Аня Вьёри
Иван Царевич и его Идеальная помощница

Глава 1

Василиса

– Да, детка, давай…

Я вернулась с работы…

Чуть живая… Ноги гудят, голова трещит…

Или наоборот.

Если честно, уже не знаю… Упахалась в своей школе так, что уже забыла, как меня зовут…

Как в том анекдоте.

К вечеру первого рабочего дня преподаватель музыки у младших классов Виолетта Валерьевна согласилась с тем, что ее зовут Фиолетовое Варенье.

Так и я…

Только я не фиолетовая. Пока еще. Наверное.

Перехватила в одну руку обе сумки: и с тетрадями, и с продуктами, достала ключи, тихо открыла дверь, а там…

– Давай еще, ты такая сладкая, – слышу мужской голос, – такая соблазнительная, так бы и…. А повернись вот так… Да! И… Ниже… Еще…

В нежное воркование добавляется восторженное: “М-м-м-м!”, переходящее в хриплый рык… В гортанное “Да-а”… Потом довольный смех…

Что?

Что это вообще происходит?

Громко бросаю ключи на тумбочку в прихожей. Они послушно звякают, и тут же в доме повисает тишина.

Никто не выходит мне навстречу, никто не кричит “Привет!”, не пытается обнять, поцеловать, забрать тяжелые сумки… Да, в общем, это и раньше не часто случалось…

Прохожу в спальню…

На кровати сидит мой благоверный с ноутом на коленях. Точнее… Компьютер установлен чуть ниже живота. Бедный девайс аж покачивается от мешающей ему ровно стоять эрекции.

Но Димка упрямо пялится в монитор. На голове наушники, взгляд сосредоточенный.

– А, Васька, привет, – отвлекается он, на секунду прикрывая микрофон. – У меня тут важный разговор, – его взгляд возвращается к экрану. – Слышь, у меня работы по горло, приготовь пожрать чего-нибудь! Целый день времени не было!

Я стою, обомлевшая. Ощущение, что земля уходит из-под ног… У нас же свадьба! У нас через два месяца свадьба!

Того, что тут происходило, не может, не должно быть!

Мне что? Послышалось? Скажи. пожалуйста, что послышалась!

Но нет!

Может, я, конечно, провинциалка… И все на себе сама тяну, но дурочкой никогда не была! Мне очень надо посмотреть, что там за важный звонок.

– Знаешь, я устала. Давай доставку закажем?!

Рывком тяну на себя ноутбук.

– Э! Ты чего творишь, я же сказал! Важный разговор! – Димыч подскакивает с кровати.

– В девять вечера? С кем?

А я уже смотрю историю мессенджера.

– Этот парень живет в Штатах, у них утро! – еще пытается оправдаться мой жених, но…

Вижу только что свернутый диалог.

– Лизонька… – произношу упавшим голосом, а у самой все плывет перед глазами. – А мужик не против, что ты его так сохранил? – смотрю на Димку иронично.

Если честно, жутко хочется, чтобы он прямо сейчас что-нибудь придумал и все объяснил. Что это аккаунт жены его партнера, что он работает с девицей, и она вот так по-дурацки себя зовет, потому что живет заграницей и не чувствует языка, что это просто шутка такая…

Но…

Думать в нашей паре всегда полагалось мне. И придумывать. В том числе и объяснения. Мой благоверный не утруждает себя такими сложностями.

Димыч багровеет, идет пятнами…

– Слышь, да что ты творишь?

– Дим, почему ты ко мне так обращаешься? Что значит “Слышь”?! – сипло спрашиваю у него я. – И творю я очень простые вещи! Уличаю тебя в измене!

– Какой измене? Какой измене? – кривится Димка. – Это просто общение в интернете!

– Да-а, – киваю. – Это называется вебкам, Дим…

– Слышь, – он вскакивает с кровати, забив на топорщащиеся штаны, – а ты самая умная что ли?

Боже! Опять это “Слышь”! Когда? Когда он стал позволять себе так ко мне обращаться? Не припомню, чтобы раньше он употреблял это словечко… Или… Или я просто не слышала?

– Ну, может, и не самая умная, но не дура! – хлопаю крышкой ноута, бросаю его на кровать, разворачиваюсь, вылетаю в кухню.

– Да ты сама во всем виновата! – несется мне вслед. – Тебя ж вечно дома нет! Вечно на своей работе! От тебя ласкового слова не дождешься! Только нравоучения! Что делать, как жить, как быть! Василиса Премудрая, блин! Как в сказке! Чем дальше, тем страшнее!

Замираю… Во рту горечь, руки трясутся… Это он сейчас о чем? О том, что я пыталась устроить его на курсы программистов? Или о том, что я с ним занималась английским? Как мастерски я себя обманывала? Или не я? И не себя? Глаза застилают слезы.

– Ну что ж ты терпишь? – вскидываю руки к потолку. – Что ж не уйдешь по-мужски? – смотрю на него испепеляющим взглядом. – Дай угадаю! Кушать хочется! – скрещиваю руки на груди. – А работать не хочется! Так, Дим?

– Знаешь что, – фыркает Димка, – раз тебя все не устраивает, так и вали!

– Что? – я ахаю от его наглости.

– Вали, говорю! Свадьбы не будет! – гордо выпячивает грудь мой бывший будущий муж.

– Дим, а ты ничего не попутал? – я усмехаюсь, но только для того, чтобы сдержать всхлипывания. – Эту квартиру я оплачиваю! Я перевожу деньги хозяевам! Так что, ты вали!

– Дура! – выплевывает мне в лицо мой уже совершенно точно бывший жених. – Где умная, а где дура!

И начинает хохотать! Громко, мерзко, противно…

– Что ты хочешь сказать? – у меня закрадываются нехорошие подозрения.

Кажется, измена моего жениха – это не все приятные сюрпризы, которые он мне приготовил.

– Это моя квартира! – выпятив подбородок, выдает мне Димка. – Точнее, бабки моей! А деньги ты переводила на счет моей тетки! У них с бабкой фамилии одинаковые! – с видом победителя объясняет мне этот подонок. – Что? Съела? Я ж говорю! Дура!

– Дим, – падаю на стул, шепчу растерянно, – получается, я все это время ползарплаты тебе переводила?

– Получается! – он надувается от гордости, будто как минимум доказал теорему Ферма.

– Дим, а… А… А кредит? Ты же уговорил меня оформить на свадьбу кредит…

– Ну вот и рассчитывайся с банком! – мерзко хохочет мой бывший. – Он же на тебя оформлен, не на меня!

– Да, но деньги…

Всю ссуду забрал Дима.

Я работала. Днем школа, вечером – частные ученики. Мне торжеством заниматься было некогда. Дима сказал, что его мама все сделает по высшему разряду. Да и делалась эта свадьба для его родни. Я решила, что пусть будет по их вкусу.

Лично я считала, что брать в долг, чтобы пустить родственникам пыль в глаза – дурость, но… Его мать чуть не плакала. Димочка, единственный сыночек, свадьба раз в жизни, как же так…

И…

Я сдалась…

А теперь…

– Денег нет! – он выглядит очень довольным. – Для тебя – нет! А теперь сумки собирай и вали! – он швыряет в меня пакет с пакетами из кухонного шкафа. – А я посмотрю, что ты собираешь! Чтобы ничего моего не прихватила!

Глава 2

Василиса

– Ва-ася! Радоваться надо, – вытаращив глаза, увещевает меня Катька. – Не, ну ты дура? Чего ревешь?

Меня всю трясет. Земля уходит из-под ног, и я совершенно не знаю, как быть дальше.

Приехала к лучшей… к единственной подруге с одной спортивной сумкой и двумя пакетами и понимаю, что больше у меня ничего нет. И никого. И… И все, что я планировала, все, что представляла в мечтах – это пшик… Меня предали. Меня дважды предали… Даже не так. Меня с самого начала предавали.

– Кать, обидно же… – всхлипываю. – Сколько мы с ним? Уже почти два года? И… И вот так…

– Не, а ты представь, ты бы за него замуж вышла!

Мы сидим у нее на кухне.

Микроскопическая малометражка, но миленькая, уютненькая и своя. В Москве к тому же… А не как у нас, далеко за МКАДом…

Катюха купила в ипотеку. Ей можно. Она после универа пошла не, как я, в школу, а сразу в бизнес… Ну… В смысле, в офис пошла работать. Ассистент с иностранным языком. Сейчас работает личной помощницей у какого-то крутого экспата, и ее зарплата вполне ей позволяет платить кредит, классно одеваться и пару раз в год отдыхать на курорте… Выглядит соответственно. Вся утонченная, элегантная, маникюр, гель-лак, ламинирование, фигурирование… Черт! Мне сложно выговорить то, что для нее неотъемлемая часть образа!

А я…

Рыжая, конопатая… Почти без косметики, но в прямой юбке ниже колена и блузке под горло. Лягушка-простушка…

Так меня Димка звал. Из-за французского. Я по образованию учитель французского языка.

Учиться любила, окончила ВУЗ с красным дипломом, и передо мной были открыты все двери.

Но я всегда была правильной и верила в идеалы.

И очень хотела пойти работать с детьми.

Только вот не рассчитала, что платят за это копейки.

Да, сильно спасали частные уроки, но… Это всегда было для меня такой пыткой! Бедные ребята, измученные амбициями родителей, либо жертвы ЕГЭ и ОГЭ, пытающиеся дотянуть до нужного балла.

Пару раз мне попались наглые бездари, которые садились напротив меня, раскинув ноги и со словами: “А если ты мне домашку не сделаешь, я родителям скажу, что ты ко мне приставала!” Но это я умела быстро пресекать. Хотя… первый раз растерялась…

В общем, мои идеалы о миссии учителя быстро разбились о камни бюрократии, но когда я стала задумываться о смене рода деятельности, на моем горизонте появился Димка. Яркий, страстный, восторженный… И вечно без работы.

Мне казалось, что хоть кто-то из нас двоих должен быть стабилен.

А потом заговорили о свадьбе, и я стала думать, что уходить в декрет из школы просто идеально…

А потом…

В общем…

В общем, в данный конкретный момент, сидя на кухне у подруги, я вдруг поняла, что меня больше ничего не сдерживает!

– Кать! – вдруг воспряла я. – А мне же теперь все равно переезжать!

– Ну! – подруга поддерживает мой восторг, но еще не понимает, к чему я клоню.

– И лучше переезжать подальше от Димочки! – развиваю свою мысль я.

– Это однозначно! – Катя щурится.

– А значит, – я вскидываю бровь, – на работу ездить будет неудобно…

– Василиса! – Катька наконец-то поняла и аж подпрыгнула от восторга. – Ты ж моя умница! Ты ж моя красавица! Давно надо было вырваться из этого болота!

.

Иван

– Согласно предусмотренной процедуре…

Сижу на совещании и тихо их всех ненавижу.

Совсем.

Окончательно и бесповоротно.

Очень стараюсь не показывать своих эмоций. Поджал губы, сижу, поглаживая бороду…

Какого, скажите мне на милость, черта, за всех отдуваться должен именно я?!

Нас трое!

И по идее, я должен быть самым главным раздолбаем!

Младшенький, избалованный… Наверное…

– Спасибо большое за доклад, очень интересная информация, – киваю сотруднику, на лице которого вдруг мелькает совершенно детский восторг.

Вот поэтому братья меня сюда и шлют!

Говорят, ты умеешь найти общий язык с людьми всех возрастов и социальных групп!

Сволочи!

Они-то умеют только бабки, мною заработанные, спускать.

Подразумевается, что это наше общее наследство, но отец давно отошел от дел и передал управление фирмой нам. Триумвират. Это красивое слово означает, что, по факту, ответственных нет.

Когда я, наивный мальчишка, только что окончивший Стэнфорд, понял, что происходит, пришел в ужас.

Вписался в это все по полной программе.

В офисе попросту жил. Сам проводил аудиты, сводил концы с концами.

Мои старшие постарались. Почти развалили фирму.

Для меня до сих пор остается загадкой, почему папа пустил московский офис на самотек.

Но факт остается фактом. Формально мы числимся управляющими партнерами втроем, а работаю я один.

Если честно, сейчас я этому даже рад.

Дело отца люблю, ценю и уважаю…

Только вот конкретно этот проект тяжело идет.

Я бы, наверное, уже сбросил бы этот актив, но… Для папы это дело принципа. Ну и немного политика государства.

Семейные ценности. Время собирать камни. Отец намекнул, что это каким-то образом решит дальнейшую судьбу всех наших предприятий.

Как-то не верится, что ставки настолько высоки, но вот. Отрабатываем папино задание все трое, кто как может.

Петька с Колькой подхватили пустующее помещение в центре и запускают новый ночной клуб.

Они провели его по документации как досуговый центр.

И рассказывают отцу, что занимаются воспитанием молодежи.

А на меня свалилась эта турбаза.

Совершенный бесперспективняк и уныние. Карьер в пятидесяти метрах от забора, заброшенные бараки, размытая грунтовая дорога…

Здесь не детей селить надо, а устраивать постап-челленджи. Хорошо сэкономим на декорациях. Особенно, если…

Стоп!

А чем это вам не бизнес-идея?

Кто говорил вообще о детях?

Мужик что, не часть семьи?

Семейный спортивный центр, рассчитанный на подростков и молодых мужчин… И…

И немного на меня.

Поднимаюсь, воодушевленный новой идеей, оглядываюсь.

– Ребят, а покажите мне ваш карьер?

Глава 3

Иван

Точно! Альпинистская стенка!

Это же моя мечта!

Шикарно! Тут даже формировать особо ничего не надо!

Поверхность рубленая, порода достаточно крепкая.

Пару зацепов, крюки для страховки и будет отличная трасса средней сложности.

А легкую где проложить?

Ну мы же не только на профессионалов должны быть рассчитаны. Надо еще привлекать и новичков. А может, и правда, получится сделать что-то семейное…

Как отец хотел.

– Мужики, а среди вас альпинистов нет? – почти без надежды в голосе спрашиваю я и оборачиваюсь на принимающую сторону. – Не пробовали проложить подъемы?

Молчат.

Как рыбы об лед молчат.

Только вот у того жилистого парня как-то странно блестят глаза!

Ловлю его взгляд:

– Ну? Тут же два Бэ и даже три А проложить можно!

И тут лицо парня расплывается в совершенно счастливой улыбке!

.

Василиса

– Мамочка, да не переживай ты так! Все будет хорошо!

Голос меня не слушается, язык чуть-чуть заплетается. Скорее, от усталости, чем от того бокала красного сухого, что влила в меня Катька.

Правда, наверное, именно из-за него мне не терпелось позвонить родным.

Захотелось сообщить, что никакой свадьбы не будет.

Поставить точку, так сказать.

В Москве почти полночь. Значит, у нас около восьми утра!

Красота!

Кажется, самые прекрасные новости, чтобы начать новый день.

Только мама почему-то расстроилась.

Всхлипывает, причитает.

– Мама! Радоваться надо, что меня от этого замужества бог отвел! – цитирую я ей Катьку. – Ты можешь представить, что бы было, если бы я! за него! замуж!..

Расписываю маме все прелести одинокой свободной жизни и безумно радуюсь тому, что они сейчас далеко. Очень далеко. А я тут одна. Вот только Катька.

– Васюш, – смотрит она на меня томным заговорщическим взглядом, – а давай отметим!

– А мы что не этим занимаемся? – я удивленно осматриваю стол с красивыми закусками из службы доставки.

– Да нет! Я не о том! – взмахивает рукой мой подруга. – Ты ж понимаешь! Расставание – это же… – в ее глазах появляется блеск, губы раскрываются в восторженном вздохе. – Это же СВОБОДА!

Я вскидываю брови.

В моем сознании это все звучало как-то по-другому.

Одиночество. Кредитная кабала. Предательство. Материальные проблемы. Комплексы.

– Ты понимаешь, – Катюшка хватает меня за руку и почему-то тащит в комнату. – Ты же такая клевая!

Она поворачивает меня к большому зеркалу, в котором я отражаюсь в полный рост.

Я чуть выше ее, но тощая, длинноногая… Форм почти нет.

Может, еще и поэтому Димка дразнил меня лягушкой.

– Посмотри, посмотри на себя, – уговаривает меня подруга, а я смущенно отвожу глаза.

Ну что она там увидела?

Рыжая, нескладная…

– Вась, тебя одеть нормально, и ты такая конфетка! – восхищенно вздыхает Катька. – А ну-ка стой! – кидается к своему шкафу. – Я тут недавно платье заказала! – створка распахивается, и я вижу шикарную подборку дизайнерской одежды. – А оно мне великовато. Хотела вернуть, но… Вот!

Подруга с выражением абсолютно искреннего восторга достает из недр своего армуара ярко-зеленый наряд.

Плотная шелковая ткань чуть отливает, будто кожаная. Облегающее платье выполнено в азиатском стиле – с воротником-стоечкой, с витиеватым рисунком. Тоже зеленым, но на тон темнее.

– Вась, тебе к глазам и к волосам так классно будет!

– Да ты с ума сошла! – отшатываюсь я.

Ну, как есть, лягушка.

– Васька! Не смей сопротивляться, – в Катьке просыпается деспот. – Я тебя сейчас накрашу, волосы зачешем!

– И? И куда я в этом?

– О… – ее глаза вдруг загадочно сверкают. – Знаю я одно местечко…

– Кать, у меня все равно нет денег на клубы, – фыркаю раздраженно.

Только же обсуждали, что я без копейки!

Но Катька кокетливо качает бедрами и нараспев мне сообщает:

– А там сегодня для девушек свободный вход! Еще и бокал шампанского в подарок!

И подружка залихватски мне подмигивает.

.

Иван

– Эй! Страхуй!

Я не выдержал!

Это сильнее меня!

Безумное, иррациональное, безрассудное.

Только на стене я дышу. Только тогда, когда все подчинено силе моих рук, точности моих шагов, правильности моих расчетов.

– Здесь крюк вбивай!

Среди этих ребят оказалось трое профессионалов.

И какого черта молчали?

Оно же само здесь просится!

Они счастливы до чертиков, что их стенку не облагородят и не разнесут к чертям в угоду богатеям.

А я кайфую.

От новой для себя трассы. Пусть и легкой. От этого ощущения связки и свободы одновременно. От непередаваемого контроля самого себя. И от того, что на самом деле все в воле случая. И того, кто держит страховочный трос.

– Давай, я на подъем!

Они реально не ожидали, что “московский босс”, оказывается, может сам альпинизмом заниматься.

Эх, знали бы они…

Только на стенке и жил подростком.

Шикарный способ сбросить лишние эмоции, которые мне щедро дарили любимые братья!

А еще подумать.

Все просчитать.

Узнать самого себя.

И того, кто рядом.

– Здесь закрепляй, и можно трассу формировать.

Я поднялся.

Почти полностью на силе своих рук поднялся. И счастлив, как ребенок.

Скидываю шлем, поднимаю глаза к нему, вздыхаю…

И тут… Блин! Телефон…

Да что б вас!

Колька!

– Привет, брат, – стараюсь звучать дружелюбно, хотя Николаю всегда было пофиг.

Петька еще может на мое настроение посмотреть. Колька нет. Никогда.

– Я на площадке. Там, где спортивный центр проектируем, – шумно выдыхаю, утираю пот…

Жарко. Да и нагрузка не детская.

– Что? Ты о чем? – кривлюсь от услышанного, будто лимон откусил. – Какой клуб? Коль, я только что со стенки слез, какой мне клуб? Да не поеду я! Да хоть тресни! Нет! Коль! Черт… – шумно выдыхаю. – Сбрасывай адрес…

Глава 4

Иван

Я за рулем сам.

Дорогущий внедорожник, который я без малейших угрызений совести убиваю на покатушках и по бездорожью, недовольно фырчит на асфальте.

Был бы чистым, был бы даже на стиле. Такие машины мажоры любят за понты. Полный привод, независимая рамная подвеска, восьмицилиндровый двигатель. Они правда не понимают к чему это. А я понимаю. И мне все это реально нужно.

Но сейчас не до этого.

Ник сказал, что вопрос жизни и смерти… Дело, связанное с папой, срочно надо поговорить…

Жизнь научила, что все его увещевания надо разделить как минимум надвое, но…

Не люблю, когда они затевают разговоры про отца и наследство.

Очень уж это тяжелая тема.

Они с Петькой, или с Пьером, как он себя по-клубному называет, крепко дружат. У них разница между собой всего год. Всегда вместе. Всегда в паре. А я на пять лет младше Петьки и на шесть – Кольки. Я для них мелочь пузатая. Всегда вне их тусовки.

Отец очень гордился, что у него три сына. Нравилось ему. Три столпа, три точки опоры…

Только вот…

Не хочу брать на себя лишнего, но лично я бы на братьев опираться не стал.

Мы начали с того, что разделили наследство в равных долях.

И они в течение года спустили под ноль почти все, что им досталось.

Я еле успел подхватить значимые активы!

Не для них – нет. Для отца. Чтобы он не узнал. Чтобы он не понял.

Даже не знаю, почему так поступил. Отец ни слабаком, ни дураком никогда не был.

Но…

Он сделал вид, что поверил. Или действительно поверил.

Мне хочется верить в первое.

Братьям – во второе.

Сейчас они затеяли этот модный клуб и причесали его под досуговый центр.

Ну не дурость ли?

Хотя нет. Не дурость.

Верх цинизма.

Клуб специфический. По пятницам тут девочкам вход бесплатный. Причем с десяти до двенадцати запускают исключительно женщин. На сцене в коже и латексе извиваются мужики-танцоры, и рекой льются всяческие напитки. Первый бокал даром.

А потом, когда дамочки достаточно красивыми мужскими телами вдохновились – открывают двери сильному полу. За дорого.

Короче, сам я бы сюда ни за что и никогда!

Уж лучше в тьмутаракань. Грязь месить или на стенку подниматься…

Заезжаю в центр, кручусь в поисках местечка для своего внедорожника… Гиблое дело в пятницу вечером. В конце концов, не выдерживаю, подзываю охранника.

– Припаркуй так, чтобы не заперли! – протягиваю ему ключи. – Желательно недалеко.

Выхожу, продираюсь сквозь толпу и…

– Не положено!

Меня стопорит фейс-контроль!

– Чего? – я реально не понял, чего у них там не положено.

– В таком виде, говорю, нельзя сюда, – бычит охранник. – Пойди умойся, да шмотья прикупи!

Опа!

Ну да! Я ж со стенки!

В костюм переодеваться не стал. Наспех обмыл тело в раковине тамошнего туалета, но поехал в тех же футболке и штанах, что и поднимался. Не комильфо, конечно, но я ж тусить и не планировал. А с братьями поговорить в таком виде можно.

– Мужик… – я чуть отступаю.

Не бить же морду добру молодцу.

– Ты владельцам позвони.

– Может, сразу президенту? – кривится парень.

– Не, президенту не надо, он меня ждет только в конце месяца, а вот владельцы этого заведения ждут меня сейчас, – смотрю в его бесхитростное лицо. – Давай, рацию включай и спрашивай, куда провести Ивана Царева.

– А… – даже в ночи видно, как парень бледнеет.

Ну еще бы! Отсылка к нашей фамилии красуется на фасаде этого заведения! Братья ничего другого придумать не смогли, как назвать свой клуб “Досуг по-Царски”. Да и про президента я не наврал. Форум по отрасли в Кремле будет скоро. Я там один из спикеров…

– Сейчас! – бугай поспешно включает рацию. – Ивана Царева ожидают?! – спрашивает он кого-то и бледнеет еще сильнее.

Шумно сглатывает и, чуть ли не приседая в книксене, открывает передо мной дверь.

– Сейчас направо, по лестнице наверх – там вас встретят.

– Спасибо, – хмыкаю, глядя на мужика. – Расслабься…

Направо, вверх по лестнице, сопровождение и…

– Ванька! – кидается мне на шею Петр, а я морщусь.

Не нравится мне атмосфера в этом кабинете. Ох и не нравится…

.

Василиса

Боже, ну зачем я согласилась!

Еще на шпильках очередь стоять!

Кто бы мог подумать, что я буду изнывать не в очереди на кассу супермаркета, а…

Как он называется? “Досуг по-Царски”.

Вот же выпендрежники!

Детский сад какой-то!

– Это местечко принадлежит семье Царевых, – проследила за моим взглядом Катюха. – Здесь все по высшему разряду!

Я кривлюсь.

Ну подумаешь, олигархи. Разве это о чем-то говорит?

Клуб вполне может быть второсортным, музыка безвкусной, туфли неудобными, платье слишком коротким…

Ой…

Кажется, я увлеклась.

За пару последних пунктов Царевы точно не отвечают.

За них отвечает Катька. И я.

Ну да. Я же согласилась.

Жалею, правда, дико.

Хотя… надо признаться, определенный терапевтический эффект ее затея имеет.

Когда мы выходили из дома, на меня из зеркала смотрела очень эффектная длинноногая красотка. Не знаю, как ее зовут, но волосы у нее тоже рыжие. И платье зеленое. Талия, оказывается, узкая. А то, что грудь небольшая, так это еще и модно. Зато ж ноги от ушей. Катюшка еще и шпильки заставила надеть.

В общем, я поймала на себе мно-ого восхищенных мужских и обозленных женских взглядов.

Окей, я поняла, что могу быть красивой, и хватит. Пора домой. Баиньки…

Но…

Катя твердо решила довести свою задумку до конца.

Мы приходим уже к началу “мужского часа”.

Не понимаю, почему это так называется. Катька не объясняет.

– Пойдем! – тянет она меня за руку. – А то сейчас всех приличных разберут!

– Кого? – хмурюсь я, но в шуме клубного зала она меня не слышит.

Как, впрочем, и я ее.

Мне в руки кто-то тут же всовывает бокал, но я пить не хочу. Голова и так тяжелая. Я в это время уже сплю обычно.

Катюшка же не теряется.

Выпивает свой бокал. Посмотрев на меня вопросительно, забирает мой.

Она двигается в такт звучащей музыке, и лучи стробоскопа эффектно отражаются от ее расшитого стразами платья.

– Идем! – тянет она меня в центр зала. – Потанцуем!

Ну… Раз пришла, то почему бы и нет.

Я пытаюсь поймать ритм, услышать мелодию…

У меня ничего не выходит!

Сначала обидно, а потом! В конце концов! Кто тут на меня обратит внимание? Можно представить, что я одна! И…

Прикрываю глаза, вскидываю руки, позволяю своему телу изгибаться и волноваться в едином ритме, бушующем в этом океане звуков, желаний, эмоций.

Мне хорошо! Мне впервые за много времени действительно хорошо!

Отпускаю себя, впитываю звуковые волны, чуть свободней двигаю бедрами и…

– Что?

Чья-то ладонь по-хозяйски ложится мне на задницу.

– Уберите руки! – я возмущенно отталкиваю мужлана.

– Да ладно тебе, красивая! Не ломайся!

Парень, едва ли не моложе меня, нагло лыбясь, пытается приблизить свое лицо к моему и… Фу-у!

Размахиваясь, что есть силы, и влепляю ему пощечину!

– Ты! Дура! – орет он. – Я, между прочим, за вход заплатил!

Но я не собираюсь его выслушивать.

Ищу глазами Катюшку. Не вижу.

Отступаю, просачиваюсь сквозь толпу…

Кажется, где-то тут был выход.

Вот какая-то лестница. Мне туда? Мне точно туда!

Глава 5

Иван

– Ну, – падаю на кожаный диван, принимаю расслабленную позу, хотя у самого все свербит внутри.

Ненавижу вот эти их посиделки.

– Чего дергали, что стряслось?

Эти двое смотрят на меня сычами. Ник кривится, будто ему к бокалу слишком кислый лимон подали, Петька лыбится, но улыбка такая, будто на канцелярской кнопке сидит, а вставать нельзя – в класс вошел директор школы!

– Ванюш, мы вот тут с братом посовещались и подумали, – начинает издалека Пьер. – Всю семью волнует твоя личная жизнь…

– Что? – подскакиваю я.

– Бабу тебе надо, вот что! – рявкает Ник. – А то уже слухи пошли! Нехорошие! До отца дошли!

– Ты вот сейчас о чем? – выпячиваю подбородок, угрожающе смотрю на брата.

– О том! – Колька тоже вскакивает.

– Так, подождите, подождите, – встает между нами Пьер. – Вы же все-таки братья…

Мы замираем, прожигая друг друга взглядами, но отступаем. Возвращаемся на свои места.

– Вань, – Петька смотрит на меня с жалостью, – твоя личная жизнь действительно очень заботит нашего родителя.

– С фига ли? – рычу на него снизу вверх.

Но Петька не Колька. Он только грустно вздыхает и продолжает все тем же тоном.

– Понимаешь, – он поворачивается к Нику и внимательно на него смотрит, – тут встал вопрос наследников…

– В смысле, наследников? – я хмурюсь.

– Ну вот это все, – неопределенно машет рукой наш средний брат, – продолжение рода, честь семьи, внуков понянчить…

– И? – кривлюсь. – Я тут причем? Вы, вообще-то, значительно старше.

– Да, но у нас с бабами проблем нет! – фыркает Ник.

– У меня тоже! – парирую я.

– Это да! – скалится старший. – Нет баб, нет проблем!

– Слышь! – подрываюсь я, но снова Петька!..

Машет руками.

– Так, так! Все! Сели! Ник, заткнись! Ваня, – умоляющий взгляд на меня. – Пожалуйста! – вдыхает. – Мы хоть иногда с Колькой в таблоидах мелькаем в светской хронике. А ты?

– Мужики, я работаю! – смотрю на них с наездом.

Что правда, то правда. Постоянной спутницы не имею со времен Стэнфорда. Моя девушка предпочла остаться в Англии. Да, в общем-то, те отношения исчерпали себя. Расставаться было почти не жаль. А в Москве…

Сначала разгребал дела, а потом… Потом я вдруг стал завидным женихом, и вокруг меня стали виться всякие… Активно так виться. Причем с подачи моих братьев. Однажды в собственной квартире из душа вышел, а в моей постели девица. Смотрит призывно. Ей, видите ли, Пьер ключи дал.

В общем, разобрались тогда почти мирно. Я обещал не писать на нее заяву за взлом с проникновением, а она обещала больше в моей жизни не отсвечивать. Замки, я, конечно, сменил. Но после того случая любая попытка Ника и Пьера обсудить мою личную жизнь вызывает изжогу и оскомину.

– Если вы забыли, – смотрю на братьев с вызовом, – то на мне все производство и профильные активы!

– Но на стенки-то на свои время находишь, – скалится Ник, намекая на мой внешний вид.

Я в спортивной одежде, да и душ так и не принял…

– Работает он! – кривится брат. – Можно подумать, мы Ваньку валяем? – пытается уколоть меня он, но тут уж Пьер не дожидается моей бурной реакции.

– Заткнись, я тебя прошу! – рычит он на старшего, не давая пустить в ход детскую издевку. – Вань, – вздыхает, будто собирается с силами, – правда, надо, чтобы хоть где-то с девушкой мелькнул…

– Да не вопрос! – озлобленно скалюсь. – У вас вон полный клуб разогретых баб! Мелькай, не хочу! – и тут же подрываюсь. – Только я вот не хочу.

– Да тебе попросту слабо! – орет Ник, уже не обращая внимания на Пьера.

– Что ты сказал?

– Говорю, слабо тебе! Видать, ты в офисе да на своих стенках чё-то компенсируешь! – фыркает старший. – Размер, наверное… А может, ты того? Всегда на полшестого?

.

***

Вылетаю из их кабинета разъяренный. В морду Нику я всё-таки дал. Точнее, и Нику, и Петьке по скользящей… Сам виноват. Не хрен было влезать между нами!

Черт! Где в этом заведении выход?

Я же тут при свете дня никогда не был!

Так! Охранник меня вел оттуда… А! Точно! Вон и стрелка-указатель! Нашел! Так… Вот по стрелочкам и дойду!

Поворот направо и…

Черт!

Какая клевая!

.

Василиса

Блин! Куда я свернула?

Я точно помню, что когда мы заходили с Катькой, то спускались по лестнице. И вот я поднялась. Это что, не та лестница?

Я уже раза три пыталась ее набрать, но это совершенно бессмысленно.

Музыка орет так, что внизу самого себя не слышишь, не то, что телефон.

Спускаться и искать ее нет никакого желания.

Оценив обстановку, я поняла, что это был за клуб… С бесплатным входом для девиц.

Ну Катька, ну… Все ей выскажу.

Хотя… Она же работает как вол. Ни на семью, ни даже на отношения сил и времени нет. Наверное, ей норм так снимать напряжение. Но мне – нет! Я хочу уйти.

Боже, как же выпутаться из этого болота!

О!

Стрелка!

“Выход”.

Значит, мне сюда… Или…

Ой!

.

Иван

Совершенно чумовая девица!

Такая вся смущенная, растрепанная… Рыжая? Точно, Рыжая! Обожаю!

Черт! Освещение тут фиговое!

Но фигурка – зачет! Это видно и без света.

Это вот прям на ощупь.

Во мне бушует злость и адреналин от драки и…

Ну красивая же, блин!

– Ты что-то потеряла, малышка? – чуть склоняюсь к ее уху, потому что тут шумно.

– Я? – она отшатывается, распахивает свои и без того громадные глазищи. – Я выход ищу!

Выход? Отлично! Нам по пути!

Приобнимаю ее за талию.

– Пошли поищем вместе! – черт, не хотел же, но это что-то на уровне инстинктов.

Я притягиваю ее к себе и…

– Урод! – мою щеку обжигает хлесткая пощечина. – Хоть бы вымылся, прежде чем к девушкам приставать!

– Да стой ты, – ловлю ее запястье. – Я тоже отсюда ухожу!

– Пусти!

Взмывает колено!

Не попала, но четко обозначила намерения! Топает шпилькой около моих кроссовок! А мне аж смешно! Сам не понимаю, как так вышло, но она же сейчас в моих объятьях! Практически висит на моих руках!

– Пусти, я сказала! – еще одна попытка пнуть мое мужское достоинство, но…

Хрен его знает, что на меня нашло! Какая-то она такая манкая, дерзкая, что и без того бурлящая кровь попросту закипает! А я что, и правда не могу бабу соблазнить? Она ж сюда за этим и пришла!

– Только если поцелуешь! – объявляю ей условие и, не дожидаясь реакции, впиваюсь в ее губы.

Глава 6

Иван

Поцелуй выходит коротким, резким, мимолетным!

Черт, но какой же вкусный! Она вкусная! Конфетка мятная! Свежая, терпкая, сладкая! До чего же клевая!

Я тут же размыкаю руки.

Обалдевшая девчонка на секунду замирает.

– Мужлан! – снова взмывает вверх ее ладошка.

Но я к этому готов.

Перехватываю ее запястье и смеюсь. Громко в голос смеюсь!

Хрен его знает почему. Просто кайфово!

А она вдруг обиженно надувает губки, топает ножкой:

– Да пошел ты!

Резко огибает меня и улетает по коридору.

– Эй, ты куда?

Срываюсь за ней.

А направление-то правильное.

Дверь, крыльцо и…

Она прыгает в такси!

– Да постой же!

Вдруг понимаю, что она сейчас уйдет и… И почему-то очень не хочется ее отпускать!

Стоп! Я же на машине!

Быстро нахожу взглядом того секьюрити, которому отдал ключи.

– Где мой гелик? – по мне же видно, что я спешу?

– Ща! Ща все будет! – выставляет ладони парень и исчезает в какой-то подворотне!

Черт…

Этот осел загнал его во двор…

Меня никто не закрыл. И не эвакуировал. Но чтобы выехать, надо раздвинуть толпу возбужденных и не слишком трезвых мужиков…

Минута, две… Я понимаю, что время упущено…

Бли-ин…

Стискиваю зубы, ругаюсь про себя на всех языках, которые знаю и…

– Спасибо, брат! – жму руку и вкладываю в ладонь охранника купюру.

Он же не виноват.

О машине позаботился.

А девчонка…

Найду.

Завтра же найду.

.

Василиса

– Куда ты вчера меня привела? – ору на подругу, ничего не стесняясь. – Это же был натуральный бордель!

Катюха морщится от звуков моего голоса, и я слегка понижаю тональность. Это я вчера не пила. Она себе ни в чем не отказывала.

Вернулась Катя поздно… Очень поздно…

Я уснула на лестнице около ее квартиры.

Когда она пришла домой – уже светало.

Катька расплакалась, извинялась, сказала, что была уверена, что я с мужиком оттуда укатила, и вопрос ночевки решился сам собой.

Я видела, что ей стыдно, что она искренне расстроена, поэтому просто обняла подругу и уложила спать.

Ну и сама упала рядом. По старой студенческой привычке.

Она встала первой. Разбудила меня, пытаясь бесшумно сварить кофе…

А я решила высказать ей все, что думаю!

Натерпелась я вчера в ее клубе…

– В смысле, – Катька ошарашенно на меня вытаращилась, – тебе что, деньги предлагали?

– Нет, – я почему-то краснею, – но…

– Слушай, – Катька отмахивается, – тебе годиков сколько? Мне кажется, после твоего Димочки, который был вечно в поисках себя, тебе бы не помешало просто потра…

– Катя! – таращусь на нее.

– Ой, ну что за детский сад, – закатывает глаза подруга.

– Что мне действительно не мешало бы, так это найти квартиру, – вздыхаю, – и, наверное, еще одну работу, – я уныло смотрю на подругу. – Можно, я возьму твой ноутбук? С телефона жутко неудобно.

– Божечки, он же тебя с одними трусами выставил, – закатывает глаза Катюха, – я и забыла.

– Не с одними, – вскидываю подбородок, главным образом для того, чтобы слезы по щекам не потекли, – у меня есть кредит!

– Господи! Васька! – Катюшка вздыхает и крепко обхватывает меня. – Так! – она внимательно осматривает пол кухни, кривит губы, выглядывает в коридор. – Это – не конец жизни! Это – ее начало! План действий такой! Ты переезжаешь ко мне! – смотрит на меня категорично. – Купим надувной матрас, в коридоре поместится! А насчет работы я по своим поспрашиваю…

– Кать, не надо, – отзываюсь еле слышно. – Я, наверное, все же к себе в Подмосковье поеду. Там школа, какая-никакая стабильность.

Это вчера я была смелая и решительная. Сегодня мне страшно.

– Там не стабильность, – аж вскакивает Катька. – Там болото! И надо из него срочно выбираться!

– Кать, – смотрю я на нее и все же начинаю плакать, – не надо резких движений, я лучше останусь в школе… Частных учеников побольше возьму.

– Частных учеников? В мае? – Катька аж подпрыгивает. – Так! – хватается за телефон. – Сейчас у нас выходные, сейчас все спят или отдыхают, но! – она смотрит на меня многозначительно, подняв указательный палец вверх. – Но…

.

Иван

– Но если я беру этот проект, мне нужен помощник, – я разговариваю с отцом, – или помощница. Кто-то, кто легко может написать все нужные мне письма на всех нужных мне языках, найти все контакты, построить толпу разгильдяев и заставить их работать!

Мы с папой обсуждаем наш семейный спортивный клуб… С альпинистским уклоном.

Совершенно не понимаю зачем, но отцу очень хочется, чтобы проект был запущен в кратчайшие сроки.

Окей, но у меня же есть и другие дела. С моей точки зрения, гораздо более важные. Я могу позволить себе пару раз в день просматривать отчеты и корректировать дальнейшие действия, но не более.

Если стартовать, то рядом должен быть активный, целеустремленный человек, прошедший огонь, воду и медные трубы… Ну или готовый к ним.

Лучше даже не профессионал. Те, кто считают, что все умеют, редко слушают начальство. Наоборот, пытаются навязать свою точку зрения. Нет. Я бы взял кого-то, кто готов землю рыть, но и меня чтобы слушался беспрекословно. Я хорошо знаю, что хочу там сделать и как этого добиться.

– Ты уверен, что это не подождет следующего сезона? – с сомнением в голосе спрашиваю я отца. – Спокойно за осень-зиму оформили бы все разрешения, начали бы ремонт… Весной можно было бы открывать…

Отец категоричен. Фиг его знает, какая вожжа ему попала и куда, но… В конце концов, я это могу. Да и, чего греха таить, мне это будет даже в кайф! Всем, что касается трасс и снаряжения, займусь лично!

– Окей, я тебя понял. Дам задание своим кадровикам найти человека в кратчайшие сроки. Буду держать тебя в курсе, – отец доволен.

Все остальные темы мы уже обсудили.

– Ага! Давай! До завтра…

Кладу трубку…

Эх…

Мне нужен новый помощник.

Искать человека…

Надо искать.

Черт! При мыслях о поисках в голове всплывает совсем не деловой образ!

Я уже почти отказался за утро от этого. Почти заставил себя поверить, что это был просто адреналин, дурость, и в таких клубах нормальные люди не знакомятся, но…

Почему-то именно после разговора с отцом четко понимаю, что надо искать…

Меряю шагами кухню своей квартиры… Семь вдоль и двенадцать поперек… Нормальная такая у меня кухня…

Черт!

Другого выхода нет.

Не выдержу, не успокоюсь.

Даже если найду и пойму, что это было ночное помутнение рассудка – надо искать!

Шумно выдыхаю, снова беру смартфон.

– Пьер, привет, – дружелюбно здороваюсь с братом.

Кажется, излишне дружелюбно, потому что он тут же напрягается.

– Нет, нет, – пытаюсь успокоить его. – Все в норме. Но… Не мог бы ты сделать мне одолжение?..

Глава 7

Иван

– Я не помню точно… Около часа было, – хмурюсь.

Мы с Петькой отсматриваем камеры того коридора, где я встретил свою мятную конфетку.

Взял с него двадцать пять честных слов, что он не проболтается, но у брата в глазах чертенята так и пляшут.

Как пить дать, сдаст…

Ну и хер с ним… Я хоть портрет девочки найду, задам поиск по лицу в сети… Может, что и отловлю…

– Вот! Вот она! – тычу пальцем в понтовый, изогнутый монитор.

На экране испуганно озирающаяся девица, крутит головой, ищет выход… Оглядывается, поднимает лицо на стрелку…

Блин! Как раз вспышка из зала!

Ну что за ерунда?!

– Ты себе получше камеры не мог поставить? – ору на брата.

– На входе получше, – он уже что-то щелкает мышкой. – Блин! Она лицо закрыла!

Смотрю на малышку, которая, похоже, ладошками слезы утирает.

Неужели это из-за меня она…

Ну просто же поцеловал…

Растерянно вскидываю бровь и игнорирую излишне внимательный взгляд брата…

– Че, понравилась, да?

– Да по-дурацки как-то вышло, – стараюсь невинно пожать плечами. – Вроде как я ее напугал, – отворачиваюсь. – Хотел извиниться.

– А-а, – тянет Петька с елейной улыбкой. – Ну да…

– Ладно! Скинь мне вот тот кусок, где она в коридоре. Может, хоть с него что найду, – встаю, протягиваю брату руку.

Поиски были не очень успешными.

Девчонка на камерах засветилась раз пять, но везде плохое качество… То освещение со сцены дает блик, то она смотрит себе под ноги. Она в клубе-то была минут сорок, не больше… Один танец станцевала. Красиво станцевала, кстати. Я бы ей там компанию составил…

Пиликает телефон – на почту пришла запись.

Открываю ролик, еще раз пересматриваю…

Красотка! Такая… Естественная, живая. Да, макияж клубный, но чувствую, что под ним самые настоящие веснушки! И волосы собраны в сложную прическу, но рыжая же! Натуральная! Такая клевая!

Черт!

Вздыхаю.

Ладно! Попробую найти по фото. Если не выйдет, кину СБшникам время вызова такси. Пусть пробьют, кто и куда отсюда уезжал.

Из клуба мы с ней вышли – еще раз открываю видео – в двенадцать сорок две… Ну и отлично. В это время уезжали мало. В основном, приезжали. Но об этом подумаю после.

А пока можно заняться и другими поисками.

Пока открыта почта, смотрю сообщения от своего директора по персоналу.

Я ей отправил поручение найти срочно сотрудника.

Если честно, совершенно по-хамски отправил прям в выходные. Но ее оклад полностью компенсирует такой график. К тому же я не просил ее найти мне человека в воскресенье. Я сказал, что он мне нужен в понедельник… Утром. А это уже вроде как и рабочий день… Так что мне кажется, что все нормально. Мой директор, похоже, того же мнения, потому что в почте у меня висит непрочитанное: “Есть кандидат!”

.

Василиса

– Им нужен человек с английским, – Катюшка смотрит на меня строго. – Как у тебя с ним?

– Ну, – тяну растерянно, – с французским, конечно, лучше.

– С французским у тебя идеально! – фыркает Катя и закатывает глаза.

– Да, – вздыхаю, – с английским не так.

– Ладно, поставим А-один, там пусть разбираются.

Она составляет мне резюме.

Под конкретную вакансию.

Ей прямо в воскресенье позвонила какая-то знакомая, которой передала ее знакомая, которой…

В общем, в одну неимоверно крутую московскую компанию нужен человек, готовый к любым трудностям. Можно без опыта работы.

Именно за это уцепилась Катя.

С ее точки зрения, после пяти лет в школе я смогу все.

Ее уверенность я не разделяю, но помалкиваю.

Начала я присматривать себе квартиру…

Эх… Димка-то, оказывается, с меня мало брал…

В общем, поехали купили надувной матрас, как настаивала подруга, и составляем резюме.

– Так, давай, чем ты там занималась… – она не отрывает глаз от монитора.

– Ну… Учила! – даже не знаю, что ей сказать.

– Блин! Ну кто себя так продает? – фыркает Катерина. – Какие-нибудь проекты, что-то внеклассное, я не знаю, что у вас там в школе… Экскурсии интересные!

– Да! Мы с детьми делали цикл докладов по церквям и усадьбам края…

– Отлично, – ее пальцы летают по клавиатуре. – История и страноведение… Еще? – смотрит на меня требовательно.

– Мой класс подготавливал буклеты к районной олимпиаде по легкой атлетике, – вспоминаю я.

– О! Информационная поддержка спортивных мероприятий… Еще!

– Ну… – я теряюсь. – Кошек мы кормим.

– Великолепно! Волонтерская деятельность!

Катерина откидывается в кресле, прищурившись, перечитывает текст…

– Давай добавим еще про общую эрудированность и умение работать с официальными бумагами.

– Да какое там у меня умение? – отмахиваюсь.

– Такое! – округляет глаза Катя. – Я, между прочим, в школу из-за всех этих отчетов не пошла! – сдувает со лба прядь. – Чему безумно рада! Вот! Готово!

– Дай прочту.

– Прочти! – улыбается подружка. – Только я уже отправила!

.

Иван

– А еще я работал на проекте АмРос, вы должны были слышать! – мужичок смотрит на меня воодушевленно и слегка высокомерно.

– Нет, не слышал, – делаю вид, что смотрю его резюме на мониторе, а сам уже набираю в отдел персонала: “Не подходит!”

– Как не слышали? – не считал моих интонаций кандидат. – Это же одно из крупнейших…

– Простите! – кабинет очень деликатно стучит моя директор по персоналу.

– Вы не могли бы уделить мне немного времени! – она, извиняясь, смотрит на кандидата. – Это срочно.

– Ах, – мужичок кривится. – Да!

– Собеседование с вами закончат в переговорной! Елена проводит, – она вежливо, но настойчиво выпроваживает кандидата. – Иван Иванович, – вздыхает обреченно, едва за ним закрывается дверь. – А в этом что не так?

– Боюсь, он слишком много умеет, – улыбаюсь своей директрисе одними губами. – И готов часами мне рассказывать, что и как я должен делать! – выдерживаю паузу. – Бесит, Ирин Анатольевна!

– Ох… Ну, – она смотрит на меня сокрушенно, – у меня остался еще один кандидат, но боюсь…

– По рамочным требованиям подходит? – спрашиваю требовательно.

– По рамочным, да, – кивает Ирина Анатольевна.

– Тогда приглашайте.

– Конечно, Иван Иванович. Конечно… – она отворяет двери, выглядывает в приемное. – Василиса Сергеевна? Проходите!

.

Глава 8

Иван

В коридоре какая-то заминка, а я, пользуясь моментом, снова открываю Петькино видео…

Прокручиваю ее танец…

На запись попало буквально семь секунд, потом ее закрыла какая-то вульгарная особа с сеточкой вместо блузки. На нее смотреть не хочу. Хочу свою конфетку.

Нахожу момент, где она от меня сбегает. Тут есть ее лицо. Почти четкое.

Эх!

Ну надо было тебе, Ванька, на всех парах к девчонке подкатывать?! Неужели не мог поспокойнее? Как раньше делал! Улыбка, знаки внимания и все такое…. Цветы, ресторан, подвезти…

Черт, да подвезти-то я пытался! Только она бы ко мне в машину не села. Совершенно точно бы не села…

И не надо самого себя обманывать. Не Колян виноват. Ну раззадорил тебя Ник, и что? Первый раз что ли? А крышу вот так снесло первый… Просто фейерверк взорвался в животе от одного ее запаха, от ощущения тепла ее кожи, электрические разряды побежали по телу от ее прикосновения…

Блин…

Как же ее хочется!

Увидеть, услышать, обнять… Обхватить ее веснушчатое личико ладонями, снова почувствовать вкус ее губ, аромат ее волос…

А-а-а-а-а!

Блин…

Кажется, наконец решили все проблемы в коридоре. Кто-то входит.

Осточертели эти кандидаты!

Вот же ж взъелось отцу!

Я бы лучше сейчас мою рыжую девочку искал!

Боковым зрением вижу какой-то дешевый мешковатый пиджак, зажатую фигурку, а сам…

Щелкаю по стоп-кадру, сохраняю ее лицо крупным планом, как картинку, устанавливаю на свой рабочий стол… Целыми днями буду смотреть на нее!

Я найду тебя, конфетка!

Обязательно найду!

Стискиваю зубы, и сам себе загадываю: если сейчас этот кандидат подойдет, то и она быстро найдется!

Еще одно мгновение смотрю в зеленые, взволнованные глаза у себя на мониторе.

Ну все, Иван. Надо быть вежливым.

Вздыхаю, поднимаюсь.

– Здрав…

ПОДПИСКА

Замираю на полуслове…

Она?!

Это же она?!

Нет… Не может быть…

Похожа, как сестра, но…

На ней бесформенный пиджак вместо облегающего платья, очки в грубой оправе, волосы зачесаны, как у старушки… Да нет… Все же она!

Или?

– Иван Иванович, – протягивает мне резюме Ирина Анатольевна, – это Василиса Ефимова. Она – учитель, – и я слышу в голосе моей директора по персоналу досаду.

– Учитель иностранного языка, – вскидывает нос моя… не моя… моя… кхм… кандидатка. – Свободно говорю на французском, английском и со словарем владею китайским, – твердо чеканит она, расправляя плечи.

.

Василиса

Меня трясет.

Физически трясет.

Этот громадный кабинет, этот офисный центр!

Я никогда не видела столько мрамора! Если только в карьере…

Все блестит, все начищено, мебель кожаная, столы, даже у секретарей, необъятные…

Боже…

После школы мне кажется, что я попала в царский дворец!

Ну и…

Работодатель мой точно Царь. Ну или Царевич.

Это опять Царевы… Семейный бизнес.

То был ночной клуб Царевых, а теперь офис Царевых… Что за проклятие такое?!

Но… Выбирать не приходится.

Тем более, что Катя очень сильно напряглась, чтобы я сюда попала.

Она мне старалась не показывать, но в ее квартирке скрыться некуда. Я слышала обрывки ее телефонных разговоров.

Она уверяла кого-то, что я смогу все и даже больше.

Очень горячо уверяла. Я просто не имею права ее подвести.

Вчера ночью мы проштудировали все, что могли знать об этой вакансии и требованиях к ней.

Информации мало. Требуется универсальный солдат, доступный двадцать четыре на семь.

Последнее меня напрягло больше всего.

– Да ты что?! – ошарашенно замирает Катька. – Во-первых, младший Царев нормальный. В этом плане ничего замечено не было! – уверенно заявляет она. – Вот к старшим бы я тебя не послала. А этот, говорят, трудоголик и маньяк порядка! И, – игриво смотрит на меня, – молодой красавчик!

– Катя! – парирую я с упреком.

– Что Катя? Что Катя? Хоть на нормальных мужиков посмотришь! – фыркает моя добрая фея. – А во-вторых, – глядит на меня серьезно, – на таких должностях платят не за шуры-муры. Там впахивают. И хороший ассистент на вес золота. Тетки себе за три года на квартиру зарабатывают, потому что такую работу ценят и платят соответствующе. И совсем не за интим! Хотя, – подруга закатывает глаза, – если говорить в переносном смысле…

– Катя! – опять восклицаю я, только уже жалобно.

– Ну ладно! Если ты так переживаешь за вот это “доступен круглосуточно”, давай подчеркнем твоим внешним видом, что ты у нас девушка серьезная.

В общем, этот страшный пиджак достала мне Катька. А очки нацепила я сама. Она была резко против. Кричала, что ему на меня просто смотреть неприятно будет, но… Я все равно их надела. Я сюда иду показывать свои мозги и работоспособность, а не красивые глаза. Вот!

Только вся уверенность куда-то тает, когда я вижу Ивана Царева.

Боже… Красавчик – это еще слабо сказано! Высокий, светло-русый, плечи широкие, глаза… Мамочки, какие глаза!

Там фильм недавно вышел, про скандинавских богов… Вот… Надо его будет спросить, не он ли главную роль играл!

Ай, Васька, соберись!

Уйми дрожь в коленях! Тебе работа нужна!

А он так на меня смотрит…

Явно чего-то ждет.

– Я… – чувствую, что голос срывается, тянусь за водой. – Я сама с Дальнего Востока. У нас в школах внеклассным образованием всегда шел китайский. Но училась я на факультете романо-германской филологии, – уверенно киваю. – Первый – французский. Им владею в совершенстве. Английский чуть хуже, но думаю, если речь не идет о синхронном переводе…

– Не идет, – обрывает меня он. – Я сам говорю на английском, – а взгляд не отрывает, – у вас будет в основном переписка и иногда звонки.

– Хорошо, – киваю, – на это моего уровня однозначно хватит, – стискиваю пальцы до белых костяшек.

Он молчит.

Просто пожирает меня глазами и молчит!

Елки! К этому я не была готова.

– Как я уже сказала, я приехала учиться в Москву с Дальнего Востока. В семнадцать лет. То есть, – вздыхаю, – привыкла к самостоятельности и автономности. Умею принимать решения и нести за них ответственность.

Он откидывается на спинку кресла, чуть склоняет голову:

– Но работали вы только в школе.

– Да! – снова уверенно киваю. – Это было моей мечтой. Следовала, так сказать, за идеалами. Но, – поджимаю губы, – идеалы быстро разбились о реальность. В школе очень мало платят.

– А вы считаете, – тянет Царев медленно, – что стоите больше!

– Да! – почти выкрикиваю, в первую очередь, потому что совсем в этом не уверена. – Я окончила языковой факультет, я знаю все основные офисные программы, легко делаю презентации, составляю сводные таблицы и умею работать в базах данных. Сами понимаете, что после школы я могу похвастаться высокой работоспособностью и стрессоустойчивостью!

Молчу пару секунд, но потом все же решаюсь и, немного понизив голос, добавляю:

– У меня за плечами два года классного руководства. Седьмой класс.

В его глазах загорается огонек интереса, а внутри меня все ликует!

Получилось! Почти получилось.

– Вы же понимаете, – начинает Царев медленно, – что у нас ненормированный рабочий день.

– Я ваша двадцать четыре на семь! – выпаливаю я, но тут же краснею. – В смысле по работе.

А мой потенциальный босс, кажется, еле сдерживает улыбку.

– Хорошо, – кивает, отворачивается к монитору. – Я сообщу свое мнение Ирине Анатольевне. Вы можете быть свободны.

– В смысле? – встаю, не понимаю, что мне дальше делать. – Подождать в приемном?

– Может, и так, – вскидывает он бровь и снова как-то странно на меня смотрит.

– Хорошо, – киваю. – Приятно было пообщаться.

– Взаимно, – вижу улыбку на его лице.

Очень приятную улыбку.

Черт! Рядом с ним будет сложно работать! Но надо.

Выдыхаю, на негнущихся ногах иду, выхожу из кабинета, замираю посреди приемного.

– Василиса Сергеевна? – слышу сбоку голос той самой Ирины Анатольевны. – Можно вас? Мы еще кое-что хотели бы уточнить…

Глава 9

Иван

– Да мне плевать, как вы ее оформите! Хоть под честное слово, только чтобы в течение часа у нее был пропуск и подписанное соглашение о неразглашении!

Отбиваю звонок, раздраженно бросаю телефон.

Внутри все бурлит! Крышу срывает! Хочется вернуть ее в кабинет, взять за лацканы той хламиды, которую она на себя нацепила вместо пиджака, ткнуть пальцем в экран моего монитора и спросить: “Это ты?!”

Но это же глупость! Дурость! Просто… Просто хамство, в конце концов…

Запустил пальцы в волосы, обхватил свою голову, хожу тигром вдоль и поперек кабинета.

Так… Есть два варианта!

Это не она! И это она!

С первым вариантом все понятно…

Если это не она, то, значит, просто тестирую на профпригодность… Справляется – работает в проекте. Не справляется – идет назад в свою школу или куда хочет… Хотя нет… Скорее всего, в любом случае идет… Если это не она, то девчонке жутко не повезло не оправдать моих самых главных ожиданий.

А если она?

Черт!

Нутром чувствую, что она…

Это что-то на уровне инстинктов, запаха, движений ресниц…

Я смотрел на эту клушу в очках, и у меня волоски на руках дыбом вставали… От звука ее голоса, от ее тихого вздоха, от закушенной в размышлениях нижней губки…

Да она, блин! Она!

И…

И тогда тоже есть два варианта развития событий…

Первый – это все дикое, но интересное совпадение.

Я случайно столкнулся с ней в клубе, она случайно откликнулась на эту вакансию…

И тогда это может стать кайфовой игрой!

Особенно, если брать в расчет то, что она, похоже, меня не узнала…

Еще бы… Там был лесоруб в потной футболке, а тут большой босс в итальянском костюме…

Но…

Есть и второй вариант.

Я столкнулся с ней в клубе как раз после бурного разговора с братьями о том, что мне нужна женщина.

Отец непрозрачно намекнул, что его напрягает отсутствие у меня пары, и тут же выдумал совершенно неуместный, но безумно важный проект, на который приходит ассистентом она…

Совпадение? Или все подстроено?

Если подстроено, то какова ее роль?

Замираю, стискиваю зубы.

Ну что ж…

И это тоже может стать о-о-очень интересной игрой.

Очень.

Улыбаюсь сам себе.

Ставки сделаны, господа! Ставок больше нет!

.

Василиса

– В смысле “подхожу”? – недоуменно смотрю на кадровичку, которая спрашивает у меня документы. – Вот так сразу и подхожу?

Я аж очки свои дурацкие сняла. Не привыкла я к ним. Мешают, постоянно сползают и вообще…

– Дело в том, что… – свожу брови в одну линию. – Я сейчас числюсь в отпуске. Я думала…

Даже не знаю, что я думала. Мне сообщили, что вакансия срочная, но… Приступать к работе прямо сегодня я совершенно точно не рассчитывала!

– Отлично! – вклинивается в наш разговор солидная дама, которая, похоже, тут начальница. – У вас же в школе длинные отпуска?

– Шестьдесят пять суток, – мямлю я.

– Ну и славно! Значит, вы пока увольняться не спешите, – она выставляет ладони, будто карты на столе раскладывает. – А мы вас оформим по срочному контракту. Вы же можете сейчас приступить к обязанностям?

– Я? Сейчас? – елки, а почему нет? – Конечно, могу! – отвечаю уверенно и возвращаю очки на переносицу.

– Великолепно, – директриса смотрит на меня оценивающе, и, кажется, ей нравится то, что она видит.

– Кто-нибудь введет меня в курс обязанностей? – я закусываю губу, ну чтобы не дрожала, сплетаю пальцы в замок.

Страшно, блин!

– Да! Обязательно, – кивает солидная дама. – Но для начала давайте подпишем соглашение о неразглашении, срочный договор и… Вы должны сфотографироваться для пропуска!

.

Иван

Ни о чем не могу думать.

Как идиот сижу и обновляю одну и ту же папку…

Фото для пропусков.

К ней есть доступ у кадров, отдела безопасности и у меня. У меня тут ко всему есть доступ.

Почтовый ящик переполнен, мессенджер обмигался сообщениями, телефон истерично дрожит на беззвучном, но я не могу…

Обновить, обновить, обновить… Ну же, давай!

Есть! Ура! Вот!

Скачиваю, подхватываю, запускаю программу…

Распознавание лиц…

Банковские разработки.

Ну, не банковские, конечно, но сейчас именно это используется в банках и кое-где в транспорте.

Искусственный интеллект до долей миллиметра сверяет расстояние между зрачками, проходит по верхним точкам бровей, изгибам носа, линии роста волос, измеряет высоту лба…

В общем…

Точность девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента.

Я смотрю, как бегает по экрану белая сетка, выделяя то одну, то другую часть ее очаровательного веснушчатого личика. В очках тоже очаровательное.

Не могу оторвать взгляда. Пальцами цепляюсь за стол, задерживаю дыхание…

Выполнено сорок процентов, шестьдесят два, восемьдесят семь…

Сравнение завершено!

Вероятность совпадения…

Замираю на вдохе…

Вероятность совпадения сто процентов!

Да…

Я знал…

Я чувствовал, елки-палки!

Черт!

Откидываюсь на спинку кресла, по-прежнему не отрывая взгляда от экрана.

Вдохнуть наконец-от получилось.

Да…

Она!

И что теперь?

Пару секунд просто смотрю на две фотографии, с наложенной на них диджитал-маской. Первая не подписана, а вторая… Ефимова Василиса. Персональный помощник…

И мои губы сами собой расползаются в улыбку.

Ну что ж, Ефимова Василиса. Назвалась груздем? Полезай в кузов.

Нажимаю кнопку селектора, обращаюсь к своей секретарше:

– Мою новую помощницу уже оформили? Она готова приступить?

Дожидаюсь деловитого: “Сейчас уточню”.

– Пригласите ее сразу же ко мне в кабинет!

Глава 10

Василиса

– Приступить прямо сейчас?

Я от волнения даже очки снимаю…

На висках выступила испарина, и они мне ощутимо мешают.

Такая контора…

Такой уровень…

Внутри все дрожит и вибрирует, но… Катька уверяла меня, что я смогу. Значит, смогу.

– Да! – киваю уверенно. – Конечно, готова!

И вот я снова в кабинете начальника.

Он требовательно указывает мне на стул. Сам не садится. Ходит из угла в угол и как-то странно на меня поглядывает.

Кого-то он мне напоминает. Ощущение, что я недавно видела эту фигуру. Вот если он поворачивается вот так, то…

Нет!

Не может быть…

Шутки сознания.

Не могла я его нигде видеть.

Где я, а где Иван Царев!

– Спасибо за оказанное доверие, – стараюсь, чтобы мой голос не дрожал. – Я готова приступить к работе.

– Отлично! – его глаза вспыхивают самым настоящим азартом. – Вас же предупредили, что у нас ненормированный рабочий день, – он замирает, упирается ладонями в стол, склоняется надо мной. – Вы можете понадобиться мне в любое время дня и ночи! – в его голос вдруг закрадывается легкая бархатная вибрация. – Вы к этому готовы?

Ух ты!

Вот это наглость!

Надо было не страшные очки! Надо было паранджу надевать!

Гордо вскидываю подбородок.

– Если вы о рабочих задачах, – делаю упор на слове “рабочих”, – то, конечно, готова!

Он замирает, и… улыбается?

Очень довольно улыбается!

Черт!

Что у него в голове?

Вот вляпалась, так вляпалась.

Ладно, с окладом, который тут озвучили, меня спасут даже пару недель работы. А уж если продержусь месяц…

.

Иван

– Запросить в Росреестре кадастровые планы, уточнить год изменения статуса земли, проверить планы коммуникаций, найти хозяев соседних участков, уточнить границы…

Я надиктовываю ей совершенно нереальный список дел и с удовольствием наблюдаю, как ее аккуратненькие алые губки сжимаются в тонкую полосочку, заостряется носик. Ручка монотонно и очень быстро скребет по листу старенького блокнота с видом Парижа на обложке.

Ну, давай! Попроси меня хотя бы диктовать помедленнее… Взвой! Интересно, если тебя наняли братья, какую сумму они тебе посулили? Или чисто за перспективу стать мадам Царевой? Ща проверим тебя на вшивость. Если ты из их коблы, сбежишь сразу же! Вот сегодня ночью и сбежишь!

– Поднять бухгалтерские документы последнего владельца, составить мне отчет по задолженностям перед персоналом, – лихорадочно вспоминаю, что еще ей можно поручить…

Желательно невыполнимого.

– Закажите выписку в БТИ и свяжитесь с архитектурным агентством.

– До скольки они работают? – спрашивает, не отрываясь от блокнота.

– Кто? – делаю вид, что удивлен и недоволен ее вопросом.

– Архитектурное агентство, – она наконец-то поднимает на меня взгляд.

– Это у вас нужно спросить, – фыркаю надменно. – Вам же его искать!

Ее глаза на секунду расширяются, губы распахиваются, но она тут же берет себя в руки.

– Сроки исполнения задач? – спрашивает ровным голосом.

Вот чертовка!

Вот это сила воли! Вот это характер!

Ну ладно, я тоже не лыком шит.

Сажусь в свое кресло, расслабленно откидываюсь.

– Сегодня, – отвечаю ей спокойно. – Всю информацию я жду сегодня. А! – улыбаюсь почти нежно. – И купите мне мой любимый кофе, пожалуйста! Дома закончился.

.

Василиса

Скот! Монстр! Подонок! Козлина такая!

А фасоль ему не перебрать?

Или розы посадить… Что там еще у нас положено делегировать бедным родственникам.

Так… Стоп…

Он меня не за тарелку супа нанял.

Мне надо снимать жилье и… И перед Катюшкой в грязь лицом не ударить. Подруга напряглась, чтобы я получила хорошее, с ее точки зрения, место…

Подруга…

Она же…

Она опытный ассистент! Вот ей и позвоню!

– Кать, – дрожащим голосом, – помоги, пожалуйста, советом… С чего начать?

И я ей перечисляю свой список дел.

Заканчиваю покупкой кофе и…

И жду.

А на том конце провода тишина.

Прям мертвецкая.

– Ка-ать? – несмело шепчу в смартфон.

– Васька, прости, пожалуйста, – вдруг выдает моя подруга со всхлипыванием. – Между нами, ассистентами, он считался нормальным!

– Кать, ну что ты, – вдруг чувствую себя виноватой. – Тут все понятно, просто…

– Просто невыполнимо! – радикально заканчивает Катюха. – Так… Давай поступим так…

В следующую же минуту в моем мессенджере возникает группа “Спасение утопающих”. Ее создала Катя и присоединила меня туда. Не первую, кстати. В списке участников уже значатся: некто Марина, Валентина Степановна, Ева и… Илья.

Первым сообщением выкатывается мой список задач и…

И я с удивлением наблюдаю, как совершенно незнакомые мне люди отписываются:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.