Жития святых
Земная жизнь Пресвятой Богородицы
Пророк, Предтеча и Креститель Господень

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2024

I
Земная жизнь Пресвятой Богородицы

Покров божьей матери в судьбах россии

Помяну имя Твое во всяком роде и роде

(Пс. 44:18)

Подобно православной Греции, и Россия в разное время испытывала очевидное заступление Небесной Ходатаицы рода христианского. Почти при самом начале государства Русского Царица неба и земли чудесно послала Свой икону в Киево-Печерскую обитель, как бы в благословение просветившемуся христианской верой всему отечеству нашему. Память многих других чудных событий записана в летописях истории, увековечена построением святых храмов и обителей и учреждением крестных ходов.

Подробный рассказ о благодатном покрове Божьей Матери над Россией потребовал бы целой книги. Здесь мы лишь вкратце приведем важнейшие случаи очевидного заступления Царицы Небесной и Ее чудесные явления соотечественникам нашим – князьям, святителям, воинам, инокам, пастухам, нищим.

В 1155 г. сын великого князя Юрия Долгорукого, князь Андрей Боголюбский, удалился из Киевской области в Суздальскую, где он родился и был воспитан. Он взял с собой образ Божьей Матери, привезенный из Константинополя. В 10 верстах от Владимира, лошади княжеские, везшие святую икону, вдруг остановились и не шли вперед; перепрягли других, и те стали, как вкопанные. Во время ночной молитвы князя Андрея (18 Июля), явилась ему Богоматерь и объявила, что икона Ее должна быть во Владимире. Благоверный князь велел изобразить Благодатную в том виде, в каком явилась Она ему, а на месте видения велел строить обитель. Место это получило от него название Боголюбово, как ознаменованное знамением любви небесной. Скоро после того он сделался великим князем северной России и объявил Владимир столицей. Сам князь сподобился мученической кончины, признан к лику святых; нетленные мощи его открыты в 1702 году (память его 30 Июня).

Около 1160 г. инок Киево-Печерского монастыря Эразм все средства свои употребил на украшение Печерской церкви; а потом, по внушению духа злобы, стал сетовать об этом. В тоске заболел тяжко и семь дней лежал без языка. На 8 день внезапно встал и поведал братьям: «видел я Пречистую Богородицу с Сыном Христом Богом на руках, и Она сказала мне: «Эразм, поскольку ты украсил церковь Мою иконами, и Я украшу тебя в царстве Сына Моего; встань, покайся, облекись в ангельский образ, а на третий день возьму Я тебя к Себе, как возлюбившего благолепие дома Моего». Эразм встал, исполнил повеленное ему – и на третий день скончался (24 Февраля).

В 1170 г Великий Новгород подвергся страшному нападению суздальцев и их многочисленных союзников. Но у новгородцев был защитник – архиепископ Иоанн, который молился денно и нощно (Память его Сентября 7). На третью ночь он слышит голос: «иди, возьми икону Богоматери, неси на стену города и узришь спасение». С наступлением дня архиепископ послал за иконой архидиакона своего с клирошанами, но икона не двинулась с места. Тогда святитель отправился сам с собором духовенства, совершил молебенное пение, повергнулся пред святой иконой на колени и, плача и рыдая, молился: «о Пречистая Мати, упование наше! грешные мы молимся Тебе со слезами – не предай нас»! С сими словами он взял ее на руки; казалось, она сама о себе подвигнулась. Народ в умилении восклицал лишь: «Господи помилуй»! Икона перенесена была на городскую стену. Осаждавшие пустили целую тучу стрел на город и в молящихся. Одна ударилась в икону, и икона оборотилась к городу. Слезы потекли из очей Божьей Матери и падали на фелонь святителя: они были знамением Ее молитв и плача пред Сыном и Богом. На суздальцев внезапно напал страх, и в суматохе они поражали друг друга; новгородцы стремительно ударили на них и нанесли им ужасное поражение. Свое спасение новгородцы отнесли к заступлению Пресвятой Богородицы, и святитель установил праздник Ее честному Знамению, который доселе совершает вся Россия 27 Ноября. Тому же святителю Новгородскому Иоанну, строившему храм (в 1185 г) явилась Владычица и обещала даровать средства для постройки храма, только бы люди молились с верой: и на другой день неизвестно от кого присланы были мешки с золотом и серебром.

Владимирская икона Божией Матери. Византия. XII век

Около 1212 года дочь князя-мученика Михаила Черниговского, Ефросиния, – дарована была родителям явлением и обещанием Пресвятые Богородицы. Достигнув совершеннолетия и уже обрученная суздальскому князю Мине, она со слезами молилась Богоматери, да соблюдет ее девство; Царица Небесная явилась ей, повелевая, да послушается родителей своих и идет в Суздаль, ничтоже сумняшеся. И действительно, княжна не дошла еще до Суздаля, как обрученный ее скончался, а она постриглась в Суздальском монастыре Положения ризы Пресвятой Богородицы где потом была и игуменьей (Сентября 25).

В 1238 году во время приступа Батыева к Смоленску, благородный воин князя смоленского и благочестивый подвижник Меркурий слышал глас от чудотворной иконы Божьей Матери Одигитрии, повелевшей ему выйти на единоборство против татарского вождя – великана, который приводил в робость полки княжеские. Меркурий сразился с ним и одолел его, и сам потом приял венец мученика (24 Ноября).

Около 1240–1261 г, когда иноки почаевские жили еще в пещерах, один из них, взошедши на вершину горы, увидел Богоматерь, стоящую на скале, в огненном виде; то же явление увидел и житель с. Почаева, Иоанн Босый, пасший вблизи стадо овец. Когда пастух прибежал к монахам рассказать о своем видении, то услышал и от них, что Пресвятая Дева явилась в огненном столпе; и на том месте скалы, где Она стояла, отпечатался след правой стопы Ее, и камень стал источать воду, которая в той стопе с тех пор не умаляется и не переливается.

В 1299 году митрополит Киевский Максим был принужден татарами искать нового места для своей кафедры. В недоумении он проливал теплые молитвы пред Богоматерью об указании ему воли Божьей. И благая Матерь страждущих успокоила святителя Своим явлением. Икона, современная святителю, изображает его приемлющим омофор из рук Богоматери. Это было знаком небесного благословения на перенесение митрополии из Киева во Владимир, по причине татарского ига (Декабря 6).

Около 1360 г. преподобному Лазарю Мурманскому (на Онежском озере), молившемуся пред иконой Владычицы, стоявшей на воздухе, был глас от иконы: «призрю на смиренные рабы и на это место; повелеваю тебе – поставь на сем месте церковь во имя Успения Богородицы», – и икона спустилась на его руки. В другое время, на том же самом месте, преподобный Лазарь видел Жену святолепную, в свете несказанном, сияющую золотом; Она благословляла место, где ныне стоит церковь Успения Богородицы. Все это рассказал сам преподобный в своем предсмертном завещании (Марта 8).

В 1380 году ополчился на Россию Ордынский хан Мамай и, подобно опустошительному потоку, грозил покрыть полчищами своими всю землю Русскую. Навстречу ему выступил великий князь Димитрий Иоаннович с отборным многочисленным войском. Присоединившиеся к великому князю на пути Донские казаки принесли икону Успения Богоматери. Во время знаменитой Куликовской битвы, происходившей в день Рождества Богородицы, эта икона находилась в стане православных воинов, для помощи им против врагов. Одержав силой и заступлением Царицы Небесной блистательную победу над неверными, великий князь принес чудотворную икону Ее в свой столицу; а благочестивая супруга Димитрия Донского, Евдокия, желая увековечить день Куликовой битвы и выразить свою благодарность Богоматери, положила соорудить храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы. В 1399 году, на месте деревянной церкви Воскресения Лазаря, она построила каменную, в честь Рождества Пресвятой Богородицы, близ своего дворца. Летописец называет эту церковь чудной и говорит, что подобная ей была только во Владимире. Сам Димитрий Иванович, приписывая заступлению Богоматери победу свой над Мамаем, положил устроить обитель во имя Божьей Матери, и просил содействия преподобного Сергия. Святой Сергий нашел для сего место на реке Дубенке, устроил храм в честь Успения Богоматери и вручил игуменство ученику своему Леонтию. Так основался Стромынский монастырь.

В 1383 г., скоро после чудесного явления Тихвинской иконы, благоговейный клирик Георгий был послан оповестить по окрестным селениям день освящения церкви в память явления иконы и заповедал пост; на обратном пути он вдруг увидел Пречистую Матерь Божью, сияющую неизреченным светом, сидящую на сосновом бревне; Ей предстоял святитель Николай. Царица Небесная благоволила сказать, чтобы на ново-построенной церкви был поставлен деревянный крест, а не железный. Когда словам клирика не дали веры, внезапно сильная буря снесла с церкви мастера с железным крестом, без всякого вреда; после этого крест был поставлен деревянный, а на месте явления Божьей Матери создан молитвенный храм, во имя святителя Николая (26 Июня).

Около 1385 г. преподобный Сергий Радонежский пел пред иконой Богоматери акафист и молил Небесную Царицу, да призрит Она на обитель его. Окончив, он сказал ученику своему Михею: «бодрствуй, чадо, – мы будем иметь чудное посещение». Едва произнес он эти слова, как услышан был голос: «Пречистая грядет». Он поспешил из кельи в сени, и его осиял великий свет, ярче солнечного. Он узрел Богоматерь, сопровождаемую Апостолами Иоанном и Петром… Сергий пал на землю. Благая Матерь коснулась его и сказала: «не бойся, избранник Мой! молитва твоя об учениках твоих и о месте сем услышана; при тебе и после тебя Я неотступна буду от обители твоей и буду покрывать ее». Сказав сие, стала невидимой. Святой, придя в себя, нашел ученика своего от страха полумертвым и поднял его. Скажи, отче (спрашивал несколько пришедший в себя Михей), что это за чудное видение? Душа моя едва не разрешилась от тела». Но Сергий не мог еще говорить, только лицо его сияло радостью. Спустя несколько минут, велел он призвать двух благоговейных братий и рассказал им что было. Все вместе совершили молебное пение Богоматери; святой же всю ночь пробыл без сна, размышляя о милости небесной. Это было в пост Рождества Христова, в пятницу.

В 1388 г. благоговейный племянник святого Сергия, Феодор, святитель Ростовский, на молитве удостоен был таинственного видения, вследствие которого основал в Ростове обитель в честь Рождества Богородицы и написал икону Ее, в память видения (Ноября 28)

Около 1394 года преподобный Кирилл, живя в старом Симонове, молился ко Пречистой, чтобы Она указала ему путь спасения. В глубокие вечера имел он обычай петь акафист Богоматери. В одну из таких ночей, когда молился он и пел акафист пред Ее образом и когда дошел до места: «Странное рождество видевше, устранимся мира», – вдруг он услышал голос, говорящий ему: «Кирилл! иди отсюда на Белоозеро: там уготовано Мной тебе место, в котором ты можешь спастись». И вместе с тем озарилась вся его келья. Он отворил оконце и увидел свет великий, сияющий к полунощным странам Белоозера. Всю эту ночь провел он в радости от сего голоса и видения, и была эта ночь для него светлым днем. Через несколько времени он с той же иконой Богоматери отправился на Белоозеро и увидел то место, которое в видении назначено было для его пребывания, и пал благодарной душой пред Пречистой. В 1397 году он построил храм в честь Успения Богоматери. И доныне цела та Смоленская икона Богоматери, с которой пришел преподобный на Белоозеро (Июня 9)

В 1395 году Тамерлан вступил в пределы России, привел ее в смятение и распространил везде ужас. Направляя путь свой к Москве, он вошел в княжество Рязанское и приближался к берегам Дона. При всеобщем унынии Россиян, ожидавших возвращения времен Батыя, великий князь Василий Димитриевич повел свои войска для отражения сильного неприятеля, и остановился за Коломной, на берегу Оки. Между тем Москвитяне, устрашенные слухом о несметных силах и свирепости Тамерлана, молились усердно об избавлении их от нашествия иноплеменников, проливали слезы пред алтарями и постились. В храмах непрестанно совершались молитвы о князе и воинстве. Митрополит почти не выходил из церкви: то поучал оставшихся в Москве, то молебствовал за идущих пролить кровь свою за веру и отечество. И великий князь, не надеясь на свои силы, прибег к всесильной помощи Пресвятой Богородицы, и писал из Коломны к митрополиту Киприану, чтобы он послал во Владимир за иконой Богоматери, принесенной туда из Киева Андреем Боголюбским. Отправленное митрополитом во Владимир духовенство, 15 Августа, приняло в свои руки драгоценную святыню. Перенесение этой чудотворной иконы из Владимира в Москву было зрелищем умилительным. Народ в бесчисленном множестве, по обеим сторонам дороги, преклоняя колена, с воплем и слезами взывал: «Матерь Божья! спаси землю Русскую». В этом бесчисленном множестве народа нельзя было видеть человека – говорит летописец – который бы не плакал и не воссылал с упованием молений к Пресвятой Владычице. Митрополит, епископы и все духовенство в ризах, с крестами и кадильницами, в сопровождении Великокняжеского семейства и бояр, торжественно встретили святыню вне города и, поставив в соборном храме Успения Пресвятой Богородицы, в радостном предчувствии благодарили Бога, даровавшего им в святой иконе залог мира и утверждения. И Матерь Божья спасла землю Русскую. Современники говорят, что в тот самый день и час, когда жители Москвы встречали икону Богоматери, Тамерлан оставил свое намерение идти на Москву. Он увидел во сне – пишут летописцы – великую гору и с вершины ее идущих многих святителей со златыми жезлами, и над ними в воздухе величественную и благолепную Жену, с тьмами молние-образных воинов, которые все устремились на Тамерлана. Завоеватель затрепетал, проснулся и, созвав вельмож, спрашивал их о смысле своего сновидения. «Величественная Жена – отвечали мудрейшие из них – есть Матерь Иисуса Христа, Заступница христиан». «Итак, мы не одолеем их» – сказал Монгольский хан, и велел полкам своим идти из пределов России. С невыразимой радостью приняли в Москве известие об удалении Тамерлана. Исповедуя милость Божью, все восклицали: «не воеводы наши прогнали его, не воинства наши устрашили его; но сила невидимая послала на него страх и трепет. Гневом Божиим гонимый, он удалился из земли Русской». В память чудесного заступления Богоматери сооружен каменный храм в честь Ее и монастырь Сретенский, и учреждено празднество 26 Августа, с крестным ходом из Успенского собора, через Спасские ворота, в Сретенский монастырь.

В 1408 году осадил Москву Едигей. Угрожая великими бедствиями, народ со слезами прибегал к чудотворной иконе Богоматери, вопия к ней: «милосердная Госпоже Дево Богородице! Пресвятая наша Владычице и Заступнице всегдашняя! не предай нас в руки врагам нашим, но избави нас, на Тебя надеющихся». Митрополита тогда не было в Москве, так как бывший митрополит Киприан незадолго пред тем отошел к блаженной вечности. Но в стенах кремлевских тогда был святой муж Иоанн, архиепископ Суздальский; и в то время, как в отверстых храмах священники пели молебны, он в пределе храма Успения молился пред иконой Богоматери. Усердные молитвы спасли город; к Едигею пришла весть о возмущении в Орде; взяв откуп с города, он поспешил удалиться в свои пределы.

Около 1420 г. основатель обители Коневской преподобный Арсений отправился на Афонскую гору – испросить молитв и благословения для новой обители своей. Без него братия терпели во всем недостаток и готовы были оставить обитель; но старец обители Иоаким крепко молился за них. Ему явилась во сне Богоматерь и сказала: «скажи сетующим братиям, что Арсений скоро доставит им всякое продовольствие». И точно, скоро затем преподобный Арсений возвратился и привез с собой богатые запасы всего нужного, на двух судах (память его Июня 12)

В 1451 году подступил к Москве Ногайский царевич Мазовша, с войсками отца своего Седи-Ахмета. Великий князь удалился из столицы; главным защитником ее остался святитель Иона. Подойдя к городу Июля 2, в день Положения ризы Пресвятой Богородицы, Татары зажгли посад и начали приступ. Время было сухое и жаркое; ветер нес густые облака дыма прямо на Кремль, где воины, осыпаемые искрами и пылающими головнями, задыхались. Под зноем этого страшного пожара, в облаке дыма, святитель Иона совершил крестный ход по стенам Кремля. Между тем, стрелы татарские искали своих жертв. Один инок Чудова монастыря, Антоний, уважаемый святителем за святость жизни, пал перед его глазами, успев только сказать, что Господь, ради молитв святительских, спасет Свой город. Вечером Москвитяне сделали вылазку и бились с Татарами до ночи. Несмотря на усталость, никто в Кремле не думал отдыхать; ждали нового приступа; готовили на стенах пушки, самострелы, пищали. Но восходит солнце – и Москвитяне не видят неприятеля. Все тихо и спокойно. Посылают лазутчиков к неприятельскому стану, и там нет никого; стоят одни телеги, наполненные железными и медными вещами; поле усеяно оружием и разбросанными товарами. Неприятель ушел ночью, взяв с собой только легкие повозки, а все тяжелое оставил в добычу осажденным. Татары – по сказанию летописца – услышав вдали необыкновенный шум, вообразили, что великий князь идет на них с сильным войском и в смятении устремились в бегство. Великий князь, узнав о спасении города, исповедал пред всеми, кто была Взбранная Воевода, обратившая в бегство врагов. Прибыв в столицу, он поспешил прямо в храм Богоматери, к Ее чудотворной иконе Владимирской, и с умилением славил Заступницу Москвы; а святой митрополит Московский Иона повелел создать на своем дворе церковь во имя Положения ризы Пресвятой Богородицы, в память избавления от врагов молитвами Ее, так как в Ее праздник Москва освободилась от осады неприятельской.

Около 1480 года на р. Яхроме, преподобному Козьме является на дереве икона Успения Богоматери; он слышит от нее глас, повелевающий ему быть иноком и устроить монастырь. Поступив в Киево-Печерскую обитель, он потом, следуя воле Богоматери, идет с явившеюся ему иконой на р. Яхрому и сооружает храм в честь Успения Богоматери. Явившаяся преподобному икона, ознаменованная чудесами, существует доныне (Февраль 18).

В 1480 году двинулся на Россию Татарский хан Ахмат. Великий князь Иоанн III решился дать отпор ему в открытой битве. Русские войска стали против полчищ Татарских: их разделяла только река Угра, которую Русские называли «поясом Богоматери», охраняющим пределы наши. Две недели Татары и Русские смотрели друг на друга через эту реку. Иоанн медлил вступить в битву. Наступили морозы; Угра покрылась льдом. Иоанн велел отступать своим войскам. И воины оробели. Думая, что Иоанн страшится битвы, они не отступали, а бежали от неприятеля, который мог на них ударить с тылу. Но совершилось чудо: Татары, видя левый берег Угры оставленным Русскими, вообразили, что их манят в засаду. Объятый странным ужасом, хан спешил удалиться, не сделав России никакого зла. Летописцы славят милость Божью и говорят: «да не похвалятся легкомысленные страхом их оружия! Не оружие и не мудрость человеческая, но Господь спас Россию». По этому случаю был установлен крестный ход в Сретенский монастырь, 23 Июня. Великий князь Иоанн III выразил свое почитание к Богоматери построением в честь Ее Успения величественного храма, в котором с тех пор и доныне венчаются на царство Русские самодержцы.

Иго татарское было свергнуто Россией. Но окруженная с юго-восточных границ ордами Монгольскими, Россия часто подвергалась их нападениям. В 1521 году, предводимые Крымским ханом Махмет-Гиреем, Крымские и Ногайские Татары, в соединении с Казанскими, двинулись к Московским пределам с такой поспешностью, что великий князь Василий Иоаннович едва успел выслать войска свои на берега Оки. Разбив воевод Русских, враги предали огню все селения от Нижнего до Москвы, пленили несметное число жителей, продавали невольников целыми толпами, слабых и престарелых морили голодом и оскверняли святыню храмов Божиих. Июля 29 дня, Махмет, среди облаков дыма, под заревом пылающих деревень, стоял уже в нескольких верстах от Москвы, куда стекались беззащитные жители окрестностей со своими семействами и имуществом. Улицы заперлись обозами; пришельцы и граждане, жены, дети и старцы искали спасения в Кремле, толпились в воротах и теснили друг друга. Все предвещало жалкую участь городу и жителям. Митрополит Варлаам усердно молился с народом, и Бог утешил бедствующих откровением. В это время один из жителей Москвы, юродивый старец, по имени Василий, молясь ночью со слезами у дверей соборной церкви Успения Богоматери, внезапно услышал внутри храма сильный шум, и вместе с тем увидел церковные двери отверстыми, и бывшую в том храме чудотворную икону Владимирской Богоматери поднявшейся со своего места. От иконы слышан был глас: «выйду из града с Российскими святителями», – и вся церковь наполнилась пламенем, который потом мгновенно исчез. В это время другому лицу открылось как-бы продолжение того же видения. В Вознесенском женском монастыре была в это время одна престарелая и лишившаяся зрения инокиня. При вести о нашествии врагов, вознося вместе с другими усердную молитву об избавлении от надлежащей скорби, вдруг услышала она как-бы великий шум, страшный вихрь и звон. Будучи восхищена духом, она обрелась как-бы вне ограды, и отверзлись вместе очи ее мысленные и чувственные, и она увидела, что из Кремля в Спасские ворота идет сонм святителей и других свято-лепных мужей, в священных одеждах; шествие имело вид крестного хода. Между святителями можно было признать святителей Петра, Алексия, Иону, митрополитов Московских, и других. И вот в то время как это шествие выходило из ворот кремлевских, навстречу ему от торга ильинского устремился великий угодник Сергий, с другой стороны – преподобный Варлаам Хутынский. Оба они, припав к ногам святителей, вопрошали их: «зачем они идут вон из города и на кого оставляют его в настоящее нашествие врагов»? Святители отвечали со слезами: «много молили мы Всемилостивого Бога и Пречистую Богородицу об избавлении от предлежащей скорби; Бог же не только повелел нам выйти из града сего, но и вынести с собой чудотворный образ Пречистой Его Матери, ибо люди презрели страх Божий и о заповедях Его не радели; вот попустил Бог прийти варварскому народу, да накажутся ныне и через покаяние возвратятся к Богу». Святые подвижники стали умолять отходящих, чтобы они умилостивили своим ходатайством правосудие Божье, – и начали обще с ними петь молебен, произнося молитву Пречистой Богородице, и по совершении отпуста, осенив град крестообразно, все возвратились в Кремль с чудотворным образом Богоматери. После этого видения еще два года прожила благочестивая инокиня, видя свет Божий, дотоле невидимый для нее, и вместе с тем с радостью увидела, что опасность, угрожавшая Москве, действительно была устранена: Крымский хан отступил от Москвы, не сделав ей никакого вреда и удовольствовавшись только обязательством платить ему дань по прежнему уставу. Летописцы повествуют, что Татары хотели выжечь Московские посады, но увидели вокруг города бесчисленное войско Русское и с ужасом известили о том хана, который, не поверив им, послал других удостовериться в справедливости их донесения: но и эти видели то же. Наконец и доверенный вельможа то же засвидетельствовал, говоря: «хан, зачем ты медлишь? на нас идет бесчисленное войско из Москвы». И побежали. Это видение, устрашившее врагов, было следствием заступления Божьей Матери, неоднократно уже в прежние времена спасавшей столицу Русского православного царства он неприятельских нападений.

Около 1532 г. Александр Свирский удостоился видения Божьей Матери, Которая обещала святому старцу не забывать Свирской обители и умножить число братий ее (Август 30).

Около 1540 года, за оградой обители преподобного Павла Обнорского, лежал некто Симон в расслаблении не один год. Раз ночью молился он. Внезапно хижина его осветилась светом дня. Входит Пречистая, – от лица Ее исходили лучи солнечные, ризы Ее блистали молнией. За Нею в глубоком благоговении шел старец, держа рукой клобук. Расслабленный трепетал. Пречистая, став у одра, сказала больному: «что ты лежишь? Иди в церковь и молись; здесь не следует лежать, а надобно молиться и работать». Старец говорит: подними его, Владычица, и пусть идет в церковь. Она взяла за два пальца правой руки и потянула. Больной вскочил и побежал совершенно здоровый (Января 10)

В 1579 г. в Казани явилась в видении Богоматерь одной девице Матроне, повелевая возвестить властям духовным и мирским, чтобы они вынули из земли икону Ее, и указала место, где икона была в земле. Это видение повторилось несколько раз, и девица рассказывала о нем матери своей, но мать не давала значения. Видение повторилось с угрозой, – мать и дочь пошли к архиепископу и воеводам и объявили им о чудесных видениях. Власти не поверили им. Тогда сама мать начала копать на указанном месте, копали и другие, – и ничего не находили. Когда же стала копать девица, она скоро откопала икону Пречистой Богородицы с предвечным Младенцем. С торжеством понесли икону в церковь, и ряд чудесных исцелений от нее излился по всей России.

В 1581 г, во время нашествия польского короля Стефана Батория на Псков, было чудесное видение Богоматери благочестивому старцу Дорофею: Она явилась ему грядущая по воздуху и сопутствуемая преподобным Антонием Печерским и Корнилием, игуменом Псково-Печерским. Вошедши в Покровскую церковь, Она подозвала Дорофея, повелела ему объявить людям, чтобы они молили Бога о прощении грехов и указала средства для избавления от осады, – и Псков был спасен.

В царствование Феодора Иоанновича, в 1591 году, Шведы вторглись в пределы Новгородской области, а Крымские Татары, под предводительством Казы-Гирея, проникли к Москве. Царь Феодор Иоаннович, устрашенный внезапным вторжением врагов и не надеясь восторжествовать над многочисленностью Крымцев по причине разделения войск своих, прибегнул с усердной молитвой о помощи к Взбранной Воеводе, Донской Богоматери, и повелел, совершив крестный ход вокруг города, поставить икону Ее среди воинских рядов. Ночью, во время усердной молитвы, благочестивый царь получил известие от скорой Помощницы христиан, что по Ее предстательству, силой Христа Спасителя, он одержит победу над врагами. В самом деле, уже целые сутки горела битва, неприятели дрались с ожесточением; но вдруг, устрашенные невидимой силой, побежали. Православные воины устремились за ними, многих положили на месте, других взяли в плен и овладели всем станом неприятельским. В благодарность к усердной Заступнице верных, государь в том же году, на месте, где во время битвы в рядах православного воинства стоял чудотворный образ, основал Донской монастырь. В нем поставлена святая икона и учрежден ежегодный праздник в честь Божьей Матери, бывшего ради милосердия от святой Ее Донской иконы, Августа в 19 день; с того же времени учрежден и крестный ход в эту обитель.

Наступали смутные времена неурядиц и самозванства. Москва была в руках Поляков; в северных областях господствовали Шведы. Верные отечеству Москвитяне приглашали Русских грамотами к освобождению Москвы. «Здесь – писали они – корень царства, здесь знамя отечества, здесь Богоматерь, изображенная Евангелистом Лукой». Первое ополчение для освобождения Москвы было безуспешно. Но вот в Нижнем-Новгороде составилось новое ополчение. «Станем за святую Русь, за дом Пречистой Богородицы; продадим жен и детей, но освободим отечество»! – воскликнул Косьма Минин, истинный сын отечества. Образ Казанской Богоматери был взят вождем Пожарским в средину новой священной рати. Казалось, что и это последнее усилие к освобождению отечества должно было остаться тщетным: войско не имело средств содержания, даже оружия; в воинах и вождях не было единодушия. Но мольбы верных вознесены были к престолу Божьему Само́ю Преблагословенной Девой. И когда все земные надежды пали, небесная помощь обнаружилась в своей непререкаемой очевидности. Среди осажденной Москвы, между врагами, в тяжком плену и еще тягчайшем недуге, томился один из маститых первосвятителей – Арсений. И он-то избран был вестником небесного милосердия к России. Среди полночной тишины, вдруг келья его наполняется светом необыкновенным, и он видит пред собой преподобного Сергия Радонежского. «Арсений! – сказал преподобный болящему – ваши и наши молитвы услышаны; предстательством Богоматери суд об отечестве положен на милость: завтра Москва будет в руках осаждающих и Россия спасена». Как бы в подтверждение пророчества, болящему старцу вдруг возвратилась крепость сил. Радостная весть, переходя из уст в уста, немедленно проникает за стены города к воинству православному и воспламеняет его мужеством непреодолимым. Дерзая об имени Богоматери, христолюбивое воинство устремилось на освобождение Кремля; враги, несмотря на свое ожесточение, не могут более сопротивляться – и Кремль в руках Русских. Благоговея пред небесной помощью, благодарное воинство в следующий воскресный день совершает торжественное молебное вшествие в возвращенную столицу. Навстречу ему выходит тот самый святитель, который удостоился приять весть о помощи свыше. Изнесенная им священная икона Богоматери казалась для всех зрящих на нее живым изображением Взбранной Воеводы, о имени Которой одержана победа. Падая на землю и проливая слезы, всякий стремился освятить себя прикосновением к чудотворному лику. В память этого освобождения Москвы от Поляков, постановлено праздновать Октября 22, в честь Казанской иконы Богоматери.

Около 1636 г. смиренный подвижник благочестия и образованный защитник святой веры Афанасий Филиппович (потом игумен Брестский) видел в небе образ Пресвятой Богородицы, в кресте изображенный, и советовал царю Михаилу Федоровичу изобразить на военных хоругвях образ, по его видению. Положив себе за правило – читать каждую субботу акафист Матери Божьей, он с точностью выполнял его. И Матерь Божья утешила подвижника. «Иди, слуга Мой, сказала Она блаженному, смело говоря сенату и королю (польскому), дабы не тревожили святой православной веры: иначе они навлекут на себя суд Божий – преданы будут во власть сильного царя и народа». Праведника не послушали, и слово Царицы Небесной сбылось! (Сентября 5).

В 1678 г. турки, поляки и татары окончательно опустошили южную часть киевской земли и распространили свои набеги почти до самого Киева. Киев избавляется от них, благодаря заступлению Божьей Матери, чудотворную икону Которой из Лавры с крестным ходом три раза обнесли вокруг города. Это было при архимандрите Лавры Иннокентии Гизеле. С той поры вера народа южно-русского в сильное и непрестанное ходатайство Божьей Матери стала выражаться даже в народных песнях, из коих иные и доселе поются и слушаются с восторгом и умилением, например, «Пречистая Дево, Мати русского краю»…

Святителю Тихону Задонскому в 1778 г. было тонкое видение: Богоматерь стояла на облаках, и около Нее Апостолы Петр и Павел; сам он на коленях просил Пречистую о продолжении милости к миру. В следующем году он опять видел Богоматерь на воздухе и около Нее несколько лиц; он упал на колени и просил Пречистую за кого-то. Владычица отвечала: «будет по просьбе твоей» (Август 13).

В 1812 году, Европа, соединенная под властью Наполеона I, внесла в Русские пределы все бедствия войны, и Матерь Божья явилась снова Защитницей православного царства. 1812 года, Августа 5 дня, при оставлении Русскими войсками Смоленска, была взята полками и чудотворная икона Одигитрии. Накануне Бородинского сражения ее носили по лагерю, и воины, взирая на нее с верой и молитвой, приготовлялись к страшной битве. При одержании важных побед постоянно совершаемы были Божьей Матери благодарственные молебствия, как Взбранной и необоримой Воеводе. Отсутствие святой иконы из Смоленска продержалось ровно три месяца, и 5 Ноября она «возвратилась в дом свой» – соборный храм Успения.

Преподобный Серафим Саровский († 1833), бывши еще десятилетним отроком, заболел. Ему явилась во сне Божья Матерь и обещала посетить его и исцелить. Отрок рассказал сон матери. Скоро после того, мимо дома их, совершался крестный ход с чудотворным образом Знамения Божьей Матери; в это время шел сильный дождь, грязь помешала нести святую икону улицей и заставила переходить через двор Серафима на другую улицу: таким образом Царица Небесная посетила болящего отрока; мать его поняла чудное посещение и поспешила вынести больного к иконе Божьей Матери: отрок приложился и получил чудесное и совершенное исцеление. Потом, во время пребывания своего в Саровской пустыни, около 1783 г., в новой болезни своей, которой он страдал три года еще до пострижения, он опять был удостоен посещения Царицы Небесной во славе и свете и исцелен Ею. На месте явления он воздвигнул потом храм. В 1804 г. он был избит ночью до полусмерти недобрыми людьми, думавшими найти у него много денег; никто не надеялся видеть его в живых, но явлением Божьей Матери он опять получил исцеление.

В памятной книжке митрополита Московского Филарета, под 7 числом Августа 1840 г., читаем: «ученик покойного пустынножителя о. Арсения (Свенского, Орловской епархии), по его благословению, был у меня и повествовал о последних днях его. Видение Божьей Матери предварило его о кончине, а видение святого Василия Великого было ему исповедью и разрешением».

Во время войны между Россией и союзными державами, в сражении 19 Ноября 1853 года между Александрополем и Карсом, при Баш-Кадык-Ларе Русский отряд, в числе 9 000 человек, поразил 36 000 турок, при 46 орудиях. Турки оставили на месте сражения 24 орудия и множество разных военных припасов. Такая блистательная победа объяснилась показанием пленных турок; они говорили, что когда сражение сильно разгорелось, и весь русский отряд был введен в дело, турки увидели сходящую с неба светлую Жену, держащую знамя в руке и сопровождаемую двумя воинами. Свет от Нее был столь ярок, что подобен был солнечному сиянию, и никакой глаз не мог выдержать его. Это явление навело ужас в рядах сражающихся, и было причиной того, что турки, видя явное заступление Бога за Русь, обратились все в бегство и проиграли сражение. Русские этого явления не видели. По Божьему Промыслу о том свидетельствовали иноплеменные враги наши. Турки уверяют, что в армии их все это видели с ужасом и все о том знают; но начальство их, под опасением смертной казни, запретило о том говорить и старалось затмить это событие. Из некоторых частных писем из армии узнали мы, что многие турки после того громогласно исповедали Христа, просили крещения и запечатлели мученической кровью признание все просвещающего света – Христа. [Из писем экзарха Грузии преосвященного Исидора к митрополиту Московскому Филарету, напечатано в Церковных Ведомостях 1892 г., № 46 стр. 1619].

Кроме этих чудес, выражающих попечение Царицы Небесной о благосостоянии всего православного царства, обширная Россия, во многих своих городах и весях, хранит честные иконы Приснодевы, составляющие неисчерпаемый источник дивной помощи и чудесных исцелений для всех, притекающих к покрову Ее с верой и усердием. Еще в 1654 году архидиакон Антиохийской Церкви Павел Алеппский, путешествующий по России со своим патриархом Макарием, писал в путевых записках: «В этой стране нет ни одной большой церкви, где не было бы чудотворной иконы Богоматери; мы видели своими собственными глазами как святые иконы, так и чудеса, совершавшиеся от них»

Рождество Пресвятой Богородицы

Достойное, Богомати твоея чистоты рождество наследовала еси чрез обещание: иногда бо неплодный богопрозябен плод вдалася еси: тем Тя вся племена земная непрестанно величаем.

(Служба Сент. 8 кан. 2 п. 9 троп. 1.)

Пророчества

Главным ветхозаветным пророчеством о Марии, матери Иисуса, считаются слова пророка Исаии: Се, Де́ва во чре́ве прии́мет, и роди́т Сы́на, и нареку́т и́мя Ему́: Емману́ил (Ис. 7:14).

Кроме этого церковная традиция относит к ветхозаветным образам Богородицы следующие библейские сюжеты:

Лестница Иакова как символ того, что через рождение Иисуса Христа от Богородицы небо соединилось с землей (Быт. 28:12–17).

Неопалимая купина как символ ее непорочного зачатия (Исх. 3:2–5). К нему также относят сосуд с ма́нной, дарованной Богом евреям во время их странствий по пустыне (Исх. 16:32–34).

Слова о Дще́ри Сио́на из пророчества Софонии о рождении Христа (Соф. 3:14).

Ворота храма как символ непорочности Богородицы – в пророчестве Иезекииля (Иез. 44:1–4).

Символическая Премудрость в Книге притчей Соломоновых (Прит. 9:1–11).

Жена Царя (символически: Царица рядом с Мессией) в Пс. 44:10–18.

И новозаветный символический прообраз (в католицизме), традиционно относимый к Богородице:

Жена, облеченная в солнце в Откровении Иоанна (Откр. 12:1).

Чудны судьбы Израильского народа! Ему одному, по справедливости, принадлежит многозначительное название «народа Божьего». Ожидание Мессии было средоточием всей веры древних Израильтян; с именем Мессии еврей соединил понятие о самом лучшем времени для своего народа. Цари и Пророки желали дожить до этого времени – и умирали, не получив желаемого. Лучшие люди Еврейского народа жили мыслью своей в будущем: отличительными чертами их были – любовь к потомству, желание благоденствия и славы его, стремление в своем поколении обрести обетованное Богом «Семя жены» – великого «пророка» и «Примирителя». Патриархам Израильского народа неоднократно было дано Богом обетование о размножении потомства их; это обетование, как одно из важнейших, переходило из рода в род, и всегда было живо в памяти народа. Удивительно ли после этого, что чадородие у Израильтян было вменяемо женам в честь и славу и на многочисленное потомство смотрели, как на великое счастье и благословение Божье. С другой стороны, бесчадие почитаемо было тяжким несчастием и наказанием Божиим. Так, Авраам жаловался Богу на свое бесчадие; Рахиль хотела лучше умереть чем остаться бездетной; Анна, впоследствии мать Самуила неутешно сетовала на неимение детей и в слезной молитве просила Господа о даровании ей сына; Елисавета, мать святого Иоанна Предтечи, прямо называла свое неплодство стыдом, «поношением между людьми». И, между тем, как часто от родителей, неплодоносящих до известного, предназначенного Богом, времени, происходили дети, составляющие украшение истории народа Божьего! У Авраама родился сын Исаак, один из главных Израильских родоначальников, у Анны – Самуил, достославный правитель народа; у Елисаветы – Иоанн, великий Пророк и Предтеча Господень. Это же самое случилось и с родителями Пресвятой Девы.

В обетованной земле, данной Богом Израильскому народу, в горах, окаймляющих с севера Ездрелонскую долину, находится город Назарет. Он лежал на откосе горы и отстоял на три дня пути от Иерусалима и на восемь часов от Тивериады и озера Геннисаретского. Во всем Ветхом Завете нигде не упоминается о Назарете, он был так незначителен и маловажен, что евреи не ожидали от него ничего особенного и говорили: «от Назарета может ли что добро быти»? Незадолго до Рождества Христова в Назарете жила благословенная Богом чета – Иоаким и Анна.

Эта чета происходила из древнего царственного рода Давидова, Цари из этого рода, в течение нескольких веков, преемственно занимали прародительский престол, пока Навуходоносор сокрушил царство Иудейское: взяв столицу Иерусалим, он отвел лучшую часть народа в плен, известный под именем Вавилонского. Впрочем, потомки Давида, находясь в тяжкой неволе, хотя и не имели скипетра в руках своих, но все еще сохраняли призрак величия. Наконец один из них, Зоровавель, получил впоследствии дозволение не только возвратиться с народом своим в отечество, но и восстановить разоренную Иудейскую столицу. Иерусалим был возобновлен, и народ, по возможности, собран и устроен; но слава царства миновала невозвратно. Зоровавель продолжал управлять иудеями, пока был жив; со смертью же его, древние права царского дома Давидова до того затмились, что о них не упоминается ни в позднейших книгах Ветхого Завета, ни в других Иудейских сказаниях. А когда израильский народ подпал под зависимость римлян и потерял свою самостоятельность, тогда потомки Давида совершенно лишились прежнего величия, и род их окончательно слился с народом.

Рождество Богородицы. Джотто ди Бондоне. Фреска. 1303–1305 гг.

Таково было состояние славного рода Давидова, когда Иоаким и Анна жили в Назарете. Иоаким происходил из колена Иудова и имел родоначальником царя Давида, а Анна была младшая дочь священника Матфана, от племени Ааронова. Святая чета жила в изобилии, потому что Иоаким был человек богатый и, подобно праотцам израильского народа, имел много стад. Но не богатство, а высокое благочестие отличало эту чету между другими и соделало достойной особенной милости Божьей. Предание не говорит, подробно о добродетелях Богоотцов (так Святая Церковь называет Иоакима и Анну в смысле предков по плоти Господа Иисуса Христа), но указывает особенно на одну их черту, которая свидетельствует, что вся из жизнь была проникнута духом благоговейной любви к Богу и милосердия к ближним. Они ежегодно отделяли две трети своих доходов, из которых одну жертвовали в храм, а другую раздавали бедным. Неотступно следуя всем правилам закона Божьего, они, как исповедует Святая Церковь, и в законной благодати были так праведны перед Богом, что удостоились породить младенца Богоданного. Это доказывает, что чистотой и святостью они превосходили всех, чаявших тогда Утехи Израилевой.

Таким образом, наслаждаясь душевным миром и ведя жизнь по духу закона Божьего, благочестивые супруги, по-видимому, были вполне счастливы; но неплодство Анны, сначала грустно отзывавшееся в их семейных отношениях, наконец перешло в тоску и беспокойство обоих святых сердец. Бесчадие, как выше замечено, считалось у израильтян состоянием неприятным; но оно было еще более прискорбным и чувствительным для потомков Давида, потому что они, по древнему обетованию Божьему, могли надеяться, что от них родится Спаситель мира: при бесчадии эта сладостная и великая надежда исчезала. Много и усердно молились супруги, чтобы Бог даровал им детей; но прошло 50 лет их брачной жизни, и неплодство Анны не разрешалось. Это, общее всем праведникам Ветхого Завета, неудовлетворяемое желание скорейшего пришествия в мир Мессии и, вместе с тем, грустное убеждение в безучастии своем в общих целях и надеждах народа, – причиняли Иоакиму и Анне тем сильнейшую скорбь, что они приближались к старости. По религиозным чувствам, по тягости народного мнения, по сиротству их теплого сердца, это горе было велико и тяжело для них; но праведные безропотно и со смирением переносили его, стараясь еще с большей ревностью угодить Богу твердым хранением Его закона. Впрочем, при всех кротости и преданности воле Божьей, святые супруги не могли иногда не огорчаться тем пренебрежением, какое нередко приходилось им терпеть от соотечественников за их бесчадие. При одном случае это пренебрежение, высказанное принародно, глубоко огорчило благочестивого Иоакима и повергло его в безутешное состояние. В один из великих праздников, святой Иоаким, как точный исполнитель закона, пришел со своими соплеменниками в Иерусалимский храм, с намерением принести, по обыкновению своему, сугубую жертву Господу, и представил ее, быть может, еще более с чистым и теплым чувством, чем все другие. Но каково же было удивление праведного мужа, когда некто Рувим стал презрительно отклонять приношение его, говоря: «зачем ты прежде других желаешь принести дары свои Богу? ты недостоин этого, как бесплодный». Этот неожиданный упрек поразил сердце праведника. Ему представилось, что, может быть, он точно до такой степени грешен, что гнев небесный справедливо преследует его, наказывая бесчадием. Эта мысль отняла у Иоакима всю бодрость: он вышел из храма в глубокой скорби: «Увы! – говорил он – всем ныне великий праздник, а для меня лишь время слезных сетований». Чтобы найти себе хотя малое утешение, что, может быть, пример бесчадия его не единственный, он из храма пошел посмотреть родословные двенадцати колен. Но удостоверившись здесь, что все праведные мужи имели потомство и даже столетний Авраам не был лишен этого благословения Божьего, Иоаким еще более опечалился и не захотел возвращаться домой, а отправился в дальнюю пустыню – в горы, где паслись стада его.

Сорок дней провел он там в строгом посте и молитве к Господу, призывая на себя Его милосердие и омывая горькими слезами свое бесчестие в людях. «Не вкушу пищи – говорил он – и не возвращусь в дом мой! Молитва и слезы будут мне пищей, а пустыня домом, до тех пор, пока услышит и посетит меня Господь Бог Израилев»! «Боже отцов моих! – молился скорбящий Иоаким – Ты дал сына праотцу Аврааму в старости: удостой и меня благословения Твоего! Дай плод моему супружеству, чтобы я, хоть в преклонных летах, мог назваться отцом, и не был отверженным от Тебя, Господа моего»!

Между тем слух о происшедшем с Иоакимом в Иерусалиме достиг благочестивой Анны, оставшейся дома. Узнав подробности, а также и то, что Иоаким удалился в пустыню и не хочет возвращаться домой, – она предалась неутешной скорби. Считая себя главной виновницей постигшего их горя, она с рыданием восклицала: «теперь я всех несчастнее! Бог отверг, люди поносят, муж оставил меня! О чем же более плакать мне, о бесчадии ли своем или об одиночестве? О том ли, что я не удостоилась называться матерью, или о вдовьем сиротстве моем»? Во все время разлуки с мужем, она почти не осушала слез, не вкушала пищи и, подобно матери Самуила, в томительной тоске просила Бога о разрешении ее неплодия.

В таком тревожном состоянии духа, однажды Анна вышла в сад и в молитвенных думах, возводя глаза к небу, увидела среди ветвей лаврового дерева гнездо едва оперившихся птичек. Вид этих юных птенцов еще более поразил ее скорбящее о бесчадии сердце. «Горе мне, – говорила она, – одинокой, отвергнутой от храма Господа Бога моего и пред всеми униженной дщери Израилевой! На кого я похожа? Все в природе рождает и воспитывает, все утешаются детьми; лишь я одна не знаю этого наслаждения. Не могу сравнить себя ни с птицами небесными, ни со зверями земными: те и другие приносят плод свой Тебе, Господи; лишь я одна остаюсь бесплодной! Ни с водами: они, в быстрых струях своих, родят во славу Твой живые творения; лишь я одна мертва и безжизненна! Ни с землей: и та, прозябая, прославляет плодами своими Тебя, Отец Небесный; лишь я одна бесчадна, как степь безводная, без жизни и растения! О, горе мне! горе мне»! «Господи, – продолжала она, – Ты, который даровал Сарре сына в старости и отверз утробу Анны для рождения пророка Твоего Самуила, воззри на меня и услышь молитву мою! Разреши болезни сердца моего и разверзни узы моего неплодия. Да будет рожденное мною принесено в дар Тебе, и да благословится и прославится в нем Твое милосердие»! Едва Анна произнесла эти слова, предстал пред нею Ангел Божий: «Молитва твоя услышана, – сказал ей небесный вестник, – воздыхания твои пронзили облака и слезы твои канули пред Господом. Ты зачнешь и родишь дщерь благословенную, выше всех дщерей земных. Ради Ее благословятся все роды земные, Ею дастся спасение всему миру и наречется она Марией [Святые Отцы говорят, что слово «Мария» – значит «госпожа»; так блаженный Феофилакт замечает: «Мария – значит госпожа» – Святой Иоанн Дамаскин говорит: «благодать» (так толкуется имя Анна) рождает госпожу (что означает имя Мария)]! Услышав эти слова, Анна поклонилась Ангелу и сказала: «жив Господь Бог мой! если у меня будет дитя, то отдам его Господу на служение, пусть оно служит Ему день и ночь, восхваляя святое имя Его всю жизнь». Прежняя печаль Анны теперь обратилась в радость, излившуюся в восторженной благодарности Богу. Ангел, по благовестия ей, стал невидим.

Святая Анна как ни любила своего мужа, как ни желала скорее поделиться с ним своей радостью, но, повинуясь первому движению благочестивого сердца, поспешила в храм Иерусалимский, чтобы там возблагодарить Бога и возобновить обет о посвящении Ему ожидаемого плода.

Ангел Божий, после благовестия Анне, явился и святому Иоакиму в пустыне и сказал ему: «Бог милостиво принял молитвы твои; жена твоя Анна родит дочь, о которой все будут радоваться. Вот и знамение верности слов моих: иди в Иерусалим и там, у Золотых ворот, ты найдешь жену свою, которой возвещено то же самое.

Благоговейная радость объяла сердце святого старца: он немедленно и с богатыми жертвами пошел в Иерусалим и там, действительно, на указанном от Ангела месте встретил жену свою. Увидев мужа, Анна поспешила к нему с восклицанием. «Знаю, знаю, Господь Бог щедро благословил меня потому что я была как бы вдовой – и теперь не вдова, была бесчадной – и теперь буду иметь чадо». Здесь они рассказали друг другу все подробности явлений Ангела принесли в храм жертву Господу и, судя по ходу дальнейших событий, несколько времени оставались в Иерусалиме ожидая исполнения полученного ими обетования [Ничто не препятствует допустить, что праведные Богоотцы хотя обыкновенно проживали в Назарете, но могли также иметь жилище и в Иерусалиме, на случай нередкого прибытия в этот святой город. Позднее в Иерусалиме был воздвигнут храм и женский монастырь по местному преданию, именно там, где стоял дом Богоотцов].

Вскоре святые Богоотцы увидели над собой совершение этого чудного обетования: в девятый день Декабря Православная Церковь празднует зачатие Пресвятой Девы Анной и воспевает: «Анна ныне растить начинает божественный жезл (Богородицу), прозябший таинственный цвет – Христа, всех Зиждителя». «Неплодная, плодородящая сверх ожиданий Деву, имеющую родить Бога плотью, светится радостью и ликует, громко взывая: радуйтесь со мною все колена Израилевы: я ношу во чреве и избавляюсь укоризны в бесчадии; так угодно Создателю, услышавшему мою молитву и исцелившему сердечную болезнь устроением желаемого мною». «Увидят люди и подивятся, – что я стала матерью: вот и я рождаю, потому что так благоволил Разрешивший союз неплодия моего».

Нельзя не благоговеть пред этим чудным зачатием и не видеть в нем необычайных и великих целей Божественного Промысла. Бог видимо хотел приготовить к вере в будущее, еще более чудные – зачатие и рождение единородного Сына Своего: «таинству – как поет Святая Церковь – предтечет таинство». «Дева Матерь родилась от неплодной – говорит святой Иоанн Дамаскин – потому что чудесами должно было предуготовить путь к единственной новости под солнцем, главнейшему из чудес, и постепенно восходить от меньшего к большему». »Если – как замечает святой Андрей Критский – великое дело то, что рождает неплодная: то не более ли удивительно, что рождает Дева?… Нужно было, чтобы Тот, Который все и в Котором все, как Господь природы, показал на праматери Своей чудо, сделав ее из бесплодной матерью, а потом и в Матери изменил законы природы, сделав Деву Матерью и сохранив печать девства».

И если Иоаким и Анна, еще прежде получения радостной вести, превосходили всех чистотой и святостью: то не более ли возгорели они святой ревностью и преданностью Богу, когда удостоились получить благодатное откровение о снятии с них поношения? А вместе с тем, их святые качества, не привлекали ли к ним в большей мере благоволения Божьего и не низводили ли на них благодатные дарования, предуготовлявшие их к чудному событию? Если пророки Иеремия и Предтеча Господень Иоанн были освящены Богом прежде рождения и исполнились Духа Святого еще во чреве матери, то еще большее освящение, без сомнения, было усвоено чревоношению праведной Анны. Здесь приготовлялось не одно простое рождение, но вместе с тем и открытие тайны премудрого совета Божьего, от века сокрытой и непроницаемой даже для самих Ангелов. Здесь устроялся нерукотворный ковчег Божий, уготовлялось живое селение Всевышнего. Отсюда должна была изойти единственная и святейшая Дева, которой, по предречению Пророка (Ис 7:14) предопределялось сделаться Матерью Бога Слова. «Славнейшее таинство – поет Святая Церковь – неведомое Ангелам, великое для человеков и от века сокрытое! Вот целомудренная Анна носит в утробе Богоотроковицу Марию, приготовляемую в селение для Царя всех веков и в обновление рода нашего».

По прошествии дней чревоношения, благовестие Ангела исполнилось – и святая Анна, в 8 день Сентября, родила дочь. Восторг родителей, освободившихся от «поношения бесчадства», был невыразим. Явное чудо милости Божьей, прежде всего, обратило очи их, полные слез благодарности, к небу – и Иоаким благоговейно взывал к Всемогущему Богу: «Ты, источивший непокорным людям воду из скалы, благопокорным даруешь из бесплодных чресл плод, на радость нам». Анна, в безмолвном восторге, возносясь к небу душой, смиренно помышляла: «Заключающий и отверзающий бездну, возводящий воду на облака и дающий дождь! Ты, Господи, дал мне произрастить пречистый плод от бесплодного корня». – И Святая Церковь, разделяя восторг праведных Богоотцов взывает вместе с ними всему миру: «сей день Господень! радуйтесь людие!»

Преблагословенная Дева, несмотря на тогдашнюю маловажность некогда знаменитого дома Давидова, в своем рождестве наследовала высокую славу: род ее, исходя от Авраама и Давида и продолжаясь много веков, заключал в себе имена ветхозаветных патриархов, первосвященников, правителей, вождей и царей Иудейских. Доблести прославленных предков, при самом рождении благодатного младенца, уже украшали имя его. Но все эти преимущества, так много ценимые миром, скоро померкли в лучезарном свете той неземной славы, которую Всевышний уготовал новорожденной Деве.

Святой Иоаким в живейшей благодарности принес в храм, как мог, жертву Богу; когда же настал пятнадцатый день по рождению младенца, то, по обычаю Иудейскому, новорожденную дочь назвали именем «Мария», данным Ей от Ангела еще прежде зачатия. Святой Младенец был храним и воспитываем со всей нежностью и заботливостью благочестивых родителей и со дня на день видимо укреплялся. Предание говорит, что когда Пресвятой Деве исполнилось шесть месяцев, мать поставила Ее на землю, чтобы испытать: может ли Она стоять, и Преблагословенная, сделав семь шагов, возвратилась в материнские объятия. Тогда святая Анна взяла Ее на руки и сказала: «жив Господь Бог мой! Ты не будешь ходить по земле, доколе я не введу тебя в храм Господень». И устроив особое место в спальне, куда возбранен был вход всему нечистому, Анна избрала непорочных еврейских дочерей, чтобы они ходили за благословенным дитятей ее. При исполнении года Марии Иоаким сделал большой пир и созвал на него священников, книжников, старейшин и много народа. На этом пире он поднес к священнику дочь свою, и они, благословляя Ее, сказали: «Бог отцов наших! благослови дитя сие и дай ему имя славное и вечное во всех родах!» Присутствующие отвечали: «да будет; Аминь!» После этого он поднес дочь к первосвященникам, которые, также благословив Ее, сказали: «Боже Вышний! призри на дитя и благослови его благословением последним, не имеющим преемства». Сама же Анна с радостью взывала при этом: «воспою песнь Господу Богу моему, Он призрел на меня и, отъяв поношение врагов моих, дал мне плод правды, единственный и многоценный пред Ним». И отнеся младенца в спальню, снова вышла к гостям и служить им. [Замечательно, что в Назарете нет никакого предания о рождении в нем Пречистой Девы Марии; ни одно место ни указывается там, как место Ее рождения; напротив, древнее предание указывает родину Приснодевы в Сепфорисе, бедном селении близ Назарет].

По достижении Марией двухлетнего возраста, святой Иоаким хотел исполнить над благодатной дочерью обет посвящения Ее храму; но святая Анна, как по чувствам нежной матери, так и из боязни, чтобы дитя не соскучилось по дому и не стало бы искать родителей, уговорила супруга отложить это посвящение еще на год. В это время, в благословенном младенце Деве начали уже развиваться те силы ума и сердца, которые предупредили возраст, и родители стали чаще и чаще внушать Ей, что Она родилась вследствие молитв их. Что Она посвящена Богу еще до рождения и, как Божье дитя, должна разлучиться с ними и быть у Бога в храме; что Ей там будет гораздо лучше, чем у них и, если Она будет любить Бога и следовать закону Его: то Бог сделает для Нее гораздо более чем отец и мать! Так святой Иоаким и Анна приготовляли своего младенца к посвящению Богу.

Ввод во храм Пресвятой Богородицы

«Днесь храм одушевленный святыя славы Христа Бога нашего, едина в женах благословенная чистая, приводится в храм законный жити во святых, и радуются с нею Иоаким и Анна духом, и девственнии лицы Господеви поют, псаломски воспевающе и чтуще Матерь Его».

(Служба 21 Нояб. на вел. веч. ст. 2, на Господи воззвах).

В Божественном деле нашего спасения все было облачено в тайну, и эта тайна, сокровенная от век и от родов в Боге, благовествованием Святого Духа была возвещена сначала на земле в Церкви Божьей, а отсюда уже сделалась известной началам и властям небесным, явив собою многоразличную премудрость Божью. Ангелы и Пророки в недоумении испытывали эту тайну, – но не могли проникнуть ее. Таким сокровенным характером запечатлено было и посвящение Марии на служение Богу, при введении Ее во храм. Она – плод пламенных молитв и долгих ожиданий, дитя некогда царственного рода – при достижении лишь трехлетнего возраста, должна была, по обету родителей, оставить кров родной и на чужих руках жить при храме, в подвигах молитвы и труда. Ни естественная привязанность родительского сердца, ни страх, внушаемый слабостью возраста и пола, ни тяжесть собственного одиночества в летах глубокой старости, – ничто не поколебало решимости Иоакима и Анны. Но что же это? Есть ли это только дар Богу от бесплодных родителей за отнятие «поношения бесчадства»? Благочестивая ли только твердость исполнения однажды данного и запечатленного клятвой обета, или жертва Богу, по примеру жертв праотцов? Нет. Это тайна, в которой Господь, «хотя сказати народам Свое спасение, неискусобрачную ныне от человек прият, знамение примирения и обновления».

Введение во Храм. Джотто. Фреска, капелла Скровеньи. XIV в.

Но то, что предопределено было в предвечном совете Божества, не могло скоро совершиться на земле, которая, в лице дщерей своих, долго еще не представляла достойного чертога для воплощения Бога, и поэтому тайна соединения человека с Богом отлагалась, в продолжение веков, до времен будущих. И вот, наконец, Бог избирает праведных Иоакима и Анну, и от них происходит та «Жена», которая достойна была принять и свято сохранить высочайшую тайну воплощения Божьего! Вхождением Своим во внутреннее святилище Богоотроковица положила начало приведения к Богу всех других сынов и дщерей человеческих: «совет предвечный предвечного Бога во исполнение грядет, предгрядущей Ей воспитатися во Святая святых – в жилище Слова».

Храм Иерусалимский, возобновленный после плена Вавилонского Зоровавелем, а потому называемый, в отличие от Соломонова, вторым, много уступал последнему и по размерам и по великолепию. Те, кто помнил прежний храм, в этом втором не узнавали храма; по выражению пророка Аггея, он был пред ним «якоже не сущ» (Агг. 2:3). И между тем слава второго храма должна была воссиять более славы первого! Как должно было совершиться это прославление, – объясняет другой Пророк «внезапу приидет в церковь Свою Господь егоже вы ищете, и Ангел Завета, егоже вы хощете». Но вот уже с тех пор прошло более 400 лет, Ангел Завета не приходил, и слава храма Зоровавеля, и в начале невеликая в сравнении с храмом Соломоновым, не только не возвысилась, но почти совершенно упала здесь не было ни ковчега завета, ни пророческого «урим и туммим» (света и совершенства, знаменовавших присутствие Божье, ни священного елея помазания! Через кого же, каким образом и когда воссияла это предвозвещенная Пророками слава? Через Господа Иисуса Христа: Господь, устрояя спасение людей Своих, избирает в «скинию» Себе чистую Деву и, таким образом, приготовляет для мира и храма спасительное обновление. «Скиния святая и пространнейшая небес, приемшая невместимое во всей твари Слово Божье», является в мир и вмещается в храме Бога. «Пречистый храм Спасов, многоценный чертог и Дева, священное сокровище славы Божия – поет Святая Церковь в праздник Входа во храм Пресвятой Богородицы – днесь вводится в дом Господень, благодать совводящи, яже в Дусе Божественном, юже воспевают Ангели Божии: Сия есть селение небесное». Так, славен был древний храм обетованием Божиим «и будут очи Мои ту и сердце Мое во вся дни»; славен он был чудесными знамениями и пророчествами, благочестием и жертвами царей, благоговением и любовью народа. Но слава второго храма, принявшего в стены свои Господа Иисуса Христа и Пресвятую Деву, без сравнения была выше.

Храмы первый и второй имели в своей окружности, кроме собственно священных зданий, каковы «Святое» и «Святое святых», много дворов и притворов, где были устроены разные помещения, в которых проживали лица, исполнявшие какую-либо священную службу. Там же были хранимы Богослужебные сосуды и запасы. При храме – как свидетельствуют еврейские писатели – проживали мужи и жены (вдовы и девы), проводившие воздержанную жизнь. Святой Епифаний, хорошо знавший еврейские обычаи, говорит, что евреи посвящали Богу всех первенцев мужеского и женского пола, которые и воспитывались в притворах храма до зрелого возраста. Для постоянного же служения при храме, принимались так называемые «назареи», представлявшие собой нечто вроде иноков новозаветной Церкви. Это были лица, давшие обет Богу, воздержавшиеся от употребления вина и всяких опьяняющих напитков и не стригшие волос на голове и бороде. Обыкновенно назарейство продолжалось известное время, было принимаемо добровольно, по разным побуждениям; но иногда, хотя весьма редко, родители давали обет назарейства за детей своих: и именно в том случае, когда они, не имея детей, желали получить их от Бога – для Богоугодной цели. Временные назареи, по прошествии срока обета, возвращались в свои семейства принесши Богу жертвы всесожжения за грехи, благодарственную и мирную, и остригши волосы. Все эти лица могли проживать в многочисленных пристройках храма.

Преблагословенная Дева Мария, несмотря на ранний возраст, оказывала явное стремление к такому образу жизни и Сама просила родителей о скорейшем исполнении их обета. Чистейшая душа святого младенца, призванная к великой тайне Божьей, желала служить Богу молитвой и трудом. И хотя возраст избранницы Божьей, едва научившейся говорить, был слишком слаб для глубокого понимания предметов веры, но сердце Ее пламенело любовью к Богу – самою чистой, искренней. По выражению Святой Церкви, Богоотроковица «младенчествовала плотью, но была совершенна душой», «трилетствовала телом и многолетствовала духом». Поэтому-то святые родители Благодатной и решились, несмотря на раннее младенчество Ее, расстаться с Нею и не откладывать далее обряда посвящения.

Намерение о посвящении храму Девы Марии сделалось гласным в Иерусалиме, и все благочестивые израильтяне и израильтянки ожидали его с особым чувством благоговения. К торжеству посвящения собраны были все родные и знакомые Иоакима и Анны и множество юных дев, сверстниц Марии, долженствовавших сопровождать Ее в храм. Не разделить печаль разлуки родителей и не утешать тоскующую дочь они были созваны, но участвовать в общей радости и быть свидетелями полной готовности их к разлуке. Кто более любит дитя, как не мать? Но Анна вдохновленная Духом – как свидетельствует Святая Церковь – Пречистую Приснодеву приводит с весельем в храм Божий. Шествие было торжественно: все шли, имея в руках зажженные свечи; весь сонм провожающих пел псалмы и священные песни, и хоры Ангелов, в трепетном недоумении, сливали райские гласы с земными славословием Богу.

Мог ли кто из сопутствующих Марии думать, что они окружают Ту, которой суждено быть «благословенною в женах», «ублажаемою всеми родами»? Мог ли кто предвидеть, что эта юная Дева вскоре прославится сонмом духов бестелесных, святых и пророков, как «честнейшая херувим и славнейшая без сравнения серафим»?

В предании людей благочестивых и внимательных к путям Промысла Божьего сохранились следующие подробности вхождения Пресвятой Девы во храм [Память о введении во храм могла сохраниться не в одном святом семействе или у современников, но распространиться и у христиан посредством святого Апостола Иоанна Богослова, который из уст Самой Приснодевы мог слышать повествования о важнейших обстоятельствах Ее святой жизни. Не удивительно поэтому, что по преданию известны подробности и этого события].

Когда Иоаким и Анна, со всеми сопровождавшими Святую Деву, приблизились с посвящаемой Дочерью к храму то в сретение им вышли с пением из храма служившие в нем священники и сам первосвященник. Благоговейно поставила праведная Анна свою Дочь на первую ступень храмового крыльца. При этом она – по выражению святого Димитрия Ростовского – обратилась со следующими трогательными словами к Отроковице: «гряди, Дщерь моя, к Тому, Кто тебя даровал мне! Гряди, кивот освященный, ко многомилостивому Владыке! Гряди, дверь жизни, к милосердному Подателю благ! Гряди, ковчег Слова, в храм Господень! Войди в церковь Божью, радость и веселие мира»! И передавая Ее первосвященнику Захарии, она сказала ему: «прими, Захария, сень чистую, прими, священник Божий, ковчег непорочный; прими, праведник, фимиам духовный; прими Дщерь, Богом мне данную! Введи и всели Ее на гору святую, в жилище Божьем, не испытывая о Ней, но ожидая, что Богу, ее призвавшему, благоугодно будет совершить с Нею»!

Блаженный Иероним пишет, что крыльцо, на нижней ступени которого была поставлена родителями благодатная Отроковица, имело 15 высоких ступеней по числу «степенных» псалмов; эти псалмы священники и левиты пели, входя в храм для служения, на каждой ступени по одному.

Пречистая Дева, при виде селения Господня и служителей святыни Его, как бы окрыленная духом любви к Богу и укрепленная силой Его, – одна, никем не поддерживаемая, скоро и бодро взошла по всем ступеням на самый верх храмового помоста. Ангелы Божьи – говорит Георгий Никомидийский – невидимо окружили Ее и служили Ей; и хотя они еще и не ведали тогда таинства воплощения, но как слуги Господа, по повелению Его, служили Богоотроковице при Ее восхождении. Такое сверхъестественное восхождение слабого младенца, который далеко оставил за собой всех старших, поразило удивлением присутствовавших.

Следуя с Пречистой Отроковицей к храму, Захария посадил Ее на третьей ступени жертвенника. Здесь – говорит древнее предание – Господь Бог осенил Ее благодатью Своей, и Она возрадовалась духом.

Прозрев во вводимой таиницу великих судеб Божьих, первосвященник не остановился там, где обыкновенно стоял молящийся народ, но повел Марию далее, «за первую и вторую завесу», в глубину внутреннего святилища, во «Святая святых», куда не дозволялось входить не только никому из женского пола, но и самим священникам, и куда лишь однажды в год, в день очищения, имел право входить только один первосвященник с жертвенной кровью. «Во Святая святых святая и непорочная Святым Духом вводится» – воспевает Святая Церковь. Такое необычное, как бы нарушившее древнейшие обычаи ветхозаветной Церкви, введение Девы во Святая святых поразило недоумением всех предстоявших во храме, удивило даже и самих Ангелов, которые, «вхождение Пречистыя зряще, удивишася: како Дева вниде во Святая святых».

Захария, введя Марию в Святая святых, назначил это место для постоянных молитв Ее. Тогда как другим девам было строго воспрещено приближаться к святилищу, Пречистая Дева, со времени Ее введения в храм, во всякое время могла входить туда для молитвы, что сделано Захарией, без сомнения, по особому внушению Божьему. Святой Феофилакт говорит об этом так: «Архиерей в то время, объятый Богом, был вне себя и уразумел, что Отроковица эта есть вместилище Божественной благодати и более его самого достойна предстоять повсечасно лицу Божьему. Вспомнив же сказанное в законе о кивоте, которому повелено находиться во Святая святых, он уразумел, что это прямо указывало на сию Отроковицу. И потому, нимало не усомнившись, осмелился, вопреки постановлений, ввести Ее во Святая святых».

Вот почему Ангелы, в недоумении и трепете прозревая в настоящем событии дело Божественного домостроительства, благоговейно удивлялись вхождению Девы во Святая святых. Святое святых в это время не имело уже ковчега завета, с его священными принадлежностями, было совершенно пусто, – и этим как бы свидетельствовало об окончании подзаконных времен. Ветхозаветные тайны сеней и гаданий стали разъясняться, открывая ряд других тайн, более высоких; и небесные служители распростирали крыла свои уже не над ковчегом Ветхого Завета, не существовавшим в храме Зоровавелевом, а над новым, живым кивотом свидения, и славословили Господа.

Праведные Иоаким и Анна, вручив Дитя свое воле Отца Небесного, по принесению благодарственных жертв, даров и всесожжений и получению благословения от священников, возвратились со своими родственниками в дом свой. Жизнь их снова потекла одинокой, хотя и не была так печальна, как прежде. Теперь не беспокоили их ни собственная скорбь о неплодии, ни посторонние укоризны за бесчадие; но Дитя, их утешения, не было с ними! Им ниспослан был Божественный дар за их страдания, дано вкусить на старости отрадные чувства родительского сердца; но предмета их радости опять не было с ними! Впрочем, праведные Богоотцы не плакали в разлуке с возлюбленной Дочерью, а радовались и славили Бога: все естественные чувства чадолюбия, всю сладость горячей любви к Ней они с безусловной готовностью и благоговейным восторгом принесли теперь в приятную жертву Тому, от Которого и получили свое Дитя. К тому же святые супруги могли сознавать, что лучшим выражением своей любви к Богоданному младенцу может быть лишь неприкосновенное сохранение его от всего худого и лучшее воспитание в духе закона Божьего. А где полнее и успешнее можно было этого достигнуть, как не в храме Божьем, куда не проникает ничто нечистое, где все дышит святостью? И когда же естественнее было начать это священное дело, как не с самых ранних лет Дитяти, когда сердце его так доступно всем прекрасным впечатлениям? Пресвятой Деве – одушевленному храму Божьему – и надлежало воспитываться в храме, как воспевает Ей Святая Церковь: «в Божественном храме, яко суща Божественный храм, от младенства чисте, со свещами светлыми, отдана бывши, явилася еси приятелище неприступного и Божественного света».

Пресвятая Дева, оставшись в Иерусалиме, возрастала среди других девиц, воспитывавшихся при храме в особых пристройках. При них были благочестивые надзирательницы, сведущие в Святом Писании и искусные в рукоделиях, которые обучали Ее тому и другому. Для молитвы Она входила в Святая святых, куда не дозволено было вносить с собою работу или какую-либо постороннюю вещь. Скоро Пречистая Дева почувствовала неизъяснимую сладость молитвы, а вместе с тем полюбила и необходимое для Нее уединение. При таком настроении святой Отроковицы, все относящееся к Богу (и действующее на сердца других детей слабо и на короткое время) в Ее сердце производило глубокое и неизгладимое впечатление. Величие Иерусалимского храма, с его украшениями и завесами, бесчисленное множество стекавшихся сюда для поклонения людей не только из Иудеи, но и из разных стран света, – все это возбуждало и усиливало в Ней глубочайшее благоговение к Богу. Каждый предмет, каждое действие в храме обращали мысль Ее к Богу и заставляли сильнее и сильнее любить Его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.