Рустам Хайруллин
Подарок для настоящего джигита

– А-а-а-а, – по улице между двумя рядами изб улепётывает мальчонка, нелепо размахивая руками над головой. А за ним отделившись от своей стаи, растопырив крылья, преследует его белый с большим красным клювом гусак. Мальчик, пробежав метров двадцать по дороге, резко сворачивает к крупной многолетней иве, растущей у арыка, протекающего вдоль деревни. В стволе её, он прекрасно знает, есть большое углубление. Быстро нырнув в него, ушастый беглец затаился. Через несколько секунд шум погони смолк, и из темноты дупла высунулась лысая голова. Оглядевшись по сторонам, проказник на носочках, чтобы не шуметь, выглянул за ствол ивы. Вдали, гордо вскинув голову и хвалебно гогоча, возвращался к своей, защищённой от чужака семье, победитель. Гусыни, не жалея «слов похвалы», встречали своего героя. Торчащее сквозь клюв белое перо, как боевой стяг, развивалось на ветру.

– У-у-у, гад, – процедил сквозь зубы пацан, подняв угрожающе в сторону гуся сжатый маленький кулачок, – Скажу Ахмадша бабайке, дяде, чтобы осенью тебя в первую очередь зажарили.

Вот уже неделю, как Руслан был вывезен родителями из города, пышущего жаром асфальта, в утопающую в зелени деревню. Здесь, вдали от бетона и стекла, озорник даже иногда забывал обуться. Земляные тропинки были протоптаны в мягких, охлаждающей ступни гусиной травке, а на дороге посыпан небольшой слой мелкого гравия. Его лысая башка мелькала между ровненькими штакетниками палисадников, уютно ограждающих кусты акаций, малины и смородины, растущие под окнами деревянных изб, когда он носился от «Большого» дедушки (папиного) до «Маленького» (маминого) и обратно.

Сопровождаемый двумя огромными чёрными братьями-дворнягами Актушем и Тáйгой, больше похожими на овчарок, он без устали целыми днями гонял под ласковым июньским солнцем. Иногда, не успевая увернуться от отяжелевших от нектара акаций пчёл, мальчонка получал вместе с жалом порцию лечебного яда. Но, подбежав к сидящим в тени забора на лавках старикам, ловко вынимающим пчелиный «кинжал», Руслан охлаждал ужаленное место ледяной водой из арыка. А ещё он любил, перебегая через обжигающий холодом ручей, вспугнуть стайки уток и гусей или телят, прячущихся в тени ив.

Сегодня его братья-охранники помогали дедушке пасти деревенское стадо на пастбище, раскинувшемся на широких склонах Уральской гряды, расположенной за деревней. Этим не преминул воспользоваться давно точивший клюв на хулигана свирепый соседский гусак. Об агрессивном характере птицы-драчуна свидетельствовало перо, торчащее в его ноздрях. Сначала, завидев одинокого оболтуса, гусь вытянул шею, опустив её к земле. При этом он издавал устрашающее шипение. А потом, помотав вверх-вниз головой, побежал, ускоряя шаг, на беспечно идущего по дороге Руслана. Мальчик, заметив атакующего гусака, развернувшись, стремглав побежал, крича на всю улицу, в сторону дома ближайшего дедушки. И только спасительная пещерка в дереве уберегла его от долгожданной гусем расправы.

Размазав рукой на пыльном лице слёзы страха и обиды, Руслан поплёлся, оглядываясь, на всякий случай, в сторону Маленького дедушки. Он хотел у отцовского папы в чулане «позаимствовать» спрятанные бабушкой пряники. Но, ни солоно хлебавши, вернулся туда, где уже второй день он мешался у всех под ногами.

В субботу одну из сестрёнок мамы выдавали замуж. И поэтому все взрослые, озабоченные предстоящим торжеством, с утра до вечера красили, убирались, жарили и варили. И любимый дядька Азамат постоянно был чем-то занят. Его, одиннадцатилетнего, отправляли то в соседнее большое село за продуктами, то заставляли красить забор. И поэтому шестилетний никому не нужный племянник второй день скучал в одиночестве.

А вот суббота началась совершенно иначе. Мама заставила его умыться в согретой солнцем воде чугунной ванной, стоящей в саду. Убрала каждодневные чёрные шорты с перевязями, которые он любил надевать крестом на спине на голое тело, и вручила белую рубашку с короткими рукавами и выглаженные брючки.

– Пошли на ворота в начале деревни, – Азамат абзый, дядя, дёрнул племянника за торчащее ухо. – Будем машины там встречать.

Пацаны, перемахнув через жерди ворот, ограждающих двор от картофельного огорода, сократили путь до начала деревни через маленький лесок и речку Берхомут, бегущую вдоль из ущелья.

На больших двухстворчатых воротах, стоящих на дороге, соединяющей деревню с центральной колхозной усадьбой, уже сидели местные ребята в ожидании свадебного кортежа. Они, как черноголовые галчата, повисли на металлических поперечинах и столбах. И так же громко о чём-то галдели. В обычные дни проезжающие щедрые водители откупаются двумя-тремя монетками или сосательными конфетами. А в выходные, особенно в дни свадеб, «улов» намного богаче. И потому, прознав про предстоящее торжество, местные ребята с нетерпением ожидали новую семью, чтобы «от души» поздравить их с радостным событием.

Вскоре появилась праздничная процессия. Впереди ехали в жёлтом «ушастом» «Запорожце» жених с невестой. За ними на грузовике «ГАЗ-51» все те, кто присутствовал в ЗАГСе. При этом они ещё умудрялись плясать в кузове под музыку, которую залихватски наигрывал гармонист. Для 1979 года в деревне две машины, да ещё с легковой машиной для брачующихся считался шиком. Обычно с соседней деревни приезжали на нескольких подводах.

Деревенские пацаны по всем правилам перекрыли проезд в ожидании конфет и монет, которые новоиспечённый кияу, жениха должен был разбрасывать, задабривая местных, при въезде в аул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.