Ирина Муравская
Сокровища Лимы

ПРОЛОГ

Посвящается всем, кто любит

приключения так же сильно, как и я ♡

Канадская провинция, остров Ньюфаундленд

Дилан Крейг очнулся и с огорчением понял, что лучше бы он этого не делал. Ноги не чувствовали опоры, плечи ныли от затёкшего состояния, голова раскалывалась после удара, а перед глазами мельтешили назойливые искры.

Запах, с готовностью заползший в ноздри, тоже не придавал ощущениям изысков. Смрадный и гадкий, нестерпимо хотелось зажать нос, вот только связанные руки не предоставляли такой возможности.

Не сразу, но до Дилана дошло, что он был подцеплен за торчащий с потолка крюк, а по соседству висели распотрошенные свиные тушки. От которых и исходило неприятное благоухание.

Блеск. Он на скотобойне. Лучше и не придумаешь.

Жалкие попытки освободить связанные запястья не увенчались успехом. Кто-то постарался на славу. Имелся шанс, конечно, попытаться ухватиться за цепь и подтянуться, однако дальше рассуждений дело не зашло.

Послышались шаги.

Перед Крейгом замаячило четверо дородных детин. Их главарь: лысый, с нелепой татуировкой на половину черепа, как бы невзначай похлопал по кобуре, где дожидался своего часа пистолет.

Жест мимолетный, но угрожающий. Как и оскал, что лишь с большой натяжкой можно было назвать улыбкой. Особенно с учётом образовавшейся прощелины между передними зубами.

– Дилан, Дилан… А я ведь предлагал мирное сотрудничество. Жаль, что ты отказался. Теперь нам придётся искать иной способ, чтобы прийти к согласию. Думаю, ты знаешь, что меня интересует?

– Где найти хорошего дантиста? – навскидку поинтересовался Крейг. Время для примитивных шуток, конечно, неудачное, но как сдержаться? – Могу посоветовать своего.

Татуированный раздражённо закатил глаза и, не оборачиваясь, покосился на одного из своих дружков: рыжего с нелепой козлиной бородкой. Поняв намек, рыжий с готовностью достал припрятанный за пазухой гвоздодёр.

С ухмылкой помахав своей игрушкой, навстречу Дилану сделали угрожающий шаг.

Лысый же исподлобья воззрился на пленника.

– Против лома нет приёма, так вроде говорят?

– Замшелый лозунг, никому не кажется? – поморщился пленник, с опаской поглядывая на рыжего.

Татуированный безразлично пожал плечами.

– Мне плевать. Итак: где твоя баба и где, чёрт возьми, дневник?

Глава первая. "Алая роза"

Австралия, штат Виктория, Мельбурн, за несколько дней до этого

Кафе «Роуле Галет» на 241-ой Флиндерс Лейн уже много лет являлось излюбленным местом Дилана Крейга. Блинчики с клубникой и миндалём здесь подавались просто бесподобные, а карамельный мокко твердо занимал лидирующую позицию в личном чате.

Именно из-за него, несмотря на то, что до Мельбурнского университета ему было не по пути, Дилан почти каждое утро непременно наведывался сюда.

Вот и сегодня аристократичного вида мужчина тридцати лет, облачённый в белую рубашку, галстук и тёмные брюки, расслабленно завтракал, листая свежую газету. До начала занятий ещё оставалось время, так что торопиться было некуда.

Да даже если и опоздает – не страшно. Студенты во все времена любили ощутить привкус эфемерной свободы и надежды на отмену пар. Пускай не столь долгий, но какой насыщенный.

Хотя, если уж говорить откровенно, его предмет студенты в большинстве своём любили и ходили на него с удовольствием. Особенно студентки, не упускающие возможности пококетничать с молодым, но одиноким преподавателем.

Из искренней симпатии или же в надежде на автомат, история тактично умалчивала. При любом раскладе красавицы оставались не у дел. Крейг никогда не смешивал работу и личную жизнь. Зато, сидя за уличным столиком, он сейчас с наслаждением шелестел ещё пахнущими типографской краской страницами.

С появлением всемирной паутины надобность в газетах давно канула в прошлое, однако Дилан так и не смог отделаться от этой маленькой блажи, стабильно беря в киоске свежий выпуск.

Итак, что по новостям?

В целом, ничего нового. «The Australian» в своём репертуаре: свежие новости, информационно-познавательные статьи и короткие обзоры на духовную жизнь города.

На следующей неделе вот в Австралийский музей Сиднея обещают привезти новые экспонаты из-за океана, а в их местной национальной галерее штата Виктории скоро открывается недельная выставка экспрессионизма.

Крейг настолько увлёкся чтением, что не обратил внимания на промелькнувшую рядом тень, на мгновение закрывшую собой слепящее весеннее солнце.

– Ты не изменился. Всё так же не замечаешь ничего и никого вокруг, – раздался совсем близко насмешливый женский голос, высоковольтным разрядом тока прошедший по нервным окончаниям. Голос, который сложно перепутать с каким-либо другим.

Дилан медленно опустил газету, обнаружив на столе, возле недопитого кофе, безупречно сложенную из оригами алую розу на длинном стебле. Столь же хорошо ему знакомую, как и та девушка, что с грациозностью кошки присела на свободный по соседству стул.

Чёрное приталенное платье с рукавами три четверти удачно гармонировало с прямыми тёмными волосами, а правильно очерченные скулы, глаза оттенка малахита и пухлые губы придавали лицу лёгкую таинственность.

Можно было бы подумать, что перед Крейгом сидит бизнес-леди какой-нибудь многомиллионной компании, только вот он прекрасно знал, что собой на самом деле представляет эта женщина. И до офисного планктона той было ой как далеко…

Дилан смотрел на неё, она, в свою очередь, на него.

Оба молчали.

Первой не выдержала гостья.

– Привет, – миролюбиво улыбнулась она, постукивая пальцами с идеальным маникюром по кожаному рюкзачку. – Рада тебя видеть.

Вместо ответа Крейг сложил газету и, оставив ту рядом с розой, молча поднялся с места. Слегка обескураженная столь прохладным приёмом женщина нагнала его лишь на пешеходном переходе.

– Это так ты встречаешь старых друзей? – нахмурилась она. Бег трусцой на высоких каблуках абсолютно не пришёлся ей по душе.

– Что тебе нужно, Холли? – равнодушно бросил через плечо Дилан, поправляя сползающие с носа очки.

Толпа постепенно собиралась, нетерпеливо поглядывая на отсчитывающий секунды сигнал светофора.

Десять, десять, восемь…

– Разве я не могла просто… Ну, не знаю, соскучиться?

– Соскучившись в прошлый раз, ты стащила у всех из-под носа бриллиант Куллинан из лондонского Тауэра, едва не сделав из меня сообщника, – безразлично отозвался тот и за секунду до того, как загорелся зелёный, размашистыми шагами высоких ботинок на шнуровке начал пересекать дорогу.

Холли, опасливо поглядев по сторонам, тоже поспешила следом.

– Решил рассказать всему свету? Насколько помню, эту новость так и не рискнули афишировать. Но я так и думала, ты ещё злишься.

– Злюсь? – едко усмехнулись в ответ, сворачивая в сторону и оставляя за спиной собор Святого Павла. – Вовсе нет.

– Ещё как да. Ты очень злишься, – уверенно закивала Холли.

Дилан с досадой обернулся к спутнице.

– Четыре года, Холли. Прошло четыре года. Что тебе нужно?

– Хочу, чтобы ты посмотрел одну крайне ценную вещицу.

– По ценным вещицам у нас эксперт ты, а не я.

– А ты, как мне помнится, знаток истории и любишь копаться во всяких шифрах. Что мне сейчас очень кстати.

Молчание.

– И у кого ты украла эту ценную вещицу? – прищурился Крейг, правда чего не отнять – он действительно успел заинтересоваться.

– Обижаешь.

– То есть, я не прав?

– Это не столь важно. В любом случае, теперь она моя. Ну так что, взглянешь?

Дилан тяжко вздохнул, нутром предчувствуя, что ничего хорошего ему эта встреча не светила. Любое появление данной особы в его жизни несло за собой разрушительный вихрь. Начиная прямо со дня их знакомства.

Холли Паркер.

Так она представилась ему, хотя, как обнаружилось, настоящая Холли Паркер умерла в престарелом возрасте в Южной Каролине больше двадцати лет назад. Обнаружилось, правда, уже после того, как несостоявшаяся невеста просто исчезла одним днём.

Она исчезла, зато в тот же вечер в дверь забарабанила полиция Скотланд-Ярда. Тогда и всплыла правда об украденной личности, а заодно и очередное тёмное дельце, в котором подозревалась сбежавшая красотка.

С того момента прошло уже немало времени, однако разочарование никуда не ушло. Пригасилось, да, но окончательно никуда не делось, прочно пустив свои щупальца в подсознание.

Причём разочарование это не имело никакого отношения ко лжи. Только к побегу, ведь Крейг с самого начала знал, чем именно промышляла его избранница.

Знал и принял это. А в итоге остался в дураках.

К сожалению, одним не сложившимся браком дело не ограничилось. Обладая удивительными аморальными качествами, Холли как ни в чём не бывало вновь объявилась перед бывшим женихом спустя пару лет.

Объявилась, каким-то неведомым образом ввязала его в мутную авантюру и снова исчезла, оставив после себя лишь очередные проблемы.

Именно после той грязной истории с бриллиантом и добавочной к ней цепочки обстоятельств, Дилан, решив покончить с прежней жизнью, перебрался в Мельбурн. Со временем даже неплохо устроившись на новом месте.

Однако каким-то образом Паркер и здесь сумела его отыскать! Только подумать, на другом материке. В чужой стране! Впрочем, чего уж греха таить, он тоже следил за успехами бывшей невесты.

«Алая роза» – так прозвали таблоиды прославившегося едва ли не на всю Европу вора после того как на местах преступлений были найдены сложенные из оригами цветки.

Визитная карточка преступника подарила журналистам неисчерпаемый простор для воображения и надуманных историй. Единственное, что им оставалось, потому что «Алая роза» не оставляла улик, с лёгкостью обходя любые сигнализации и современные охранные системы.

Никто и по сей день не был уверен наверняка, кто именно скрывался под этой личиной: мужчина, женщина или целая группировка. Об этом мог догадываться лишь дотошный Скотланд-Ярд, но и тот располагал настолько скудной информацией, что не мог пустить её в ход.

Правда была известна лишь Крейгу, для которого эта тайна никогда не являлась таковой. Однако он никогда и ни под какими пытками не сдал бы женщину, которую когда-то любил до слепого безумия.

И вот она снова стоит перед ним…

Как ни в чём не бывало. Ещё и просит о помощи.

Чёрт!

Лгут те, кто говорит, что, для того, чтобы разлюбить, нужны годы. Некоторые чувства так никогда и не уходят. Дилан и хотел бы послать всё к дьяволу, забыть и навсегда закрыть эту главу, но… не мог.

Но, может, получится в следующий раз?

– Идём, – побеждено согласился он, ослабляя на шее галстук, ставший в миг удушливой удавкой.

***

Мельбурнский университет один из старейших учебных заведений в штате Виктория. Готического вида здание прошлого века с возвышающейся башней и окутанное зеленью особенно величественно смотрелось на фоне отстроенных за последнее десятилетие небоскребов.

Престиж, огромная территория, и многообразие факультетов каждый год притягивало колоссальное количество желающих. Полученное здесь место Дилан считал настоящим даром.

– Почему нельзя было поймать такси? В конце концов, у тебя вроде есть машина. Какой прок тащиться пешком? – недовольно заметила Холли, то и дело поправляя лезущую на глаза чёлку.

– Люблю подышать свежим воздухом, – насмешливо отозвался тот, проигнорировав выпад о наличии машины. Он уже ничему не удивлялся. Паркер всегда почему-то была в курсе всего.

– Нелепость.

– Нелепость – твоё появление. Я никого не держу, – миновав аллею, ведущую к центральному входу, Крейг поднялся по главной лестнице и даже, вот же джентльмен, придержал спутнице дверь. – Идёшь?

Холли с толикой надменности снова кокетливо поправила чёлку и послушно вошла внутрь, звонко цокая каблуками по плиточному полу.

– Пожалуйста, – лишь пожал плечами Дилан. Что поделать, вежливость никогда не была сильной стороной этой дамы.

Второй этаж, дальняя часть коридора и ещё пустая аудитория. До начала лекций оставалось несколько минут, так что студенты пока зависали в кафетерии и в курилке.

Длинные ряды парт, делящиеся пролётами, высокие окна, белый проекторный экран и стол преподавателя. Всё, как и в любом другом учебном заведении.

Дилан подошёл к рабочему месту, излишне громко поставив портфель на стол.

– Показывай, что там у тебя, – Холли, застыв у порога, вопросительно кивнула на подвешенные по углам камеры. – Они для вида. Уже год как не работают.

Проблема сама себя исчерпала и из женского рюкзака был вытащен старый дневник. Очень старый и в очень печальном состоянии, без каких-либо опознавательных знаков.

Присев, Крейг заинтересованно погладил потрескавшуюся от прожитых лет обложку. Кожа.

– Бычья?

Паркер безразлично пожала плечами. Из чего та была сделана, её не интересовало. Хоть из бычьей, хоть из человеческой. Главнее было то, что таилось внутри.

Укоризненно покачав головой, Дилан вернулся к рассматриванию находки и сразу понял, почему его бывшей вдруг понадобилась его помощь.

Сморщенные пожелтевшие страницы были исписаны цифрами, местами сильно выцветшими. Беспорядочный поток бессмыслицы, посреди которого лишь изредка мелькали сделанные от руки наброски.

Цифры, наброски, где-то угадывались латинские буквы, снова цифры… и криво начерченная карта на всю страницу.

То, что это карта, угадывалось чисто интуитивно, по пунктирным линиям и символике, обозначающей, вероятно, попадающиеся на пути природные препятствия.

– Кто-то заигрался в пиратов? – насмешливо выгнул бровь Крейг. – Что конкретно тебя интересует?

– Всё.

– Тогда разочарую. Криптография тут на уровне. Без ключа не расшифровать.

– Какого ключа?

– Любого. Судя по обилию цифр, – Дилан бережно закрыл дневник и протянул его обратно Холли. – Найдёшь ключ, приходи.

– И зачем мне в таком случае ты? – недовольно округлила глаза та, не торопясь забирать реликвию. – Мне как раз и нужно понять, где его искать.

– А что это вообще такое? – Крейг задумчиво повертел в руках ветхую вещицу, давно пошедшую бахромой по окантовке. Любопытство пересилило, и он вновь начал изучать содержимое. Уже куда более въедливо.

Увы. Кроме цифр и рисунков никаких опознавательных знаков. Кто-то очень постарался. Или же это была просто чья-то шутка. Если так, то терпения у автора хоть отбавляй – кого бы надолго хватило исписывать сотни страниц подобной ахинеей?

– Слышал о сокровищах Лимы[1]? – обдавая кожу горячим дыханием, раздалось вдруг над его ухом.

Он настолько увлёкся рассматриванием символов, что не заметил, как Холли подкралась сзади, склонившись над его плечом. Да так ловко, что как бы невзначай выставила на обозрение всё своё богатое декольте.

– Ты серьёзно? Сокровища? Сколько тебе лет?

Паркер праведно оскорбилась.

– Достаточно, чтобы поверить в существование так и не найденного клада. Почему нет?

– Это всего лишь легенда, – Дилан прокрутился на компьютерном кресле, строгим учительским прищуром воззрившись на собеседницу. – Правительство испанской колонии в преддверии войны отдало свои ценности на хранение капитану американского корабля, зашедшего по случайности в порт. Того обуяла алчность, и он решил прикарманить всё себе. Убрал свидетелей, закопал клад, был арестован, затем исчез… Мы ведь с тобой практики. Когда ты начала верить в сказки?

Лицо Холли расцвело, а такое бывало только в те моменты, когда она свято верила в то, что собиралась доказывать.

– Когда увидела собственными глазами вскрытый гроб с останками Уильяма Томпсона, в котором и нашла дневник. Того самого алчного капитана, кстати, что и прикарманил всё золотишко.

Крейг ошарашенно присвистнул.

– Ты добралась и до чужих могил? Музеев с частными домами оказалось недостаточно?

– Понимаю твоё недоверие, но я пришла не насмешки выслушивать, – юркие пальцы ласково коснулись его шеи, однако Дилан молча перехватил изящное запястье. Паркер понимающе улыбнулась. – Значит, не можешь помочь? Жаль. Всё равно спасибо за попытку.

Ногти царапнули по столешнице, однако захватили лишь пустоту.

– Подожди, – Крейг, оперативно перехватив дневник, быстро перелистал ветхие страницы и указал на один из рисунков. – Видишь? Такие компасы были распространены у мореплавателей того века. Судя по виду, вещица недешёвая.

Холли с сомнением прищурилась.

– Компас?

– Вот эти символы «Д.К.». Вероятно, имя владельца. И видишь по ободку надпись? «El oro en el me»…

– Испанский?

– Перевод можно трактовать, как: «Золото во мне». Возможно, что это просто девиз, однако какой смысл перерисовывать его? Ещё и досконально выводить завитки?

– М-м-м… – Паркер заинтересованно прищурилась, напоминая в этот момент лисицу, вышедшую на охоту. – Мне определённо нравится ход твоих мыслей.

– Вот только я лично не представляю, где этот компас сейчас и существует ли он вообще.

– Ну, это я уже беру на себя, – Холли вежливо забрала дневник, мимолётно коснувшись алыми губами его щеки. – Я знала, что на тебя можно рассчитывать. Меня всегда возбуждала твоя скрупулёзность и внимание к мелочам.

Комплимент был настолько сомнительным, что Дилан предпочёл его проигнорировать.

– Это может оказаться обычным рисунком.

– Если так, тогда мне снова может понадобиться твоя помощь. Хорошо, что я знаю, где тебя найти. Мы ведь…

Договорить ей не дал топот ног, влетевших в лекционный зал припозднившихся студентов. Обескураженно застывших на пороге при виде неоднозначной картины.

– Простите… – растерялись они.

– Всё в порядке. Я уже ухожу, – Паркер демонстративно подтёрла след от помады, оставшийся на Крейге, и манерно выпорхнула из аудитории, оставив после себя шлейф дорогих духов и целый ворох недосказанности.

***

Остаток рабочего дня у Крейга упрямо не получалось сконцентрироваться на лекциях. Все мысли крутились вокруг нежданной гостьи. Снова и снова, снова и снова…

Не добавляли радости и перешёптывания студентов. Слухи о том, что у их преподавателя, наконец, появилась подружка, разносились по территории со скоростью вируса.

Девчата обиженно дулись, парни взахлёб обсуждали стройные ножки «неизвестной красавицы» – эвана какая пища для размышлений-то подкинулась. На целый день хватит!

Наконец-то, бесконечно долгие семинары были окончены и Дилан, прикупив еды на вынос, что было весьма символично для холостяка, вернулся в свою маленькую съёмную квартирку.

Где его ждал неприятный сюрприз.

Входная дверь оказалась чуть приоткрыта, но вроде как не выломана. Может, забыл запереть её с утра? Или хозяйка решила нагрянуть с обыском? Вдруг он морскую свинку или какую другую животину завёл, что было категорически запрещено по договору.

К сожалению, нет.

Посреди небольшой гостиной, среди разбросанных вещей, его ждали четверо крупных мужчин. Один из них, судя по грозному виду, негласный лидер: обтатуированный лысый бугай с особенно идиотским тату на черепе.

Кто вообще делает их на черепе?

– Прошу прощения, – Дилан, разумеется, успел испугаться, однако замученный в течение дня мозг ещё не успел передать новую информацию в отдел страха. Так что вёл он себя пока максимально хладнокровно. – Чем обязан? Если решили ограбить, поверьте на слово, искать тут нечего.

– Твои побрякушки нам ни к чему, – дёрнул плечом лысый. – Дилан Крейг, верно?

– Смотря, кто его спрашивает.

– Его спрашивает Цербер, – ответил лысый. – То есть, я.

– Почему Цербер?

– На татуировку посмотри, кретин, – шикнул на него другой член группировки: рыжий, с несуразной козлиной бородкой.

– А-а-а, – Крейг невольно присмотрелся и с удивлением отметил, что что-то и правда там смахивает на трёхголового пса. Ну или на кучку щенят, запутавшихся в клубке ниток. – И что Церберу нужно от заурядного преподавателя?

– Тебе знакомо имя Эмили Фокс?

– Нет, – чистосердечно признался «заурядный преподаватель». – Не знаю таких.

Лысый недобро оскалился, светя неровными, но крепкими зубами. Жёлтые, заострённые, с налётом кариеса – такие если вопьются кому-то в сонную артерию, просто так не отпустят.

– А вот мы точно знаем, что сегодня ты с ней беседовал в кафе. Припоминаешь?

– А-а-а, – снова протянул Дилан. И как он не догадался сразу? – Значит, она теперь уже Эмили. Так, ладно. И в чём дело?

Лысый довольно кивнул. Жертва не отнекивается, что весьма хороший знак. А то обычно начинают пороть горячку, впоследствии чего приходится марать руки. А кому охота лишний раз марать руки?

– Эта шустрая девка украла у меня кое-что. Крайне невежливо, если вспомнить, что мы с ней вроде как партнёры.

– Предположим, – осторожно согласился Крейг. – За ней и не такие грешки водятся. Я чем могу помочь?

Лысый многозначительно переглянулся с товарищами. Нет, с его лицом явно было что-то не так. Может, когда набивали щенят, задели мышцы, отвечающие за мимику?

– Ты сейчас мне расскажешь, где найти эту пигалицу.

– А если нет?

Цербер с угрозой оскалился, отточенным до автоматизма движением доставая из-за кобуры пистолет. Судя по виду, настоящий.

– Кажется, всё-таки придётся замараться.

Дилан с тяжёлым сердцем поправил сползшие с переносицы очки. Дела принимали не самый приятный оборот, и снова всему виной была она. А ведь он знал, знал, что ничем хорошим её появление ему не сулит…

____________

[1] Лима – столица Перу, поэтому в тексте не раз будет упоминаться выражение «Перуанские сокровища»

Глава вторая. Лига Сатаны

Италия, Виареджо, Бест Вестерн Гран Отель Роял, восемь лет назад

Виареджо уже много лет пользуется спросом у туристов, и неспроста. Шикарные виллы, отели, пляжи, рестораны, главная набережная… Атмосфера зажиточного безделья гарантирована.

Ирония в том, что сам Дилан оказался там по случайности. Они с другом вообще-то собирались отдохнуть на Сицилии, однако симпатичная турагентша умело развела их именно на Виареджо.

Прилетели они недавно, но решили не терять времени даром. Саймон уже отправился покорять итальянский пляж своими умопомрачительными плавками в божью коровку, да и Крейг не стал отсиживаться в отеле, желая насладиться сполна солнцем и долгожданным отдыхом.

Несмотря на всю его прелесть, пасмурный промозглый Лондон порядком успевает опостылеть даже собственным жителям. Именно поэтому Дилан почти без боя согласился на нудные уговоры друга погреть в тепле свои косточки.

И пока он не разочаровался, место ему определённо нравилось. Турагентша нашла им весьма уютные номера в одном из самых раскрученных отелей.

Старинное здание в стиле модерн, наполненное духом романтизма; впечатляющие башни, элегантный интерьер и сад с открытым бассейном – ценник вышел кусачий, но затраты более чем себя окупили.

Плюс, судя по вывеске в холле, завтра здесь должен был состояться закрытый аукцион для богатеньких здешних шишек. С достойными гурманских прихотей закусками и шампанским. Однако, без официального приглашения, Дилан туда, конечно, попасть не смог бы.

Впрочем, не сильно и стремился. Вместо этого он с удовольствием развалился на лежаке, попивая из запотевшего ото льда стакана ром. Расстёгнутая хлопковая рубашка стыдливо прикрывала пока ещё не загорелое, но хорошо сложенное тело, а синие шорты идеально сливались с лежаком. Прям знал, что покупать.

Отель тем временем кипел жизнью.

В бассейне, рассекая пронзительно голубую воду, плавали расслабленные лягушки, в детской зоне с визгом резвились дети, бегая по тропинкам с надувными кругами в виде пончиков и уток, а у бара под навесом собралась такая толпа, что не протиснешься.

И вот тогда-то Дилан впервые увидел её…

Юная курносая красавица с высоким хвостиком, подпрыгивающим в такт её лёгких шагов, чисто случайно попала в его поле зрения, однако привлекла к себе всё внимание безраздельно.

Кто она? На итальянку не похожа. Вероятно, отдыхающая. Зелёный раздельный купальник мало что прикрывал, зато выставлял напоказ загорелую кожу. Видимо, здесь уже не первый день.

Короткие джинсовые шорты подчеркивали точёные ножки, а непослушная чёлка то и дело лезла в глаза незнакомке, отчего та, явно к этому привыкшая, её попросту смахивала.

Дилан невольно залюбовался направляющейся к переполненному бару девушкой. Но вот к последующим событиям жизнь его не готовила. Кто же мог подумать, что та окажется обыкновенной карманницей?

Возле какого-то мужика в широкополой соломенной шляпе, перевалившего пивное пузо через стойку и пытающегося на ломаном итальянском договориться о чем-то с барменом, девчонка задержалась всего на мгновение. Если бы не сверкнувший в её руках бумажник, Крейг бы и не понял, что произошло.

А когда понял, не мог не вмешаться.

Вскочив с лежака и едва не сбив удивлённую мамашу с сыном дошколёнком, который зачем-то надел плавки себе на голову вместо панамки, он подлетел к воровке, схватив её за локоть.

Девушка в ответ лишь ослепительно улыбнулась.

Ни крупицы удивления. И уже пустые руки.

– Ловкачка, – сердито прищурился Крейг. – Отдай.

Та театрально закатила к небу кукольные глаза.

– Ой, да брось. Этот козёл вчера приставал ко мне. Должна же я была его как-то проучить.

– Проучить – в смысле, обворовать?

– А почему нет? Нет денег – меньше вероятность напиться. В следующий раз не будет кичиться своим а-ля баснословным состоянием, которого на самом деле нет.

– Бумажник, – Дилан не отступал, продолжая цепко держать её. Сладкие речи пускай кому-нибудь другому толкает. – Живо.

Девушка театрально опустила взгляд, как бы напоминая о своём внешнем виде. Что ж, не поспоришь. В её купальнике, больше напоминающем набор ниточек, и правда было бы сложно что-то спрятать.

– Потеряла… какая неудача, но… Погоди, я нашла что-то ещё… – перед носом Крейга мелькнул бумажник, вот только… другой. Точно другой. Незнакомка насмешливо протянула его Дилану. – Кажется, твой.

– Что за чушь? Мой у меня, хотя очень похо… – он выпустил девицу и озадаченно захлопал по карманам шорт. Пуст. Пуст! Дилан присмотрелся к бумажнику в её руках. Точно его. Да как же… – Какого чёрта?

– Малыш, ты, конечно, внимателен, да за мной всё равно не поспеешь, – озорно подмигнула ему та. – Между прочим, на этого жирного борова мне плевать. Удачно попался под руку, и на том спасибо. Я тебя цепляла. Больно уж приглянулся. Можешь, конечно, поволочь меня сейчас на рецепшен и пожаловаться администратору, только и моргнуть не успеешь, как я исчезну. А ты ведь этого не хочешь.

Вот так-так! Признаться, Дилан был обескуражен.

Хотела привлечь внимание? Таким образом? А просто подойти и познакомиться что, для неё слишком банально? Какая, однако, самоуверенная особа.

Говорит, сбежит. Врёт или не врёт?

Наверное, нет. Ловкости ей и, правда, не занимать.

Да уж… Наглая, аморальная и… дьявольски привлекательная.

Чёрт!

– И чего же я хочу? – не удержавшись, поинтересовался он.

– Предложить мне выпить. После чего мы плавно перейдём к ужину и закончим разговор в номере. Твоём, разумеется. Моего здесь нет, – очаровательно улыбнулись ему в ответ. – Обещаю, я больше ничего у тебя не украду. Зачем мне жалкие гроши? Я привыкла играть по-крупному.

Крейгу потребовалось меньше минуты, чтобы переварить полученную информацию. И дать резкий, в меру дерзкий и, несомненно, достойный такой прямолинейности ответ. Необходимо ведь поставить выскочку на место…

В общем, пришлось согласиться.

Полный провал, однако слишком уж сильно поразила его эта особа с ироничным взглядом и ловкими ручками, чтобы вот так просто теперь с ней расстаться.

Так что, вопреки логике и здравому смыслу, её предложение он принял. Тем более что мужик у бара уже обнаружил пропажу и начал призывно голосить, не жалея чужих барабанных перепонок.

Наверное, если бы Холли всё же обобрала Дилана до нитки, прихватив в качестве сувенира носки и подарочную отельную зубную щётку, он всё равно не пожалел бы об этой встрече. Плохо или хорошо, но с того самого дня девушка по имени Холли Паркер перевернула всю его реальность.

И да, она не солгала.

Проснувшись наутро в номере после славно проведённого вечера и охренеть какой горячей ночи, Дилан удостоверился в том, что все его вещи остались при нём.

Даже больше. Алая роза, умело сложенная из оригами, одиноко лежала на соседней подушке. А вот его новая знакомая бесследно испарилась.

В тот же день частный аукцион, готовящийся к предстоящему мероприятию, с ужасом обнаружил пропажу нескольких дорогостоящих ювелирных украшений, отданных им на сохранение состоятельными персонами.

***

Австралия, штат Виктория, Мельбурн, наши дни

Проблему надо было срочно решать. Дилан это понимал. Вопрос лишь: каким способом?

– Что конкретно вас интересует? Если хотите знать, где она – я не знаю. Эта птичка появляется и исчезает, когда пожелает.

– Зачем она обратилась к тебе? Чего хотела? – Цербер не собирался опускать пистолет. Наоборот, с ленцой поигрывал им.

Вероятно, врать не имело смысла.

– Чтобы я посмотрел старинный дневник, набитый малоразборчивой чушью. Я там ничего не понял и отправил её восвояси.

– Она же не просто так выбрала именно тебя?

Крейг едва не заскулил от досады. Ну почему, почему ему постоянно приходится отдуваться за чужие косяки?

– Слушайте: я преподаю углублённую историю, вот Хол… Эмили и решила, что я могу ей помочь. Ошиблась, с кем не бывает. Это ваши разборки, сами и разбирайтесь. У меня нет никакого желания вмешиваться. Я устал и, если честно, просто хочу отдохнуть.

Лысый самовольно ухмыльнулся. Кажется, ответ его позабавил.

– Ну, это вряд ли. Её мы, рано или поздно, найдём, а ты пока побудешь у нас в качестве запасного варианта.

– Какого ещё запасного варианта?

– Как гарантия сотрудничества. Или… — Цербер щёлкнул пальцами и один из бугаев, светловолосый блондин с раскосыми глазами, передал ему распечатанную фотографию. Дилан обречённо прикрыл глаза. Он прекрасно догадывался, что это за фото. Лысый помахал снимком в руке. – Мы тут немного порылись в твоих вещах, надеюсь, ты не против? Судя по всему, вы были близки.

Более чем. На фотографии были изображены они: целующиеся Холли и Дилан семилетней давности. Случайный снимок, сделанный ещё во времена их скоротечного романа.

Крейг хранил его в верхнем ящике рабочего стола.

Так и не смог выбросить.

– Короче, она объявится сама, едва прознает, что ты у нас, – Цербер победоносно кивнул. – Старая любовь и все дела…

– Не обольщайтесь. Ей нет до меня дела, – хмыкнул Дилан, выжидая подходящий момент, чтобы дать дёру. Уже было понятно, что мирно они не разойдутся, а становиться приманкой ему не улыбалось.

– Вот это мы и проверим.

Удачного момента так и не отыскалось, пришлось хватать возможность на авось. Крейг, бросив под ноги портфель с бумажным пакетом, внезапно сорвался с места, кинувшись к выходу. Успев буквально на бегу схватить лежащие в прихожей ключи.

Всё произошло настолько внезапно, что наёмники на мгновение растерялись, однако поспешно ринулись в погоню, снося собой в коридоре всё, что плохо стояло.

Естественно, далеко убежать Дилану не удалось. На лестничном пролёте многоэтажного жилого комплекса его уже поспешно нагоняли, а на улице и вовсе едва не схватили за шкирман.

Вовремя отскочившая подъездная дверь, обидевшаяся на грубое обращение, приложила по лицу блондина, благодаря чему тот лишь мазнул своей пятерней Крейга по спине. Тот же, тем временем, вылетел на улицу и бросился к припаркованной возле тротуара машине.

– Не дайте ему уйти, болваны! – послышалось в стороне и в потрёпанный нелёгким бытием седан полетели пули.

По всей видимости, никого не смущало, что пальба привлекала внимание. В соседских окнах замаячили перепуганные физиономии. Кто-то наверняка уже вызывал полицию, вот только когда ещё те доедут…

Чудом укрывшись со стороны водительского сидения, Дилан торопливо разблокировал машину и трясущимися на адреналине руками, вставил ключ в замок зажигания.

Только когда одна из пуль влетела в переднее пассажирское сидение, а заблокированные двери начали нещадно выламывать, старушка сдалась и завелась. Автомобиль обиженно рыкнул и с тарахтением рванул с места.

Опасаясь погони, Крейг вжал педаль газа в пол и гнал так несколько кварталов, петляя на поворотах и мало заботясь о дорожных указателях.

Раздражённые водители провожали его сердитыми гудками, но именно сейчас, в обычное время до скрежета зубов прилежного автомобилиста, они не заботили.

Заботило другое: вряд ли эти громилы прибыли пешком. Значит, очень скоро его где-нибудь подрежет тонированный внедорожник. Так ведь обычно бывает в фильмах? А испещрённый пулями седан с разбитым лобовым был слишком заметен. С таким не затеряешься в толпе.

Уловив движение слева, Дилан так резко затормозил, что в салоне запахло палеными шинами. Скрипящая старушка ещё не успела толком снизить скорость, когда он, прямо на ходу, выпрыгнул из машины и во весь опор помчался к остановке, чудом успев проскочить в закрывающиеся двери отъезжающего автобуса.

Транспорт спасительно тронулся, унося его прочь.

Оплатив проезд завалявшейся в кармане мелочью, Крейг грузно плюхнулся на самое дальнее сидение, игнорируя подозрительные взгляды оборачивающихся пассажиров.

К чёрту! Пускай пялятся. Зато у него появился шанс хоть немного отдышаться. И обмозговать всё, правда выводы напрашивались самые неутешительные…

Он влип. Конкретно. И совершенно непонятно, как теперь из этой передряги выбираться. Куда податься?

В его квартире сейчас пасутся неадекватные верзилы с пушками, а машина, обруганная и превращённая в решето, осталась валяться с ключом зажигания в замке. Мечта угонщика.

Домой возвращаться точно нельзя. На работу, вероятно, тоже. Эти типы, конечно, не гении, но догадаются, где его можно отыскать. Где эта чертовка, из-за которой он так попал, одному богу известно и…

И всё.

В его распоряжении имелся лишь телефон, оставшийся во внутреннем кармане пиджака, паспорт и немного наличных, припрятанных под обложку, ведь бумажник со всеми банковскими картами остался в портфеле. В квартире. О чём вспомнилось только сейчас.

Не придумав ничего умнее, Дилан набрал стоящий на быстром наборе номер. Трубку сняли с третьего гудка.

– Слушаю, – раздался в динамике сонный голос.

Точно! Он совсем забыл про разницу во времени. В Лондоне ведь ещё ранее утро.

– Саймон. Нужна помощь.

– Крейг, ты совсем сдурел? Знаешь, сколько времени?

– Прости, дружище, не до этого. Я крупно влип. Нужна помощь.

– Погоди секунду… – на другом конце послышался характерный стук и едва слышная ругань. Кажется, кто-то запутался в одеяле и свалился с постели. Фоновые шумы сильно резали барабанные перепонки, однако быстро сменились на уже куда более бодрый голос: – Что нужно?

– Нужно, чтобы ты кое-что нашёл. Я скину описание. Только давай скорее.

– Ладно, я перезвоню, – на том конце отключились.

Шансов, конечно, немного, однако Саймона без ложной скромности можно было назвать компьютерным гением. Он умел найти всё и везде, если дело касалось великой всемирной паутины.

Теоретически: ни одна система рядом с ним не смогла бы считаться в полной мере защищенной. Практически…

Ну, на практике не так уж часто ему приходилось этим пользоваться. Да и вообще, официально его друг значился программистом, но у таких типов всегда имелись свои секретные фишки.

Господи, и кто его только окружает? Воровка и непризнанный хакер. Однако сейчас это играло Крейгу на руку. К тому же, он был не совсем честен с Холли, кое что утаив, однако та достаточно умна, чтобы и самой разгадать несложную загадку. А когда она её разгадает…

У него появится шанс самому найти её.

Первым. Впервые.

Саймон перезвонил нескоро. К тому моменту Дилан успел сменить несколько транспортов, чтобы запутать следы и, добравшись до аэропорта, нетерпеливо мял в руках телефон, обивая пороги в зале ожидания.

– Говори, – звонок даже не успел толком пройти, а Крейг уже поднял трубку.

– Нашёл три подходящие под описание вещицы. Твои инициалы упростили дело. Итак, Д.К… Кук, англичанин, кстати, и…

– Нет. По годам не подходит. Дальше.

– Джон Каббот.

– Ещё варианты?

– Джон Киттинг, но…

– Он. Где искать?

– Почему?

– Потому что Киттинг был знаком с Уильямом Томпсоном. По легенде.

– Что ещё за Томпсон? Какая ещё, нахрен, легенда? – в голосе промелькнули подозрительные нотки. – Крейг, во что ты ввязался?

– Позже расскажу. Говори, где.

– Мадридский морской музей, но ты объяснишь мне или…

– Я понял. Спасибо, Саймон.

– Эгей, погоди-ка… Дилан, что происходит? Чем я ещё могу помочь?

– Пока ничем. Главное, будь на связи.

– Стоп, так не пойдёт. Ты, что, правда, полетишь в Мадрид?

– Ближайшим рейсом, – Крейг задумчиво обернулся к висевшему под потолком табло. – Надеюсь, к утру буду там.

– Ясно. Тогда встретимся в Барахасе. И не смей ничего без меня делать. Я выезжаю.

– Саймон, что… Подожди! – запоздало закричал Дилан в трубку, но тот уже успел повесить трубку.

Потрясающе, просто потрясающе. Сам влип по глупости, а теперь и лучшего друга втянул.

***

Мадрид, Испания, аэропорт Барахас, несколько часов спустя

Перелёт вышел долгим. Не имея прямых рейсов, пришлось делать пересадку, так что нечего и говорить, что приземлившись в Мадриде, Дилан уже ничему в этом мире не был рад. Слишком уж насыщенными вышли последние сутки. А для любителя чётко выверенной последовательности это настоящая каторга.

К тому же произошла накладка с работой. Нельзя ведь просто позвонить и потребовать отгул за свой счёт на неопределённый срок. Кому такое понравится? И когда теперь всё утихнет?

При благоприятном раскладе – сккоро, вот только вряд ли можно назвать благоприятным ситуацию, когда за тобой охотятся отмороженные на голову амбалы.

К тому же практически все сбережения ушли на билеты, так что теперь Дилан, по факту, был обобран до нитки. Благо Саймон уже ждал его в аэропорту и, предварительно созвонившись, они пересеклись на выходе из терминала.

Его друг больше смахивал на подростка-переростка. Рыжий, взъерошенный, одетый в нелепую футболку с надписью: «Лига Сатаны», он ну никак не походил на серьёзного человека, которому не так давно перевалило за тридцатник. Даже с недавних пор отпущенная борода не накидывала ему лет. Хотя вроде как должна была.

Зато Саймон был во всеоружии: чемодан на колёсиках, сумка с ноутбуком, на поясе повязанная дутая куртка. Уместная для Лондонских ветров, но абсолютно бесполезная здесь.

– Какого дьявола тебе не сидится дома? – вместо приветствий накинулся на него Дилан.

– Спокойнее, спокойнее, – миролюбиво помахал руками тот. – Не каждый день мне звонят с другого континента и просят помощи. Рассказывай: в чём дело?

Крейг удручённо выдохнул и произнёс лишь одно слово.

– Холли.

Саймон моментально поменялся в лице.

– Опять эта стерва? Куда на этот раз она тебя втянула? Слушай, я всё понимаю, но эта… Я бы на твоём месте давно послал бы её туда, куда…

Дилан миролюбиво пресёк его негодование.

– Именно это и собираюсь сделать. Но для начала мне нужно её найти.

Саймон обвёл глазами территорию аэропорта.

– Здесь? В Мадриде? – кивок в ответ. – И, как понимаю, поиски надо начинать с музея? — ещё один кивок. – Тогда чего стоим? Пошли. Заодно объяснишь, что, блин, происходит.

– Расскажу, но сначала давай уточним: сколько у тебя средств в наличии, и есть ли заначка?

***

Испания, Мадрид, Пасео-дель-Прадо, Морской мадридский музей

Мадридский музей заслужил право быть в тройке лидеров. Вообще, изначально это место планировалось использовать в учебных целях, однако годами позже ему присвоили официальный статус музея. Тогда же в монументальные стены Министерства Военно-морского флота вдохнулась вторая жизнь.

Несмотря на странность сложившихся обстоятельств, Дилан едва ли не затаив дыхание ходил по залам, рассматривая экспонаты. Ему, как ценителю истории, все находящиеся здесь вещи открывались с особенной стороны.

Навигационные инструменты, оружие, морские флаги, макеты кораблей, работы художников-маринистов и самая главная ценность заведения – карта Хуана де ла Коса, одного из первооткрывателей Америки.

На самом деле удивительно, как загребущие руки Холли ещё не успели до неё добраться. На чёрном рынке это вещица должна стоить баснословных денег. Наверное.

Пройдя мимо астрономических часов короля Филиппа II, Крейг с запозданием вспомнил, что он здесь вообще-то не на экскурсии. Они ищут кое-что определённое. Вернее, он ищет. Саймон открыто зевал от скуки, ещё и с таким колоритом, что вызывал молчаливое возмущение смотрительниц.

Ну, каждому своё. Подобные вещи никогда не привлекали забитую электронными схемами голову. Вот если бы это был музей компьютерных игр, на которых тот просто помешан, тогда другое дело.

Не то, не то, не то…

Вот!

Лишь пройдя добрую дюжину павильонов, Дилан нашёл, наконец, то, что искал. Старинный компас с выгравированными буквами по ободку. Там же и инициалы: Д.К..

Оно! В этом не было никаких сомнений, хоть и табличка под толстым стеклом располагала не особо значимой информацией: «компас середины девятнадцатого века».

Всё. Ни имён, ни обозначений.

И как только Саймон отыскал его в интернете?

Кстати, где там его друг?

А, вон он. На другом конце зала рассматривает макет пиратской каравеллы.

– Саймон.

– Это он? – рассматривая надпись на компасе, поинтересовался тот.

– Он. Определённо. В точности совпадает с рисунком в дневнике.

– И что теперь?

– Теперь ждём. Холли тоже отыщет его, а значит, наведается сюда.

– А толку? Много вы увидите, разглядывая что-то под витриной?

Крейг тактично промолчал. Саймон пусть и знал, что та доставила ему немало проблем в своё время, однако в подробности его не посвящал. Не считая слухов о тёмных делишках, связанных с наркотиками, конечно. Этого утаить не получилось.

А вот главную тайну бывшей невесты Дилан хранил в тайне. Так что его друг пока и представить не мог, что в ближайшие дни морской музей Мадрида будет ограблен. По-другому Холли Паркер не работала. Оставалось только выждать час Х.

И Крейг выжидал, весь остаток дня, несмотря на моральную усталость, упрямо карауля главный вход и заливаясь кофеином так, что тот должен был уже смешаться с кровью.

Интуиция ободряюще подсказывала ему, что слежка долго не продлится, а лавочка через дорогу очень удачно стала отличным наблюдательным пунктом.

Наверняка сидящий до самого закрытия на одном и том же месте мужчина не мог не вызвать подозрений, но лучше так, чем наматывать круги под солнцепёком.

Интуиция интуицией, да только день улетел в пустоту.

Паркер не появилась.

Жаль, но не катастрофично. Энтузиазма ещё хватало, поэтому поставив бунтующего Саймона на караул, на следующее утро еле растормошённый будильником Дилан вновь заступил на дежурство. Предварительно убедившись, что компас до сих пор на месте. А то мало ли вдруг.

Без конца зевая и продолжая накачиваться кофе, он с каждой минутой всё больше и больше помирал от тоски. Часы тянулись бесконечно долго, а палящее солнце попросту убивало.

Несложно догадаться, какой ароматный шлейф исходил от него после многочасовой ультрафиолетовой прожарки. Странно, как миленькая испанка не побрезговала подсесть к нему. Ещё и познакомиться пыталась.

Хоть та и была очень даже славной, от барышни пришлось тактично отделаться. Всё внимание Крейга приковал к себе центральный вход.

И, наконец-то, мучения окупили себя!

Высокие каблуки, на этот раз белое приталенное платье с дерзким вырезом на спине и солнцезащитные очки. Идёт.

– Ты моя умница, – невольно вырвалось у Дилана, наблюдающего за тем, как силуэт, миновав фактурные якоря, скрылся за стеклянными дверями.

Холли не разочаровывала. Женский, не поддающийся логике мозг, сумел-таки разгадать инициалы. А потому оставалось снова… ждать.

Если он достаточно хорошо знал эту женщину, а он знал её как никто другой, данная прогулка будет нести лишь информативный характер. Расположение камер, количество охранников, запасные выходы, сигнализация, всё.

Несколько часов на планирование и, вероятно, этой же ночью Мадридский музей лишится одного или даже сразу нескольких своих экспонатов.

Будьте паиньками, господа и дамы. От вас уже ничего не зависит, потому что лисица вышла на охоту.

***

На улице тишина и ни души. Лишь изредка проедет машина, да припозднившиеся гуляки пошумят в отдалении. Уже начало светать, а Крейг всё бродил туда-сюда на безопасном расстоянии и наблюдал за северным, самым удобным с точки зрения воровской логики, запасным выходом.

Ха, вот ведь ирония судьбы.

Даже ничего не делая, Дилан всё равно чувствовал себя соучастником свершающегося преступления. Ведь вместо того, чтобы заявить куда следует, он ждёт, когда всё закончится. Что это, как не соучастие?

Правда тут ещё возникал вопрос: а свершалось ли это преступление? Время шло, а от Холли не было никаких известий. Последний раз Крейг видел, как она выходила из здания, пробыв там не больше часа.

И вот, минуты тянулись, но ничего не происходило.

В голову всё чаще закрадывались подозрения.

А если она решила провернуть кражу не сегодня? Или выйдет на потеху всем с другой стороны здания? Или вовсе через главный вход, помахав ручкой на камеру? Или что-то пойдёт не так и её возьмут?

Хотя, о чем это он? Кто угонится за этой женщиной?

Её разыскивают далеко не в одном штате и даже далеко не в одной стране, так что неуловимая «Алая роза» не падёт настолько низко, чтобы сдаться заурядному сторожу. В не самом защищённом музее, кстати.

По всей видимости, Дилан действительно знал свою бывшую невесту слишком хорошо, так как спустя ещё полчаса ожидания дверь запасного выхода чуть приоткрылась и оттуда прошмыгнула стремительная тень.

Крейг торопливо отправился следом, стараясь держаться на отдалении. Пару раз успел даже едва не потерять след, однако по счастью работающие фонари помогали вовремя заметить исчезающий за поворотами силуэт.

В какой-то момент Паркер остановилась на углу жилого дома, вероятно посчитав, что отошла на максимально безопасное расстояние и, стянув с рук перчатки, достала что-то из набедренной барсетки.

Больше никакого платья и каблуков. Чёрные ботинки на шнуровке, чёрные брюки, чёрная водолазка и убранные под чёрную шапку волосы. Сплошное чёрное пятно.

– Ну и что мне с тобой делать? – недовольно пробубнила она, вертя в руках круглый, размером с ладонь, предмет.

Дилан, остановившийся позади, не смог удержаться от излишнего пафоса.

– Может, спросишь у меня?

Он-то рассчитывал на эффект неожиданности, однако не тут-то было. Холли обернулась к нему с просто обезоруживающей улыбкой. Ни капли удивления. Словно всё это время только его и ждала.

Ещё и с готовностью протянула украденный компас.

– Спрашиваю. Будь любезен, помоги.

А вот теперь уже настала очередь удивляться Дилану.

Глава третья. “Золото во мне”

Испания, Мадрид, Пасео-дель-Прадо, настоящее время

– Что, удивлён? Странно. Должно же быть наоборот? Совет на будущее: хочешь спрятаться – не пались так явно. Так ты поможешь или нет? – Паркер продолжала настойчиво протягивать ему антикварную вещицу.

Ну, раз она так просит…

Дилан взял. И убрал в карман.

Воровка сердито насупилась.

– Что ещё за фокусы?

– Твои дружки вломились в мой дом. Угрожали. Кстати, ты должна мне машину, потому что я смутно представляю, как теперь замазывать пулевые отверстия.

– Какие ещё дружки? – не поняла Холли.

– Один точно отзывается на Цербера. Милая кличка для собачки. Твоя, кстати?

Та громко выругнулась.

– Чёрт. Как они меня нашли? Я же подчистила хвосты.

Никакого раскаяния. Кто бы сомневался.

– Очень мило, что ты так за меня переживаешь, однако давай проясним ситуацию. Для начала: кто они и что мне нужно сделать, чтобы больше я их не видел? Они хотели знать твоё местоположение, и, кажется, претендовали на тот дневник, что ты недавно мне показывала. Как думаешь, с ними можно связаться по телефону?

Паркер переменилась в лице.

– Готов меня сдать?

– Ради своего спокойствия? Да.

Дилан нарочно играл на безразличие. Разумеется, он бы не поступил настолько подло. Он – не она. Это Холли способна идти по головам, не гнушаясь последствиями.

И та тоже прекрасно это понимала.

– Ты этого не сделаешь. Я тебя знаю.

– А я знаю тебя. Только это не решает проблемы. Так как решать вопрос будем?

Над ответом долго не думали.

– Предлагаю сделку. Часть сокровищ в обмен на помощь. Пятнадцать процентов устроит? – ответный смешок не заставил себя ждать. – Двадцать? Двадцать пять? Только не говори, что положил глаз на половину?

– Радость моя, – раздражённо отмахнулся Крейг. – Предлагаешь гоняться за мифическим кладом?

– Компас у нас. Вот давай и узнаем, в самом ли деле он мифический. Ну же… Неужели тебе не интересно?

Определённо интересно, глупо отрицать.

– Только не здесь. Пошли.

Дилан развернулся и направился в обратную сторону, не оглядываясь на спутницу. Всё равно не сбежит пока компас у него, а он точно у него. Он специально то и дело нащупывал его в кармане, а то за Холли станется. С воровками всегда стоит держать ухо востро.

Отель призывно горел мигающими гирляндами и неоновыми вывесками, не потеряешь в темноте. Миновав парня у стойки регистрации, был вызван зеркальный лифт.

Холли с исконно женской требовательностью оценила собственное отражение. От шапки и перчаток она, конечно, успела избавиться, однако подобный внешний вид её не радовал.

– Я ужасно выгляжу, – буркнула она, досадливо приглаживая встопорщенные волосы.

– Перед кем тут красоваться?

– Перед тобой.

– Тогда расслабься. Я видел тебя со всех ракурсов.

Паркер в ответ возмущенно прицокнула язычком, но дальновидно промолчала, не ведясь на провокацию.

Лифт звякнул, распахивая створки и выплёвывая их в коридор, уставленный вазонами с декоративными цветами и натыканными вдоль стен однотипными дверями, отличающихся лишь номерами.

У них с Саймоном был общий номер с двумя раздельными кроватями, однако на данный момент обе были заправлены и пусты. Только чемодан и сумка неприглядно стояли в сторонке.

Куда делся друг? Неужели решил провести ревизию в местном баре? Это он любил не меньше своего бесценного ноутбука.

– Ты приехал не один? Или ждал меня? Тогда зачем раздельные? – полюбопытствовала Холли, тоже заметив количество кроватей.

– Давай уже покончим со всем, – сухо отозвался Дилан, присаживаясь на подлокотник расположившейся у окна софы и задумчиво вертя в руках компас.

«El oro en el me»

Золото во мне…

Может, есть какой-то скрытый механизм, который должен открыть потайное дно? Или стрелки компаса и есть ключ? Или они вообще ни при чём, а ключевая здесь только хрупкая на вид стрелка солнечных часов?

Крейга накрыла тень. Это Холли склонилась рядом.

– Как ты меня нашёл? Как понял, где компас?

– Не всё ли равно?

– Мне любопытно.

Дилан ткнул пальцем на выведенные инициалы.

– Д.К.

– Джон Киттинг.

– Да. Капитан, взявший Томпсона пассажиром на свой бриг. Тогда же, если верить легенде, они успели подружиться настолько, что неудачливый пират решил рассказать ему о месте, где припрятал сокровища.

– Томпсон не был пиратом. Мореплавателем.

– Который решил, что обещанной награды за перевозку бочонков с документами, под которыми крылись Перуанские сокровища, ему мало и перебив испанских часовых, прикарманил себе всё? Если он не был до этого пиратом, то определённо им стал.

– Деньги ослепляют.

– Что верно, то верно, – Крейг вертел компас и так, и этак, но без толку. Нажимал все мало-мальски отходящие от полированной поверхности красного дерева штырьки и даже зачем-то прокрутил стрелки. Никакого результата. – Спешу разочаровать – я не знаю, как его открыть.

Паркер мягко коснулась его руки и плавно, словно бы заигрывающе, пробежалась по ней кончиками пальцев, задержавшись ненадолго на запястье. Считывала пульс? Который, несомненно, участился от тактильного контакта.

– Можно теперь я попробую?

Дилан, для которого любые её прикосновения до сих пор отзывались внутри чем-то ностальгически тревожным, проглотил образовавшийся в горле ком и конвульсивно дёрнул кистью, что означало: мол, пожалуйста, пробуй на здоровье.

– Спасибо, – поблагодарила та, забрав компас… и что было сил шандарахнула его о паркет.

Старинный музейный экспонат, которому было почти две сотни лет, разлетелся по номеру.

– Ты что творишь?! – ошарашенно моргнул Крейг.

– Там же написано: золото во мне. Вот и давай искать. Надо же, уже нашла…

Из нутра антикварный вещицы был вытащен свёрнутый клочок старого пергамента. Бесполезный же теперь корпус перекочевал обратно к Дилану.

– Кажется, тут все-таки был тайный механизм, – после очередного тщательного осмотра, огорчённо вынес вердикт он.

– Да плевать, – безразлично дёрнула плечом Холли, нетерпеливо разворачивая слипшийся за столько времени обрывок. Такой ветхий, что тот едва не рассыпался прямо в её руках.

Крейг поспешно перехватил найденную подсказку.

– Эй, дай-ка лучше я. Бумага слишком ветхая, чтобы доверять её твоим когтям.

– Ой, да пожалуйста, – не сильно-то и огорчились, но проформы ради оскорбились.

Присев за неудобный кофейный столик, Дилан принялся бережно разворачивать пергамент, подцепляя уголки кончиком найденного на столе карандаша.

Паркер, сгорая от нетерпения, нервозно переминалась с ноги на ногу, то и дело заглядывая ему через плечо, чем отвлекала и даже слегка раздражала. А её, в свою очередь, раздражало промедление. Ждать она ненавидела.

Всё естество Холли существовало по принципу – ни секунды покоя. Идти, делать, искать, разрабатывать стратегию, добиваться намеченных целей, выгрызать свой кусок счастья любой ценой и любыми способами – что угодно, лишь бы не останавливаться. Остановиться – значит, умереть.

Это был и дар, и проклятье одновременно, потому что именно это бесконечное бегство от самой себя не позволяло ей надолго осесть на одном месте. Не позволяло жить жизнью обычного человека. Не давало шанса создать отношения. Завести семью.

В конце концов, именно это когда-то и заставило её бросить того, кого она по-настоящему полюбила и с которым искренне пыталась построить что-то настоящее. Своё собственное новое будущее, но…

К тому моменту Паркер уже настолько крепко увязла в паутине совершённых поступков и их последствий, что стало очевидно – прошлое никогда её не отпустит. Капкан захлопнулся, и для них обоих было лучшим, чтобы угодила в него она одна.

Именно поэтому ей и пришлось исчезнуть.

– Да не мельтеши, – не выдержал Дилан, поправляя сползающие с переносицы очки. – Лучше собери разбросанные запчасти.

– Зачем?

– Просто собери. Нечего мусорить.

Без особого энтузиазма Холли согласно поплелась выполнять просьбу, от чего Крейг моментально успел пожалеть о своём решении, прочно залипнув на её задницу, торчащую под кроватью. Пришлось срочно себя одёрнуть и вернуться к прерванному занятию.

Наконец-то дело было сделано.

Пергамент представлял собой клочок ровно такого размера, на котором могло поместиться несколько смазанных за долгие десятилетия предложений:

В святой базилике именем ему наречённым таится важнейший завет.

Последний пророк, предвозвестник мессии: тот, кто женским перстом обрёкся на смерть.

На этом холме высокою песнью в назначенный час прольется ответ.

Она и представит взору достойного право взглянуть на сокрытую тайну утерянных лет.

– Занимательно, – хмыкнул Дилан.

– Что там? – кряхча, Холли выбралась из своего убежища, приглаживая наэлектризовавшиеся волосы, тоже заценив послание. – Что за рифмоплётство? Почему нельзя было сразу написать: идите туда-то, ищите там-то?

– «… Именем ему наречённым таится важнейший завет». В святой базилике… – собеседник её уже не слушал, углубившись в размышления. – Само собой, речь о церкви. «Последний пророк, предвозвестник мессии…», надо думать.

– О чем думать? Этих пророков было столько…

– Холли, помолчи хотя бы минутку, – в высшей степени невежливо осадили её. – Ты мешаешь.

Паркер с досадой надулась, но замолчала. Она хорошо помнила главное правило: когда Крейг на чем-то концентрировался, лучше его и правда было не трогать.

– Последний пророк… – тот даже поднялся с места, бездумно начав мерить номер шагами. Это почему-то помогало думать. – Женским перстом обречённый на смерть… Погоди, – он резко остановился, озарённый догадкой. – Историю Саломеи помнишь?

Презрительное фырчанье не заставило себя ждать.

– Которая иудейская шлюха?

– Она не была шлюхой. Глупая девочка лишь повелась на науськивание матери, которую публично осудили в запретной связи. Танец Саломеи привёл к тому, что царь Ирод согласился выполнить любое желание юной красотки.

– И?

– А то, что Саломея потребовала голову величайшего из пророков, предсказавшего пришествие на землю Христа. «Предвозвестник мессии»… Ну, точно. Иоанн Предтечи, вот кто это был. Или так же известный Иоанн Креститель, ведь он и крестил Иисуса в реках Иордана. И именно он завершил историю Церкви Ветхозаветной и открыл эпоху Нового Завета. «Последний пророк: тот, что женским перстом обречённый на смерть». Речь точно о нём.

– Отлично, – развела руками Холли, плохо что смыслящая в библейской истории. – С этим разобрались. Значит, осталось найти место? Церковь, названную в его честь?

– В том и проблема. Таких много. Хотя… «В святой базилике таится главный завет». В Италии есть собор святого Иоанна Крестителя. В народе, это место называют базиликой Сан-Джованни на Латеранском холме. Холм. Базилика. Святой пророк… по крайней мере, все сходится.

Паркер воодушевлённо сверкнула глазами.

– Вот и ответ. Нам нужно в Рим. Отлично. Давненько там не бывала. Останется время, побродим по Колизею, а?

Крейг озадаченно вскинул бровь.

– Решила, я отправлюсь с тобой?

– А разве нет? Ты только что смог расшифровать древнее послание, но продолжаешь сомневаться, что дневник приведёт нас к сокровищам? Ты неисправим.

– Здравый смысл всему найдёт рациональное объяснение. Кто знает, имеет ли эта записка вообще к ним отношение? Насколько я заметил, там нет ни слова об утерянном кладе. Да даже если мы доберёмся до собора, дальше что? Я так и не понял, что за песню мы должны услышать.

– Разберёмся по ходу дела, – Холли расцветала на глазах. Она получила то, что было ей необходимо: новую цель. Мир снова начал наполняться красками. – Дилан, брось. Тебя ведь уже захватило. Ты же тоже хочешь узнать, что сокрыто в этом соборе! И не надо лгать. Уж мне-то прекрасно известен этот взгляд. Мы нужны друг другу. Домой тебе возвращаться всё равно нельзя, а я вряд ли справлюсь без твоих мозгов.

– Это что, комплимент?

– Ты ведь знаешь, что да, – её рука проворно запорхала по его груди. – Даже не представляю, что там творится в твоей голове, но меня это всегда дико возбуждало…

Воздух в комнате за секунду превратился в густой и терпкий. Особенно когда шустрые женские пальцы скользнули к мужским плечам, а их лица вдруг оказались в слишком опасной близости. В предельно опасной…

Нет. Эту черту переходить не стоило.

– Надо найти Саймона, – Крейг отступил на шаг, возвращая спасительную дистанцию. – Обрисую ему ситуацию, а там будем думать, что делать дальше.

– Саймона? – не поняла Паркер. – Какого Саймона? Нашего? Ты что, с ним приехал?

Тот не ответил на очевидный вопрос.

Вместо этого задал свой.

– Где дневник?

– В надёжном месте. Если не заметил, я пришла пустая. Не с рюкзаком же мне лазить по вентиляции.

Что ж, довод убедительный.

Оставив эту тему и новые возможные неловкие ситуации, Дилан отправился искать друга, найдя его, как и думал, в прикрепленном за отелем баре, расположенном на самом верхнем этаже.

Кажется его друг, обнаружившийся у бара, успел за эти часы здорово набраться. Если судить по количеству пустых стопок и пошатывающейся на стуле упитанной фигуре.

– О, брат! Хорошо, что ты пришёл, – заулыбался разрумянившийся Саймон при виде Крейга, давая знак бармену. – Налейте ему того же, что и мне.

– А тебе не хватит? – вежливо заметил Дилан. – Сколько ты уже в себя влил?

– Не знаю. Сбился после шестой текилы. Мы в Мадриде, старина. Когда ещё оторваться как не сейчас?

– Не знаю, Саймон, не знаю. Мы тут вообще-то по делу.

– А, точно. Ищем твою чокнутую бывшую. Ну и как успехи?

– Она объявилась. И достала компас.

Глаза друга расширились от изумления.

– Она обчистила музей? Ты серьёзно?

– Тише, Саймон. Не обязательно так кричать.

Тот в ответ извиняюще икнул.

– Прости. Но это же охренеть как странно. Я всегда знал, что у этой девицы не все дома… – Саймон подозрительно прищурился. – Ты чего? Что с физиономией? Да не бери в голову. Баб много, а таких лучше посылать куда подальше. Та ещё сука на самом деле…

– Са-а-аймон… – простонал Крейг, потирая виски. Выпивший друг категорически не понимал посылаемых ему сигналов.

– Что?

– Привет, Саймон, – послышался мелодичный голосок у того за спиной. Сконфуженный бедолага покраснел ещё сильнее. Выдавив вымученную улыбку, он круто обернулся, чудом не чертыхнувшись.

– Холли! Сколько лет! Отлично выглядишь!

Облокотившись на стойку, та лишь сурово цыкнула.

– Место освободи.

– Да не вопрос, – Саймон послушно свалился со стула. – Присаживайся. Может, что заказать?

– Лучше иди проспись. Поговорим утром, когда будешь более адекватен и восприимчив к намёкам.

Повторять не требовалось. Тем более что он и сам чувствовал, как начал заваливаться горизонт. Пока сидел-то было ещё ничего, а теперь у-у-ух…

– Зачем же так грубо? В целом, он всё по делу сказал, – когда тот, косолапя, скрылся из виду, заметил Дилан, допивая за другом оставленный джин. В этот раз строгий взгляд Паркер был обращён уже на него, однако тот лишь рассмеялся. – Нет, со мной этот фокус не прокатит. Даже не пытайся.

Она и не пыталась.

– Не пытаюсь. Я предлагаю выпить, – натирающий стаканы бармен вновь был приманен жестикуляцией. – Двойной виски. Со льдом, – она вопросительно обернулась к Дилану. – Ты со мной?

***

Саймон дрых без задних ног, уткнувшись лицом в подушку и с чётко выверенной периодичностью смачно всхрапывал.

Именно этот чудовищный звук, собственно, и разбудил Крейга. Сонно потерев глаза и нащупав на прикроватной тумбе очки, он с подозрением осмотрелся по сторонам.

М-м-м… Где Холли?

В номере были лишь они, разломанный компас, валяющийся на кофейном столике и ни следа присутствия неуловимой преступницы. Решила обвести их вокруг пальца и отправиться в Рим одной? А вчерашние разговоры что, были чисто для отвода глаз?

– Доброе утро, пьянчужка. Ты такая прелесть, когда спишь. Только ворочаешься много, – послышался насмешливый голос.

Из соседней двери, ведущей в ванную комнату, вышла замотанная в отельное полотенце Холли, на ходу вытирающаяся вторым мокрые волосы.

Дилан, озадачено опустив глаза, обнаружил на себе одни боксеры. Одежда оказалась свалена в кучу на полу. Неприятное подозрение подкралось со спины, огрев по затылку нехорошим предчувствием…

– Только не говори, что мы… – он, конечно, вчера… то есть, уже сегодня выпил, но точно не столько. И вполне был в себе.

– Расслабься, – вдоволь насладившись его растерянностью, сжалилась Холли. – Ты пришёл, стянул с себя шмотки и отключился. Забыл?

– А… – облегчённо выдохнул тот. Но и тут спокойствие длилось недолго. – А ты… где…

– Спала с тобой. Не с Саймоном же. Он до сих пор пускает слюни, ты знал?

– Да, у него бывает, – Крейг обескуражено почесал затылок. Вот вам и ночка приключений.

Нет, надо завязывать с алкоголем, когда поблизости эта женщина. Которая, в свою очередь, походила на довольного удава, пасущегося в загоне с кроликами. И чувствовала себя, по всей видимости, полноправной хозяйкой положения, раз принялась нещадно тормошить Саймона.

– Поднимайся, соня. Ты время видел? Вста-авай…

После нескольких попыток безжизненное тело неохотно зашевелилось, с огромными усилиями приоткрыв один глаз. Второй пока не поддавался уговорам.

– Это всё-таки ты. А я надеялся, горячка. Что ты тут забыла, Холли? – донеслось недовольное мычание.

– Скрашиваю ваши унылые будни. Подъём! – добавив пару лёгких ударов полотенцем для закрепления результата, которого между тем не последовало, Паркер огорчённо вздохнула, оставляя его в покое. Саймон с готовностью зарылся обратно в одеяло. С головой. – Ничего не изменилось. Приятно, что хоть что-то в этом мире стабильно.

– Да нет. Изменилось-то как раз много чего… – не согласился Дилан, но дальнейшему обсуждению помешал стук в дверь, за которой обнаружился служащий отеля, принёсший пару вешалок с зачехлённой одеждой.

Невозмутимо порывшись в карманах брошенных недалеко от входа брюк Дилана, Холли вручила портье одну из последних оставшихся в заначке купюр.

Довольный служащий ушёл, пожелав им хорошего дня, а Крейг лишь в очередной раз вздохнул.

– Что это?

– Моя одежда. И твоя. Ты же вряд ли успел прихватить сменную. А она тебе просто необходима, воняешь жутко. Надеюсь, с размером не прогадала. И побриться не забудь, тебе не идёт щетина. Ты, кстати, тоже Саймон, а то выглядишь как лепрекон, – прихватив новое платье и туфли, Паркер почесала обратно в ванну. – Ой, да! Если что, мальчики, я записала расходы на ваш номер. Вы же не против?

Саймон, наконец, окончательно проснулся, проводив её печально-обречённым сонным прищуром.

– Оказывается, я по ней даже скучал… – зевнул он. – Где ещё найдёшь такую-то беспардонность?

– Я всё слышу, – донеслось из ванной. – И я тоже по тебе скучала.

***

Позавтракав, а вернее, судя по времени, пообедав в здешнем ресторане, компания вернулась в номер, где потянулись долгие часы раздумий.

Дилан с головой ушёл в размышления о найденной записке, от чего Холли, к которой более не проявляли никакого интереса, откровенно скучала.

Саймон, не выдержав переизбытка скопившейся неловкости, умчался с ноутбуком в вестибюль. К велюровым диванам и поискам нормального вай-фая.

Его уже успели вкратце ввести в курс дела, и теперь неоценённый миром компьютерный гений решил углубиться в просторы всемирной паутины, чтобы лично пощупать ниточки древней истории.

Крейга, тем временем, медленно охватывал восторг.

Да, верно, найденная подсказка не давала нормального ответа и ничем не указывала на связь с Перуанскими сокровищами, однако одна только мысль, что эта ветхая бумажка хранилась внутри редкого экспоната столько лет, не могла не воодушевлять.

Кто её написал? С какой целью?

Есть ли между ней и кладом Лимы связь?

Любопытство не грех. Но порок.

Холли, напротив, была более практична. Её мало интересовало: кто и зачем. Главное не сидеть без дела. Раз у них есть точное место, чего ждать? Промедление было подобно мучительной агонии для той, что с рождения не отличалась терпеливостью.

К тому же ей ещё нужно было заехать в аэропорт и забрать скромные пожитки из арендованного хранилища. Её телефон остался там, а он ей сейчас был просто катастрофически необходим.

– Зачем тебе эти сокровища? – не мог не спросить Дилан.

– В каком смысле?

– Тебе по зубам любой банк. Зачем терять время на долгие и возможно пустые поиски?

– А разве тебя это не захватывает? Не интересно, существует ли утраченное золото на самом деле? Узнать, правдива ли легенда…

– И что ты будешь с ним делать? Если найдёшь, конечно. Явно же не передашь государству.

Паркер презрительно фыркнула, всем видом показывая, что она думает по поводу бескорыстного волонтёрства.

– Вот ещё. Ну а если честно, я устала. От всего. Хочу остепениться. А золото подарит мне безбедное существование.

Крейг аж позабыл о разломанном компасе, который последнюю четверть часа старательно пытался починить. Слишком уж невероятно звучало подобное признание.

– Ты устала от того, чем занимаешься? Не ты ли говорила когда-то, что не видишь для себя другой жизни?

– Сколько лет прошло, Дилан? Всё меняется. Мы взрослеем. Я устала постоянно скрываться. Хочу осесть.

– Сомневаюсь, что это возможно. Некоторые люди просто не способны жить нормально.

Брошенные вскользь слова были для Холли, которая и сама до сих пор ненавидела себя за то, что сделала, подобно невидимой оплеухе.

– Я ушла тогда не по своей воле. Мне пришлось. И ты это знаешь.

– Да-да… – лишь кивнули в ответ, деланно небрежно отмахиваясь.

Как бы ни так. Они оба до сих пор, даже спустя столько лет, давились горечью разочарования от того, что не смогли уберечь.

– Но это правда. Я бы никогда…

Паркер перебил ворвавшийся в номер Саймон. Задыхающийся и прижимающий к груди ноутбук подобно дитя. С лица друга ручьём лился пот, путаясь в бороде.

– Ты что, пешком поднимался? – хмыкнула Холли. – Тебе, конечно, полезно, но будь осторожней. С сердцем не шутят.

– Как говоришь, выглядел тот мужик? – проигнорировав ехидство, просипел он Дилану, хватаясь за покалывающий бок. – Лысый, с татуировками? И облепленный такими же малосимпатичными дружками? По-моему, он сейчас внизу, разговаривает с портье.

Глава четвёртая. Эль Растро

Англия, Ислингтон, Ла Фарола Кафе, восемь лет назад

– Только обязательно позвони, – очаровательная блондинка дописала свой номер на салфетке и с прелестной улыбкой передала ту Дилану.

– Как не позвонить, – наградили её старания ответным флиртом.

– Буду ждать, – зардевшись, она грациозно проскочила между столиков и выскользнула на улицу, переговариваясь с подругой, дожидавшейся её на выходе.

– Нет, ты видел? – обиженно нахохлился Саймон. – На меня даже не взглянула. Всё внимание тебе!

– Да ладно. Может, ей не понравилась твоя футболка? – миролюбиво отмахнулся Крейг, провожая девчонку взглядом через стекло углового одноэтажного кафе.

– Как? Скажи, как она может не понравиться? – друг полюбовно погладил на богатырском теле растянувшегося в маньячной ухмылке Джокера[1].

В исполнении Хита Леджера, естественно. Всех остальных Джокеров Саймон категорически не воспринимал, окрестив китайскими фальшивками.

– Я откуда знаю. Догони и поинтересуйся.

– Ещё чего. Больно надо.

Дилан, сложив салфетку и убрав в карман кашемирового пальто, первым поднялся с места.

– Тогда выкинь из головы эту ерунду и не заморачивайся. Мы вообще-то тоже уходим.

Так-то да. Они уже начинали собираться, когда сидящая за дальним столиком блондинка, набравшись смелости, рискнула подойти.

– Иду, иду… – неохотно кивнул Саймон, стаскивая со спинки стула куртку.

Дилан, подняв ворот, первым вышел наружу, где вечерний Аппер-стрит привычно встретил жителей осенней промозглостью. На шпиль церкви девы Марии накрутились серые тучи, моросил мелкий дождь.

Тут же захотелось вернуться обратно в тёплое уютное кафе, однако Саймон уже топтался возле дороги, ловя чёрный кэб. Тот не заставил себя долго ждать и быстро остановился по требованию.

Друзья на прощание пожали друг другу руки.

– Ну что, звонить-то ей будешь? – кажется, Саймон начинал оттаивать. Скорее всего, его грела мысль, что дома ждёт новая, ещё даже нераскрытая «супер-офигенная» игрушка с перестрелками. Какие уж тут девушки!

– Не знаю. Ладно, до завтра.

– Пока.

Саймон благополучно уехал в свой фешенебельный райончик Фицровии, в котором, стараниями состоятельных родителей, у него имелась личная квартира. А вот Дилану предстояло топать до остановки, чтобы добраться на автобусе до Шордича.

Благо идти недалеко, но грозного красного исполина, гордость и символ Лондона, пришлось ждать долго. Наконец, двухъярусный автобус соизволил подобрать окончательно промокшего под сменившимся к тому моменту с мороси на полноценный ливень пассажира.

Стряхивая с волос влагу и потирая околевшие руки, Крейг прошёл вглубь полупустого нутра… и, недоверчиво замерев, тут же сдал на пару шагов назад.

– Да быть не может! – вырвалось из него при виде скромно приютившейся возле окна девушки, кутающейся в белоснежный плащ.

– Наверное, это судьба, – одарила его кокетливой улыбкой Холли, убирая с соседнего сидения зонт-трость. – Ради тебя даже место освобожу.

Дилан, всё ещё не доверяя собственному зрению, послушно присел, жадно разглядывая свою незнакомку.

Чёрт!

Они не виделись, без малого, полгода. С того самого дня, как та исчезла наутро из отеля. И, признаться, он был на сто процентов уверен, что больше им никогда не доведётся встретиться, ведь несмотря на проведённую вместе ночь, эта особа так и осталась для него загадкой.

Кроме имени никакой путной информации ему сказано не было: ни откуда она, ни чем занимается. Нет, чем занимается – это как раз-таки было понятно, и всё равно…

С ума сойти, она здесь!

– Предусмотрительная, – кивнул он на зонт. Слишком уж громоздкий и не подходящий утончённой натуре. – А я не взял.

– Мне его подарил один очень галантный мужчина.

Крейг дальновидно не стал уточнять, что именно она подразумевала под словом «подарил». Он всё ещё тешил шаткую иллюзию, что к краже аукционных драгоценностей его знакомая не имела никакого отношения. Получалось плохо, но всё лучше, чем признать, что его угораздило запасть на воровку.

– Только не говори, что ты отсюда.

– Почему нет?

– Акцент.

– А что с ним не так?

– Не британский. Больше шотландского… Откуда ты?

– Разве это так важно? – рассмеялась Холли, легкомысленно отмахиваясь. – Я ведь не задаю лишних вопросов, верно?

Да-да. Вот и в день их знакомства она точно так же обрубала любые попытки что-нибудь разузнать о ней. Такая странная. Скрытная, малопонятная и совершенно… невообразимо… странная.

– А куда едешь, хотя бы, скажешь?

– А ты куда?

– Место, которое называю на данный момент домом.

Имелась в виду съёмная квартира, которую последние полтора года Дилан снимал в Шордиче. Та пусть и не отличалась шиком, зато педагогический университет, в котором он доучивался и параллельно подрабатывал лаборантом, располагался буквально под боком. Географически весьма удобно.

Ответ Холли понравился.

– Значит, и я туда же.

Брови Крейга медленно поползли вверх. Только ему кажется, что эта встреча вовсе не случайна?

– Ко мне домой?

– А почему нет? Или ты против?

Снова и снова поражаясь, тот лишь неопределённо мотнул головой, чем невольно утвердил их дальнейший маршрут.

Дорога не заняла много времени. Буквально через четверть часа красный двухъярусный автобус уже высадил их на нужной остановке. Дилан, выходя первым, решил проявить обходительность, подав ей руку, однако спутница его старания едва ли оценила.

Проигнорировав помощь, она проворно выскочила следом вполне самостоятельно. Чёрные сапожки на высокой шпильке с плюхом угодили в лужу, чего та, кажется, и не заметила. Вместо этого над их головами приглушённо раскрылся «подаренный» зонт.

Всё происходило настолько безмятежно и размеренно, что они почему-то так и остались стоять на тротуаре, в эпицентре развернувшегося водопада.

– Я так понимаю, приехали? – Холли с любопытством осмотрелась. – Интересное местечко. Я здесь не бывала.

Если под интересным местечком она называла район, который давно облюбовали уличные художники, то да. Шордич и правда отличался яркими красками.

Уж чего точно здесь не было, так это скучных зданий и пустующих стен. Любой незанятый участок мгновенно разрисовывался виртуозами своего дела. Не все, конечно, это одобряли, но порой действительно можно было отыскать настоящие шедевры.

Вот и сейчас, пока Холли с интересом рассматривала расписанную в мультяшной стилистике стену слева от себя, Дилан рассматривал её.

Смотрел, и не мог оторваться.

Это было сродни наваждению. Какое-то неконтролируемое и не поддающееся логике влечение. Неправильное, опасное, не сулящее ему ничем хорошим, но… при всё при этом дьявольски манящее.

Перехватив его взгляд, Холли, вдруг лукаво подмигнула ему и без предупреждения закрыла зонтик. Дождь с готовностью накрыл их, окатив ушатом ледяной воды. За считанные секунды оба промокли до нитки, однако даже не обратили на это внимания.

Она, прикрыв глаза и закусив губу, с блаженным видом подставила упругим каплям своё лицо, а он… А он в этот момент осознал, что бесповоротно влюбился…

***

Испания, Мадрид, наши дни

Время шуток кончилось. Все как-то в раз посерьёзнели.

– Твою мать, – процедила Холли.

Да как так-то? Никто не смог бы отыскать её, она точно это знала, так как отлично умела запутывать следы. А тут даже суток ещё не прошло, как она прибыла в Мадрид, и здравствуйте.

Ладно. О том, что могло её выдать, она подумает позже. Сейчас же необходимо было сваливать из отеля.

– Тикаем, ребята. Руки в ноги и за мной.

Никто не спорил и, наскоро собрав пожитки, троица вылетела в коридор.

– Не по лифту.

Холли первая бросилась к запасной лестнице, несясь по ступеням на высоких каблуках, словно в кроссовках. Дилан налегке тоже без особого труда преодолевал пролёты, а вот Саймон, тащивший чемодан и сумку с ноутбуком, создавал гул бешеного стада каждый раз, когда колёсики ударялись о бетон.

– Брось хлам, – не оборачиваясь, шикнула на него Паркер. – Таким грохотом ты и мёртвого разбудишь!

– Ага, щас. Я своё добро тут не оставлю! – буркнул тот. Правда без особой уверенности.

– Тогда создавай меньше шума, балда!

На стене, воодушевляя, замаячила спасительная единица, которую они проскочили и спустились ещё ниже на этаж.

– Куда мы? – не понял Дилан.

– На подземную парковку, – Холли толкнула плечом металлическую дверь. На счастье, та сразу поддалась.

Они и в самом деле оказались на парковке. Серые бетонные стены, опорные колонны, многочисленные машины, въезды, выезды, стальные двери лифта и… чёрный тонированный внедорожник, около которого с ленцой покуривал рыжеволосый бугай.

Уже знакомый Дилану.

Заметив их, рыжий изумлённо округлил глаза, а уже в следующую секунду отбросил недокуренный бычок и кинулся к ним, на ходу крича что-то в рацию.

– Приплыли… – вырвалось у Саймона.

Мужчины заметно растерялись, зато Холли точно знала, что делать. Она метнулась к ближайшей машине и, стянув с ноги туфлю, с грохотом разбила стекло с водительской стороны.

К всеобщему удивлению, сигнализация не заорала. Зато за спиной, там, где осталась запасная дверь, уже слышался топот.

– Садитесь, живо! – требовательно заорала Паркер, ныряя в салон и скрываясь под рулём. Да ладно? Реально собралась пошаманить с проводами?

Выполнить приказ оказалось непросто, рыжий наступал на пятки. Оставалось несколько секунд, прежде чем тот настигнет их и…

И тогда Саймон сделал то единственное, что пришло ему в голову: со всей дури метнул наперерез свой чемодан. Бросок оказался плачевно нелепым и даже жалким, однако подарим им крошечную фору.

Парни бросились к успевшему зареветь автомобилю в ту же секунду, когда металлические двери с грохотом распахнулись, являя миру Цербера.

Дилан уже занял место на переднем пассажирском, а вот Саймон только-только успел протиснуться назад, ещё частично торча задом снаружи. Холли не стала дожидаться и сорвалась с места.

Так и не закрытая задняя дверца, встретившись с опорной колонной и выкорчеванная с мясом, отлетела на близстоящую машину, в отличие от первой, с готовностью заголосившей сиреной.

Серебристый седан, подскакивая на лежачих полицейских, вылетел с парковки и, снеся собой шлагбаум, оставил позади запечатлённые в будке недоумённые лица охраны.

– Оторвались? – Саймон вцепился в подголовники, боясь только одного: вывалиться на такой скорости. Зияющая дыра рядом смотрелась слишком угрожающе.

– Как бы ни так, – процедила сквозь зубы Паркер, бросая быстрый взгляд в зеркало заднего вида. – Держитесь крепче, мальчики.

Предупредила она это крайне вовремя, потому что резко выкрутила руль, едва не налетев на встречный поток загудевших автомобилей. Саймон с удовольствием бы перекрестился, если бы не держался за жизнь с такой силой, что трещали костяшки пальцев.

– Какого чёрта ты вообще с ними связалась? – Дилан боковым зрением видел, как наступающий на пятки внедорожник свернул следом.

– Были нужны связи, чтобы отыскать могилу Томпсона.

– И поэтому ты спелась с Цербером? Да у него же на роже написано, что он сидел. И вряд ли один раз.

– Цербер лишь пешка, – Холли снова резко свернула, на этот раз в узкий проулок. Пешеходы бросались врассыпную, но её, кажется, совершенно не заботило, что они могли кого-то сбить. – Правая рука Бруно Висконти.

А внедорожник тем временем не отставал.

– Что ещё за Висконти?

– Миллиардер с обширными связями. Сам остаётся в тени, используя Цербера для грязной работы, – Паркер выехала из проулка и в который раз заложила опасный вираж. Да так, что завизжали шины. – Телефон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.