Цан Юэ
Баллада о нефритовой кости
Книга 4

Copyright © Cang Yue

Illustration Copyright © Gu Ge Li, 2025 All rights reserved.

© Е. Козенева, перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Глава 1
Брошенный ребенок

И все же Чжу Янь не послушалась его совета. На следующий день, когда новый наследный принц прибыл в резиденцию клана Чи, чтобы вместо императора наградить удельного князя, она вышла ему навстречу вместе со своими родителями.

Чжу Янь не ожидала, что встреча будет такой торжественной. Князь Чи и его жена трижды прокричали «Да здравствует наследный принц!», кланяясь и благодаря за милость. Княжна остолбенело смотрела на море голов, чувствуя напряжение и неловкость.

Няня Шэн, стоящая рядом, встревоженно потянула ее за рукав и прошептала:

– Княжна, преклоните колени.

Чжу Янь вздрогнула: она все поняла. Вчера он велел ей не выходить. Просто не хотел, чтобы она видела эту сцену, верно? Отныне он наследный принц Кунсана, будущий император. Положение монарха несравнимо выше положения любого из его подданных. При встрече с Ши Ином отец и мать Чжу Янь должны преклонить колени. И она должна!

Пропасть между ними огромна, они словно облако в небе и грязь под ногами.

Подумав об этом, Чжу Янь дернулась, как от удара молнии. Мысли путались.

Все как один пали ниц, только маленькая княжна клана Чи осталась стоять. Но Ши Ин лишь равнодушно скользнул по ней взглядом. Без слов подняв руку, он приказал семейству Чи подняться.

Новый наследный принц, согласно этикету, объявил князю Чи о милости императора Кунсана. Сундуки с подарками были открыты, ослепляя несметными сокровищами. Распорядитель церемонии снова и снова прославлял его имя, а служанки восхищенно охали.

Чжу Янь смотрела на все происходящее будто со стороны, и взгляд ее был тусклым. Какое теперь все это имеет значение? Это всего лишь плата за ее жизнь и свободу…

Когда все подарки были вручены, Ши Ин присел и обменялся несколькими фразами с князем Чи и его женой, а затем сразу перешел к сути дела:

– Назначено ли уже время свадьбы? Брачный союз старшего сына клана Бай и старшей дочери клана Чи имеет большое значение. Когда придет время, я возглавлю церемонию вместо императора.

Чжу Янь едва не выронила чашку с чаем. Он… он проведет церемонию? Почему он? Он… как мог он согласиться на такое?! Чжу Янь с необъяснимым волнением посмотрела на наследного принца, но тот повернулся к князю Чи, не удостоив ее и взглядом.

– Благодарю императора и наследного принца за милость! – произнес князь Чи и почтительно продолжил: – Дата свадьбы уже выбрана, но нужно еще обсудить все с князем Бай. Как только окончательное решение будет принято, я немедленно сообщу о нем наследному принцу.

Ши Ин остался невозмутим и хладнокровно продолжил:

– В Облачной пустоши настало время перемен. Видимо, придется делать все в некоторой спешке. Пожалуй, княжна Чжу Янь может почувствовать себя обиженной.

Только теперь он наконец посмотрел на Чжу Янь, но взгляд его по-прежнему оставался спокойным.

Сердце княжны подпрыгнуло в груди, пальцы задрожали, едва удерживая чашку. До слуха донесся смех отца и его слова:

– Все эти формальности не имеют никакого значения. Наши предки вступали в брак даже в военное время.

Собеседники обменялись еще несколькими фразами. Тон был вполне дружелюбный, и жена князя Чи, сидевшая с ним рядом, с улыбкой произнесла:

– Брак – это важное событие. Здоровье императора вызывает тревогу. Вероятно, Ваше Высочество наследный принц тоже размышляет о скорой свадьбе? Могу ли я узнать, выбрана ли уже невеста для наследного принца, есть ли сейчас в вашем сердце кто-то, кто подходит на эту роль?

Невеста наследного принца? Чжу Янь снова вздрогнула, на этот раз чашка все же выскользнула из ее рук.

Ши Ин даже не взглянул в ее сторону, лишь молча щелкнул пальцами, и чашка, которая неминуемо должна была разбиться, в тот же миг взлетела, совершив обратный путь. Не пролилось ни единой капли!

Никто не заметил случившегося, а Ши Ин так и не посмотрел на Чжу Янь. Княжна вцепилась в чашку, душа ее была в смятении. Она услышала негромкий голос Ши Ина и его бесстрастный ответ:

– Через пару дней я намерен посетить резиденцию князя Бай и обсудить с ним этот вопрос. По обычаю, следует выбрать невесту из четырех незамужних дочерей князя Бай.

– Все дочери клана Бай красивы и добродетельны, и любая может стать образцовой матерью нации, – улыбаясь, сказал князь Чи. – Я желаю Вашему Высочеству наследному принцу скоро и счастливо жениться. Вся Облачная пустошь разделит с вами эту радость.

– Спасибо за добрые пожелания, князь Чи, – слегка улыбнулся Ши Ин, поставил чашку и встал, собираясь прощаться.

В последний момент его взгляд едва заметно скользнул по Чжу Янь. Холодный и равнодушный. Княжна открыла было рот, но не смогла вымолвить ни слова – в эту их встречу они так ничего и не сказали друг другу. Все, что могла Чжу Янь, – это наблюдать за ним со стороны и слушать, как он обменивается любезностями с ее родителями, глядя на нее как на чужую.

Так близко и так далеко. Это конец. Прощай навсегда.

– Наше почтение Его Высочеству наследному принцу!

Когда Ши Ин вышел, все люди в резиденции клана Чи снова пали ниц. И снова лишь Чжу Янь осталась стоять, неотрывно глядя ему в спину. Наставник, он… он хочет жениться? Верно. Он ведь больше не Верховный жрец храма предков на горе Цзюи. Как единственный наследник императора и наследный принц Кунсана, он должен жениться и выбрать наследную принцессу из царствующего рода, из клана Бай.

Ну что ж, все закономерно. Но… почему все происходит так быстро? Так стремительно, что кажется неправдой, это невозможно принять. Будто только вчера он умирал в ее объятиях, а сегодня снова пришел в этот мир, вдруг став наследным принцем!

Это он потерял свои воспоминания или она неправильно запомнила?

– Княжна… – Увидев, что Чжу Янь опять застыла в оцепенении, няня Шэн взволнованно потянулась к ней и тихонько дернула за подол, приглашая встать на колени.

Но Чжу Янь небрежно махнула рукавом и вдруг исчезла.

Восемь прекрасных быстроногих лошадей, запряженных в золоченую императорскую повозку, стояли у ворот княжеской резиденции. Повозка была украшена парой серебряных крыльев, символом императорского рода Кунсана. Ши Ин сел в экипаж, и старший придворный слуга закрыл за ним дверь, задернув занавеску. В просторном и роскошном экипаже не было никого из слуг, но стоило занавеске задернуться, как кто-то едва заметно шевельнулся.

Ши Ин нахмурился и вдруг обратился к пустоте перед собой:

– Что ты здесь делаешь?

– А… – Из пустоты донесся чей-то раздосадованный шепот: – Вы… Вы видите меня?

Как будто легкий ветерок пронесся внутри повозки, закружился и с шелестом опал. Словно из воздуха соткалась девичья фигура, прелестная и изящная. Это была маленькая княжна клана Чи.

– Как вы и говорили, если одновременно применять невидимость и технику, сокращающую расстояние, можно получить новое заклинание, – похвасталась Чжу Янь только что приобретенными навыками. – Даже мой отец не может увидеть меня, когда я применяю эту технику…

Ши Ин вздернул бровь, выражая удивление, но ничего не сказал. Шесть удельных князей Облачной пустоши уступали в силе лишь императору. Заклинание, способное отвести глаза князю Чи, требует исключительного уровня совершенствования – эта девчонка действительно смышленая, ей потребовалось так мало времени, чтобы сделать выводы, основываясь на уже известных техниках.

Однако Ши Ин не стал развивать эту тему.

– Ты княжна клана Чи, которая в скором будущем выйдет замуж. Если кто-то увидит тебя в моем экипаже, это может вызвать большие неприятности для всех сторон… Тебе стоит немедленно уйти.

Княжна приуныла, услышав его деловой тон, кипящая смелостью и возбуждением кровь вмиг остыла. Она долго молчала, а затем нерешительно произнесла:

– Только что… там было слишком много людей, и у меня не было возможности задать вам вопрос. Я не могла не прийти…

Что-то необычное промелькнуло на лице Ши Ин, он замер.

– Ты… что ты хочешь спросить?

Чжу Янь топнула ногой.

– Почему вы решили возглавить церемонию бракосочетания?

– Только это? – Ши Ин вздохнул с облегчением. Он сидел с прямой спиной, глядя прямо перед собой. – Теперь я наследный принц. Поскольку император болен, я должен заменить его и проявить милость к своим подданным. Завоевать сердца людей.

– Но… но… – Княжна запнулась и так и не нашлась что сказать.

– Но то, что я принимаю участие в этом деле, заставляет тебя чувствовать себя неуютно, так? – равнодушно сказал он, угадывая ее мысли. – Ты не можешь отвергнуть милость императора лишь потому, что тебе что-то не по душе. Разве ты не обещала вести себя разумно? И раз уж решила выйти замуж, разве подобная мелочь может тебя расстроить?

И вновь княжна не нашлась с ответом.

Верно, раз уж она решила выйти замуж, с чего бы ей волноваться, кто будет руководить церемонией? Может ли такой пустяк сравниться с тем, что она выходит за Бай Фэнлиня? Губы Чжу Янь дрогнули, лицо побледнело, а голова упала на грудь. Прошло некоторое время, прежде чем она сказала:

– Вы… вы действительно хотите официально назначить наследную принцессу?

– Конечно. – Ши Ин даже бровью не повел. – Какой император не имеет императрицы?

Чжу Янь замолчала и больше не проронила ни слова.

Повозка мчалась во весь опор, воздух внутри будто сгустился. Миг – и экипаж уже преодолел три улицы. Ши Ин все так же смотрел вперед.

– Скоро дворец, – сухо сказал он. – Тебе следует вернуться.

Чжу Янь растерялась, но лишь на секунду:

– У меня… у меня есть еще один вопрос.

Ши Ин нахмурился.

– Какой?

– Тот… прежний наследный принц, Ши Юй. – Она стиснула зубы и продолжила, набравшись храбрости: – Что с ним теперь? У вас есть какие-то новости о нем?

Ши Ин явно не ожидал подобного вопроса. Наконец он повернул голову и взглянул на Чжу Янь. В глазах его был холод.

– Почему ты спрашиваешь об этом?

– Потому что Сюэин любит его, – прошептала Чжу Янь.

Ши Ин нахмурился еще сильнее.

– Сюэин, княжна клана Бай?

– Угу. Вы ее знаете? – Чжу Янь не ожидала, что в его положении он так хорошо разбирается в ситуации. – Из-за Ши Юя она не ест и не пьет, страшно тревожится о нем… Ох, боюсь, если так продолжится, она и в самом деле…

Ши Ин не стал отпираться, но и прямого ответа не дал.

– Не беспокойся о делах других людей, – произнес он ровным голосом.

Сердце Чжу Янь екнуло: это плохой знак.

– Сюэин – моя лучшая подруга! Она… она подозревает, что это вы убили наследного принца! Я разозлилась и чуть не поссорилась с ней. Если бы ваш младший брат нашелся, она тут же перестала бы винить вас без причины!

– Без причины? – Ши Ин помолчал, а потом сказал равнодушно: – Почему ты так уверена, что я невиновен?

– Что? – Чжу Янь вздрогнула и долго не могла говорить.

– А-Янь, не притворяйся. Когда ты увидела меня в императорских покоях, неужели в твоем сердце не поселилось сомнение? – Ши Ин, в парадном платье наследника престола, выпрямив спину, сидел в императорском экипаже. Его голос был холодным, но очень-очень глубоким. – Ты думала о том, почему я вернулся в столицу? Какая договоренность у нас с Ведающим Судьбами? Какую цену я заплатил за то, что изначально должно было принадлежать мне?

– Но… но… – Она на мгновение запнулась и продолжила непреклонным тоном: – Что бы вы ни говорили, наставник, вы не можете быть таким человеком!

– Каким таким? – Во взгляде Ши Ина промелькнула насмешка. – Хм… ты действительно думаешь, что знаешь, какой я человек?

Чжу Янь как будто онемела. Его голос ледяным клинком медленно, цунь за цунем, протыкал ее тело насквозь. Что с того, что они много лет провели вместе? Он всегда казался ей далеким, недосягаемым, недоступным. Лишь раз за все эти годы они были действительно близки – то был миг перед его смертью, миг, когда он сказал ей те слова.

Именно тогда Чжу Янь поняла: сердце наставника – тайна за семью печатями. Кто знает, что у него на сердце сейчас, когда он вот-вот станет императором?

Она словно брела сквозь туман, по-прежнему не в силах разглядеть истинный облик наставника.

– Скажи княжне Сюэин, чтобы не ждала Ши Юя. – Ши Ин смотрел прямо перед собой, и каждое его слово обжигало, словно лед. – Он никогда не вернется.

– Что? – Чжу Янь застыла, уничтоженная его равнодушным тоном. – О Небо! Неужели… неужели то, о чем говорила Сюэин, правда? Наставник… это вы сделали?

Ши Ин сжал руки в кулаки и долго молчал, а затем раздраженно произнес:

– Я же говорил, не называй меня наставником!

Чжу Янь беззвучно открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Нескоро она нашла в себе силы задать вопрос, ответ на который так страшилась получить.

– Могу ли я спросить Его Высочество наследного принца… Ши Юй, он действительно мертв?

Не повернув головы, Ши Ин коротко ответил:

– Да.

Чжу Янь была не в силах поверить услышанному.

– Это… это вы сделали?

Ши Ин едва заметно пожал плечами. Он ничего не отрицал.

– И что, если так?

Чжу Янь заколотило, в голове вмиг стало пусто. Она сделала шаг назад и уперлась в стенку повозки, глядя на близкого человека как на незнакомца. Выражение ее лица было невозможно понять.

В экипаже надолго воцарилась тишина.

Наконец Ши Ин обернулся, будто хотел что-то объяснить Чжу Янь, но, к его удивлению, никого не увидел. Впервые в жизни ее заклинание обмануло его и она смогла исчезнуть практически у него на глазах.

– А-Янь! – тихо выдохнул Ши Ин.

Когда повозка исчезла в конце улицы, Чжу Янь вдруг возникла на перекрестке. Она выглядела бледной, пошатываясь, она сделала несколько неуверенных шагов назад, сердце ее было не на месте.

«Я же говорил, не называй меня наставником!»

Эта фраза эхом отдавалась в ушах, из-за чего было трудно дышать. Княжна, словно в тумане, шла не разбирая дороги, пока на что-то не наткнулась.

– Ой… больно!

Прямо перед ней стоял ребенок. В одной руке он держал связку сахарных леденцов в виде различных фигурок, другой прикрывал лоб, плача от боли. Его маленькие ручки были белыми, словно нефрит.

Чжу Янь бросила на него быстрый взгляд и воскликнула:

– Маленький щенок? Где ты бегал все это время?

Она подняла ребенка и крепко его обняла.

– Матушка! Матушка! Помогите! – Ребенок отчаянно сопротивлялся, крича от страха.

Чжу Янь наконец разглядела его лицо и растерянно разжала руки. Это не Сумо… У ребенка были длинные черные волосы и черные глаза. Очевидно, что он из народа Кунсана. Она ошиблась.

Почему в своей жизни она так часто ошибалась?

В столице Целань, в кабинете дворца управляющий докладывал князю Чи о последних происшествиях. Под конец он произнес:

– Будьте спокойны, князь, ваш покорный слуга уверен, что после своего возвращения княжна действительно изменилась, теперь она ведет себя благоразумно.

– Надеюсь… – вздохнул князь Чи, потирая виски. – Эта девчонка с самого детства не боялась ни неба, ни земли. А теперь, когда она так много всего пережила, надеюсь, она хоть немного повзрослела.

– Вот только… – Управляющий колебался, испытывая некоторую неловкость.

– Что? – нахмурился князь Чи, глядя на своего доверенного человека. – Если хочешь что-то сказать, говори!

– Есть кое-что, о чем я немного беспокоюсь, – вздохнул управляющий. – Княжна все еще переживает о той маленькой русалке. Даже находясь в столице, она снова и снова приказывает отыскать его…

– И ты нашел? – нахмурился князь Чи.

– Смею доложить, действительно нашел. – Управляющий оглянулся по сторонам, нагнулся и понизил голос: – Я только вчера получил известия из Лиственного города: ребенок из морского народа, одетый в лохмотья, в полночь постучался в ворота резиденции. Как только ворота открылись, он потерял сознание и упал на землю…

– Что?! – подскочил князь Чи. – Этот щенок… вернулся?

– Да, этот ребенок просто счастливчик. – Управляющий не знал, как князь Чи отреагирует на его слова, поэтому формулировал ответ с особой осторожностью, наблюдая за выражением лица князя. – Не знаю, где он был все эти дни. Лекарь говорит, что он очень слаб. Похоже, он пешком прошел больше тысячи ли, прежде чем вернуться в Лиственный город.

Князь Чи изменился в лице.

– Проклятье! А-Янь не должна ни о чем узнать.

А? Так, значит, князь недоволен? Управляющий мгновенно сориентировался и продолжил:

– К счастью, когда этот щенок вернулся, княжна уже покинула Лиственный город. Я приказал начальнику охраны изолировать ребенка и отправил двух доверенных служанок присмотреть за ним. Никто из посторонних не знает об этом деле.

– Хорошая работа. – Князь Чи выдохнул с облегчением. Но чем больше он думал об этом, тем сильнее раздражался. Миг – и его взгляд стал злым. – Почему снова русалка? Разве недостаточно неприятностей, что мы испытали в прошлый раз?

– Вы правы, – тут же кивнул управляющий, понимая, на чью сторону ему следует встать. – Я уже отправил людей, чтобы они хорошенько присмотрели за этим щенком, у него не будет и шанса, чтобы сбежать!

– Присмотреть? – При этих словах князь Чи лишь сильнее разозлился. – Немедленно прими меры!

– Но… князь, вы ведь знаете характер своей дочери. – Управляющий оказался в затруднительном положении и формулировал вопрос предельно осторожно: – Думаете, она сможет примириться, если не найдет этого ребенка?

– Тогда придумай способ заставить ее отказаться от этой мысли! Разве тебя не называют «умная голова»? – Князь Чи требовательно посмотрел на своего доверенного человека. – Завтра тебе не нужно сопровождать меня во дворец, лучше вернись в Лиственный город и обо всем позаботься. Не дай А-Янь увидеться с тем щенком!

– Слушаюсь, – склонил голову управляющий. – Я понял, что вы имеете в виду.

Князь Чи замолчал, пристально глядя на подчиненного.

– Действительно понял?

Управляющий вздрогнул, увидев взгляд князя, и медленно кивнул.

– Да, ваш покорный слуга понял! Я должен использовать любые средства, чтобы этот щенок исчез!

Голос князя Чи был холоден.

– Не должно остаться никаких следов.

– Слушаюсь! – поклонился управляющий, торопливо отступая.

Князь Чи хлопнул по низкому столику и тяжело вздохнул. На его лице отражались сложные чувства. А-Янь, не стоит винить твоего отца за жестокость. В Кунсане грядут великие перемены, и ты, как единственная наследница клана Чи, должна заключить брак с представителем клана Бай. Ты не можешь все испортить ради маленького раба из морского народа. Мы должны вынести урок из прошлого, я не позволю тебе совершить ту же ошибку, что ты совершила с Юанем!

Твой отец избавит тебя от потенциальной угрозы!

Так же, как раньше избавился от Юй Фэй и Юнь Ман.

Лиственный город раскинулся на южном берегу Зеркального озера, с наступлением ночи он озарялся яркими огнями и сверкал, словно жемчужина. Это был самый роскошный и многолюдный город Облачной пустоши.

В резиденции клана Чи в Лиственном городе кто-то внимательно разглядывал спящего на кровати ребенка, наклонившись к нему со свечой.

– До сих пор не очнулся? – вздохнула одна из горничных. – Бедняжка, такой худой, в чем только душа держится.

– Этот ребенок, должно быть, проделал долгий путь пешком, его ноги ободраны в кровь. – Вторая пожилая служанка тоже вздохнула. – Лекарь сказал, что он не ел по меньшей мере три дня, оттого и упал в обморок. У него не было с собой ничего, кроме куклы. Не представляю, как ему удалось выжить.

– Кукла? – полюбопытствовала молодая служанка.

– Да, вот она. – Пожилая женщина указала на шкафчик в изголовье кровати, где лежал матерчатый мешок. – Кукла выглядит точь-в-точь как этот ребенок.

– Правда?

Молодая служанка подошла к шкафу, осторожно открыла мешочек и заглянула внутрь. От неожиданности она тихо вскрикнула. Кукла была маленькая, меньше чи длиной. Непонятно, из какого материала ее сделали: на ощупь мягкая, но с четкими чертами лица. В каждый сустав был вбит золотистый шип, так что конечности куклы были очень подвижны.

– Ох, такая тонкая работа, каждый сустав может двигаться! – Молодая служанка с любопытством потянула куклу за руку. – Она похожа на кукол из тех кукольных представлений!

Говоря это, служанка не удержалась – взяла носовой платок, обернула им куклу, придавая вид платьица, и закрепила булавкой. Она немного полюбовалась на дело своих рук.

– Ах, кукла действительно очень похожа на этого ребенка! – Молодая служанка охнула, присмотревшись внимательнее. – Так изящно выполнена! Ювелирная работа!

В свете лампы бирюзовые глаза куклы казались живыми. Что это? Служанке почудилось, что кукла проказливо подмигнула. Девушка в страхе вскрикнула, отшвырнув игрушку и отступив на шаг.

– Это… это очень странно!

– Да, смотреть неприятно, – сказала пожилая служанка. – Давай спрячем ее.

– Верно. – Девушка затянула мешок, не решаясь снова взглянуть в глаза кукле, и шепотом спросила: – Откуда у этого ребенка подобная вещь?

– Не знаю, – покачала головой пожилая служанка, взглянув на ребенка. – Я слышала, что молодая княжна совсем недавно взяла этого маленького раба под опеку. Она ему благоволит, просто души в нем не чает. Не так давно ребенок пропал, потерялся во время мятежа Армии Возрождения. Все думали, что он никогда больше не вернется, его везде искали, а он, вопреки ожиданиям, сам пришел в резиденцию клана Чи.

– Сам пришел? – удивленно воскликнула молодая служанка, глядя на маленькое тельце. – Рабы-русалки такие непослушные: если их плохо охранять, они никогда не упускают возможность сбежать. А этот ребенок пережил так много трудностей, только чтобы вернуться сюда.

– Возможно, это потому, что княжна очень хорошо к нему относилась, – вздохнула пожилая служанка. – Как жаль, что…

– Верно! – Молодая служанка вздрогнула, вспомнив о чем-то. Еще раз покосившись на ребенка, она прошептала: – Не понимаю, зачем управляющий хочет сделать это с маленьким рабом… Неужели княжна знает обо всем и согласна?

– Тсс, не задавай слишком много вопросов. Просто делай то, что говорят, – холодно ответила пожилая женщина. – В княжеской резиденции те, кто болтает лишнее, обычно плохо кончают!

– Слушаюсь! – кивнула молодая служанка и больше не проронила ни слова.

– К тому же что сложного в том, чтобы обмануть семилетнего ребенка? – Пожилая служанка улыбнулась своей молодой напарнице: бедняжка так волновалась. – Ты уже несколько лет живешь в резиденции, неужели не справишься с таким пустяком? Обманем маленького раба, и управляющий щедро нас вознаградит.

– Да, – быстро кивнула молодая служанка.

Некоторое время в комнате стояла тишина, ребенок так и не пришел в себя. Его лицо в свете лампы казалось очень бледным, длинные ресницы отбрасывали тени на щеки. Он еще совсем мал, но от его красоты уже захватывает дух. Обе служанки в молчаливом восхищении неотрывно смотрели на ребенка.

– Какой красивый… будто не из этого мира! Неудивительно, что княжне он так нравится, – расчувствовалась молодая служанка.

Стоило ей это сказать, как ребенок вдруг пошевелился.

– Ох, он очнулся, – удивленно воскликнула молодая служанка.

Ребенок с трудом разомкнул веки, его бирюзовые глаза блеснули, когда он непонимающе уставился на источник света. Губы шевельнулись в попытке что-то произнести.

– Ты очнулся? – Пожилая служанка убрала волосы с лица ребенка, вытерла холодный пот с его лба и нежно сказала: – Меня зовут Жопин, а ее Сяохуэй, мы слуги в резиденции клана Чи. Как ты себя чувствуешь? Хочешь воды?

Ребенок из морского народа молчал, лишь растерянно смотрел на двух женщин. Выражение его лица говорило о том, что он не может вспомнить, где находится. Но, когда служанка поднесла руку к его лбу, он вздрогнул и интуитивно увернулся.

– Не прикасайся ко мне! – пронзительно закричал ребенок. – Проваливай!

Жопин чуть не упала на землю. Сяохуэй поспешила ей на помощь, а когда она вновь повернула голову к ребенку, то испуганно вскрикнула: маленький раб, съежившись сидел у стены, сжимая в ручке нож для фруктов, который успел схватить со стола. При свете лампы глаза ребенка сверкали особенно ярко, его взгляд был враждебен и насторожен, как у дикого зверя, готового вцепиться человеку в горло.

– Кто вы такие? Не подходите! – Ребенок едва не терял сознание, голос выдавал, насколько он слаб. – Я… я хочу увидеться с сестрицей.

– Сестрицей? – Жопин уже многое повидала на своем веку, поэтому смогла быстро взять себя в руки. – Ты говоришь о княжне Чжу Янь?

Сумо крепче сжал нож и кивнул.

– Где она?

– Княжны сейчас нет в резиденции. – Жопин осторожно подбирала слова, стараясь не раздражать ребенка. – Несколько дней назад она вместе с князем отправилась в столицу.

– А? – Ребенок был ошеломлен и разочарован. – Тогда… няня Шэн?

Жопин покачала головой:

– Она сопровождает княжну.

– Что? – Нож в руках ребенка задрожал. – Они… они все ушли?

Дорога сюда от Бездны туманных глубин была долгой и трудной. Он прошагал тысячи ли, вынес все невзгоды, чтобы добраться до Лиственного города, но оказалось, что сестрицы здесь уже нет? Она… разве она не говорила, что никогда его не бросит?

Жопин и Сяохуэй переглянулись. Жопин ласково произнесла, стараясь успокоить нервного, словно натянутая струна, маленького жителя моря:

– Не бойся, даже в отсутствие княжны мы позаботимся о тебе. Опусти нож!

– Она… почему она ушла? – Ребенок и не подумал ослабить хватку, продолжая сжимать в руке нож. – Когда она вернется?

– Княжна вместе со своими родителями отправилась в столицу, чтобы нанести визит императору, – следуя указаниям управляющего, осторожно ответила Жопин, наблюдая за реакцией ребенка. – Император возглавит церемонию бракосочетания детей из кланов Бай и Чи. После свадьбы княжна уже не вернется в особняк клана Чи, вероятно, она сразу же направится в дом своего мужа – наместника Лиственного города.

– Что? – воскликнул Сумо. – Свадьба?

– Да, княжне повезло с будущим мужем, – вторила Жопин Сяохуэй с огромной радостью в голосе. – Она выходит замуж за Бай Фэнлиня, наместника Лиственного города, в будущем она станет княжной клана Бай!

– Это ложь! – вдруг закричал ребенок.

Жопин и Сяохуэй вздрогнули.

– Что?

– Вы лжете!

Нож в руках ребенка яростно дрожал, голос Сумо был возмущенным и недоверчивым.

– Она… она говорила мне, что ей нравится человек их морского народа! Как она может выйти замуж за наместника Лиственного города и стать княжной Бай? Вы… вы лжете!

В глазах ребенка загорелся гневный огонек, это заставило двух хитрых служанок замолчать.

Не слишком ли трудно обмануть этого маленького выходца из моря?

– Мы не обманываем тебя, – твердо сказала Жопин, успокоившись. – Ты можешь выйти и спросить любого, все вокруг знают, что княжна Чжу Янь выходит замуж! Это правда!

Возможно, расслышав в ее голосе непреклонную уверенность, ребенок затих и некоторое время молчал, а потом вдруг спросил тонким дрожащим голосом:

– Тогда… когда она меня заберет?

В его бирюзовых глазах промелькнула беспомощность. Сяохуэй была ещё молода, и ее сердце сжалось от боли. Но она не могла рассказать о приказе управляющего. Сидевшая рядом Жопин предостерегающе взглянула на свою компаньонку, делано рассмеялась и сказала:

– Не волнуйся, княжна уже отдала все необходимые распоряжения! Она велела вернуть тебе грамоту на владение рабом, освободить тебя и дать с собой тысячу золотых чжу.

– Ч… что? – Сумо растерялся, он не мог поверить в происходящее.

– Не беспокойся, княжна все тщательно обдумала. – Жопин вытащила грамоту на владение рабом, положила ее на стол и с улыбкой сказала: – Забирай, ты теперь свободен! Больше ты не раб и волен идти куда захочешь. Все русалки Облачной пустоши будут тебе завидовать…

Ребенок ошеломленно застыл, глядя на лист бумаги под лампой. Это была настоящая грамота на раба, с печатью и подписью наместника Лиственного города. Раньше она хранилась у Чжу Янь и вот оказалась здесь, прямо перед ним. Но весь этот план, действительно ли его придумала Чжу Янь?

Сумо долго молчал, а потом вдруг произнес:

– Сестрица… я больше ей не нужен?

Жопин и Сяохуэй переглянулись, поняв, на что можно надавить. Придав своему голосу максимум деликатности, пожилая служанка произнесла:

– Ох, княжна действует ради твоего же блага… Скоро она выйдет замуж, и ей никак нельзя привести в дом мужа раба-русалку. Видишь ли, господин наместник не станет держать у себя дома русалок.

Не успел ее голос затихнуть, как ребенок спрыгнул на пол, схватил куклу и бросился к двери.

– Эй, ты куда? – Сяохуэй ринулась наперерез и схватила его за руку. В тот же миг она вскрикнула от боли и разжала ладонь, горячая алая кровь лилась из пальца. Он порезал ее ножом!

– Проваливай! Не прикасайся ко мне! – Ребенок сжимал окровавленный нож, наставив его на двух служанок, глаза горели звериной злобой. – Я пойду в императорский дворец, найду Чжу Янь и сам спрошу у нее обо всем! Сестрица не оставила бы меня… Она не может выйти замуж за какого-то наместника Лиственного города! Я не верю ни единому вашему слову!

Последние слова ребенок произнес уже почти в дверях, по-прежнему держа короткий нож перед собой.

– А ну, вернись!

Кто бы мог подумать, что этот ребенок такой строптивый и непокорный. Дело приобрело крутой поворот, и Жопин, подобрав юбку, в панике бросилась за маленьким рабом. Она не может позволить ему сбежать! Нужно выполнить приказ господина управляющего, иначе…

Однако, она постоянно путалась в юбке, сковывающей движения, где уж тут догнать проворного ребенка.

Сумо уже был возле садовой калитки, еще немного – и он скроется в темноте. Вдруг в ночи промелькнула какая-то тень. В следующий миг тяжелый удар обрушился на затылок ребенка.

Сумо даже не вскрикнул, заваливаясь вперед.

– Что такое? Два взрослых человека не могут приглядеть за ребенком? – прошипел стройный мужчина, одной рукой ловко поднимая бесчувственного ребенка.

Это был начальник охраны резиденции клана Чи, очень смелый и сильный человек.

– Господин! – Жопин с удивлением смотрела на мужчину, словно свалившегося с неба. – Какое счастье, что вы здесь оказались!

– Поистине бесполезна. – Начальник охраны бросил холодный взгляд на служанку, которой было поручено охранять ребенка. – Неужели вам не под силу одурачить маленького раба? К счастью, я успел вовремя, иначе он наверняка бы сбежал!

– Господин, вы просто не представляете, этот… этот ребенок – настоящий демоненок! – закричала Сяохуэй, выходя из комнаты, зажимая рану. Она была потрясена, испугана и не могла сдержать слез. – Такой маленький, а уже осмелился пустить в ход нож, чтобы убивать людей!

– К счастью, господин, вы успели вовремя, – перебила Жопин. – Иначе и правда все могло плохо кончиться.

– Этот щенок заслужил, не хочет по-хорошему – будет по-плохому! – Начальник охраны перекинул ребенка через плечо, оглянулся в темноте на двух служанок и вдруг вздохнул: – А вам двоим действительно не повезло.

Что это значит? Этот странный взгляд и слова… Жопин насторожилась и инстинктивно сделала шаг назад. Однако стоило ей пошевельнуться, как что-то мелькнуло перед глазами.

– Ааа… – Сяохуэй закричала и попыталась убежать, но крик застрял в горле.

Начальник охраны забрал потерявшего сознание ребенка и ушел не оглядываясь, оставив за спиной тела двух служанок.

Управляющий приказал хранить все в тайне. Успех или неудача – свидетелей остаться не должно. Если бы даже план удался и ребенок поверил обману, забрал деньги и ушел навсегда, этих двух женщин все равно пришлось бы убить. Но он ведь не поверил, верно?

Начальник охраны с Сумо на плече собирался покинуть резиденцию клана Чи, но внезапно из темноты раздался чей-то голос:

– Что такое? Он им не поверил?

Начальник охраны узнал говорящего и невольно воскликнул:

– Господин управляющий?

Он попятился, чуть не выронив свою ношу. Да, этот человек в тени был не кто иной, как управляющий резиденцией клана Чи в Лиственном городе!

– Что? Я застиг тебя врасплох? – засмеялся управляющий. – Ты словно привидение увидел.

– Вы… разве вы не отправились вместе с князем Чи в столицу, чтобы встретиться с императором? – запинаясь, произнес начальник охраны. – Как так получилось? Почему вы оказались в резиденции?

– О, князь Чи очень обеспокоен делами этого щенка, так что мне пришлось приехать сюда ночью, чтобы за всем присмотреть, – покачал головой управляющий. – Как же ситуация дошла до такого, что пришлось действовать тебе? Неужели Жопин и вторая служанка не смогли справиться?

– Именно так. – Начальник охраны взял себя в руки и уже спокойнее продолжил: – Этот ребенок умен и проницателен не по годам. Он не поддался на их уговоры и решил сам отыскать княжну, чтобы лично расспросить ее обо всем. Даже такая лисица, как Жопин, не смогла его обмануть. Служанки проявили неосторожность и едва не упустили ребенка.

– Неблагодарный. – Управляющий нахмурился, глядя на маленького раба из морского народа, в его глазах был холод. – Сначала я хотел проявить милосердие и сохранить ему жизнь, если бы этот щенок ушел добровольно. Бесстыдник. Кого теперь винить?

Ребенок пошевелился, хотя так и не пришел в сознание, в руках он сжимал маленькую куклу с лицом, так похожим на его собственное.

– Очень жаль, – в голосе управляющего действительно слышались нотки сожаления, но он махнул рукой и приказал: – Избавься от него сегодняшней же ночью. Труп оставлять нельзя, выбрось его в море. Пусть все думают, что ребенок исчез и никогда не возвращался в резиденцию.

– Слушаюсь! – поклонился начальник охраны, получив приказ.

– Действуй и поспеши, завтра я должен вернуться в столицу, чтобы принять участие в церемонии бракосочетания. – Управляющий немного помолчал и добавил: – После того как закончишь, принеси мне доказательство, я передам его князю Чи.

С наступлением ночи поднялся холодный ветер. Начальник охраны с бесчувственным ребенком на плече достиг безлюдного морского побережья и остановился. Он уложил ребенка на камень, вытащил меч и с силой воткнул лезвие в морской песок. Затем мужчина внимательно огляделся по сторонам.

Его уже ждали. Несколько человек молча вышли из темноты.

– Принес? – спросил мужчина, стоящий впереди.

У него был старческий голос, глаза в холодном свете луны блеснули бирюзой, а из-под капюшона выбилась сильно побелевшая, но явно прежде лазурная прядь волос. Это был представитель морского народа!

– Принес. – Начальник охраны снял маленького раба с плеч. – И чуть было не попался.

Увидев, как маленькое тельце опустилось на землю, женщина в маске, что стояла за спиной старика, тихонько вскрикнула, стремительно подбежала и обняла ребенка.

– Это он. – Женщина обернулась и кивнула старику. В глазах ее блестели слезы.

Старейшина Цюань вздохнул с облегчением и кивнул начальнику стражи:

– Вы хорошо поработали.

– Мне сильно повезло. – Начальник охраны хлопнул в ладоши, резко выдыхая. – Я рассчитывал вынести этого мальца ночью втайне, но внезапно из столицы вернулся управляющий! Я чуть было не раскрыл себя. К счастью, управляющий не любит крови и не последовал за мной. Иначе пришлось бы туго.

– Что? – хмуро спросил старейшина Цюань. – Неужели князь Чи узнал о нашей сделке?

– Не думаю, – задумчиво покачал головой начальник охраны. – Вероятно, это из-за того, что княжна Чжу Янь уже однажды была очарована русалкой по имени Юань. Видимо, поэтому князь Чи не хочет, чтобы она имела что-то общее с жителями моря. Пусть даже это ребенок, он лучше убьет его «на всякий случай», чем позволит просто уйти.

– Вот оно что.

Старейшина Цюань и люди за его спиной обменялись возмущенными взглядами. Все эти дворяне Кунсана сплошь хладнокровные и эгоистичные негодяи. Но если князь Чи в самом деле планировал такое злодеяние, то это им даже на руку. Теперь-то Сумо не захочет возвращаться в резиденцию клана Чи.

Начальник охраны нахмурился.

– Что насчет оплаты?

– Ты получишь достаточно. – Из-за спины старейшины Цюаня вышла женщина и вручила ему тяжелый мешок. – Здесь десять тысяч золотых чжу. Проверь.

– В этом нет необходимости. – Начальник охраны просто взвесил мешок в руке, прикидывая количество монет. – А что насчет остального? Без этого я не смогу вернуться и отчитаться о выполненной работе.

– Здесь.

Старейшина Цюань едва заметно кивнул, и один из его людей вынес и положил на землю длинный сверток. Внутри оказался мертвый ребенок. Его маленькое тельце было хрупким и худым, а длинные лазурные волосы спутаны в колтуны.

– Давно он мертв? – Начальник охраны выглядел недовольным. – Почему вы не нашли живую замену? На случай если будут присматриваться…

– Мы обыскали весь Восточный рынок, и только этот ребенок был достаточно похож, остальные рабы не подходили ни по возрасту, ни по телосложению, – прервал его старейшина Цюань и холодно добавил: – Мы изменили его облик, обычный человек ни за что не поймет, что перед ним подмена. Этого должно хватить, чтобы обмануть управляющего резиденции клана Чи.

– Ладно! – пробормотал начальник охраны, доставая меч. Подойдя ближе, он одним движением обезглавил тело мертвеца. – Думаю, это подойдет в качестве доказательства.

Женщина в маске невольно вскрикнула, в ее голосе слышалась настоящая боль. Начальник охраны бросил на нее быстрый взгляд, в глазах отразилось удивление.

– Странно… твой голос кажется мне знакомым. Где я мог тебя видеть?

Женщина отвернулась, стараясь не встретиться с ним взглядом, ее пальцы слегка дрожали.

– Довольно. – Старейшина Цюань кашлянул. – Десять тысяч золотых чжу – это ваше жалованье лет за десять, верно? Так не задавайте вопросов, не относящихся к делу.

Начальник охраны перевел взгляд на мешок с золотом в своей руке и рассмеялся.

– Тоже верно. – Он спрятал деньги и поднял голову ребенка. – Я должен вернуться, чтобы доложить о выполненной работе, давайте будем считать, что сегодня ночью ничего не произошло.

– Надеюсь, мы больше никогда не увидимся, – холодно произнес старейшина Цюань, провожая мужчину взглядом.

В час перед рассветом море было особенно темным, слышался лишь мерный шум волн.

Старик подошел к берегу, неся на руках обезглавленное тело, и, преклонив колени, предал его воде. Из груди старика вырвался тяжелый вздох.

Затем он снова посмотрел на бесчувственного ребенка в объятиях женщины.

– Думаешь, этот малец действительно может стать Морским царем? – сумрачным тоном произнес у него за спиной второй старейшина. – Ни дома, ни родины – и такой мятежный нрав. Да, в Бездне туманных глубин Царь драконов признал его, но ребенок не принял титул, напротив, всеми силами стремился сбежать!

– Он еще очень мал и не осознает важности той ноши, что легла на его плечи, – вздохнул старейшина Цюань. – Но мы можем направить его мысли в нужную сторону.

Трое старейшин замолчали.

– Прежде позволим Жуи позаботиться о нем… Не станем сразу забирать его в главный лагерь Зеркального озера. Давайте найдем безопасное место и поговорим обо всем, – прервал тишину старейшина Цюань после долгого размышления. – Этот ребенок строптив и непокорен, не стоит силой приводить его в Армию Возрождения и взваливать на плечи тяжелое бремя лидера.

Двое других старейшин нахмурились.

– Тогда что же нам делать?

– Будем действовать шаг за шагом, – кивнул старейшина Цюань. – Первым делом нам стоит избавиться от начальника охраны резиденции клана Чи, чтобы не оставлять никаких зацепок, которые могли бы помочь людям Кунсана выследить нас.

– Хорошо, – согласился старейшина Цзянь, уже наметив в голове план. – Этот человек любит приложиться к бутылке, к тому же он игрок и у него наверняка много долгов, поэтому нам и удалось его купить. Пусть хозяйка игорного дома «Серебряный крюк» пустит среди игроков слух, что он шельмует, воспользуемся переполохом и убьем его.

– Хороший план, – кивнул старейшина Цюань и добавил, помолчав: – Небо милостиво, этот ребенок благополучно вернулся к нам.

– Мы должны позволить ему сбросить оковы и стать истинным Морским царем!

Глава 2
Сородичи

Вот так в одну из ничем не примечательных ночей на берегу моря в Лиственном городе тихо «умер» ребенок из морского народа, и никто об этом не узнал. На следующий день управляющий резиденции клана Чи лично осмотрел предъявленную ему голову и вернулся в столицу, чтобы доложить об исполнении приказа. Ребенок тихо исчез, словно утренняя роса с листьев.

А на тесном убогом дворе проснулся «умерший» ребенок.

Он открыл глаза, но тут же снова их закрыл, ослепленный солнечным светом. Где он? Он жив или мертв?

– Кто этот малец? Откуда он? – Слова эхом отдавались в ушах, а голос явно был детским. – Такой худой и грязный, словно уличная кошка.

– Не знаю, я проснулся очень рано, а он уже здесь лежал.

– Отвратительно. Он занимает кровать Сяояо!

– Увы, Сяояо мертв, рано или поздно его кровать все равно перешла бы к кому-то еще.

– Он такой худой и мелкий, что его свалит и легкий ветерок. Боюсь, он тоже долго не проживет.

Кто? Кто это говорит? Так шумно… Сумо изо всех сил боролся с туманом в голове, пытаясь отмахнуться от назойливого шума в ушах.

– Ой… смотрите! Он очнулся!

Стоило ему пошевелиться, как шум стал еще громче, множество голосов закричали наперебой:

– Скорее позовите сестрицу!

Сестрицу? Ребенок вздрогнул. Это она? Она… она вернулась за ним? Те служанки в резиденции клана Чи в Лиственном городе сказали, что он больше не нужен ей. Они определенно лгали!

– Сестрица! – Он задрожал всем телом и внезапно сел.

– А? – Тот, кто склонился над ним, осматривая раны, не успел увернуться, и они с Сумо столкнулись лбами.

Это был примерно его ровесник, на шее его был повязан шарф, глаза сияли бирюзой, лазурные волосы мягко струились. Он был красив, но такая красота могла принадлежать как мужчине, так и женщине.

Сумо удивленно замер: за ним ухаживал ребенок? Он машинально огляделся: убогий сарай никак не мог находиться в резиденции клана Чи. Вокруг кровати стояли его сородичи приблизительно одного с ним возраста. Чжу Янь здесь не было.

Сумо растерялся: где же он оказался? Похоже, это дом рабовладельца, который специализируется на продаже русалок на Восточном и Западном рынках… Неужели после того, как он потерял сознание, люди из клана Чи продали его в рабство?

Нет! Этого не может быть!

– Ох, наконец-то ты очнулся. – Ребенок, что присматривал за Сумо, потирал лоб, но не выглядел сердитым; напротив, мягко улыбнулся и поинтересовался: – У тебя что-то болит?

Сумо не проронил ни слова, продолжая оглядываться по сторонам.

Дряхлый сарай стоял в обветшалом внутреннем дворе, солнечный свет проникал сквозь дыру над головой, отчего его тело и тело того ребенка-русалки сияло золотыми блестками. В углу двора толпилась стайка детей. Сумо бросил в их сторону быстрый взгляд и тут же плотно сжал губы, его взгляд помрачнел: за спинами детей он увидел оружейную стойку. Ряды мечей, копий и алебард сверкали холодным блеском стали.

Этих детей обучают боевым искусствам? Рабовладельцы Лиственного города никогда не допускали подобного.

Что же это за место? И почему он очнулся здесь?

– Меня зовут Яньси, а тебя? – Ребенок будто и не заметил, что Сумо молчит. – Ты голоден? Хочешь немного поесть?

Сумо продолжал молчать, но его взгляд на мгновение задержался на ребенке: на вид примерно одного с ним возраста, на его руках и ногах были видны шрамы, а шею не стискивал рабский ошейник. Ребенок говорил мягко и ласково и был дружелюбен, как солнечный свет.

Сумо не ответил, отвел взгляд и приподнялся на локтях.

– Яньси, оставь его, – фыркнул другой ребенок и потянул друга за одежду. Посмотрев на вновь прибывшего, он закатил глаза. – Гордится своей кислой миной? Да кто он такой?

Лицо Яньси расплылось в улыбке:

– Сестрица попросила позаботиться о нем.

При слове «сестрица» Сумо вздрогнул, резко повернул голову и наконец открыл рот:

– Вы… вы говорите о сестрице. Кто она?

– Сестрица Жуи, – удивленно посмотрел на него Яньси. – Это она принесла тебя вчера… Неужели ты не помнишь?

– Она? – Сумо вздрогнул и пробормотал: – Тетушка Жу?

– Ха-ха-ха! – Ребенок за спиной Яньси покатился со смеху, обнажив полный рот белых, словно жемчуг, зубов. – Ох, ты что, называешь ее тетушкой? Тогда, может, будешь звать нас младшими дядюшками?

Взгляд Сумо изменился, он пристально смотрел на смеющегося ребенка.

– Что? Не согласен? – не испугался тот. Вскинув голову, он громко сказал: – Хочешь подраться? Давай. Вон там оружие, выбери что-то одно. Если победишь, я стану называть тебя дядюшкой!

– Ладно, ладно, – поспешил разрядить обстановку Яньси. Растащив детей, он нахмурился и с упреком сказал: – Нинлян, не провоцируй его, сестрица будет ругаться. Он только-только появился здесь, его раны еще не зажили, как он может соревноваться с тобой?

– Тьфу, этот вонючий щенок с дурным характером. Разве не стоит преподать ему урок? – У ребенка по имени Нинлян были короткие всклокоченные волосы; бранясь, он толкал Сумо. – Посмотрите-ка, развалился на кровати Сяояо! Он мне не нравится!

Однако, прежде, чем рука ребенка дотронулась до его груди, Сумо резко оттолкнул ее.

– Эй! – воскликнул Нинлян, не ожидавший, что этот заморыш сумеет дать отпор.

Однако его ответная реакция была столь же мгновенна: он развернулся в воздухе, оттолкнулся руками от земли, выгнулся, выбрасывая вверх ноги. Миг – и он уже прыгнул вперед, одновременно нанося удар Сумо в горло.

– Посмел меня ударить? Ублюдок!

Удар был быстрым и жестоким, это вовсе не походило на драку между детьми. Травмы ослабили Сумо, сопротивляться в полную силу он не мог.

В этот миг кто-то резко выбросил руку вперед, останавливая удар.

– Довольно!

Рука была тонкой и нежной, хрупкие пальцы крепко сжимали кулак Нинляна.

– А-Лян, почему ты так себя ведешь? Что, если бы ты навредил молодому господину?

Молодому господину? Все дети потрясенно застыли, даже Сумо удивленно повернул голову в сторону своего защитника.

Это была его старая знакомая Жуи.

Прекраснейшая из цветов была непричесанна, на лице ни румян, ни пудры. Сильнее сжав пальцы, она отбросила руку Нинляна, разводя детей в стороны. Читая нотацию, она нахмурилась, словно матушка, на чьих плечах лежат заботы о многочисленном семействе.

– Что еще за молодой господин? – фыркнул Нинлян, бросив презрительный взгляд на Сумо. – Этот тощий сосунок? Да я раздавлю его одним пальцем.

– Не смей так говорить! Знай свои границы. – Обычно ласковая и добрая Жуи на этот раз была строга и сурова. – Отныне Сумо – ваш господин! Вы все должны слушаться его и, если понадобится, защитить ценой своей жизни! Это приказ! Ясно?

Что? Дети недоверчиво переглянулись, на их лицах отразилось непонимание и протест. Некоторое время все молчали, пристально разглядывая Сумо, из-за чего он чувствовал себя неуютно.

Наконец он не выдержал и сухо заявил:

– Я не нуждаюсь в их защите.

– Именно! Сестрица, ты слышала? – тут же воскликнул Нинлян. – Он сказал, что не нуждается!

– Ладно, хватит препираться! – нахмурилась Жуи, бросив взгляд на детей морского народа и чуть повысив голос. – Разве вы все не стремитесь вступить в ряды Армии Возрождения? Священный долг солдата – подчиняться приказу! Но вы не желаете подчиниться моим словам?

Потрясенные дети по-прежнему молчали, но строптивость исчезла с их лиц. Первым опомнился Яньси, он вышел вперед и кивнул:

– Мы все поняли. Он новый член нашей семьи, конечно, мы будем защищать его всеми силами.

Сумо криво усмехнулся.

– Не желаю иметь с вами ничего общего!

Его голос был полон враждебности, из-за чего лица других детей исказила гримаса ярости. Каждый желал лишь одного: побить этого наглеца.

– Сумо… что не так? – вздохнула Жуи.

Сумо не шелохнулся, лишь холодно произнес:

– Я не желаю здесь быть. Хочу вернуться домой.

– Вернуться домой? А где твой дом? – голос Жуи был ласков и печален, она с жалостью взглянула на ребенка и проникновенно сказала: – Неужели ты хочешь вернуться к той кунсанской княжне? Разве ты не знаешь? Она скоро выходит замуж. Разве она сможет о тебе позаботиться?

Когда Сумо услышал эти слова, выражение его лица изменилось.

– Даже ты слышала о том, что сестрица выходит замуж?

– Конечно. Все знают, что кланы Бай и Чи собираются породниться, – вздохнула Жуи. – Прошлой ночью люди из резиденции клана Чи чуть не убили тебя. К счастью, я подоспела вовремя и успела тебя спасти. Ты стал обузой для нее. Неужели не понимаешь? Не будь столь близорук.

Сумо вздрогнул, молча опустив голову.

– Для людей Кунсана русалки все равно что котята или щенки. Им нравится забавляться с нами, но, как только мы становимся не нужны, нас просто выбрасывают, словно рваный башмак. – Жуи неотрывно смотрела на притихшего ребенка, и голос ее становился все тверже: – Неужели ты все еще витаешь в мечтах?

– Вздор! – Сумо резко поднял голову, со злобой взглянув на Жуи. – Она… она моя сестрица! И она никогда не откажется от меня!

– Глупый ребенок, это лишь мечты. – Жуи схватила щуплого Сумо и встряхнула. – Она из Кунсана, с чего бы ей дорожить рабом-русалкой? Скоро она станет женой человека из богатой и знатной семьи, ты больше ей не нужен!

– Нет! Ты врешь! – Сумо поднял на нее взгляд, полный ярости. – Я не верю!

Жуи замерла на миг.

– Глупыш, ты должен мне верить!

– Пока не увижу собственными глазами и не услышу собственными ушами, ни за что не поверю! Если только… если только она сама скажет мне, что я ей не нужен! – ребенок стоял, упрямо сжав кулаки, тщедушное тельце сотрясалось. Его глаза пылали, и каждое слово было отчетливо слышно в тишине. – Не верю ни единому вашему слову!

Жуи не ожидала, что Сумо окажется настолько упрям. Она не знала, что на это ответить.

За пределами двора трое старейшин молча прислушивались к разговору. В их взгляде промелькнуло беспокойство. Похоже, весь их тщательно продуманный план вырвать ребенка из лап людей Кунсана и вернуть домой может провалиться. Сумо слишком сильно «отравлен» этой княжной и вопреки всему упрямо желает отыскать свою «сестрицу»! Есть ли способ его излечить?

Прошло семь тысяч лет, Морской царь переродился. Кто бы мог подумать, что он примет сторону императора Син Цзуня и откажется сражаться за Морское царство… Какая ирония!

– Возможно, нам стоит применить заклинание, – нахмурил седые брови старейшина Цзянь. – Используем технику «Очищения сердца», чтобы стереть воспоминания за последний год. Заставим его забыть о маленькой княжне Кунсана. Не станет ли это лучшим выходом для нас?

– Думаешь, это так просто? – вздохнул старейшина Цюань, качая головой. – В венах этого ребенка течет кровь Морского царя, вряд ли техника «Очищения сердца» сработает на нем.

Старейшины замолчали. Воцарилась тишина.

– Перед решающей битвой с народом Кунсана нам стоит победить в битве за его сердце, – после паузы заговорил старейшина Цюань, и его глаза загорелись холодным светом. – Пусть ребенок побудет здесь некоторое время. Будем двигаться медленно, шаг за шагом. В любом случае люди Кунсана считают, что он уже мертв, и не станут искать его. У нас достаточно времени, чтобы постепенно завоевать его сердце.

– Он наш царь, и мы не можем проиграть в этой битве!

Проведя взаперти несколько дней, Сумо наконец понял, где находится.

Это и в самом деле был Западный рынок Лиственного города. Задний двор лавки, принадлежавшей крупному торговцу Срединных равнин Мужуну. Его семья была самой влиятельной среди купцов, на протяжении многих поколений она вела торговлю в Облачной пустоши и Срединных равнинах, накопив за сотни лет солидный опыт и капитал. В деловых кругах Лиственного города семья Мужун была хорошо известна. Из-за того, что Облачная пустошь и Срединные равнины были расположены далеко друг от друга и дорога между ними занимала не один год, для удобства бизнеса семья Мужун просто скупила лавки на целой половине одной из улиц Западного рынка, оставив их на длительное управление своему доверенному лицу. Неизвестно, как Жуи удалось проникнуть сюда и использовать помещения в качестве тайного оплота Армии Возрождения.

Лавки семьи Мужун занимали огромную площадь, дворы соединялись друг с другом, помещения полнились товарами из Срединных равнин: здесь были отрезы шелка и атласа, сундуки с чаем, хэтяньский нефрит, хайнаньское агаровое дерево… А еще сундуки с яоцао, легендарной травой бессмертия стоимостью в целое состояние.

Лишь отдаленный задний двор был пуст, и в нем жили дети из морского народа. Вся территория тщательно охранялась: по периметру стен была натянута проволока, единственные ворота запирались железной решеткой.

Сумо молча сидел под навесом, мрачно разглядывая все, что его окружало. Он понимал, что вероятность сбежать очень мала.

День был ясным, солнечным, дети носились и прыгали на просторном дворе, упражняясь с различными видами оружия.

Русалки рождаются в море, но после их ждет жестокая трансформация: кости дробят, создавая ноги, и тела, естественно, ослабевают. Но ловкость и острота чувств все равно превосходят человеческие, потому-то русалки так хороши на поле боя. Среди этих детей не нашлось бы ни одного безоружного: кто-то упражнялся с кинжалом или коротким мечом, другие – с метательными звездочками, луками и стрелами. Тренировка полностью захватила их внимание, и было видно, что они не новички в своем деле.

Сумо смотрел на все это издалека и не мог сдержать удивления. Эти русалки в самом деле желают сражаться? Его сверстники, когда-то они тоже были рабами, но теперь свободны благодаря Армии Возрождения… Что пережил каждый из них, прежде чем попасть сюда?

Сумо отстраненно размышлял, и в его бирюзовых глазах отражались сложные эмоции.

Внезапный порыв ветра принес с собой странный шепот. Сумо поднял голову и краем глаза заметил что-то кружащее в воздухе. Кажется, это была стрекоза. Сначала он не обратил на нее особого внимания, но стрекоза кружила над двором, издавая странные звуки.

«Сумо… Сумо!»

Голос казался очень знакомым.

Сестрица? Ребенок ахнул и резко повернулся, чтобы получше рассмотреть насекомое. Однако обнаружил, что в воздухе кружит не стрекоза, а маленькая птичка!

Она была размером всего в два цуня. Откуда только взялась? Вблизи ограды птичка замедлилась, а затем врезалась в проволоку.

«Сумо… Сумо!»

Застряв в проволоке, птица продолжала трепетать крылышками и издавать призывные звуки.

Этот голос… Ну конечно!

– Сестрица! – Хрупкий ребенок подскочил, забыв надеть обувь, и босиком выбежал из комнаты во двор.

Дети, тренировавшиеся с оружием, с изумлением наблюдали, как Сумо внезапно рванул к стене, не обращая внимания на шипы на ней.

– Держите его… скорее держите! – не сговариваясь, в унисон закричали дети, бросая оружие и устремляясь наперерез Сумо. – Стой! Не смей сбегать!

Нинлян бегал быстрее всех, он вырвался вперед и в прыжке схватил Сумо за ногу.

Однако тот отчаянно подпрыгнул, вытянул руку и схватил бумажного журавлика, застрявшего в ограждении. В тот же миг Нинлян с силой дернул Сумо за ногу, оттаскивая назад. Тот что есть сил вцепился в проволоку, отказываясь спускаться. Острые шипы до крови ранили руки, но Сумо так и не разжал кулаки.

И все же Сумо был так тощ и слаб, что не мог сопротивляться долго. Дети быстро повалили его на землю. Упав, он издал глухой звук, все тело кровоточило.

– Щенок! – Нинлян в ярости прижал его к земле. – Куда ты собрался?

На подмогу Сумо ринулся Яньси и вцепился в кулак товарища.

– Не смей его бить!

Не обращая ни на кого внимания, Сумо вытер кровь с лица. Он не проронил ни звука, хотя явно страдал от боли. С трудом поднявшись, он посмотрел на то, что сжимал в ладони. Это был бумажный журавлик, неподвижный, не подающий признаков жизни.

Его ведь сделала она? Голос сестрицы звучал так отчетливо!

Сумо оцепенело таращился на кусок бумаги, кровь из раны на руке окрашивала журавлика в ярко-алый. Откуда прилетела эта птичка и как много времени она провела в дороге? Проделав долгий и трудный путь, журавлик растерял все силы, но все же донес ее голос.

Да, она звала его издалека, она призывала его вернуться!

Она не бросила его! Она искала!

– Отпустите меня! – Щуплый ребенок, казалось, сошел с ума, он оттолкнул окруживших его детей и бросился к воротам. – Выпустите! Скорее! Я должен вернуться к ней!

– В чем дело? – раздалось за его спиной: суматоха во дворе встревожила Жуи. Подбежав, она побледнела от ужаса. – О Небо! Сумо, почему ты весь в крови? Что у тебя с рукой?

Жуи схватила ребенка за руку, чтобы осмотреть его раны.

– Не трогай! Не прикасайся ко мне! – оттолкнул ее Сумо, в его глазах плескалась ярость, маленькие кулачки были сжаты, и он почти прорычал: – Вы, ублюдки, выпустите меня отсюда! Сестрица… сестрица ищет меня!

– Сестрица? – Жуи увидела бумажного журавлика, зажатого в ладони Сумо, выражение ее лица изменилось, и она хрипло произнесла: – Этот бумажный журавлик от княжны Чжу Янь?

Сумо кивнул и громко закричал:

– Выпустите меня!

– Сестрица? – Жуи обдумывала, что бы ответить.

Нинлян, стоявший рядом, холодно усмехнулся и крикнул своим товарищам:

– Смотрите, этот щенок зовет кунсанскую сестрицу! Что за продажная душонка! Ест у одних, а служит другим! Послушный раб, вскормленный кунсанской княжной!

– Заткнись! – выкрикнул Сумо и ударил соперника кулаком.

– Перестаньте! – Жуи схватила его за запястье и резко дернула, разводя соперников.

Строго посмотрев на Нинляна, она притянула Сумо к себе и усадила на землю: нужно было обработать рану и остановить кровотечение. Проволока вошла в плоть неглубоко, но из-за того, что ребенка с силой стянули со стены, порез был длинным, почти во всю руку, и выглядел жутко.

– Быстрее, принеси бинты и мазь! – крикнул Яньси Нинляну, не дожидаясь приказа.

Тот фыркнул, но послушно умчался, всем своим видом выражая недовольство. Быстро найдя все нужное, он вернулся и, не глядя на Сумо, бросил лекарство ему в ноги.

– Нинлян, – строго прикрикнула Жуи, – не глупи!

– Это моя вина… Я не смог их остановить, это все из-за меня, – опустил голову Яньси, обращаясь к Жуи. – Сестрица, не вини Нинляна.

– Я вас не виню. – Жуи взяла мазь, взглянула на сопротивляющегося Сумо и вздохнула: – Я знаю, что у этого ребенка строптивый нрав, с ним трудно поладить. Не обращайте внимания. Продолжайте тренироваться.

Дети отступили и вскоре они остались вдвоем.

– Выпусти меня! – Сумо отчаянно пытался вырваться из рук Жуи, но та просто заблокировала акупунктурные точки ребенка, лишив его возможности сопротивляться.

– Не шевелись. – Она нахмурилась, осторожно нанося мазь.

Сумо еще немного поборолся, но понял, что это бесполезно, помрачнел и, яростно скрежеща зубами, произнес:

– Даже если вы запрете меня в железной клетке, то не сможете удержать! Если не отпустите, рано или поздно я всех здесь убью и выйду сам!

В его голосе звучала такая ярость, что Жуи на мгновение обомлела.

– Что ты сказал? – Она подняла голову, пристально вглядываясь в лицо ребенка семи-восьми лет на вид, в ее взгляде было потрясение и печаль. – Что ты сказал, Сумо? Ты хочешь истребить своих сородичей? Убить этих детей?

– У меня нет сородичей! – сердито крикнул Сумо. – Я сам по себе!

– Вздор! Как это – нет сородичей? Считаешь себя особенным? Несчастней всех прочих? – Жуи в сердцах встряхнула его и сурово сказала, указывая на других детей: – Взгляни на них! Как и ты, они с рождения были рабами, как и ты, они выросли в клетках, их родители умерли, так же, как и твои! Им не на кого опереться в этом мире. Все эти дети такие же, как ты! Они пережили так много страданий, что иным хватит на всю жизнь!

Мало кому доводилось видеть, как сердится нежная красавица Жуи. Сумо был потрясен, на его маленьком личике не отразилось никаких эмоций, но взгляд неуловимо изменился.

– Послушай, ты не единственный, кто страдал в этом мире. Не думай, что только с тобой случились страшные несчастья, – Жуи, склонив голову, пристально вглядывалась в глаза Сумо. – На протяжении тысячелетий люди Кунсана господствовали над нами. Все русалки страдали! Мы все одинаковы!

Сумо молча слушал ее, но, опустив голову и увидев окровавленного бумажного журавлика в своей ладони, вдруг снова вздрогнул. Подняв взгляд, он громко сказал:

– Пусть… пусть даже они тоже прошли через страдания, пусть каждая русалка в этом мире мучилась, почему это должно меня касаться? Почему я должен оставаться здесь? Почему я должен стать такими, как они?

– Что? – Жуи не верила своим ушам. – Тебе все равно, что страдают другие?

– Именно! – Сумо отыскал взглядом Нинляна, глаза его холодно сверкнули. – Они мне отвратительны!

– Отвратительны? – Жуи тихо вздохнула, уголки ее губ приподнялись в печальной улыбке. – Ты не знаешь, что такое дружба, и неудивительно: ведь у тебя никогда не было товарищей по играм… Но почему ты так стремишься к этой кунсанской княжне? Она… использовала на тебе какое-то заклинание?

В лице ребенка что-то дрогнуло, он плотно сжал губы и отвернулся.

– Не твое дело, – резко бросил он. – Не смей… не смей говорить плохо о моей сестрице!

– Хорошо, не буду. – Зная его характер, Жуи решила не развивать щекотливую тему и снова тихо вздохнула: – Сумо, если бы ты захотел с ними поладить, то сразу бы понял, что все они очень хорошие. Они больше, чем кунсанская княжна, заслуживают того, чтобы стать твоими товарищами.

Сумо презрительно фыркнул и ничего не ответил.

– Давай я познакомлю тебя с ними, – предложила Жуи и кивнула на детей. – Это Яньси – он здесь главный. У него прекрасный характер, он умеет сплотить очень разных детей. Яньси способен здраво оценить ситуацию и в будущем обязательно станет лидером.

Дальше Жуи указала на того, с кем подрался Сумо.

– Нянлин попал сюда вместе с Яньси. У него талант к боевым искусствам, однако очень вспыльчивый нрав и склонность к конфликтам. Дети его побаиваются, но мне он нравится.

Жуи продолжала рассказывать о детях:

– Вон того высокого крепыша зовут Гуанхань. Такое телосложение – редкость для русалок. Гуанханю единственному здесь по силам тяжелое оружие. Застенчивую молчаливую девочку зовут Сяо. Она и ее младшая сестра Тин попали сюда вместе, думаю, в будущем этим красавицам предстоит сыграть большую роль. А того щупленького зовут Би, он необычайно гибок и ловок, хотя физически не очень силен и часто болеет…

Сумо слушал с равнодушным видом. Внезапно он задал вопрос:

– Вы заперли их здесь и тренируете. Для чего все это?

– Для чего? – Жуи удивленно повернулась к Сумо. – Этими детьми торговали на Западном и Восточном рынках, мы избавили их от рабства.

– А теперь, когда они больше не рабы… почему вы не отпустите их? – Сумо взглянул на детей, ловко управлявшихся с оружием, взгляд его был полон мрачного сомнения. – Вы ведь спасли их для чего-то, верно? У вас была цель! Вы хотели, чтобы они с детства тренировались и в будущем стали солдатами Армии Возрождения! Чтобы они были готовы умереть за вас!

– Нет! Они сами захотели остаться! – строго прервала Жуи, чуть повысив голос. – Внешний мир слишком темен, выйдя отсюда, русалка может только вновь стать рабом. Они предпочли свободу и оружие!

– Красиво сказано, – холодно усмехнулся Сумо

Жуи по-настоящему разозлилась и швырнула мазь на землю.

– Хорошо, выйди к ним и спроси, удерживают ли здесь кого-нибудь силой? Принуждают ли хоть на волосок? Если кто-то ответит «да», я самолично отрежу себе голову!

Сумо некоторое время молчал, видимо не придумав, что возразить.

– Зачем мне твоя голова? – в конце концов неловко пробормотал ребенок.

– По правде сказать, им и тут-то нелегко выжить, – вздохнула Жуи, глядя на детей. – Мы спасли более двадцати детей, а сейчас их осталось всего одиннадцать.

– Почему? – нахмурился Сумо. – Куда делись остальные?

– Умерли, – голос Жуи стал хриплым, в глазах появилась печаль. – Когда их привезли сюда, они едва дышали и были на пороге смерти. Сейчас, когда восстание Армии Возрождения в Лиственном городе подавлено и Дорога морских душ разрушена, у нас недостает лекарств и трудно найти лекаря. Три дня назад из-за обострения болезни легких умер Сяояо. Несчастный ребенок, даже после смерти он… – Жуи побледнела и умолкла: после смерти труп ребенка унесли старейшины, чтобы заменить им Сумо, а начальник охраны отрезал ему голову, чтобы отчитаться о выполнении приказа.

– Что случилось после его смерти? – Сумо проницательно почувствовал перемену в настроении Жуи и нахмурился.

– Он погиб за Морское царство, – тяжело вздохнула Жуи. – Хороший ребенок.

Однако, услышав эти слова, Сумо задрожал и резко выкрикнул:

– Ты думаешь, это почетно? Считаешь, это честь – умереть за вашу морскую страну?

Его взгляд заставил Жуи вздрогнуть, она застыла, сердце оборвалось. Да… этот ребенок, знакомый ей с детства, уже не такой, как прежде! Неудивительно, что старейшины так встревожены, им придется сделать невозможное, чтобы изменить его образ мыслей.

– Почему ты противишься, Сумо? Тебе не нравится Армия Возрождения? – Она смотрела на тренирующихся детей и всеми силами старалась сделать тон своего голоса мягче. – Но мы же все твои сородичи… Разве мы не должны быть тебе в тысячу раз ближе, чем люди Кунсана, столько лет угнетающие наш народ? Почему ты считаешь врагами нас?

– Сородичи? – усмехнулся Сумо, указывая на проволоку, увенчавшую стены внутреннего двора, и на железную решетку на воротах. – Сородичи, которые заперли меня за решеткой?

Ребенок посмотрел на Жуи взглядом, полным враждебности.

– Там, в Бездне туманных глубин, я уже говорил, что не хочу быть Морским царем! А вы все равно удерживаете меня здесь против воли!

– Но Царь драконов признал тебя. Ты наш правитель, – вздохнула Жуи, глядя на бледное лицо ребенка. – Нам стоило большого труда отыскать тебя. Неужели ты готов так легко нас покинуть? Ты же знаешь, что люди Кунсана тоже ищут тебя. Если попадешь им в руки, то…

– Вздор! – закричал Сумо, потеряв терпение. – Я не желаю быть Морским царем!

– Ты не должен так говорить, – с укором произнесла Жуи. – Ты знаешь, как долго мы ждали перерождения Морского царя? Прошло семь тысяч лет…

Она была взволнована и воодушевлена, но в глазах Сумо увидела лишь насмешку.

– Семь тысяч лет? А кто-нибудь хоть раз спросил меня, нравится ли мне все это?

Жуи нахмурилась.

– Почему ты не хочешь стать нашим царем?

– Почему я должен этого хотеть? Я ведь не глупец, как эти, и не намерен становиться солдатом! – Губы ребенка изогнулись в гримасе отвращения, голос стал резким и злым. – Вы, взрослые, не способны сами возродить страну, но навязываете нам свои мечты!

Жуи была потрясена, она молча открывала рот, лишившись дара речи.

Она так долго считала высшей целью своей жизни освобождение морского народа от рабства, обретение свободы и восстановление Морского царства. Она без колебаний отдала все ради этой цели и была уверена, что все русалки так же тверды в своих убеждениях. И вот сегодня впервые столкнулась с такой мятежной душой! Более того, этот ребенок – их Морской царь.

Жуи посмотрела на хмурого, непокорного Сумо и со вздохом произнесла:

– Но ты – наша единственная надежда на восстановление страны…

– Не возлагайте своих надежд на других! – разозлился Сумо. – Я уже сказал, что не желаю быть Морским царем! Отпустите меня!

Жуи, видя, что он полон решимости уйти, тоже проявила упрямство.

– Что? Хочешь найти эту кунсанскую княжну? Начальник охраны сказал, что княжна Чжу Янь сейчас в столице, она отправилась туда, чтобы выйти замуж… Ты стал обузой! Она и ее семья не хотят больше тебя видеть!

– Ты врешь! – сжал кулаки Сумо. – Сестрица ищет меня! Смотри!

Его решительный тон заставил Жуи замолчать. Изменившись в лице, она смотрела на окровавленную бумажную птичку, которую Сумо по-прежнему сжимал в ладони. Да, журавлик, несомненно, обладал духовной силой и, похоже, прилетел издалека. Благородная кунсанская княжна, даже уехав в столицу и собираясь замуж, и в самом деле не забыла о своем маленьком рабе. Она все еще искала Сумо и наконец нашла его здесь!

Какое упорство! Во благо ли оно или сулит беду?

Жуи вновь взглянула на бумажного журавлика, в голове промелькнули тысячи мыслей. Она тяжело вздохнула:

– Старейшины просили меня позаботиться о тебе, убедить тебя изменить свои намерения. Но я знаю тебя с детства, я знаю твой характер… Взаперти ты или сойдешь с ума, или умрешь. Ты никогда не покоришься, ведь так?

– Так! – кивнул Сумо, стиснув зубы.

– Ты – дитя Юй Цзи, разве я могу просто смотреть, как ты умираешь? – печально сказала Жуи, наконец принимая решение. – Раз ты должен увидеться с ней, прежде чем сдашься, пусть будет так…

Сумо вздрогнул и не сдержал крика:

– Правда?

– Правда, – кивнула Жуи. – Если хочешь уйти, иди.

Ребенок некоторое время молчал в замешательстве, а затем осторожно взглянул на нее и тихо спросил:

– Как мне выйти отсюда?

– Вон там. – Жуи указала на колодец в глубине двора. – Под этим колодцем есть подземный поток, который ведет к Зеркальному озеру. Изначально он задумывался как тайный выход для спасения. Если тебе хватит сил и бесстрашия, через Зеркальное озеро можешь доплыть до императорского дворца. Там ты найдешь свою сестрицу.

Ребенок молчал, его руки непроизвольно сжимались и разжимались, словно он что-то обдумывал.

– Ты… ты ведь не обманываешь меня, правда? – Сумо поднял взгляд и пристально посмотрел на Жуи, в его глазах читалось сомнение. – Тетя Жуи, ты ведь говоришь правду?

Жуи немного помолчала, прежде чем кивнуть.

– Конечно, это правда.

– Хорошо! – Сумо мгновенно принял решение. – Я ухожу сейчас же.

– Нет, прямо сейчас ты не можешь уйти. Все старейшины здесь, – прошептала Жуи. – Сначала я схожу к ним и узнаю между делом, когда они планируют вернуться в главный штаб Зеркального озера. Как только они уйдут, я уведу Яньси и всех остальных, тогда ты тоже сможешь уйти.

Сумо пристально посмотрел на нее и наконец кивнул:

– Спасибо… тетя Жуи.

В его голосе впервые слышалось мягкое дружелюбие, совсем как в его далеком детстве.

– За что ты благодаришь меня? Ты – дитя Юй Цзи. – Жуи подняла руку и нежно погладила ребенка по мягким аквамариновым волосам. Вздохнув, она сказала: – Сердцу нельзя приказать… Даже если ты наш царь, если не желаешь сражаться за Морское царство, то какой в этом смысл? Поэтому я решила отпустить тебя.

Однако, когда Жуи произносила эти слова, в ее взгляде промелькнуло нечто странное.

Глава 3
Смотр невест

На небе светила полная луна, освещая город Целань, столицу Облачной пустоши, и создавая на земле контраст света и тьмы.

Еще не успело стемнеть, а во дворце князя Бай уже все было украшено букетами цветов и яркой парчой. Богато отделанные дворцовые фонарики украшали сад. Несмотря на то что свечи в них еще не зажгли, фонарики переливались, инкрустированные горным хрусталем. Стоило лучику света попасть на фонарь, он сиял и искрился, и это было неописуемо красиво.

Только эта сотня светильников стоила больше десяти тысяч золотых чжу, не говоря уже обо всем остальном.

– Когда прибудет Его Высочество наследный принц? – Увидев, что все готово, Бай Фэнлинь повернул голову к Фу Цюаню, своему доверенному слуге.

Фу Цюань почтительно поклонился и ответил:

– Только что мы получили письмо, в котором говорится, что он покинул дворец в час Дракона[1]. Цзыцзюнь – быстроногий конь, за час он легко домчит до дворца.

– Тогда пусть княжны начинают готовиться. – Бай Фэнлинь похлопал по ладони сложенным веером и тихо добавил: – Особенно Сяо Цзю, она всегда медлительна и несобранна. Даже не причешется, когда приходят гости.

– Слушаюсь.

Фу Цюань понимал, что Бай Фэнлинь пристрастен. Они с Сюэянь были рождены от одной матери. Сегодня брат собирался порекомендовать свою сестру в качестве невесты наследному принцу. Улыбнувшись, Фу Цюань сказал:

– Ваш покорный слуга уже отправил людей, чтобы поторопить княжну, она сегодня начала готовиться с самого раннего утра. Боюсь, к этому моменту она успела дважды переодеться.

– В самом деле? – Бай Фэнлинь не смог сдержать улыбки, вспомнив, как его сестра выглядит в обычные дни. – Сяо Цзю тоже умеет нервничать? Разве в остальное время она не задирает нос, ни на кого не обращая внимания?

– Но ведь сегодня сюда прибудет наследный принц, – Фу Цюань улыбнулся в ответ. – Любой бы занервничал.

Бай Фэнлинь немного подумал и шепотом велел:

– Скажи Сяо Цзю, что, когда придет наследный принц, она может вести себя бойко и смело… Ему, полагаю, нравятся энергичные молодые девушки, а не скромные и покорные барышни из высшего общества.

– Правда? – Фу Цюань удивился, не ожидая услышать от наместника таких слов.

– Но ни в коем случае нельзя упоминать при нем императрицу Бай Янь, даже в положительном ключе. – Бай Фэнлинь задумался, стараясь вспомнить другие подробности, а затем приказал: – Также нежелательно упоминать о его жизни на горе Цзюи. Все эти темы – табу. Один раз упомянешь – навлечешь беду.

– Понял, – поклонился Фу Цюань, запоминая наказ. – Ваш покорный слуга немедленно передаст все княжне Сюэянь.

– Кстати, помнится, Сюэянь раньше практиковала духовную технику со жрецами клана Бай. Если сегодня выпадет такая возможность, пусть покажет свои умения, но ни в коем случае нельзя ошибаться, – добавил Бай Фэнлинь после некоторого размышления. – Это все, что я смог вспомнить, остается только полагаться на удачу Сяо Цзю.

Сюэянь была младшей из дочерей князя Бай. Хотя она была рождена не от главной жены, ее внешность мало отличалась от внешности двух старших незамужних сестер. Но она выигрывала у них бойкостью и очаровательной наивностью. Это как раз соответствовало вкусу Ши Ина. Новый наследный принц с малых лет жил в затворничестве, и единственной женщиной, которая находилась рядом с ним долгое время, была Чжу Янь. А маленькая княжна князя Чи относилась именно к такому типу женщин.

Верна ли поговорка: если любишь дом, любишь и ворон на его крыше? Бай Фэнлинь молча размышлял, и выражение его взгляда менялось. На сердце стало как-то неуютно. Да, Ши Ин – его двоюродный брат, но по какой-то причине стоило Бай Фэнлиню подумать о нем, в душу заползала тень.

Когда наследный принц прибыл во дворец князя Бай, на смену дню уже спешил вечер. Закатное солнце золотило зеркальную гладь пруда, лучи отражались от воды и хрустальных фонарей, рассыпаясь по саду, словно звезды. Цзыцзюнь остановился, наследный принц, облаченный в легкие струящиеся одежды, вышел из повозки и прошел вперед. Освещенный низким солнцем, он выглядел словно небожитель.

Взгляды всех, кто находился в этот момент в резиденции князя Бай, были прикованы к Ши Ину.

– Ох, братец, он… кто бы мог подумать, что он так красив! – восхищенно воскликнула Сюэянь за спиной Бай Фэнлиня, дергая его за одежду. – Он такой красавец!

– Будь серьезнее, – цыкнул брат, сдерживая улыбку, однако на сердце у него было неуютно.

Верно, этот человек прямо-таки любимец Небес. Он родился в самой знатной семье Облачной пустоши, в детстве был изгнан из императорского дворца и вдоволь познал равнодушие этого мира и вот теперь вернулся, внезапно став наследным принцем. Чего не скажешь о самом Бай Фэнлине: всю жизнь ему приходилось быть очень осторожным, постоянно оглядываться на других и прикладывать огромные усилия, чтобы не потерять благосклонность князя Бай.

Иной раз стоит воздержаться от сравнений, чтобы не бередить душу.

– Ваше Высочество наследный принц, приветствую вас. – Князь Бай возглавлял приветственную процессию своей семьи. Все, кто был рядом, опустились на колени.

Ши Ин равнодушно велел князю Бай и его домочадцам подняться, перекинулся с ним парой вежливых слов и зашел внутрь.

Сумерки еще не опустились, час любоваться праздничными фонариками пока не наступил. Князь Бай пригласил Ши Ина прогуляться по резиденции и осмотреть прекрасно спроектированный сад. Бай Фэнлинь и княжны Бай шли чуть поодаль. Хозяин любезно знакомил высокого гостя со своими владениями, а разодетые княжны намеренно или нет то и дело попадались на глаза, посмеиваясь и искоса поглядывая на принца. Прекрасные одежды и прически привлекали взоры других, но не Ши Ина.

Наследный принц выглядел бесстрастным, он мало говорил, был подчеркнуто вежлив, но его взгляд ни разу не остановился ни на одной женской фигуре. Князь Бай внимательно наблюдал за выражением лица гостя и вслушивался в его слова, но совершенно не мог разгадать намерений Ши Ина. Он не мог не задаться вопросом: неужели ни одна из его дочерей не пришлась по душе? И как же теперь стоит поступить?

– Ах!

На Мосту девяти поворотов[2] одна из служанок поскользнулась и полетела в пруд под испуганные крики женщин. И она непременно ушла бы на дно, если бы за мгновение до того, как ноги служанки коснулись воды, пруд не затянулся толстой коркой льда! Девушка благополучно приземлилась на твердую поверхность.

Все обернулись и увидели, что княжна Сюэянь, сплетя пальцы обеих рук в магическую печать, зачаровывает водную поверхность.

Раздался вздох облегчения, несколько рук протянулось к служанке, помогая ей подняться на мост. Княжна Сюэянь шепотом отчитывала неуклюжую девушку:

– Сегодня у нас высокий гость, иди осторожнее, Сяоя!

– Спасибо… спасибо, княжна! – Служанка, без кровинки в лице, то и дело кланялась.

Суматоха быстро улеглась, хозяин и гости продолжили свою прогулку по саду, но Ши Ин несколько раз бросил взгляд на княжну. Это была очень юная девушка, лет шестнадцати-семнадцати, довольно энергичная и с выразительным лицом. Ее густые черные волосы были собраны в прическу шуанхуань[3] и сколоты единственной нефритовой заколкой, в отличие от сестер, чьи волосы почти сплошь покрывали драгоценности. Она выглядела чистой и простой, без напускного лоска.

– Это моя младшая дочь, Сюэянь. В этом году ей исполнилось шестнадцать, – взглянув на Ши Ина, поспешил представить дочь князь Бай. – Прежде она немного обучалась духовной технике у жрецов клана, а сегодня осмелилась продемонстрировать свое умение перед лицом наследного принца. Переоценила свои силы!

– Получилось неплохо, – равнодушно ответил Ши Ин. – Она достойная дочь князя Бай.

– Благодарю вас за похвалу.

Наконец услышав комплимент в адрес своей дочери, князь Бай вздохнул с облегчением. Хоть кто-то привлек внимание наследного принца. Пусть эта девчонка Сюэянь и рождена от наложницы, она так же сообразительна, как и ее родной брат Бай Фэнлинь, и в будущем от нее будет польза.

Вот только Бай Фэнлинь уже назначен наследником князя, если и Сюэянь станет женой принца, другие жены скажут, что князь Бай благоволит своей наложнице, верно? В резиденции разгорится пожар.

Князь Бай, шагая бок о бок с Ши Ином, уже начал обдумывать, как поступить.

Процессия достигла края крытой галереи, и пора было возвращаться в гостиную, чтобы отужинать. Но Ши Ин внезапно остановился под банановым деревом и, повернув голову к ближайшему павильону, чуть приподнял бровь, выражая удивление.

Что такое? Князь Бай также замер в изумлении, одновременно с Ши Ином услышав плач из глубины сада. Сердце князя невольно сжалось: в той стороне был павильон Вэньин, где жила Сюэин.

В чем дело? Сегодня днем он сказал этой девчонке, что планирует выдать ее замуж за младшего шурина князя Цзы, который недавно овдовел. Сюэин приняла новость в штыки, разрыдалась и все никак не успокоится. Князь отчаянно боялся, что дочь устроит скандал и помешает визиту наследного принца, поэтому приказал запереть ее в комнате и для надежности приставить нянек. Он не был готов к подобному повороту.

Ну почему Сюэин такая непослушная? Сколько же от нее проблем…

Прежде чем князь Бай успел придумать, как замять инцидент, послышался скрип и дверь павильона Вэньин распахнулась. Две служанки выбежали наружу, громко крича:

– Беда! Беда! Княжна схватила нож и хочет покончить с жизнью!

Что? Князь Бай совершенно растерялся. Подумать только, в такой ответственный момент! Легкий ветерок колыхнул листву, и наследный принц исчез.

– Ваше высочество… Ваше высочество! – воскликнул князь Бай, подхватил полы одежд и поспешил к павильону.

Вся процессия немедленно устремилась следом. Опасаясь, что скандал выйдет за пределы дома, князь Бай остановился. Обернувшись, он грозно закричал:

– Ждите снаружи! Никому не разрешается входить сюда!

Охваченный тревогой, князь Бай быстро вошел в павильон Сюэин.

Какая досада! Все было устроено лучшим образом, все шло как по маслу. Наследному принцу приглянулась одна из княжон, кто бы мог подумать, что в итоге все так обернется! Эта девчонка, Сюэин, всегда была покорной и безвольной, и хватило же смелости взяться за нож!

Дурная слава для всей семьи! Нельзя, чтобы узнали посторонние. Ужасно, что наследный принц стал свидетелем скандала. Что же теперь делать?

Когда князь и наследный принц ушли, три княжны недовольно переглянулись. Сюэин всегда пользовалась благосклонностью отца, но после того, как прежний наследный принц, Ши Юй, пропал, она потеряла его расположение. Сестры решили, что она вышла из игры и соперничать придется лишь друг с другом, и они никак не ожидали, что произойдет нечто подобное!

– Сестра Сюэин сделала это нарочно, ведь так? – раздраженно прошипела Сюэянь, нахмурившись. – Она прекрасно знала, что сегодня приедет наследный принц, поэтому так громко рыдала, привлекая внимание! Ясно же, она разозлилась на отца за то, что он лишил ее возможности показать себя перед принцем!

– Верно, – холодно усмехнулась другая княжна. – Не одной же тебе прибегать к хитрым приемам.

Сюэянь сконфузилась, ее лицо скривилось. Это была ее идея с падением служанки: той следовало притвориться, что оступилась, и свалиться с моста. Княжна не могла не воспользоваться шансом продемонстрировать свои умения. Сюэянь считала, что план абсолютно безупречен, думала, что никто не разгадает ее замысла, однако сестры все поняли, хоть и не сказали об этом вслух.

– Не зазнавайся раньше времени, – холодно фыркнула одна из них. – Нас ждет еще праздничный ужин с песнями и танцами, неизвестно, кого в конечном счете выберет наследный принц.

Павильон Вэньин находится в глубине сада и был разделен на три двора. Князь Бай в несколько шагов преодолел расстояние до самой дальней части, где он сегодня запер Сюэин. Дочь лежала на кровати, едва дыша. Под грудью расползалось кровавое пятно, а нож валялся на полу, сломанный надвое.

Ши Ин стоял рядом, прижимая руку к ране, сквозь его пальцы лился бледный пурпурный свет. Ужасная рана с невероятной быстротой затягивалась.

– Как?.. – Князь Бай был так ошеломлен, что некоторое время не мог ничего вымолвить.

– Сожалею, я опоздал на мгновение и не успел остановить вашу дочь, – сказал Ши Ин, сосредоточенный на ране Сюэин. – К счастью, нож не задел жизненно важных органов. Рана не смертельна.

– Ох… – князь Бай застыл на месте. – Спасибо вам, наследный принц! Я немедленно вызову лекаря!

– Незачем. Такую рану я способен залечить сам, не стоит тревожить посторонних людей и провоцировать пересуды. – Ши Ин проверил пульс Сюэин и вдруг нахмурился. Во взгляде читалось удивление. – Странно…

Что такое? Сердце князя Бай подпрыгнуло в груди. Ши Ин резко обернулся, в глазах мелькнуло непонятный огонек.

– Странно, князь Бай, что из четырех дочерей ты позволил мне увидеть лишь трех. Почему ты скрыл эту?

Что? Князь Бай изменился в лице.

Ши Юй и Сюэин с детства были близки, все в столице империи знали об этом и прочили княжну в невесты наследника престола. Наверняка и для Ши Ина это не было тайной. Теперь, когда Ши Юя больше нет, новый наследный принц прибыл на смотр невест; естественно, что Сюэин было запрещено выходить.

Судя по тону, похоже, что наследный принц обвиняет его?

У князя Бай похолодела спина, и он поспешил ответить:

– Ваше… Ваше Высочество, моя дочь Сюэин уже просватана за младшего шурина князя Цзы, поэтому… поэтому я и велел ей не выходить к вам.

– Правда? – Ши Ин чуть заметно сдвинул брови. – Уже есть брачное свидетельство?

– Свидетельство о браке еще не выдано, – быстро проговорил князь Бай. – Только письменное обещание о свадьбе.

– Хм, значит, решение не окончательное? – холодно проронил Ши Ин, взглянув на князя Бай. – Или вы считаете, что пятидесятилетний младший шурин князя Цзы больше подходит вам на роль зятя, чем наследный принц?

– Нет… я не смею! – опешил князь Бай, яростно качая головой. – Кто может сравниться с наследным принцем!

– Вот и хорошо. – Тон Ши Ина по-прежнему был бесстрастным, будто он говорил о делах, которые никак его не касались. – В таком случае не стоит торопиться с решением.

– Э… – Князь Бай был так ошеломлен, что не мог ничего ответить.

Ши Ин же нахмурился, глядя на княжну Сюэин, лежащую без сознания, и сказал:

– Я позабочусь о княжне. Пожалуйста, займитесь своими делами. Когда княжна Сюэин поправится, она сможет поужинать вместе с нами.

На некоторое время князь Бай застыл в нерешительности, а затем медленно кивнул.

Как так вышло? Наследный принц… ему приглянулась Сюэин? Неужели это из-за ненависти к Ши Юю? Но зачем соперничать с мертвым? И все же то, что он выбрал Сюэин, гораздо лучше, чем если бы ни одна из княжон не пришлась ему по душе. Новый наследный принц и правда непредсказуем… Ему что, нравится подбирать за братом?

Князь Бай отступил, на его бледном лице застыло сомнение.

Князь Бай ушел, и Ши Ин перевел взгляд на Сюэин. Рана уже совершенно затянулась, кровотечение остановилось, хотя девушка была еще бледна. Ши Ин протянул руку и кончиками пальцев коснулся ее лба. Княжна тут же очнулась и распахнула глаза. Увидев перед собой чужака, она опешила.

– Я… жива или уже умерла? – чуть слышно произнесла Сюэин. – Вы… кто вы?

– Человек, которого ты больше всего ненавидишь, – спокойно ответил Ши Ин.

Взор Сюэин постепенно прояснялся, внезапно она задрожала всем телом.

– О Небо! Это ты? – Она резко села – откуда только силы взялись! – и пристально взглянула в лицо человека перед собой. В глазах ее горел огонь гнева. – Ты… ты Ши Ин? Ты сын императрицы Бай?

– Да, – ответил он спокойно, не желая быть невежливым.

Голос Сюэин задрожал, когда она взглянула на его одежду:

– Ты… ты теперь наследный принц?

– Да, – повторил он.

– Ты добился успеха… Убийца! – Сюэин больше не могла сдерживать крик, ее кулаки сжались, голос сорвался. – Верни мне Ши Юя! Теперь ты наследный принц… что еще тебе нужно от Ши Юя? Умоляю, верни его!

Ши Ин молчал, склонив голову, и пристально смотрел на княжну. У этой знатной девушки была прекрасная внешность и душа, подобная орхидее в горной долине. Она была нежной, кроткой и болезненно хрупкой. Но в этот момент ее глаза сияли гневом и метали молнии!

– Ши Юй не вернется, – бесстрастно произнес Ши Ин. – Ты умрешь, если не перестанешь его ждать.

– Что? – Сюэин вдруг перестала дрожать, ее зрачки расширились. Она смотрела на него, потеряв дар речи, казалось, даже перестав дышать. – Ты… о чем ты говоришь?

– Не стоит его ждать. – Ни единой эмоции не отразилось на лице Ши Ина. – Мой брат мертв, так что тебе придется рассчитывать лишь на саму себя.

– Мерзавец! – Сюэин резко вскочила, схватила окровавленный нож и с криком бросилась на Ши Ина!

Но тот просто стоял и смотрел на нее, даже не дернувшись.

Послышался свист, и нож пронзил плоть, проникая в сердце! Пылая от ярости, Сюэин выдернула клинок, намереваясь ударить второй раз, и замерла. Нож ведь пронзил сердце, так почему на лезвии нет ни капли крови? Да и раны на теле не осталось.

Что происходит?

Она потрясенно подняла взгляд на человека перед собой, но вдруг заметила движение позади. Оглянувшись, она увидела второго Ши Ина.

– Утолила свою ненависть? – Он равнодушно смотрел на нее.

Сюэин снова закричала и ринулась вперед, выставив перед собой нож.

– Очень смело. – Ши Ин перехватил запястье княжны, лишив возможности двигаться. – Осмелишься убить наследного принца в резиденции клана Бай? Не боишься погубить всю свою семью?

– Негодяй! Я убью тебя! – Сюэин совершенно потеряла рассудок и попыталась снова замахнуться ножом. Однако тело ее внезапно онемело, так что она не могла пошевелить и пальцем.

Ши Ин пристально смотрел на княжну, в его взгляде не было ни капли гнева.

– Ты подруга А-Янь? Кажется, она упоминала твое имя. – В его глазах появилось странное выражение, он замолчал на мгновение, а затем тихо продолжил: – Все равно придется выбирать, лучше уж выбрать тебя.

Сюэин вздрогнула.

– Мечтай! Я лучше умру, чем стану твоей!

– Правда? Ты действительно хочешь вот так умереть? – Ши Ин поднял на девушку проницательный взгляд. – Не пожалеешь?

Он склонил голову и прошептал что-то ей на ухо.

– Что? – Сюэин затряслась всем телом, будто в нее ударила молния, кровь отлила от лица, голос задрожал. – Ты… откуда ты узнал? Кто тебе сказал?

– В этом мире не так много вещей, которые можно от меня скрыть, – в голосе Ши Ина не было ни капли бахвальства, он просто констатировал факт. – Твой отец еще не знает, так? Поэтому и решил выдать тебя за того старого вдовца, верно?

Сюэин лишилась дара речи: этот человек словно сделан изо льда! Она впервые встретилась с ним, но, кажется, он знает о ней все. Да он просто демон во плоти!

– Кхм, сердцем ты понимаешь, что этот брак абсолютно невозможен, и боишься, что все закончится очень плохо, так? – Ши Ин вглядывался в ее смертельно-бледное лицо, продолжая говорить все так же размеренно. – Ты загнана в угол, поэтому тебе не остается ничего, кроме как искать смерти. Это трусость.

Сюэин молчала, стиснув зубы, но из глаз ее катились крупные слезы.

– Если ты действительно так хочешь умереть, меня это не должно касаться, – равнодушно произнес Ши Ин. – Но Ши Юй мертв, разве ты не должна постараться выжить ради него?

Сюэин содрогнулась и твердо взглянула в глаза Ши Ину.

– Ты… что ты хочешь этим сказать?

– Я выразился вполне ясно: если не хочешь умирать, стань невестой наследного принца, – невозмутимо проговорил Ши Ин. – Предложение будет действовать лишь до тех пор, пока я не уеду из этого дома. Подумай хорошенько. Если решишь жить, найди меня.

– Нет! Я умру, но не выйду замуж за убийцу Ши Юя! – горестно воскликнула Сюэин.

Что-то переменилось в лице Ши Ина. Он едва заметно вздохнул и прошептал:

– Что, если я скажу тебе, что не убивал Ши Юя?

Сюэин вздрогнула и посмотрела ему прямо в глаза, холодные и прозрачные, словно осенняя вода.

Сюэин, потрясенная словами Ши Ина, неожиданно успокоилась. Почему-то она поверила ему, однако через мгновение словно очнулась и испугалась. Она околдована или вовсе потеряла рассудок?

– Я не верю! Конечно, это был ты! Кто еще, кроме тебя, мог это сделать?

Ши Ин не стал оправдываться.

– Можешь не верить. Я просто указал тебе на возможность выжить.

– Почему? Почему ты хочешь, чтобы я жила? – Ее голос срывался. Этому человеку нельзя верить! – Ты все знаешь, так почему просто не убьешь меня? Ведь это бы все решило. Ты… какие у тебя намерения?

– Намерения? – Казалось, Ши Ин на миг задумался, его взгляд выдавал сложные чувства, бушующие внутри. – Возможно… я чувствую вину перед Ши Юем… Но мои намерения не важны. Важно лишь твое желание жить.

Сюэин была поражена. Она дрожала всем телом, не зная, что ответить.

– Подумай же хорошенько… Я буду ждать тебя.

Ши Ин шевельнул пальцами, снимая с тела княжны путы, и тихо произнес:

– Если действительно не можешь мне поверить, тогда закончи то, что начала.

Он бросил нож на стол, развернулся и вышел не обернувшись.

Сюэин глубоко вздохнула, порывисто сжала рукоять окровавленного ножа и, повернув голову, посмотрела на себя в зеркало. На лице ее отразились страдания, слова Ши Ин звучали в голове, тело дрожало, словно лист на ветру.

Есть ли у нее выбор?

Нет, только смерть.

Но… неужели она и правда хочет вот так умереть? Смерть… конец… Сюэин разжала хватку и без сил опустилась перед зеркалом. Подняв руку, она осторожно положила ее на живот, лицо ее было белое, словно снег.

Песни и танцы только что завершились, и наследного принца обступили красавицы резиденции Бай. Княжны одна за другой подошли ближе, сохраняя аристократическое достоинство. Они двигались плавно и грациозно, но в их речах и улыбке смутно угадывались хищный блеск металла и лязг скрещенных мечей.

Сюэянь использовала свои навыки, создав в чарке с вином прекрасный ледяной цветок, и преподнесла ее наследному принцу. Однако, приняв вино, он посмотрел куда-то поверх ее головы, на темную фигуру, застывшую на ступенях лестницы. Его губы тронула странная, едва уловимая улыбка, и он прошептал:

– Почему пришла так поздно?

Все подняли головы и не смогли сдержать изумления. Княжна Сюэин, которая днем искала смерти, пришла на празднество в великолепном наряде! Князь Бай окончательно потерял дар речи.

Сюэин сама не знала, как у нее хватило смелости прийти сюда. Она окинула взглядом зал и, обнаружив, что все места заняты, в растерянности стояла в стороне от толпы, беспомощно оглядываясь. Ее бледное лицо напоминало цветок, который вот-вот увянет в темноте ночи.

И только для Ши Ина ее появление не стало неожиданностью. Он едва заметно кивнул, выходя из окружения красавиц, и лично поприветствовал княжну:

– Вино скоро остынет. Проходи.

Сюэин пристально посмотрела ему в лицо, во взгляде смешались ненависть и отчаяние. Казалось, она вот-вот снова вытащит нож, чтобы пронзить сердце этого человека. Однако в конце концов она взяла кубок и осушила его за Ши Ина.

– Достаточно. Слишком много алкоголя вредно для вашего здоровья. – Ши Ин забрал кубок из ее рук и протянул что-то княжне: – Пожалуйста, примите это.

На ладонь Сюэин легла прекрасная нефритовая подвеска, которую император Кунсана дарует каждому своему сыну. На ее блестящей поверхности был выгравирован герб императорского дома. Это был важный символ, знак императорской крови. Наследный принц вручил нефритовую подвеску Сюэин на глазах у всех, тем самым показывая, что он выбрал себе невесту.

В этот миг другие княжны замерли, на их лицах отразилось удивление.

Сюэин еще не успела прийти в себя, но князь Бай вздохнул с облегчением. Он встал и первым вышел вперед, опустившись на колени.

– Наследный принц, благодарю за милость!

Когда наследный принц вручил Сюэин нефритовую подвеску, все в резиденции клана Бай были потрясены.

В тот же день и вся императорская столица пришла в волнение.

Никто не сомневался, что невеста наследника престола непременно будет избрана из клана Бай, – к этому обязывали тысячелетние традиции. Однако выбор наследного принца поистине произвел сенсацию. Все знали, что Сюэин была возлюбленной прежнего наследного принца, Ши Юя, и, будь он жив, стала бы официальной невестой наследника престола. И несмотря на это, новый наследный принц решил сделать ее императрицей?

Что таится в его сердце?

– Кха-кха… Ин… что он делает?.. Это ведь противоречит здравому смыслу, – Новость только что дошла до Пурпурного зала, и лежащий при смерти император горько улыбнулся, глядя в лицо человека напротив. – Ты ведь тоже не ожидал такого?

Ведающий Судьбами медленно покачал головой.

– Он ведь делает это наперекор, так? – пробормотал император Бэй Мянь, и во взгляде его отразилась целая вереница эмоций. – Так же, как и я в те годы. Тогда я знал, что не могу ничего изменить, а раз все происходящее не имело значения, я подумал… какая разница, кого выбрать? В результате пострадали и А-Янь… и Цю Шуй… кха-кха.

– А-Цзюнь, тебе не нужно беспокоиться об этом, – прервал брата Ведающий Судьбами. – Те, о ком ты вспоминаешь, уже давно в могиле, тебе стоит поберечь силы и не тратить их на переживания.

Император Бэй Мянь задышал тяжело и часто.

– К счастью, твоя жизнь будет долгой. Ши Ину понадобится твоя поддержка… кха-кха… это меня успокаивает…

Ведающий Судьбами горько усмехнулся и покачал головой:

– Жаль, но моя жизнь тоже скоро оборвется.

– Что? – выдохнул император, приподнимаясь на локтях.

– Не смотри на меня так. Все же я Ведающий Судьбами и могу предсказать, сколько мне отведено лет. – Ведающий Судьбами посмотрел на ночное небо за окном и горько улыбнулся: – Видишь, моя звезда уже начала тускнеть… По моим расчетам, я умру в ближайшие пару лет.

– Как… как такое может случиться? – Император Бэй Мянь побледнел. – Ты… у тебя ведь отличное здоровье. С чего бы тебе умирать так скоро?

– Разумеется, я умру не естественной смертью, – голос Ведающего Судьбами был спокоен. – Грядет великое бедствие, прольется много крови, тогда-то меня и убьют.

– Невозможно! – выпалил император. – Кто в Облачной пустоши способен поднять на тебя руку?

– О, мне тоже очень любопытно… – спокойно ответил Ведающий Судьбами, все так же глядя в небо. – В Облачной пустоши едва ли найдется более могущественный соперник. Разве только сам Ин?

– Ши Ин? – От неожиданности император Бэй Мянь изменился в лице. – Он всегда относился к тебе как к своему учителю, он не посмеет поднять на тебя руку. Это… кха-кха… это невозможно!

– Нет ничего невозможного. Ради Облачной пустоши я совершил немало сомнительных поступков, – покачал головой Ведающий Судьбами, и его рот скривился в многозначительной ухмылке. – Узнай он об этом, непременно захочет меня убить.

Император помолчал, будто внезапно понял что-то, затем медленно поднял глаза на брата и отчетливо произнес:

– Тогда пусть он никогда ничего не узнает.

Лицо Ведающего Судьбами, освещенное огнем лампы, было мрачным и суровым.

– Рано говорить об этом, – покачал он головой, и, чтобы разрядить обстановку, сменил тему: – Теперь, когда Ин выбрал себе невесту, нам нужно поторопиться. Мне известно, что князь Цин уже начал собирать на своих землях войска.

– Правда? – Императора Бэй Мяня неприятная новость не удивила. – Князь Цин и впрямь оказался коварен, он действует быстро и не боится выступать открыто…

– Не волнуйся, шпионы сообщают, что до сих пор ни один из удельных князей его не поддержал, – негромко произнес Ведающий Судьбами. – Императорская гвардия, которая ранее подчинялась генералу Цин Гану, перешла под контроль Сюань Цаня. Князья Бай и Чи также собирают свои войска для переброски их в столицу. Обстановка в стране все еще довольно устойчива.

– Кха-кха… – слабо закашлялся император, охваченный тревогой. – Но… что же князь Цин? Можем ли мы позволить, чтобы он на своих землях свободно готовился к битве? Он… он ведь вступил в сговор с Ледяным кланом из Западного моря? Подход к Облачной пустоши с севера будет захвачен царством Цанлю.

– Не будет, не беспокойся, – вздохнул Ведающий Судьбами, поднимаясь и поправляя одежду. – Я сам наведаюсь к князю Цин и все решу. Мы не можем позволить ему делать все, что вздумается.

– Что? – опешил император Бэй Мянь. – Ты… что ты собираешься сделать?

– Хочу обезглавить мятежников, – спокойно ответил Ведающий Судьбами. – Официально они еще не подняли восстания, я отправлюсь во дворец клана Цин и убью князя. Дракон, оставшись без головы, будет не способен на мятеж.

Он сказал это так равнодушно, словно намеревался не в одиночку выступить против многотысячной армии, а просто выпить чашку чая.

– Ты… ты пойдешь один? – Заходясь сильнейшим кашлем, император Бэй Мянь вытянул руку и схватил брата за запястье: – Это слишком опасно! Кха-кха… Даже не думай!

– Увы, А-Цзюнь, сейчас не тот момент, когда старший брат должен быть добр, а младший почтителен, – вздохнул Ведающий Судьбами и, обернувшись, пристально взглянул на императора: – Кунсан на краю гибели, ты в любой момент можешь умереть, и если я не воспользуюсь шансом и не возьму инициативу в свои руки, боюсь, это сделает кто-то другой!

– Но… это так опасно… А ты один… – Император Бэй Мянь разнервничался, а потому снова страшно закашлял, так, что было сложно разобрать слова. – Нет… нет… нельзя!

Ведающий Судьбами не ожидал такой острой реакции и невольно замер, но затем похлопал старшего брата по плечу и сказал, успокаивая:

– Как-никак, в Облачной пустоши я сильнейший из совершенствующихся, не осмелюсь утверждать, что справлюсь с десятью тысячами врагов, но с сотней точно. Жрецы клана Цин посредственны, их нечего бояться. В одиночку я легко проникну прямо в логово врага, и если не убью князя Цин, то хотя бы смогу беспрепятственно отступить… Не стоит слишком волноваться.

Умирающий медленно разжал пальцы, но в его глазах по-прежнему читалась тревога.

– А может, мне снова попросить о помощи мастеров меча?

– Мастеров меча? Забудь об этом. – Ведающий Судьбами похлопал императора по тыльной стороне ладони. – Их школы тысячелетиями держались в стороне от политики, независимо от того, кто был у власти в Облачной пустоши. Я немало удивился, что в прошлый раз ты сумел убедить их и они помогли подавить внутренние беспорядки. Уверен, что сможешь попросить о помощи еще раз?

Император Бэй Мянь замолчал на некоторое время, а затем зашептал, тяжело дыша:

– Я знал… знал, что должен был сохранить эту услугу, тогда бы Мастера меча отправились сейчас с тобой во дворец клана Цин… кха-кха… Зачем я использовал услугу на убийство наложницы Цин?

Умирающий все говорил и говорил, пока не зашелся надсадным кашлем.

Ведающий Судьбами невольно вздохнул. Искренность брата тронула его.

– А-Цзюнь, разве ты забыл, что совсем недавно я хотел убить тебя? Я твой младший брат, но большую часть жизни я ненавидел тебя, наши братские узы слабы. С чего ты вдруг так заботишься обо мне?

Император Бэй Мянь продолжал кашлять, и прошло много времени, прежде чем он смог произнести:

– В своей жизни… я совершил много ошибок.

Ведающий Судьбами некоторое время молчал, а затем похлопал умирающего по плечу:

– Отдохни хорошенько, пока я не вернусь. Если все пройдет хорошо, возможно, я успею к свадебной церемонии.

Старик оставил брата и вышел, взметнув напоследок черными одеяниями.

С наступлением темноты на вершине Белой Пагоды поднялся ветер, он пробирал до костей, почти сбивая с ног. Однако некто уже довольно долго молча стоял перед армиллярной сферой, не двигаясь с места, и лишь белые одежды развевались на ветру. В глазах отражались звезды, а пальцы быстро порхали, словно что-то подсчитывая. И вдруг они замерли.

– Что, все еще размышляешь о местоположении Предвестника Зла? – спокойно произнес Ведающий Судьбами, бесшумно появившись позади Ши Ина. – Ты не найдешь. Я много раз пытался, но он скрыт какой-то могущественной силой, выходящей за рамки нашего понимания.

– Нет,– прошептал Ши Ин, покачав головой.– Я слежу за орбитой Чжаомин[4].

– Чжаомин? – удивился Ведающий Судьбами.

– Однажды ты сказал мне, что на судьбу Кунсана влияет множество сил. – Заложив руки за спину, Ши Ин нахмурившись взглянул на ночное небо. – Если Предвестник Зла символизирует Морское царство, то что символизирует Чжаомин? Клан, бежавший за море? Эти силы переплетены и запутаны, они скрывают от меня судьбу Облачной пустоши.

Ведающий Судьбами неодобрительно покачал головой:

– Ты ведь знаешь, что даже на судьбу человека, этой ничтожной песчинки, влияют бесчисленные силы, называемые «непостоянством», что уж говорить о судьбе целой страны?

Ши Ин задумался над словами наставника и не смог сдержать горькой улыбки.

– Верно, когда-то я уже переоценил свои силы, решив, что смогу в одиночку изменить будущее, однако в итоге потерпел неудачу…

Ведающий Судьбами взглянул на молодого человека и вздохнул.

– Тот, кто может сказать подобное, поистине уникальный человек. Ин, ты действительно спокойно принял свое поражение? Ты с детства был выдающимся человеком, который никогда не сдавался. Это неожиданное поражение даже меня заставило усомниться, что ты способен устоять. И все же ты выстоял и сделал правильный выбор.

– Правильный выбор? – переспросил Ши Ин.

– Да, – спокойно произнес Ведающий Судьбами. – Например, когда выбрал дочь князя Бай в качестве своей невесты.

– Я думал, что ты прочитаешь мне нотацию. – Ши Ин горько усмехнулся. – Думал, скажешь, что я не должен был выбирать в невесты возлюбленную Ши Юя.

– Ха-ха… как я смею читать тебе нотации? – рассмеялся Ведающий Судьбами, качая головой. – Ин, я видел, как ты растешь, и знаю твою натуру. Раньше ты не принадлежал к этому суетному миру, у тебя не было ни чувств, ни желаний, но теперь ты готов вернуться в столицу и унаследовать трон, готов взять в жены дочь князя Бай. Это уже уступка, о которой я не мог и мечтать, могу ли я еще что-то от тебя требовать?

Ши Ин с благодарностью посмотрел на Ведающего Судьбами, выражение его лица смягчилось. Наконец произнес со вздохом:

– Я не виню тебя. В конце концов, все ради Кунсана.

– Хорошо, что ты это понимаешь. – Ведающий Судьбами опустил взгляд, тон его был серьезен: – Знай, даже когда мне приходилось запачкать грязью руки, когда я совершал бесчеловечные поступки, я делал это не ради себя.

– Я знаю, – твердо ответил Ши Ин. – Я могу это понять.

– Правда?

Ведающий Судьбами взглянул на него и хотел что-то сказать, но промолчал. Наконец он кашлянул и поднял взгляд к небу.

– На самом деле я пришел сюда, чтобы попрощаться.

– Попрощаться? – Ши Ин резко обернулся к старику. – Куда ты собираешься?

– Посмотри, отсюда видна вся столица, но в ней нет человека, которому я мог бы довериться, – невесело произнес Ведающий Судьбами. – Если пойду в одиночку, то смогу вернуться невредимым, а если возьму с собой слабого и беспомощного, мне придется о нем заботиться, и тогда велика вероятность, что я действительно распрощаюсь с жизнью.

– Я пойду с тобой, – решительно заявил Ши Ин.

– Нет! – не раздумывая перебил Ведающий Судьбами. – Будь ты по-прежнему Верховным жрецом храма Цзюи, я бы согласился, но теперь ты наследный принц Кунсана и не можешь подвергать себя опасности. Если с тобой что-то случится, вся Облачая пустошь будет в опасности!

Ши Ин молчал, не зная, что возразить.

– Кроме того, скоро церемония бракосочетания, ты не можешь уйти сейчас, – тихо произнес Ведающий Судьбами и указал на сияющий огнями город под ногами. – Император при смерти, столица Целань – сердце Облачной пустоши, и ее нужно защищать. Просто останься здесь и спокойно готовься к свадьбе…

Ши Ин вздохнул и едва слышно сказал:

– Какое уж тут спокойствие?

– Ин, на твоих плечах забота обо всем Кунсане, ты не можешь отвлекаться ни на что другое. – Ведающий Судьбами поднял голову и пристально посмотрел на молодого наследника престола, каждое его слово имело вес. – Ты знаешь, что звезды на небе постоянно движутся, орбиты изменчивы и непредсказуемы, единственное, в чем ты можешь быть уверен, – это ты сам. В твоих жилах течет императорская кровь, и пока ты защищаешь эту страну, каким бы хитрым и могущественным ни был враг, нам нечего бояться.

Взгляд Ши Ина застыл, он молча кивнул.

– Я послушаюсь тебя, наставник.

– Позаботься о своем отце, пусть он дождется меня. – Ведающий Судьбами наконец улыбнулся и похлопал Ши Ина по плечу. – Я постараюсь вернуться как можно скорее, чтобы успеть на твою свадьбу.

Закончив фразу, старик вытащил из-за отворота одежды черную нефритовую табличку и направил ее в ночное небо. Послышался шорох, и в небе появился огромный мифический зверь. Опустившись на землю, он улегся у ног Ведающего Судьбами в ожидании приказа. Это был златоглазый Суаньни, духовный страж Ведающего Судьбами Кунсана.

– До встречи. – Ведающий Судьбами взмахнул рукавом, растворившись в ночи.

– Смотри, нити судьбы собираются вместе…

Где-то далеко под тем же небом в тот же миг другой человек, подняв голову, вглядывался в звездное небо. Он прятался в глубокой тени, словно клок тумана, и лишь его глаза блестели золотом, подобно глазам злого духа в храме.

Палуба под его ногами слегка подрагивала – судно на всех парусах неслось по ночному морю.

– Предвестник Зла был скрыт… могущественной силой, – пробормотал человек. – Интересно… Облачная пустошь даже спустя семь тысяч лет все еще способна меня удивить.

Послышался шорох одежд, и кто-то упал на колени.

– Великий Мудрец, – почтительно сказала жрица, склонив голову. – Скоро мы достигнем северной части Облачной пустоши. Мы готовимся высадиться на мысе Ханьхао, я здесь, чтобы испросить вашего позволения.

Мудрец едва заметно кивнул. Он долго сидел во мраке, вглядываясь в небо и шевеля пальцами, словно пытался схватить что-то невидимое. Неужели он наконец вернулся на эту землю? Тысячи лет назад он создал Кунсан вот этими руками, так почему бы теперь этими же руками не разрушить его?

Ведь левая рука демона управляет силами разрушения!

В миг, когда он об этом подумал, его черные одежды величественно взметнулись, а золотые глаза запылали!

Жрица затрепетала и пала ниц, подавленная аурой ненависти. Поднять взгляд она не осмелилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Час Дракона – между 07:00 и 09:00. Один древнекитайский большой час равен двум современным часам. Сутки делились на 12 часов – стражей, каждая из которых называлась в честь животного восточного гороскопа.

Вернуться

2

Мост девяти поворотов (кит. 九曲桥) – одна из особенностей китайских садов. Мост рассчитан на несколько поворотов, чтобы можно было наслаждаться просмотром разных видов.

Вернуться

3

Шуанхуань – популярная прическа у молодых девушек в древнем Китае. Представляет собой пучок в форме двух колец.

Вернуться

4

Чжаомин (кит.昭明) – Полярная звезда, которая является важным символом у китайской культуре. Считается символом гармонии, а также тесно связана с судьбами людей.

Вернуться