземляется прямо в коробку.

– Уголёк! Ты мне мешаешь.

Я беру шкодливого кота на руки и ставлю его на пол. Вздохнув, машу рукой Рози, чтобы она подошла ко мне:

– Его здесь нет. Наверное, она засунула его куда-то в другое место.

– Он должен быть здесь. Твоя мама сказала, что он в подвале. – Рози перекидывает через плечо длинную косу и поднимает повыше снежный шар, который нашла в своей коробке. – На этих помечено, что внутри всё для Хэллоуина. Но пока что я нашла только корзинку с пластиковыми яйцами, блестящую красную гирлянду с сердечками, огромный лист клевера и… – она откладывает в сторону снежный шар и поднимает длинную палку с разноцветными лентами на конце, – вот это. Что это вообще – волшебная палочка?

Я чувствую, как у меня горят щёки. Конечно, у мамы все праздничные украшения распиханы по коробкам как попало. Рождество. Хэллоуин. Пасха. Всевозможные традиционные праздники вперемежку со светскими.

– Это миниатюрный Майский шест, – отвечаю я. – Она украшала им торт на прошлый Бельтайн.

Рози машет украшением, и ленты развеваются вокруг него:

– Бельтайн?

– Праздник, который обычно отмечают первого мая, между весенним равноденствием и летним солнцестоянием.

Рози растерянно смотрит на меня.

Я пожимаю плечами:

– Считай, просто весенний фестиваль.

– Хорошо бы найти что-нибудь из осенних украшений. – Рози откладывает Майский шест в сторону и продолжает рыться в коробке. – Я очень хочу на завтрашний фестиваль урожая надеть тот костюм ведьмы. На страничке фермы Фоксглав написано, что детям в костюмах будет бесплатное угощение.

– А не слишком ли мы стары, чтобы наряжаться? Нам уже по тринадцать, а не по три годика.

Оперевшись бедром на стол, я рассматриваю кончики своих длинных фиолетовых волос. Интересно, мои цветные локоны сойдут за костюм? Скажу, что я русалка, вышедшая на сушу. Или лошадка из «Моего маленького пони» в человеческом обличье.

Рози, пропустившая мои слова мимо ушей, издаёт ликующий возглас и вытаскивает из коробки мятую чёрную шляпу. Острый кончик вмялся внутрь, но Рози это не смущает: она выправляет его и пытается разгладить складки.

– Нашла! Если я надену своё чёрное платье и эту шляпу, то сойду за ведьму. Лаванда, что думаешь?

Рози нахлобучивает шляпу, и та съезжает ей чуть ли не на глаза. На стене рядом с грудой коробок висит старое треснутое зеркало, Рози смотрится в него и всё ещё пытается разгладить поля. Пока она возится со шляпой, из кармана её толстовки выпадает сложенный вчетверо листок бумаги.

Ступая по холодному полу, я вместе с Угольком пересекаю подвал и поднимаю листок. Пока Рози вертится перед зеркалом и репетирует ведьминский смех, я разворачиваю его:

– Ты уронила.

Сдвинув брови, я разглядываю бумажку. Это распечатка с сайта семейной фермы Фоксглав:

Поле кошмаров и Мэри Фоксглав

Я зачитываю текст вслух:

– «В 1902 году во время сбора урожая шестнадцатилетняя Мэри Фоксглав вышла из дома, чтобы отнести обед отцу, который работал в кукурузном поле. Но обратно она так и не вернулась. Все жители Дред Фоллз несколько недель прочёсывали местность, но так никого и не нашли.

Однажды вечером Элис, старшая сестра Мэри, искала свою сестру и наткнулась на монстра, который крался в зарослях кукурузы. На месте головы у него был фонарь из тыквы, а когда его рот расплылся в жуткой улыбке, из него раздался пронзительный крик Мэри. Поговаривают, что по сей день это создание рыщет в поле и охотится на тех, кто блуждает в кукурузе. Осмелишься ли ты зайти в поле и встретиться там с монстром?»

Я бросаю на Рози ехидный взгляд:

– Ты не говорила, что у этой фермы есть своя страшная история.

Рози оглядывается на меня и поднимает мятую шляпу повыше:

– О, точно. Да. Я подумала, что мы могли бы…

– Нет. – Я комкаю бумажку в кулаке с такой силой, что белеют костяшки. – Я тебе уже говорила: хватит с меня привидений. После встречи с бабушкой я больше не хочу видеть никаких бестелесных созданий.

После того как несколько месяцев назад мы увидели призрак моей бабушки, у Рози на уме одна только паранормальщина. Она даже попыталась организовать в школе клуб охотников за привидениями и рассказывала всем в классе, что я там вице-президент. Конечно же, это не так. Но это не помешало Обри, главной задаваке в классе, дразнить меня.

Рози поворачивается и кладёт руки на пояс. Шляпа криво сидит у неё на голове, отчего Рози и в самом деле похожа на ведьму из леса.

– А как насчёт той тени, которую ты тут видела? Ты говорила, что в прошлую субботу она торчала у тебя в коридоре. Телевизор сам переключал каналы, планшет не держал заряд, а лампочки…

Конечно же, именно в этот момент лампочка у нас над головами начинает мигать. Несколько раз она выключается и включается, после чего успокаивается. Уголёк сидит у моих ног и орёт, не сводя с неё глаз.

Рози вскидывает бровь и указывает на лампочку.

Я отмахиваюсь от неё:

– Прекрати. У нас просто проблемы с электричеством.

– И как это объясняет тень, которую ты постоянно видишь? Лав, ты сказала, что она тебя пугает. Помнишь, что твоя мама говорила насчёт доски Уиджа, которая может впустить в дом духов? – Рози закусывает губу, теперь у неё вид довольно обеспокоенный. – Ты стала видеть эту тень с тех пор, как мы ею воспользовались.

Мама сходит по привидениям с ума не меньше Рози. Дома она хранит кучу книг о сверхъестественном. Кое-кто из моих одноклассников зовёт её ведьмой. Аманда Рейн, местная ведьма в городке Дред Фоллз. Какой бред. Сама она считает себя скорее медиумом, а мне кажется, что она ведёт себя немного глупо. Но это я любя. Если забыть о её одержимости всякими паранормальными штуками, то у меня очень даже классная мама.

Я накручиваю прядь волос на палец, думая о недавних «призрачных» событиях у нас в доме. Должно быть более логичное объяснение.

– Мама подцепила эту идею в одной из своих мрачных книжек. Одно дело – призрак бабушки, бродивший вокруг нашего дома: у неё была веская причина, чтобы захотеть поговорить с нами. А зачем к нам лезть какому-то чужому призраку?

Рози вздыхает, отходит к груде коробок и открывает верхнюю:

– В «Отделе призраков» говорится, что злые духи периодически пытаются найти способ вернуться обратно на землю. – Она бросает нервный взгляд на лампочку. – А ещё они могут подчинить себе электрические устройства и линии радиосвязи.

«Отдел призраков» – это канал на «Ютубе», от которого Рози не может отлипнуть последнее время. Они там ходят по всяким местам, где якобы затаились призраки, и пытаются заснять их на камеру. Те видео, которые у них есть, выглядят не очень-то убедительно. Всякие парящие сферы? Да это точно либо пыль, либо светляки.

Я кладу распечатку на стол и скрещиваю руки на груди:

– Ты сама знаешь, что все эти видео на «Ютубе» – сплошная бутафория.

– Разве ты не видела эпизод про форт Эдмонтон? Там одна сплошная паранормальная активность!

Да, я его видела. И на правду оно совсем не похоже. Я знаю, каково это – когда рядом находится настоящий призрак, и в таком состоянии уж точно не хочется истерически визжать, молотить кулаками по воздуху или махать руками, как это делают психи из «Отдела призраков».

Нет, в такие моменты у тебя по спине ползёт ледяной холод, ноги отнимаются, а в голове мутится…

Рози, выпятив нижнюю губу, продолжает рыться в коробке.

– Между прочим, Итан тоже верит, что они настоящие. Он рассказывал, что этим летом гулял по лесу и поймал на фото светящиеся сферы.

Я закатываю глаза. Итан Джонс – новенький в нашем классе. Этим летом его семья переехала сюда. У него кудрявые чёрные волосы и дурацкая ухмылка – конечно же, все девочки сразу в него влюбились. С Рози они подружились в первую же неделю – благодаря любви к «Отделу призраков» и графическим новеллам. Но потом Итан стал общаться с Обри и Уорнером, который был груб с Рози и к тому же украл медальон моей бабушки. Я не доверяю никому, кто дружит с Уорнером. Вот ни настолечко не доверяю.

– Рози, он над тобой смеётся. Знаешь, как он назвал меня вчера на перемене? «Малахольная Лаванда»! Он во всё это не верит.

– Он хочет вступить в «Гулиганы», – отвечает Рози.

– «Гулиганы»?! – фыркаю я. – По-моему, раньше ты собирала «Команду Бу», чтобы охотиться за привидениями.

– Это звучало слишком по-детски, – пожимает плечами Рози. – Я организовала голосование за новое название. Тебя не было, а все остальные члены группы сошлись на «Гулиганах».

– Кроме тебя, в этой группе никого нет.

– В ней есть ты. И голосование было анонимным. – Рози повыше поднимает настенное украшение в виде котёнка в шляпе Санты и сразу же бросает его обратно в коробку. – Итан собирался завтра пойти на фестиваль вместе с нами, чтобы побольше разузнать о Мэри Фоксглав, но у его родителей другие планы на выходные, и он не сможет.

– Очень удобно.

Рози с недовольным видом стучит ногтями по стоящей перед ней коробке:

– Если ты вдруг забыла, то этим летом тебе в лесу являлся дух твоей бабушки. Всё сходится. Я уверена, что Итан поймал на камеру её сферу.

– Ты же не рассказывала ему про мою бабушку? – Я пристально смотрю на неё. – Я ведь говорила тебе: я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал про дух моей бабушки. У меня и так уже в школе репутация ребёнка со странной мамой. Я не хочу быть ещё более странным ребёнком с призрачной бабушкой.

Рози закатывает глаза и возвращается к коробке с хламом:

– Не понимаю, почему ты держишь эту историю в секрете. Если бы ты подтвердила мои слова, что призраки существуют на самом деле, то, может быть, Обри и её дружки наконец бы от нас отстали. К тому же больше никто в классе не видел призраков. Это так круто!

– Ты единственная, кто так считает.

– Завтра я возьму с собой фотоаппарат, – продолжает Рози, как будто не услышав моих слов. – Если нам удастся поймать в кадр Мэри Фоксглав, то у нас будет доказательство, что она действительно существует. И тогда все мне поверят и тоже захотят вступить в «Гулиганы». – Рози замирает с мечтательным выражением на лице. – Кладбище Лэйк-вью, тот шиномонтаж, который сгорел, старая гостиница «Чёрный рыцарь»… У меня целый список разных мест поблизости, которые стоит исследовать.

– Похоже, у меня нет шансов отмазаться от этого, да?

– Не-а. Вице-президенту «Гулиганов» не положено.

Я потираю руки, чтобы согреть их.

– Давай уже закончим этот разговор о призраках и поднимемся наверх? Мама скоро должна прийти с работы, она сказала, что на ужин принесёт пиццу.

– Великолепно. Я хочу показать ей статью о Мэри Фоксглав. Я нашла ещё несколько местных историй про неё и монстра в кукурузе.

Рози начинает было закрывать коробку, но останавливается. Заглядывает внутрь и вытаскивает деревянную шкатулку величиной с карточную колоду:

– Что это?

Рози поднимает коробочку повыше, чтобы я могла рассмотреть. С боков она гладкая и тёмная, и на всех стенках вырезаны сигилы. Всю крышку занимает большая звезда, вписанная в круг.

У меня внутри всё леденеет от ужаса. Я понятия не имею, что это такое, но оно мне не нравится. Эта штука как будто из фильмов ужасов про вампиров или демонов. Которых на самом деле не существует. Но выглядит всё равно жутко.

– Понятия не имею. Но она мне не нравится.

Рози вертит шкатулку в руках:

– Эти символы чем-то напоминают доску Уиджа. Как думаешь, ничего, если я спрошу про неё у твоей мамы?

– Уверена, она будет в восторге.

Моя мама обожает Рози за то, что та верит во всякое сверхъестественное. Она всегда радуется, когда Рози засыпает её вопросами, и вместе с ней смотрит свои старые книжки. Иногда я задумываюсь: а не расстраивается ли мама из-за того, что меня её увлечение бесит?

Внезапно Уголёк издаёт громкий протяжный «мяв». Проскользнув у меня между ног, он выбегает на лестницу. Шерсть у него встаёт дыбом, и он начинает тыкаться в дверь.

Я перевожу взгляд на Рози, она смотрит на меня, широко распахнув глаза. Температура резко падает, и дыхание вырывается у меня изо рта облачком пара. Лампочка дёргается и начинает мигать.

Рози хватает меня за руку и указывает на потолок:

– Смотри!

На потолке трепещет тень человека с длинными всклокоченными волосами. Лампочка разлетается на мелкие осколки, и мы оказываемся в кромешной тьме.

Рози визжит и тащит меня к лестнице. Мы взлетаем по ступенькам и выбегаем в коридор вместе с Угольком, который сразу же бросается на кухню как чёрная пантера в миниатюре. Рози ещё крепче сжимает мою руку и бежит вслед за котом, увлекая меня за собой:

– Теперь ты веришь, что в доме есть призрак?! – Она поправляет сползшую на глаза ведьминскую шляпу, а потом снова хватает меня за руку. На лице у неё написан страх. В другой руке она по-прежнему держит деревянную шкатулку.

– Я тебе уже говорила: у нас проблемы с проводкой.

Но тем не менее я тоже крепче сжимаю руку Рози. Та тень на потолке… Наверняка это всего лишь моё воображение. Но тогда почему Рози тоже её видела?

Глава вторая

«Поговаривают, что по сей день это создание рыщет в поле и охотится на тех, кто блуждает в кукурузе…»

Дверь моей комнаты со скрипом открывается, и я поднимаю голову от планшета, на котором открыт сайт фермы Фоксглав. Уголёк лежит в ногах кровати, он тоже поднимает голову и мяукает. В комнату входит мама, в руках у неё две дымящиеся чашки. На маме пушистый синий халат и тапочки, а её чёрные волосы собраны в неаккуратный узел на макушке. До меня доносится расслабляющий травяной запах.

– Я принесла тебе чай, милая, – с улыбкой говорит мама. – Думаю, после того, что случилось в подвале, тебе нужно попить чего-нибудь тёплого, чтобы успокоить нервы.

Я откладываю планшет и сажусь так, чтобы освободить маме место на кровати. Передав мне мою любимую чашку в горошек, мама садится рядом на потрёпанное лиловое шерстяное покрывало, которое бабушка связала на мой девятый день рождения.

Я вздрагиваю, услышав какое-то царапанье со стороны окна. Прижав чашку к груди, я поворачиваю голову и за стек-лом вижу вырисовывающуюся в темноте ветку дерева. Ветка снова царапает стекло, и я выдыхаю. На улице просто ветер и дождь.

Примерно час назад мы отвезли Рози домой. К тому времени, как мы съели пиццу и рассказали маме про взорвавшуюся лампочку, солнце уже село, и мама не позволила Рози ехать обратно одной по темноте на велосипеде. Поэтому мы погрузили его в багажник нашей машины и все втроём проехались до её дома.

– Знаешь, – тихо сказала мама, – я спускалась сейчас в подвал. Осколки лампочки разлетелись по всему полу. Пожалуйста, не ходи туда, пока там не будет чисто. Завтра я заменю лампу и как следует приберусь.

– Я в любом случае не собиралась идти туда в ближайшее время.

Стоит мне только подумать о тени на потолке – меня пробирает дрожь. Даже если она мне просто померещилась, спускаться в подвал теперь всё равно страшно.

Мама похлопывает меня по ноге и отпивает из своей чашки:

– Я ни в чём тебя не виню. Хочешь ещё поговорить о том, что случилось?

– Мы уже всё тебе рассказали, – отвечаю я, по-прежнему держа чашку обеими руками. – Мы разговаривали про всякие странности, которые творятся в округе, а потом лампочка разбилась.

Мама тяжело вздыхает:

– Надо что-то делать с этим духом. Одно дело безобидные шалости – переключать каналы или выключать свет, но разбивать лампочки… это уж слишком. Мне это не нравится.

– А из-за скачка электричества такое не могло произойти? – спрашиваю я. – Почему ты уверена, что это был призрак?

Мама тяжело вздыхает, и вокруг губ у неё залегают печальные морщинки.

– Слишком много всего происходит, чтобы списывать это на совпадение. Вчера вечером я видела тень, притаившуюся в моём шкафу. Завтра я собираюсь позвонить Саре – узнать, можем ли мы что-нибудь с этим сделать.

Я наклоняюсь к чашке, чтобы скрыть недовольную мину. Звонить Саре? С тем же успехом мама могла бы вызвать сюда весь «Отдел призраков». Са-ра – это её подруга с работы. Несколько недель назад она уже заходила к нам, чтобы изгнать призрака, но, конечно же, у неё ничего не вышло. Ни один дух не примет всерьёз её хрустальный шар и театральные призывы выйти на свет. Бабушка бы подняла на смех эту Сару. С другой стороны, она вроде бы добрая и отзывчивая.

– Я уверена, Сара знает, что нужно делать. – Мама с глубокомысленным видом отпивает из чашки. – Как бы то ни было, – тут её лицо смягчается, – разве у тебя нет радостного волнения перед завтрашним фестивалем урожая?

– Вроде того. – Я выпрямляюсь и ставлю свою чашку на прикроватный столик. – По крайней мере, оно было. Но сегодня я узнала, что Рози хочет пойти туда только потому, что думает, будто там обитают привидения.

После нашей так называемой встречи с призраком в подвале Рози разволновалась и забыла рассказать моей маме про Мэри Фоксглав. Я беру планшет и снова открываю сайт фермы.

Мама наклоняет голову набок:

– Неужели этой девочке всё ещё мало призраков? Вид у неё сегодня был перепуганный.

Уголёк мявкает и бьёт хвостом по кровати, будто выражая согласие.

– Видимо, нет. Она по-прежнему намерена собрать свою «Команду Бу»… вернее, «Гулиганов». Вот. Это история на сайте фермы.

Я протягиваю маме планшет, она ставит свою чашку рядом с моей и берёт его в руки:

– Хм. – Сдвинув брови, мама внимательно читает всю статью. Потом отдаёт мне планшет обратно. – Может, в прошлом кто-то действительно пропал на ферме, но, по-моему, сейчас владельцы используют эту историю для рекламы. Они наверняка добавили туда парочку интересных подробностей. – Мама хихикает. – Дред Фоллз – городок маленький. Если бы здесь кто-то недавно пропал, мы бы об этом знали. А организаторы фестиваля уж точно не стали бы никого пускать на кукурузное поле, если бы считали, что там бродит какое-то чудовище или дикий зверь. Я думаю, милая, это просто история, чтобы потешить публику. Чтобы создать зловещую атмосферу на Хэллоуин.

– Мне это не приходило в голову. – Я смотрю на фотографию поля, которую владельцы выложили на сайт, и чувствую, как мне становится легче. – Рози наверняка туда явится с каким-нибудь планом охоты на привидений, который почерпнула у «Отдела призраков».

– «Отдела призраков»?

– Ой, это просто идиотский канал про охотников за привидениями на «Ютубе», конечно, там всё неправда. – Я закатываю глаза. – Они сейчас очень популярны. Рози с ума по ним сходит.

– Кажется, я что-то о них слышала. Знаешь, есть настоящие охотники за привидениями…

– К «Отделу призраков» это не относится. – Я качаю головой. – В их последнем видео на заднем плане чётко была видна леди в ветхом платье. Она точно не привидение.

Мама весело поглядывает на меня:

– Ну ты-то хорошо знаешь, как выглядят настоящие привидения.

– Ну да. Думаю, что так.

Мама снова похлопывает меня по ноге и слегка сжимает на ней пальцы.

– Сегодня вечером наш гость тебя не побеспокоит. – Мама встает на ноги и вынимает из кармана круглый чёрный камень размером с мячик для гольфа. Кладёт его на мой прикроватный столик и с силой похлопывает по нему. – Этот кристалл называется «агат», он защитит тебя от любого духа, который попытается тебя напугать.

Я откладываю планшет. И как этот булыжник должен меня защитить? Наверняка мама вычитала про него в какой-нибудь старой книжке. С другой стороны, дух бабушки доказал, что в отдельных случаях маме доверять можно, и к тому же она просто хочет, чтобы я была в безопасности.

– Спасибо, – говорю я.

Мама указывает на мою чашку на столике:

– Ты уже допила свой чай?

Я хватаю уже чуть тёплую чашку, одним глотком выпиваю содержимое и отдаю её маме:

– И за это тоже спасибо, мама.

– Всегда пожалуйста. – Мама забирает свою чашку, наклоняется и целует меня в лоб. – Если ночью станет страшно, можешь вместе с Угольком поспать у меня в комнате.

– С нами всё будет в порядке – правда, Уголёк? – Я чешу кота за ушами. Уголёк закрывает глаза и трётся о мою ладонь.

Мама умилённо улыбается нам и выходит из комнаты.

Я зеваю и снова беру в руки планшет, чтобы написать Рози перед тем, как идти спать. Думаю, мама права насчёт Мэри Фоксглав. Конечно, владельцы фермы раздули всю эту историю, чтобы больше людей пришло на фестиваль. До Хэллоуина осталось всего несколько недель, а смысл этого праздника – пугать людей, чтобы было весело.

Я закрываю браузер, открываю мессенджер и набираю Рози:

«Очень жду завтрашний фестиваль. Твой костюм ведьмы произведёт фурор».

В окне сразу же появляются точки, обозначающие, что она набирает ответ. Экран рябит, потом снова проясняется. Я проверяю заряд, но аккумулятор полностью заряжен. Приложение само закрывается и тут же открывается снова. Но вместо имени Рози в верхней части диалога теперь только искорёженные буквы и цифры. Внизу написано сообщение:

«оТдАй МнЕ СтРаТаГеМу».

Что это вообще значит? Она пытается меня напугать? Я пишу в ответ:

«Хаха. Оч смешно».

Тут же приходит новое сообщение:

«уВиДиМсЯ в ПоЛе».

Экран чернеет. Я несколько раз жму на него, мессенджер открывается, но там больше нет этих странных сообщений.

У меня внутри всё сжимается, и я оглядываюсь вокруг. В комнате всё на своих местах. Жутких теней нигде не видно, а Уголёк мирно посапывает у меня под боком. Я кладу планшет на прикроватный столик и глажу кота по спине. Он начинает урчать, меня это успокаивает. Если бы поблизости был призрак, Уголёк бы меня предупредил. Он всегда так делает.

– Агат работает, – говорю я вслух скорее себе, чем ему.

Выбросив из головы все тёмные мысли, я откидываюсь на спину и вытаскиваю из-под подушки графический роман, я купила его совсем недавно. Роман про единорогов. В нём нет ничего страшного – и уж точно нет никаких призраков.

Глава третья

Рози смотрит на меня поверх распечатки, которую держит в руках. Лучи заходящего солнца зловеще озаряют её ведьминскую шляпу, а стебли кукурузы тихо шелестят на ветру у неё за спиной.

Рози откашливается и поправляет шляпу, чтобы та не налезала ей на глаза.

– «Существо с тыквой на голове появилось за спиной Мэри. С истошным воплем его рот раскрылся, из него полилась тыквенная мякоть и закапала ей на плечи. Существо вцепилось в платье Мэри своими руками-граблями и потащило куда-то вглубь кукурузного поля. С тех пор её никто не видел – живой по крайней мере…»

– Это ты добавила про тыквенную мякоть! – Я пытаюсь выхватить листок у неё из рук, но Рози поднимает его над головой.

Холщовая экосумка съезжает у неё по руке, и Рози удерживает её на сгибе локтя.

– Я взяла это из профиля свидетеля, который видел всё своими глазами.

Я кладу руку на пояс:

– И как, по-твоему, у свидетеля событий столетней давности появился аккаунт в сети? Просто кто-то сочинил байку и выложил в интернет.

Со стороны убогой карусели с призраками по другую сторону тропы до нас доносится карнавальная музыка. Мама Рози привезла нас на фестиваль буквально несколько минут назад, и после того, как Рози получила свой сладкий приз за костюм ведьмы, мы направились прямо к кукурузному полю. Я решила выгулять «костюм» земноводной русалки: распустила свои фиолетовые локоны, хотя обычно собираю их в хвост. К сожалению, фиолетовых волос в сочетании с джинсами и осенней курткой оказалось недостаточно, чтобы получить вкусную шоколадку или жевательную резинку с кислым вкусом.

– На каком сайте зарегистрирован твой свидетель? – Я тяну руку к бумажке, но Рози ехидно ухмыляется, делает шаг в сторону и машет распечаткой над головой. Её длинная чёрная юбка обвивается вокруг ног.

– Такие истории передаются из поколения в поколение. Наверняка этот человек узнал её от своих дедушек и бабушек.

Я скрещиваю руки на груди:

– Ты же на самом деле не веришь, что здесь живёт монстр.

– А почему, по-твоему, никто никогда не ходит в поле ночью? – Рози ухмыляется, складывает распечатку и запихивает её в сумку. Потом показывает в сторону толпы, собравшейся вокруг карусели и фургончика с едой рядом с ней. Чуть поодаль люди рассматривают тыквы, подыскивая наиболее достойные исполнять роль фонарика на Хэллоуин.

– Потому что ночью темно.

Я вытаскиваю из кармана фонарик и направляю его на деревянную табличку при входе на кукурузное поле, в котором организаторы в честь праздника устроили лабиринт. На дощечке угловатыми красными буквами написано:

Поле кошмаров Мэри Фоксглав.

ВХОДИТЕ НА СВОЙ СТРАХ И РИСК!

К табличке пришпилена бумага, на которой написано, что работник фестиваля ушёл на перерыв и вернётся через пятнадцать минут. Рядом на земле пристроилась тыква, оскалившаяся рядом острых зубов; она как будто ехидно спрашивает, а не страшно ли нам идти в поле.

– Ладно, на самом деле я не думаю, что там живёт монстр. – Рози лезет в сумку и вытаскивает оттуда чёрную коробочку размером с пульт от телевизора, в верхней части которой – пять маленьких лампочек разных цветов, от зелёного до красного. – Но я не удивлюсь, если там живут призраки. А этот датчик предупредит нас, если они окажутся поблизости.

Я узнаю устройство: я видела точно такое же на «Ютубе».

– Только не говори, что ты заказала его с сайта «Отдела призраков».

– Нет, конечно. Знаешь, сколько стоит их электромагнитный датчик? Мама бы меня убила. – Рози нажимает на кнопку. Все пять лампочек мигают, а затем тускнеют. – Эм… это дешёвый аналог, который я нашла в сети. Но и его должно быть достаточно. В него просто не встроен диктофон. – Рози указывает на лампочки. – Это шкала измерения электромагнитных волн, привидения могут на них влиять. Видишь, сейчас горит зелёная лампочка? Это значит, что мы в стабильной зоне, – следовательно, поблизости, скорее всего, никаких призраков нет. Жёлтый значит, что рядом может быть один, а красный – что он совсем близко.

– Нам не нужны были никакие датчики, чтобы найти призрак моей бабушки, – напоминаю я.

– Твоя бабушка хотела, чтобы мы её увидели. Выследить Мэри Фоксглав будет не так просто. – Рози вынимает из сумки древний на вид фотоаппарат и протягивает его мне. – Когда на датчике призраков загорится красная лампочка, приготовься снимать.

– Где ты достала эту рухлядь?!

– Это мамин, – отвечает Рози. – Поставь на режим видеосъёмки. Это лучший способ получить изображение призрака. – Рози лукаво улыбается. – Лав, ты только представь, что будет, когда мы получим настоящие, весомые доказательства. Тогда Обри и её свита будут вынуждены нам поверить. И возможно, Итан по-настоящему захочет вступить в «Гулиганы».

– Я всё ещё не уверена, что готова поддержать это название.

– Я думала, что ты не входишь в число истинных членов клуба, – отвечает Рози.

– Я и не вхожу.

Я разглядываю побитый жизнью фотоаппарат. По краю экрана бегут трещинки, а серая краска стёрлась на уголках. Слов на кнопках уже тоже не разобрать, и я какое-то время вожусь с ним, чтобы выставить нужный режим. Подняв гаджет на уровень глаз, я снимаю Рози, которая опять роется в сумке.

Поверить не могу, что я на всё это подписалась. Но вынуждена признать: энтузиазм Рози передаётся и мне. Меня забавляет мысль, что мы можем подсмотреть за призраком в кукурузе. С определённого расстояния.

Большого расстояния.

Холодный ветер щекочет затылок. А точно ли мне хочется встретиться с чем-нибудь жутким? Я вспоминаю мутный призрак бабушки и её пустой взгляд, когда я впервые встретила её в лесу. Конечно, в итоге встреча с ней обернулась благом, но одно дело – моя бабушка, и совсем другое – какой-то чужой призрак, на сотни лет заточённый в кукурузном поле. Сомневаюсь, что Мэри нам обрадуется. Если она вообще тут есть, разумеется.

Рози всё ещё копается в сумке, и я приближаю изображение.

– Какие ещё идиотские приборы ты купила? – спрашиваю я.

– Никаких, – отвечает Рози, вглядываясь в недра сумки. – А! Вот она! – Она вытаскивает деревянную коробочку с пятиконечной звездой, которую мы нашли в подвале. – Вчера после ужина, когда ты пошла выносить мусор, твоя мама сказала, что раньше в этой шкатулке она хранила украшения и монеты. Разные ценности, в общем. Она говорит, что знаки на крышке нужны для защиты.

– Тогда зачем ты взяла её с собой? – спрашиваю я. – И почему мама разрешила тебе это?

– Я сказала ей, что хочу больше узнать об этих символах, и она дала мне её. – Сунув электромагнитный датчик под мышку, Рози поглаживает крышку шкатулки. – Ни за что не угадаешь, что я выяснила. Оказывается, когда-то давно, около ста лет назад, в Дред Фоллз был ковен ведьм. Вот эта звезда называется «пентакль». Это ведьминский символ. Я уверена, что шкатулка когда-то принадлежала кому-то из ковена!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.