Елена Романова
Исчадье

© Елена Романова, текст

© М. Маркина, иллюстрация на обложке

© shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Глава 1

В комнате было темно. Свет проникал только через приоткрытое окно. Большой светло-желтый диск луны просвечивал сквозь тонкую белую занавеску и освещал большую кровать, где спала молодая женщина. Она лежала на животе, согнув одну ногу в колене и обняв подушку. Женщина была обнажена, и ее тело отливало перламутром в лунном сиянии. Темные длинные волосы разметались по белой простыне.

Тикали часы на стене, в остальном в комнате царила полная тишина. С улицы тоже не доносилось ни звука. Но вот створка окна приоткрылась сильнее, занавеска всколыхнулась, пропуская внутрь силуэт высокого мужчины. Он двигался очень аккуратно и практически неслышно. Мужчина остановился у кровати, постоял несколько секунд, глядя на спящую, а потом наклонился и щелкнул выключателем торшера на тумбочке.

Комнату залил мягкий золотистый свет. Спящая зажмурилась, а потом спрятала лицо в подушке, сильнее обхватив ее тонкими руками.

– Вставай, Ева, – произнес мужчина, – надо поговорить.

Женщина протестующе замычала в подушку. Мужчина насмешливо хмыкнул, а потом отошел и сел в кресло с невысокой округлой спинкой, вытянув длинные ноги в черных джинсах. Пока он ждал пробуждения Евы, его взгляд лениво бродил по обстановке спальни. Было заметно, что она для него привычна. Взгляд очень темных глаз задержался лишь на белой вазе на низком полированном столике, в которой стоял роскошный букет красных роз.

Ева пошевелилась и медленно, неохотно села на кровати, подогнув ноги и прикрывшись большой белой подушкой.

– Киан, – произнесла она с упреком, – я легла всего два часа назад.

Глаза женщины наконец открылись, они оказались нежно-голубыми и прозрачными, словно волны теплого моря.

– Я знаю. – Мужчина смотрел на нее чуть насмешливо. – Но дело есть дело. Умойся, я подожду, пока ты будешь готова меня слушать.

Ева раздраженно откинула в сторону подушку и встала перед креслом, упершись одной рукой в бок. Киан окинул женщину взглядом, с видимым удовольствием скользнув им по длинным стройным ногам, тонкой талии, пышной груди, и лишь после этого взглянул в ее рассерженное лицо.

– Предпочитаешь слушать меня в таком виде? – спросил он, приподнимая черную бровь.

– Мой халат, – сказала Ева без тени смущения, – висит на спинке кресла за твоей спиной.

Мужчина чуть отстранился, завел руку назад и стащил со спинки шелковый пеньюар глубокого винного цвета. Он швырнул его Еве, она ловко перехватила легкое одеяние и демонстративно медленно накинула на себя.

– Что-то еще? – Киан вопросительно посмотрел на продолжавшую стоять перед ним молодую женщину.

– Ты сидишь на Эмили.

Киан закатил глаза и вытащил из-под себя мягкую игрушку в виде медвежонка в розовой кружевной юбочке. Он небрежно бросил находку на кровать. Только после этого Ева отправилась в ванную.

– Тебе сколько лет, – ворчливо спросил Киан, – что ты до сих пор играешь с игрушками?

– Двести двадцать пять, – отозвалась Ева из-за дверей. – Спасибо, что напомнил.

– Ну ты же не комплексуешь по поводу возраста? – Киан чуть повернул голову в сторону ванной. – Дорогая, ты бессмертна. Не бойся, морщины у тебя не появятся.

Ева вернулась через пару минут. Ее красивое лицо приняло хмурое выражение. Голубые глаза чуть щурились, когда она смотрела на мужчину в кресле, а полные, красиво очерченные губы сжимались.

– Ну, – произнесла она с вызовом, – говори, зачем пришел.

– Повежливее, – тон мужчины стал холоднее, а лицо приняло непроницаемое выражение. – Я тебе не курьер из закусочной.

– Извини. – Ева опустила глаза. – Я просто не выспалась. Ты же знаешь, я развлекала гостей всю прошлую ночь, а днем помогала Сэму заполнять базу данных клиентов. Я устала.

– Ничего. – Взгляд мужчины так и не смягчился. – Смерть от переутомления тебе тоже не грозит, так что отдохнешь позже.

Смирившись, Ева чуть заметно вздохнула и снова села на кровать, глядя на Киана. Он провел рукой по черным, зачесанным назад волосам, но непослушная прядь вновь упала ему на висок.

– Есть работа, – сказал он. – Сделать надо сегодня.

– Какая? – Ева выжидательно смотрела на мужчину.

– Отправишься по этому адресу. – Он протянул ей белый бумажный прямоугольник. – Мужчину зовут Робин. На него надо нанести связующие руны. Все, дальше не твоя забота.

– И как я должна это сделать? – Ее голубые глаза возмущенно распахнулись. – Мне что, попросить его постоять смирно, пока я буду рисовать на нем эти руны?

– Придумаешь что-нибудь. – Киан поднялся, поправил закатанные рукава белой рубашки. – Ты же у нас умница.

Он бросил холодный взгляд на недовольную девушку.

– Клиент хотя бы человек? – спросила она через минуту, смиряясь с неизбежным.

– Да, – отозвался Киан, – смертный. Поторопись, – добавил он, – встреча у тебя через час. Как сделаешь, можешь отдыхать до завтрашнего вечера.

– Премного благодарна, – процедила Ева сквозь зубы.

Киан уже подошел к двери спальни, но на пороге остановился и оглянулся.

– А, да, – произнес он небрежно, – он любит милых и невинных.

– Что? – Ева задохнулась от неожиданности. – Ты уверен, что я подойду для этого… задания? Боюсь, я не обладаю нужными качествами.

– Дорогая, ты же актриса. – Киан пожал плечами. – Я верю в твой талант.

Одарив ее напоследок насмешливым взглядом темных глаз, он вышел из комнаты.

– Как же я тебя ненавижу! – Вслед мужчине полетел медвежонок в розовой юбочке.

– Я все слышу, – раздался шепот у нее над ухом, и Ева вздрогнула.

– Это не меняет дела, – произнесла она уже спокойнее, но ответа не получила.

Взглянув на адрес, а потом на часы, Ева выругалась вполголоса, а потом бросилась к шкафу, чтобы выбрать одежду для предстоящего свидания. Подобное ей было не в новинку. Она постоянно выполняла задания, которые ей давал ее начальник и наставник Киан. Ева знала его уже двести лет. Именно Киан сделал ее бессмертной, именно с ним она заключила договор, отдав в залог свою бессмертную душу, и с тех пор служила ему.

Еве было двадцать пять, и она была певичкой и танцовщицей в кабаре. Обладая яркой красотой, грациозностью и приятным голосом, она имела успех и множество поклонников. Среди них встречались и весьма состоятельные приличные мужчины, но, повинуясь порыву глупого сердца, Ева выбрала себе в возлюбленные карточного шулера. Брук долго был баловнем фортуны, выигрывал довольно большие крупные суммы, не попадаясь на шулерстве. Картежник осыпал свою возлюбленную дорогими подарками и обещаниями лучшей жизни с собственным домиком, детьми и собакой. Ева была так влюблена, что верила Бруку безоговорочно. Это длилось, пока одним осенним дождливым вечером он не проигрался в пух и прах и, чтобы отыграться, поставил на кон свою возлюбленную. Ева ни о чем не подозревала, самозабвенно исполняя на сцене небольшого казино романтичную песенку о вечной любви.

Брук проиграл. Еве сообщил об этом здоровенный лысый бугай. Он стянул ее со сцены, наградил мокрым поцелуем и сказал, что теперь девушка принадлежит ему до тех пор, пока ему не надоест. Девушка оказалась в корне не согласна с таким положением дел. Она визжала и пиналась, пока здоровяк тянул ее в номер. Та м Ева ухитрилась схватить оставленный словно бы самой судьбой на столе нож и перерезала мужчине горло, а потом отправилась искать Брука, которого уже и след простыл. Девушку поймали через пару часов, судили и приговорили к пятнадцати годам тюрьмы. В камере она попыталась совершить самоубийство, но неудачно. Ева повредила себе шейные позвонки, потеряла голос и стала почти инвалидом. Ее отправили в тюремный лазарет, где лечили в основном кровопусканиями и кормили баландой из протухшей капусты. Однажды, воспользовавшись нерадивостью медсестер, Еве удалось открыть окно и вылезти через него на крышу. Она опасно шаталась на краю карниза, плохо соображая, что она вообще тут делает. Внезапно, когда девушка была готова упасть, ее схватили чьи-то сильные руки и втянули обратно. Ева вырывалась, хрипела и отчаянно боролась, думая, что ее заметили тюремные санитары, но внезапно замерла, когда увидела, что ее удерживает в своих руках самый красивый мужчина, которого она когда-либо только видела. Он был высоким и широкоплечим, темные волосы обрамляли мужественное аристократичное лицо, черные глаза сверкали огнем, а изумительные губы изгибались в пленительной улыбке. Это был Киан. Подождав, пока девушка чуть придет в себя, он сообщил, что он демон, и предложил сделать ее бессмертной и свободной, дабы она могла отомстить презренному Бруку, а заодно избежать тюрьмы или больницы. Ева посчитала, что терять ей абсолютно нечего. Душа не показалась ей такой уж большой потерей, клятва служить созданию из Ада в тот момент ничуть не испугала. Находясь на грани отчаяния, почти потеряв разум от боли и сердечных страданий, Ева подписала договор с демоном.

Киан тут же забрал ее с крыши и перенес совершенно в другой город, где ее никто не знал. Та к Ева застыла в своих двадцати пяти годах и начала абсолютно новую жизнь. По одному из пунктов ее контракта с Адом ей однажды вечером принесли голову Брука в мешке. Она взглянула на нее совершенно бесстрастно, а потом прогулялась до реки и швырнула мешок с моста, окончательно оставив позади прежнюю жизнь, привязанности и чувства. Поначалу Ева занималась почти тем же, что и раньше. Киан привел ее в дорогое казино в центре города, где она стала развлекать гостей пением и танцами. Очень скоро она узнала, что привычный ей мир имеет вторую сторону – невидимую, темную. Это были демоны и бесы разных мастей и рангов, вампиры, маги, суккубы и другие сущности. Внешне все они выглядели как люди, вели подчас вполне человеческую жизнь, но при этом незримо управляли городом, его самой темной частью. Им были подвластны человеческие пороки и слабости, они умело манипулировали, используя страсти человеческого сердца и самые низкие желания. Многих из демонов люди знали как удачливых дельцов, владельцев корпораций, казино и ресторанов, продюсеров. Некоторые являлись главами преступных синдикатов, заправляли торговлей наркотиками и даже людьми.

Люди, продавшие душу в обмен на исполнения каких-то желаний, становились марионетками, рабочей силой демонов, их исполнителями. Среди таких бессмертных тоже существовала своя иерархия, они имели своеобразные чины и звания, и некоторые из людей благодаря уму или таланту смогли подняться довольно высоко. Главное, что они все потеряли вместе с душой, – это свободу воли. Их вечная жизнь теперь принадлежала Аду.

Как только Ева немного освоилась, Киан принялся ее обучать. Она погрузилась в основы магии, владение которой девушка получила вместе с бессмертием. Заклинания, руны, особые колдовские зелья – все это стало предметом изучения. Конечно же, полученный дар был сущим пустяком по сравнению с магией Ада, но он был необходим для выполнения разных поручений.

Прошло немного времени, и Еве стали давать небольшие задания, и вот тогда-то она и начала понимать, во что вляпалась. Очаровать какого-нибудь богача, привести его к разорению, вынуждая продать весь свой бизнес кому следует. Разлучить влюбленных, один из которых оказался слишком несговорчивым в нужной демону сделке. Подставить кандидата в министры или президенты, чтобы привести к победе его соперника. Подбросить наркотики судье, что возомнил себя слишком честным.

Ева тонула в грязи и мраке. Она плакала, умоляла, проклинала, но все это не имело никакого смысла. Умереть теперь она уже не могла, отказаться выполнять свою работу тоже. Ад умел сделать так, что сопротивление становилось очень болезненным и неприятным.

После обучения Ева видела Киана нечасто. Ее передали другому хозяину. Девушка проклинала и ненавидела каждую минуту. Мысль о том, что это продлится вечно, доводила до безумия. Спасение пришло неожиданно. Однажды Киан явился за ней и сказал, что теперь она будет работать на него, но ей снова придется учиться. Ева в ответ на это подняла на мужчину погасшие глаза и просто кивнула. Оказалось, что Киан занимался тем, что отслеживал появление в человеческом мире низших демонических сущностей и водворял их обратно в преисподнюю. Таких, как он, называли охотниками.

– Я вижу, как ты двигаешься на сцене, – сообщил Киан равнодушной Еве. – У тебя отличная координация, ты умело владеешь телом, и у тебя верная рука и острый глаз. Я думаю, у тебя получиться. Я научу тебя, и ты станешь моей помощницей.

Сначала Ева восприняла обучение как новый вид мучений. Бесконечные тренировки на выносливость и силу, владение специальным оружием, главным из которого являлась огненная плеть, что заставляла адских тварей сжиматься от ужаса, – все это слилось в одну бесконечную череду дней. Сами чудовища, что прорывались сквозь невидимую границу и угрожали Апокалипсисом, ввергали девушку в ужас. Она и представить себе не могла, что их так много и что они так ужасны. Ева помнила, как ее буквально выворачивало наизнанку после того, как на ее глазах Киан рассек кнутом странных монстров, похожих на покрытых слизью пауков.

– Они сдохли? – с ужасом спросила девушка, глядя, как пузырятся на асфальте останки чудовищ.

– Нет, – ответил Киан, убирая огненный кнут, что появлялся и исчезал по его желанию. – Они не способны умереть здесь.

– Но ты же разорвал их на куски. – Ева с содроганием смотрела, как шевелятся оторванные конечности пауков.

– Они возродятся через пару часов, если я заклинанием не отправлю их сущности обратно.

Киан принялся читать заклинание. На глазах Евы останки чудовищ сначала превратились в пепел, а затем поднявшийся ветер унес их.

Ева до сих пор помнила первое чудовище, которое она изгнала. Когда она немного дрожащим голосом произнесла заклинание и в воздух взметнулся пепел, ее вдруг наполнили ликование и азарт. Ей понравилось! Понравилось чувствовать себя не жалкой прислужницей демонов, которая вынуждена выполнять то, что прикажут, а той, кто самостоятельно принимает решение, делает что-то хорошее, важное и полезное.

С тех пор жизнь Евы стала значительно легче. Она продолжала петь в казино, а время от времени вместе с Кианом или самостоятельно выходила на охоту. Правда, бывали в череде дней и такие, когда она должна была выполнять задания из ее прежней жизни. Киан просто одалживал ее другим высшим бессмертным. И Ева ненавидела его за это. Сначала она пыталась спорить, упрашивать, обижаться, даже сбегать, но Киан быстро напомнил ей, кто на самом деле владеет ее жизнью и что ее ждет за непослушание. Он просто устроил ей экскурсию в Ад. Пробыв там всего несколько часов, девушка стала как шелковая. С тех пор Киану не приходилось даже напоминать о возможном исходе: Ева твердо уяснила, лучше такая жизнь, чем преисподняя.

С Кианом у Евы были сложные отношения. С одной стороны, она ненавидела его за то, что когда-то он вынудил ее подписать договор. Теперь-то девушка твердо знала, что лучше было бы ей тогда умереть или даже остаться в тюрьме. А с другой – Киан был единственным в новом для нее мире, на кого она могла бы опереться, кому могла бы доверять хотя бы отчасти. Киан никогда не врал ей. Он был до ужаса прямолинеен и всегда называл вещи своими именами. И демон был достаточно терпелив при обучении, даже снисходителен к ней, хотя лишних поблажек тоже не делал. Киан умел быть жестоким, это Ева тоже быстро уяснила. Иногда месяцами между ними царило полное взаимопонимание, почти дружба, но потом демон ясно давал понять, что он хозяин, а она – всего лишь рабыня и должна слушаться беспрекословно.

Мужскую красоту Киана Ева отметила еще тогда, на крыше тюремной больницы. Его лицо и тело не могли оставить ее равнодушной, и, следуя привычке из смертной жизни, девушка попыталась его соблазнить. Однако у нее ничего не вышло. Киан холодно усмехнулся и сказал, что не спит с подчиненными и что ей больше не стоит тратить силы на его обольщение. Ева расстроилась, к тому же ее душила чисто женская обида: этот приспешник дьявола счел ее недостаточно привлекательной. Она видела его с другими женщинами. Все они без исключения были людьми. Киан находил их в том же казино, где пела Ева. Не сразу она узнала, что заведение принадлежит ему, как и еще несколько самых крупных и роскошных.

Женщины, что становились его подругами – иногда всего на ночь, иногда чуть дольше, – не были красивее или соблазнительнее Евы. Но она поняла, что у них перед нею есть одно важное преимущество. У них была душа, не запятнанная чередой гнусных дел, отвратительные подробности которых заставляли Еву ненавидеть саму себя.

Она отступила, однако ее женское чутье не раз говорило ей, что Киан не остается равнодушным к ней. Между ними двумя не раз и не два за эти годы вспыхивали искры. Что-то такое мелькало в темных глазах демона, что-то таилось в изгибе губ, что иногда оказывались слишком близко к ее коже, что-то особенное проскальзывало в прикосновении крепких рук. Со временем в их общение вплелся легкий флирт, игривые намеки, почти неосознанные попытки произвести впечатление, чтобы увидеть восхищение в глазах друг друга. И никогда ничего большего. Киана или действительно не интересовала его подчиненная как женщина, или же, верный своим принципам, он так хорошо справлялся с чувствами, что казался равнодушным.

Ева же совсем не искала привязанностей или случайных любовных связей на стороне. Ей не были нужны ни люди, ни бессмертные. Интимная сторона ее жизни давно смешалась с грязью, и она избегала ее, как только могла.

Ева очень надеялась, что сегодня тоже обойдется без этого и задание удастся выполнить без секса. Киан сказал, что клиент, заказавший девушку в номер отеля, любит милых и невинных. Она снова возмущенно фыркнула, глядя на себя в зеркало в гардеробной. Ее невинной вряд ли можно назвать. Она не казалась ею, даже когда действительно была таковой. Голубые глаза с длинными пушистыми ресницами всегда смотрели с хитринкой, полные губы наводили на мысли о жарких поцелуях. В ее внешности всегда сквозила страсть и внутренний огонь. Скрыть это за маской невинности вряд ли удастся. Чуть подумав, Ева все же решила придать своему облику больше девчачьей игривости и легкости. Длинные каштановые волосы с разбросанными по ним ярко-красными прядями она завязала в высокий хвост на затылке, нанесла на лицо минимум косметики, лишь подкрасила ресницы, а губы покрыла розовым блеском, выбрала в шкафу светлое короткое платье в мелкий цветочек. С соответствующим бельем возникли проблемы. Ева предпочитала только черное, простое или кружевное, другого не носила. Подумав, она решила, что сойдет и так. В конце концов, ей не дали подготовиться, выделив на сборы совсем мало времени.

– Надеюсь, когда я разденусь, – буркнула она недовольно, натягивая чулки, – ему уже будет все равно, какого цвета у меня трусы.

Под ложечкой засосало. За два века она так и не привыкла, даже вся ее хитрость, изобретательность и навыки не всегда позволяли избегать интимной близости с незнакомцами. А они далеко не всегда были приятными внешне, а уж внутренне…

Ева вылетела за дверь, понимая, что опаздывает. До нужного адреса добираться не меньше двадцати минут. Девушка выбежала из лифта в простой, но элегантный вестибюль, вежливо кивнула консьержу на входе.

– Решили немного развеяться, мисс Ева? – спросил ее добродушный старичок в светло-сером костюме, что служил здесь уже много лет. – Не спится?

– Да, Серж, – откликнулась она с улыбкой, – решили с подружками потанцевать.

– Вызвать вам такси, милая?

– Да, спасибо.

Машина подкатила к стеклянным дверям дома почти сразу же.

– Вам сегодня везет, – консьерж помахал ей на прощание.

– Очень на это надеюсь, – сказала Ева сама себе, махнув старику в ответ.

Желтое такси умчало ее в ночь, что сверкала тысячами огней. По дороге, откинувшись на сиденье, Ева пыталась составить хоть какой-то план действий. Но планирование никогда не было ее сильной стороной, она всегда действовала спонтанно. Киан говорил, что у нее сильно развитая интуиция. Она и позволяла Еве полагаться в делах на чутье и добиваться успехов.

– Скорей бы закончилась эта ночь, – взмолилась она, ловя взглядом ярко сияющие рекламные щиты, – скорей бы.

Глава 2

Дорогой отель в центре города был залит светом. В просторном холле пахло кожей и хорошими сигарами. Ева пересекла его уверенным шагом и вошла в зеркальный лифт. Отражение подсказало ей слегка поправить прическу. Все. Она безупречна.

Дверь номера открыл молодой светловолосый мужчина. Ева мысленно вздохнула с огромным облегчением. Ну, хотя бы не старик и не урод. Мужчина был вполне симпатичным. Приятное лицо, мускулистое тело. Неизвестно, соответствовала ли стоящая на пороге девушка его первоначальным запросам, но, открыв дверь, он, широко улыбаясь, восхищенно присвистнул:

– Ничего себе! Неужели это все мне?

– Конечно, милый!

Ева игриво улыбнулась в ответ и шагнула в гостеприимно открытые двери.

– Как тебя зовут, куколка? – мужчина проводил ее в гостиную, где на низком столике у дивана был накрыт легкий ужин из закусок и вина.

– Кэтрин, – сказала она, качнув бедрами, – а тебя?

– Пол.

– Очень приятно, Пол. – Девушка взмахнула ресницами, а потом кивнула на столик. – Это для нас?

– Да, думаю, мы приятно проведем время.

– Я уверена в этом.

Они разместились на диване, выпили вина. Парень оказался весьма приятным собеседником, непошлым и негрубым. Он не старался побыстрее затащить ее в постель, а, казалось, искренне наслаждался беседой. Однако Еве вовсе не хотелось затягивать эту встречу, поэтому, дождавшись паузы в разговоре, она изящным движением поставила свой бокал на столик, а потом чуть наклонилась вперед.

– Пол, может быть, мы продолжим наш разговор в другом месте?

Она провела зубами по своей нижней губе и заметила, как мужчина прикипел к ее рту взглядом.

– Как скажешь, милая, – произнес он чуть охрипшим голосом. – Я просто хотел быть вежливым.

– Ты уже достаточно вежлив, – подтвердила Ева, – я оценила.

Она мягко переместилась мужчине на колени, улыбнулась ему и поцеловала, обвив шею руками. Поцелуй был медленным, дразнящим, изучающим. Ева позволила провести по своим губам языком, ответила тем же, потом углубила поцелуй. Пол осмелел, его руки скользили по бедрам девушки, ее короткое платье совсем задралось и не скрывало ничего. Чулки, что были на ней, мужчина нетерпеливо сдвинул вниз, стремясь поскорее дотронуться до голой кожи. Его губы скользнули по шее, спустились к груди в глубоком вырезе платья. Ева протянула руку, желая отвести от его лица светлые волосы, но мужчина резким движением не дал ей этого сделать.

– Пойдем в спальню, – прошептал он ей на ухо и улыбнулся, словно извиняясь. – Хочу увидеть тебя всю.

Ева обвила его ногами за талию, а руками крепко ухватилась за шею. Пол рывком поднялся с дивана, и так они вместе двинулись в спальню. Девушка видела, как мужчина горит нетерпением, вряд ли он был намерен тянуть дольше, но ей необходимо было его притормозить.

– Надеюсь, ты не из тех мужчин, которых хватает на пять минут? – спросила она, округляя глаза. – Мне бы не хотелось, чтобы все закончилось быстро.

– Любишь поиграть? – спросил он ее, улыбаясь. – Что ж, я не против.

Пол отпустил ее, а сам уселся на широкую, застеленную золотистым покрывалом кровать.

– Давай, покажи мне себя сначала, – попросил он. – Уверен, без этого милого платья ты еще прекраснее.

Ева отступила назад на несколько шагов и принялась медленно раздеваться.

– Подожди, – остановил ее Пол, – я добавлю атмосферы.

Он достал мобильный телефон и, чуть повозившись, включил музыку. Спальню заполнила приятная медленная мелодия, а Ева продолжила свой моноспектакль. Она избавилась от чулок, что до сих пор оставались на ее ногах, потом расстегнула ряд мелких пуговок на платье. При этом девушка покачивалась под музыку, гладила себя по обнажающимся участкам тела. Наконец она стянула с себя платье и небрежно бросила его на край кровати, оставшись только в белье. Ева замерла, давая мужчине оценить открывшийся перед ним вид, потом завела руки за спину и щелкнула застежкой бюстгальтера. Ее голая грудь, казалось, произвела на Пола неизгладимое впечатление. Он сначала замер, потом вздохнул, облизал губы и потянулся к девушке, желая немедленно схватить ее и опрокинуть на кровать.

– Ну, ну, – мягко пожурила она его, чуть отступая назад и уворачиваясь от жадных рук. – Разве игра окончена?

– А чего ты хочешь еще, моя кошечка? – Пол усмехнулся. – Ты такая роскошная, я уже горю.

Ева изогнулась, демонстрируя себя во всей красе, а потом склонила голову набок.

– Хочешь, я сначала сделаю тебе особенный массаж? – предложила она приглушенным тоном.

По виду Пола было понятно, что ему не терпелось оказаться между ее раздвинутых ног, но решил поддаться уговорам.

– Хорошо, – кивнул он, соглашаясь, – давай. – Мужчина с трудом сглотнул. – Только сними сначала трусики.

Ева взялась пальцами за кружевную полоску у себя на животе, приспустила ее почти до самого предела, а потом быстро вернула обратно.

– Нет, – мягко возразила она, – пусть они пока побудут тут. Снимешь их потом с меня сам.

Пол со вздохом растянулся на кровати.

– Что за массаж такой? – спросил он.

У девушки в руках вдруг оказалось большое пышное перо. И откуда она его взяла? Этого мужчина не заметил.

– Вот этим. – Ева провела пером по своей обнаженной груди, задела напряженные вершинки сосков и застонала, прикрыв веки. – Тебе понравится. Ложись сначала на живот.

Пол послушно перевернулся, предварительно избавившись от уже расстегнутой рубашки и штанов. Девушка уселась на него сверху, сжав его бедрами, а потом наклонилась, прижавшись грудью к его спине. Мужчина испытал мгновенный порыв перевернуться, схватить эту игривую кошечку и начать играть по своим правилам, но в последний момент сдержался.

Ева мягко разминала его мышцы руками, и тело Пола постепенно избавилось от лишнего напряжения. Стало просто хорошо. Расслабившись, он позволил девушке делать с ним все, что она хочет. Ее умелые и достаточно сильные руки скользили по спине, разминали, растирали мышцы, нежно гладили кожу, чуть щекотали, заставляя покрываться мурашками.

– А теперь наше перышко, – прошептала она Полу на ухо, и он почувствовал почти невесомое, но невыразимо нежное прикосновение.

– Продолжай, пожалуйста, – попросил он.

– Как скажешь, милый.

Внезапно легкие прикосновения сменились другими. Девушка слегка царапнула его чем-то острым.

– Что это? – лениво спросил он, приподнимая голову.

– Я просто хочу написать на тебе свое имя. – В ее голосе прозвучал смех. – Помнишь, как меня зовут? Нет? Я так и думала. Вот я и напишу.

Пол засмеялся, чуть поеживаясь от ощущений, а потом замер, застывшим взглядом уставившись в пространство.

– Вот и все. – Ева резко завершила последнюю черточку и отбросила перо в сторону. – Ух! Как ловко все вышло.

Она слезла с кровати, нагнулась над мужчиной, заглянула ему в глаза. Он был недвижим и безучастен, связывающая руна держала в плену его тело, не давая пошевелиться. Теперь он беззащитен перед магическим или физическим воздействием. К тому же он не сможет лгать. Скоро здесь окажутся те, кто заказал сделать это. Зачем, Ева не интересовалась, да ей бы никто и не рассказал. Скорее всего, Пол владел какими-то секретами, которые заказчику нужно было узнать.

– Мне жаль, – произнесла она с сочувствием. Молодой мужчина не вызвал у нее неприятных чувств. Более того, встреться они с ним при других обстоятельствах, он бы Еве понравился.

Убедившись, что руна сработала как надо и жертва надежно связана, Ева принялась торопливо одеваться. Ей не хотелось встречаться с заказчиками. Уходя из номера, она бросила взгляд в зеркало и недовольно скривилась. Она ненавидела себя за то, что делала, но выбора у нее не было.

Вернувшись домой, Ева тут же отправилась в душ. Хотелось смыть с себя чужие прикосновения. Об этом Поле и его участи она старалась не думать. Не в ее силах ему помочь, оставалось надеяться, что полученная информация удовлетворит заказчика, и мужчина останется жив.

Выйдя из душа, Ева закуталась в белый махровый халат и вернулась в спальню, мечтая о сне. Она будет спать до завтрашнего обеда, не меньше. Девушка стянула полотенце с головы и принялась осторожно распутывать расческой длинные темные пряди. Треск, раздавшийся у нее за спиной, заставил ее испуганно вздрогнуть и обернуться.

Посреди ее спальни стояли двое мужчин. Одним из них был Киан, а второго Ева не знала. Он был высоким и худощавым, его длинный нос с горбинкой делал лицо каким-то хищным, а холодные светло-серые глаза заставляли внутренности сжиматься от страха.

– Кто вы? – воскликнула Ева в испуге. Она перевела взгляд на наставника. – Киан?

– Вот она, значит, какая, твоя птичка! – незнакомец окинул девушку гневным взглядом. – Вот та, что испортила нам все дело!

– Я? – спросила Ева севшим голосом, начиная подозревать, что влипла. – Я испортила?

– А кто же! – Мужчина сделал шаг и резко схватил девушку за волосы, буквально сдернув ее со стула. – Тварь, – процедил он с ненавистью, – бездарная глупая телка!

Ева вскрикнула, она вцепилась в руки державшего ее незнакомца, стараясь оторвать их от своих волос. Дернув ее еще раз, он швырнул девушку на пол.

– Спокойнее, Райн, – прозвучал спокойный холодный голос Киана. – Надо сначала выяснить, как так вышло.

Демон склонился над Евой, что смотрела на него с испугом и непониманием.

– Ева, – произнес он, – что случилось в гостинице?

– Ничего, – произнесла она, чуть заикаясь. – Я все сделала, как надо. Нанесла руну, убедилась, что она подействовала, и ушла. А что случилось?

– Случилось то, – рявкнул второй, кого Киан назвал Райном, – что этот мужик в гостинице мертв! И случилось все это по твоей вине.

– Мертв? – Ева растерянно смотрела на Киана. – Но почему? Когда я уходила, все было в порядке. Клянусь!

– Клянешься?! – Райн подскочил и с силой пнул девушку. Она вскрикнула и упала. – Сучка!

Киан обошел лежавшую на полу подчиненную и опустился в кресло, в котором он сидел всего несколько часов назад.

– Ева, – обратился он к ней с непроницаемым выражением лица, – прежде, чем наносить руну, ты проверила клиента на следы магического воздействия?

В комнате повисла звенящая тишина. Ева медленно села, ссутулившись под гнетом внезапно пришедшего понимания.

– Нет, – произнесла она чуть слышно, – не проверила.

– А стоило бы, дрянь ты такая! – Райн пылал гневом. – На нем была магическая печать, чтобы никто не добрался до сведений, что хранились в его башке.

– Печать? – Ева вспомнила, как Пол не дал ей откинуть волосы со своего лица. – У левого уха, да?

– А, так ты все же знаешь об этом! – Райн сжал зубы. – Значит, ты сделала это специально? Нанесла руну, понимая, что печать убьет его, как только мы попытаемся что-то узнать?

– Нет! – Ева с мольбой посмотрела на мужчин. – Я не знала! Я только сейчас догадалась, почему он не дал прикоснуться к своим волосам! Они у него до плеч, и я ничего не увидела.

– Ева, – прозвучал ледяной голос Киана, – ты обязана была проверить.

Она опустила голову.

– Да, – сказала она глухо, – я виновата.

– Из-за тебя, – прошипел Райн, брызгая слюной, – мы лишились важных сведений. Никчемная, глупая тварь!

– Простите меня. – Ева вжала голову в плечи, замирая от ужаса. – Простите.

– Простить?! – Райн склонился над ней. – Скажи спасибо, что из уважения к Киану я раздумал прямо сейчас закончить твое жалкое существование и оправить тебя в Ад.

Ева вздрогнула, чувствуя, как все ее существо наполняет ужас.

– Не надо, – прошептала она.

– Я не убью тебя, – зловеще произнес мужчина над ее ухом, – но тебя следует наказать.

Он выпрямился, а потом в его руках оказалась плеть. Не обычная, магическая. Из черной, оплетенной кожей рукоятки змеилась ярко-красная узкая лента. Ева знала, что это за плеть. Похожей, только куда более мощной, она загоняла чудовищ обратно в преисподнюю.

– Спусти халат с плеч, – прозвучал холодный приказ, – и назови свое истинное имя.

Ева бросила затравленный взгляд на Киана, но тот равнодушно закурил сигарету и на девушку даже не взглянул.

– Ну! – рявкнул Райн. – Не зли меня!

Ева непослушными руками распутала пояс, а потом неловко стянула мягкую белую ткань до пояса. В ней все сжималось от ужаса, спасения не было.

– Имя! – Райн щелкнул плетью, в комнате раздался треск, словно от электрического разряда.

У Евы пересохло во рту, она знала, видела не раз, как подобная плеть разрывает монстров на куски. И сейчас это жестокое орудие обрушится на нее.

– Ее зовут Эженил, – прозвучал в тишине спокойный голос Киана.

Девушка вскинула на него глаза, успев удивиться, что тот произнес ее настоящее имя неправильно. В прежней жизни ее звали Эжени, и демон это знал.

Через мгновение ее тело сковали магические путы. Они не позволяли ей сопротивляться, а истинное имя давало демону права на нее.

Райн взмахнул плетью и обрушил ее на обнаженную спину Евы. Она дернулась и закричала от разрывающей ее боли. Тело осталось неподвижным, она стояла на коленях, опираясь на вытянутые руки. Не успела Ева перевести дыхание, как плеть еще раз опустилась на плечи. Она вновь не сдержала крик, казалось, что плеть входит в ее тело, как в масло, и доходит до самых костей. Снова удар, руки дрожали от напряжения, пытаясь удержать тело в одном положении, удобном для мучителя. Краткий свист воздуха, и снова разрывающая боль, не дающая даже вздохнуть. Сердце бешено колотилось, а сознание мутилось, но не покидало. Взглядом, который то и дело заволакивало пеленой, Ева зацепилась за руку Киана, лежащую на подлокотнике кресла. Он по-прежнему держал сигарету, она почти прогорела, и пепел падал на светлый ковер.

Удар, и крик переходит в хрип. Перед глазами поплыли красные пятна и какие-то вспышки, ноги и руки занемели. Ева подумала, что следующего удара она не переживет.

– Хватит, Райн, – раздался спокойный, даже несколько скучающий голос Киана. – Иначе долго не сможет работать, я понесу убытки. Оставь, она все уяснила.

Магические путы исчезли, и Ева ничком упала на пол. Она дрожала с головы до ног, спина горела огнем.

– Научи свою подопечную быть внимательнее, – Райн смерил девушку презрительным взглядом, – иначе простой поркой она больше не отделается.

– Конечно, Райн. – Киан кивнул и затушил сигарету прямо о полированный подлокотник. – Я позабочусь об этом. Извини, что так вышло.

В комнате стало тихо. Слышны были лишь всхлипы Евы и ее рваное дыхание. Когда она решилась приподнять голову, Райна в комнате уже не было. Киан встал с кресла и прошел в ванную. Он вернулся спустя минуту, неся в руках мокрое полотенце. Мужчина подошел к ней и присел рядом.

– Я помогу, – сказал он, когда Ева дернулась в сторону и тут же вскрикнула. – Спокойно! – приказал он строго, а потом принялся аккуратно и бережно стирать кровь с ее спины.

Ева не сдержала стонов, было очень больно, и как бы она ни сжимала зубы, не могла не плакать.

– Через пару дней полегчает, – пообещал ей Киан, – шрамов не останется.

Он помог ей подняться и перейти на кровать, где девушка легла ничком. Мужчина вновь вышел в ванную, взял в аптечке заживляющую мазь и вернулся в спальню.

– После наказаний магию применять запрещено, – сказал он спокойно, – придется обойтись обычным человеческим средством.

Ева промолчала, она лежала, отвернув от него лицо, и тихо плакала – и от боли, и от обиды, и от разочарования. Ее никогда раньше так не наказывали. Киан, бывало, угрожал ей повторной прогулкой в Ад за непослушание, сильнее гонял на тренировках, но никогда не поднимал на нее руку. Она считала, что между ними сложились вполне дружеские отношения. Да черт побери, если она кому и доверяла в этой своей новой бессмертной жизни, то только ему. А сегодня он равнодушно курил, спокойно наблюдая, как ее избивают до полусмерти. Значит, она для него вообще не важна? Так, одна из его бессмертных подчиненных, чью душу он забрал по договору. Это ранило сильнее, чем плеть, это лишало ее жизнь последней иллюзии нормальности и человечности.

Киан закончил смазывать ее раны мазью и просто сидел рядом.

– Ева, – позвал он и чуть хмыкнул, когда девушка не прореагировала. – Ева, – повторил он снова, – я ничего не мог сделать. Это было не в моей власти.

Она чуть шевельнулась и, медленно подняв руку, убрала волосы от лица.

– Я пошел с Райном, чтобы не дать ему убить тебя. – Его голос смягчился, но потом снова стал строгим: – Как ни крути, ты все же виновата. В следующий раз будешь внимательнее.

Ева чуть повернула голову, глядя на него покрасневшими, опухшими глазами. Дышать стало чуточку легче, не намного, но все же.

– Ты ошибся, – сказала она тихо, – неправильно назвал мое имя. – Только сейчас она удивилась по-настоящему. – Но оно все равно сработало, почему?

По его красивым губам проскользнула чуть заметная улыбка.

– Я не ошибся, Эжени. Лишь добавил к твоему имени букву от своего истинного имени.

– Зачем?

– Потому что иначе ты бы могла не пережить даже эти пять ударов.

Он поднялся и взглянул на Еву с высоты своего роста.

– Я пришлю к тебе Леона, – сказал Киан и чуть усмехнулся, увидев ужас на ее лице. – Он позаботится о тебе. Я в няньки не гожусь.

– Нет, – прохрипела она, силясь приподняться, – только не его, пожалуйста.

– Отдыхай. – Киан проигнорировал ее. – Через неделю мы идем на охоту, на южной границе заметили странное свечение. Подозреваю, что там завелись бурги.

Он исчез, едва она открыла рот, чтобы возразить.

– Черт! – всхлипнула она жалобно, чувствуя, как по щекам снова льются слезы. – Только не Леон.

Слова Киана про лишнюю букву в своем имени она поняла только через пару дней, когда начала вставать. Походив по комнате, она опустилась в кресло, судорожно схватившись за подлокотники, чтобы переждать накатившую слабость и дурноту. И тогда они рассыпались у нее под руками, превратившись в груду обломков. Внезапно все встало на свои места: руки Киана на этих самых подлокотниках, когда ее били плетью, слова о букве его собственного имени, добавленной к ее. Имя связывает, отдавая права на тело и сознание тому, кто его знает.

– Он принял часть моего наказания, – произнесла Ева пораженно, все еще до конца не веря, – взял себе часть моей боли.

Глупое сердце вновь забилось, словно птичка в клетке.

– Ему не все равно, – от этой мысли хотелось одновременно смеяться и плакать.

Ева выбрала слезы. Она рыдала, спрятав лицо в ладонях, но чувствовала, что ей наконец-то становится легче.

Глава 3

Леон был ангелом. Самым настоящим небесным созданием. Выглядел он как молодой парень лет двадцати, с кудрявыми светлыми волосами и зелеными глазами. Милая улыбка, обаяние, доброта сделали бы его любимчиком всех без исключения, если бы не полное отсутствие чувства юмора и пугающая привычка принимать все за чистую монету. Леон не понимал скрытых и переносных смыслов и подчас был наивнее пятилетнего ребенка. Он, как и положено ангелу, не делил мир на черное и белое и одинаково хорошо относился ко всем: и к обычным людям, и к ангелам, и к демонам, и другим существам любого из миров.

Занятие у Леона тоже было вполне ангельское: он исполнял желания. Но не все, а те, которые не противоречили судьбоносному замыслу для каждого конкретного человека. Невидимый людям, он подслушивал тайные мысли и простые разговоры, а потом воплощал мечты в реальность. Но если бы только мечты! Леон вполне мог устроить кому-нибудь настоящий Ад.

– Чтоб я сдох! – в сердцах восклицал кто-нибудь во время обычного эмоционального разговора и буквально на следующий день оказывался на больничной койке. И хорошо, если Леону вовремя укажут на его ошибку и бедолагу удастся спасти.

– Я бы сейчас слона съела! – желала голодная девушка перед обедом и обнаруживала в меню ресторана блюда из мяса слона.

– Какой ужас! – кривилась она, а Леон обижался:

– Сама же просила.

В общем, рядом с ангелом приходилось тщательно контролировать свою речь, чтобы ненароком не пожелать себе или другим чего-нибудь этакого. Демоны и другие высшие бессмертные, конечно, не были подвержены его влиянию, а вот низшим бессмертным, к которым относились и люди, продавшие свои души, иногда приходилось несладко.

Именно поэтому, услышав, что Киан пришлет к ней на помощь Леона, Ева не обрадовалась. Однако ангел был в ее квартире уже через пятнадцать минут. Он тут же развил бурную деятельность, полностью отдавая себя делу служения ближнему. Тот факт, что Ева связана с Адом, дела не меняло. Она страдала, а значит, нуждалась в его милосердии.

Леон приготовил ей бульон, убрался в квартире, полил цветы. Он обработал ее раны с такой осторожностью и нежностью, что Ева снова расплакалась. К ней давно уже никто не относился с такой добротой – она считала, что и не достойна этого. В силу плохого самочувствия разговаривать ей не хотелось, поэтому казусов с ангельским пониманием не возникло. Через четыре дня Ева чувствовала себя уже довольно сносно.

– Как думаешь, – спросила она Леона, – у Киана тоже остались следы на спине?

– Нет, – ответил ангел. Он сидел на подоконнике и смотрел в окно. – Он забрал только часть твоей боли.

– И на том спасибо. – Ева спустила ноги с кровати, намереваясь встать, чтобы сварить им кофе. Постоянно лежать уже просто не было никакого терпения. – Хорошо, что этот Райн не догадался.

– О, я думаю, он догадался. – Ангел спрыгнул с подоконника и пошел за Евой на кухню. – Он не мог не почувствовать этого.

Ева замерла посреди кухни с туркой в руке.

– Догадался? – переспросила она пораженно. – Но тогда почему ничего не сказал? Почему позволил Киану помочь мне?

Леон пожал плечами.

– Я думаю, что его это устроило, – сказал он и отобрал у девушки турку. – Видишь ли, ты подчиненная Киана. Ты совершила ошибку, а значит, и он тоже в этом виноват.

Ева опустилась на стул у белого обеденного стола, наблюдая, как Леон деловито сновал по кухне и готовил кофе. Вскоре по квартире поплыл восхитительный аромат.

– Чтоб мне… – начала было Ева и тут же запнулась, поймав вопросительный взгляд ангела.

Она помотала головой, показывая, что совсем ничего такого не хочет, и тяжело вздохнула.

– Киан мне ничего не сказал, – вздохнула девушка, – даже не отругал толком. А он, оказывается, пострадал не меньше.

Леон подал ей белую фарфоровую чашку с золотым орнаментом по краю.

– Киан относится к тебе по-особенному, – ангел многозначительно приподнял бровь. – Разве ты не заметила?

– Не знаю. – Ева опустила голову. – Мы знакомы уже двести лет, и он всегда держится на расстоянии.

– Ну, бессмертные, которым доступна вечность, меряют время по-другому.

Леон уселся на соседний стул с такой же чашкой. Его зеленые глаза затуманились.

– Это для обычного человека двести лет – огромный срок, – продолжил он и подул на горячий напиток, – а для демона все равно что два года. Так что, я считаю, шанс у тебя есть.

Ева фыркнула.

– Еще не хватало пытаться его соблазнить, – произнесла она ворчливо. Не признаваться же, что она уже пробовала. Хотя по хитрому взгляду ангела было понятно, что он это и так знал.

Это был последний вечер, который она провела в его компании. Убедившись, что Ева уже может сама о себе позаботиться, Леон покинул ее.

– У меня еще куча дел, – вздохнул он. – Одна милая старушка недавно призналась своей подружке, что в молодости мечтала, чтобы ее украл какой-нибудь пират, увез на своем корабле на райский остров, где они бы день и ночь занимались любовью. Вот думаю, как это устроить.

– Э-э-э, – протянула Ева, насторожившись. – Леон, ты уверен, что она все еще этого хочет?

– Она же до сих пор говорит об этом. – Ангел улыбнулся, а потом вдруг побледнел: – Или я опять что-то неправильно понял?

– Думаю, что яркого сна о таком приключении в ее возрасте будет более чем достаточно. – Ева едва сдерживала смех. Хотя, если подумать, какой беды только что избежала старушка, то смеяться тут было не над чем.

– Ладно… – Леон как-то поник, видимо, в его голове уже складывался грандиозный план, а девушка его обломала.

«Надеюсь, я спасла старую леди, а не помешала ее счастью», – подумала Ева, проводив гостя.

Киан пришел к ней на следующий день. Демон окинул девушку взглядом с головы до ног и удовлетворенно кивнул.

– Вижу, тебе уже лучше, – сказал он. – Собирайся, пойдешь со мной.

– Куда? – спросила Ева. Ей отчаянно не хотелось покидать собственную уютную квартиру.

– На ужин, – Киан отвечал отрывисто, взгляд темных глаз был холоден. – Оденься красиво.

– Что за ужин? Это задание или просто развлечение?

Мужчина едва заметно поджал губы.

– Ни то, ни другое, – ответил он. – Мы просто должны там быть. Ужин устраивает архидемон, там соберутся многие высшие бессмертные.

– Ясно, – Ева кивнула. Особого желания идти не было, но, к счастью, это была не работа.

Через пятнадцать минут она вышла из гардеробной и продемонстрировала Киану ярко-желтое вечернее платье в пол. Оно эффектно облегало ее фигуру и очень ей шло.

– Нет, – коротко бросил демон и сам шагнул в просторную гардеробную. – Это не подойдет.

– Почему? – удивилась Ева. – Это новое платье, разве некрасивое?

Повозившись немного среди полок и стоек с одеждой, Киан снял с плечиков одно из платьев и кинул его девушке.

– Надень это, – сказал он.

Платье было из мерцающей ткани черного цвета, без рукавов, длиной чуть ниже колена.

– Я не могу надеть это, – Ева закусила губу. – У него открытая спина.

– Это как раз то, что требуется. – Взгляд Киана стал непроницаемым. – Надевай, и волосы убери наверх.

– Зачем? – Девушку обожгло нехорошее предчувствие. – Чтобы все увидели следы?

– Вот именно. – Он кивнул и сильнее поджал губы. – Я должен продемонстрировать архидемону твое послушание. Будешь вести себя скромно и…

– Униженно, – договорила она за него.

– Примерно так. – Киан отвел взгляд и вздохнул, почувствовав, как в ней закипает негодование. – Послушай, – произнес он, призвав на помощь все свое терпение, – если ты хочешь по-прежнему работать со мной, тебе придется это сделать.

– Почему ты говоришь так? – спросила она испуганно, тут же забыв о гневе. – Меня могут отдать кому-то другому? Но у меня договор с тобой! Они не могут!

– Они могут, – Киан произнес это отрывисто и четко. – Райн сказал архидемону, что я плохо воспитываю своих подчиненных и что, возможно, тебе стоит подыскать кого-то другого, того, кто научит тебя выполнять свои обязанности с большим усердием.

Ева похолодела от ужаса.

– Нет, – прошептала она, чувствуя головокружение. – Только не это. Я не хочу! – Последние слова она уже прокричала.

Киан криво улыбнулся.

– Ценю такую преданность, – хмыкнув, сказал он, – но сейчас твоя дальнейшая участь зависит только от тебя. Продемонстрируешь смирение, покажешь, что приняла наказание и сделала выводы, и будем надеяться, что все обойдется.

– Этому Райну было мало?! – воскликнула Ева. – Мало, что он избил меня, ведь он же знает, что и ты… тебя тоже… – Она поймала мрачный взгляд демона и с трудом закончила: – …тебя тоже наказали из-за меня.

– Одевайся, – бросил ей Киан и вышел из спальни.

На ужин они прибыли одними из последних. В просторном банкетном зале элитного ресторана французской кухни собрался весь цвет общества Ада. Архидемон – главный среди высших бессмертных – принимал гостей. На первый взгляд этот ужин ничем не отличался от любого другого. Мужчины в дорогих костюмах, женщины в красивых платьях, шампанское, изысканные закуски. Играла приятная музыка, слышался смех и разговоры. Вот только предметами этих разговоров были весьма специфические вещи. Вампиры обсуждали раздел территории, заключали сделки, обмениваясь, покупая или продавая квоты на убийства людей. Демоны хвастались количеством договоров и людьми, которых удалось сманить на темную сторону. Планировались махинации, преступления. Демоны, бесы и другие сущности преисподней внедрились во все сферы бизнеса, в политику, спорт, шоу-бизнес.

Изредка в толпе можно было почувствовать ангельскую или иную светлую суть. Светлые также заключали сделки, но уже соответствующие своей специализации. Их было много в сфере медицины, благотворительности, искусства и науки. Вечное противоборство никогда не утихало, хотя иногда две стороны объединялись ради общей цели.

Когда Ева и Киан вошли в зал, к ним сразу же подошел высокий молодой мужчина в сером костюме. Его лицо было красивым. Такие лица обычно рисуют супергероям, спасающим мир от гибели: мужественный и благородный лик, серьезный честный взгляд синих глаз. Фото этого парня отлично бы смотрелось на плакатах, призывающих бороться с коррупцией или несправедливостью. Ева ясно чувствовала его ангельскую ипостась.

– Эван, – поздоровался Киан первым и коротко кивнул молодому человеку.

Ангел ответил таким же коротким приветствием и сразу перешел к делу.

– Бурги на окраине города, – сказал он, – и их становится все больше. Они пока не активны, но скоро наберутся сил.

– Мы собирались разобраться с ними завтра. – Киан доброжелательно улыбнулся и предложил: – Присоединяйся.

– Мы? – Ангел бросил на стоявшую рядом Еву слегка удивленный взгляд. – Я слышал, ее забирает Райн.

У девушки мгновенно пересохло во рту. Она была напряжена, словно струна.

– Райн слишком самонадеян, это неправда, – насмешливый ответ Киана вернул ей возможность дышать.

– Что ж, – бесстрастно произнес ангел, – встретимся завтра у развалин.

– Идет, – кивнул демон.

– Киан, – позвала его Ева слабым голосом, – этот Райн, чем он занимается?

– Наркотики, проституция. – Мужчина коротко взглянул на девушку. – Спокойно, Ева, – добавил он, видя, как она бледнеет. – Он тебя не получит.

– Очень жаль, Охотник. – Они не заметили, как демон, о котором они только что говорили, возник за их спиной. – Киан, разве ты не знаешь, что надо делиться с ближним? Нехорошо быть таким жадным. Мне твоя птичка понравилась. Я бы занялся ее обучением и воспитанием, думаю, она бы хорошо послужила мне.

– Забота о ближнем и необходимость делиться не в моем кодексе. – Киан смотрел на Райна без тени эмоций. – Ева нужна мне самому. Я не для того столько лет обучал ее охоте, чтобы отдать для твоих мелких делишек. Разве у тебя мало сотрудников? Кажется, ты у нас рекордсмен по количеству контрактов.

Райн скривился.

– Захотелось чего-то новенького, – признался он, облизнув губы, – не такого испорченного. Даже у меня, знаешь ли, наступает пресыщение от всех этих прожженных шлюх и конченых наркоманов.

Райн перевел взгляд на Еву, что стояла, чуть склонив голову и не поднимая глаз, чувствуя, как внутри все дрожит от страха.

– Твою птичку следует лишь хорошенько объездить и подучить, она бы могла мне помочь во многих делах.

– И все же поищи кого-нибудь другого. – Киан взял Еву под локоть. – Мне нужна эта охотница: другого человека обучать долго, а набеги последнее время участились.

– Как знаешь.

Райн не скрывал разочарования и похоти во взгляде. Он шагнул к девушке вплотную и провел кончиками пальцев по едва затянувшемуся рубцу на ее спине.

– Может, малышка сама захочет, – произнес он вкрадчиво. – Тогда не держи ее.

Ева едва удержалась от крика. Если бы Киан не сжимал ее локоть, она бы, пожалуй, убежала.

– Здесь решаю я. – Киан потянул Еву к себе, убирая ее из зоны досягаемости Райна. – Поэтому она не захочет.

Он увел ее в сторону стола с закусками, налил прохладного лимонада и протянул девушке. Она жадно осушила бокал.

– Киан, – произнесла она, чуть отдышавшись, – пожалуйста, давай уйдем отсюда?

Демон окинул ее холодным взглядом. Похоже, он даже рассердился.

– Я действительно избаловал тебя, Ева, – процедил он сквозь зубы. – Ты слишком много себе позволяешь, забывая, кто твой хозяин.

Она изумленно округлила глаза. Киан никогда так с ней не разговаривал. Он часто бывал равнодушен или строг, но никогда не груб и не жесток без причины. Она уже открыла рот, чтобы спросить, что происходит и чем она опять ему не угодила, но вовремя осеклась. Рядом стояли другие бессмертные. Они с интересом поглядывали на девушку и ее наставника, шептались и смеялись.

– Прости, – Ева покорно склонила голову.

Ужин в целом прошел неплохо. Райн куда-то исчез, а другие лишь смотрели, но от высказываний воздержались. Киан вел себя непринужденно, казалось, он получал удовольствие и от вина, и от вкусной еды. Демон поболтал с некоторыми знакомыми, весьма дружески перебросился парой слов с архидемоном. Ева все это время находилась рядом, словно была его тенью, молчаливой, послушной. Ей время показалось растянутым до бесконечности.

Когда они наконец оказались в машине, чтобы ехать домой, она чувствовала себя опустошенной.

– О чем думаешь? – спросил ее Киан, аккуратно, но быстро ведя свою черную машину по ночному городу.

– Пытаюсь понять, что хуже, – откликнулась Ева, – оказаться в Аду сразу или служить такому, как Райн?

– И к какому выводу пришла?

Ей показалось, что в его тоне проскользнула насмешка.

– Еще не решила. – Девушка с мрачным видом уставилась в окно. – Ведь теперь я лишена даже шанса просто спокойно умереть, не выдержав земных мук.

– Думай о преимуществах, что получила, – предложил Киан. – Ты вечно молода, красива, у тебя куча возможностей.

– Сейчас я бы все отдала за возможность быть смертной. – Ева так и не повернула головы, глядя на мелькающие за окном огни, и не видела, как Киан бросил на нее хмурый взгляд. Он ничего не ответил, только увеличил скорость. Ева не сказала этого вслух, но все же они оба понимали, кого следует винить. Все преимущества совершенной ими сделки давно превратились в ничто, сейчас бы девушка не задумываясь выбрала любую человеческую судьбу, даже тюрьму или болезнь, если бы потом у нее не маячила перспектива оказаться после смерти в Аду за сделку с демоном.

Киан высадил ее возле дома и уехал не попрощавшись. Ева поднялась к себе. Она уже хотела открыть дверь в квартиру, когда заметила мелькнувший силуэт за углом коридора. Девушка не испугалась, потому что знала, кто там прячется.

– Люси, – мягко позвала она.

Маленькая девочка вышла ей навстречу. Она была одета в мятую пижаму, а в руках держала мягкого зайца с оторванным глазом.

– Почему ты здесь? – спросила девочку Ева. – Мамы снова нет дома?

Малышка помотала головой, ее светлые волосы светились от лампы на стене, а в голубых глазах застыл страх. Ева вздохнула и подошла к девочке.

– Почему ты не спишь? – спросила она ее. – Уже очень поздно.

– Я боюсь одна, – ответила Люси. – А здесь, в коридоре, слышно, как люди ходят. Я подожду маму тут.

Ева вздохнула. Мать Люси – Андреа – часто пропадала по ночам, и бессмертная даже не хотела задумываться, где ее носит. Она уже не раз заставала девочку одну в коридоре среди ночи. А ведь Люси было всего пять. Да, очевидно, что не только у Евы жизнь полна тревог и разочарований.

– Хочешь, пойдем ко мне? – решилась предложить она. – Я сделаю тебе какао и включу мультики.

Девочка с тревогой оглянулась на приоткрытую дверь своей квартиры.

– Маме я оставлю записку, – успокоила ее Ева, – напишу, что ты у меня. Когда она вернется, то сразу заберет тебя.

Люси робко кивнула. Вдвоем они заперли дверь, оставив листок с запиской под дверной ручкой. У себя Ева быстро переоделась и занялась своей маленькой гостьей. Какао, которое она тоже обожала, пришлось весьма кстати, как и медовое печенье: девочка была голодна. А вот мультики не понадобились, Люси уснула на диване почти сразу же. Ева укрыла ее одеялом и долго смотрела на спящего ребенка. Так хотелось погладить ее по мягким светлым волосам, по нежной розовой щечке, но она не позволила себе этого. В своей прежней человеческой жизни Ева не успела стать матерью, а сейчас это и вовсе было невозможно. Она всегда любила детей, но теперь старалась избегать общения с ними. Они напоминали ей о том, чего она лишилась, и о том, кто она теперь. Это было очень болезненно, поэтому Ева старалась не позволять себе этих чувств, чтобы не делать себе еще больнее. Но Люси оставить в беде она не могла. Детские доверчивые глаза смотрели на нее с такой надеждой.

– Я твоей матери ноги вырву, – шепотом пообещала Ева, поправляя одеяло.

Она оставила ночник в гостиной и пошла отдыхать, открыв дверь между комнатами настежь. Спала она плохо. Вскакивала, чтобы убедиться, что Люси не проснулась, ничего не испугалась, что ей не надо воды или в туалет. Роль матери была ей в новинку. Девочка же безмятежно сопела, крепко обнимая игрушку. На миг Ева позволила себе представить, что эта малышка – ее дочь, но, когда глаза защипало, она сердито вытерла слезы и потребовала от себя выкинуть эти мысли из головы.

Глава 4

Проснувшись утром, Ева увидела, что ее гостиная полна разноцветных шариков. Люси смеялась и хлопала в ладоши, а на краешке дивана сидел Леон.

– Ну, конечно, – проворчала девушка, торопливо набрасывая на себя халат, – кто еще может устроить подобное?

– Ева! – закричала девочка, увидев ее. – Посмотри, какое чудо!

– Да, – согласилась Ева, – Леон у нас мастер на чудеса.

Ангел совершенно не уловил насмешки в ее голосе и расплылся в улыбке.

– Спасибо, моя дорогая, – поблагодарил он, светясь от удовольствия. – Я хотел доставить Люси радость.

– А еще я ела фиолетовое мороженое с красными конфетами внутри. – Люси аж подпрыгивала на диване. – И пила лимонад!

– И все это вместо завтрака! – Ева, нахмурившись, взглянула на Леона. – Вовремя же я проснулась. Хорошо, что ты не пожелала повисеть вниз головой с балкона.

Девочка рассмеялась шутке, а ангел поднялся с дивана, вопросительно глядя на Еву.

– Это шутка, Леон! – девушка закатила глаза.

– Я никогда не научусь понимать вас, людей, – поник ангел.

– Пожалуйста, – Ева взяла его за плечи и внимательно взглянула в его добрые глаза, – то, что касается этой девочки, уточняй сначала у меня, хорошо? Не спеши сразу выполнять ее желания.

– Хорошо, – улыбнулся Леон. – Я понял, сначала спрашивать у тебя.

– Вот и молодец, – улыбнулась ему в ответ Ева, а потом перевела взгляд на девочку. – А теперь все же завтракать. Я сварю кашу и сделаю омлет. А потом пойдем будить твою маму.

– Ой, – замахала девочка руками, – мама теперь будет спать до обеда. Она очень устает на своей ночной работе. Вот бы она нашла работу днем.

Ева осторожно взглянула на Леона, но тот покачал головой.

– Я ж все-таки не идиот, Ева, – сказал он тихо. – Я первым делом проверил, можно ли исправить судьбу ее матери. Оказалось, что нет. Она проходит урок и должна справиться с ним сама. Мне жаль.

– Да. – Ева кивнула. – Мне тоже.

Она отвела девочку домой около полудня, Андреа действительно еще спала, но проснулась при их появлении. Выглядела она плохо. Красивая, молодая, но потрепанная, со следами вчерашних возлияний на лице и черт знает чего еще. Женщина горячо поблагодарила соседку за то, что приютила дочь, но осталась глуха к ее словам.

– Заканчивай, Андреа, – сказала ей Ева, – иначе твоя девочка окажется в приюте, а ты – в какой-нибудь канаве.

– А ты что у нас, пророчица, – тут же огрызнулась соседка, – будущее предсказываешь? Не всем так повезло, как тебе.

– И в чем же мне так повезло? – Ева сложила руки на груди.

– Завела себе этого богатого красавчика и катаешься как сыр в масле, поешь в лучшем кабаре города, денег, видать, куры не клюют. Мне бы такую жизнь, как у тебя.

Еву передернуло.

– Не думаю, что тебе понравилось бы, – сказала она и, развернувшись, пошла к дверям своей квартиры.

Ева пожалела, что решилась сделать замечание Андреа. Кто она такая, чтобы учить ее жизни. Свое право поучать кого бы то ни было она потеряла двести лет назад.

Киан заехал за ней ближе к вечеру. Ева уже была готова. Для предстоящей охоты она надела старые черные джинсы – все равно потом, скорее всего, придется их выкинуть – и удобную куртку на молнии.

Машина Киана везла их на самую окраину большого шумного города, туда, где начинались заброшенные гаражи и свалки. Припарковав машину возле какой-то старой заброшки, Киан повернул голову к Еве и почти весело спросил:

– Готова развлечься? Она ответила ему улыбкой.

– Всегда!

Эту часть своей жизни она даже любила. Киан не зря разглядел в ней талант охотника. За двести лет Ева отлично отточила свое мастерство. Ей нравилось думать, что она делает что-то полезное.

– Ты не знаешь, сколько их?

Они притаились за разрушенной каменной стеной. Киан разбросал в кустах приманку – сочащееся кровью мясо. Ева благоразумно не стала уточнять, где он его взял. Может, ограбил мясной магазин, а может, и самолично зарубил какую-нибудь живность. Лучше даже не задумываться об этом.

– Эван сказал, что около двух десятков. – Киан проверил свое оружие. Кроме плети у него имелся пистолет с особыми разрывными пулями.

– Ого! – изумилась Ева. – Много. А сам ангел присоединится или это слишком грязная работа для его белоснежных крыльев?

Киан чуть улыбнулся.

– Сказал, что придет. Но я бы на него не слишком рассчитывал. Он дьявольски непунктуален.

Ева не успела рассмеяться, потому что Киан сделал знак не шуметь, а одновременно с этим в кустах раздалось отвратительное чавканье.

– Выходим! – Демон кинул быстрый взгляд на мгновенно подобравшуюся Еву. – Я справа, ты слева, – командовал он. – Делаем все быстро, если их действительно много, нельзя дать им опомниться.

– Поняла. – Ева скользнула на свою позицию, рука уже привычно обхватила рукоять огненного кнута.

Киан достал фонарик и осветил ими кусты. Чавканье сразу стихло, но послышался треск веток и шипение: твари реагировали на свет. Когда появилось первое чудовище, Ева содрогнулась. Бурги – одни из наиболее мерзких созданий Ада, порожденные хаосом с единственной целью уничтожать все живое, были похожи на покрытых слизью пауков. У них было по шесть ног-щупалец, на плоской голове светились с десяток красных глаз, а вечно приоткрытая пасть полна ядовитой слюны.

– Я и забыла, какие вы красивые, – прошептала Ева.

Киан подпустил монстров поближе, а потом выкрикнул:

– Давай!

Они выскочили одновременно. Взлетели в воздух огненные кнуты, чудовища почувствовали опасность и зашипели, разбрызгивая слюну. Ева знала: нельзя, чтобы она попала на открытую кожу. Слюна была способна прожечь тело до костей. Хотя Ева и получила бессмертие по договору с демоном, все же подобные сущности могли ее ранить и убить. Даже Киан был уязвим.

С первыми двумя тварями они вдвоем разобрались быстро. Ева стреножила одного кнутом, Киан вогнал в него разрывную пулю, и монстр рухнул на землю, а потом рассыпался прахом, возвращаясь в преисподнюю. Второй попытался встать на заднюю пару конечностей и тоже получил кнутом по морде, прямо по светящимся глазам. Он ослеп и не смог увернуться от пули.

Ева не успела порадоваться, как здесь, на окраине города, разверзся настоящий ад. Бурги ползли один за другим не останавливаясь, они щелкали челюстями и шипели. Девушка без остановки работала кнутом, у нее уже занемела рука, Киан стрелял, а твари все не кончались. Ева вскрикнула, когда одно из чудовищ подцепило ее своей конечностью, похожей на клешню, и швырнуло в самую гущу копошащихся тел. Девушка приземлилась, больно ударившись боком, и тут же вскочила, сжимая в руке свое оружие.

– Ева! – услышала она крик Киана, который потерял ее.

– Я здесь! – заорала она что было силы и поднырнула под брюхо одного из бургов, чтобы избежать пасти другого.

– Они плохо видят то, что находится снизу, – прокричал ей Киан. – Постарайся проползти ко мне по земле.

– Мамочки, – всхлипнула девушка, когда ее обдало ядовитой слюной – хорошо, что брызги на лицо не попали.

Она усиленно задвигала локтями, передвигаясь по земле в сторону, где видела просвет. Где-то там ее прикрывает Киан, но он совсем один, и ему тоже нужна ее помощь.

Ева все-таки выбралась, хотя и сама не поняла как. Просто внезапно выползла на чистое место, и ее вздернула вверх рука Киана.

– Цела? – Демон быстро оглядел девушку с головы до ног и удовлетворенно хмыкнул, не заметив на ней повреждений. – Давай, работы еще много.

Они вновь сражались плечом к плечу. Вокруг них земля кишела от темных склизких тел. Монстрам удалось окружить их. Теперь уже Ева испугалась по-настоящему. Кажется, они проигрывали. Спасение, возможно, было в бегстве, но Киан не собирался отступать. Сжав зубы, он посылал пулю за пулей в чудовищ. Еве не хватало его выносливости, она ощутимо устала. Ноги и руки стали дрожать, кнут уже не бил с такой точностью и силой. Девушка беспомощно оглянулась на Киана, готовая взмолиться о пощаде, но тут пространство вокруг осветила очень яркая и болезненная вспышка света. Этот свет обжигал, заставлял прерываться дыхание, но Ева была ему так рада.

– Эван! – закричал Киан со смесью ярости и облегчения. – Где носило твою святую задницу?

– Спасал заблудшие души, – отозвался спокойный голос ангела. – Отходите, остальными я займусь сам.

– Хочешь, как всегда, всю славу забрать себе? – рассмеялся Киан. – А потом доложишь начальству, что справился в одиночку? Не, ангел, так не пойдет.

Киан встал рядом с Эваном, и они уже вдвоем стали достаточно успешно разить чудовищ направо и налево. Ева прикрывала их спины, хоть и постоянно приходилось зажмуриваться от вспышек, которыми сражал врагов ангел. Этот свет был для них смертелен, он мгновенно сжигал их дотла. Когда вокруг стало тихо, Ева чувствовала себя так, словно и сама готова была последовать в Ад вслед за бургами. Глаза, обожженные ангельским светом, почти ничего не видели, руку, на которую все же попала ядовитая слюна, пронизывала адская боль, голова болела не меньше. Пожалуй, смерть сейчас стала бы милосердием, если бы Ева точно не знала, где окажется сразу после нее.

– Ева! – Рядом с ней оказался Киан, хотя девушка и не могла его рассмотреть. – Как ты?

– Умерла бы, – призналась она, – если бы это мне помогло.

– Все с тобой будет нормально. – Киан бережно поднял ее на руки. От этого движения ее голова закружилась еще сильнее, а потом она потеряла сознание.

Очнулась Ева уже у себя в квартире. Она лежала на кровати, и, судя по тому, как зябко ей было, абсолютно голая. Ее глаза прикрывало намоченное в холодной воде полотенце. Она подняла руку, чтобы стянуть его, но Киан не дал ей этого сделать.

– Лежи, не дергайся, – приказал он. – Я вытираю с тебя слизь.

Она тут же почувствовала, как ее касается еще одно мокрое полотенце.

– Ты взял мои новые полотенца персикового цвета? – спросила она слабым голосом.

– Какие нашел, – буркнул в ответ Киан. – Купишь себе новые.

– Какой смысл в бессмертной жизни, если меня способно покалечить чудовище преисподней?

– Ну, таков порядок вещей.

Демон методично продолжал свое дело. Правда Еве показалось, что он вытирает ее даже там, где никакой слизи бургов не было. Вот разве нуждалась в обтирании ее обнаженная грудь? Или живот почти в самом низу? Полотенце согрелось от ее кожи, но прикосновения вызвали мурашки по телу.

– Киан? – тихо спросила Ева.

– Да?

– Я тебе нравлюсь?

Движение прекратилось, она услышала смешок.

– Ты красива, Ева. И ты это хорошо знаешь.

–Знаю,– согласилась девушка.– Но хочу также знать, что видишь ты. Я нравлюсь тебе? – она замерла, ожидая ответа.

Слов она так и не дождалась, а вместо этого почувствовала, как мужчина склоняется над ней, а потом касается ее губ поцелуем. Ева предпочла бы, чтобы этот момент длился вечно. Но не успело ее тело вспыхнуть от желания, а губы ответить, как все закончилось. Она не удержала разочарованного вздоха.

– Отдыхай, Ева, – послышался насмешливый голос Киана. – Ты опять неработоспособна, сущее наказание.

– Исчадье! – наградила она его в сердцах, потом скинула с глаз полотенце.

Видела она очень расплывчато, свет настольной лампы приносил болезненные ощущения, но все же Ева увидела, что Киана в комнате уже нет.

– Исчадье, – повторила она, но уже с куда более ласковой интонацией, а потом прикоснулась пальцем к своим губам.

Надо же, Киану потребовалось двести лет, чтобы поцеловать ее. Возможно, ради этого стоило сегодня попасться адовым монстрам.

Глава 5

Кевин был мелким бесом. Основным его предназначением было шулерство. Он состоял в штате казино и следил за тем, чтобы особо удачливые клиенты не вынесли все деньги, сорвав куш. Как только крупье подавал ему знак, Кевин присоединялся к игре и, пользуясь ловкостью рук, виртуозными блефом и обманом, в которых было мало магии и много природного, отточенного веками мастерства, приводил расстановку финансов в казино к равновесию. Бес также выводил на чистую воду и других шулеров, что частенько просачивались за карточные столы. Конфликты и открытые разборки были не выгодны заведению, Кевин же умел решить проблему быстро и даже элегантно.

Внешность бес имел соответствующую: маленький, щуплый, с жидкими прилизанными черными волосами и хитрой блуждающей улыбкой на тонких губах. Он не вызывал доверия, но почему-то уже через пару минут игры необъяснимым образом очаровывал партнеров, притягивал к себе внимание и одновременно так ловко мухлевал, что обманутые игроки даже не смели связать свою неудачу в игре с Кевином.

У беса была партнерша. Стефани – ослепительно рыжая, яркая и фигуристая – привлекала внимание с первого взгляда. Она была человеком еще каких-то пятьдесят лет назад, попалась как раз на шулерстве. Девушке грозили ну очень крупные неприятности. Вовремя появившийся Киан предложил выход, за который красотка ухватилась без раздумий. Потеря души вообще не показалась ей существенной платой за вечную молодость, красоту и избавление от долгов.

Киан, впрочем, почти сразу понял, что использовать Стефани в какой-то другой сфере, кроме шулерства и обмана, невозможно. Свое дело она выполняла мастерски, но ни на что другое была не годна. Девушка так и не научилась пользоваться магией, даже простейшими заклинаниями, она явно была обделена умом и сообразительностью, впадала в ступор, если ситуация требовала самостоятельно принимать решения. Приметная внешность девушки в сфере обмана и карточных махинаций только мешала. Постоянные игроки довольно быстро замечали связь между ослепительной красоткой за их столом и своими неудачами. Киан не раз пожалел, что когда-то заключил со Стефани договор, с подчиненной было много проблем. Он уже даже подумывал избавиться от нее, но Кевин решил эту проблему, взяв девушку в напарницы. Бес обеспечивал Стефани мороком, создавая для нее каждый раз новые облики, так что она оставалась неузнанной. Вдвоем парочка образовала весьма слаженный и гармоничный дуэт, отлично служивший общему делу. Но вот неожиданно шулерша исчезла. А в казино намечалась большая игра, где ее присутствие было крайне желательно. Она же как сквозь землю провалилась. Ее не было ни в квартире, ни даже в городе. Киан не мог почувствовать ее ауру, как ни старался.

– Отправлю паршивку в Ад! – грозился он, пребывая в весьма дурном расположении духа. – Видимо, она не осознает, как хорошо ей жилось все это время!

Ева в глубине души была с ним согласна. От Стефани давно отстали, считая попросту дурочкой. Она занималась тем единственным, что хорошо умела: играла в карты, обводя крупных игроков вокруг пальца, помогала Кевину, а в остальном была предоставлена сама себе. Ни гнусных поручений, что выворачивали бы душу наизнанку, если бы эта душа у нее все еще была, ни ответственности. Ева даже подозревала, что Стефани умело притворяется идиоткой, когда надо. Жаль, что она сама в свое время не додумалась до такой стратегии: возможно, ее жизнь была бы намного проще.

А вот теперь Стефани пропала, и никто, даже ее демон-наставник, не мог ее найти.

– Может, с ней что-то случилось? – ради справедливости предположила Ева.

Киан скрипнул зубами и бросил на нее свирепый взгляд.

– С ней определенно что-то случится, если она не объявится к началу игры, – прорычал он. – Мое терпение на исходе!

Ева пожала плечами и стала готовиться к выступлению. Следовало отрепетировать новую песню, потом переодеться в вечернее платье, привести себя в порядок. Девушка сидела в своей гримерке и наносила на лицо тщательно продуманный макияж, но в голове билась одна мысль: «Стефани каким-то образом удалось скрыться. Что, если ее так и не найдут? Будут ли ее вообще искать?»

Не то чтобы Ева рассматривала реальность побега для себя, но ее интересовала сама теоретическая возможность.

Она вздрогнула, когда дверь небольшой гримерки распахнулась и со стуком ударилась о стену. В проеме вырос Киан.

– Поможешь сегодня Кевину, – произнес он с едва заметной вопросительной интонацией. Почти вежливая просьба с его стороны.

Ева замерла, поймав темный взгляд демона в зеркале.

– Я? – переспросила она, хотя в комнате больше никого не было, кроме нее.

Ее обдало ледяной волной, а потом холод свернулся калачиком где-то в области сердца.

– Именно, – Киан кивнул.

Он не отрывал глаз от ее, и в них даже мелькнуло что-то вроде беспокойства, сомнения, но эти мимолетные эмоции быстро исчезли.

– Тебе почти не придется ничего делать, – равнодушно произнес он, пожав плечами. – После выступления подсядешь к Кевину, будешь по его знаку отвлекать внимание нужных игроков на себя.

Ева медленно кивнула. Она не будет пытаться объяснить Киану, что отчаянно не желает этого делать. Работая в казино, Ева почти не подходила к игровым столам, ограничиваясь сценой, а еще иногда помогая с бухгалтерией: у нее были потрясающие математические способности. Шулеры, карточные дельцы, подобные Кевину, вызывали у нее тошноту. Слишком уж это напоминало ей того, кто когда-то погубил ее жизнь. Такой вот шулер когда-то поставил ее на кон в игре и проиграл, запустив цепочку трагических событий, что привела к заключению договора с демоном. Совсем игнорировать игровой бизнес она, конечно, не могла – он весь находился у нее на виду, – но сама никогда не играла и не общалась с теми, кто играл.

– А ты будешь здесь? – задала вопрос Ева, и ее голос против воли прозвучал жалобно. Рассердившись на себя, девушка стиснула зубы и отвела взгляд.

– Нет, – прозвучал холодный ответ, – я как раз попробую отыскать нашу пропажу. Мне подсказали, где она может быть.

Ева снова кивнула. Чтобы вернуть себе самообладание, она опять занялась макияжем, но это оказалось плохой идеей: стрелка, которую она пыталась нарисовать, вышла кривой.

– Долго собираешься пялиться на меня? – огрызнулась Ева, раздраженно втянув в себя воздух.

Лицо Киана словно заледенело, он явно с трудом сдержался, чтобы не устроить подчиненной выволочку за вопиющую дерзость. Краем сознания девушка даже удивилась, почему он так ничего и не сказал, а просто вышел, тихо прикрыв за собой дверь гримерки.

На сцене во время выступления Ева постаралась расслабиться. Любимое занятие – музыка – привело ее в чувство, она почти уговорила себя, что ничего необычного или неприятного ей сегодня вечером не грозит. Она даже рассердилась: ну сколько можно вести себя, словно истеричка? Может, ей еще к психологу сходить? Проработать, так сказать, давние травмы. Смешно. Ее обидчики давно наказаны. Правда, Ева до сих пор расплачивается за это. Но душевное же спокойствие она за это время должна была восстановить?

Закончив выступление, девушка забежала в гримерку, чтобы подправить макияж. Почти яростно Ева нанесла на губы ярко-красную помаду – хотелось выглядеть уверенно и обольстительно. Голубые глаза в отражении лихорадочно блестели, словно она выпила.

В дверь коротко стукнули, и в комнату просунулась голова Кевина.

– Готова?

Ева буркнула что-то неразборчивое.

– Отлично! – Бес удовлетворенно хмыкнул и потер узкие ладони. – Какую внешность предпочитаешь?

– Что? – Ева непонимающе уставилась на шулера.

– Я спрашиваю, как ты хочешь выглядеть? – повторил Кевин свой вопрос. – Могу сотворить любой облик. Хочешь стать пышнотелой блондинкой? Или, может, рыжей?

– А собой остаться нельзя? – Мысль носить чужую внешность сейчас не показалась Еве привлекательной. – К тому же, – быстро нашлась она, – я и сама немного владею мороком, могу несколько изменить свою внешность, если требуется.

– Не хочешь довериться профессионалу? – Лицо беса с мелкими чертами скривилось от улыбки. – Я бы устроил тебе настоящее перевоплощение.

– Нет, – качнула головой Ева. – На поддержание чужой иллюзии у меня уйдет много сил, а я устала после выступления. Справлюсь сама, сменю прическу и цвет глаз.

– Как знаешь. – Бес пожал плечами. – Жду в зале, игра начнется через пятнадцать минут. Твоя задача – отвлекать приезжего шулера. Узнаешь его сразу: толстый такой, лысый. Про него говорят, что он лучший. – Кевин противно захихикал. – Тем интереснее будет его обойти. Кто он против меня!

– Так, может, я тебе там и не нужна? – Ева зло прищурилась. – Раз ты такой непревзойденный!

– Нет, нет, – Кевин выставил ладони. – Ты мне нужна. Он кроме прочего еще и бабник – ни одну красотку не пропускает. Та к что давай, жду тебя в зале. Представлю как свою подругу.

Бес вышел, а Ева застыла, глядя на себя в зеркало. Живот снова скрутило спазмом. Девушка глубоко вздохнула, успокаивая нервы. Отражение через пару мгновений изменилось: длинные густые волосы стали намного короче, превратившись в стильное каре. Голубые глаза потемнели до темно-серого, а их уголки чуть вытянулись к вискам. Этих простых манипуляций хватило, чтобы изменить лицо почти до неузнаваемости. Ева сменила черное платье с блестками, в котором пела, на коротенькое платье-комбинацию алого цвета и решительно вышла в зал, боясь передумать. Дело было даже не в приказе Киана. Она хотела доказать себе, что все давно в прошлом.

Приезжего шулера она узнала сразу, как и говорил Кевин. За карточным столом сидел неопрятного вида толстяк, лысый, но с пушистой светлой бородой, что торчала во все стороны.

– Дорогая! – радостно воскликнул Кевин при виде Евы. Он окинул ее восхищенным взглядом, морок не ввел его в заблуждение, но заслужил одобрение. – Иди к нам скорее!

Ева изобразила лучезарную улыбку и скользнула к столу.

– Добрый вечер, – произнесла она томным приглушенным голосом. – Не хотела вам мешать.

Толстяк взглянул на нее с интересом, его светлые глаза удивленно расширились.

– Это и есть твоя телка? – спросил он Кевина с противным хрюкающим смешком. – Не смеши! Такая никогда не обратит внимания на такого, как ты. Ты просто грязь под ее ногами.

Он расхохотался уже откровенно. Лицо беса вытянулось в недоумении. Было заметно, что ему неприятно слышать такое, да еще из уст соперника. Ева тоже опешила на мгновение. Грубые комплименты толстяка озадачили ее. Кевин явно выбрал неправильную тактику. Что же теперь делать?

– У Кевина масса достоинств, – протянула девушка чуть жеманно и, облокотившись на стол, послала бесу лучезарную улыбку. – Ему есть чем увлечь женщину.

– Ты про деньги? – хохотнул толстяк, лениво наблюдая, как крупье раздает карты. – Так у меня их сегодня будет больше, чем у него. – Он поднял на нее заблестевшие глазки. – Если выиграю я, пойдешь со мной?

Еву передернуло от отвращения, но ей удалось справиться с собой. Она повела обнаженными плечами и, слегка поддев тонкую бретельку платья, словно невзначай спустила ее с плеча.

– Вот и посмотрим, насколько ты хорош, – пропела она с улыбкой. – Я предпочитаю победителей.

Толстяк подмигнул ей и заерзал на стуле, очевидно, уже предвкушая прекрасный вечер.

Игра началась. Ева совсем не следила за ней – продолжая улыбаться, она погрузилась в собственные мысли. Сегодня ей вновь выпало стать призом, добычей в противостоянии двух мужчин, каждый из которых видел в ней лишь красивую куклу без права выбора. С удивлением Ева поняла, что это трогает ее все меньше и меньше. Нервы успокоились, она виртуозно исполняла свою роль, почти не чувствуя страха или волнения. Возможно, большую роль сыграло то, что сегодня ей ничего не грозило. Даже если бес-шулер и проиграет, Еве ничего не стоит ускользнуть от его уже размечтавшегося соперника. Но, может быть, дело было совсем в другом? Может, за два века она окончательно зачерствела душой и прежние трагедии перестали ее трогать? Она уже не чувствительная молодая женщина, влюбленная и доверчивая, не познавшая коварство мира и людей. Мысль об этом внезапно поразила ее, и Ева на миг замерла. В кого превратили ее двести лет под властью Ада? Может ли она по-прежнему считать себя человеком?

Глава 6

Киан появился в квартире у Евы далеко за полночь. Он нашел девушку сидящей в кресле с бокалом красного вина. Она пришла домой недавно, но уже успела сменить платье на шелковый длинный халат серебристого цвета. Надетый прямо на голое тело, он делал Еву не менее соблазнительной, чем откровенное красное платье, в котором она была в казино.

На Киана девушка почти не обратила внимания. Она давно привыкла к его внезапным и довольно частым появлениям в ее квартире. Хорошо, что больше такой привилегией не обладал никто из бессмертных. Ну, разве что Леон захаживал так же бесцеремонно, как и демон, но его светлая суть давала ему беспрецедентные права.

– Как все прошло? – спросил Киан, пристально вглядываясь в лицо своей подопечной.

Она перевела на него взгляд голубых глаз, немного усталых и покрасневших от бессонницы, и слегка пожала плечами.

– Разве ты еще не знаешь? Кевин выиграл, конечно.

– Я спрашиваю не об этом. – Киан чуть нахмурился. Он опустился на кровать напротив Евы и оперся локтями о колени.

– А о чем? – голос девушки прозвучал чуть раздраженно. – Хочешь узнать, исполнила ли я твой приказ? Не волнуйся, бес остался мною доволен.

– Это я знаю.

– Тогда что еще?

Ева встала и поставила пустой бокал на журнальный столик.

– Мне сказали, ты поднималась с клиентом в номер.

Тон Киана был подчеркнуто нейтральный, но темные глаза неотрывно следили за девушкой. Услышав его вопрос, она обернулась на мужчину через плечо и улыбнулась.

– Ты что же, ревнуешь?

Киан проигнорировал ее вопрос и задал свой.

– Так зачем?

Ее игривое настроение исчезло также быстро, как и появилось.

– Хотела проверить кое-что, – ответила Ева и снова опустилась в кресло, поджав под себя длинные ноги. – Убедиться, что меня это больше не трогает.

– И как? К какому выводу ты пришла?

– Все перегорело, Киан. Сегодня своим приказом ты потревожил лишь горстку пепла. Да и он теперь развеялся. На короткое время этот толстый шулер напомнил мне того, кто когда-то выиграл меня в карты, но, к счастью, я быстро поняла, что меня это больше не волнует.

Киан быстро наклонился вперед и резко втянул в себя воздух рядом с Евой, а потом заметно расслабился.

– Ты не спала с ним, – произнес он удовлетворенно.

Ева расхохоталась.

– Конечно же нет! – ответила она наконец. – Зачем мне это? Я лишь проводила его до номера. А потом подарила сладкую иллюзию. Сны ему сегодня будут сниться весьма пикантные.

– Что ж, – хмыкнул Киан, – я рад, что ты справилась со своими эмоциями. Выходит, я зря беспокоился.

– Ты беспокоился? – с неподдельным изумлением спросила Ева. – Обо мне?

Демон небрежно взмахнул рукой.

– Ну, ты у нас весьма сложная натура, дорогая, и последние два века склонна к депрессиям. Мне не хотелось, чтобы мое задание оказалось для тебя слишком болезненным. Когда ты подавлена, с тобой бывает очень непросто.

– Хочешь сказать, – сердито сузила глаза Ева, – что я постоянно ною?

Красивые губы Киана сложились в улыбку.

– Частенько, дорогая, – кивнул он. – Я постоянно слышу, как ты жалеешь, что когда-то подписала со мной договор и мечтаешь умереть простой человеческой смертью без перспективы тут же попасть в Ад.

Ева чуть поежилась, но промолчала. Что ж, Киан прав, так оно и есть. Она перевела тему.

– Так ты нашел Стефани?

– Нашел. – Игривое настроение мужчины улетучилось. – Не так уж и далеко. За городом, в дешевом отеле развлекалась со своим любовником.

У Евы расширились глаза от удивления.

– Та к она не сбежала? – спросила она с изумлением. – Просто загуляла?

– Не совсем. Она хотела исчезнуть с этим мужиком.

– Но почему ты ее не чувствовал? Тем более что она была совсем рядом?

Киан чуть помедлил, словно не желал раскрывать подробности, но все же сказал:

– Она обратилась к ведьме. Та помогла ей скрыть ауру.

– К ведьме, – еле слышно повторила Ева, и взгляд ее замер.

Киан недовольно зыркнул на нее и нахмурился.

– Эта ведьма ее и выдала, – произнес он с мрачной усмешкой, – испугалась последствий.

– Я не знала, что это возможно. – Ева нервным движением тронула рассыпавшиеся по плечам волосы.

Киан внезапно оказался рядом с ней и навис над девушкой, обжигая темным взглядом.

– Невозможно! – прорычал он. – Даже не думай! От меня не скрыться. Нигде. Я нашел бы тебя где угодно, слышишь?

Ева промолчала, лишь подняла на демона глаза. Ее лицо ничего не выражало, но девушка отметила, как Киан задержал дыхание, как он замер, оказавшись совсем близко.

– Даже не думала, – несколько запоздало ответила Ева. – Какой толк вечно скрываться и скитаться по свету? Я бы не выбрала такой путь.

– Хорошо. – Киан выпрямился, напряжение оставило его.

– Где сейчас Стефани? – Ева не хотела задавать этот вопрос, но предпочла все же знать об участи глупой беглянки, чем мучиться сомнениями и предположениями.

– У себя дома.

Ответ удивил девушку. Она ожидала услышать совсем другое.

– Я думала, ты уже отправил ее в Ад за побег.

– Она нужна мне здесь.

– Ты простил Стефани? – Удивление в душе Евы смешалось с надеждой. – Она не пострадала?

Киан все же опустил взгляд, с преувеличенным вниманием уставившись на ряд небольших фотографий на стене.

– Она уже понесла наказание, – произнес он жестко.

– И какое? – Ева с трудом сглотнула, во рту стало почему-то горько.

– Она лишилась того, ради кого все это затеяла.

Киан наконец посмотрел на девушку, и ее испугали его глаза. Они показались ей двумя бездонными колодцами, заполненными тьмой до самых краев.

– Ты убил ее возлюбленного? – севшим голосом уточнила Ева, и демон кивнул.

– При ней, – хладнокровно сказал он и изобразил улыбку, больше похожую на оскал. – Я уже сказал: от меня невозможно скрыться, и я не прощаю предательства.

У Евы перед глазами замелькали блестящие мушки, предвещавшие дурноту. Она прикрыла веки и глубоко вдохнула, стараясь справиться с недомоганием.

– Киан, – тихо сказала Ева, не открывая глаз, – пожалуйста, уйди. Я очень устала сегодня. Могу я остаться одна?

Когда через пару мгновений девушка подняла веки, то обнаружила, что мужчины в ее квартире уже нет. Только рядом с Евой на столике внезапно оказался стакан с водой.

– Спасибо за заботу, – процедила она, а потом в порыве нахлынувшей ярости швырнула стакан в стену.

Сосуд разлетелся вдребезги, а Ева почувствовала себя чуть лучше. Она смотрела на мокрое пятно на светлой стене своей спальни и думала о том, что вот так вот, как этот стакан, разбиваются ее последние иллюзии. Что ж, правила этой игры известны ей давно, но она действительно забывала порой, кто такой Киан и на что он способен. Сегодня он ей напомнил. Впредь Ева постарается не забывать об этом.

На следующий день Ева была свободна до самого вечера, поэтому решила использовать это время, чтобы навестить одного старого друга. Она не взяла машину, а воспользовалась общественным транспортом. Старенький троллейбус привез ее на окраину города. Остановка, на которой она вышла, находилась напротив высокого кованого забора. За ним сквозь деревья просматривался большой дом из розоватого кирпича. Миновав калитку, Ева пошла по ухоженной дорожке, усаженной невысокими кустами сирени. Почти подойдя к парадному входу с невысоким пологим крыльцом, Ева свернула на боковую тропинку, обошла здание и оказалась в большом саду. То здесь, то там бродили люди, мужчины и женщины преклонного возраста в сопровождении медсестер и компаньонов. Они также занимали многочисленные скамеечки, беседки. Кто-то разговаривал, кто-то читал, некоторые просто наслаждались летним солнечным днем.

Ева шла уверенно, не искала никого в толпе. Она точно знала, где находится тот, кто ей нужен. Тенистая беседка, увитая плетистыми розами, служила отличным убежищем. На широкой скамейке спиной ко входу сидел седовласый мужчина. Он постукивал по колену тонкими пальцами, словно наигрывал неслышную посторонним мелодию, и иногда покачивал головой. Ева шагнула внутрь и, обойдя старика, встала перед ним.

– Снова что-то сочиняешь, Эдвард? – спросила она его с нежной улыбкой. – Или наигрываешь что-то из старенького?

– Из старенького, – засмеялся пожилой мужчина в ответ, – такого же, как я сам.

– Здравствуй. – Ева наклонилась и поцеловала морщинистую щеку.

– Здравствуй. – Эдвард ласково оглядел стоящую перед ним гостью. – А ты все такая же красивая и молодая.

Старик чуть прищурил серые глаза, а потом кивнул, словно подтверждая какой-то вывод.

– Ты поразительно похожа на мать, Ева, – сказал он, – но, если мне не изменяет память, она была немного ниже ростом.

– Так и есть. – Девушка, все так же легко улыбаясь, села рядом с Эдвардом, а потом крепко обняла его.

– Как ты? – спросила она его. – Прости, что давно не была.

– Я хорошо, – в голосе мужчины отчетливо проскользнуло удовольствие. Он был очень рад ей. – И не переживай, что мы давно не виделись. У меня ведь и новостей никаких нет, а у тебя куча дел.

– Новости – это не главное, – произнесла Ева. – Я соскучилась.

– И я соскучился. Но я могу сидеть тут и ждать тебя, сколько надо. Ты еще долго сможешь находить меня здесь, я обещаю.

– Хорошо, – Ева со вздохом прижалась лбом к плечу Эдварда.

Они помолчали, а потом старик спросил:

– Ты же поёшь? Занимаешься по моей методике?

– Конечно, регулярно. И я по-прежнему выступаю.

– Твоя мать чудесно пела. – Светлые глаза Эдварда затуманились от воспоминаний. – Но ее голос не был таким глубоким, как у тебя. Я помню, как она впервые появилась у меня. Такая вот, как ты сейчас, молодая и очень красивая. Впрочем, она всегда была такой, сколько я ее помню. У нее был отличный музыкальный слух и хороший голос, но над ним надо было поработать.

– И ты стал ее учителем, – Ева погладила старика по плечу, – и лучшим другом. Она мне много о тебе рассказывала.

– А мне о тебе она рассказала незадолго до… – Он горестно вздохнул и продолжил: – До своей гибели. Сказала, что у нее есть дочь и ее тоже зовут Ева, но она живет с отцом в Англии. Твоя мать пообещала, что ты когда-нибудь тоже навестишь меня.

– Та к и случилось, да? – Ева украдкой смахнула слезу. – Однажды я пришла к тебе на урок, как моя мать когда-то.

Эдвард рассмеялся и покачал головой, будто до сих пор не веря в ту далекую встречу.

– Я подумал, что сошел с ума, – покачал он головой, – когда на моем пороге вдруг возникла стройная молодая женщина, точь-в-точь Ева, которую я хорошо знал и которая… которая умерла пятнадцать лет назад.

– Я вернулась на мамину родину и тут же решила навестить тебя, – девушка ласково улыбнулась. – И мне ты тоже стал другом и учителем.

Старик взмахнул рукой.

– Мне почти нечему было тебя учить, дорогая, – сказал он, – лишь отточить твой талант. Ты уже и так прекрасно пела.

Эдвард поднял на Еву глаза, вглядываясь в ее лицо.

– Ты точно выступаешь? – спросил пожилой мужчина с беспокойством.

– Конечно, – кивнула она. – Ты же знаешь, я пою в одном заведении.

Старик досадливо поморщился.

– Это не то, – с нажимом произнес он, – ты достойна большой сцены, твой прекрасный голос мог бы собирать огромные залы.

Ева вновь обняла его, успокаивающе поглаживая по плечам.

– Но я этого не люблю, помнишь? Я лучше себя чувствую в таких вот небольших заведениях.

Она отстранилась и посмотрела в лицо своего учителя.

– Но я записала новый альбом, – торжественно сказала Ева, – со своими любимыми песнями. Мой друг в студии мне помогает. Я принесла его тебе.

Девушка вытащила из сумочки компакт-диск в прозрачной коробочке.

Эдвард взял его из ее рук и, чуть прищуриваясь, начал читать название песен на обороте.

– Эти песни пела и твоя мать, – дрогнувшим голосом произнес он. – Иногда мне кажется, что она никуда и не исчезала. Просто ушла ненадолго, а потом вернулась.

– Будем считать, что так и было. – Ева поцеловала старика в щеку.

Они еще поболтали немного, а потом девушка отправилась домой. После этих визитов в частный дом престарелых она чувствовала на душе светлую грусть, которую так хотелось сохранить в себе подольше.

Эдвард был учителем по вокалу, к которому она когда-то обратилась за уроками, чтобы профессионально поставить свой голос. Они сблизились, словно отец и дочь. Потом Еве пришлось покинуть своего друга и наставника, ее вечная молодость стала слишком подозрительной. Выдумка с дочерью стала залогом ее возвращения спустя годы. Она надеялась, что память Эдварда не сохранит мелких деталей и он посчитает, что она просто очень похожа на мать.

Ева вернулась вовремя. Эдвард стал совсем одиноким и часто болел. Девушка ухаживала за ним, как за родным, а потом устроила в этот частный дом престарелых, больше похожий на санаторий с первоклассным уходом. Ее образ жизни не позволял забрать старика к себе. Да и здесь он был счастлив, нашел новых друзей, руководил весьма впечатляющим хором, послушать который приезжали даже из других городов. Ева оплачивала его содержание и лечение, скрывая от друга внушительную сумму, и старалась навещать как можно чаще.

Эдвард возвращал ей ощущение человечности, сердечности, напоминал о действительно важных вещах. Девушка поклялась, что теперь не оставит его ни при каких обстоятельствах. Эдвард с удовольствием находил в ней сходство со своей любимой ученицей, и Ева была рада, что смогла вернуться к нему. Иногда она замечала на себе особенно пристальный взгляд старого музыканта, но уже не боялась, что он догадается о том, кто перед ним. А может быть, он уже давно все знал? Их обоих устраивала эта легенда, возвращающая Эдварду его подругу и дарящая Еве душевную теплоту, в которой она порой очень нуждалась.

Глава 7

Ева сошла с беговой дорожки и, взяв полотенце, промокнула мокрое от пота лицо и грудь. Осталась еще пара упражнений, и можно идти в душ. В это буднее утро посетителей в тренажерном зале было немного, и Ева полностью погрузилась в тренировку, старательно отрабатывая свой комплекс упражнений.

Ее бессмертие и молодость, застывшая на отметке в двадцать пять лет, не отменяли необходимости следить за фигурой и красотой. Кожа без должного ухода может утратить сияние и покрыться морщинками в любом возрасте, мышцы без тренажеров и физической нагрузки станут дряблыми и слабыми. Женщины знают, как легко испортить волосы постоянными укладками или окрашиваниями. Поэтому, чтобы оставаться не просто молодой, но и прекрасной, Еве приходилось стараться, как и любой другой даме. Тренировки в зале к тому же были жизненно необходимы охотнице за монстрами из преисподней.

Часы на стене зала показали десять утра, и Ева облегченно выдохнула. Можно заканчивать, она отлично потрудилась в это утро. Она поднялась на носочки, потянулась, глубоко вдохнув, и наклонилась вперед, выдыхая. Когда она распрямилась, дружеская рука протянула ей бутылку с водой.

– Спасибо, Леон, – благодарно улыбнулась ангелу Ева. – Ты действительно исполняешь желания.

Парень просиял.

– Я рад, когда у меня получается.

– Где ты был? – спросила Ева, присаживаясь на высокий стул у стойки спортивного бара. – Тебя давно не видно.

Леон как-то потускнел, опустил глаза, спрятав взгляд за густыми ресницами.

– Я был со Стефани, – вздохнув, сообщил он. – Она нуждается в утешении.

Упоминание о рыжеволосой шулерше тут же испортило настроение. Внутри вновь всколыхнулась горечь.

– Как она? Мы не подруги и даже почти не общались, но я сочувствую ей.

Леон уныло опустил плечи, его лицо в минуты печали казалось совсем детским.

– Она держится, но ей трудно. – Парень снова вздохнул. – И еще Стефани винит себя. Ее друг умер из-за нее.

Ева покачала головой.

– Она, конечно, поступила очень опрометчиво, – заметила Ева. – Не стоило и надеяться, что им удастся этот побег. О чем Стефани только думала?

– Стефани была горячо влюблена, – ангел грустно улыбнулся. – Ей захотелось вновь стать обычной девушкой, любить, быть любимой.

– Киан все равно нашел бы ее. – Горло Евы перехватило спазмом, и она с трудом продолжила: – Это был лишь вопрос времени. И все же я не ожидала, что он будет так жесток.

Леон вскинул на девушку чистые наивные глаза.

– А я, наоборот, удивлен, что Киан отнесся к ней достаточно мягко. Возможно, даже такой, как он, чувствует себя отчасти виноватым.

– Отчасти?! – Ева задохнулась от возмущения и гнева. – И ты действительно считаешь, что он поступил со Стефани мягко? Это потому, что после того, как демон убил ее возлюбленного, он не отправил ее саму в преисподнюю?

– Слабое сердце ее любимого спасло Стефани от наказания. – Ангел всхлипнул, готовый заплакать.

Девушка раздраженно поморщилась: не хватало еще утешать это плачущее небесное создание.

– Погоди, – насторожилась она вдруг, – что ты имеешь в виду, говоря о слабом сердце того несчастного парня?

Леон передумал плакать и потер глаза.

– То и имею в виду, – стал объяснять он. – Когда Киан явился за Стефани, он принял свой истинный облик. Понимаешь, он хотел как следует напугать девчонку, напомнить ей, с кем она связана, и все такое. А тут вернулся этот парень – он выходил, чтобы купить сигарет, – увидел нашего демона во всей его красе и умер от разрыва сердца. Стефани сказала, оно у него с рождения больное.

Леон приложил руку к груди и закатил глаза.

– Знаешь, я бы и сам умер, если бы мог, от такого сюрприза. Киан в истинном обличье совсем не тот красавец, к которому мы все привыкли.

– Так Киан не убивал его? – голос Евы повысился на целую октаву.

– Формально нет, – Леон поморщился. – Но все же парень, как ни крути, умер из-за него. Поэтому Киан и не стал наказывать Стефани. Вот я и думаю: может, его все-таки мучает чувство вины? Как думаешь, может у такого, как он, быть совесть?

Ангел продолжал рассуждать о совести, потерянной душе, но Ева его уже не слушала, погрузившись в задумчивость.

– Все мы дети Его, – услышала она, когда вынырнула из своих мыслей, – и иногда даже в худшем из нас можно найти что-то светлое.

Вернувшись домой, Ева обнаружила, что в ее отсутствие у нее побывали гости. Вернее, гость. Она явственно ощущала аромат кожи и дорогого табака – так всегда пахло от Киана. Своего наставника девушка не видела больше недели. К ней он не заходил и даже в казино не появлялся. Ева была этому очень рада, потому что боялась не справиться со своими чувствами. Она была разочарована, зла, напугана и растеряна. Сегодня слова ангела о том, что Киан на самом деле не убивал возлюбленного Стефани и все произошло случайно, отчасти вернули ей душевный покой. Нет, это совсем не означало, что Киан не мог бы сделать этого, но все же…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.