Lanpirot
Позывной "Хоттабыч"#9. Исчадие Кромки (ч. 2)

Глава 1

– Мать моя женщина! – непроизвольно воскликнул я, узнав в представшем передо мной Владыке Света до боли знакомые черты. – Какого хрена ты тут забыл, Кощей?!

– Ы-ы-ы… – выдавил Кощей. – Чего? – По выпученным глазам великана, неожиданно увеличившихся до размера столовых тарелок, мне стало ясно, что здесь что-то не так.

Иначе, с какого-такого перепуга мой друг, соратник и «брат» (если принять во внимание, что я тоже в какой-то мере Асур) так реагирует на моё, в общем-то, безобидное заявление? Вместо этого, завидев меня, он должен был вскочить со своего пафосного золотого кресла, больше напоминающего трон, и раздавить меня в своих крепких дружеских объятиях!

А он, сука, лишь тупо сидит, да прилежно глазенки пучит! Как будто я полную ахинею несу. Я попробовал продавить сознание Кощея своим Даром Мозголома – но не тут-то было! Мои Ментальный Щуп ткнулся в такую монументальную Стену Отчуждения, что я понял, этот способ здесь не сработает. Ладно, мы тогда пойдем другим путем.

– Чего мычишь, твое бессмертие, словно язык проглотил? – Я по-хозяйски прошествовал ко второму стулу, не такому богатому, как под костлявой задницей Кощея, не из золота – из обычного дерева, но украшенному искусной резьбой, и вальяжно на нем развалился. – Не узнаешь брата Колю? – припомнив крылатую фразу из «Золотого теленка», еще раз огорошил я и без того обалдевшего древнего Асура, хватая с огромного блюда, не иначе тоже золотого, огромный исходящий паром кусок сочного мяса. – Ну, фвое беффмертие, – рванув зубами добрый шмат, я принялся с наслаждением уписывать его за обе щеки, – фофко мофшать буфеф? – Дикция из-за набитого мясом рта изрядно страдала, но я абсолютно не комплексовал на это счет – кому нужно, тот поймет. А кому и даром не нать… Ну, вы и сами все уже поняли.

– Чего? – опять только и смог выдавить Кощей, у которого, похоже, реально так чердак припекло.

Он даже скорчил такую потешную и тупую физиономию, что я едва мясом не подавился. Только вот мне до сих пор было непонятно, отчего он ломает дурака, никак не признавая своего лучшего друга и ученика. Меня, то есть. Ведь мы с ним не один пуд соли сожрали. Причем, абсолютно без хлеба. Может быть, на его мозги так деструктивно подействовала Кромка? Недаром же он так боялся её убийственного излучения? Того самого Проклятия, так изменившего физическую оболочку Кощея, превратившего его в натуральное страшилище – некое подобие ожившего трупа.

Да и по мне это Проклятие в свое время неслабо так прокатилось, но мозги-то, к счастью не отшибло. Да и к нормальному виду я вполне мог вернуться по собственному желанию. А вот Кощей, увы, нет. В связи с этим фактом еще один вопрос меня волновал не по-детски – отчего это моего старшего товарища величают на Кромке Владыкой Света с такой-то отвратной рожей? Такого вблизи увидеть, и не обделаться от страха, такие железные нервы надо иметь, что из них вполне стальные канаты вить можно!

– А того! – С удовольствием расправившись с куском отбивной (спасибо моим идеальным зубам – со старыми протезами я бы не справился), я размашисто смахнул руками мясной сок с бороды и усов, а испачканные жиром ладони нагло вытер о белоснежную скатёрку, которой был накрыт походный стол. – Ты меня уже достал своими тупыми загадками, твое бессмертие!

Я, как мог, старался вывести Кощея из себя, решив устроить ему этакую психологическую встряску, чтобы он, в конце концов, перестал ломать комедию и рассказал, что он тут делает. Я мог бы предположить, что каким-то образом перенесся в далёкое прошлое после финальной битвы с Кроносом, и передо мной – ранняя версия моего бессмертного друга, еще не знакомая со стариком Хоттабычем.

Временные парадоксы были вполне реальны, если учесть, что Кронос считался Повелителем Времени. Четвертое измерение вполне могло сбойнуть при таком количестве Магической Энергии, которые мы задействовали в схватке, если бы не одно «но»: к этому моменту я уже успел мысленно пообщаться со своим верным командующим – полковником Легионом, и знал, что ни в какое прошлое меня не забросило. Я все так же пребывал в 1944-ом году, если считать от Рождества Христова.

– Да как ты смеешь, червяк?! – заревел Кощей, подскакивая со своего пижонского золотого кресла во весь свой немалый рост и со всей дури придавливая меня к земле Силой Своего Таланта. – Раздавлю, как вонючего клопа!

Ха, мне наконец-то удалось его расшевелить! Вона, как завелся, чертов склеротик! А ведь это я на себя все время грешил, что не вовремя важные вещи забываю. Выходит, и Кощея не минула чаша сия, скорбная. Ну, ничего, сейчас ему давление во всех системах основательно поднимем, глядишь, башка и прочистится. Недаром же именно психической раскачкой инициируют в СССР молодых Силовиков. Может, подобный способ и для тысячелетних стариков тоже сгодиться. А Кощею и поболе годков-то будет. Вот и проверю на практике, как это все работает.

А давит-то, как давит, верста коломенская! Дури-то у моего приятеля с избытком, и Силушка, видимо, в Резерве еще имеется. Даже воздух вокруг как будто сконцентрировался и загустел, хоть ложкой его хлебай. Но я, как сидел вальяжно за столом, так и продолжал сидеть, попутно вывернув одной рукой ножку у запеченного до хруста молочного поросенка, занимающего самый центр «пищевой композиции».

А Кощей аж сморщился от натуги, словно куриная задница, покраснел, как сеньор-помидор, того и гляди задымит. Хоть прикуривай от него. Блин, а курить-то как охота! Зеленую травку вокруг палатки словно паровым катком в землю закатали. Да и сама земля под чудовищным давлением проминаться начала, образовывая неслабый такой ров метров десяти в диаметре и глубиной мне по грудь.

А мне все пофиг – я с покоса, уберите кирпичи, – отчего-то всплыли в голове строчки «Вольного ветра» группы «Чайф», и я даже промычал знакомую мелодию, с наслаждением огладывая свиную ножку просто удивительной прожарки. Надо будет высказать свое уважение мастерству местного повара, что в состоянии приготовить такое чудесное блюдо – мои вкусовые рецепторы пребывали в полнейшем восторге!

Что-что, а я действительно был спокоен, как никогда: пытаться расплющить каким-то жиденьким «Прессом» обладателя Гравитационного Дара совершенно бесполезное занятие! Да я легко распределял гравитационные потоки, отводя их в сторону от палатки (чтобы такую отличную трапезу не изговнять), практически не тратя Магическую Энергию из собственного Резерва.

Но Кощей-то этого не знал, а, может быть, просто забыл, надышавшись отравленного воздуха Кромки, и с упорством конченного барана продолжал нагнетать Магическое Давление на мою старческую тушку. А я, тем временем, с наслаждением продолжал набивать свой желудок изумительной жареной свининкой. Проголодался я изрядно – вторые сутки пошли без нормальной жратвы. А с моим обменом веществ мне по часам питаться нужно! Как говаривал незабвенный Пончик из «Незнайки на луне»: режим питания нарушать нельзя!

Обглодав ножку поросенка, я поднял со стола большой золотой кубок и, используя малую толику Сил, наполнил его вином из чеканного и вновь золотого сосуда, не прикасаясь к нему руками – дистанционно, так сказать. А то – знай наших! А вот тяга ко всему блестящему – злату-серебру у Кощея никуда не делась. Хоть он клялся прилюдно, что победил в себе эту пагубную страсть. А вот и фигушки! Царь Кощей… Или, как там его сейчас? А, Владыка Света, все так же чах над златом, как и во времена оные. Не зря его в свое время Пушкин пропесочил. Клиника, однако!

– Твоё здоровье, дружище! – Отсалютовал я наполненным бокалом дружбану-великану и, медленно смакуя (вино в кувшине действительно оказалась выше всяких похвал), выпил этот божественный нектар. – Как надоест маяться дурью, сядь, покалякаем по душам. Перетрем с тобой за дела наши скорбные. Поговорим о том, как ты до жизни такой дошел, что даже лучших друзей перестал узнавать.

– Да кто ты такой, смерд? – Похоже, что Кощей начал потихоньку выдыхаться от бесполезных попыток меня подмять. Причем, подмять в реальном смысле этого слова.

– От смерда слышу! – лениво парировал я, наливая себе еще бокальчик этого чудесного напитка, благоухающего горьковато-сладким ароматом грейпфрута и черной смородины. А где-то там, на самой грани восприятия, чувствовался приятный запах дыма и шоколада. Я не был таким уж знатоком вина, но подобные нотки присутствовали в красных Каберне Совиньон, Пино Нуар, или Мальбек. Доводилось пробовать в 1945 году в замке одного фашисткого барона, вывезшего из оккупированной Франции тонны этого пойла. – Слушай, а у тебя табачка не найдется? – огорошил я Кощея очередным неожиданным вопросом. – Курить охота, аж ухи в трубочку свернулись.

– Табачка? – Вновь затупил мой древний приятель, основательно ослабив Магическое Давление.

Видимо, понял, что такой фокус со мной не проходит. И еще я заметил, что он внимательно рассматривает мои уши, словно проверяя, действительно они у меня в трубочку свернулись, или нет. Но расслабляться пока не стоило, мало ли какой еще гиблой Волшбой он меня попотчевать решит. Я решительно не мог понять, что с ним произошло за время нашей разлуки. Может, он действительно того – с глузду съехал?

– Ага, – согласно кивнул я, – табачку. Хоть немного, хоть на пару затяжек. Найдешь покурить для лучшего друга, Кощей?

– Какой ты мне друг, жалкий Колдун? – Пренебрежительно фыркнул Кощей, окончательно прекращая меня Прессовать. К тому моменту ров вокруг палатки стал глубиной в пару-тройку метров, не меньше! И начал постепенно заполнятся водой толи из подземных источников, то ли из грунтовых вод. – Я тебя знать не знаю, ведать не ведаю!

И, честно говоря, я его тоже решительно не узнавал. Вроде бы и похож, но есть некоторые отличия, словно передо мной не он сам, а его брат-близнец. Очень похожий, но на самом деле, совсем не он. Но сам Кощей никогда не упоминал про такого вот родственничка. Хотя, мало ли у него каких скелетов шкафу припрятано? Может, и какой-никакой братец найдется. Только странно, что об этом ни в сказках, ни в былинах не сказано ни слова, ни полслова.

– Ну… – Я мучительно думал: с чего начать наш разговор? – Ты же Кощей, верно? – не придумав ничего лучшего в лоб спросил я.

– Кощей, – не стал отказываться от своего имени древний Асур. – Только здесь меня уже никто так давно не называет. Владыка Света – и никак иначе! Моё сакральное имя давным-давно предано забвению. Прошли целые столетия с того момента, как оно звучало на Кромке. Откуда оно тебе известно, чужак?

– Столетия? – Тут уже пришел черед задуматься и мне. – Какие, нафиг, столетия, дружище? – Вино уже довольно ощутимо ударило мне в голову. – Мы же с тобой расстались, и года не прошло.

Легкое опьянение меня уже основательно расслабило, позволив первый раз за все время, проведенное на Кромке, забыть о постоянном чувстве опасности. Да еще и эта странная встреча с Кощеем, который до сих пор продолжал нести какую-то околесицу. Я никак не мог принять и уложить в своем сознании тот факт, что встреченный мною Асур может оказаться совсем не тем, кем кажется на первый взгляд. А ведь я так ждал его появления…

– Года, говоришь, не прошло? – Кощей вновь уселся на своё монументальное золотое седалище, пускающее солнечные зайчики по колышущейся ткани шатра. – А можно поподробнее… дружище? – И Кощей, любезно оскалившись (улыбкой я это постеснялся бы назвать), собственноручно подлил мне в кубок еще лошадиную дозу вина из вычурной золотой ёмкости.

– Да легко, твоё бессмертие! – ответил я, любезно вернув улыбку моему гигантскому другу. Может, хотя бы после моего рассказа у него память восстановится… Ну, или, на худой конец, вылезут какие-нибудь неизвестные мне обстоятельства. – Мы с товарищами нашли твое бренное тело, засушенное до состояния каменной воблы в одной заброшенной усыпальнице около года тому назад…

Кощей внимательно слушал мой рассказ, даже не перебил не разу, пока я откровенничал. Он только время от времени подливал винишка в мою тару, когда та показывала дно. Я, даже не осознавая этого, рассказал ему о спрятанном в тайнике рукояти гигантского меча Золотом Яйце, в котором покоилась Игла, содержащая слепок сознания Кощея.

Поведал о том, как некий послушник ордена Золотого Дракона, активировал Артефакт и «вернул к жизни» Дух умершего Асура, подселив его в собственную «голову». Поделился рассказом о трудностях пути к Благословенной, Агартхи, уничтоженной освободившимися из Бездны Тартара Титанами; о Магической лаборатории Кощея, в которой каким-то чудом уцелели его клоны, и о том, как мой большой друг сумел вновь обрести новое тело, но так и не смог избавиться от Кромешного Проклятия.

Уже после, анализируя сложившуюся ситуацию с абсолютно несвойственным мне откровением – я человек довольно скрытный, и принцип «болтун находка для шпиона» впитал, неверное, еще с молоком матери, понял, что виною всему то самое винишко, которым так щедро потчевал меня мой нашедшийся друг.

Ведь обычное спиртное, после того, как я стал «новым Асуром», на меня абсолютно не действовало. А здесь, как говорится, Остапа понесло! Но, несмотря на это, моя память, пусть и побитая склерозом, сумела воспроизвести еще кое какие несуразности в поведении старого приятеля. После слов о воскрешении его самого, пребывающего ранее в небытие, он недовольно поморщился, словно целиком навернул кислющий лимон, да еще и нервно сжал кулаки. Мне бы сразу заподозрить неладное, но мой мозг, отравленный странным алкоголем, не обратил на это внимания.

О битве с солнцеподобным Гиперионом Кощей расспрашивал меня довольно долго, нудно и весьма скрупулёзно. Он не мог не то, что вспомнить, а даже поверить, что такой тщедушный Колдунишка-смертный, как я, даже никоим боком не относящийся к Древним первородным Созданиям: Титанам, Богам или Асурам, смог окончательно заземлить практически неуничтожимое Существо.

– Так вот, как ты сумел противостоять моему Давлению! – победно воскликнул Кощей, когда до него, наконец-то, дошло, каким способом я сумел расправиться с Гиперионом. – У тебя Дар Потрясателя земной тверди! Я подобной мощи еще не встречал! Разве что у Святогора подобная Силушка была. Его даже Мать Сыра Земля не носила, вот и приходилось в Рипейских горах бирюком сидеть. Но он еще во времена Владимира Красно Солнышко почил… Поговаривали, что сам, по дурости, в Волшебную Домовину лег, а она возьми и захлопнись! Был Святогор, да и сплыл весь!

Не знаю, отчего я промолчал на этот раз, что изначальная Сила мне именно от этого самого Святогора и досталась. Но словно кто рот мне на замок закрыл. Хотя так хотелось поделиться с лучшим другом этой тайной. Хотя, он и так в курсе, откуда у нового Асура ноги растут. Я ему об этом случае уже рассказывал. Там, в Агартхе, сидя в его лаборатории. Как только потерянная память к нему вернется, так и вспомнит.

– Слушай, чужак, – проникновенно заглянув мне в глаза, елейным голоском поинтересовался Великан, – а как зовут-то тебя? А то ты про меня всё знаешь, а вот я даже имени твоего вспомнить не могу.

– А кто-то меня никчемным склерозным стариканом не так давно обзывал! – громко захохотав (что мне тоже абсолютно не свойственно), я всадил очереднуюдозу вина, и со всей дури впечатал в стол золотой кубок.

От моего молодецкого удара, неосознанно сдобренного малой толикой Силы, ножка у кубка основательно погнулась. Да и сама чаша «немного» деформировалась. Драгметаллы – серебро и злато, они ж такими мягкими и податливыми в сильных руках становятся. А я же еще ого какой Силовик!

– Ты это, твоё бессмертие, – продолжил я свой пьяный базар, погрозив указательным пальцем древнему Асуру, – больше так не делай! Грех имена лучших друзей забывать! Но я сегодня добрый! И настроение у меня отличное! А зовут меня Гасан Хоттабович Абдурахманов! А для друзей просто – Хоттабыч! Запомнил, болезный ты наш?

– Хоттабыч, значит? – Отчего-то гнусно хмыкнув, произнес Кощей.

– Хоттабы-Хоттабыч… – Я качнул головой, которая отчего-то мотнулась на расслабленной шее и завалилась вперед, уткнувшись подбородком мне же в грудь.

Я едва удержался, чтобы не ткнуться носом «в салат», так вот меня повело. Вообще ерунда какая-то выходит? Когда я успел так набраться, что едва рогом шевелю? После того, как я заимел два Энергетических Контура, переплюнув в Силе урожденных Асуров, да еще и бешеную Регенерацию вдобавок, спиртное на меня практически перестало действовать. Да я легко мог ведро чистого спирта намахнуть, и после этого, не запнувшись, цыганочку с выходом сбацать!

А тут после нескольких стаканчиков слабенького винца уже в зюзю накидался, что и голова на шее не держится… Что-то здесь явно было не так. Только вот понять этого своими затуманенными мозгами я никак не мог. Белые полотяные стены шатра начали медленно вращаться вокруг оси, центром которой был я сам.

«Вот и вертолетики подоспели», – только и успел я подумать, со всего маху приклываясь фейсом об тейбл. Вроде бы даже нос себе разбил о твердую поверхность стола. Но боли, отчего-то, совсем не было. А вот после удара моё многострадальное сознание отчалило в неведомые дали.

Глава 2

Возврат к реальности происходил тяжко: голова раскалывалась на мелкие кусочки под монотонную работу молотобойца, отчего-то поселившего в моей бедной голове. Этот гад так фигачил своей колотушкой по моим мозгам, что я потихоньку начал звереть. Такой головной боли я уже давно не испытывал, даже забыл, как её зовут. А её, сука, оказывается и звать не надо – она сама приходит, и именно в тот момент, когда её не ждут!

А еще меня чудовищно мучил просто дичайший сушняк, превративший слизистую и язык, не иначе, как в наждачную бумагу. И, похоже, все коты специально со всей округи сбежались, чтобы непременно мне в рот нагадить. Черт побери, да где же бродит моя хваленая Регенерация, когда она мне так нужна? А то, неровен час, помрёт дряхлый дедушка, и поминай, как звали, на третий, девятый и сороковой день.

Сознание, несмотря на жуткую головную боль, постепенно очищалось от тумана, который постепенно поглотил меня за столом в походном шатре Кощея. Интересно, сколько этого дрянного вина я вчера выкушал? И что примечательно, неужели оно оказалось настолько паршивым, что я прямо за столом в полный аут ушел?

А ведь со мной такая оказия за всю жизнь всего пару раз и произошла, да и то по молодости. Контролирую я себя хорошо, лишнего никогда не позволяю… А здесь, прямо, как с цепи сорвался… Нализался, как конченный алкаш… Странно всё это… Как будто и не со мною произошло. Так, надо срочно подлечиться и в форму прийти, хотя бы с помощью Малого Целительного Заклинания, раз Регенерация отчего-то погулять вышла. Ведь я сейчас натурально ни ухом, ни рылом, ни петь, ни рисовать… Дошел, блин, до ручки, старикашка несчастный!

Я привычно потянулся к Силе… А вот фигушки – нет ответа! Не открывают дедушке потайные закрома, чтобы он по амбарам помел, да по сусекам поскреб, чтобы Силушки-то богатырской для Заклинания Лечебного набрать. Похоже, какая-то стерлядь очень сильно не хочет, чтобы бедному старичку с жесточайшего похмелья лучше стало? Это что же за тварь такая, бессердечная? Хуже фашистов, право слово, так дедушку пытать! Вот я же с тобой такое же непотребство сотворю, если и в этот раз выкручусь!

Пребывая в весьма «расстроенных чувствах», я попытался перекинуться в свою Проклятую Ипостась. По моим прикидкам, подобное действие тоже должно было избавить меня не только от головной боли, но и привести в порядок мои сдувшиеся физические кондиции. В виде злобного Монстра моя сопротивляемость ко всякого рода «враждебной Магии» куда выше. Однако, к моему большому изумлению, мне не удался и этот уже привычный мне фокус. Как я не пыжился, я так и оставался в своем немощном старческом теле! Вот что за хрень со мной происходи? Мне даже завыть от обиды захотелось.

– Так, стоп! Хватит ныть, старый, еще успеешь наплакаться вволю! – приказал я самому себе. – Вот скажи-ка мне, старый, отчего у тебя не только Сила не работает, но и руки-ноги совсем не слушаются?

Я попытался для начала пошевелить пальцами, как на руках, так и на ногах. А ведь действительно, не слушаются! Такое ощущение, что конечности мои затекли неимоверно, что утратили всякую чувствительность. Да как так-то? Что за невезуха? Как в народе говорят, что ни день, не понос, так золотуха! Надо было срочно разведать, что же такое со мной приключилось на этот раз?

Я едва разодрал глаза, с трудом приподнимая опухшие веки. Такое ощущение, что я, помимо воли, превратился в гребаного гоголевского Вия, который сам поднять веки не может. Только у меня, в отличие от этой Твари, не было под рукой шнырей, чтоб их поднять. Вот и приходиться теперь самому корячиться. Ох, когда же все это кончится? Дедушка устал, дедушка хочет немного отдохнуть! Но дерьмо на него всё еще продолжает валиться и валиться, не давая даже дух перевести.

Ну, ничего, дедушка выживет! Дедушка выстоит! И, как обычно, всем зад надерет, чтобы впредь неповадно было всяким дерьмом его спаивать! А потом еще и глумиться над болезным, заталкивать его в какой-то сырой и мрачный каземат, да приковывать руки-ноги к стенам, раскорячив старого больного человека, словно морскую звезду.

Да-да, вы не ослышались: разлепив глаза, я обнаружил себя в какой-то мрачной тюремной камере совершенно без окон и дверей. Хотя, нет – дверь была. Она представляла собой фигурную кованную решетку, всю сплошь усеянную Магическими Печатями. Таких навороченных Формул я еще не встречал. Даже Конструкты известного на весь мир «Дома Кюри», съевшего, так сказать, собаку на изготовлении сложнейших Блокираторов Магии, были куда как попроще.

А я, похоже, опять вляпался по самые помидоры. Ну, вот отчего мне без пи.дюлей, как без пряников? Теперь опять надо придумывать и изобретать, как выбираться и из этой задницы, в которую я сам себя по дурости загнал. Вот нахрена я из того кувшина винище начал глыкать? Крутого перца из себя решил изобразить? Ведь для чего-то меня этот гад на переговоры пригласил, только завидев приближение моего мертвого воинства?

– Похоже, что вино было изначально отравлено… – Мысли со скрипом крутились в голове, пытаясь выстроить логическую и не противоречивую картинку вчерашнего «застолья», отчего планомерно перешедшего в натуральную пьянку. – Причем, отравлено абсолютно неизвестным мне ядом, – продолжил я свои поиски истины, – раз я его не сумел распознать и вовремя среагировать. Но я-то думал, что неожиданно встретил лучшего друга, с которым неоднократно бился с Монстрами плечом к плечу. Как мне было ему не доверять?

– А с чего ты вообще взял, что это было именно Кощей? – возразил мне внутренний голос, выступивший этаким скептическим оппонентом. – Может, это хитровымудренный Морок, который ты не сумел распознать? А может, и вовсе – Тератоморф он, вспомни Вильяма Карловича, – не унимался голос в моей голове.

– Так-то да, – согласился я с этими доводами, – даже не знаю, отчего я так решил? Видимо принял желаемое за действительное. И когда увидел похожий результат, принял как должное… Так кем же может быть этот гад? – Я не заметил, как прокричал вслух последний вопрос.

– Ну, гад или не гад – утверждение довольно субъективное, – в поле моего зрения, отгороженный решеткой Блокиратора, появился тот самый фрукт, выдающий себя за Кощея.

Но, черт побери, он так на него похож! Просто один в один: мимика, манера говорить, повадки, жесты, какие-то мелкие детали, что я не успел осознать, но они были обработаны моим подсознанием. Все мои чувства просто вопили, что вот этот самый Великан, стоявший передо мной, и есть самый настоящий Кощей Бессмертный.

– А вот насчет моей подлинности можешь не сомневаться, – продолжил Асур так похожий на моего друга, – я и есть Кощей Бессмертный! Подлинный и неповторимый! А вот тот Кощей, которого ты знаешь, вот он и есть самая настоящая подделка!

– В смысле, подделка? – Пусть, я и пребывал не в лучшем положении, но разобраться со сложившейся ситуацией следовало пренепременно.

– В прямом! – заявил Кощей, вышагивая перед узорчатой решеткой моей Антимагической клетки. – Некогда мы были с ним единым целым. Одной полноценной личностью, – продолжал откровенничать Асур, – со своими радостями, страхами, страстями. В нас были смешаны в равных пропорция добро и зло, радость и печаль, ненависть и всепрощение. Но он, тот, которого ты считаешь своим другом, вдруг решил, что он несовершенен! – Кощей сжал громадные кулаки и натурально так заскрипел зубами. А зубы у него, я вам скажу, будь здоров – меня аж до мурашек проняло. – И, во чтобы то ни стало, решил от меня избавиться! Стать лучше, как он заявил.

– Ну-ка, ну-ка, а поподробнее можно, твоё бессмертие? – Я даже забыл о головной боли, плохом самочувствии, цепях и браслетах-блокираторах, растягивающих меня в разные стороны. – Твой случай очень похож на раздвоение личности, как заявили бы наши психиатры.

– Не было никакого раздвоения! – Мотнул своей уродливой башкой Кощей. – Мы еще были едины, когда он… то есть я… решили… решил сделать себя лучше…

Мне было хорошо заметно, как тяжело дается ему эта история. Похоже, что с того момента этот, как оказалось, «осколок личности» прежде единого и оригинального Кощея, ни с кем не делился произошедшим. Только сам с собой.

– И как, получилось? – поинтересовался я.

– Да, он отделил от себя все самое «плохое», решив избавиться от меня навсегда! – нервно воскликнул Кощей, злобно оскалившись и сверкнув глазами.

– А, так ты, – наконец-то для меня все встало на свои места, – тот самый кусок сознания, собравший в себе весь негатив оригинальной личности Кощея?

– Я – лучшая его часть! – раздувшись от собственной значимости заявило злобное альтер-эго моего друга. – На самом деле уничтожить нужно было отделенную от меня часть, что я с превеликим удовольствием и сделал! Но этот слабовольный слизняк умудрился выжить! И, как я понял, именно с твоей помощью?

Вот как меня достали все эти «Божественные приколюхи» с разделением сознания, с Аватарами, с гребаными Яйцами и Иглами вместе взятыми! Я уже с лихвой всего этого нахлебался! И у меня уже такая каша в голове заварилась, что хоть караул кричи! Но Провидению, видимо, было абсолютно недостаточно моих предыдущих приключений, и оно продолжало мне их непрестанно подкидывать. Одно за другим, одно за другим, одно за другим, совсем не давая продохнуть.

А ведь я так хотел вернуться обратно в Союз, и бросить все силы на борьбу с разрухой! А ведь с моими-то возможностями можно таких дел натворить… Да, хотя бы, в космос на десяток лет раньше полететь! Ведь с моим Гравитационным Талантом преодолеть земное притяжение – раз плюнуть! Да и на стройках народного хозяйства мне всегда дело найдется. Я, как те два солдата из стройбата, не только экскаватор могу заменить, а и чего покруче.

И еще я до сих пор лелеял глубоко в душе, пока еще несбыточную мечту – вновь вернуть Надюшку, супружницу мою, отдавшую Богу Душу еще в том, родном мире. А в этом она еще почти ребенок, дитя. Не с руки ей сейчас с таким стариканом под венец идти. Это я знаю, как оно было. И что я – это я… Но она-то совсем не в курсе, что мы с ней столько лет душа в душу прожили и счастливы были.

Но я не терял веры, что это потерянное счастье можно будет вернуть вновь. Это было бы лучшей наградой от Всевышнего, Создателя, или, кто он там, за все мои труды, подвиги и мытарства. Я был готов терпеть еще вечность, но Надюшка-то нет. А вдруг она встретит кого? Если уже не встретила… Нет-нет! Дождись меня родная! Я постепенно молодею – уже на шестидесятник выгляжу.

Правда, процесс идет не так быстро, как хотелось бы. Но, думаю, что еще через годок-другой до тридцатки тихой сапой доберусь. Но вот дождется ли она меня? Не факт. А вот если бы я рядом где обретался, так и в курсе бы всей её судьбы мог бы быть. И всех бы её чертовых женихов, кои появятся, враз бы разогнал. Моя она, и только моя! Никому её не отдам! Я привык за счастье бороться, как за личное, так и за общественное – народное! Уж в чем, в чем, а в этом меня изменить никому не удастся!

Потерявшись на мгновение в обуревающих меня чувствах, я совсем забыл о Кощее, вернее, о его двойнике – этаком мистере Джекиле, или злобном Санте.

– Извини, дружище – задумался о своём, о девичьем, – произнес я, вновь ощутив на себе пристальный взгляд Великана. – На чем мы остановились?

– Этот слизняк выжил! – недовольно проревел Асур. – Хотя я принял все меры, чтобы он рассыпался в склепе зловонной пылью…

– Так это ты его туда законопатил? – Еще большая часть сложного пазла сложилась в моей голове. – А сам тогда как же уцелел? Вы ведь еще делили между собой общее тело?

– Я использовал одного из клонов, выращенных в моей лаборатории, – самодовольно сообщил злобный дубль моего друга. – Это было неимоверно сложно усыпить его бдительность, после чего переселить свою разделенную сущность в одного из клонов, но мне это удалось. И тогда я без каких-либо сожалений уничтожил наше общее тело. Уничтожил вместе с этим предателем! Только вот как он сумел утаить от меня Иглу? Не понимаю, ведь я все так искусно рассчитал… Он не должен был возродиться ни при каких обстоятельствах!

– Ну… – При попытке пожать плечами Магические браслеты больно впились мне в руки. Но меня, наоборот, этот факт весьма порадовал – значит, мои руки еще не совсем отмерли. – Так было угодно Провидению…

– Не существует никакого Провидения, – презрительно сморщился Лжекощей. – Этот жалкий червяк тоже каким-то образом сумел меня обмануть!

– Тогда чего же ты остальных клонов не уничтожил? – задал я, в общем-то, логичный вопрос. – Тогда ему было бы гораздо труднее восстановить былое могущество.

– Проблем хватало, – нехотя ответил Великан. – Мы же были изгоями в Агартхе. Мне просто повезло, что я вообще сумел пробраться в лабораторию. Меня заметили, да и время поджимало – поэтому уничтожить остальных клонов мне не удалось.

– Что тебе сказать, родной, – я усмехнулся уголком рта, стараясь лишний раз не шевелить головой – боль потихоньку начала униматься, – соболезную твоему горю.

– Не думал, что после стольких веков вновь услышу о своей ненавистной половинке, – признался Асур. – Но сейчас, проведя столько времени на Кромке, куда он боялся возвратиться, я готов встретиться с ним лицом к лицу! В мире должен остаться только один Кощей! И им буду я!

– Слушай, а почему он о тебе никогда не рассказывал? – Я продолжал утолять своё любопытство, стараясь не думать о собственном бедственном положении. Ведь от того, что решит насчет меня этот огрызок нормального Кощея будет зависеть моя жизнь.

– Я аккуратно подчистил его память, чтобы убрать любую информацию о себе, – довольно улыбнувшись, ответил Асур. – После чего я всё и провернул!

Ага, вот значит, как оно было: сознание Кощея, перенесённое в Иглу после смерти его физической оболочки, была лишена знаний о собственном, лично же им и выбракованном «дубле». И если сейчас Кощей попытается проникнуть на Кромку, чтобы спасти меня, он обязательно столкнётся со Злобным Сантой – двойником. И столкнется с ним абсолютно не подготовленным к такой встрече! И спасать придётся уже его. Гребаный доппельгангер! С этим срочно нужно что-то делать! Иначе…

– Что затих, червяк? – Вновь отвлек меня от невеселых мыслей Лжекощей. – Думаешь, как я с тобой поступлю?

– И как же? – спросил я, хотя у меня и мыслей таких не было.

Однако, сказать, что собственная судьба меня совсем не волновала – это реально душой покривить. Вот только приученным я оказался прежде всего о других думать – родных, близких, друзьях, боевых товарищах и верных соратниках. А о себе, любимом, уже в последнюю очередь. Вот такие, наверное, неправильные установки по нынешним временам, еще тем, которые остались в далеком будущем, привили мне старшие товарищи. Папка с мамкой, а когда их не стало – воспитатели в детдоме, потом командиры в Красной Армии постарались блажь о собственном сытом благополучии из головы повыбить.

– К счастью, – говорили они, – всем миром двигаться надо! Иначе, не только коммунизма не построим, но даже и до настоящего социализма дотянуться не сможет!

И, в общем-то, как в воду глядели! Где он сейчас, этот коммунизм? Так и остался недостижимой мечтой, за которую отцы наши, да и мы сами и жилы рвали, и жизни отдавали не жалеючи! Уж я-то знаю, собственными глазами видел, как рассыпались прахом наши мечты о светлом будущем.

– У тебя есть два варианта, чужак… – медленно, словно смакуя, произнес Великан, растягивая слова. – Медленно сдохнуть… или…

– Да не тяни уже кота за яйца, твое бессмертие! – Я криво усмехнулся, понимая куда он клонит.

– Не твоё бессмертие, Хоттабыч, – навязчиво поправил меня Лжекощей, – а Владыка Света. Запомни это раз и на всегда, если хочешь пожить еще немного.

Все-таки мой Дар произвел на него сильное впечатление. А рассказ о том, что я собственноручно упокоил таких Монстров-Титанов, как Кронос и Гиперион – и вовсе изумил. Не зря же он меня столько расспрашивал о подробностях, пока не убедился в моей правоте.

И сейчас, по идее, он должен был меня завербовать в доблестные ряды «Сил Добра». Недаром же эта хреновая копия моего друга величала себя на Кромке не иначе, как Владыкой Света. Сколько же я, буквально за год, повидал подобных Владык? А выходило так, что немало: Хам Атойгах – удельный князёк Абакана; Адольф Гитлер – Фюрер Вековечного Рейха; Гиперион – откинувшийся сиделец из Вечной Бездны – Тартара; червеподобный Драмагар – забытый Монстр из далекого прошлого, которое не запомнили даже Боги с Асурами; ну, и Верховный Титан Кронос – Повелитель Времени, да и всего мира до кучи – куда ж без него? Теперь вот еще и Злобный Санта-Кощей нарисовался.

Не многовато ли для одного столетнего старикашки Гасана Хоттабыча? По-моему – перебор!

– А подумать-то можно будет? – произнес я к немалому удивлению гребанного отморозка. – Быть или не быть? Жить или не жить? А то я чего-то совсем подустал. Да и голова опять разболелась…

Глава 3

Лжекощей сверкнул глазами и скорчил весьма недовольную мину. Не ожидал, падла, что я кочевряжиться начну, да время «на подумать» просить. Видать, совсем тут расслабился парниша – привык, что никто ему и слова поперек не скажет. Только рыкнет Владыка Света, да морду свою отвратную засветит – так все сразу и лапки вверх?

Судя по тому, что я видел в городище, так оно и было. Словно на курорте гребаные Рубежники обосновались – что хотят, то и творят! И попробуй только вякни что, так они мигом для тебя какой-нибудь Кровавый Жребий организуют. Вот ни капли не сомневаюсь, что придумка со Стригой целиком и полностью организована и воплощена в жизнь этим чертовым жирдяем, так похожим на моего верного друга.

– Хорошо, – глухо пророкотал Великан, после продолжительного молчания, – подумай до завтра, старик. И подумай хорошенько! Второго шанса у тебя не будет. Иначе сдохнешь здесь, в этом каземате. А твои кости растащат крысы по углам. А они на Кромке куда как зубастее своих собратьев, чем за её пределами.

Асур отступил на шаг, и перед решеткой упала каменная плита. Она тоже была сплошь покрыта Магическими Печатями, предназначение которых мне было неизвестно. Хотя, могу предположить, что ничего хорошего они мне принести не могли.

Оставшись в одиночестве, я развил бурную деятельность. Естественно мозговую, поскольку растягивающие меня цепи не давали даже пошевелиться. Естественно, ничего умного в трещавшую голову мне не лезло. Поэтому, дернувшись пару раз, я обвис на цепях и впал в некую прострацию, пытаясь хоть немного восстановиться.

Примерно через час, если судить по собственным внутренним ощущениям, мне существенно получшело. Да что там – я вновь почувствовал себя полным физических сил и энергий. Похоже, что моя волшебная Регенерация вновь заработала!

Для проверки я даже глубоко прокусил себе губу, залив тягучей кровью седую бороду. Ранка затянулась буквально в течении минуты – Регенерация восстановилась. Похоже, что этот чертов великовозрастный амбал что-то действительно подмешал в вино. Какой-то особый препарат или яд, блокирующий на время не только Магический Талант, но и Способности, не зависящие от наличия Силы. Такие, как Регенерация и, внимание, даже Кромешное Проклятие! Ведь не смог же я перекинуться в свою Сумеречную Ипостась.

Похоже, что и эта «плохая версия» Кощея не утратила своей тяги ко всевозможного рода исследованиям. И Лжекощей разработал-таки препарат, которому под силу блокировать чудовищные изменения организмов Асуров и Богов под воздействием губительного Излучения Кромки. Ведь обычные смертные, даже Одаренные, проживая на Кромке годами, не превращались в Монстров.

Самое смешное, что сам «Злобный Санта» не мог воспользоваться этим препаратом, чтобы вернуть себя в нормальное состояние. Ведь он не имел присущей мне возможности «перекидываться» туда-сюда по собственному желанию. Но она у него могла появиться, воспользуйся он новым организмом клона, не подвергнутому Проклятию. Но вырастить такого клона он не мог, иначе давно бы уже щеголял новехонькой рожей. Хотя, может быть, он даже и не подозревал о подобном эффекте своего зелья – много ли у него было подопытных с Кромешным Проклятием? Сомневаюсь, что больше одного. И этот один сейчас болтается в камере безвольной сосиской на цепях.

Осознав, что действие препарата закончилось, я попробовал активировать какое-либо простенькое Заклинание. Но, не тут-то было – Магия до сих пор мне не подчинялась, не удавалось активировать даже самый простенький Конструкт, например, Малое Целительское Заклинание. Глупо было на это надеяться, но попробовать все-таки стоило. Зато переход в Сумеречное состояние дался мне без каких-либо проблем – ведь это Способность не была завязана на Талант, который и Блокировали множественные Формулы моей темницы. Но моему тюремщику об этой особенности моего организма было ничего неизвестно. Уникальный случай, как говаривал мне настоящий Кощей.

Рывком увеличившись в размерах, я отметил, как металлические браслеты, плотно сковывающие моё человеческое тело, вгрызаются мне в руки и ноги, прорывая измененную плоть до самых костей. Боли я не чувствовал, только брызнула во все стороны черная гнилая жижа, заменяющая кровь – ведь я в таком состоянии был подобен ожившему Мертвецу.

Зато плотно натянутые цепи основательно провисли, даруя мне какую-никакую подвижность, которой я тут же поспешил воспользоваться. Перво-наперво я попытался их разорвать или выдернуть из стены, ведь физических силы у меня в таком состоянии было куда больше. Но чертов ублюдок изготовил и Заклял их на совесть – цепи не поддались моим усилиям, хоть я едва все жилы себе не порвал. Только омертвевшая кожа сползла с рук вместе с мясом, полностью оголив толстые желтоватые кости.

Колдовские железяки не поддались даже моим когтям. Они только сыпали яркими искрами, когда я неистово полосовал их острыми лезвиями. Но я не отчаивался, существовал еще один способ избавиться от цепей, хоть он мне и не особо нравился.

Если волк попадает в капкан, он отгрызает себе ногу. А у меня было одно преимущество, которого не было у остальных узников Лжекощея – моя Регенерация. Не очень хочется калечить себя своими собственными руками, но деваться некуда – буду отрывать себе руки-ноги одну за другой, пока окончательно не освобожусь от кандалов-Блокираторов. Я не боялся боли и мучений, но меня волновал лишь один вопрос: успею ли я отрастить их обратно до очередного прихода моего гигантского тюремщика?

Помнится, что в лаборатории Кощея мне легко… Ладно, вру – совсем не легко, но удался подобный фокус с отрыванием руки. И времени на восстановление даже по самым грубым прикидкам должно было хватить с лихвой – моя Способность тоже не стояла на месте, а постоянно прогрессировала. Вот только как проделать эту операцию с самим собой? Никогда бы по собственной воле в суицидники не записался! Но, другого варианта освободиться я пока придумать не мог. А время тикало и тикало…

Я прикрыл глаза, собираясь с духом. Для начала я собрался отрубить себе когтями левой руки правую кисть. Затем, освободив культю из браслета, отрубить обе ступни. А уже левую руку освобождать только после полного восстановления правой. Если я все правильно рассчитал, к приходу Лжекощея я уже буду полностью функционален и готов к битве. Возьму цепи в руки и постараюсь отвлечь его внимание. Скажу, что готов целиком и полностью принять его предложение, превратиться в его преданного пса. А когда он откроет Блокирующую Талант решетку – тогда и посмотрим, кто кого? Но для начала нужно освободиться от браслетов, тоже перекрывающих доступ к Магии. А для этого нужно для начала отрезать себе руку… Делов-то!

Я выпустил когти на полную длину для решающего удара, и тут же обломался по полной – когти левой руки никак не дотягивались до правой! Даже с учетом того, что я увеличился в размерах, а цепи основательно провисли. Вот же оказия! Придется просто вырывать кисти «с мясом». Это куда дольше и болезненнее, но другого выхода я не видел.

Я собрался с духом, и принялся со всей дури тянуть руку на себя, наблюдая, как слезают с запястий остатки мяса и рвутся сухожилия. Однако, знакомый бархатный голосок, неожиданно прозвучавший в моём узилище, резко сбил меня с настроя:

– Э-э-э! Мессир! Вы чего это удумали?

– Грималкин? – узнал я интонации своего блохастого фамильяра.

– Да, мессир, вы как всегда правы! – Говорящий кот проявился в воздухе самодовольной улыбкой. – Грималкин всегда к вашим услугам!

Вокруг зубастой улыбки наросла круглая шерстяная кошачья морда, хитро поблескивающая огромными зелеными глазами.

– Ты как сюда попал, хвостатый? – Не опуская руки, задал я вопрос говорящему коту.

– Да так… – Кот проявился полностью, продолжая висеть в воздухе, нарушая все физические законы, особенно закон притяжения. – Получилось невзначай.

– А чего в прошлый раз, когда меня заперли в Городище, не смог? – Решил я докопаться до своего усатого помощника.

– Там другие принципы использовались, мессир, – даже не смутился кот. – Тот, кто Заклинал поруб, был настоящим Кудесником. Не чета этой здоровой образине. Если бы здесь применялись те же Печати, я бы и сюда не пробрался. А так, – кот мягко спрыгнул на каменный пол, словно и до этого сидел на какой-то поверхности, – Грималкин к вашим услугам, мессир! Так и чего вы намеревались учудить? – повторил он свой вопрос, с которого мы и начали. – Думаете без одной руки вам будет легче?

– Ну, что я стану легче без одной руки – это факт. – Я попробовал схохмить, но получилось не очень удачно. Это было видно по презрительно сморщившейся кошачьей морде. – А как еще я должен был освободиться от этих украшений? – И я звякнул цепями.

– Хотите сказать, мессир, – вкрадчиво произнес Грималкин, неотрывно глядя мне в глаза, – что вы, как Лирнейская Гидра можете восстанавливать утраченные члены?

– Сказать не хочу, но я покажу тебе, как это делается! – Я вновь решительно натянул цепь, примериваясь, как бы половчее вывернуть кисть из браслета. И желательно, чтобы было поменьше, чего отращивать.

– Стойте, мессир, не спешите! – Истошно заверещал хвостатый, останавливая мои потуги. – Я вам верю!

– Чего тогда мешаешь, гад? – Ругнулся я сквозь сжатые зубы. – Теперь нужно опять настраиваться – не так-то просто самому себе руку оторвать. А времени и без того в обрез! А мне еще всех четырех конечностей лишаться, а затем и отращивать…

– Э-э-э… Я, конечно, извиняюсь за свою навязчивость, мессир, – кот начал ходить вокруг меня кругами, обтираясь волосатыми боками о мои уродливые когтистые ноги, – но есть куда более удобный и быстрый способ освободиться от цепей, чем отрывание себе конечностей.

– Что ты сказал? – не понял я с первой попытки, о чем мне толкует говорящее создание. – Какой еще способ?

– Вы, мессир, возможно запамятовали… Такому Великому Повелителю Хаоса, – плеснув елеем, промурчал волосатый пройдоха, – как вы, мессир, запоминать такие мелочи… Хи-хи! – Он притворно кашлянул, закрыв лапой рот.

– Да не тяни ты уже самого себя за… – чертыхнулся я в очередной раз. – Четко докладывай!

– Я даже покажу, – произнес кот, вытащив из пустоты бабкину драную котомку с мародеркой, о которой я, и вправду, напрочь забыл.

– Вот гребаный склероз! – Выругался я, тоже вспомнив об одном незначительном ингредиенте, приватизированном в логове Стриги. – Разрыв трава, ушастый?

– Вы как всегда правы, мессир! – утвердительно качнул головой Грималкин, засовывая лапу в котомку.

Вынув из неё маленькую травинку, говорящий кот встал на задние лапы и прикоснулся Волшебной сушеной зеленью к моему браслету на правой руке.

– Треньк! – С мелодичным звоном раскололась железяка, словно была стеклянной. – Треньк, треньк и треньк! – Опали друг за дружкой остальные запоры, когда Грималкин поочередно прикоснулся к ним Разрыв Травой.

– Грмалкин, ты – Чудо! – восхищенно протянул я, все ёще не веря в чудесное избавление от оков.

– И проблема решена, мессир, – раздувшись от собственной значимости, заявил кот, – и руки-ноги на месте!

– Не знаю, что бы я без тебя делал, ушастый! – От избытка чувств я подхватил кота на руки, прижал к себе и закружился по камере, время от времени спотыкаясь о разбросанные по полу цепи.

– Мессир… простите… – прохрипел кот, нервно завозившись в моих руках. – Разделяю… вашу… радость… Но вы меня сейчас раздавите! – пискнул он напоследок.

– Ох, ёшкин кот! – Я совсем забыл, что находился в измененном состоянии, и мои крепкие объятия могли реально поломать хрупкое животное. – Прости, родной! – Извинился, выпуская кота из рук. – Забылся от радости.

– Ничего страшного… мессир… – просипел кот, встряхиваясь, как после купания. – Что думаете дальше делать? – Припадая на левую заднюю лапу, произнес Грималкин, отодвигаясь от меня подальше.

– Извини еще раз! – Недолго думая, я вернул себе нормальный вид побитого жизнью пенсионера. – Есть одна идея, – продолжил я, присаживаясь на пол рядом с котом. – Согласиться на предложение Кощея, а потом сразиться с ним один на один…

– Какого Кощея? – уточнил у меня хвостатый. – Который Бессмертный?

– Ну, да, Бессмертный, – кивнул я. – Только здесь все его отчего-то называют Владыкой Света. – Посвящать Грималкина во все хитросплетения отношений дублей моего друга было долго и нецелесообразно. Как-нибудь на досуге и расскажу ему эту занятную историю.

– Не знал, что это он, – задумчиво произнес кот. – И старуха об этом молчала. А вы уверены, мессир, что сумеете его победить?

– Особой уверенности нет, – признался я, почесав кота за ухом, отчего тот благодарно затарахтел, словно старый холодильник. – Но другого варианта я пока не вижу.

– Так давайте попробуем отсюда свалить! – оптимистично предложил мой хвостатый приятель.

– А ты что, можешь как-то меня переместить из этой тюрьмы? – схватился я за эту идею. – А потом я со своим мертвым воинством тут всех построю по стойке смирно!

Кот неторопливо обошел меня по кругу, затем отошел к дальней стене камеры и смерил меня оценивающим взглядом.

– Нет, – произнес он, вернувшись назад, – вы слишком велики для моей Способности. Просто так мне вас не вытащить. Но есть один способ… Не совсем проверенный… Вернее, совсем не проверенный и очень опасный…

– Ну, Грималкин? Не томи понапрасну! – С надеждой взглянул я на морду кота, принявшую задумчивое выражение. – Что может быть опаснее схватке с Владыкой Света?

– Вас я переместить не могу, мессир, – вновь с нажимом повторил кот, – но могу переместить Волшебную Суму…

– Твою медь! – До меня, наконец, дошло, что имел ввиду Грималкин, когда предложим мне свинтить из камеры. – Ты думаешь, что я сумею в неё залезть и не потеряться…

– Ну, если с предметами, помещенными внутрь ничего не случается, мессир… Возможно, ничего не случится и с вами, – философски произнес усатый хитрец. – По крайней мере, на это есть какой-то шанс.

– А кто-нибудь до меня пробовал провернуть подобный фокус? – уточнил я, заранее предугадывая ответ кота.

– Мне о таких случаях ничего не известно, мессир, – мотнул головой хвостатый. – Но я очень надеюсь на благополучный исход. – Вы будете первым, шагнувшим в неизвестность! – торжественно произнес он.

– Первый в мире сумкопроходец? – Я нервно шутил от переизбытка эмоций, наполняющих меня без остатка. – В космос и то было проще полететь. А где хоть находится то место, ну… куда я попаду?

– Рад бы подсказать, мессир, – развел лапками кот, – но мне это неведомо.

– Ну, что ж, – я поднялся на ноги, – попытка не пытка. Или все-таки схватка с Владыкой?

– Я бы на вашем месте выбрал Суму, мессир, продолжал настаивать на своём говорящий кот. – А с Владыкой Света вы еще успеете сразиться, когда Сила будет на вашей стороне! Сейчас, увы, это не так. И вы можете погибнуть с куда большей вероятностью.

Так-то да, по теории вероятности шансов выжить у меня, забравшись в безразмерную торбу Стриги – пятьдесят на пятьдесят. А вот при столкновении с Владыкой Света вероятность уцелеть куда меньше. Так что нужно, наверное, следовать совету кота, и лезть в Волшебную Сумку.

– Когда Сила на моей стороне будет, говоришь… – Взяв драный мешок в руки, я заглянул внутрь. Сумка была пустой, а сквозь прорехи в грубой ткани виделся каменный пол.

– Совершенно верно, мессир.

– А в чем Сила, брат? – криво усмехнулся я, вспомнив ставшими крылатыми строки из фильма, который еще не снят. И неизвестно, снимут его теперь, после стольких изменений реальности. Думается мне, что нет.

– И в чем же по-вашему Сила, мессир? – С интересом уставился на меня Грималкин.

Ну что ж, хоть кто-то кроме меня приобщится «к высокому»:

– А Сила в Правде, хвостатый! У кого Правда, тот и сильней!

– Не буду спорить, мессир, – дипломатично отозвался кот, – вам виднее!

– А ты уверен, что эта фигня со мной сработает? – Еще раз заглянув внутрь сумки, с сомнением произнес я. – Я же, все-таки, не вещь.

– Не попробовав – не узнаем… – Кот тоже поднялся на задние лапки и заглянул внутрь сумы. – Толкайте туда ногу, мессир. Даже если её отхватит Колдунством, вы же сумеете еще отрастить? Хотя, руку же не отрезает, когда вы что-нибудь ищете внутри.

– Согласен! Перед смертью не надышишься!

Я поставил безразмерную Суму на пол и решительно «шагнул» одной ногой в её распахнутую горловину. Нога тут же потеряла опору. А я рухнул на пол, провалившись в чрево Волшебного Артефакта по самое «не балуйся». Ногу мне никто не откусил, и я ощущал её как обычно.

– Пока все в порядке, – заметил кот, с интересом наблюдая за моими действиями.

Я же, тем временем, затолкал в Сумку и вторую ногу, усевшись на пол, как на крае глубокого обрыва.

– Поехали! – произнес я, отталкиваясь от пола руками и словно «солдатиком» прыгая в неведомую пустоту.

Глава 4

Едва я с головой провалился в безразмерную котомку Стриги, как свет тут же «погас». Темно стало, как у негра в жопе, простите мою нетолерантность. Словно неведомый электромеханик, тля, перерезал ночью все провода. Из ощущений только чувство свободного падения, да свист ветра в ушах. Интересно, а с какой высоты я грохнусь? И сумею ли кости потом в кучку собрать?

Недолго думая, я подключил Магическое зрение. Но ничего существенного этим не добился – вокруг все так же стояла непроницаемая темнота. Как говориться, хоть глаз коли. А потом меня «болтать» начало из стороны в сторону. Я уже и всякую ориентацию потерял…

В пространстве, конечно, а не ту о которой некоторые подумали. Верх-вниз, вправо-влево – всё как-то спуталось, смешалось. В общем, без бутылки и не разобраться! Хотя, мне того винишка, которым Лжекощей вчера потчевал, за самые гланды хватило! Нет, нам такого угощения и даром не нать, и с деньгами не нать! Лучше уж трезвенником назовусь – целее буду.

Наконец, где-то в обозримом пространстве, с направлением я до сих пор испытывал существенные затруднения, что-то слабо замерцало. Словно огонёк, какой далекий. По мере приближения этот огонек постепенно разгорался, пока не рассыпался на целый рой светящихся в темноте точек. А это могло означать только одно, что впереди меня поджидало нечто Магическое, поскольку обычное зрение до сих пор пасовало.

Я стремительно летел к этим огням, количество которых все увеличивалось и увеличивалось, пока не закрыло мне весь обзор. Хотя, кроме темноты там и смотреть не на что было. А потом моё падение стремительно прекратилось – я с размаху впечатался в какую-то твердую кучу. Дух из меня резко выбило – скорость падения оказалась весьма существенной. Я даже сознание на мгновение потерял.

Очнулся я довольно быстро, хотя мне и сравнить-то было не с чем. Однако, складывалось такое ощущение, что без сознания я пребывал совсем немного. Черпанув из Резерва толику Силы, я привычно сформировал Малое Целительское Заклинание без всяких проблем. В этом странном «пространстве» внутри Магической сумы Стриги Магия срабатывала как обычно, без всяких сбоев и блоков. Ощутив, что мой пострадавший от удара организм пришел в норму, я осторожно поднялся на ноги и внимательно огляделся.

Можно, конечно, было поэкономить Магическую Энергию и обойтись действием Регенерации, но мне важно было проверить, работает здесь мой Талант или нет. Мало ли с чем здесь придется столкнуться лицом к лицу. Может быть в этой Суме безумная Ведьма кроме всего прочего держала и опасных Тварей, вынимая их из Магической котомки по мере надобности. В общем, я был сейчас готов к любым неожиданностям.

А вот с Магическим Зрением здесь творились какие-то странные штуки: изображение плыло и искажалось, я даже не мог нормально определить расстояние до той или иной цели. Причину такого сбоя я видел в очень большой концентрации Магических Артефактов, окружающих меня со всех сторон настоящим светящимся роем. Похоже, их количество создавало в этом пространстве чудовищный Энергетический фон, который и сводил с ума мою очень редкую Магическую Способность.

Сообразив, что Магическое Зрение мне только мешает ориентироваться, я мгновенно его отключил, Колданув по-бырому обычное и малозатратное Заклинание «Светлячок», которое «подвесил» в воздухе неподалеку от себя. Хоть «Стветлячок» и поглощал мизер Энергии, света он давал вполне достаточно, чтобы осмотреться. Чем я и занялся.

На первый взгляд окружающее меня пространство напоминало обычную городскую свалку. Я находился на вершине огромной кучи барахла, по большей части непонятного мне предназначения. Но практически каждый предмет в этой огромной куче, конца и края которой я не мог разглядеть, даже используя «Светлячк», являлся Магическим Артефактом.

Я находился на самой огромной в мире свалке Магических Артефактов, края которой скрывались где-то в кромешной темноте. Предназначение некоторых предметов я угадывал с первой попытки. В осном это было всевозможное оружие: колчаны с луком и стрелами, копья, мечи и сабли разнообразных форм и размеров.

Защитного снаряжения тоже хватало с избытком. Я никогда не видел такого количества брони: полных доспехов, нагрудников, щитов, латных рукавиц, шлемов и кольчуг. Здесь присутствовали, наверное, экземпляры вооружения всех времен и народов, когда-либо существовавших на земле.

В связи с этим мне подумалось, что на эту примечательную свалку попадали Магические Артефакты не только через Волшебную Суму Стриги, которую приватизировали мы с Грималкиным. Они сыпались сюда еще из сотен и тысяч таких же котомок, созданных по определенному «образцу» и с применением однотипных заклинаний.

Затем эти Волшебные Сумки терялись, уничтожались, приходили в полную негодность. Люди, Маги или сами Боги, хранившие в них свои ценности, забывали об этом. А свалка постепенно росла, как на дрожжах, накапливая за сотни и тысячи лет всеми забытые Артефакты. Вот только одного я не мог понять, отчего никто не додумался нырнуть в котомку с головой, как это произошло со мной?

Ответ пришел сам собой, когда я обратил внимание на то, что нахожусь я здесь в своем изменённом обличие. Похоже, что только мертвые не могут здесь умереть, прошу прощения за такую вот тавтологию. И еще один момент, который, возможно, не дал мне здесь отдать концы – это Благословение Великой Уравнительницы. Кто его знает, какими дополнительными плюшками она меня наградила?

Как обстояли дела на самом деле я мог только догадываться. Однако, тот факт, что я единственный выживший, я обнаружил буквально через полчаса, наткнувшись на высушенную мумию какого-то бедолаги. Значит, не одному Грималкину приходили в голову подобные мысли – скрыться от врагов в Безразмерной Суме. Хотя, может быть этой мумией двигала только жажда наживы. Не знаю, пусть покоится с миром! Здесь его кости никто не потревожит.

Поскольку мой Дар здесь не глушился Блокираторами, и вполне сносно функционировал, я попытался создать Портал. Чего, казалось бы, проще? Раз-два и ты уже в нужном месте. Однако, по непонятным причинам, сформировать Заклинание Переноса мне не удалось. Руны и Знаки никак не хотели встраиваться в нужную мне Формулу, не обретали стабильность и «утекали», словно сухой песок сквозь пальцы. Вскоре я оставил эти бесплодные попытки.

Некоторое время я бессмысленно слонялся по местным залежам Магических вещей, любуясь особо искусными изделиями. Из рук древних мастеров иногда выходили настолько чудесные произведение искусства, что невозможно было оторвать глаз. Однако, какие функции они в себе несли я не представлял, поэтому и брать их в руки не спешил. Не хотелось в очередной раз по дурости вляпаться в какое-нибудь дерьмо.

Однако, случайно зацепившись когтями и вывернув из кучи хлама до боли знакомый предмет, я не удержался, чтобы не взять его в руки. Им оказалась небольшая искусно расписанная тарелочка, к центру которой словно прилипло золотое яблоко. Ну кто из нас, скажите, не читал в детстве русские-народные сказки, в которых присутствовала Волшебная Тарелочка?

Да-да! Катись-катись яблочко, да по тарелочке! И таким вот странным Магическим способом можно было увидеть всё, что душа пожелает. Блин, вот и я не удержался. Примостив свой зад на огромном металлическом нагруднике, который, наверное, подошел бы и мне в Кромешной Ипостаси, я положил тарелочку на колени и легонько толкнул пальцем яблоко.

– Катись-катись яблочко, да по тарелочке! – произнес я заветные слова.

И что? Да ничего! Яблоко ни на миллиметр не сдвинулось со своего места. Я толкнул его посильнее. Не тут-то было – проклятый фрукт даже не шелохнулся, словно был намертво приклеен к фарфоровой поверхности. Может быть, это всего лишь муляж? Имитация настоящего Артефакта, которую захотел у себя иметь какой-то идиот? Да нет, не может быть!

Я буквально на мгновение перешел на Магическое Зрение. Ошибки быть не должно – Энергетический Силовой Фон, излучаемый и яблоком, и тарелкой, однозначно подтверждал, что передо мной настоящий Артефакт. Тогда в чем же дело? Отчего она не работает? Может быть я неправильные слова произнес? Но в сказках говорили именно так, а не иначе, и все прекрасно работало. В чем же тогда здесь фокус?

Догадка пришла буквально в следующее мгновение – Артефакт просто исчерпал заряд встроенного в него небольшого по размеру Кристалла-Накопителя, который я обнаружил с тыльной стороны тарелочки. Его я как раз и не приметил с первого взгляда. Что ж, попробуем зарядить Магическую батарейку. А там, глядишь, и заработает забытая всеми Волшебная Вещица.

Я прикоснулся к Кристаллу, направляя из Резерва небольшой поток Энергии. Меридианы послушно откликнулись на моё желание, и по ним, словно ток по металлическим проводам, потекла Сила. Чтобы заполнить Накопитель Энергии потребовалось всего-ничего – я даже для активации Малого Целительского Заклинания потратил раза в два больше Сил.

Вот умели же древние Мастера изготавливать такие чудные вещи! А ведь нехваткой Силы в стародавние времена Маги совсем не страдали, не то что в последующие столетия, когда Общий Источник Магической Энергии отчего-то забарахлил. И вот что интересно, до сих пор ни один Маг-Силовик, Асур, Бог или Титан, так и не обнаружил, где на самом деле он находится. И, вообще, никто не представляет, что же он такое на самом деле?

Когда Кристалл наполнился, и засветился ровным желтоватым сиянием, я вновь подтолкнул яблоко пальцем и тихо прошептал:

– Катись-катись яблочко, да по тарелочке…

После моих слов яблоко покачнулось, «отлепилось» от центра тарелки и принялось неспешно нарезать круги по самому его краю.

– Получилось, тля! У меня получилось! – не сдержавшись во всю глотку заорал я, едва сдержавшись, чтобы не пуститься в пляс.

Но меня удержал лежащий на коленях Артефакт, центр которого тоже замерцал желтоватым светом, и подернулся крупной рябью. Это было так похоже на современный телевизор, не подключенный к антенне, что я громко заржал. А мы все спорили, кто первый придумал передачу изображения на расстоянии. Оказывается, все споры и яйца выеденного не стоили – первым передавать изображение на расстоянии научились древние Маги. И сказки этот факт ни разу не переврали. Все так и было. И я тому свидетель!

– Катись-катись яблочко, да по тарелочке, – продолжал нашептывать я это древнее Заклинание, – покажи мне… – Я на секунду даже дыхание задержал, набираясь храбрости.

Ведь больше всего на свете я хотел увидеть сейчас мою Надюшку. Любимую жену, в том, прошлом мире, а в этом совсем еще молоденькую девчонку, которая меня еще и знать не знала. Не знаю, как сложится моя дальнейшая судьба и, возможно, мне придется погибнуть… Но я хотел еще разок взглянуть на такое близкое и дорогое мне лицо, хотя бы в последний раз.

Тарелочка в ответ на мою просьбу замерцало и заискрилось с удвоенной яркостью. А затем вдруг в его «глубине» проявилась резкая и четкая картинка, как будто приоткрылось окно в реальный мир. У меня даже сердце перехватило, когда я увидел её… Мою Надюшку… Такую молодую, веселую и румяную…

Я даже не заметил, как из моих увлажненных глаз выкатились две крупные слезинки, прочертив по уродливым омертвевшим щекам мокрые дорожки. В Москве вовсю светило солнце, проникая сквозь большие и чистые окна в салон трамвая. Весна уже полностью вошла в свои права, и кое-где на деревьях появились нежно-зеленые клейкие листочки.

Моя драгоценная и любимая супруга о чем-то переговаривалась с подружками, время от времени задорно смеясь. При этом её косички, в которые оказались заплетены её шикарные волосы, озорно раскачивались, а на румяном лице проступали такие знакомые ямочки.

Я громко шмыгнул носом, совсем расклеившись от увиденного. Как бы я хотел в этот момент оказаться рядом! Ловить каждое её дыхание, каждое слово! Вместе смеяться незатейливым шуткам и радоваться простым и обыденным вещам: весеннему солнцу, свежему ветру, и даже первой майской грозе. Ну, почему я до сих пор так далек от своего счастья? Ведь оно так рядом, буквально руку протяни…

– Черт! – выругался я, когда осознал, что ткнул своей когтистой лапой в середину тарелочки, сбив всю «настройку».

Картинка с Надюшкой пропала, а по фарфоровой поверхности вновь пошла крупная рябь. Но больше вызывать милую мне картину молодой супруги я не стал. Хватит, и без того сопли распустил! Неизвестно ещё, как я отсюда выберусь. И из Волшебной сумки, да и вообще с Кромки в реальный мир. Возможно, что у Грималкина ничего не получилось, и мне-таки придется вступить в схватку с Лжекощеем на его территории. Чего мне по ряду причин очень бы не хотелось.

Следующей картинкой я запросил у Артефакта показать мне мое Мертвое воинство, управление которым, уходя на переговоры, я доверил Молчану. Тарелочка послушно показало мне полевой лагерь моих Ходячих. В нем, судя по транслируемому изображению, дело обстояли хорошо. Никто на моих подчиненных Мертвяков не нападал.

Похоже, что «Злобный Санта» пока еще дожидается моего решения, не желая без нужды губить ни своих Рубежников, ни моих Ходячих. Бережливый, сука! Надеется, все-таки, что я соглашусь перейти под его руку. Ну, жди-жди, упырь, ничего тебе не здесь не обломится!

Мои живые в стане Мертвяков – Василинка с Первухой, тоже чувствовали себя отлично. Они расположились под выстроенным навесом из свеженарубленных веток, и жарили на углях какую-то дичь. Ну, да, ведь еды с собой у нас не было. А они молодцы, и поохотиться успели, и никакой паники я на их лицах не заметил.

Молодцы, ребятки! Достойная смена растет! Вот на кого бы я всю Кромку оставил, да еще на Молчана, чтобы приглядывал. Вон, как он ловко моими Умрунами распоряжается, словно всю жизнь этим и занимался. Рассудительный, хладнокровный, а после смерти, кажись, еще более спокойным стал. Достойная замена Лжекощею… Эх, как это у меня все ловко вышло. Уже и все роли умудрился распределить, и «министерские» портфели раздать. Только проблема-то еще, отнюдь не решена.

Закончив с насущными вопросами, я постарался рассмотреть в Артефакте моих друзей и соратников, спешащих мне на помощь. Но по какой-то странной причине, Тарелочка отказалась показывать мне и Кощея, и полковника Легиона, и его «вечных» спутников Бима и Бома. В чем причина такой избирательной работы Магического Предмета я и не понял, но думать над этим у меня просто не было сил.

В конце я еще немного поигрался с Артефактом, подглядывая за работой моих старших товарищей: Иосифа Виссарионовича и Лаврентия Павловича. Товарищ Сталин был обнаружен мной в своем рабочем кабинете, склонившись над какими-то бумагами, а товарищ Берия, «высунув язык» носился по какому-то огромному заводу, выпускающему явно совсем не детские игрушки. Решив им «не мешать», видно же – делом люди заняты, я свернул «окошко» в реальный мир.

Сколько времени я находился на этой свалке забытых Артефактов, определить мне не удалось. Оно здесь словно замерло, оторванное от основного мира. И вообще, мне было бы очень интересно узнать, где находилось это странное место. Возможно, что и в каком-нибудь параллельном измерении, связанное с обычной мне вселенной посредством Безразмерной Сумы.

На этот счет я обязательно переговорю с Кощеем, если нам когда-нибудь доведется встретиться. Но я буду надеяться, что все мои приключения закончатся благополучно. А ведь если с умом подойти ко всей этой груде Артефактного барахла, то как наша страна подняться сможет! И в военном плане, и в Магическом. Я уверен, если здесь основательно покопаться, можно обнаружить такие вещи, которые могут творить настоящие Чудеса.

Напоследок я решил проверить, чем же сейчас занят мой хвостатый помощник. Отчего он не спешит вытащить меня из этого древнего хранилища всевозможной Магической хрени непонятного предназначения?

Сформировав новый запрос Тарелочке, я уставился на говорящего кота, который обнаружился в каком-то лесу. Судя по картинке, где вдалеке виднелись шпили Лжекощеева дворца, он недалеко переместился от его вотчины. Грималкин с задумчивым выражением на усатой кошачьей морде, шерудил лапой в дырявой Суме. Но «рыбка», которую он хотел выловить в её бездонном чреве, все никак не ловилась.

– Похоже, что я здесь надолго застрял… – Словно ледяным крошевом окатила меня неожиданная догадка. Ведь кот, насколько я понял, пытался вытащить из Сумы Стриги именно меня.

Глава 5

Застревать надолго на этой свалке Артефактов мне вообще не улыбалось. Так-то у меня ещё дел невпроворот, и здесь – на Кромке, да и в «нормальном» мире тоже хватало. А закончить свои дни, как это безымянная мумия, которую я здесь видел, совсем не желаю всеми имеющимися фибрами души. Чтобы это ни значило…

Поэтому я сосредоточился, как можно ярче и четче представляя себе, как мягкая лапа говорящего кота прикасается к моему плечу. Ну, я решил использовать тот же принцип: когда ищешь в пустой Волшебной Суме нужную вещь, нужно её как можно точнее себе представить, и искомая вещица сама ляжет тебе в руку. Хрен его знает, а вдруг и сейчас этот принцип сработает?

Изображение Грималкина в Тарелочке всё пыталось найти меня в дырявой Котомке Стриги, но никак не находило. А я пыжился изо всех сил, стараясь «увидеть» где-нибудь рядом с собой в воздухе его лапу. Ну, блин, прямо как два полоумных дебила, право слово! После нескольких минут безуспешных попыток, меня начал разбирать неудержимый нервный смех.

И вот, когда я уже потеряв всякую надежду выбраться из грёбаной Сумки «на волю», и ржал в полный голос, стараясь отереть своей уродливой клешней выступившие на глазах слёзы, моего плеча коснулось что-то мягкое и одновременно острое. Как кошачья лапа с выпущенными коготками.

Ну, это я уже потом осознал. А в тот момент я тут же среагировал «на опасность» и ухватился за неожиданно появившийся «предмет» двумя руками. Предмет действительно оказался кошачьей лапой, «зависнувшей» у моей головы совершенно отдельно от остального тела.

Я несказанно обрадовался, каждое мгновение ожидая, что опять «вознесусь» и выйду на белый свет из этой чертовой Волшебной Котомки. Но, не тут-то было – кот явно тянул меня наверх, но без особого успеха. Секунды бежали, а ничего так и не происходило – я все еще стоял на куче Магического хлама, а не в лесу рядом с Грималкиным.

Я продолжал наблюдать в Тарелочке, как кот, извиваясь всем телом и рыхля когтями задних ног мягкий лесной дёрн, старается изо всех сил вытащить меня их Волшебной Сумки. Но, видимо, это оказалось ему не по плечу. Я даже подпрыгнул повыше, чтобы ему хоть чем-то помочь. Но, как оказалось, этим прыжком я только окончательно всё испортил.

Говорящий кот не удержался на ногах, когда я приземлился обратно, и ухнул с головой в распахнутую горловину чудесного безразмерного Артефакта. Только комья земли взлетели в воздух. Вот кот был, и вот кота уже нет. Только старая дырявая котомка осталась валяться в лесу под сенью вековечных деревьев.

Может быть, кто-нибудь, когда-нибудь её и найдет, вот только вытащить оттуда нас с Грималкиным уже не сможет. Да и вообще никто ничего оттуда достать уже не сможет – ведь он не знает ни о её свойствах, ни о хранящихся в ней предметах. Похоже, что в мире станет еще одним Артефактом меньше, только нам с котом этим уже не помочь.

Не успел я «чихнуть», как на мою голову с истошным криком свалился взъерошенный и перепуганный донельзя котяра. Он, не придумав ничего лучшего, вцепился выпущенными когтями мне в загривок. И, несмотря на тот факт, что я пребывал в своем Сумеречном состоянии, ощущения от этого «контакта» у меня остались не самые радужные. Что же у него за когтищи такие, ведь мою Костяную Броню не каждая Магическая Тварь сможет повредить? А от кошачьих когтей у меня остались конкретные такие борозды, которые совсем не спешили затягиваться.

Я аккуратно взял Грималкина за шкирку и, пусть и с трудом, но умудрился оторвать его от себя. Потом, держа говорящего кота на весу, немного встряхнул его, приводя в чувство.

– Ты чего это устроил, хвостатый? – сурово вопросил я его, глядя в огромные кошачьи глаза, зрачок на которых расплылся на всю радужку. – А ну прекратить истерику!

Как ни странно, но мой гневный окрик подействовал на Грималкина вполне благотворно. Он прекратил мерзко орать, выкручиваться и махать в воздухе лапами с выпущенными острыми когтями. И что самое главное – он не умер, очутившись в этом странном пространстве внутри сумки, как я наивно предполагал, наткнувшись на высушенный труп. Значит, тот бедолага умер от голода, либо от обезвоживания, либо от того и другого вместе, потому что с котом здесь ничего страшного не случилось.

– Простите, мессир! – повиснув тряпочкой в моей руке, виновато пропищал Грималкин. – Перетрухал малость… Сейчас вернусь назад и попробую еще разочек… – Кот замерцал, словно «растворяясь» в воздухе, а затем вновь проявился. – Что за дерьмо? – Он пробовал переместиться еще раз и еще, но его невероятная способность давала сбой «внутри» Сумы Стриги.

– Да, ситуация у нас с тобой, конечно, не айс, – согласился я со своим хвостатым помощником, – но, не настолько уж и плоха. Мы живы, здоровы, пока еще при памяти. Так что будем, как обычно, выкручиваться, – добавил я и разжал пальцы, отпуская кота «на свободу». – Со мной такие казусы постоянно происходят, так что привыкай!

– Виноват, мессир! – Ловко приземлившись на все четыре лапы, произнес кот, подозрительно оглядываясь по сторонам. – Я знал, на что иду, когда принес вам Магическую Клятву верности. С Высшими Сущностями всегда должно что-то происходить… Иначе, как еще Возвыситься? И вообще, где мы?

– В бабкиной Сумке, где же еще? – Я усмехнулся, легким усилием воли возвращая себе обыденный вид.

Так-то, огромным и сильным Монстром быть весьма неплохо, но я отчего-то привязался к своему «смертному костюмчику». Привычней мне в нем, что ли? Да и на ногах нет настолько нестриженных когтей, которыми я все время за что-то цепляюсь.

Вот только с одёжкой опять сплошные проблемы. Перекинулся-то я в Кромешное состояние неосознанно, и одежду скинуть не успел. А она, естественно, не выдержала такого над собой издевательства, и опять превратилась в полнейшие лохмотья. Даже стыдно в таком рубище щеголять, хоть кроме кота и не видит никто. Вот как бы мне научиться перекидываться так, как это удается полковнику Легиону. Какую бы форму он не принял – всегда остается «опрятным и аккуратным». А вот мне такой фокус, увы, недоступен.

Что ж, как говаривал мистер Филеас Фогг: используй то, что под рукою и не ищи себе другое! Однако, на этой свалке Артефактного барахла с одеждой, отчего-то, был сплошной напряг. Ну, не в доспехи же мне влатываться? Был только один приемлемый вариант: заняться мародеркой – раздеть засушенную мумию. Прости, друг, но мне нужна твоя одежда!

– Никогда не думал, – произнес кот, когда я начал стягивать с мумии сапоги, а затем штаны, – что в Суме могло столько всего накопиться. Это же уму непостижимо, сколько здесь всего! Просто залежи могущественных Артефактов!

– Да, я уже думал об этом, – не отвлекаясь кивнул я, примеривая загнутый в носке сапог мертвяка к собственной ноге. – Есть подозрение, что сюда вещички не только через старухину котомку попадали, но еще и из всех подобных вместилищ… – К моей несказанной радости сапог оказался несколько великоват. Но это мелочи, хуже, если он был мал. А так, намотаю портянок из собственного рубища, мне не привыкать.

– Наверное, вы правы, мессир, – оценив величину кучи, простирающуюся во все стороны, согласился со мной кот. – Для одной котомки многовато будет. А как вы думаете, что это за место? И где расположено? Ведь явно не на Кромке или в Землях Порядка?

– Это, действительно, загадка! – кое-как протрусив штаны, что избавить их от пыли, произнес я. – Только сомневаюсь, чтобы до него было легко добраться – иначе всё это барахло давно бы растащили. А, может быть, это вообще какое-то искусственное и замкнутое пространство, завязанное только на Сумки. И выхода из него нет.

– Это будет самым хреновым вариантом, мессир, – недовольно проворчал кот.

– Согласен, – я был не намерен спорить с Грималкиным – так-то он был абсолютно прав, – и сгинем мы с тобой, вот прямо как это бедолага.

Я как раз закончил возиться с дорогим и расшитым золотом кафтаном мертвяка, который выглядел пришедшим еще из допетровской эпохи. И загнутые в носах красные сафьяновые сапоги тоже это подтверждали. Прямо князь из русских сказок получился. И, если сапоги со штанами были мне великоваты, то кафтан сел как влитой – просто любо-дорого посмотреть! Жаль, не перед кем красоваться.

– Нет, мессир, не сгинем! – уверенно заявил мой пушистый друг. – Этот бедолага – обычный смертный! Он вам совсем не ровня. Мы обязательно отсюда выберемся, у меня чуйка на это счет.

– Чуйка – это хорошо! Чуйка – это отлично! – Я тоже старался не поддаваться панике. – Вот только что мы с тобой будем есть и пить? Я, допустим, могу в Кромешном Обличии довольно долго обходиться без еды и питья (на самом деле Мертвякам вообще жрать не надо, хотя предел, наверное, какой-то существует), а вот как быть с тобой, Грималкин?

– Да, вы как всегда правы, мессир – мне без жратвы и воды долго не протянуть, – согласился говорящий кот. – Хотя, может я здесь какую-нибудь мышь сумею отыскать… – Он сморщил брезгливую физиономию, как будто мыши, это последнее в жизни, что он согласится съесть. Даже под страхом неминуемой смерти от голода.

– Тогда не будем задерживаться здесь понапрасну! – притопнув высоким каблуком сафьянового сапога, произнес я. – Может, и найдем чего по пути.

– И в какую сторону направимся, мессир? – полюбопытствовал хвостатый.

– А не все ли едино? – Пожал я плечами. – Выбирай любое направление, глядишь, куда дорожка и выведет. В крайнем случае, поточнее узнаем границы этой свалки.

– Принимается, господин! – послушно произнес кот, скачками уносясь вдаль по груде барахла.

Мне ничего не оставалось, как отправиться вслед за ним. Главное, да и самое трудное в этом походе – не сбиться с пути. У нас не было ни единого ориентира, которого можно было бы держаться, чтобы не плутать кругами по этой гигантской помойке разного Магического хлама. Когда-то, еще в моём далеком детстве такое странное поведение заблудившегося человека пытались объяснить тем, что «правый» шаг больше «левого» – и были очень далеки от истины.

Я читал научные статьи об этом феномене уже в более позднее время: как установили ученые, люди, потеряв ориентацию в пространстве, действительно ходят по кругу. Но не из-за широкого шага правой ноги. А из-за особенностей строения мозга.

Во время исследования добровольцев с завязанными глазами и снабженные GPS-передатчиками просили долго ходить по полю. И выяснилось, что по ходу движения участники эксперимента делали петли разного диаметра. Причем, никакой ощутимой разницы между тем, какая нога является более сильной, и направлением поворота петли не отмечалось.

Также выяснилось, что люди даже в солнечный день могли идти по прямой в течение долгого времени. В облачную же погоду они начинали петлять. Из проведенных опытов ученые заключили, что хождение по кругу объясняется работой человеческого мозга, а не особенностями его физического строения. По словам психологов, такое поведение человека зависит от того, что мозг получает информацию о направлении движения с некоторой погрешностью. Когда погрешности накапливаются, тогда и выделяется «предпочтительное» направление, которое и заставляет людей кружить на одном месте.

А я же сейчас вообще находился в кромешной темноте, разгоняемой лишь светом моего слабенького светляка, поэтому, мог бесконечно кружить по свалке. Причем, так и не осознав, что реально хожу кругами. У меня была надежда на говорящего кота – животные чувствуют направление движения, куда как лучше людей. Да и ночное зрение у него имеется – не пропадем!

Кот скакал впереди, а я двигался за ним, прикидывая в голове, как мне все-таки разобраться с паршивой копией Кощея, если нам удастся отсюда выбраться. Да и вообще мне была интересна реакция самого Бессмертного, случись эта «историческая» встреча. Ведь он по заверениям «Злобного Санты», вообще о нем ничего не знает. А ведь это – часть его самого. Да, не самая лучшая, от которой он в свое время попытался избавиться таким вот нетривиальным методом, но всё-таки…

Вот только зря я надеялся на кота. Похоже, что нарезать круги, когда у тебя нет четкого направления и ориентира – прерогатива не только людей, а любого разумного существа. Говорящий кот, похоже, страдал той же проблемой.

И когда мы в очередной раз прошли мимо приметной тряпки, расшитой крупными красными петухами, я громко окрикнул своего черехлапого сутника:

– Грималкин, подь сюды, блохастый! Мы, похоже, заблудились!

– Как так, мессир? – Кот совершенно не обиделся на «блохастого», но выглядел весьма обескураженно.

– А вот так… – Развел я руками. – Видишь вон ту ветошь с петухами, что торчит из-под конского седла? Мы мимо нее второй раз проходим.

– Какая ветошь? – Кот посмотрел в ту сторону, куда я ткнул пальцем.

– Вон та, – еще раз указал я, – с красивой вышивкой.

Неожиданно кот подорвался с места и побежал в указанном направлении, только кожаные пятки засверкали в лучах «Светлячка». Я лишь покачал головой на его странное поведение, но ничего не сказал – мало ли кто как с ума сходит. Психика – вещь тонкая, только грубо её тронь, сразу сбоить начнет. Ну, а психика Дивных Существ, каким, несомненно являлся Грималкин, вообще темный лес. Ну, сами подумайте, каково это, быть говорящим котом?

– Мессир, живем, мессир! – Кот заверещал, словно умалишенный, вцепившись передними лапами в старую тряпку. И чего он только в ней такого нашел? На мой взгляд, не такая уж она и красивая. – Идите сюда скорее! – продолжал драть глотку хвостатый, которому явно не хватало силы, вытащить находку из-под груды мусора.

– Ну, и зачем тебе понадобилась эта вышиванка? – Строго посмотрел я на кота, ухватившего тряпку зубами и продолжающего упираться уже всеми четырьмя лапами.

– Вы так и не поняли, что это, мессир? – выплюнув тряпку изо рта, произнес кот с отдышкой. – Никакая это не вышиванка! Это – самая настоящая скатерть-самобранка! Понимаете, какая нам улыбнулась удача? – Глаза кота прямо лучились от счастья. – Я перво-наперво, целую крынку молока выпью…

– Постой-постой, дружище? Ты уверен? Скатерть-самобранка? Это та, которая любую еду…

– Да-да, мессир, можете мне поверить! – поспешно затараторил кот, словно на ускоренной записи. – Давайте её быстрее вытащим и проверим! Вдруг, она рабочая? А то у меня уже в брюхе так урчит…

– Сейчас-сейчас… – Тут уже засуетился и я, поскольку и у меня в животе постепенно начинал играть настоящий симфонический оркестр.

Ведь сколько мы с котом бродили меж все этих залежей – неизвестно. Но то, что явно немало – факт. Я отбросил в сторону тяжеленое седло, в изобилии украшенное серебром, золотом и драгоценными камнями. Во интересно, а какое свойство было в него заложено Магом-изготовителем? Повышать выносливость лошади? Или добавлять силы и храбрости седоку? А, может, оно и вообще без тяговой силы, в виде коня, работало? Само по воздуху летало…

– Мессир, а можно поскорее, пожалуйста? – заныл рядом говорящий кот, когда я ненароком с головой ушел в свои мысли. – Очень уж есть хочется…

– Блин, и не говори! – согласился я с ним, потянув за край скатерти, обшитой по краю ярко-алой бахромой. – Нет, не идет, проклятая! – выругался я.

– Только не порвите её, мессир! – бубнил под руку кот, когда я, упав на четвереньки, принялся откапывать застрявшую часть самобранки. – В нашем с вами случае это очень ценная вещь! Очень…

– Спокойно, хвостатый, без пены! – осадил я кота, когда он уж очень сильно начал путаться у меня под руками, не давая нормально работать. – Не мороси под руку понапрасну! Сам понимаю, что ценная.

Под грудой, возможно очень полезных Магических вещей, я обнаружил и второй «край» Волшебной скатерки. Он оказался намотан на древко какого-то весьма кривого копья, даже не имеющего железного наконечника – просто грубо оструганная и обожжённая на огне палка, заостренная с одного конца. Именно эта «неандертальская» палка и мешала вытащить самобранку.

– Интересно, а эта хрень как сюда попала? – отмотав ткань от кривого дрына, риторически бросил я.

– О, мессир, я бы поостерегся так уничижительно относиться к подобным древним Артефактам, – посоветовал усатый пройдоха. – Подчас творения Магов молодого и только нарождающегося мира, на голову превосходят более поздние поделки. Тогда сама Первородная Сила была куда мощней и яростней. А эта вещь явно из таких, – наметанным глазом определил хвостатый.

– Хорошо, – ответил я, – возьму с собой эту палку, за место посоха мне послужит, раз ты её так хвалишь. И это, хватит уже трепаться! Показывай, как эта переносная столовка работает?

Глава 6

– Столовка? – Кот непонимающе уставился на меня своими зелеными глазами.

Согласен с его недоумением, когда Грималкина пленила Стрига нормальных столовых, как варианта предприятий общественного питания еще не существовало. Харчевня там, или трактир – это пожалуйста, а столовые куда более позднее изобретение человечества.

– Столовка – это то, чем стол застилают? – Быстро сделал свои выводы хвостатый.

Вот же лингвист недоделанный! Но и не сказать, чтобы уж совсем неправ.

– Ну, почти угадал, – не стал я расстраивать своего пушистого спутника. – По крайней мере, корень выделил правильно.

– Какой корень, мессир? – вновь не понял меня говорящий кот. – Никаких корней во всей округе нет. И зачем вообще его выделять?

– Ой, да не бери в голову, дружище! – Потрепал я кота по загривку. – Давай уже со скатертью разбираться – жрать охота!

– А уж мне-то как охота, мессир! – Согласно покивал головой хвостатый, принимаясь растягивать цветастое полотнище на куче хлама. – Помогите его развернуть, мессир, – попросил меня говорящий кот. – Нужно проверить Артефакт на наличие повреждений.

– Думаешь, с дырой она работать не будет? – поинтересовался я у «всезнающего» Грималкина, развернув скатерть во всю величину.

– Затрудняюсь ответить на этот вопрос, мессир… – Кот с видом знатока обследовал мятую тряпку, нарезав вокруг неё несколько кругов. – Но нам с вами повезло – ни одной дырочки! А могли бы и мыши погрызть…

– Выходит, что нет здесь мышей, Грималкин, – усмехнулся я в усы, приземляя свой тощий зад на богато отделанное седло. – И, если скатерть-самобранка таки не заведётся – с голоду подохнем. Ты – чуть раньше, ну а я – попозжа̀.

– Тьфу-тьфу-тьфу, мессир! – Кот демонстративно сплюнул через левое плечо. – Накаркаете ещё! – Взгляд кота упал на откопанную мной заостренную палку. – Три раза, чтоб не сглазить… – пробормотал Грималкин и постучал лапкой по дереву.

Ха, а хвостатый пройдоха, оказывается, еще и суеверен ко всему тому! Вот никогда бы не подумал, что Волшебный кот будет плевать через левое плечо и по палке стучать. Когда-то я считал, что это христианское суеверие: типа на правом плече Ангел сидит, а на левом Бес.

Но, как оказалось, это суеверие куда древнее – в дохристианской Руси тоже считали, что на левом плече человека восседает маленький злобный Дух – Анчутка. Поэтому, отгоняя беды, плевали именно через левое плечо. Кроме того, слюна нередко использовалась в магических ритуалах очищения, вот и плевали в бедного Анчутку все, кому не лень. Ну, и троекратный стук по дереву происходил из той же суеверной оперы.

Еще раз обежав скатерть-самобранку по кругу, говорящий кот признал её пригодной к эксплуатации.

– Теперь давайте её аккуратно свернем, мессир, – предложил Грималкин. – Вот по этим самым складочкам. – Указал он на едва видимые полоски на ткани, по которым её явно когда-то складывали, но очень и очень давно.

– А это еще зачем? – удивленно поинтересовался я, незнакомый с такой странной технологией работы Волшебных дастарханов[1].

– Ну что вы, мессир, разве не знаете? – Котяра вновь вылупился на меня своими сверкающими глазищами. – Заклинание, запускающее скатерть-самобранку всегда начиналось словами: скатерть, развернись! А если её изначально неправильно сложить – она и не развернётся! – Словно неразумному дитяте кот постарался разъяснить мне принцип работы чудо-скатёрки.

– Ясно, – кивнул я, – это принцип парашюта – если его неправильно уложить, то в нужный момент он и не раскроется.

– Не знаю, что такое парашют, – мотнул головой кот, – но думаю, что вы правильно ухватили мою мысль, мессир!

Вместе с котом мы аккуратно свернули скатерть и уселись рядом с ней на землю.

– Давай, что ли, запускать? – произнес я, неосознанно сглотнув слюну представляя себе заполненную вкусной жратвой скатерть. – Да я бы сейчас и слона сожрал! Как ты говорил: скатерть, развернись?

– Все верно, мессир.

– Ну… тогда… – Я набрал побольше воздуха в легкие. – Скатерть, развернись! – громогласно проревел я. – И?

И ничего не произошло – самобранка так и осталась лежать без движения в собранном состоянии. Черт! Да у нее даже бахрома не шелохнулась от моих слов.

– Не получилось, мессир, – горестно прикрыв глаза лапкой, тихо мурлыкнул кот.

– А чего я не так сделал? – вздохнул я, почесав затылок. – Может быть, так надо: скатерть-самобранка, развернись! – Поименовал я чудесный Артефакт полным «титулом». Но чуда не произошло и после этого. – Похоже, кина не будет – электричество кончилось…

– Думаете, Энергия в Артефакте закончилась? – спросил меня хвостатый.

– Нет, – взглянув на скатерть в Магическом Спектре, ответил я, – Силовой Фон довольно существенный. Энергии хватает… И какие интересные Конструкты здесь использованы! – У меня просто в глазах зарябило от сложности используемых Магических Печатей.

Даже Боевые Заклинания были на порядок проще, чем используемые в этой тряпочной «радости желудка»! И еще один момент меня поразил в этой банальной, на первый взгляд, бытовой вещице, я нигде не заметил никакой Магической «батарейки». Кристаллы-Накопители в скатерке отсутствовали просто как класс. А пополнением Энергии занималось одна заковыристая Печать.

Я видел Магическим зрением, как она тянула сырую Силу из Эфира, хоть в окружающем нас пространстве её и содержался самый мизер! В общем, это была поистине вершина Магического Искусства, которую я вообще встречал в своей жизни.

– О, да, мессир, – согласился со мной говорящий кот. – Скатерти-самобранки один из самых сложнейших Артефактов. Поэтому-то они и встречаются так редко, и представляют собой настоящую ценность. Мало кто даже из старых Мастеров брался за их изготовление.

– Я уже понял, что квалификация у такого Мастера должна быть поистине запредельной. Так что же делать-то будем, хвостатый? – спросил я кота. – На первый взгляд вещица-то вполне рабочая. И Энергии в ней хоть отбавляй. Есть какие-нибудь соображения на этот счет?

– Есть у меня одна мыслишка… – решил поделится со мной Грималкин. – Поговаривали, что большинство подобных Артефактов… Как бы это сказать… Обладали собственным… разумом, что ли…

– Что? Разумная скатерть? – Я даже прифигел немного от подобного заявления кота.

Хотя, немного поразмыслив, и порывшись в памяти, вспомнил несколько подобных моментов, подтверждающих его предположение. Тот же «Понедельник начинается в субботу» братьев Стругатских, где скатерть говорит тоном стервозной официантки, и может выдать по собственному разумению хреновую еду, видать, не на пустом месте появился.

– За что купил, за то и продаю, господин, – уклонился от прямого ответа шерстяной проказник. – Но, насколько я помню, со скатертью-самобранкой надо обращаться со всевозможным вежеством.

– Дела-а-а! – Я вновь с хрустом поскреб затылок отросшими ногтями. – Псевдо-разумный Артефакт, ценящий вежливое к себе обращение? Ну, что ж, попробуем с обхождением подойти… Уважаемая скатерть-самобранка, развернись… Пожалуйста! – подумав, добавил я. – Не дай двум бедолагам с голоду пропасть!

И шо бы вы думали, товарищи дорогие? По сложенной материи скатерки прошла натуральная волна, словно её колыхнуло потоком сильного ветра. После чего она немного воспарила над поверхностью кучи, и резко развернулась во весь свой немаленький размер. Причем, развернутая ткань приобрела крепость поверхности настоящей столешницы, выровнявшись словно по линеечке и не оставив ни одной морщинки.

– Ур-р-ра! Заработало! – заорал котяра, повалившись на спину от неожиданности, настолько стремительно Артефакт пришел в «боевую готовность».

– Чего желаете откушать, судари дорогие? – раздался у меня в голове приятный женский голос. Словно колокольчики зазвенели. Черт, а в неё, похоже, и Ментальные Печати «зашиты», раз уж она мысленно с нами общаться может.

– Э… – опешил я в первую секунду, не зная, что и сказать. – На ваш выбор, пожалуйста… Для меня и кота… Мы всецело доверяем вашему вкусу и заранее благодарны… э-э-э… сударыня…

– Ну, что ж, – вновь прозвучал в голове все тот же звонкий голосок, – вам удалось мне польстить: редко кто предоставляет мне самой распоряжаться угощением. И вы не прогадаете, гости дорогие! Угощайтесь на здоровье!

И на пустой, до этого, скатерке, словно грибы после дождя, «проросло» настоящее пищевое изобилие. Бляха муха! И чего здесь только не было? У меня просто глаза разбежались: исходили ароматным паром многочисленные глиняные горшочки со щами, борщами, рыбными и мясными супами, кашами, заправленными подтаявшим маслом и ягодами. На чеканных серебряных блюдах и подносах громоздились мясные и рыбные блюда: запеченные целиком поросята и гуси в яблоках, перепелки и зайцы на вертелах, копчёная-верчёная-солёная оленина-свинина-осетрина, икра черная и красная.

А также холодные блюда: окрошки-холодцы-салаты, грибочки нескольких сортов, капуста квашеная, огурцы солёные. Да всего и не перечесть! Что-то еще стояло в закрытых кувшинах и иных ёмкостях, пышущих жаром, либо исходящих холодной конденсированной влагой.

Да и выпить было чего, от безалкогольных напитков, типа «свежевыжатого» березового сока и настоявшегося хлебного кваса, до нескольких сортов отличного вина, браги и пива. Всего этого изобилия мне и за неделю не выжрать, даже если в три горла буду жрать. Уж расстаралась скатерка на славу – устроила нам с усатым пир на весь мир.

Кота, кстати, она тоже угощением не обошла: молоко, сметана, кефир – молочка любая, какую душе угодно. Живая рыба плескались на краю скатерки в большом дубовом корыте – на выбор: хошь карасики, хошь стерлядь. Истекающая кровью сочная вырезка в глубокой тарелке. Разве что живых мышей в меню не было, да и жаренных тоже. Однако мой хвостатый помощник на это ни разу не обиделся.

С громким урчанием Грималкин накинулся на этот огромный кусок мяса, который заглотил едва ли не целиком. Затем, полакав от души парного молочка из широкогорлой крынки, он занялся планомерным вылавливанием рыбки из корыта.

– Спасибо тебя, хозяюшка! – душевно поблагодарил я скатерть, по примеру шерстяного обжоры наваливаясь на еду. – Я о таком изобилии даже и не мечтал! И во снах такого великолепия не видел!

– Кушайте на здоровье, дорогие мои! – Раздался у меня в голове уже знакомый «переливчатый» голосок псевдо-разумного Артефакта. – Да я и сама по работе соскучилась… Столько времени прозябала, пылью покрываясь… Может быть, заберешь меня отсюда, красный молодец? Я тебе пригожусь!

Я едва расстегаем с зайчатиной не подавился, когда услышал такое о себе. Надо же, красным молодцем скатерка обозвала! Да какой из меня красавчик? Дед-пердед, вот вся моя красота! Однако, за язык такой полезный Артефакт никто не тянул. Сама предложила, значит, в дальнейшем также примерно и служить будет. А то, знаете ли, насильно мил не будешь – при случае и травануть чем можно неугодного хозяина. На худой конец, устроить банальное расстройство желудка или дизентерию. Поди, разбери, что у этих разумных Артефактов в голове. Ведь у них и головы-то никакой нет!

– С превеликим удовольствием, красавица! – поспешно проглотив не разжёванный кусок чудесной выпечки, ответил я. – Дорога нам с приятелем предстоит трудная и далекая, и твоя помощь будет совсем не лишней.

– Вы не пожалеете, судари, что взяли меня с собой! – радостно воскликнула Самобранка. – Обязуюсь кормить-поить вас по первому требованию, и такими замечательными разносолами, что языки проглотите и пальчики оближете!

Эк, как её припекло в одиночестве! Соскучилась, родная, по простому «человеческому» общению. Ну, ничего, мы с Грималкиным тебе скучать не дадим. Не та у меня Карма – все время в какие-то приключения да неприятности влипаю. Так что еще один верный спутник-компаньон, да еще с такими потрясающими возможностями придётся как нельзя кстати.

– Добро пожаловать в команду… Э-э-э… не знаю только, как тебя звать-величать, хорошая ты моя?

– Так Самобранкой и зови, – тут же отозвалась скатерть. – Мало нас таких на Белом Свете осталось… Сложные мы и в характере, и в изготовлении… – честно призналась она.

– Не волнуйся – сработаемся, красавица, – успокоил я Артефакт с непростым характером. – А что не так будет, ты говори, не стесняйся – компромисс всегда найти можно.

В общем, обожрались мы с хвостатым. Я даже сам удивился, куда в меня столько всего влезло.

– Как хорошо прилечь на травке, и что-то вкусное умять… – Благодушно промурлыкал кот, буквально растекаясь поверх многочисленного хлама.

После такого количества еды он превратился в идеальный круглый шарик с хвостом и на четырех ножках. Ох, и сложно ему будет сейчас по горам «невостребованных» Артефактов скакать. Но позволить и себе, и ему валяться без дела, я не мог. Пусть, едой мы теперь были обеспечены до конца своих дней, если, конечно, в Самобранке раньше не закончится Магическая Энергия, но выход-то до сих пор не найден. И пока мы его не отыщем, расслабляться рано.

– Спасибо, хозяюшка! – еще раз поблагодарил я Волшебную скатерть. – Свернись, родная! Отдохни до следующего раза.

– А я и не устала совсем! – пропела Самобранка. – Ведь это такое наслаждение быть нужной и полезной! Как я раньше этого не понимала?

– Согласен, быть кому-то полезным – очень важно! – произнес я, наблюдая, как стремительно пустеет расшитая петухами материя, и исчезают нетронутые блюда и пустая тара.

Очистившись окончательно от изобилия деликатесов, скатерка аккуратно сложилась в небольшой четырехугольничек, который я легко поместил за пазуху. Нужно будет как можно быстрее найти какой-нибудь заплечный сидор. А то у меня за поясом уже торчала Тарелочка, которую я не бросил, а за пазухой – Скатерть-самобранка. Этаким Макаром, я сам в ходячую сумку превращусь.

– Эй, хвостатый! – окликнул я кота, развалившегося на спине и выставившего кверху раздувшийся живот. – Ты чего, отдыхать сюда приехал? Надо выход искать?

– А может немного покемарим, мессир? – приоткрыв один глаз, лениво процедил Грималкин. – С набитым животом заворот кишок может случиться…

– Ладно, не свисти, ушастый! – Усмехнулся я, вооружаясь найденным «копьем». – На том свете отдохнем!

– А вы думаете, мессир, мы еще на этом? – Обожравшегося кота потянуло на «лирику».

Ха, а кот угадал – мне ведь еще в том мире приходилось читать подобную ерундистику. И сейчас эти весьма бесполезные знания неожиданно выскочили из моей памяти, словно чертик из коробочки. Некоторые исследователи фольклора всерьез полагали, что скатерть, которая способна вмиг предоставить любые яства, а затем еще и все прибрать, попадает к герою сказки явно не из мира людей. Ведь такого изобилия просто не могло существовать в реальности.

«Там, в стране мертвых, никогда не прекращается еда. Если принести такую еду оттуда, то еда эта и на земле никогда не будет исчерпана. Отсюда – скатерть-самобранка», – так все это объяснял филолог и фольклорист профессор Владимир Пропп в своей книге «Исторические корни волшебной сказки».

Мало того, существовало и более пугающее мнение о том, что сказочный герой, вкусив пищи со скатерти-самобранки, на самом деле умирает. А все дальнейшие приключения происходят с ним уже на том свете. Будто бы в счастливый конец после смерти поверить проще, чем в реальности. Такие вот пироги с котятами!

Хотя, какое-то рациональное зерно в этих рассуждениях было. Не даром же наши предки считали именно Кромку миром мертвых. Да и Проклятие, поразившее меня и Кощея, превращало наши тела в подобие оживших Мертвяков. Выходит, что всё не так уж просто… Ладно, хватит загоняться со всякой хернёй! У меня от этих напряженных мыслей вновь голова разболелась. А если голова болит, значит, что? Правильно – она есть! А голова нам дадена не только шапку носить. Замкнутый круг получается, право слово!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.