Мария Назаркина
Вживление

Глава 1. Вживление

Пустота. Точнее даже будет сказать полное ничто – место, где оказался герой этой истории. Когда он соглашался на это, у него были совершенно другие представления о данном месте. Он читал о других людях, которые подвергались похожим процедурам. Эти люди говорили о том, что в момент процедуры они испытывали умиротворение, легкость во всем теле, невероятное спокойствие. Кто-то из них встречался со своими умершими родственниками, кто-то – наслаждался солнечным днем на зеленом лугу. Были и те, кто видел пресловутый свет, который приведет к встрече с Богом, если двигаться в его направлении. Каждый описывал ощущения во время наркоза по-своему. Нашему герою не удалось попасть ни на цветущий луг, ни увидеться с почившим родственником. Его поглотила пустота. Хотя, может быть, так на самом деле чувствуется настоящее умиротворение. Место, где нет времени, пространства, чувств, света и тьмы.

А потом его словно потянуло наверх, как будто он тонул, но его спасли. Сквозь веки был виден свет. Доносились голоса, но кому они принадлежали и что говорили их носители – было не разобрать.

Тело постепенно “включалось”. И вот уже наш герой ощутил сильнейшую жажду. Он с большим трудом сомкнул и разомкнул челюсти. Этого хватило, чтобы оценить свое состояние. Он понял, что встать и пойти куда-то в поисках воды не представляется возможным. Поэтому он сделал то, на что сейчас был способен его организм. Он прохрипел “Аааа”. Наш герой не подозревал, что все это время на него смотрели двое. Молодая медсестра 25-27 лет с темно-каштановыми волосами, собранными в тугой пучок. Она внимательно осматривала пациента и поняла, что он начинает приходить в себя еще до того, как он смог прохрипеть.

– Он приходит в себя! – негромко, но с явной радостью и ноткой облегчения произнесла медсестра.

Напротив нее, по другую сторону кровати стоял врач. На вид ему было лет 60, но фактически всего 53. Он изучал медицинскую карту героя, нахмурив густые брови с проседью.

– Да, – подвел итог доктор. Он закрыл медицинскую карту и обратил взор на своего пациента.

Перед ним лежал высокий молодой мужчина. Рост 187 см, вес 79 кг. Выглядел не младше и не старше своих 29 лет. Скуластый, широкоплечий, с длинными изящными пальцами на руках. Бинты на голове скрывали светлые волосы. Абсолютно здоровый, но выглядящий болезненно в данный момент из-за наркоза и перенесенной операции.

– Ить, – слабо и шепотом произнес герой.

– Что? – переспросила медсестра.

– Пить, – собрав все силы, проговорил пациент.

Медсестра взяла небольшую губку и смочила ее в воде из графина, который стоял на тумбе рядом с кроватью. Она аккуратно увлажнила губы пациента и выдавила несколько капель в рот нашего героя.

Герой почувствовал живительную влагу во рту и стал причмокивать.

– Немного погодя я дам вам попить. Нужно чуть-чуть потерпеть.

Герой протяжно выдохнул. Говорить не было сил, кивнуть он тоже пока не мог. Все, что оставалось делать – подчиниться женскому голосу.

Вместе с ощущением жажды стали просыпаться и другие. Например, странная боль в голове. Как будто в левую часть черепа воткнули иголку, и болело только там. Такого раньше не было. В остальном же тело ничем больше не удивляло. Руки и ноги на месте, но пошевелить ими пока не было сил. Герой продолжил лежать с закрытыми глазами.

– Я не вижу никаких осложнений, – произнес доктор, еще раз окинув взглядом своего пациента. – Пойдем.

Они с медсестрой вышли из палаты и закрыли дверь. В больничном коридоре они были совершенно одни. Это не удивительно, в элитном медицинском центре почти никогда не происходит ничего из ряда вон в такое время. А время приближалось к трем часам ночи. И самым важным событием этого медцентра за последнее время был выход из наркоза этого пациента. А может быть, это было самое важное событие за всю историю медицины.

– Честно говоря, я боялся, что он не переживет эту операцию, – произнес доктор, будто исповедовался священнику.

– Да, мне тоже было страшно, – ответила на исповедь медсестра.

– Зайди к нему попозже, дай воды и сделай все необходимые процедуры,– раздал поручения доктор. – А мне сейчас нужно сделать пометки в его карте.

Молодая женщина приняла поручения и направилась в сестринское крыло, чтобы приготовить все необходимое. Доктор же направился к себе в кабинет.

В кабинете все было так, как он оставил полтора часа назад. Просторный кабинет освещала только настольная лампа. Панорамные окна не были зашторены, и открывали вид на подсвеченную ночными огнями столицу. На письменном столе лежали кипы бумаг.

Доктор сел в свое дорогое эргономичное кресло, и хотел заполнить все показатели в журнал той необычной процедуры, которой подвергся наш герой. Но, наконец-то, эмоции взяли верх. Доктор отложил ручку и журнал, встал и подошел к книжному шкафу. Открыл нижнюю дверцу и достал то, что полагается в момент триумфа – коньяк 50-ти летней выдержки Шато де Монтифо. Доктор также достал бокал из того же шкафа и наполнил его напитком медного цвета, который искрился при свете настольной лампы.

Доктор подошел с бокалом к окну и сделал глоток. От волнения он даже не почувствовал пряного вкуса напитка. Доктор много раз представлял себе этот момент. Но сейчас в его крови еще бушевал адреналин, и только начал потихоньку отступать. Доктор сделал еще один глоток и почувствовал, как по его телу разливаются тепло и расслабление. Он словно выступил на спортивной Олимпиаде, а сейчас, наконец-то, осознал, что самое сложное позади. А впереди – награда и овации. В его глазах затанцевали искры гордости. Плечи расслабились. Уголки губ растянулись в неширокой, но уверенной улыбке.

– Никита, прошу вас, сконцентрируйтесь, – обратился молодой врач к нашему герою.

С того момента, как Никита вышел из наркоза, прошла неделя. За это время он восстановил силы и приступил к реабилитации. Хотя, уместно ли определение “реабилитация” для того, чтобы описать, что пациент учится жить с новой частью своего тела? Допустим, что да.

Никита лежал в кабинете врача, но кабинет был весьма необычным. Если кушетку, стол, шкаф с папками и инструментами он видеть привык, то отдельный стол для компьютера с тремя мониторами – это что-то новенькое. Никита лежал на кушетке. К его голове было прикреплено множество разных датчиков. Данные с этих датчиков

отображалась на мониторах, за которыми наблюдал врач. Это были какие-то графики и таблицы, в которых непосвященному человеку было не разобраться. Никиту эти графики не занимали. Он смотрел в потолок и пытался сосредоточиться, как и просил доктор.

– Не получается, – с грустью произнес Никита. В его голосе угадывались нотки растерянности и досады. Неужели, все было зря?

– Так, не паникуй, – спокойно произнес врач. Он отъехал от мониторов к кушетке. Он по-доброму посмотрел на Никиту, как отец смотрит на сына, который только учится ездить на велосипеде.

Никита увидел мелкие морщинки в уголках глаз доктора и горизонтальные морщинки на лбу. Пожалуй, врач не настолько молодой, насколько казался Никите раньше. Он впервые за несколько дней увидел его так близко. Если верить тому, что морщины отражают наши самые частые эмоции, то, похоже, этот врач часто удивлялся и улыбался.

– Никто не ждет, что все получится так скоро. К этому нужно привыкнуть. Это как дополнительная мышца, которую нужно накачать. Ты ведь не поднимешь штангу в сто килограмм в первый же день тренировки? Здесь все то же самое. Мы только начали. Если хочешь, можем на сегодня закончить.

– Нет, давайте еще попробуем, – предложил Никита.

– Ладно, – ответил доктор и вернулся обратно к мониторам.

Никита сконцентрировался. Он уставился в одну точку на потолке. Потолок был идеально белым, поэтому через какое-то время он стал как будто расплываться перед глазами. В мозгу чувствовалось напряжение, причем такое, как будто он тягал вышеупомянутую штангу, только не мышцами, а извилинами. То место, которое было прооперировано,, дало о себе знать. Небольшой кусочек мозга с левой стороны снова заболел так, как будто в него воткнули иголку. Острая, но терпимая боль.

В это время доктор наблюдал за графиками на мониторах. Они уже не были стабильны, как несколько минут назад. Доктор с волнением смотрел на прогресс. Он поджал губы, а ладони вспотели и стали мерзнуть. Но сейчас врача это не волновало. Еще немного. Еще совсем чуть-чуть…

Никита был максимально сконцентрирован. И, наконец, получилось. Перед его взором, поверх расплывшегося потолка, возник интерфейс. Как будто транслировали через проектор , но его мог видеть только Никита.

Интерфейс был похож на рабочий стол Ipad. Иконки телефонной книги, мессенджеров, камеры, галереи. Все это возникло у него перед глазами, хотя в руках не было никакого гаджета.

Никита устал и расслабил мозг. Боль в левой части мозга начала слегка пульсировать, а потом пошла на спад.

Никита лежал на кушетке с блаженной улыбкой и тяжело дышал.

– Получилось! – воскликнул он.

– Вижу! – Так же радостно ответил ему доктор. Он все это время наблюдал за графиками. Нервное напряжение начало его отпускать. Он обратил внимание на то, что его ладони дико вспотели и оставили мокрые следы на столе. Доктор незаметно промокнул их о халат.

– Ну что, поздравляю! – с энтузиазмом произнес врач, подъезжая на стуле к Никите. – Сейчас освобожу тебя от датчиков, и можешь бежать.

Доктор ловко отсоединил датчики. Никита сел на кушетке, голова закружилась. Он неспешно поднялся на ноги.

– На сегодня свободен, только без меня пока не балуйся, – весело погрозил пальцем доктор. – За этим делом пока нужно следить.

– Хорошо, Антон Владимирович, – пообещал доктору Никита.

– Как себя чувствуешь? Голова не болит сейчас? Не кружится? – уточнил Антон Владимирович.

– Все в порядке, – сверился с ощущениями Никита. – Голова покружилась немного, после…эм…после…

– Эксперимента, – бодро подсказал доктор.

– Ага, эксперимента. Но сейчас уже все прошло.

– Замечательно, – довольно произнес Антон Владимирович. – Не смею задерживать.

– Спасибо. До завтра! – Никита направился к выходу из необычной палаты.

Он шел по коридору, улыбаясь во весь рот. В области груди Никита чувствовал трепет, который словно теплый мед, разливался дальше по телу: в солнечное сплетение, по рукам, к лицу. Невероятное ощущение огромной удачи и блестящих перспектив. Хотелось бегать, прыгать от радости, танцевать, но силы еще полностью не восстановились.

Никита дошел до лифта.

– Здравствуйте, – с лучезарной улыбкой Никита поздоровался с медсестрой, когда уже вызвала лифт.

Это была та самая медсестра, что присутствовала при его выходе из наркоза.

– Здравствуйте, Никита, – мягко произнесла медсестра. – Рада вас видеть. Как вы?

– Отлично! Я сейчас с процедуры…с тренировки…с эксперимента, – Никита пытался подобрать нужное слово для того, что происходило в кабинете Антона Владимировича.

– Уже приступили? – радостно уточнила медсестра. – И как? Уже получается?

– Да! Сегодня третий день практики, и я, наконец-то, смог воспользоваться этой штукой, – Никита показал на левую часть головы.

– Это отличная новость! – с теплотой произнесла медсестра.

Лифт давно пришел. Никита и медсестра одновременно потянулись к кнопке, чтобы открыть двери. Пальцы соприкоснулись. Оба смущенное одернули руки. Никита повторно потянулся к кнопке. Они вошли в лифт и стали подниматься наверх в тишине. На лицах у обоих проступало смущение.

– А как вас зовут? Напомните, пожалуйста, – спросил Никита, когда медсестра доехала до нужного ей этажа и стала выходить.

– Софья, – представилась медсестра. А потом быстро добавила: Соня.

– Счастли…– хотел попрощаться Никита, но двери лифта закрылись. – Во.

Глава 2. Вы готовы?

– Вот уж по чему я не буду скучать, так это по здешней еде, – поморщился Никита, двигая ложкой по каше в тарелке.

В кафетерии медцентра было пусто. Завтрак начинался в 7:00 утра, а сейчас было уже 8:15. Никита, как всегда, проспал начало завтрака. Кафетерий был похож на кафе четырехзвездочного отеля. Чистые белые скатерти на столах, акцентные сервировочные салфетки, начищенные приборы. Меню, кстати, было достаточно широкое для медучреждения, но все-таки было составлено с учетом того, что это не отель, а люди здесь не отдыхают, а лечат заболевания мозга. Поэтому Никиту, привыкшего к жареной яичнице на растительном масле, постигало разочарование каждый раз, когда он видел перед собой тарелку с кашей. И то, что она была приправлена свежими ягодами и фруктами, ситуацию не спасало.

Кафетерий был освещен мягким утренним солнцем. Солнце, словно озорной ребенок, отражалось от прозрачных стаканов, от позолоченной каймы тарелок, от сверкающего чистотой тостера. Пробежав по залу больничного кафе, луч солнца нашел себе живую жертву – глаз Никиты, который беспомощно зажмурился от яркости.

На Никиту смотрели серьезные, пронзительно-голубые и обрамленные темными ресницами глаза Сони.

– А по-моему, у нас очень вкусно готовят. Не в каждом ресторане такое подают, – защищала честь кафетерия Соня.

– Я ведь не многого хочу: всего-то обычного бутерброда с колбасой, сосисок, макарошек, жареной картошечки, – перечислял Никита, сглатывая слюну и выковыривая из каши малину. Лицо стало по-детски грустным.

– Ага, чтобы наесть себе холестерин, – с медицинским занудством произнесла Соня.

– Жить вообще вредно. А смысл жизни в том, чтобы ей наслаждаться по-максимуму. Вот почему некоторые курильщики до девяноста лет живут?

– Невероятное здоровье. И это, скорее, везение, генетика, а не правило, – настаивала Соня.

– Не, они просто не парятся по жизни. Пьют кофе ведрами, курят целыми днями и не забивают себе мозг проблемами. Радуются всему, как дети, – последнюю фразу Никита произнес так, как будто доказал теорию, которая должна перевернуть представление о человечестве.

– А как же те, кто умер от курения? В мире каждый год от курения умирает по восемь миллионов человек.

– Вас такие вещи учить заставляют, чтобы пациентов пугать?

– Я недавно читала лекцию школьницам, – ответила Соня.

– Естественный отбор, – немного подумав, ответил Никита. Отдать победу Соне в этом споре он явно был не готов.

– Ага, конечно, – саркастично согласилась Соня и встала из-за стола.

Никита тоже поднялся, ворча себе под нос, что он не наелся.

Они направили к выходу.

– Вот выпишусь, приглашу тебя к себе и такой ужин сделаю, что ты забудешь и про холестерин, и про дохлых курильщиков и вообще про все, – эмоционально говорил Никита.

Это заявление заставило Соню встать в дверном проеме.

– Думаешь, мы будем общаться после того, как ты выпишешься?

– Ну…А почему нет?

– Ладно, посмотрим. Иди, а то на процедуры опоздаешь, – подгоняла Соня. – А мне работать пора.

Пациент и медсестра закрыли дверь в кафетерий. В зале не было ни души. Только луч солнца озорничал в тишине.

Реабилитация Никиты близилась к завершению. Эта была последняя неделя. Вживление по всем показателям прошло успешно.

Никита все чаще использовал свой новый девайс. Теперь, когда его голова самостоятельно выходила в интернет, отправляла сообщения, делала снимки, он почти не брал в руки телефон, с которым раньше не расставался.

Шла четвертая неделя пребывания в клинике. За это время он сблизился с Соней. Она напоминала ему одновременно и мать, и старшую сестру. Последней у него никогда не было.

После основных процедур они частенько гуляли вдвоем в парке при клинике. Разговаривали о обо всем. Склад характера нашего героя в принципе позволял легко заводить друзей. Он любил рассказывать о себе, но не забывал интересоваться своими собеседниками. У некоторых его знакомых складывалось ощущение, что Никита дружит поверхностно. Он не запоминает клички домашних любимцев, дни рождения, любимых исполнителей. Даже некоторые события, которые важны для его приятелей и о которых они ему рассказывали, проваливаются глубоко в память Никиты. Или не доходят до нее вовсе. Самые близкие друзья уже привыкли к такой особенности.

С Соней было немного по-другому. Два дня назад Никита узнал, что скоро у ее отца День рождения. Она поедет к нему и уже купила подарок. Никита часто возвращался к этой мысли. В день выписки из клиники она будет трястись в поезде. И эта мысль заставляла грустить обычно веселого и беспечного Никиту.

Процедуры на сегодня закончились. Никита вернулся в палату. После процедур он пообедал и готов был отправиться на прогулку. Он надел свитер, быстро причесал непослушные светлые локоны перед зеркалом и вышел вышел из палаты. Его палата находилась на шестом этаже. Никита прыгнул в лифт, выбрал четвертый этаж и стал нетерпеливо нажимать на кнопку закрытия дверей. Ему поскорее хотелось спуститься. На четвертом этаже он пружинистой походкой направился к кабинету медсестер. Дверь была открыта.

Соня сидела за столом и что-то увлеченно писала. В кабинете она была одна. Соня не заметила подошедшего Никиту. Солнце красиво подсвечивало ее темные волосы, собранные в тугой низкий хвост. Макушка была как будто обрамлена золотой тесьмой, а блики солнца по длине придавали волосам причудливый оттенок: не то глубокий винный, не то благородного дерева. Под электрическим светом такие нюансы не были заметны.

Никита тихонько любовался трудящийся Соней. Но все-таки он решился прервать серьезную тишиную

– Кхе.

Соня немного вздрогнула и подняла голову.

– Привет, – она улыбнулась, увидев Никиту.

– Пойдем в парк? – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Никита.

– Не могу, надо заполнить бумаги, – медсестра развела руками.

– Эх… – картинно загрустил Никита и повесил голову. А потом весело посмотрел на медсестру исподлобья. – Пойду один, буду грустно гулять, и поговорить будет не с кем.

– Ничего, потерпишь. Куртку надень только, на улице прохладно. Заболеешь еще.

– Ладно, ради тебя надену. А холода я не боюсь! – Никита гордо выпятил грудь. – Точно не пойдешь?

– Точно. Иди, а мне работать надо.

– Ладно. До скорого.

Последнюю фразу Никита бросил специально небрежно и скрылся в коридоре. А у самого в груди как будто появился тяжелый камень.

В свитере на улице и правда было прохладно. Никита пожалел, что не послушал Соню и не надел куртку. Он сделал небольшой круг по парку и решил возвращаться. Руки замерзли и покраснели. Он шел по дороге ко входу в клинику.

– Что это ты раздетый ходишь? – окликнул Никиту знакомый мужской голос.

– Да что вы все пристали? – обернулся Никита к тому, кто его окликнул. – Я нормально переношу холод.

– А чего руки в карманах? Замерзли, наверное, – веселился Антон Владимирович. Он сидел на скамейке вдоль дорожки, по которой шел Никита. Из-за холода он шел так быстро, что не заметил своего лечащего врача.

Никита вальяжно подошел к скамейке и сел рядом с Антоном Владимировичем.

– А вам не жарко? На улице плюсовая температура, – хорохорился Никита. Он принял расслабленную позу и закинул ногу на ногу. Руки сложил крест-накрест так, чтобы врач не заметил, что они покраснели от холода.

Антон Владимирович, в отличие от Никиты, был в полной экипировке: шапка, куртка и шарф, плотно обмотанный вокруг шеи. И ему было немного жарко. На улице действительно была плюсовая температура. Однако, врач был немного мнительным. В профессии это качество часто помогало предотвращать заболевания, видеть проблему до того, как она давала о себе знать. Но в обычной жизни ипохондрия и природное упрямство часто ставили его в неудобное для себя самого положение.

– Не жарко, конец октября на дворе, – ответил он своему пациенту.

Два упрямца смотрели друг на друга. Один старался скрыть дрожь, другой не дал руке ослабить шарф, чтобы первый не понял, что тому все-таки жарко.

– Ладно, пошел я, – Никита встал со скамейки. – Дел много.

Антон Владимирович хмыкнул вслед быстро шагающему Никите. Каждый из них чувствовал себя победителем этой странной битвы мужского самолюбия.

После прогулки Никита забрел в библиотеку медцентра. Читать он не любил и не хотел, но палата уже надоела. Он приходил сюда, смотрел на других пациентов или в окно. Окна библиотеки выходили на другую часть парка – там был небольшой пруд. В нем плескались утки. Никита любил приходить к этому пруду, но сегодня не успел – слишком замерз.

В библиотеке, кроме него, было еще два пациента. Ухоженная женщина лет пятидесяти, одетая в стиле old money. Об этом стиле так много говорили везде, что даже далекий от моды Никита научился его распознавать. Или, по крайней мере, думал, что умел. Женщина была одета в просторный кашемировый костюм цвета слоновой кости. На плечи был накинут палантин. Женщина выбрала книги с полок, потом подошла к терминалу и зарегистрировала на свою читательскую карточку. Выглядело это так, словно она пробивает товар на кассе самообслуживания. В этой библиотеке не было работников, только терминалы. В первый раз Никиту это сильно удивило.

Еще в библиотеке был мужчина неопределенного возраста. Он выглядел ухоженно, был одет в спортивный костюм. Волосы уже пробирала седина. Поэтому сложно было определить, сколько ему лет. Может быть, ему было сорок с чем-то, но он рано поседел. А может, было уже за шестьдесят, но он сделал подтяжку лица.

Никита лег на удобный диван и включил вживленный чип у себя в голове. Сегодня он еще не заходил в соцсети. Перед ним предстал его рабочий стол с цветными иконками. Для остальных двух посетителей он выглядел просто как молодой человек, лежащий на диване. Они даже понятия не имели, что новая технологическая революция происходит прямо у них под носом.

Никита прочитал все сообщения, пересмотрел все сторис, пролайкал все фото из ленты, пролистал огромное количество коротких видео. Если бы кто-то из пациентов застал его за этим занятием, то в их головах точно родились бы ассоциации с наркоманом, который только что ширнулся. Или с пациентом психиатрической клиники. Никита лежал на диване, смотрел в потолок и хихикал. Потом он перевернулся на бок, – лицо оказалось повернуто к стене, – и продолжил хихикать. К счастью, те пациенты, за которыми наблюдал Никита, разошлись, а новые не появились.

Просмотр видео поднял Никите настроение. Он решил осчастливить Соню и позвал ее посидеть в кафетерии. По вечерам, если у нее не было срочных пациентов, она могла провести с ним немного времени. Они уже давно обменялись контактами, поэтому Никита не стал спускаться опять на четвертый этаж, а просто написал ей.

За окном уже стемнело. Никита подошел к окну, чтобы посмотреть на уток. Их не было видно.

Соня не отвечала. Поэтому Никита все же решил спуститься к ней.

В кабинете медсестер ее не было.

Идти в палату и сидеть там в одиночестве ему совершенно не хотелось. Он направился в кафетерий. Там он поужинал, на этот раз, в компании других пациентов. все столики были заняты. На ужин пришли пациенты почти всех возрастов: дети, взрослые, пожилые. И все они выглядели очень ухоженно, опрятно. И у всех было что-то не так с мозгом, но не настолько, чтобы они не могли сами поесть. Соня рассказывала, что есть и тяжелые пациенты, они находятся на третьем этаже. Наверное, она сейчас там, заботиться о ком-то, кто не может пойти и сам налить себе чаю.

Никита воспользовался своим преимуществом, – здоровьем, – и налил себе чашку ароматного свежезаваренного чая.

Он вспомнил встречу с Антоном Владимировичем в парке. Никита испытывал к нему смешанные чувства. Антон Владимирович умел развеселить его и подбодрить. Но Никита считал его не слишком мужественным. Он как-то заметил на столе у лечащего врача крем для рук и тюбик, похожий на помаду. Антон Владимирович тогда заметил взгляд Никиты и оправдал крем и тюбик тем, что у него, Антона Владимировича, сухая кожа, и это доставляет большой дискомфорт. И помада исключительно гигиеническая, ведь губы тоже очень сухие.

Но за исключением этого, Антон Владимирович вполне был симпатичен Никите как человек. А еще он часто засиживался допоздна на работе, и Никита приходил к нему поболтать.

Никита допил чай и еще раз проверил сообщения. Соня по-прежнему молчала. Он решил, что не хочет провести все время до отбоя в одиночестве и направился в кабинет к Антону Владимировичу.

Белокурый пациент вышел на пятом этаже и направился прямо по пустынному коридору. Наверное, все врачи уже разошлись по домам. Нужный кабинет находился в конце коридора. Никита увидел, что кабинет приоткрыт, но свет из него не пробивался. Может быть, Антон Владимирович ушел, наконец, вовремя? Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от кабинета, Никита услышал характерный негромкий стон. Женский. К нему присоединился такой же, но мужской. Никита замер. По всем законам этики в такой момент лучше как можно тише удалиться. Но любопытство оказалось настолько сильно, что Никита попытался рассмотреть, с кем так повезло Антону Владимировичу.

Никита старался хоть что-нибудь увидеть. Любовники находились далеко от двери, а именно, на той же кушетке, где Никита впервые активировал чип у себя в голове. Они не должны были заметить его в такую маленькую щель. Сейчас палату освещали только ночные фонари за окном, поэтому разобрать можно было только силуэты. Спину мужчины обвивала стройная женская нога. Вдруг любовники ловко поменяли позу, и сверху оказалась женщина. Никита уже видел этот силуэт. Теперь стало понятно, чем так была занята Соня и почему не отвечала.

Никита отодвинулся от двери, словно обжег лицо горячим паром. Он быстро направился обратно к лифту. Он старался весело думать о том, что Антон Владимирович оказался не промах. Но ревность неприятно царапала душу. Хотя, с какой стати ему ревновать Соню? Они друзья и только. У Никиты было много подруг, и он свято верил в то, что дружба между мужчиной и женщиной существует.

Он не претендовал на Соню. Не мог претендовать. Не мог потому, что у него уже есть девушка. А Соня просто подруга. Но она могла бы рассчитывать на что-то большее, чем женственный Антон.

Никита вернулся в палату и лег спать, стараясь удалить из памяти картину, увиденную несколько минут назад.

– Что-то ты сегодня молчаливый, – удивлялась Соня на следующий день.

Они выбрались вместе на послеобеденную прогулку и дошли до пруда.

Соня и Никита сидели на скамейке и наблюдали за тем, как резвились утки. Даже в такие моменты спокойного созерцания Никита обычно не молчал, а смешно комментировал поведение уток. Или озвучивал их.

Прямо на их глазах одна утка чуть не перевернула другую на спину.

– Да просто. Не выспался, наверное, – пожал плечами Никита.

И это было правдой. Ночью Никита долго ворочался, размышляя над тем, что будет, когда он выпишется из клиники. Старался не думать о Соне, о том, что он увидел в кабинете, но мысли то и дело возвращались именно к этому эпизоду. А потом возвращались к моментам, проведенным наедине с Соней. Затем – к попыткам понять, почему так неприятно на душе, когда он думает о романе медсестры и его лечащего врача. Мысли только путались между собой, а голова болела от раздумий. Уснул он практически под утро.

– А как у тебя прошел вечер? – спросил Никита.

– В работе. Столько всего навалилось, что я даже ответить тебе не смогла, – очень убедительно соврала Соня. Если бы Никита не увидел то, что он увидел, он бы поверил.

– Вы с Антоном вчера работали? – с улыбкой спросил Никита и посмотрел на подругу.

– С Антоном? – переспросила Соня. Никита заметил, что у нее порозовели щеки. – Владимировичем?

– Ага.

– Нет, – уже совсем не убедительно ответила Соня. В такой интонации ложь почувствовал бы даже ребенок.

– Ладно, не буду томить. Я кое-что видел вчера вечером, – выпалил Никита. Он смотрел на Соню и ждал реакцию.

– Мы…Да просто…А что ты видел вообще?

– Ну…это ни с чем другим не перепутаешь, – Никита игриво поднимал и опускал брови.

Соня закрыла руками лицо. Ей явно хотелось провалиться поближе к ядру Земли и сгореть там от стыда.

– Да ладно, все нормально. Мы все взрослые люди, – постарался сгладить ситуацию Никита. Но он был доволен тем, что ему удалось настолько смутить медсестру. А потом стало ее жаль.

– Ты никому не говорил, я надеюсь? – с надеждой спросила Соня.

– Нет. Да и что такого? Вы холостые, имеете право.

– Ты не понимаешь. Тут романы между коллегами не приветствуются. Если кто-то узнает, начнут сплетничать, дойдет до руководства, и меня, скорее всего, попрут отсюда.

– Я никому не говорил и не скажу. Но почему вы дверь не заперли тогда?

– Я думала, что заперли.

– Ах, от страсти потеряли бдительность, – смеялся Никита.

– Да ну тебя, – Соня дурашливо ткнула Никиту локтем в бок. Обстановка была разряжена.

После недолгого молчания Никита задал вопрос, который, на самом деле, его очень волновал.

– Ты его любишь?

Соня задумалась. Никита почему-то напрягся.

– Понимаешь, нам сейчас обоим это нужно. Я работаю, а еще учусь. Когда я не учусь, я работаю, а когда не работаю – учусь. А Антон на самом деле не вылазит из больницы. У него самые сложные случаи. И еще он диссертацию пишет. Нам просто нужна хоть какая-то радость, – оправдывалась Соня, сама не понимая, почему.

Никита пытался понять, устраивает ли его ответ.

– Так любишь? – не унимался он.

– Ну…нет, – ответила подруга Никиты так, словно впервые сама себе ответила на этот вопрос.

На душе молодого пациента вдруг стало легко. Хотелось смеяться и шутить. И он принялся озвучивать уток, которые смешно барахтались в пруду.

Никита и Соня еще немного побродили по парку и направились и вернулись в клинику. У Сони закончился перерыв, а у Никиты сегодня была запланирована встреча с главным врачом.

Он вернулся в палату, нашел в шкафу самую чистую футболку и попробовал уложить непослушные локоны.

На встречу с главным врачом он шел в отличном настроении. Высокий, стройный, скуластый Никита был похож на модель. Он шагал по коридору, как по подиуму, с надменной улыбкой на лице. Мимо проходящие медсестры засматривались на него.

Никита поднялся на восьмой этаж. Здесь все было не похоже на больницу. Скорее, на бизнес-центр. На этаже был свой ресепшн, диван для ожидающих, зеленые растения в стильных горшках.

Никита сообщил ресепшионистке, что у него назначена встреча с главврачом. Приятная девушка попросила подождать и указала рукой на диван, сама же застучала по клавишам клавиатуры. Потом вышла из-за стойки, чтобы проводить ожидающего в нужный кабинет.

Его уже ждали. Кроме самого главврача в кабинете находились двое мужчин и женщина, все в элегантных костюмах.

Никита удивленно со всеми поздоровался и сел в кресло напротив главного врача. Сбоку от них на диване и кресле расположились остальные.

– Никита, позволь представить тебе нашу команду. Это Петр, наш юрист. Он уже подготовил все необходимые бумаги.

Темноволосый мужчина в черном костюме поприветствовал Никиту.

– Через три дня вы покините наш Центр. Прошу вас ознакомиться с договором и поставить свою подпись, – Петр встал с дивана и протянул никите папку с документами.

– Это Ирина, наш директор по маркетингу, – продолжал представлять команду главный врач. – Она будет заниматься комплексным продвижением нашего с вами проекта.

Красивая блондинка также сидела на диване. Когда назвали ее имя, Ирина поменяла позу так, чтобы Никита смог лучше ее разглядеть.

– А это – Андрей, – главврач рукой показал на молодого мужчину в кресле. – Он специалист по связям с общественностью. Он будет помогать развивать ваш личный бренд.

Молодой мужчина в очках, сидевший в кресле, улыбнулся и приветственно поднял ладонь.

– Никита крутил головой в разные стороны, осматривая новых людей. Лицо выражало растерянность.

– Борис Игнатьевич, – обратилась Ирина к главврачу. Никита немного выдохнул. Он забыл, как зовут главврача, а спрашивать было неловко. – у нас почти все готово к презентации. Мы с Андреем можем сейчас представить общую концепцию, а далее – мы все подробно обсудим с Никитой.

– Да, пожалуйста, – дал добро Борис Игнатьевич.

Презентация? Общая концепция? У Никиты голова шла кругом. И, видимо, это отразилось на его лицу.

– Никита, мы сейчас все подробно вам расскажем, – произнесла Ирина, успокаивающим тоном.

Ирина и Андрей поднялись со своих мест и в красках расписали концепцию продвижения нового продукта клиники. Продукта, который был помещен в голову белокурого пациента.

Когда они закончили, у Никиты на лице была смесь восторга и предвкушения огромных перспектив.

– Ну как, Никита, вы готовы к такому? – спросила Ирина, явно желавшая услышать ответ “да” или “готов”.

Никита ее не разочаровал.

Глава 3. Возвращение домой

Никита лежал на кровати и смотрел в потолок съемной квартиры. Потолок уже давно требовал побелки, а все остальные части квартиры – хозяйственной руки, которая починит капающий кран, вымоет окна, вытрет пыль с полок. Арендатору было сейчас не до наведения порядка. Он переваривал события последнего месяца. По груди, а затем по животу растекалось приятное тепло. Никита закрыл глаза и улыбнулся, представляя, свою дальнейшую жизнь. Нет смысла наводить порядок в этой убогой квартире. Совсем скоро его жизнь изменится, и он переедет туда, куда раньше только мечтал.

Он открыл глаза и активировал чип в своей голове. Зашел в мессенджер, нашел контакт по имени Леха, и написал: “Го сегодня ко мне?”. Получив утвердительный ответ пару минут спустя, он поднялся с кровати и стал готовиться к визиту лучшего друга.

Никита с Лехой были похожи. Оба высокие, худощавые, скуластые, голубоглазые. Только Леха был темноволосый, с крупным мужественным носом и бровями, которым позавидует любая девушка – настолько у них красивая форма от природы.

Они дружат с первого курса колледжа. Вместе переехали в Москву.

– Так, блин, я жду подробностей. Ты куда-то свалил на месяц, ничего толком не рассказал, а теперь мы просто сидим и жрем пиццу!

Леха был возмущен. Никита, с его точки зрения, исчез действительно странно. Однажды он просто не вышел на работу в бар, где они с Лехой работали вместе. Никита – кальянщик, точнее, был им. Леха – бармен. Никита не потрудился взять отпуск или уволиться. Он просто не пришел на смену. Не отвечал на звонки менеджера. А потом и на звонки Лехи.

Только на следующий день Никита изволил написать другу, что ему понадобилось срочно уехать. Пообещал рассказать все подробности позже. В следующий раз Никита вышел на связь с Лехой только через неделю. Он проходил реабилитацию после вживления. В первую неделю использовать телефон и напрягать глаза и мозг было категорически запрещено. Когда, наконец-то, появилась возможность пообщаться с Лехой, телефон уже разрывался от его сообщений. Никита ответил, что уехал домой и назвал дату возвращения. Периодически они переписывались. се это время Никита старательно уходил от прямых ответов.

– Так же, блин, нельзя. – продолжал возмущаться Леха. – Я сначала думал, ты в запой ушел, кто тебя знает. Потом мы с пацанами стали обзванивать больницы и морги. Тебя нигде было. Я решил тогда, что тебя, может, похитили или убили уже нафиг и закопали где-нибудь. Тем более, ты сказал, что поехал домой. А где тебя там искать, я без понятия. Хромов вообще считает, что ты – наркоман.

Хромов – это менеджер в баре, где работают Леха и Никита. Невысокий молодой мужчина, моложе Никиты года на два, уже успевший отрастить небольшое брюшко. Носит хипстерские круглые очки и часто поджимает тонкие губы. Никита прозвал его злобным лепреконом за то, что тот, якобы без причины, цеплялся: за опоздания, прогулы, ошибки на сменах. У Никиты каждый раз было оправдание, но ни одно из них Хромов не посчитал действительно веским.

Леха выговорился и сделал глоток из бутылки пива. После гневной он не смотрел на Никиту. И заставить рассерженного Леху посмотреть на друга, который сидел напротив него, может только честный рассказ.

Никита слушал рассказ о своих поисках с едва скрываемым торжеством. Это – неопровержимое доказательство того, насколько Никита дорог своему другу.

Хозяин квартиры выпрямился в кресле и приготовился ошеломить друга правдой.

– Мне вживили в голову чип. Теперь я могу использовать свой мозг, как телефон или комп.

– Чего, блин?

Леха посмотрел на друга, как на умалишенного.

– Я не вру. Вот, смотри, – Никита раздвинул пробор на голове и показал внушительный шрам.

Леха смотрел на голову друга и испытывал смешанные чувства. С одной стороны, у Никиты действительно шрам. И это не выглядит, как безобидная просто царапина. С другой стороны, то, что он сейчас сказал про чип, это полная ересь. Такого не бывает. Происходящему есть только два объяснения. Первое – Никита ударился головой, ему наложили швы, а также у него появились проблемы, о которых он не хочет рассказывать. Но зачем выдумывать эту ересь про чип? Придумал бы что-то более правдоподобное. Впрочем, Никита всегда любил преукрашивать реальность и драматизировать. Второе – Никита ударился головой и сошел с ума.

Лицо лехи выражало полное недоверие. Он протянул руку и потрогал шрам. Вдруг Никита просто разыгрывает его? Нет, не разыгрывает. Шрам настоящий.

– Ты мне не веришь? – спросил Никита.

– А ты сам как думаешь? Сначала исчезаешь, от тебя ни слуху, ни духу неделю, потом какие-то уклончивые ответы, а теперь ты несешь чушь.

– Это не чушь. Я могу это доказать!

Никита почувствовал себя супергероем, который демонстрирует простым смертным свои способности.

– Да не надо. Не хочешь рассказывать – забей тогда. Просто ты поступил по-свински.

– Да не по-свински. Была причина. Отправь мне сообщение.

– Нафига? – последняя фраза удивила Леху.

– Ну, отправь. Я покажу.

– Че ты покажешь? Какое сообщение?

– Любое. Просто отправь и все, – почти умоляющим голосом просил Никита.

На лице Лехи читалось выражение “Черт с тобой, сделаю, но это все выглядит странно”. Он нажал кнопку “Отправить” и стал испытующе смотреть на друга.

В этот момент Никита активировал чип. Перед ним появился интерфейс мессенджера. Никита увидел стикер, который отправил ему Леха, и ответил на сообщение.

Все это время лучший друг наблюдал за ним. Лицо Никиты вдруг стало сосредоточенным, а взгляд такой, будто он смотрел сквозь Леху, хотя глаза были направлены прямо на него. Выражение лица такое, как будто Никиту загипнотизировал кто-то невидимый стоящий за спиной Лехи. Леха чувствовал себя неуютно. К счастью, этот странный взгляд Никиты быстро сменился на живой и немного хитрый.

– Проверяй, – Никита кивнул на телефон в руке Лехи.

Его друг с сомнением посмотрел на свой телефон, но все-таки решил открыть мессенджер. Ничего. В диалоге последним отправленным сообщением был стикер Лехи.

Он протянул телефон Никите с открытым мессенджером. Может быть, это отрезвит его вновь объявившегося друга, и он перестанет притворяться?

Никита нахмурил брови. Что-то пошло не так.

– Подожди. Сейчас дойдет. Может, с интернетом что-то…

Никита призадумался, а потом снова активировал чип. Он свое сообщение видел, а Леха, почему-то, нет.

– Слушай, ну поуграл и хватит. Не хочешь рассказывать, где был, ок, – Леха вернул беседу в прежнее русло.

Никита сидел, погруженный в свои мысли. Его великолепное будущее, похоже, отменяется. Чип не работает! Точнее, работает, но не полностью. Может, позвонить в клинику? Но тогда придется признаться, что он кому-то рассказал о вживлении, чего нельзя делать по контракту до 29 ноября. А это будет только через 2 дня.

– Я, наверное, пойду, – сказал Леха.

Никита вынырнул из своих размышлений. Он пытался уговорить Леху остаться, но ни у кого уже не было настроения есть пиццу и пить пиво. Леха так и не узнал, почему его лучший друг пропадал и что он от него скрывает. А Никите не удалось произвести фурор, на который тот рассчитывал. Встреча пошла не по плану.

Леха молча надел куртку. Они с Никитой пожали друг другу руки на прощание. В воздухе витала неловкость и натянутость.

Леха вышел из подъезда и направился к остановке метро. Он услышал звук уведомления и достал телефон. Это был Никита. Леха поколебался с выбором, ответить другу или нет. Но вдруг он все-таки решился рассказать о том, что произошло? Может, Никита просто не смог себя перебороть и объяснить с глазу на глаз? Леха открыл сообщение, увидел приветственный стикер от Никиты и почувствовал злость. С какой стати он отправляет его после такого натянутого прощания? А потом до Лехи дошло.

– То есть, ты заходишь в соцсети, смотришь видосы, переписываешься, используя только штуку в мозге? – расспрашивал Никиту друг.

– Ага.

Леха что-то активно воображал. Его брови то поднимались, то опускались.

– А что еще можно делать?

– Да много чего. Использовать переводчик, например. Или Искусственный Интеллект.

– Если своих мозгов не хватит, может хоть искусственные помогут, – пошутил над Никитой друг.

– Слушай, а как ты попал в этот эксперимент? – вдруг поинтересовался Леха.

– Да просто, на самом деле. Месяц назад Хромов мне сказал, что я кандидат на увольнение. Мол, еще раз на работу опоздаю опоздаю – все, могу вообще не приходить. Не, ну прикинь? Даже если на пять минут. Я тогда решил, что надо подстраховаться. Мне за эту халупу еще платить, – Никита обвел глазами комнату съемной квартиры, – Я смотрел вакансии и увидел рекламу: “Ищем молодых людей для участия в медицинском эксперименте. Оплата: десять тысяч долларов”. Ну я сразу и кликнул. Заполнил анкету. Потом мне позвонили, позвали в этот их медцентр. Провели осмотр и взяли анализы. Через пару дней со мной опять связались, сказали,что я по анализам подхожу для эксперимента. Им здоровые ребята нужны были. Я пришел, подписал бумаги и все.

Леха очень внимательно слушал.

– А чего не предупредил-то, что в эксперименте участвуешь?

– Так это, по контракту нельзя было никому говорить. Даже родственникам. Это секретная разработка, пока что.

– А двадцать девятого что будет? Ты говорил, до пятницы нельзя ничего рассказывать.

– Ага, а в пятницу будет официальная презентация. Я, кстати, завтра иду на репетицию в медцентр, – вспомнил Никита. Презентация почти вылетела у него из головы. А до нее он хотел успеть сделать одно важное дело. И займется им сразу после того, как проводит Леху.

– Репетицию? Ты че там, петь будешь? Или танцевать? – смеялся Леха.

– Да нет, но я же официальное лицо, мне выходить на сцену надо будет, – Никита немного засмущался.

– На сцееену, – Леха драматично закатил глаза.

Друзья еще немного поговорили о будущих возможностях Никиты.

– Может, сегодня тусу устроим? Позовем только наших, – предложил Леха.

– Не, мне завтра утром к презентации готовиться.

– Ох, важная шишка. Ладно, я пошел тогда. Посплю перед завтрашней сменой.

И Леха поднялся с кресла.

– Кстати, тебе бабки-то заплатили за эксперимент? А то Хромов-то тебя уволил по статье. Вроде как, – напомнил Леха.

– Да.

– Прям десять тыщ долларов? – этот вопрос Леха явно хотел задать сразу, как услышал сумму.

– Пока нет. Там часть оплаты за эксперимент, и часть за рекламу. Ну, чтобы я был рекламным лицом. Нет, не так, как-то по-другому называется. Короче, за рекламу еще не платили. Но если делать все, как они сказали, то должно быть даже больше десяти тыщ.

Леха присвистнул.

– Нехило.

Приятели еще раз пожали друг другу руки, и Леха ушел.

Никита вернулся в комнату. Он окинул взглядом коробки с недоеденной пиццей, разбросанные на столе, и бутылки пива, стоящие рядом с креслами. Он хотел было прибраться, но потом решил, что раз он теперь человек не бедный, то завтра вызовет клининг. И пока он будет готовиться к презентации, специально обученные люди здесь все приберут. Зачем напрягаться самому? А еще надо найти новую квартиру. Но сначала – важное дело. Никита сел на кровать и зашел в мессенджер. Долистал до контакта по имени Ксюша.

Он тяжело выдохнул. Ладони вспотели. В солнечном сплетении неприятно заныло. Никита глубоко вздохнул и открыл пустой диалог. Все сообщения были удалены, и сделал это не Никита. Зато на нем лежала тяжелая задача – возобновить общение.

Никита быстро напечатал: “Привет. Не знаю, ненавидишь ли ты меня сейчас или я тебе просто безразличен, но мне нужно рассказать тебе кое-что важное.”, нажал “Отправить”, и тут же закрыл мессенджер, чтобы не видеть, читают ли его сообщение.

До ночи Никита листал объявления о сдаче квартир. И когда он уже растянулся в постели и готовился ко сну, увидел сообщение от Ксюши. Оно было очень коротким, но обнадеживающим: “Что?”. И Никита рассказал ей все, что произошло за последний месяц.

Утром Никита чуть было не проспал. До поздней ночи они с Ксюшей обсуждали приключения Никиты и их отношения. Договорились встретиться после репетиции презентации. Точнее, Никита уговорил Ксюшу встретиться с ним. На уговоры он потратил полночи.

Часы на рабочем столе телефона показывали половину девятого. Телефон теперь выполнял роль часов и будильника. Активировать чип спросонья было пока еще неудобно и непривычно.

В десять утра Никита уже должен быть в медцентре. Он быстро вскочил на ноги и стал судорожно собираться. Даже если ехать на такси, путь от дома до медцентра займет не меньше часа. Про завтрак можно забыть. Никита наспех умылся. Подбежал к шкафу в комнате, который закрывался только с помощью резинки для волос, натянутой на ручки. Быстро сорвал резинку и стал выбирать наряд с учетом того, что его ждет свидание с Ксюшей. Выбор пал на серый лонгслив потому, что, во-первых, он был относительно чистым, во-вторых, был не очень помятым. Гладить что-то времени не было. С ногами проще: джинсы и кроссовки, стандартное дополнение почти к любому верху. Никита оделся и заказал такси.

Репетиция презентации прошла спокойно. Завтра от Никиты не потребуется никаких сложных действий. Всю работу с публикой берут на себя Ирина и Андрей.

Несмотря на то, что Никите отводится самая простая роль, он должен был присутствовать на протяжении всей репетиции. Подготовка к презентации закончилась почти в час дня. В это время Никита уже чувствовал сильный голод и последние тридцать минут не сводил глаз с настенных часов, даже не слушая реплики Андрея, который старательно проговаривал то, что завтра нужно будет донести приглашенным гостям.

После окончания репетиции Никита не стал задерживаться в медцентре, а скорее заказал такси, чтобы направиться в кафе, в котором они договорились встретиться с Ксюшей. Свидание назначено на два часа. Никита к эту времени успеет поесть и понервничать перед свиданием. К счастью, волнение никогда не перебивало аппетит Никиты.

В пять минут третьего Никита сидел за столиком кафе все еще в одиночестве. Ладони от волнения были потные. Пальцы нервно барабанили по столу. Через пять минут Ксюша все еще не появилась. Никита захотел написать ей. Вдруг она передумала или сильно задерживается. В этом случае он с облегчением пойдет домой. Но еще через пять минут дверь кафе открылась, и с другими посетителями вошла невысокая фигурка в бежевом пальто. Сердце Никиты рухнуло куда-то вниз.

– Привет, – произнес он немного осипшим голосом.

– Привет.

Ксюша повесила пальто на вешалку, села напротив Никиты и принялась деловито изучать меню.

Никита любовался ей. Ксюша совсем не изменилась с момента последней встречи. Ее пышные русые кудри так же падали на плечи, на юном лице в форме сердечка с аккуратным носом и маленьким ртом было недовольное выражение. Такая особенность мимики: Ксюша выглядела недовольной даже в моменты абсолютного счастья. Большие карие глаза, немного прищурившись, скользили по меню. Ноги едва доставали до пола. Никита этого не видел, но знал, что редко какое сидение в общественном месте соответствует размеру миниатюрной Ксюши.

– Рад тебя видеть, – Никита продолжал попытки завязать непринужденный диалог. Сам же, при этом, сидел на стуле, как на иголках.

Ксюша изучила меню и подняла глаза на официанта, который стоял у барной стойки. Она смотрела поверх головы Никиты, из-за чего ему стало вдвойне некомфортно.

Официант подошел к Ксюше, и она продиктовала ему заказ. После этого пара осталась наедине друг с другом.

Ксюша тоже нервничала, но старалась сделать вид, что происходящее нисколько не выбивает ее из равновесия. Она молча смотрела на людей в кафе, как будто они ей правда интересны. Но на самом же деле она боялась столкнуться взглядом с Никитой. Ксюша держала в руке телефон, как будто ждала важный звонок. Но на самом деле, ей нужно было хоть за то что-то держаться. Если она вцепится в стол, тогда создать непринужденный образ уже не получится.

– Как добралась? – Никита сделал еще одну попытку завязать разговор. И Ксюша в душе была ему за это благодарна. У нее слова застряли где-то поперек горла.

– Нормально, – ответила она, все так же не глядя на Никиту. – Только, честно говоря, не понимаю, зачем я сюда приехала.

– Мы с тобой вчера обсуждали…– Никита наивно решил помочь Ксюше вспомнить ночную переписку.

– Я помню, о чем мы с тобой вчера говорили.

Ксюша одернула его, и неловкая тишина снова повисла над столом. Никита почувствовал, что разговор заходит в тупик.

– И что ты скажешь? – Никита ждал ответа на вопрос, заданный сегодня ночью.

Ксюша направила на него пристальный взгляд. Никита никогда бы не подумал, что такие нежные карие глаза способны так жестко на него смотреть.

– Ты это серьезно?, – спросила она.

– Да.

– Ты предлагаешь нам снова сойтись? После того, что было и после того, как мы расстались?

– Ну, вообще-то, ты сказала тогда “давай возьмем паузу”.

– Да брось, все прекрасно знают, что означает эта фраза. Я порвала с тобой.

Последнюю фразу Ксюша произнесла так, как говорят врачи родственникам умершего, что на этом их полномочия – все.

– Я понимаю. Но я изменился. Давай начнем все с чистого листа?

– С чистого листа? Ты мелодрам насмотрелся? Ты вчера полночи втирал мне чушь про вживление какого-то чипа! – Ксюша рассердилась, – А теперь ты предлагаешь забыть твое прошлое вранье и снова начать снова с тобой встречаться, поверив в новое вранье? Да и еще такое абсурдное?

Ксюша от удивления округлила свои раскосые глаза.

– На этот раз я тебя не обманываю. В прошлом, да, бывало. Я хотел казаться для тебя тем, кем я не был. Я был не прав. Мне безумно жаль. Но сейчас все иначе. Я стану парнем, нет, мужчиной, который тебя достоин. И я смогу доказать тебе это завтра! – Никита закончил свою пламенную речь.

– Завтра?

– Да. Завтра состоится презентация проекта, в котором я выступаю, как его официальное лицо. Вот, держи.

Никита распахнул куртку, достал из внутреннего кармана приглашение на завтрашнюю презентацию и протянул его Ксюше.

Никита не стал дожидаться, пока Ксюша его посмотрит. Он отдал ей приглашение и вышел из кафе. Интуиция подсказывала, что несмотря на прежние обиды, любопытство Ксюши возьмет верх и она внимательно изучит пригласительный билет. А когда она это сделает, сомнения пропадут.

Ксюша сидела за столиком и рассматривала приглашение, которое в обычном копицентре не сделаешь: конверт из качественной матовой бумаги темно-синего цвета с необычным тиснением в виде двух лабиринтов. В конверте лежала плотная бумажная карточка с незнакомым логотипом, ее именем, названием мероприятия и QR-кодом. Она навела камеру на QR-код страницу медцентра, посвященную завтрашней презентации.

“Это все слишком хорошо, чтобы быть правдой”, – подумала Ксюша.

Она положила приглашение в свой рюкзачок и заказала такси. Машина приехала очень быстро. Ксюша взяла стаканчик с кофе и отправилась домой. Ей хотелось в тишине переварить все увиденное и услышанное.

Спустя два часа Ксюша сидела на кровати в своей комнате и рассматривала приглашение. Рядом лежал открытый ноутбук. Ксюша искала дополнительную информацию о медцентре, которое устраивает завтрашнее мероприятие.

– Ксюша, ты дома?, – донесся мужской голос из гостиной.

Отец вернулся домой. Очень скоро он появился в комнате Ксюши.

– Мы завтра идем с тобой на презентацию нового технологического продукта. Ничего не планируй завтра вечером, – сказал отец Ксюши и обратил внимание на синий конверт, который держала в руках дочь.

– А, пригласительное у тебя. А я его найти не мог, – произнес отец.

Ксюша молчала. Она продолжила сидеть на кровати с открытым от удивления ртом, хотя вопросов было миллион.

В гостиной отец Ксюши напевал незатейливую песню себе под нос. Он сел на диван, взял из портфеля документы и стал просматривать их с выражением истинного удовольствия на лице. Отец Ксюши выглядел словно кот, который по самые уши вымазался в самой вкусной сметане на свете. Завтрашняя презентация приблизит его к очень большим деньгам.

Глава 4. Всё, о чем вы мечтали

Будильник прозвенел ровно в десять утра. Несмотря на то, что уснул с большим трудом, Никита проснулся часов в семь утра бодрым и полным сил. В животе порхали бабочки от сладкого предвкушения. Сегодня вечером состоится презентация, на которой Никита будет представлен публике как официальное лицо революционного проекта.

В теле появилось так много энергии, что сразу после пробуждения Никита встал, хотя обычно он любит поваляться. Он выпрыгнул из кровати, принял душ, а после него включил музыку через колонку, не особо задумываясь о том, что, возможно, соседи не очень хотят наслаждаться новейшими хитами с раннего утра. Никита вертелся у зеркала, репетировал свою речь, наиболее выигрышные позы и выражения лица.

План на день был такой: позавтракать, привести себя в порядок, поехать в ателье на примерку костюма, в котором он предстанет перед гостями, а после примерки – отправиться в медцентр на, так сказать, генеральную репетицию. Оттуда уже вся делегация направится на мероприятие. С утра Никите уже писали Андрей, руководитель PR-отдела, и маркетолог Ирина. Они интересовались Никитиным самочувствием и подбадривали. На самом деле, это была проверка, не сольется ли герой в последний момент. Никита ощущал себя знаменитостью.

Сегодняшний вечер сулил еще одно приятное событие. Друзья Никиты устраивают вечеринку по случаю “возвращения” друга. Кроме Лехи, никто из компании до сих пор не знает, где на самом деле Никита провел целый месяц. И сегодня об этом будет объявлено. Эту миссию Леха взял на себя. Он покажет прямую трансляцию, которая будет вестись с презентации. А после нее Никита ворвется на вечеринку под восхищенные возгласы товарищей. Такую картину представлял себе главный герой вечера. Их общий чат с друзьями не утихал со вчерашнего дня. Там вовсю шли обсуждения предстоящей тусовки.

Когда Никита шел по коридорам медцентра при полном параде, он ловил на себе заинтересованные взгляды молодых медсестер. Молодые сотрудницы клиники обращали внимание на высокого стройного мужчину в классическом черном костюме, а потом шептались о нем друг с другом.

Никита шел к кабинету Андрея, словно по подиуму. Лет восемь назад он хотел сделать модельную карьеру. Никите казалось, что с его внешними данными это будет очень легко, и слава, деньги и крупные контракты не заставят себя ждать, особенно в Москве. Никита смотрел показы мод, отрабатывал походку, искал рабочую сторону для фотосессий. Однако, кастинги отнимали много сил. В Москве большая конкуренция, и высоких и скуластых парней хватало. Никита пару раз снялся для небольшого интернет-магазина мужской одежды. Контракты от именитых дизайнеров на него не посыпались, а потом и в России глянец загнулся.

Даже Андрей, когда увидел Никиту в костюме, не смог скрыть удивления. На всех предыдущих встречах лицо революционного проекта появлялось в затрапезной футболке и джинсах. Сейчас же Никита действительно выглядел, как кинозвезда или модель Армани. Черный классический костюм придал ему элегантности.

– Ну дела, Никит. Выглядишь классно, вот то, что нужно сегодня! – произнес руководитель PR-службы.

Сам он тоже был в костюме, но в сером и с темно-синей рубашкой под пиджаком. Андрей был слегка приземистый и круглолицый. Темные волосы и борода аккуратно подстрижены. В официальном костюме и в очках он был похож, скорее, на преподавателя, чем на специалиста по пиару. Никита мог не переживать, что его затмят.

Дверь в кабинет распахнулась, в проеме показалась белокурая голова Ирины.

– Никита здесь? Ага, привет. Значит так, мы через пятнадцать минут выезжаем, на месте нас уже будут ждать визажист и парикмахер. Там есть что-то типа гримерки, – быстро тараторила Ирина.

Она также, как и Андрей, координировала мероприятие. Сегодня офис кор сменился на длинное черное платье, почти до пола. Никита рассматривал точеную фигуру, которое платье красиво подчеркивало. Ирина заметила оценивающий взгляд и улыбнулась.

Пиарщик и маркетолог начали обсуждать организационные вопросы, и Никите стало скучно. Он вышел в коридор.

– Слушай, выглядит просто…я в шоке, – тихо проговорила Ирина, глядя на дверь. – Все-таки не зря я его утвердила.

Никита дошел до стойки ресепшен. Ему так нравились восхищенные женские взгляды, который скользят по нему сегодня, что он захотел еще раз напитаться этим. На ресепшен сидела новая сотрудница, с которой Никита еще не был знаком. Он решил, что легкая светская беседа с нотками флирта никому не повредит.

В конце коридора распахнулась дверь.

– Никита, поехали! – скомандовала Ирина.

Никита вежливо попрощался с ресепшионисткой и направился вместе с Ириной и Андреем на выход.

Ксюша сидела с отцом на заднем сидении автомобиля и осмысливала происходящее. Вчера ее бывший парень вдруг объявил, что он – лицо медицинской революции и вручил странное пригласительное. Теперь они с отцом, нарядные, едут на мероприятие, и ее отец держит в руках точно такое же пригласительное с его собственным именем – Волчек Адам Натанович. Адам Натанович разговаривал с партнером, был очень весел и не замечал, что дочь выглядит смятенной. Обычно для Ксюши любое мероприятие – повод записывать сторис или кружочки для своих подписчиков. Любая совместная поездка сопровождалась щебетание дочери на фоне. Но сегодняшняя радость как будто не только ослепила, но и оглушила Адама Натановича.

Их машина остановилась возле стильного здания в стиле хай-тек. Причудливая форма, панорамные окна и стеклянная крыша на удивление хорошо сочетались между собой. Водитель вышел и галантно открыл перед Ксюшей пассажирскую дверь. У входа в здание собралась пресса. Ксюшу и Адама Натановича это нисколько не удивило. Они часто бывали на крупных мероприятиях. Деньги и статус давали их семье пропуск в светскую хронику.

Адам Натанович в свои шестьдесят с чем-то лет выглядел очень статным, несмотря на лишний вес, морщины и проседь в волосах. Природная харизма считывалась сразу. В отличие от своих знакомых, он не увлекался пластическими операциями, но несмотря на возраст, притягивал женские взгляды, как и в молодости. Ксюша, всегда стильно одетая и холеная, была похожа на его молодую жену.

Они грациозно вышагивали между рядами прессы. Адам Натанович в костюме глубокого синего оттенка, подчеркивающем голубые глаза. Ксюша – в нежно-розовом платье в пол с американской проймой, красиво облегающем стройную, загорелую фигуру. Они показали свои приглашения секьюрити и вошли в причудливое здание.

В просторном и минималистичном холле уже собралось много народу. Все мужчины в стильных и дорогих костюмах, а женщины – в вечерних или коктейльных платьях. Публика не была разношерстной: наоборот, все приглашенные на вид были почти одного возраста и примерно одного материального достатка. Гости разделились на группы для приветственного small talk. Холл вибрировал от голосов, раздававшихся отовсюду, как пчелиный улей.

Никита с Ириной и Андреем стояли в группе с еще двумя мужчинами. Никита их не знал, и забыл имена сразу после того, как они представились. Мужчины выглядели так же, как и остальные приглашенные: в костюмах, стильно подстриженные, с небольшим лишним весом. По доброжелательной интонации, с которой с ними общались Ирина и Андрей, Никита понимал, что это важные персоны. Но не самые важные, иначе Ирина бы растеклась и растаяла, как мороженное, как это было пять минут назад с очень богатым, но пожилым инвестором. Однако, огромные деньги и из него сделали конфетку в глазах Ирины.

Никиту мало волновали инвесторы. Он искал взглядом Ксюшу с самого приезда сюда, но ее нигде не было. Неужели, все-таки не поверила и не пришла? Разочарование стало неприятно сдавливать грудь.

– Никита, здравствуй, – произнесли рядом с его ухом.

Никита вернулся в беседу. В их кругу на месте инвесторов вдруг появились Антон и Соня. Антон Владимирович без халата выглядел маленьким и невзрачным. Дресс-код ему абсолютно не шел, чего не скажешь о Соне. Высокая и грациозная, в черном коктейльном платье, кподчеркивающим ее осиную талию и стройные ноги. Волосы, собранные в высокий хвост, открывали точеные скулы. Никита был рад ее видеть и на секунду даже забыл о Ксюше. Но тут же вспомнилась увиденная сцена в кабинете Антона. Что она в нем все-таки нашла?

– Волнуешься? – обращался Антон к Никите.

– Нет, – твердо ответил последний. Но это была ложь, на самом деле вся его храбрость куда-то улетучилась при виде всех этих богатых и деловых гостей, которые заполнили огромный холл.

Вдруг глаз Никиты выцепил невысокую фигурку в розовом платье. Он пригляделся, и сердце его застучало сильнее.

Ксюша стояла в другом конце зала. Никита собрался подойти к ней, но Андрей сказал: “Пора” и увлек его еще дальше от Ксюши. Большие двустворчатые двери в холле открылись, и гости степенно прошли в темный зал. Никита с Андреем вошли в небольшую дверь сбоку от главного зала. Они направились в закулисье, чтобы через считанные минуты предстать перед публикой на сцене.

Никита с Андреем прошли по узкому коридору и оказались за кулисами, откуда Никите открывался вид на половину зала и на сцену. Его же зрители увидеть не могли. Зал был похож на кинотеатр. Сидения были выставлены амфитеатром. Гостей не было видно, а сцена очень хорошо освещалась прожекторами. На большом экране крупным планом транслировалось происходящее на сцене для сидящих на задних рядах. Ведущий мероприятия, одетый, как и все, в официальный костюм, развлекал публику и готовил к основной части. И, наконец, он перешел к главному.

– Итак, господа, не буду вас томить. Сегодня большое событие. Я приглашаю на эту сцену Левицкого Бориса Игнатьевича. Прошу! – ведущий повернулся в сторону Никиты и указал рукой на микрофон.

Никита услышал шаги рядом с собой. Мимо него на сцену продвигался Борис Игнатьевич. Он кивнул Никите и вышел на сцену под вежливые аплодисменты.

– Дорогие друзья, добрый вечер, – начал свое выступление руководитель медцентра уверенным голосом.

– Я являюсь главой Центра Изучения Заболеваний Мозга уже пятнадцать лет, с самого его основания. Мозг и его возможности я изучаю уже сорок с лишним лет. И, пожалуй, сейчас наступил момент, когда мы с уверенностью говорим о том, что мы не только можем использовать наш главный орган на все сто процентов, но и дополнять его теми функциями, которые природой в нем заложены не были, но которые облегчат взаимодействие с современной средой. Ежедневно в мире происходят изменения. Наш центр придумал уникальное в своем роде решение, которое позволит, не побоюсь этого выражения, всему человечеству шагнуть на еще одну ступень выше. Я понимаю, то, что я сейчас говорю, звучит расплывчато и непонятно. Сейчас мы продемонстрируем вам презентацию.

В этот момент на большом экран за спиной Бориса Игнатьевича началась трансляция мини-фильма, которая была очень похожа на растянутый во времени рекламный ролик Iphone. Счастливые люди с белоснежной улыбкой использовали чип в самых разных ситуациях: ученые в белых халатах проводили эксперименты в лаборатории и одновременно обрабатывали данные, бизнесмены на переговорах общались с партнерами из разных стран без переводчика, сотрудник компании на совещании выдавал идеи одну за другой, студент получал премию из рук президента за выдающееся открытие.

– Все, о чем вы мечтали, – доносилось из динамиков. – вам больше не нужно судорожно искать информацию в интернете. Мировая библиотека уже находится в вашей голове. Беспрерывное обновление данных выполняется с помощью Искусственного Интеллекта. Любой язык и любая наука подвластны всем, кто обладает чипом. Мир принадлежит тому, кто владеет знанием. Станьте частью великого технологического прогресса уже сегодня!

Видеопрезентация закончилась, и зал взорвался аплодисментами. На сцене вновь появился Борис Игнатьевич. Он подождал, пока аплодисменты утихнут и продолжил выступление.

– Друзья, благодарю вас. Ваша реакция дает мне понять, что мы на верном пути. А сейчас я представлю нашего героя, который согласился стать первым человеком, прошедшим процедуру вживления чипа.

Борис Игнатьевич повернулся к Никите. Руки последнего вспотели, а сердце бешено заколотилось. Ноги стали ватными. Андрей подтолкнул Никиту в спину, и тот зашагал навстречу публике. Сам Андрей шел следом.

Стоять на сцене перед большим количеством зрителей Никите прежде не доводилось. Хотя он никогда не был стеснительным, важность мероприятия заставила его сильно нервничать. Ему казалось, что на него смотрит тысяча человек, а то и больше. На самом деле, гостей было в десять раз меньше. Хорошо, что первым говорить должен был не он. Язык Никиты стал каменным, а горло пересохло.

– Дамы и господа, добрый вечер, – начал Андрей. – Это наш первый испытуемый, хотя точнее будет выразиться, наш герой.

Андрей показал рукой на Никиту, и в этот момент внутри последнего что-то щелкнуло. Волнение ушло. Никита выпрямил спину и улыбнулся публике.

– Испытывать на себе новую методику лечения, которая имеет твердую доказательную базу, довольно рискованно. А стать первопроходцем совершенно новой процедуры – чистой воды героизм. Я бы вот не стал, хе-хе. Давайте поблагодарим Никиту!

И зал снова разразился овациями.

– Никита, слово тебе. Наши гости, уверен, хотят услышать твои комментарии и твои впечатления, – произнес Андрей и уступил место у микрофона.

Никита, уже полностью поверивший в себя, горо подошел к микрофону.

– Всем добрый вечер. Меня зовут Никита, как вы уже поняли. Месяц назад я прошел процедуру вживления. Сейчас в моей голове находится чип, который позволяет мне использовать технологические инструменты, не прибегая к взаимодействию с ними в физическом проявлении. Что это значит? Например, я пользуюсь всеми возможностями смартфона, не используя сам смартфон. Мне больше не нужно переживать, что я его где-то потерял: он всегда со мной, и я всегда на связи. Я могу получить доступ к абсолютной любой информации без долгих поисков в интернете. То есть, кто угодно может задать мне вопрос, а я выдам правильный ответ спустя доли секунд. Вскоре я, а также мои последователи, станут незаменимыми сотрудниками почти любой компании. Мы сможем обрабатывать огромные массивы информации, благодаря встроенному Искусственному Интеллекту, и на основе этих данных предлагать оригинальные решения, которые пока еще под силу только живому человеческому мозгу. Ко всему перечисленному, теперь я в совершенстве знаю любой язык. Можете нанять меня меня в качестве переводчика, ха-ха.

Человечество долго стремилось к тому, чтобы овладеть абсолютным знанием. Но наш организм несовершенен. Человек, каким бы одаренным он не был, не сможет одинаково хорошо изучить все области науки. Человек должен есть, спать, отдыхать. Базовые потребности отнимают большое количество времени. Искусственный Интеллект пополняет и обрабатывает информацию в чипе в то время, как человек отдыхает. Абсолютное обладание знанием возможно. И сейчас мы продемонстрируем вам это.

Никита закончил произносить подготовленную речь. Он не видел лиц зрителей, но атмосфера удивления, заполнившая весь зал, была такой густой, что ее как будто можно было потрогать.

Когда Никита вышел на сцену, у Ксюши от изумления открылся рот. И после того, как ее бывший парень произнес пламенную речь, она была одновременно в восторге, удивлена и в замешательстве. Все это отражалось на ее лице.

– Никита, давай начнем с самого, так сказать, простого, – Андрей снова появился рядом с микрофоном и вывел гостей из небольшого оцепенения. – Давай покажем, как ты используешь чип вместо смартфона.

– Давай. Уважаемые гости, обратите внимание. Я стою пред вами, у меня в руках ничего нет, – Никита приподнял руки ладонями вверх. – Сейчас Андрей подключит свой телефон, и в режиме реального времени вы увидите, как я использую чип.

Андрей показал публике свой телефон в руках, а потом подключил его к проектору. На экране отобразился рабочий стол пиар-специалиста. Он зашел в мессенджер и открыл их с Никитой чат.

– Давай, – скомандовал Андрей.

– Уважаемые гости, все внимание на экран, – произнес Никита.

На его лице появилось то самое выражение, как когда он демонстрировал свои способности Лехе. Он смотрел одновременно на зрителей и сквозь них. Взгляд был сосредоточенный.

На экране гости увидели строку “Печатает…” под именем Никиты, а потом и сообщение: “Привет”. Гости моментально перевели взгляд на руки первого испытуемого, но Никита держал их приподнятыми. В руках не было телефона.

– Как видите, я отправил сообщение, не используя телефона. Но ведь телефон может быть в руках у кого-то другого, это не доказательство, скажете вы. На этот случай я сделаю фото с помощью чипа и отправлю его. Андрей, улыбнись.

Андрей встал в позу с поднятыми указательным и средним пальцами на одной руке.

– Готово, отправляю.

На экране в чате Андрея и Никиты появилась только что сделанная фотография.

По залу пронесся одобрительный гул.

– А теперь, дамы и господа, мы предлагаем вам самим протестировать нашего испытуемого, – подошел к микрофону Андрей. – Поднимайте руку и задавайте Никите вопросы на любую тематику, а он будет отвечать на них в режиме реального времени. Вопросы могут касаться чего угодно: судостроительства, ядерной физики, астрономии. Не ограничивайте свою фантазию. Посмотрите внимательно, на Никите нет никакой гарнитуры, никто не подсказывает ему ответы. Давайте начинать. Кто первый?

Из середины зала потянулась рука. Мужской голос задал вопрос.

– Что такое средняя величина в статистике?

– Средняя величина в статистике – это обобщающая характеристика совокупности однотипных явлений по какому-либо количественно варьирующему признаку, который показывает уровень признака к единице совокупности, – сразу же ответил Никита, ни секунды не мешкая. – Она отражает определенный уровень, достигнутый в процессе развития явления к определенному периоду или моменту времени. Средняя величина помогает сгладить различия в значениях признаков, которые возникают у отдельных наблюдений из-за разных факторов, таких как квалификация, стаж, возраст, форма обслуживания и здоровье.

Мужчина удовлетворенно покивал головой. Тут же взмыла вверх женская рука, и прозвучал следующий вопрос.

– Можете процитировать “Одиссею” Гомера? Любой отрывок.

– Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который, долго скитался с тех пор, как разрушил священную Трою. Многих людей города посетил и обычаи видел, много духом страдал на морях, о спасеньи заботясь, жизни своей и возврате в отчизну товарищей верных. Все же при этом не спас он товарищей, как ни старался. Собственным сами себя святотатством они погубили: съели, безумцы, коров Гелиоса Гиперионида. Дня возвращенья домой навсегда их за это лишил он. Муза! Об этом и нам расскажи, начав с чего хочешь. Все остальные в то время, избегнув погибели близкой, были уж дома, равно и войны избежавши и моря.

Женщина, задавшая вопрос, поаплодировала. И тут же появилась в воздухе мужская рука.

– Здравствуйте! Умножьте, пожалуйста, триста восемьдесят девять тысяч пятьсот девяносто два на четыреста двадцать восемь.

– Получится сто шестьдесят шесть миллионов семьсот сорок пять тысяч триста семьдесят шесть, – моментально ответил Никита.

– Правильно! – воскликнул мужчина, задавший вопрос.

Ксюшины брови поползли вверх от изумления. Раньше Никита деньги считал с трудом и без калькулятора не мог сложить даже двузначные числа. Если ему правда никто не подсказывает ответы, то это чудо.

Дальше зрители старались перещеголять друг друга вопросами. Никита описывал, как добраться с Земли до Пояса Ориона, как рассчитать нагрузку на несущую конструкцию высотного здания, последние тенденции экономики. Никита сам поражался тому, сколько знаний теперь содержится в его голове.

Публика тестировала Никиту примерно час. Пришло время завершать церемонию. К микрофону подошел Борис Игнатьевич.

– Друзья, благодарю вас за доверие. Сейчас я хочу представить вам людей, без которых этот эксперимент бы не состоялся. Эти люди поверили в наше исследование. Я приглашаю на эту сцену главных спонсоров: Романова Игоря Афанасьевича, Корнилова Виктора Степановича и Волчека Адама Натановича.

Спонсоры начали подниматься на сцену. Услышав последнюю фамилию, Никита немного растерялся. Последняя встреча с Адамом Натановичем, еще во время отношений с Ксюшей, мягко говоря не задалась.

Спонсоры поравнялись с главврачом и Никитой. Борис Игнатьевич горячо благодарил и пожимал им руки. То же самое следовало сделать и Никите.

Игорь Афанасьевич и Виктор Степанович выглядели как обычные мужчины. По ним и не скажешь, у них есть огромные деньги. Когда Никита дошел до Адама Натановича, то постарался сделать самое уверенное лицо. Он смотрел отцу Ксюши прямо в глаза. Стальной взгляд Адама Натановича испепелял Никиту и совсем не сочетался с приветливой улыбкой, натянутой для публики. Лицо от этого выглядело жутко. Ему не нужно было применять физическую силу, чтобы морально подавить оппонента. Под таким взглядом невольно мысленно уменьшаешься в размерах.

Ксюша наблюдала со своего места за этим невероятным зрелищем.

Официальная часть завершилась. Гости вышли в холл. По их лицам было понятно, что они находятся под впечатлением от услышанного и увиденного. Все хотели сфотографироваться с Никитой. Герой вечера стоял на фоне пресс волла и широко улыбался. Первыми с ним сфотографировались главные спонсоры, а потом уже все остальные. Никита был словно пирогом, кусочек которого все хотели урвать. С женщинами он старался флиртовать так, чтобы спутницам инвесторов было приятно, но чтобы не вызвать ревность влиятельных партнеров. Никита надеялся на то, что Ксюша все это видит. Так и было.

Она наблюдала за тем, как экс-бойфренд купается в лучах внезапной славы, и ждала, что сейчас он отринет толпу и подойдет к ней. Но он этого не делал, и ей стало обидно. Для чего он тогда позвал ее сюда? Просто покрасоваться? Ксюша подошла к отцу, который обсуждал что-то еще с двумя инвесторами проекта. Адам Натанович попрощался с ними и вместе с Ксюшей направился к выходу.

После фотосессии Никита вместе с Андреем поехали в ресторан на банкет. Ирина куда-то исчезла. Скорее всего, она составила компанию какому-нибудь спонсору, который пришел без спутницы. В ресторане для них был забронирован целый зал. Гости расселись согласно карточкам, которые предусмотрительно были расставлены на столах. Никита оказался за одним столом с самыми важными людьми: Борисом Игнатьевичем, двумя главными спонсорами и Андреем. Глава пиар-отдела сидел здесь для того, чтобы Никите не приходилось отвечать на вопросы спонсоров самостоятельно, если такие возникнут. Никита ответил на все интересующие главных инвесторов вопросы, которые касались того, как Никита чувствует себя после процедуры. Потом внимание спонсоров переключилось на Бориса Игнатьевича. В этот момент Никита вышел из-за стола, чтобы кое с кем поздороваться. Он искал глазами Ксюшу, но ее не было видно. Зато его глаза встретились с незабудковыми глазами Сони. Они сидели с Антоном и тремя незнакомыми людьми в глубине зала. Соня улыбнулась и подошла к Никите.

– Привет, звезда, – весело поздоровалась Соня. – К тебе сегодня не подобраться.

– Чего это, ты можешь подойти в любой момент, – улыбнулся Никита. Он был рад ее увидеть среди толпы незнакомых людей. Внутри сразу потеплело.

– Как ты? – спросила Соня.

– Нормально, привыкаю к жизни вне клиники. Меня все обыскались, кстати. Сегодня у нас еще туса с друзьями. Собираюсь, кстати, переезжать в другую хату. Договорился на завтра, посмотрю, если понравится, сразу заеду.

– Жизнь идет полным ходом, – отметила Соня. – А у меня все по-старенькому. Работаю.

– А с Антоном как? Вы вместе пришли, получается?

– Ну, да, вместе. Мы решили попробовать…встречаться.

Никита улыбался и любовался Соней. Она в свою очередь ждала приглашения в гости, на новоселье или хотя бы на вечеринку. Но намекать на приглашение сама не решалась.

– Я пойду, посижу еще немного, а потом двину к друзьям, – произнес Никита и указал на свой столик. – Ты пиши, встретимся как-нибудь.

– Ладно, – Соня постаралась скрыть разочарование и выдавила из себя улыбку.

Вернувшись на место, медсестра поймала недовольный взгляд Антона.

Никита просидел еще час, улыбаясь, ведя светскую беседу и фотографируясь с разными гостями. Он время от времени просматривал чат с друзьями, которые нетерпеливо ждали его появления. Гости с любопытством наблюдали за ним

Наконец, виновник торжества мог отправиться по своим делам. Андрей помог ему тихонько улизнуть. Сидя в такси и готовясь ко встрече с друзьями, Никита прочитал сообщение, которое резко изменило его планы на вечер.

– Извините, мы можем поменять маршрут? – спросил Никита.

– Да, но вам две поездки тогда нужно будет оплатить.

– Не вопрос.

– Какой адрес?

– Саввинская Набережная, 13.

– Это Хамовники? На Каширскую не едем?

– Нет, сразу в Хамовники.

– Как скажете.

И водитель развернул машину в противоположную сторону.

Никита вошел в вестибюль элитного жилого комплекса. Внутренне убранство напоминало роскошный отель. Консьерж вежливо поприветствовал Никиту и спросил, куда он направляется.

– 4 этаж, квартира 207.

– А, прошу.

Консьерж явно был предупрежден о визите гостя, поэтому сразу же показал рукой на лифт.

В просторном лифте было почти настолько же чисто, как в медцентре, и пахло дорогими духами.

Никита вышел на четвертом этаже, подошел к нужной двери и минуту не мог решиться постучать. Но все-таки сделал это. Волнение охватило его. Дверь открылась. На пороге стояла Ксюша, уже не в вечернем наряде.

– Привет, – тихо сказала она.

– Привет.

Ксюша взяла его руку в свою и потянула в квартиру. Никита выключил чип. Этой ночью его никто не должен побеспокоить.

Глава 5. На следующий день

Солнечные лучи мягко проникали в комнату через невесомый тюль. Все тайны и секреты, заботливо укрытые темным одеялом ночи, стали обнажены. То, что ночью казалось волшебным и приятно волнующем, утром стало неловким и неуклюжим.

Кремовые оттенки комнаты, пушистые ковры и бежевые пледы странно сочетались с разбросанной одеждой. Декоративные вазы на стеллаже, выполненном из мягкого дерева, обзавелись новыми соседями – женскими джинсами. Светлое кресло, накрытое пледом, стало вешалкой для черного мужского пиджака.

Никита проснулся, когда игривые лучи достигли его закрытых век. Секунда потребовалась на то, чтобы вспомнить, где он находится. Окинув взглядом комнату и восстановив ключевые события прошлой ночи, Никита перевел взгляд на спящую рядом Ксюшу. Происходящее одновременно и радовало, и пугало. Как себя вести, когда она проснется? Он мечтал о том, чтобы у них все наладилось. И вот, наконец-то, Ксюша дала понять, что готова попробовать возобновить отношения. На этот раз хочется, чтобы все было идеально.

Пока Никита перебирал идеи, что говорить и как себя вести после ночи примирения, Ксюша сладко зевнула.

– Доброе утро, – проговорила она сонным голосом. – Давно не спишь?

Сейчас, после сна, Ксюша выглядела совсем не вредной и не капризной. Укрытая одеялом, улыбающаяся, с локонами, падающими на голые плечи, девушка выглядела особенно беззащитной и уязвимой. Нежный взгляд скользил по лицу Никиты. Он придвинулся поближе.

– Доброе утро.

Никита поцеловал Ксюшу и привлек ее к своей груди. Лежа в обнимку, немного смущенные, они оба чувствовали, что им не хватало друг друга.

На утро ни у кого планов не было. Поэтому влюбленные еще час провели в постели, а после – привели себя в порядок и не спеша завтракали на лоджии.

Никита активировал чип. Вчера он успел отписаться Лехе, что не приедет на тусовку, но пообещал позвать всех на новоселье в новую квартиру. Читать чат с друзьями он не стал, а сразу открыл любимый новостной канал.

Два часа назад там вышла новость о процедуре вживления. Даже была ссылка на прямую трансляцию со вчерашней презентации. Никита перешел по ссылке. Тысяча комментариев под видео за несколько часов! Никита судорожно проскролил их вниз, а потом поочередно стал заходить в другие новостные каналы. Везде была заметка о главном событии в истории медицины и ссылка на запись трансляции.

– Никит, ты чего? – спросила Ксюша.

Она обратила внимание на его лицо. Глаза были выпучены и быстро двигались вверх, вниз и в стороны. Рот приоткрыт. Брови приподняты. Со стороны было похоже на припадок.

– Везде пишут о вчерашней презентации. Читаю комменты.

Ксюша быстро взяла в руки телефон и тоже принялась скролить новости.

– Реально, – Ксюша была приятно удивлена.

Даже в ее информационном поле обсуждали вживление, вместо привычных сплетен со светских мероприятий.

– Так, нельзя упускать такой контент! – Ксюша подпрыгнула в кресле. – Нам надо снять сторис. Иди умывайся и волосы уложи красиво. Я легкий мейк нанесу.

Никита повиновался. Ему пришлось погладить свою белую рубашку. Через несколько минут они, одетые и причесанные, сидели в более фотогеничной комнате. Ксюша навела камеру сначала на себя и заговорила интонацией блогера.

– Ребята, всем доброе утро. Надеюсь, вы уже проснулись потому, что у меня для вас сенсация. Но сначала вопрос. Кто уже видел новость о том, у нас в Москве впервые провели процедуру по вживлению чипа с Искусственным Интеллектом? Ставьте любую реакцию.

Ксюша опубликовала первую историю.

– Подождем, – сказала она.

И через минуту телефон Ксюши задребезжал от уведомлений. Три человека отписались, что новость видели и считают, что это неправда.

– Ага, поехали.

Ксюша снова навела камеру на себя.

– Так, ребят, насколько я поняла, многие из вас уже видели эту новость и не верят, что человеку и правда вживили чип с ИИ. Но дело в том, что вчера я присутствовала на презентации. Мой отец – один из главных спонсоров проекта. Я своими глазами видела неопровержимые доказательства. Но это – еще не главная причина. Смотрите дальше.

Вторая история была опубликована.

– Так, сейчас снимаемся вместе. Я буду говорить, и когда закончу, поздоровайся с подписчиками. И я отмечу тебя. Дай-ка телефон.

– Телефон? – удивился Никита. Он вообще не был уверен, что взял его.

Никита подошел к креслу, на котором висел его пиджак. В карманах было пусто.

– А я его не взял.

– Ладно, заходи тогда в свой аккаунт через чип.

– Ага, зашел.

– Нажимай кнопку “Изменить”.

– Где?

– Вверху в профиле.

– Так, ага.

– В разделе о себе пиши: “Тот самый с чипом ИИ”.

– О себе… Написал.

– “ИИ” с большой буквы. Обе буквы.

– Эээ…так, сделал.

– Сейчас проверю.

Ксюша зашла в профиль Никиты.

– Хорошо. Только эту фотку удали, тебе нужно нормальный профиль создавать, – Ксюша показала фото, на котором изображен Никита на природе с банкой пива в руках.

– Зачем? Норм же фотка.

– Ты теперь публичный человек, к контенту нужно относиться ответственно. Нужно создавать правильный образ в глазах публики.

Никита вздохнул, но последовал совету.

– Все, вставай в кадр, – скомандовала Ксюша и вытянула руку с телефоном.

– Итак, друзья. Вот, собственно, главная новость этого утра. Я лично знакома с человеком, которому вживили чип. Это Никита Царев, мой…друг. Я лично, своими глазами видела, как он подключает чип.

– Друзья, всем привет! – произнес Никита, – Спасибо, что смотрите нас этим утром.

– Переходите в аккаунт Никиты, подписывайтесь и следите за первым человеком с чипом ИИ, – завершила речь Ксюша.

– Все, снято. Ты как телеведущий, блин, – смеялась Ксюша и передразнивала его последнюю реплику.

– А что было говорить? Ты и так все сказала, – оправдался Никита.

Ему нравилось, что девушка так оживилась.

– Так, посмотрим, – Ксюша снова открыла профиль Никиты. О, уже триста человек подписалось. Теперь тебе тоже надо будет снять сторис.

– Сейчас?

– Нет, надо переодеться. Ты же сегодня квартиру смотришь?

– Блин, точно! Я и забыл. Мне в три часа дня надо на просмотр.

– Успеешь переодеться. В своей старой квартире даже не думай ничего снимать!

– Хорошо. А хочешь со мной квартиру посмотреть?

– Хочу, – Ксюша улыбнулась. Она ждала, что ей предложат составить компанию.

Времени до просмотра оставалось мало. Никита ворвался в свое прежнее обиталище, быстро скинул с себя костюм и достал из шкафа самую чистую толстовку. Он быстро переоделся и уже был готов выходить, но почувствовал телефонный звонок. Это был Андрей.

– Алло.

Как же удобно разговаривать без телефона, наушников, гарнитуры и прочих приспособлений!

– Никита, привет. Надо обсудить с тобой продвижение в соцсетях. Помнишь, мы говорили об этом? И еще у нас на следующей неделе съемка рекламного ролика, третьего декабря. Я тебе скину сценарий, надо, чтобы ты его прочитал. А сейчас по соцсетям…

– Андрей, мне сейчас неудобно говорить. У меня просмотр квартиры запланирован. Точнее, говорить удобно и все остальное, но голова сейчас другим забита.

– Ладно, понял. Завтра с утра тогда обсудим. Надо начинать вести соцсети.

– Да я уже потихоньку начал, – проговорил Никита, заканчивая сборы.

Он окинул презрительным взглядом квартиру, в которой прожил почти год, и которая разваливалась прямо на глазах.

– Что ты сделал? Ты что-то опубликовал уже? – встревоженно спрашивал Андрей.

– Пока просто почистил профиль от фотографий, которые испортят мою репутацию.

Никита вышел из квартиры и закрыл дверь. В комнате тут же отошли обои.

– А, ну ладно, – пиар-менеджер облегченно выдохнул. – Ты пока ничего не публикуй без согласования.

– Хорошо.

– Тогда до завтра, Никит. Сценарий сейчас скину. Пока!

– До завтра, – попрощался Никита и убедился, что звонок завершился. – Он что, вообще не отдыхает?

Такси остановилось у закрытого шлагбаума.

– Все, дальше я заехать не смогу, – сказал водитель.

Никита поблагодарил его и вышел из машины. Набрал риэлтору, который должен был его встретить. Вскоре подъехало еще одно такси, из которого элегантно вышла Ксюша со стаканчиком кофе в руках. Через несколько минут к ним подошел риэлтор.

– Никита? Здравствуйте, я Михаил. Пойдемте, сейчас я вам все покажу.

Никита впервые попал на территорию элитного жилого комплекса не как курьер, – такой опыт у него тоже был, – и гость Ксюши. Он сам собирается здесь жить.

Территория явно была стилизована дизайнером и выглядела очень современно.

– Закрытый двор с круглосуточной охраной и видеонаблюдением. Проект придомовой территории разрабатывало шведское архитектурное бюро. Здесь все продумано до мелочей. Эргономичные скамейки. Детская площадка выполнена из высококачественных материалов, абсолютно безопасных для детей. Это так, на будущее, – Михаил с улыбкой посмотрел на Никиту и Ксюшу.

Процессия вошла в подъезд.

– Здесь у нас у нас лобби с кафе. Если захотите, например, поработать в другой обстановке, спуститесь сюда. В подъезде очень тихо, все жильцы очень деловые люди, бизнесмены. В квартирах тоже очень хорошая звукоизоляция. Вы, наверное, где-то в айти-сфере работаете?

– Ну…Не совсем. Я занимаюсь медицинскими разработками.

Все трое поздоровались с консьержем и вошли в лифт.

– Ого, круто! Над чем сейчас работаете?

Никита уже открыл рот, чтобы объявить, что он стал лицом новой технологической революции, но Ксюша перехватила инициативу.

– Он работает над проектом по внедрению Искусственного Интеллекта в области, связанных с заболеваниями мозга. Короче говоря, обучают ИИ изучать головной мозг и подбирать оптимальные варианты лечения. Это сейчас очень перспективно. Я просто тоже там работаю, – последняя фраза прозвучала в ответ на открытый от удивления рот Михаила.

– Вот это да, – восторгался риэлтор и проводил потенциальных арендаторов в квартиру.

Никита беззвучно возмущался тем, что Ксюша перетянула внимание на себя, но, увидев квартиру, забыл, о чем думал секунду назад.

Просторная кухня-гостиная с дизайнерским ремонтом и большими окнами, которые выходят на красивые, современные здания, над которыми возвышаются башни Москва-Сити. Большой синий диван, круглый стол в центре, продуманный кухонный гарнитур. Вторая небольшая, но светлая комната, была отведена под спальню. Почти всю спальню занимала огромная кровать с мягким изголовьем. У окна расположился миниатюрный рабочий стол.

В прихожей Ксюша открыла дверь в гардеробную и довольно пискнула. Она уже представила, сколько ее вещей может сюда поместиться.

Ванная хоть и не отличалась гигантскими размерами, но вместила все: полноценную ванну, стиральную машину и все остальные важные предметы. В прошлой квартире, которую снимал Никита, стиральная машина стояла на кухне, а холодильник – в коридоре. Эта же квартира была похожа на райское место.

– Мне в целом все нравится, – скромно произнес Никита.

– Хорошо, тогда давайте подпишем договор.

Михаил положил на круглый стол бумаги и ручку. Никита бегло прошелся по договору и поставил подпись. А после – перевел деньги риэлтору. Ксюша, наблюдавшая пейзаж за окном, обратила внимание на то, подпишет ли Никита договор. Ей все еще не верилось, что на этот раз все по-честному, и он ее не обманывает.

– Тут, кстати, рядом набережная. Ее недавно отреставрировали. Там очень хорошо теперь гулять. Идти всего минут десять, – продолжал Михаил рекламировать район, складывая договор в рюкзак.

– Оставляю вам ключи и ваш экземпляр. Располагайтесь.

Дверь за Михаилом закрылась. Ксюша победно вскинула руки в верх, побежала в спальню и с разбегу упала на огромную кровать. Никита сделал то же самое.

Все сбылось. Он богат, знаменит, а рядом – девушка мечты. И будущее сулило только хорошее.

На другом конце Москвы в стерильном и начиненном техникой кабинете сидел Антон. Все выходные он хотел провести с Соней. Масштабная работа по вживлению чипа, наконец-то, закончилась, презентация проведена, спонсоры умаслены. Сегодняшний день был спланирован. Пара собиралась отправиться на эко-ярмарку, потом – в ресторан, а затем – в кино. Но утром Соня понеслась помогать подруге, которую затопили соседи. И Антон решил посвятить свой выходной работе.

В любой непонятной ситуации он брался за работу. Рутинные задачи, сложные пациенты, заполнение историй болезней являлись для Антона островком спокойствия. Работа была той постоянной величиной, которая никогда не менялась: она всегда была, есть и будет. Все тревоги, сомнения и переживания гасились в медцентре.

Сегодня работа избавляла Антона от мыслей о том, что Соня держит его на расстоянии. Они совсем недавно стали парой, но не было похоже, что Соня готова сближаться.

В перерыве между изучениями графиков новых исследований, Антон зашел почитать новости. Почти сразу он набрел на фото довольного Никиты со спонсорами и новостью о прошедшей презентации. Перед глазами моментально возникла сцена на банкете: лучезарно улыбающаяся Соня стоит рядом с этим самодовольным позером. Врач погасил экран телефона и вернулся к исследованию, но не смог сосредоточиться. Тогда он решил в сотый раз открыть файл вживления чипа. Это был документ с кучей цифр, символов и графиков. Бегло пробежав глазами по всему файлу, он хотел его закрыть. Но вдруг глаз зацепился за одну из строчек. Антон присмотрелся внимательнее. Увиденное заставило его перестать дышать на несколько секунд. После того, как врач удостоверился, что глаза его не обманывают, подорвался с кресла и пулей вылетел из кабинета.

Глава 6. Снежный ком, который не остановить

Апартаменты в Хамовниках наполнились музыкой, женским смехом, ароматами благовоний и уходовой косметики. Ксюша воспользовалась командировкой отца и устроила девичник в их общей с отцом резиденции. К вечеру контент для соцсетей был отснят, бьюти-процедуры – выполнены. Слегка утомленные, но довольные, девушки в атласных пижамах расположились в не слишком уютной гостиной. Черный кожаный диван, стол из темного дерева, серые стены отлично справлялись с тем, чтобы создать обстановку собранности. Обычно в этой комнате проводил время занятой бизнесмен. Милые сувениры, статуэтки и подушечки полностью отсутствовали. Здесь ничто не отвлекало внимание человека, который приезжал в апартаменты, чтобы переночевать и обдумать задачи. Вторая комната была отдана Ксюше. В ней милых подушек, пушистых пледов, памятных сувениров было в избытке. Сегодня хозяйка вечера получила в распоряжение всю квартиру. В неуютной гостиной было больше места, поэтому обедать было решено здесь. Смеющиеся девушки в разноцветных пижамах выглядели неуместно, словно экзотические птицы, которых привезли по чьему-то заказу. Но неприветливая обстановка никому не мешала лакомиться свежайшими морепродуктами и дорогим шампанским.

– Девчонки, я вам щас такое расскажу, – решила Ксюша поделиться важной новостью. И, убедившись, что все подруги очень заинтересованы, продолжила. – Мы с Никитой снова сошлись.

– Чегоо?

– Как сошлись?

– Это тот самый Никита?

Ксюша рассчитывала именно на такую реакцию. Терпеливо дождавшись, когда поток вопросов иссякнет, она взяла в руки бокал и с тихим торжеством подтвердила: “Да, тот самый Никита”. Начался новый раунд возмущенных возгласов.

– Ты что?

– Как ты на это согласилась?

– Ну ты даешь!

– А что за Никита?, – спросила одна из девушек.

– О, я тебе сейчас расскажу! – выступила подруга, считавшаяся наиболее близкой приятельницей Ксюши.

Юля, высокая брюнетка в розовой пижаме, гордо приподнялась на диване, грациозно смахнула прядь длинных волос с плеча и начала рассказ.

– Пока ты была в Лондоне, у Ксюши завелся тюбик по имени Никита. Помнишь бар на Арбате? Ну, тот, куда мы ходили летом на Леркин дэ рэ? Короче, мы с Ксюшей пошли туда вдвоем. Значит, пришли, заказали то, се. Нам приносят кальян. Официант сказал: “Это за счет заведения”. Ну, мы обрадовались, поболтали с ним немного. Парень был приятный, симпатичный. Стал подкатывать к Ксюше. Сказал, что он – совладелец бара. Позвал Ксюшу на свидание. Я подумала, ну классно, нормальный парень Ксюхе подвернулся, не то что прошлый, Макс который.

При упоминании бывшего парня хозяйка дома закатила глаза. Остальные девушки с интересом слушали рассказчицу. Юля перевела дух, сделала глоток шампанского и продолжила.

– Они начали встречаться. И мы как-то собрались вчетвером: я, мой, Ксюша и этот. Пошли в рестик. А, стоп, я сначала предложила пойти в тот бар. Ну, логично же, раз он совладелец. Никита сказал, что там мероприятие на весь вечер, и мы пошли в другое место. Посидели, поели, все было хорошо. Приносят счет. Мой оплатил за нас, а за них – Ксюша! Я, конечно, это без внимания не оставила и потом уже, когда разъехались по домам, высказалась, что, типа, опять история повторяется, как с Максом. Ксюша начала уверять, что все норм, он сейчас просто вложил все деньги в новый бар в Москве-Сити, вот буквально на днях. Окей. Но дальше у этого тарелочника то одно, то другое: то у друга мама заболела, и он все деньги ему отдал. То у двоюродного брата какие-то проблемы с бизнесом, и он ему одолжил. Каждый раз, когда мы ходили в какое-то нормальное место, платила Ксюша. Домой он ее к себе не приглашал ни разу. По этому поводу тоже были постоянные отмазы: то соседи затопили, то арендодатели попросили срочно съехать. Это стало уже реально подозрительно. Я ей говорила, что будет такая же ситуация, как с Максом: займет деньги и пропадет. И что?

– И что? – повторила Ксюша, – Никита ничего не занимал.

Юля не обратила внимание на ремарку подруги и продолжила.

– Короче, я ее предупреждала. И вот, в сентябре, мы с Ксюхой пошли в тот бар вдвоем. Поели, попили, и мне немного не хватило денег заплатить. Я говорю, попроси Никиту за нас счет закрыть, он же совладелец. Ксюша писала ему, звонила, он не отвечал. К нам подошел администратор, спросил, что будем делать? Я на серьезных щах ему говорю, что мы сейчас позвоним совладельцу и все решим. Админ спрашивает, какому еще совладельцу. Есть только один владелец, и он в Турции живет. И имя какое-то назвал, я не запомнила. Ксюша ответила ему, что Никита тут совладелец, он сейчас все разрулит. Даже фотку ему показала, типа, вот совладелец, и мы с ним знакомы. Админ в этот момент начал ржать. Ну я, естественно, все поняла, попросила моего оплатить счет. И Ксюхе говорю, чтобы она заблочила этого тюбика. Еще один Макс ей не нужен.

– Офигеть! – вновь прибывшая подруга из Лондона не смогла скрыть удивления.

– Подожди, это еще не все! Админ сказал, что Никита в этом баре работает официантом. Говорит, сходите к нему домой, пусть объясняется перед девушкой. Позвал одного из официантов и заставил дать нам адрес. Это где-то в Коммунарке, если не ошибаюсь. Я уговорила Ксюху поехать сразу, не ждать, пока он очередной лапши навешает. Мы приехали в стремный спальник. Ну, сразу чувствуется, что здесь бизнесмен живет, ха-ха. Позвонили в домофон, поднялись, а там – дешманская, убитая квартира. Мы такие: “Вот, значит, где ты живешь?”. Этот стоял, мямлил, что сейчас все объяснит. Ксюша убежала вся в слезах, я за ней. Уехали, и я надеялась, она его забудет, как страшный сон. Ведь говорила, что надо его везде заблочить! И что ты думаешь?

– Он осмелился ей писать? – предположила та, ради которой случился ретроспективный эпизод вечеринки.

– Да, сначала он ей писал, умолял встретиться. Потом заявился сюда. Ксюша его зачем-то впустила. Кстати, в тот вечер дома был Адам Натанович. Этот тюбик заявился пьяный, кричал, что Ксюша все не так поняла, падал на колени. Адам Натанович его поднял и пытался выставить из квартиры. Тот вырывался. Пришлось вызвать консьержа, чтобы помог. Поэтому мне абсолютно не понятно, с какой стати ты с ним снова сошлась, Ксюш? Он не твоего уровня!

Девушки принялись обсуждать ожившие воспоминания. Ксюша перехватила эстафету рассказчицы.

– Ну, во-первых, он извинился и все объяснил. Никита сначала не мог даже подумать, что я обращу на него внимание. Соврал, чтобы мне понравиться. А когда все закрутилось, боялся, что я его отвергну. Да, он из бедной семьи, работает в баре. И он за все очень раскаялся. С Максом его даже сравнивать нет смысла, Юль. Тем более сейчас.

– А что сейчас? – спросила Юля.

– Сейчас он стал лицом медицинского эксперимента по вживлению чипа с Искусственным Интеллектом в мозг, – гордо произнесла хозяйка дома.

Юля чуть не подавилась роллом.

– Ксюш, ты…совсем ку-ку? Ты в это веришь? – откашлявшись, подруга смогла выразить свое удивление.

– Я в своем уме, и я присутствовала на презентации этого проекта. Отец – один из главных инвесторов. Вы новости читали вообще?

Виновница торжества показала подругам последние новости.

– Убедились?

– Он может что угодно имплантировать себе хоть в мозг, хоть еще куда, – комментировала Юля. – Но ни одна побрякушка не сделает из тюбика нормального человека. Это же просто железяка с проводами. А Никита твой как был лентяем и тарелочником, таким и останется.

– Не согласна. Он решился на это ради меня, – парировала Ксюша.

– Он сам так сказал?

– Отец, между прочим, хочет пригласить его к нам на ужин после командировки, представить бизнес-партнерам, – заявила хозяйка вечеринки.

– Конечно, это же его проект. Надо показать, куда бабки были вложены. Это не более, чем реклама, – ответила брюнетка.

– Нет, просто отец тоже понял, что Никита – перспективный.

– Ксюш, как ты такая наивная живешь? – наступала Юля.

– Девочки, давайте не будем портить вечер, – вступила в спор одна из приглашенных на девичник.

– Да, давайте еще шампанского бахнем, – подтянулись остальные, также желавшая разрядить обстановку.

Спор был прекращен и закончился ничьей.

На другом конце Москвы Никита в студии читал рекламный текст на зеленом фоне. Прожектора и софиты освещали его. Три камеры ловили каждое движение.

– Всё это будет возможно после установки чипа. Станьте человеком нового поколения уже сегодня! – проговаривал Никита последнюю фразу глубоким басовитым голосом, напоминающий голос деда Мороза.

– Снято! – скомандовал режиссер и моментально появился в центре съемочного павильона.

– Никит, что ты так кривляешься? Ты не играй, будь собой – режиссер произносил каждое слово с нажимом. – Ты – человек из народа, ты – простой парень. Это нужно показать, чтобы вызвать доверие, понимаешь?

Никита кивнул.

– Всё. Перерыв пять минут! – последнюю фразу режиссер крикнул уже всем.

Никита почувствовал легкую неуверенность после сделанного замечания. К нему подошла гример, чтобы подправить тон. Ее флиртующий взгляд вернул самооценку на прежний уровень.

– Начинаем! – раздалась громогласная команда.

И съемочный процесс возобновился. Никита встал на позицию. Прожектора осветили его со всех сторон.

– Я больше не боюсь оказаться в другой стране без знаний языка, – проговаривал Никита текст таким же басовитым голосом, но уже без интонации Деда Мороза.

– Станьте человеком нового поколения уже сегодня!

– Снято, – прозвучала команда. Тот, кто внимательно слушал режиссера, заметил бы, что тот тяжело вздохнул, а интонация стала минорной. – Все молодцы, всем спасибо.

Никита окрыленной походкой направился в гримерку. Он был очень доволен своей работой. А через два часа они встретятся в центре с Ксюшей. Жизнь была прекрасна, насколько это возможно.

Никита почти не опоздал. Он приехал на открытие новой кофейни, куда Ксюшу пригласили как блогера. Она приехала раньше и уже снимала контент для своих соцсетей.

Концепция кофейни – эстетика куклы Барби. Розовые стены, розово-белые столики и стулья, розовые занавески с бантиками. Убранство очень напоминало кукольный домик. Официантки были одеты в розовые платья и белые передники.

Если бы не Ксюшина реклама, Никита ни за что бы не одобрил идею пойти в эту кофейню. Такое обилие розового его раздражало. на открытие пришло много народа, – в основном девушек, – которые стояли в очереди, чтобы сфотографироваться в фотозоне: в розовом кресле с винтажным телефоном.

Ксюша заметила Никиту в толпе и помахала ему. Они поцеловались, а потом она попросила сфотографировать ее в фотозоне, пока никого нет. Когда Ксюша сменила двадцатую по счету позу и освободила фотозону, к Никите вдруг обратилась незнакомая блондинка.

– Извините, можете, пожалуйста, сфотографировать нас с подругами?

– Да, конечно, – Никите было приятно, что его навыки вдруг оценили. Его девушка только командовала и тяжело вздыхала.

– Кстати, а вы случайно не тот Никита, который с чипом?

– Это я!

– Вау! А можно с вами сфотографироваться?

– Конечно!

– Сейчас я подруг позову!

И девушка подбежала к своим подругам. Вскоре они втроем вернулись и попросили сфотографироваться с ним по отдельности.

Ксюша стояла в стороне и наблюдала, как ее бойфренд купается в женском внимании.

– Ксюш, сфоткай нас вместе, пожалуйста, – попросил Никита и сел в кресло, а девушки встали вокруг.

Он широко улыбался, а глаза блестели от радости.

– Готово, – Ксюша сделала пару фото без энтузиазма и удалилась за столик.

После того, как неожиданные фанатки оставили Никиту в покое, он вспомнил о Ксюше и подошел к ее столику.

– Я вообще не ожидал, если честно, – радовался герой дня. – Меня уже на улице узнают, прикинь? И подписчики растут!

– Рада, – бросила Ксюша. – Я поеду домой, у меня дела еще.

– Ксюш, ты чего? Мы же только пришли.

– Это ты только пришел, а я здесь уже час контент снимаю.

– Но мы же хотели вместе время провести?

– Ну, по тебе не заметно, что ты хочешь проводить со мной время. Я, видимо, просто твой личный фотограф.

– Ты обиделась что ли? Из-за фанаток? – Никита рассмеялся.

– Не сходи с ума. С тобой просто сфотографировались потому, что тема в тренде. Так ты нафиг никому не нужен.

– Эй, тормози.

– Мое такси уже подъехало.

– Ты реально уезжаешь? А я чего?

– А ты развлекайся.

Ксюша быстро оделась и вышла из кофейни. Никита был обескуражен тем, как внезапно они поссорились.

Он посидел еще пять минут. Ксюша не вернулась.

– Ну и ладно, – подумал Никита. – Напишу Лехе тогда, с пацанами встречусь.

Никита встал из-за стола, направился к выходу и наткнулся в дверях на знакомую брюнетку с пронзительными голубыми глазами.

– Ого! – только и смог он произнести, – давно не виделись. Привет.

– Привет, – улыбнулась Соня.

Никита мягко взял ее под локти и отодвинул от входа в кофейню.

– Не знал, что ты любишь стиль Барби.

– Не знала, что ты любишь стиль Барби, – Соня вышла из минутного оцепенения от встречи и заговорила привычным язвительным тоном.

– А вот, я полон сюрпризов.

Соня хихикнула.

– На самом деле у меня тут была встреча, но сорвалась.

– Встреча? Здесь? Никита, признайся, ты теперь не только человек с чипом, но еще и Кен для Барби?

– Признаюсь, иногда я себя чувствую Кеном для Барби, – произнес Никита с многозначительным видом.

Никита помог Соне повесить клетчатое пальто на вешалку. Они сели за столик.

– Ты пришла без Антона?

– Да. Мы хотели с подругой прийти на открытие, но она заболела. Я решила, что не откажу себе в удовольствии оказаться в розовом мирке. А Антон не любит ни кофе, ни кофейни.

– Понятно. Что будешь?

– Не знаю. Тут должны быть какие-то розовые круассаны. Хочу их попробовать.

– Я принесу тебе. Один? Два?

– Один.

Никита отправился за круассанами. Планы поменялись, и герой дня не испытывал чувства вины.

Он пробился сквозь толпу все прибывающих на открытие кофейни гостей. Сейчас он почему-то опасался того, что его снова могут узнать неожиданные почитатели. Хотелось поскорее раздобыть десерты и вернуться к Соне.

Спустя десять минут Никита протягивал розовый круассан улыбающейся подруге.

– Я себе тоже взял попробовать, – произнес он, надкусил круассан и поморщился. – Как же приторно!

– А мне нравится. Люблю сладкое, – ответила Соня.

– Да? По тебе не скажешь, – удивился Никита, окинув взглядом точеную фигуру.

– Хах, – хихикнула девушка. – Давай рассказывай, как ты?

– Отлично, как же еще! – Никите не терпелось поделиться своими новостями, поэтому он был рад, что подруга сама спросила. – Переехал в новую квартиру, снимаюсь в рекламе, веду соцсети. О, забыл рассказать: сегодня ко мне подошли первые фанаты. Точнее, фанатки. Попросили сфотографироваться.

И он потянулся в карман за отсутствующим телефоном, чтобы показать фото.

– Блин, забыл, что я теперь телефон не ношу. Я в сторис выложил, посмотри!

– Хорошо, – ответила Соня.

И в этот момент ее лежащий на столе телефон зазвонил. Подруга Никиты отклонила вызов.

– Не будешь отвечать? – удивился он.

– Нет, – ответила девушка. Но решила объяснить, – Это подруга. Она…ээ…просила перезвонить. Но я ей потом наберу.

– Понятно, – Никита сделал вид, что поверил.

Он всегда чутко замечал ложь и любовные интриги. И сейчас был процентов на девяносто уверен, что это звонил Антон.

– Квартира у меня теперь просто огромная, – Никита продолжил делиться последними событиями, – в подъезде – консьерж. Я прихожу, а он мне: “Добрый день, Никита”. Я ухожу, а он: “До свидания”. Ну класс же! Я не мог представить даже, что буду так жить.

– Здорово! – Соня внимательно его слушала.

– Я думаю, может машину купить? Бэху. Буду гонять под свою музыку – Никита рисовал себе картину блестящего будущего. – Кстати, ты-то как?

– Хорошо. Подала недавно заявку на грант. Если выиграю, смогу поехать учиться в Лондон. Там хорошая программа по нейрохирургии.

– Ого, да ты крутая!

– Хах, ну скажешь тоже – засмущалась Соня.

– Когда уедешь, не забывай меня, пиши. А ты долго там пробудешь?

– Год.

– Мда-а. А кто со мной на Бэхе кататься будет? – Никита скривил губы в печальной гримасе.

– Ты еще ничего не купил, а я – не выиграла. Может и успею покататься, если позовешь.

– Позову!

– Хорошо, на том и договоримся. А сейчас мне пора.

Подруга Никиты вышла из-за стола и начала надевать пальто.

– Куда?

– Домой, к экзаменам готовиться.

– Может, погуляем? – Никита не хотел так быстро прощаться с подругой.

– Ты на погоду посмотри.

За окном люди мокли от дождя со снегом. Тяжело вздохнув, Соня достала “Тройку” из сумки и переложила в карман пальто.

Никита нехотя попрощался с Соней и заказал себе такси. Мерзкая, промозглая погода оживила в воспоминаниях ссору с Ксюшей. Почему она не может быть такой же спокойной и рассудительной, как Соня?

Приехав домой, он решил все-таки задобрить свою девушку и заказал доставку цветов на ее адрес.

Через час курьер с букетом роз добрался до Хамовников и позвонил в дверь. Ксюша с дежурной вежливостью поблагодарила доставщика. Цветы не вызвали в девушке бурного восторга. Ксюша отнесла их в комнату, поставила в вазу и принялась листать ленту новостей. Из большой комнаты доносились мужские голоса.

Адам Натанович вернулся из командировки рано утром и сразу же принялся за работу. Ксюша привыкла слышать в доме только тишину и звуки клавиш ноутбука. Она заинтересовалась пришла в большую комнату, чтобы проведать отца.

– Пап, ты телевизор смотришь?

– Тсс, – отец приложил палец к губам.

Вверху экрана Ксюша заметила логотип канала “Наука и мир”. В студии сидели трое мужчин: ведущий и приглашенные гости напротив него. Одним из гостей был Борис Игнатьевич Левицкий, главврач медцентра, где проводилась процедура вживления. Он врезался в память благодаря многочисленным новостям в разных каналах с его фотографией. Кем был второй гость, Ксюша не знала. Это был худощавый мужчина средних лет с каштановыми волосами, собранными в хвост. Глаза блестели за очками в толстой оправе.

– Напоминаю, сегодня мы обсуждаем в студии процедуру, которая на устах буквально у всего мира – вживление чипа с Искусственным Интеллектом в человеческий мозг, – проговорил ведущий. – У нас в гостях руководитель Центра Изучения Заболеваний Мозга, Борис Игнатьевич Левицкий. А также – ученый-антрополог, Евгений Иванович Симонов. Борис Игнатьевич, наши зрители хотят знать, какие преимущества дает вживление Искусственного Интеллекта в мозг.

– С удовольствием отвечу на этот вопрос, дорогие зрители, – Борис Игнатьевич развернулся к камере. – Представьте, что вы вдруг получили доступ абсолютно ко всем знаниям мира. По сути, мы получили этот доступ уже давно, когда изобрели интернет, и специалисты разных областей стали публиковать свои наработки со всего земного шара. Но для того, чтобы получить необходимую информацию, нужно вручную вбить запрос, просмотреть множество источников, убедиться, что они достоверны. Это большая и длительная работа. Например, если вы – ученый и ищите результаты исследования по какой-либо теме, сколько времени у вас это займет, при условии, что вы точно не знаете, где искать? День? Может быть, два? Неделю? Искусственный Интеллект предоставит вам нужную информацию за считанные секунды и загрузит информацию вам в мозг. Представляете, насколько быстро вы сможете продвинуться в собственном исследовании, если не будете тратить время на запросы коллегам, в библиотеки и базы данных?

– Да, но как же быть с достоверностью источников в таком случае? – задал вопрос ведущий.

– Очень просто. Искусственный Интеллект обучен распознавать проверенные исследования от, так называемых, вбросов. И что самое важное, ИИ будет продолжать постоянно обучаться, даже в то время, пока вы спите.

– Звучит очень интересно, Борис Игнатьевич. Но, насколько я понимаю, доступ к знаниям – это не единственная функция вашего ИИ?

– Конечно, нет. Мы поставили перед собой цель создать продукт, который удовлетворит и утилитарные задачи. Получать информацию – это, конечно, хорошо, но что с ней делать дальше? Здесь наш ИИ также придет на помощь своему…ээ…хозяину. Если перед Искусственным Интеллектом поставить задачу найти наиболее оптимальное решение на основе имеющихся данных, ИИ это сделает. Сейчас объясню на примере. Наша целевая аудитория – не только ученые, но также и бизнесмены. И вот представьте, владельцу крупного предприятия, инвестору, необходимо решить, как распорядиться активами в связи с меняющейся экономической обстановкой. Бизнесмен дает задачу своему ИИ собрать всю информацию по экономическим трендам, трендам на разных рынках, потенциально привлекательных для инвестирования. Искусственный интеллект соберет, подчеркиваю, всю информацию во всех имеющихся источниках и на всех языках мира: новости, рейтинги, публикации во всех социальных сетях. Отчет будет предоставлен в виде графиков и цифр или в любом другом виде, в котором хозяину ИИ будет удобно воспринимать информацию. И все это будет сделано за секунды. Ни один живой сотрудник не сможет выполнить такой объем работы за такое короткое время.

– Действительно, это масштабная работа. Евгений Иванович, что вы думаете по этому поводу? – ведущий обратился к мужчине в очках.

Ученый внимательно и с интересом выслушал Бориса Игнатьевича. Когда к нему обратился ведущий, он выпрямился и заговорил неожиданно бодро.

– Это звучит все, конечно, очень интересно и заманчиво. Но! Обязательно есть какое-то “но”, и свое я сейчас озвучу, побуду немного дедом-брюзгой. Я только “за” то, чтобы ученые получали доступ к информации со всего мира в самые краткие сроки. Но я все-таки за то, чтобы люди не привыкали отдавать все задачи на аутсорс всяким Искуственным Интеллектам. Человек должен использовать свой мозг. Человек должен думать. Должен напрягать извилины. Создавать нейронные связи. А для этого необходимо учиться, вот прям так, чтобы мозг болел. Чтобы, после того, как человек поработал над задачей, ему захотелось пойти сожрать большой кусок мяса, потому что мозг потратил почти все калории.

– Но зачем так напрягаться, позвольте спросить? – задал вопрос Борис Игнатьевич.

– А я вам объясню. Но давайте вернемся к тому моменту, когда наш общий с обезьянами предок стал превращаться в человека. Предок слез с дерева, чтобы обеспечить себе доступ к большему количеству еды. Затем научился ходить на двух ногах. Человек научился добывать огонь и изготавливать орудия труда. И вот, спустя два с половиной миллиона лет мы сидим тут в теплой студии, пьем ароматный кофе в кружках с логотипами и ведем диалог. Все это стало возможным благодаря тому, что человек непрерывно учился приспосабливаться и менять окружающую среду под свои потребности. Ключевое слово здесь – учился.

– Наш ИИ как-раз таки для того и создан, чтобы помочь людям учиться.

– Ничего подобного. ИИ дает готовые решения, которые даже как будто и не нужно проверять. Люди очень ленивы по своей сути и очень быстро расслабятся. И потом, спустя какое-то количество лет, люди уже не смогут самостоятельно не то, что найти нужную информацию, но принять простейшие, на данный момент, решения. Люди начнут зависеть от ИИ. И что будет, если чип вдруг перестанет работать? Люди окажутся наедине с собой, а с непривычки – это ужас. Посмотрите, что творится с подростками, которые все детство провели с телефоном в руках. У них повышается уровень тревоги и начинается депрессия, если они не листают короткие видео или не отправляют кому-нибудь стикеры хотя бы пять минут. А с чипом даже листать ниче не надо, тебе просто загружают бесконечный дофамин прямо в мозг. Что будет, если его вдруг перестанут загружать?

– Такого не будет, могу вас уверить. Чип подключен к глобальной системе спутниковой связи, который просто не может выключиться.

– Борис Игнатьевич, на этой планете все может быть. А за ее пределами – тем более. Спутниковый интернет летает где-то в космосе. А что там происходит, во всем этом космосе, мы не знаем. И совсем не факт, что те, кто обслуживает этот интернет, успеют долететь, если в спутник полетит какой-нибудь астероид. И все.

– Мы это предусмотрели и заключили эксклюзивный контракт, согласно которому, в случае подобного форс-мажора, наш ИИ будет переведен на особый протокол и будет обслуживаться в первую очередь.

– Хорошо. Но дело, по большому счету, даже не в дофаминах и прочих прелестях, на которые подсаживаются люди. Человеческий мозг – это то, с чем мы родились. Это наш организм. А вы предлагаете внедрить туда какую-то металлическую штуку, которая живет своей жизнью и подключается к интернету. Зачем внедрять в живой организм посторонние предметы? Как показывает практика, это плохо заканчивается. Даже на примере косметологии и пластической хирургии: то тело отторгает импланты, то гиалурон в губах скопился, то ботокс деформировался. А говорить про металлическую штуку в мозгу – вообще страшно. Даже если поначалу все будет хорошо, в дальнейшем последствия будут плачевные. И как они отразятся на последующих поколениях людей – мы даже не представляем. Это снежный ком, который однажды превратится в огромный убийственный шар и начнет сметать все на своем пути. Нельзя внедрять в живой организм то, чего в нем быть не должно.

– Вы говорите как ретроград, – парировал Борис Игнатьевич. – Вы – ученый и должны понимать, что мир не стоит на месте. Наши исследования подтвердили, что внедрение чипа безопасно. Испытуемый живет и здравствует.

– Человек всего месяц живет с чипом в голове. Это еще не показатель.

– Коллеги, давайте ненадолго прервем нашу увлекательную дискуссию на рекламную паузу. Дорогие зрители, не переключайтесь, – сказал ведущий.

Адам Натанович выключил телевизор.

– Вот заноза, – произнес он, поворачиваясь к ноутбуку и совсем не обратив внимание на дочь.

– Кто? – напомнила о себе Ксюша, которая прослушала всю дискуссию.

– Да ученый этот. Симонов. Это не первая передача, где он выступает против внедрения чипа. И к нему ведь прислушивается научное сообщество.

– Тебя это тревожит?

– Да. Я вложил очень много в это исследование. И такие Симоновы все только портят. Для некоторых уважаемых людей этот выскочка – авторитет.

– И что делать?

– Работать с научным сообществом. Проводить более тщательные пиар-компании в этом сегменте. Но я точно не позволю, чтобы патлатый очкарик настроил общественность против этой процедуры.

Адам Натанович принялся очень быстро набирать текст на ноутбуке. Ксюша поняла, что диалог исчерпан и ушла в свою комнату фотографировать букет.

Глава 7. Надежный план.

Борис Игнатьевич Левицкий нервно стучал ручкой по столу. Его кабинет мерил шагами Адам Натанович со стаканом коньяка в руках. Их встреча шла уже два часа.

– Борис, мне нужна конкретная стратегия. Ты можешь мне ответить, как ты собираешься заткнуть Симонова? – Волчек с нажимом произносил слово “ты”.

Борис Игнатьевич тяжело вздохнул и сложил руки домиком.

– Адам Натанович, я вам в сотый раз повторяю. Если мы будем пытаться, как вы говорите, его заткнуть, то это обернется против нас. Нам нужны более весомые союзники в научном сообществе в целом. И мы работаем над этим. В следующем месяце мы выступаем на крупной конференции в США. Мы будем вещать на весь мир. И, могу вас заверить, что у нас сложились крайне теплые отношения с американскими коллегами. Наши разработки вызвали большой интерес. Оставьте в покое Симонова, не будьте параноиком.

– Параноиком? Борис, я вижу, что работа продвигается медленно. И все из-за него.

– Работа продвигается в нормальном темпе. Это совершенно новая технология! У нас уже пять тысяч заявок на установку чипа. Тысяча полностью оплатила и ждет операцию. На ближайшие полгода у нас все расписано. Большинство людей – консерваторы, вы же понимаете.

– Я рассчитывал на другой масштаб и хочу, наконец, увидеть то, что мне было обещано.

– Увидите.

Борис Игнатьевич никогда не показывал, что выходит из себя. Его речь была спокойной и размеренной. Оппонент, напротив, говорил очень пламенно и широко жестикулировал. С каким же трудом главврач сдерживался, чтобы не высказать инвестору все, что он на самом деле думает.

– Борис, я требую результатов. Я не благотворитель. Сейчас мне пора. Жду еженедельных отчетов, как договаривались.

Адам Натанович, не прощаясь, рывком открыл дверь кабинета и вышел в коридор. По пути к лифту он наткнулся на Антона, который шел на аудиенцию к руководителю.

Врач постучал в приоткрытую дверь.

– Входи, Антон. Здравствуй.

Антон прошел и опустился в кресло напротив руководителя.

– Здравствуйте. А что это Адам натанович вышел, как ошпаренный отсюда?

Борис Игнатьевич с тяжелым вздохом поднялся из-за стола и вышел на середину кабинета.

– Этот олух пролил на ковер коньяк, – холодно и спокойно проговорил главврач. – Как же тяжело скрывать презрение к людям в такие моменты.

Руководитель медцентра молча подошел к окну. Антон не знал, как начать разговор. Молчание продлилось еще пять минут и уже стало некомфортным для Антона.

– Борис Игнатьевич, я по поводу тех данных, что отправил вам. Меня смущает…

– Да, я все просмотрел.

– И как нам быть? – спросил Антон.

– Пока никак. Наблюдаем.

– Но это же…Это же…Мы должны хотя бы предупредить Царева.

– Испытуемому пока ни слова.

– Как ни слова? – врач похолодел.

Борис Игнатьевич медленно повернулся и направился обратно за стол, не спеша сел и сложил руки домиком.

– Я понимаю, Антон. Это тяжело. Но нужно увидеть полную картину. Отдельные всплески активности в графике еще ни о чем не говорят. И я убежден, что если что-то вдруг пойдет не так, мы первые об этом узнаем.

– Почему вы так спокойны?

– Потому что я в себе уверен. А сейчас я прошу тебя заняться своими делами.

Борис Игнатьевич открыл ноутбук, давая понять, что встреча завершена. Антон в смятении направился к выходу.

– Антон?

– Да?

– Прими успокоительное, если тебе это поможет, – произнес главврач, едва улыбаясь одним ртом.

Ирония это или неуклюжая забота – остается только догадываться. Но это совсем не то решение, на которое рассчитывал Антон.

Никита проснулся почти в обед. Неделя выдалась тяжелой. Он снялся в трех рекламных роликах, в фотосессии для билбордов, принял участие в четырех подкастах, дал интервью двум крупным журналам. Вчера вечером его пригласили на вечеринку инфлюенсеров. И это, пожалуй, было самое приятное событие за всю неделю. Естественно, на вечеринке он должен был не только развлекаться, но и рекламировать чип.

Вечеринка проходила в самом дорогом и самом недоступном ресторане в центре Москвы – в “Пещере”. На удивление, инфлюенсеры были удостоены чести побывать здесь. Иногда кажется, что даже у бизнесменов и политиков сейчас меньше власти, чем у блогеров.

Ресторан стилизован под пещеру. Внутри – три больших зала. Сверху свисали сталактиты, которые были эксклюзивно созданы Swarovski. В одном из залов шумел гигантский водопад с настоящей водой. Разместить такой необычный ресторан в центре Москвы стоило баснословных денег.

Никита наконец-то смог расслабиться. Он был без Ксюши. Весь вечер на него никто не обижался, не закатывал глаза, не заставлял делать миллион одинаковых фотографий.

На вечеринке не было и Андрея, который сопровождал его на каждую съемку и интервью. Никита общался с кем хотел и как хотел. В результате он перезнакомился со всеми топовыми блогерами страны.

Сразу же, после пробуждения, Никита активировал чип и зашел в соцсеть с картинками. Его вечерний выход принес ему около пяти тысяч новых подписчиков. Теперь его собственная аудитория слегка перевалила за миллион. Директ разрывался от сообщений, уведомления – от лайков и комментариев.

Никита встал с кровати и поплелся в ванную. Он оглядел свое жилище и причмокнул. Квартира нуждалась в уборке. Повсюду валялась одежда, пакеты и коробки из магазинов. Быстро приведя себя в порядок, Никита заказал клининг, оделся и вышел из апартаментов. Ключ оставил у консьержа. Сидя в такси и проезжая по Садовому кольцу, он увидел огромный рекламный щит со своим портретом.

Сегодня Никита в качестве блогера посетил элитный массажный салон на Патриарших прудах. Было очень приятно бесплатно воспользоваться услугой, которая стоит, как половина зарплаты какого-нибудь менеджера. За полный обзор процедуры ему еще и заплатили. Никита опробовал на себе мужской скульптурирующий массаж, затем – ванильно-массажный пилинг, а в завершение – массаж лица и маску с золотом. Ощущения внутри после уходового комплекса были невероятные. Но снаружи никакого эффекта Никита не увидел. Лицо до маски с золотом и после нее было совершенно одинаковое.

После съемки рекламы в салоне новоиспеченный инфлюенсер отправился обедать в ресторан, гости которого смотрели на него и перешептывались. За соседним столиком пила кофе популярная певица, чьи треки о несчастной любви звучали во всех музыкальных подборках. Она какое-то время наблюдала за Никитой, а потом подошла познакомиться.

Для Никиты это было неожиданно. Еще два месяца назад он слушал ее песни в баре и лайкал фото в соцсетях, а теперь она сама подошла к нему знакомиться. На прощание певица сказала, что ее продюсер свяжется с ним.

Никита быстро репостнул ее историю с совместным фото к себе. Мгновенно пришло восторженное сообщение от Ксюши. Удивительно, но при своих связях в светских кругах и финансах, Ксюше никак не удавалось наладить контакт с этой певицей. Это была вершина, которую возлюбленная Никиты не могла покорить. И в этот момент молодой человек наконец-то ощутил свое преимущество перед Ксюшей. И она, похоже, тоже начала понимать, кто в их паре стал “номером один”. Все обиды остались в прошлом. Вечером будет свидание.

Никита вернулся в сияющую чистотой квартиру. Но свидание ему хотелось провести с размахом, не здесь. Он пригласил Ксюшу сюда, чтобы вместе отправиться в Four Season. Номер уже был забронирован.

Раздался звонок в дверь. Ксюша, очень нарядная и накрашенная, стояла на пороге. Когда Никита открыл дверь, она приняла самую соблазнительную позу. На ней было темно-бордовое платье-лапша, идеально подчеркивающее фигуру “песочные часы”. Сверху была накинута белая короткая шубка.

– Выглядишь просто шикарно, – произнес Никита, скользя взглядом по стройной фигуре.

Ксюша молча подошла к нему и поцеловала.

– Хочешь вина? – с трудом произнес Никита. От неожиданно страстного поцелуя у него сбилось дыхание.

– Хочу.

– Сейчас, – ответил хозяин дома и удалился в кухню-гостиную. Девушка проследовала за ним.

Он отметил, что голос у Ксюши стал томный и низкий. Давно он его не слышал.

Молодой человек протянул бокал вина.

– Выглядишь охренительно, – продолжал Никита сыпать комплименты.

Ксюша сделала пару глотков, поставила бокал на стол, и они снова стали целоваться.

– Подожди, подожди, мне звонят. Сейчас отключу чип – Никите не хотелось прерывать ласки.

– Ответь, вдруг что-то важное— позволила Ксюша и удалилась из комнаты.

Звонил Андрей. Как же он не вовремя!

– Да, слушаю, – Никита не скрывал своего раздражения.

– Никита, здравствуй. Прости, что звоню вечером, но это срочно. У нас намечается очень важное интервью.

– Вообще-то мне неудобно говорить. Давай как-нибудь потом перезвони.

– Повторяю, это очень важно. Я договорился об интервью с Евгением Симоновым. Это известный ученый. Приезжай, пожалуйста, завтра в офис в десять, нам нужно обсудить стратегию.

– Андрей, может ты сам приедешь ко мне? Или давай встретимся где-нибудь в ресторане часов в двенадцать.

– Эм… Борис Игнатьевич будет присутствовать. Нам лучше в офисе собраться.

– Блин, ладно. Но давайте часов в двенадцать, раньше никак.

– Я попробую перенести. Отпишусь тебе.

– Ладно. И в следующий раз не звони в такое время.

– Постараюсь. До связи, – покладисто ответил Андрей.

– Совсем оборзели, – говорил Никита сам с собой. – Я им цирковая обезьяна, что ли?

Он обнаружил, что Ксюши в комнате не было. Раздраженный тем, что его сбили с настроя, он вошел в спальню, но остановился на пороге.

Комнату освещало только теплое пламя свечей, стоящих на прикроватных тумбах. И этот свет выделял великолепную обнаженную фигуру, лежащую на кровати. При таком освещении она казалась бронзовой Венерой.

Ксюша мягко протянула руку на кровати, указывая на место рядом с собой. Романтический настрой был спасен.

В кабинете Бориса Игнатьевича собралась команда: сам главврач, руководитель PR-службы и два менеджера по связям с общественностью. Не хватало только Никиты, с которым Андрей договорился еще вчера. Приглашенный опаздывал на тридцать минут.

– Некоторые люди просто не умеют себя вести, – спокойно проговорил Борис Игнатьевич.

Главврач внутри закипал от гнева. Никто еще не выказывал ему такого неуважения. Но с горечью руководитель медцентра осознавал, что сейчас он зависит от нерадивого испытуемого, а поэтому приходится терпеть подобные выходки. К счастью, срок контракта на PR-продвижение с Никитой близился к концу.

Андрей сидел в кресле и пытался дозвониться до Никиты. В последнее время он стал неуправляемым. Это уже не первый раз, когда он опаздывал на важную встречу. Всю прошлую неделю на каждой съемке он заставлял себя ждать. Но когда он появлялся, никто не смел ставить его на место, так, как сейчас он был сенсацией и самым желанным гостем.

Двое других менеджеров стучали по клавишам своих ноутбуков.

– Если он через пять минут не явится… – начал Борис Игнатьевич, но продолжать не пришлось.

Никита по-хозяйски вошел в кабинет. Он коротко со всеми поздоровался и вальяжно сел, сложив ногу на ногу, напротив главврача.

– Мы ждем тебя уже сорок минут, – процедил Левицкий.

– Извиняюсь, застрял в пробке, – ничуть не смутившись ответил Никита.

Он поставил локоть на стол Бориса Игнатьевича и подпер голову. Вся его поза говорила о том, что происходящее его нисколько не интересует. Взгляд равнодушно скользил по главврачу и Андрею, который выглядел очень нервно. Двое менеджеров у него за спиной с интересом наблюдали эту картину. Никто на их памяти не позволял себе так вести себя с их руководителями.

– Не будем терять время. Андрей, начинай вводить в курс, – Левицкий указал рукой на Никиту. Его единственного нужно было вводить в курс.

Борис Игнатьевич не мог выйти из себя, и единственным способом показать свое презрение к Никите стало то, что руководитель больше не обращался к нему по имени.

– Да, Никита, сначала спрошу тебя: ты знаешь кто такой Евгений Симонов? – начал Андрей.

– Нет.

– Ну, не лично, конечно. Я имею в виду, может быть, тебе попадались его видео в интернете. Он рассказывает про антропологию, много выступает с научно-популярными лекциями…

– Сказал же, не знаю.

Андрей причмокнул.

– Как я уже говорил, у тебя состоится с ним интервью в конце недели. Это очень важное интервью потому, что Симонов – медийный персонаж в научном сообществе, который имеет огромное влияние на своих коллег. Нам необходима поддержка научного сообщества в нашей стране и за рубежом. Кроме того, Симонов известен и широкой публике. К нему прислушиваются миллионы.

– Угу, – Никита старался сделать вид, что с интересом слушает.

Андрей поднялся с кресла и стал вдохновленно вводить испытуемого в курс дела.

– Изначально мы выбрали следующую стратегию: в научном сообществе процедуру представлял наш Борис Игнатьевич. А ты работал с массами. Однако, Симонов поставил условие, что в интервью он будет участвовать только с тобой. Мы предупреждали его, что о науке лучше говорить с Борисом Игнатьевичем или хотя бы с Аноном. Однако, он остался непреклонен. Загвоздка в том, что Симонов собирается задать тебе вопросы, но какие – мы не знаем. Мы не можем тебя по ним подготовить. Поэтому сейчас нам нужно, чтобы ты осознал ответственность, которая на тебя ложится.

С каждой фразой он подходил все ближе, и сейчас подошел вплотную к Никите.

Молодой человек зарыл пальцы в светлые локоны. Лицо стало задумчивым.

– Я понял, – произнес Никита.

– У нас есть вопросы от редакции канала, на котором состоится интервью. Ведущий, скорее всего, начнет с них, чтобы познакомить свою аудиторию с тобой. Там все стандартно: как ты жил до процедуры, как попал в проект, как себя чувствовал после вживления и как поменялась твоя жизнь. Отвечай так же, как на других интервью: не придумывай ничего. Делай фокус на том, что у тебя появились дополнительные возможности, насколько легче тебе стало, например, читать тексты на иностранном языке через встроенный переводчик. Расскажи, как ИИ помогает тебе отслеживать мировые тренды в соцсетях. И, чтобы это не было голословным, тебе нужно будет действительно это сделать.

– То есть, мне придется что-то читать на иностранном языке? – нахмурился Никита.

– Ну да. И посмотреть какой-нибудь фильм. Ты что, ни разу не пробовал эту функцию?

– Нет, – удивленно ответил блондин.

Андрей вздохнул.

– Пришло время начать. Симонов, возможно, будет тебя испытывать так же, как гости на презентации. У тебя хорошо тогда получилось.

– То есть, придется снова напрячь мозги?

– Да, но к счастью, это будут не твои мозги.

Один из менеджеров, сидевший на диване, хихикнул.

Еще около часа прошло в обсуждении того, как Никите вести себя на интервью. PR-менеджеры придумывали план, как отвлечь внимание аудитории канала с ученого на Никиту. Необходимо было перехватить инициативу и завалить ученого вопросами прежде, чем он успеет выставить в негативном свете Никиту. В конце встречи список вопросов для Симонова был составлен.

– Выглядит хорошо. План надежный. Главное, Никита, не теряйся, – просил Андрей. – По мировым трендам с тобой свяжется кто-то из ребят и поможет тебе.

Все попрощались на дружеской ноте. Андрей и команда вышли из кабинета.

– Никита, а ты останься, пожалуйста, – произнес Борис Игнатьевич.

Что ему вдруг понадобилось? Никита остановился посреди кабинета.

– Сядь, пожалуйста, – главврач рукой указал на кресло. – Есть ряд неожиданных вопросов, которые Симонов может задать. Команду связей с общественностью они не касаются.

Тихий и вкрадчивый тон напугал Никиту.

– И что это будут за вопросы?

– Сначала поговорим о твоем состоянии. Физическом и психическом.

– Прекрасное, – не задумываясь ответил испытуемый.

– Это очень хорошо. Симонов ратует за то, что внедрять технологии в живой человеческий мозг – ненужный риск. Мы проводили тщательные и длительные исследования, чтобы однажды совместить технологии и биологию. Ты – прямое доказательство того, что у нас все получилось. Если, конечно, ты ничего от нас не скрываешь.

– Я ничего не скрываю, – быстро ответил никита.

– Хорошо. Пойми, что ты прошел уникальную процедуру. Никто и никогда не внедрял Искусственный Интеллект в человеческий мозг. Мы решились рассказать всем об этой процедуре потому, что твои показатели были идеальны. Но если вдруг с тобой происходит что-то, о чем мы должны знать, если вдруг система дает сбой, нам придется все остановить. Люди, поверившие в эту процедуру, не должны пострадать.

– Я прекрасно себя чувствую, Борис Игнатьевич, – заверил Никита.

– Хорошо, я верю тебе. Можешь идти.

Никита и Борис Игнатьевич пожали друг другу руки. Молодой человек отправился домой.

Глава 8. Голос разума

У Никиты было три дня, чтобы подготовиться к подкасту. Нужно было научиться давать нейросети более сложные задачи, чем “Найди ближайший ресторан”, “Ранжируй актрис по размеру груди” и “Придумай подпись к видео”.

На съемках рекламы Никита транслировал огромные возможности, которые давал чип. Сам же он ни разу в жизни не воспользоваться ни аналитикой ситуации на фондовых рынках, ни переводчиком в режиме реального времени. Он говорил умные слова по заранее составленному тексту и показывал сцены из жизни, в которых никогда не оказывался. На интервью с Симоновым нужно будет продемонстрировать, что чип действительно открыл ему новые возможности.

Сначала Никита честно старался. Смотреть фильмы в оригинале ему даже понравилось. Но изучать экономическую обстановку, тренды в мире технологий и науки оказалось скучно, нудно и неприятно. Нейросеть выдавала на запросы подробные графики, статьи от ведущих экспертов, переведенные на русский язык, ссылки на лекции. Оставалось это все только посмотреть и переварить. Не получилось. Никита сдался и решил: будь что будет. Его контракт на продвижение процедуры подходил к концу. Даже если он провалится на этом подкасте, лично для себя Никита никаких рисков не видел. Да и у медцентра в этом плане все было в порядке: Никита лично знал нескольких людей среди известных блогеров, кто уже готовился к вживлению. PR-кампания сработала.

Чип действительно открыл молодому человеку новые возможности. Финансовый успех кружил Никите голову. За каждое мероприятие в рамках PR-кампании ему выплачивали немаленькие суммы. Популярность в соцсетях росла. Он стал настоящим инфлюенсером, с которым желали сотрудничать крупные бренды. Реклама приносила впечатляющий доход, которого хватит на то, чтобы жить на широкую ногу после того, как контракт с медцентром завершится. Никита не был особенно разборчив в том, что рекламировать. Кто больше заплатил – того и тапки, так считал молодой человек. Бренды дорогих часов, элитные косметологические клиники, бренды мужской одежды, букмекерские конторы, фармацевтические компании, специализирующиеся на БАДах, агентства недвижимости – все хотели попасть в сторис к “тому самому, с чипом”. Реклама обеспечила Никите покупку свежей БМВ и уверенность в том, что он быстро погасит за нее кредит. В планах появилась поездка в Дубай.

Близился День рождения. Никите хотелось отметить свой праздник с размахом. Он уже забронировал один из самых дорогих ресторанов Москвы и пригласил всех, кто вписывался в его новую гламурную жизнь. Никита думал о том, чтобы позвать и Леху. Он пытался представить простоватого, немного грубого и прямолинейного друга среди лощеных блогеров, Ксюши, ее богатых подруг и их бойфрендов-стартаперов, популярных певиц и рэперов, моделей и контент-мейкеров. Леха будет выглядеть неуместно. Никита посчитал, что окажет товарищу честь, если не заставит его быть там, где ему явно не место. Гораздо лучше будет приехать к нему в гости.

Наступил день съемки подкаста. Никита быстро собрался и поехал в студию. Борис Игнатьевич и Андрей умоляли его не опаздывать.

Никита вошел в студию ровно в назначенное время. Его встретила миловидная ассистентка и проводила в гримерку. Там его уже ждал Борис Игнатьевич. С ним работал гример.

– Никита, здравствуй. Спасибо, что вовремя – спокойно произнес руководитель медцентра. – Я решил, что мне тоже стоит принять участие в этом подкасте.

– Ладно, – пожал плечами молодой человек и сел на высокий стул.

После того, как визажист подготовил Никиту, в гримерную вошла ассистентка и пригласила их в студию.

Студия оказалась просторной и темной. За большим круглым столом сидел незнакомый мужчина. Рядом с ним стоял молодой парень в черной футболке и черных брюках и настраивал свет. Плотно сложенный высокий мужчина с короткими темными волосами и бородой, поприветствовал вошедших. Это был ведущий подкаста. Его лицо показалось Никите знакомым, но он не мог вспомнить, где мог видеть этого человека. Мужчина, сидевший за столом, встал и представился. Это был Евгений Симонов. Никита представлял знаменитого ученого надменным стариком и заранее испытывал к нему неприязнь. Перед ним же предстал невысокий мужчина в белой рубашке с надетым поверх вязаным жилетом и немного потертых темных джинсах. Евгений лучезарно улыбнулся и пригласил новоприбывших сесть рядом. Симонов казался совершенно не злым и не надменным.

Ведущий нарезал круги по студии и повторял скороговорки. Левицкий сел рядом с Симоновым. Они принялись обсуждать какую-то новость таким добродушным тоном, словно старые приятели встретились за чашкой чая.

В студию вошла молодая невысокая женщина. Она рассадила ведущего и гостей по периметру стола. Теперь ведущий сидел посередине, по правую руку разместились Никита и Борис Игнатьевич. Симонов сидел по левую руку ведущего. Два молодых парня в черных футболках слушали команды женщины. Один продолжил настраивать прожектора, стоящие рядом с гостями. Второй прикреплял к их одежде петлички. Наконец, студия была полностью готова к записи. Женщина отошла в дальний конец студии к камерам и скомандовала: “Мотор!”.

– Друзья, привет! Вы смотрите очередной выпуск “Круглого стола” с Артемием Зайцевым. Артемий Зайцев – это я, – ведущий указал на себя руками.

Никита вдруг вспомнил, где его видел. Ему попадались короткие нарезки его подкастов. Гости его программы кричали друг на друга, стучали по столу, выходили из себя и становились мемами.

– Сегодня у меня в студии самый популярный человек – Никита Царев, тот самый с чипом в голове, – продолжал Артемий, – руководитель Центра Изучения Заболеваний Мозга Борис Левицкий и кандидат биологических наук Евгений Симонов. Сегодня в рубрике “Точка зрения” гости выскажутся “За” и “Против” установки чипа с Искусственным Интеллектом. И в первую очередь, я, конечно, хочу выслушать твою точку зрения, Никит. Я постоянно вижу рекламу с тобой и уже сам хочу поставить себе этот чип. Давай, расскажи, как тебе с ним живется. Напоминаю, что у нас канал без цензуры, можешь говорить, как чувствуешь.

– Артемий, привет. Мне с чипом заебись.

Ведущий, Симонов и Никита засмеялись.

– Всё, вопросов больше нет. Шучу, есть, конечно. Когда я анонсировал интервью с тобой, мне в личку во всех соцсетях написали миллион вопросов, чтобы я тебе их задал, – ведущий взял в руки телефон и стал зачитывать вопросы. – И первый вопрос: что ты чувствовал, когда тебе вживили чип? Ощущаешь ли ты, что у тебя в голове инородный объект?

– Мне на всех интервью задают этот вопрос, – начал Никита, – и я повторю то, что я говорил до этого: я совсем не чувствую, что у меня в голове есть какой-то объект. Когда я очнулся после операции, у меня немного болела голова в том месте, куда мне вживили чип. Но это нормально, если тебе просверлили голову. Через неделю после операции боль окончательно прошла. Так что не бойтесь, дорогие подписчики, это совсем не больно и не страшно.

– Фух, ну раз не больно, тогда оформляйте меня, Борис Игнатьевич. Поедем устанавливать после интервью, – веселился ведущий. – Следующий вопрос от подписчицы: какими функциями чипа Никита на самом деле пользуется? Я не верю, что он каждый день следит за акциями на фондовом рынке и считает физические формулы. Я смотрела его соцсети, и он не похож на того, кто все это делает. Зачем он обманывает? Хмм, отличный вопрос. Никита, что скажешь?

– Скажу, что, конечно, я не использую чип на максимум каждый день. Я выбираю функции по ситуации. Люблю, например, фильмы в оригинале смотреть. По поводу акций и фондового рынка отвечу: я человек не бедный и мне важно понимать, как я могу грамотно распорядиться средствами. Эту функцию я периодически использую и изучаю аналитику. Физические формулы, которые я рассчитываю в рекламных роликах, в быту мне действительно ни к чему. Зато если раньше я бы оказался в обществе с известным ученым, – Никита указал рукой на Симонова, – мне было бы не о чем с ним говорить. Я плохо учился в школе, и многие знания оказались для меня недоступны. Теперь я чувствую себя комфортно в обществе и ученых, и бизнесменов, и политиков. Я могу поддержать разговор на любую тему потому, что я очень быстро понимаю контекст.

Этот ответ был сгенерировал нейросетью. Никита всегда использовал своего нейропомощника на интервью. Ответ встраивался в его мозг настолько быстро и плавно, что никто еще не понял подвоха.

– Это здорово. Я теперь точно, как только обзаведусь чипом, сразу начну инвестировать. Сейчас все эти акции, ставки и прочее – темный лес для меня, – махнул рукой ведущий. – Деньги начнут делать деньги, а я буду лежать на пляже где-нибудь на Мальдивах.

– Артемий, а кто же будет тогда вести ваше шоу? – улыбался Симонов.

– Ладно, буду вести, но уже для души, а нейросеть соберет за меня информацию, пригласит гостей, смонтирует видео. Правильно, Борис Игнатьевич?

– Конечно, одна из основных функций чипа – быстро проанализировать информацию и предложить лучшие решения на основе данных, – включился в беседу руководитель медцентра.

– Ну что ж, дорогие подписчики, вы в безопасности. Артемий Зайцев пока еще никуда не уходит, – успокоил ведущий. – Но хотелось бы, Никит, узнать, как лично ты используешь нейросеть ежедневно.

– Я изучаю тренды в медийном пространстве. Я активно веду свой блог и стараюсь быть в курсе всех новых мемов, песен – в общем всех трендов, чтобы успеть их обыграть. Как только выходит что-то новое, я сразу же узнаю об этом.

– Супер! Даже я чувствую, что я, имея команду, которая работает двадцать четыре на семь, не всегда за всем успеваю. Ребята, – Артемий обратил взгляд позади камеры, которая была направлена на него, – вам бы всем тоже чип поставить, ха-ха.

Гости посмеялись.

– Ну, хорошо. Точку зрения Никиты мы все услышали. Человек действительно кайфует от того, что у него появились дополнительные мозги, дополнительная память и, чего уж скромничать, феноменальная скорость обработки информации. Теперь я передаю слово Евгению Ивановичу Симонову. Уж не терпится послушать, что вы обо всем этом думаете.

Симонов то ли хихикнул, то ли откашлялся, и вступил в диалог.

– Ну, я уже не раз говорил, что я обо всем этом думаю. Повторить мне не сложно. Я против, подчеркиваю, абсолютно против вживления нейрочипа в человеческий мозг. Хотите использовать дополнительную машину для обработки информации? Пожалуйста, но делайте это с помощью смартфона или компьютера. Но не…Пихайте постороннюю штуковину в свой организм! – Симонов говорил горячо и эмоционально. – Но почему же? Это безвредно, исследования и живой пример это доказали, – парировал Артемий, указывая рукой на Никиту.

– А я повторюсь: организм человека к этому еще не готов. И будет ли вообще когда-то готов? Тело иногда отторгает такие же органы, от такого же человека, просто другого. А какие будут последствия при отторжении совершенно инородного тела?

– Евгений Иванович, вы как всегда горячитесь, – вступил Левицкий. Он говорил спокойно и вкрадчиво, – и уже месяц повторяете один и тот же тезис, что организм непременно отторгнет чип. Но посмотрите сами, испытуемый жив и здоров. Это ли не доказательство того, что процедура удалась?

– Для меня – нет. Слишком мало времени прошло. Нужно наблюдать минимум год. И кроме возможных печальных последствий я пытаюсь обратить внимание на другой не менее важный аспект. Люди перестануть задействовать свои собственные мозги. Зачем теперь изучать языки? Зачем вырабатывать критическое мышление, проверяя информацию и сравнивая разные источники самостоятельно? Всё теперь подается на блюдечке. А к чему это приведет? К неспособности принять решение, не полагаясь на внешний источник? К синдрому Альцгеймера?

– Евгений Иванович, ну как же люди перестанут обучаться и критически мыслить? Мы же все взрослые люди и понимаем, что обучение нам необходимо, – пытался защитить процедуру ведущий.

– Артемий, нет у нас в природе никакого искреннего желания обучаться. У человека должна возникнуть необходимость чему-то научиться, чтобы выжить и заполучить как можно больше ресурсов. В общем, с такими чипами, если они все-таки станут популярны, вся надежда на ручной труд. Интеллектуальный труд обесценится и станет не нужен.

– Не согласен с вами. Все как раз наоборот: мы помогаем сделать интеллектуальный труд в разы эффективнее, – спокойно и твердо парировал Борис Игнатьевич, – Наш чип способен освободить специалиста от скучных, рутинных задач и освободить творческий потенциал человека. Лично вы сможете гораздо быстрее проверить гипотезы и писать научные работы. Наука начнет развиваться быстрее.

– Не согласен. Я свой труд уже оптимизировал: отдаю рутинные задачи лаборантам.

– А представьте, сколько полезных идей смогут предложить ваши лаборанты, если не будут завалены бумажной работой, таблицами и мытьем пробирок.

– Если бы мои лаборанты предлагали действительно полезные идеи, то это я бы мыл за ними пробирки. А рутинные задачи им сейчас нужны, чтобы хоть чему-то научиться, чтобы хоть как-то применять и оттачивать свои навыки. Даже если каждый мой лаборант – это алмаз, ему необходима огранка, чтобы превратиться в бриллиант. И каждому человеку это нужно. Только настоящий и честный труд, совершение и исправление ошибок, способны превратить задатки в талант и мастерство. А нейрочип лишит людей такой роскоши. Знаете, почему я не против использования нейросети в телефоне или в компьютере? Потому что в таком случае у человека есть выбор, использовать ее или нет. Загрузка готовых решений прямо в мозг этого выбора лишает. Соблазн отказаться от трудностей, даже если они во благо, слишком велик.

После пламенной речи Симонова воцарилась тишина. Первым ее нарушил Левицкий.

– Говорите за себя. Мы, видимо, о людях лучшего мнения, чем вы. И мы уверены, что создали предмет, который несет огромную пользу. Вы считаете себя голосом разума, Евгений Иванович, но может быть дело в том, что вы – противник прогресса? Мы стоим на пороге новой технологической революции. И наш опыт показывает, что это – уже не мечты, а реальность. Что скажете?

– А я уже все сказал, – развел руками Симонов.

– Что ж, горячая получилась дискуссия, – потирал руки Артемий, в предвкушении миллионных просмотров. – Я на это и рассчитывал, – ведущий подмигнул в камеру. – Надеюсь, дорогие слушатели, вам будет так же интересно, как и мне, услышать эти две разные точки зрения на самую волнующую тему этого месяца: вживления нейрочипа. Подписывайтесь, ставьте лайк, пишите свои разгромные комментарии и, конечно же, пишите, кого хотите видеть у нас в студии в следующий раз. Всем пока!

– Снято! – скомандовал невидимый режиссер.

– Фух! Класс! Вот это вы раздали огня. Наука – это круто! – ведущий явно был очень доволен.

Хорошим результатом этого подкаста считается то, что гости готовы подраться друг с другом. Ведущий всегда старается подобрать темпераментных, горячих людей с разными точками зрения. В этот раз Артемий немного ошибся. Евгений Симонов всегда славился своей горячностью, говорил ярко и громко. А вот Борис Игнатьевич привык держать лицо. Драки не произошло, но напряжение в студии было таким, что его чувствовала вся команда. Никита всю запись нервно ерзал в кресле. Интеллигентные люди не позволили себе перейти на личности, но их взгляды и интонации говорили сами за себя. Поэтому ведущий не сомневался в успехе этого выпуска, и его радость можно было понять.

Артемий пламенно поблагодарил своих гостей и удалился в гримерную. Левицкий быстро взял под локоть Никиту и увел из студии.

– Я думал, Симонов тебя в порошок сотрет, хе-хе, – поделился Левицкий по пути в гримерную, расслабленно и довольно улыбаясь.Войдя в гримерную, он плюхнулся в кресло.

– Да, я ждал какого-то подвоха. Но я подготовился, – Никита гордо выпятил грудь.

– Молодец, ты хорошо держался.

Никита снял легкий грим ватным диском, поправил локоны и взглянул на свои новые дорогие часы.

– Борис Игнатьевич, я могу уйти? У меня дела…

– Да, конечно. Мы на сегодня закончили. Только, прошу тебя, – Левицкий понизил голос до шепота, – если этот приставучий Артемий начнет что-то выспрашивать, ничего конкретного не отвечай.

– Хорошо, – также шепотом ответил Никита, попрощался и выскользнул за дверь.

Он воровато оглянулся по сторонам. Коридор был пуст. Молодой человек расправил плечи и двинулся к выходу.

Дневной свет, отражавшийся от снега, больно ударил по глазам. Грудь наполнил холодный свежий воздух. Никита деловито надел черный очки и уже был готов направиться к новенькому BMW.

– Борис Игнатьевич побоялся оставить тебя со мной наедине? – произнес уже знакомый голос за спиной.

Никита вздрогнул от неожиданности. Обернувшись, он увидел Евгения Симонова. Нужно было что-то убедительно соврать.

– Да я…Мы собирались…Как бы сказать…

– Я все понимаю, – дружелюбно подмигнул Симонов и подошел ближе. – Но вот скажи мне наедине, без камер, – обещаю, я никак не буду это использовать, – у тебя правда нет никаких проблем из-за чипа? Голова не болит? Давление не поднимается? Не бойся признаться, если что-то пошло не так. Это не твоя вина.

– У меня все отлично. Я полностью здоров, – четко ответил молодой человек.

– Нет ничего важнее здоровья. Ты его не купишь потом не за какие деньги. Разве оно стоит того, чтобы тешить чужие амбиции?

– Со мной все в порядке, Евгений…– Никита силился вспомнить отчество ученого.

– Можно просто Евгений.

– В общем, со мной все нормально. Мне пора. До свидания.

– До свидания, Никита.

Мужчины разошлись в разные стороны.